Глава 36. Официально неофициально
2 февраля 2026 г., 16:09
***
Ужин завершился, и гости постепенно начали расходиться: кто направлялся в свои апартаменты, кто выбрался на вечернюю прогулку в сад, а кто остался в зале и продолжил неспешную беседу под тихие аккорды арфы. Питер шёл по коридору, ведущему в западное крыло, сопровождаемый мягким шумом затихающих голосов и приглушённым светом бра, мерцающим на панелях. День выдался насыщенным, заседание, ужин, разговоры, и всё это он, казалось, прожил на одном дыхании. Он пытался удержать в голове итоги дня, сосредоточиться на достигнутых соглашениях, но мысли упрямо возвращались к взгляду, который бросил на него за ужином наследный принц. Если бы год назад кто-то сказал ему, что он будет тайком встречаться в королевском замке с наследным принцем, он бы только посмеялся. А сейчас... В кармане телефона раздалась вибрация. Нейлард: Мастерская. Через десять минут. Если хочешь, просто посидим в тишине, без всего. Питер остановился посреди коридора, взглянул на экран, прочитал сообщение и спустя мгновение, с лёгкой улыбкой, набрал ответ: Питер: Если ты там, значит, “без всего” не получится. Уже иду. Он свернул в боковой проход, хорошо зная маршрут. Коридоры замка в этот час были почти тихими, лишь редкие шаги гвардейцев. Питер спустился вниз, туда, где воздух был пропитан запахом древесины, краски, бумаги и создавал ощущение защищённого мира, не подвластного протоколу. Свет почти не проникал сюда, светло было благодаря специальному освещению. Дверь мастерской оказалась приоткрыта. Питер вошёл внутрь и тихо прикрыл её за собой, поворачивая замок до лёгкого щелчка. Нил сидел у стола, повернувшись вполоборота, в свободной рубашке с закатанными рукавами. Он что-то держал в руках, не то карандаш, не то кисть, но не рисовал, просто вертел между пальцами. Лампа на стене отбрасывала тёплый, приглушённый свет, превращая мастерскую в камерное убежище. — Привет, — сказал он, не поворачиваясь. — Прости, если отвлёк тебя. Просто… день был длинный. — Я рад, что ты написал, — ответил Питер. Он подошёл ближе и аккуратно сел рядом. — Не извиняйся. Ты ведь знаешь, мне не нужен повод, чтобы увидеть тебя. — Я весь день чувствовал себя как персонаж из учебника по дипломатии, — произнёс Нил, задумчиво глядя в пол. — Даже взглядом боялся выдать хоть что-то. Питер посмотрел на него. — Мне ты можешь ничего не объяснять. Они сидели рядом, касаясь плечами. Нил наклонился, лбом слегка коснулся виска Питера. — Через девять дней ты уедешь, — сказал Нил, не глядя. — А сейчас ты рядом. И это… немного слишком хорошо. — Тогда, может, просто останемся в этом “сейчас”, — предложил Питер. — Не думай о будущем. Нил поднялся, и Питер встал следом за ним. Один взгляд, лёгкое касание руки. Затем он поцеловал его медленно, с удовольствием, как будто пробовал любимый вкус заново. — Ты всегда такой? — спросил Питер шёпотом, не отстраняясь. — Или только со мной? — Только с тобой, — Нил провёл большим пальцем по его скуле. — Потому что с тобой можно быть собой. Питер улыбнулся и притянул его ближе. — Здесь тепло. — И дверь на замке, — усмехнулся Нил, и в его глазах заплясали искры.***
Питер привалился плечом к стене, глядя на Нила с мягкой улыбкой. — Что-то мы как-то совсем загрустили, — сказал он вполголоса. — А ведь у нас впереди ещё девять дней. Но завтра с утра мы всей делегацией поедем на вашу королевскую виллу. Нил замер. В его взгляде на секунду мелькнуло удивление. Он совсем забыл про эту поездку, настолько занят был мыслями о Питере. — Ах да, вилла… Я совсем забыл, что вас увозят. То есть… мы не увидимся? Ни завтра, ни послезавтра? Питер чуть кивнул. — Вряд ли. Это будет официальный неофициальный отдых. Без совещаний. Без заседаний. Без… — …меня, — закончил Нил и приподнял брови. Это прозвучало слишком грустно, и почти сразу в голове родилась идея. — А может… я тоже поеду? — Ты? — Питер поднял бровь, но улыбка уже начала расползаться. — Почему бы и нет? — Нил уже улыбался. — Во-первых, это наша семейная вилла. Во-вторых, спросить у отца разрешения дело нехитрое. Это же выходные, никаких заседаний. Я тоже работал без остановки. И я возил вас на экскурсии в Монтерре, Вьеллано и Соларью на пару дней, и мы ночевали там. Так что я в конце концов не в тюрьме, я вполне имею право взять и поехать куда-то. Питер смотрел на него внимательно. Нил сейчас выглядел как мальчишка, который придумал, как обмануть всех взрослых. — И ты имеешь право на пару часов… нас, — тихо уточнил Питер, не сводя с него взгляда. — Именно, — Нил чуть склонил голову. Это будет лучшее, что могло случиться за эти дни. — А если я возьму с собой Блейна с Куртом и, допустим, Моззи… Это уже почти мини-каникулы. — Осталось только убедить короля, — сказал Питер. — Или хотя бы выглядеть как человек, которого отпускать к морю государственная необходимость. Нил усмехнулся. — Это моё коронное выражение. Второе по частоте после «я понимаю, господин министр». — Ты правда хочешь поехать? — спросил Питер чуть тише. Нил посмотрел ему прямо в глаза. Он хотел не просто поехать, он хотел быть с Питером каждую возможную минуту. — Если это значит, что мы увидимся раньше бала и сможем провести время вместе, — ответил Нил, — то да. Очень хочу. Питер посмотрел на него с мягкой улыбкой: — Ты знаешь, что ты у меня очень умный и очень красивый? Нил растаял внутри, но сделал вид, что просто обдумывает услышанное. — Красивый… — повторил он, наклонив голову. — Это звучит особенно приятно. Даже более приятно, чем «умный». Да, мне нравится, как это звучит. Я красивый. Очень хорошо звучит. Питер рассмеялся и покачал головой. Он никогда не устанет от этой наглой и обаятельной улыбки. — Я не знаю, за что мне досталось такое сокровище… — он притянул Нила ближе к себе. — Такое хитрое и наглое сокровище. — Наглое? — притворно возмутился Нил, но глаза блестели. — Заметь, ты сам это сказал, а теперь придётся за это расплачиваться. И он быстро склонился к Питеру, целуя его с улыбкой и с тихим смехом. — Если это плата, — прошептал Питер, прикасаясь губами к его щеке, — то я готов платить вечно. — Осторожнее с такими обещаниями, — хмыкнул Нил, не отрываясь от него. — У нас, знаешь ли, в Сантеллии слова воспринимают всерьёз. — А я человек основательный, — ответил Питер, чуть крепче обняв его. — Особенно когда речь идёт о тебе. На какое-то время они просто молчали, прижавшись лбами. Было тихо, спокойно. Почти как в полусне. Только тепло, только лёгкое дыхание друг друга, только ощущение, что всё важное происходит сейчас. Но часы всё-таки тикали. — Мне пора, — сказал наконец Питер, неохотно. — Иначе я завтра не встану, и все решат, что меня смыло утренней волной. Нил усмехнулся, но не отступил сразу. — Тогда пообещай, что на вилле мы постараемся ото всех сбежать на пару минут. — На час минимум, — кивнул Питер. — Может, даже два. Если там будет что-то, что скроет нас от глаз остальных. — Ты и я с бокалом вина, — Нил улыбнулся. — И никто больше. Они поцеловались ещё раз. Питер так сильно хотел всего Нила прямо сейчас, но не мог переступить через то, что сам же и вбил себе в голову. О том, что если они перейдут черту, возвращаться обратно будет гораздо тяжелее. Затем он с неохотой выпрямился, провёл рукой по щеке Нила и направился к двери мастерской. — Спокойной ночи, красивый, — тихо сказал он на прощание, прежде чем исчезнуть за дверью. — И тебе, мой деловой контрабандист чувств, — отозвался Нил, чуть улыбаясь. За дверью снова стало тихо. Нил остался один, но на его лице ещё долго держалась улыбка. И в этом молчании уже ощущалось ожидание завтрашнего дня.***
Утро было ясным, в воздухе витал лёгкий аромат жасмина, тишина замка нарушалась лишь мягкими шагами слуг. Нил нашёл отца в библиотеке. Король, как часто бывало по утрам, просматривал доклады и отчёты у открытого окна, с чашкой крепкого кофе. — Ваше Величество, — с лёгкой улыбкой, но сдержанно начал Нил. — Уже настораживает, — пробормотал Джеймонт, не поднимая глаз. — Когда ты так начинаешь, это обычно значит, что ты что-то решил заранее. Говори, сын. — Сегодня американская делегация отправляется на виллу у побережья. Официально отдых, конечно же. Но, по сути, это хорошая возможность для менее протокольных разговоров, — Нил говорил ровно. — Я подумал, что с точки зрения дипломатии было бы разумно… сопроводить их. Король всё-таки поднял глаза. Взгляд был спокойный и внимательный. Он рассматривал сына дольше, чем того требовал вопрос. — Целесообразно, — повторил он медленно. — Любопытно, как часто ты в последнее время находишь что-то целесообразное именно рядом с американской делегацией. И ты уверен, что хочешь именно служить делу? Нил не отвёл взгляда. — Переговоры были непростыми. Мне кажется важным закрепить достигнутое не только подписями, но и личным доверием. Джеймонт слегка прищурился. — Или ты просто устал, — сказал он. — Заседания, совещания, бесконечные обсуждения. Ты почти не выходил из этого замка последние недели. — Именно поэтому, — спокойно ответил Нейлард. — Немного моря, смена обстановки и возможность побыть рядом с теми, с кем мы всё это выстраивали… думаю, это пойдёт на пользу. И мне, и делу. Король сделал глоток кофе, задумчиво посмотрел в окно. — Ты говоришь так, будто тебе важно не упустить момент, — заметил он без нажима. — Как будто если ты не поедешь, что-то важное пройдёт мимо. Нил почти незаметно кивнул. — Возможно. Джеймонт вздохнул. — Хорошо. Поезжай, — сказал он наконец. — Но при одном условии. Рядом с тобой должны быть не только американцы. Возьми Моззи, пусть хотя бы посмеётся, если дипломатия вдруг даст течь. И пусть поедут Брейлан с Куртенэлем, если им захочется. Надеюсь, море выдержит их романтические порывы. — Благодарю, отец, — искренне ответил Нил. — Это действительно хорошее решение. Король усмехнулся и снова вернулся к бумагам. — Надеюсь, ты всё ещё умеешь отличать хорошие решения от просто приятных, — буркнул он, не поднимая головы. Нил уже направлялся к выходу. Улыбка была сдержанной, почти официальной, но в глазах читалось облегчение. Отец этого не видел. Зато король точно понял другое. Сыну важно быть рядом с этой делегацией. Почему, он пока не знал. И, возможно, не хотел знать.***
Едва Нил вышел из библиотеки, как на его лице появилась настоящая улыбка. Он свернул в боковой коридор, достал телефон и быстро набрал сообщение: Меня отпустили. Сегодня еду с вами. Говорил про целесообразность, отец кивнул. Не спрашивай, как я держался серьёзным. Ответ пришёл почти сразу: Горд и слегка ошарашен. Ожидаю отчёт о выражении лица Его Величества. И, разумеется, не спрашиваю. Я просто рад. Нил усмехнулся и тут же набрал номер Моззи. — Доброе утро. Ты сегодня свободен для спонтанного дипломатического визита на побережье? — Свободен, если визит включает солнце, белое вино и возможность игнорировать протокол, — отозвался голос с преувеличенной бодростью. Если Нил звонит так рано и с таким тоном, то дело явно приятное. — Это официальное приглашение или побег? — Что-то среднее. Собирайся, скоро выезд. — Возьму панаму и моральную поддержку. — Отлично, — сказал Нил и сбросил звонок. Следующий звонок он сделал уже, поднимаясь по лестнице: — Блейн? — Привет. — Спишь ещё? — Уже умываюсь. Что-то случилось? — Через полтора часа выезд на виллу. С отцовского благословения. Всё официально, но не слишком. Ты и Курт могли бы поехать с нами, если хотите. — Я точно. А Курту позвоню сейчас, — тут же отозвался Блейн. — Он, конечно, будет хмуриться, что рано, но как только услышит слово «вилла», быстро передумает. — Проси вежливо. И с романтическими нотками. — Я постараюсь не пугать его слишком серьёзной формулировкой, — усмехнулся Блейн. — Увидимся. — Хорошо, советник, — улыбнулся Нил и положил трубку. Он убрал телефон и в следующую секунду, без всякой дипломатии, позволил себе тихо выдохнуть сквозь улыбку.***
В западном крыле замка царила непривычная суета. Сегодняшний день не обещал переговоров, только солнце, песок и разговоры без галстука. Питер стоял у окна, поправляя запонки на рубашке без пиджака. У него было то редкое выражение лица, которое Диана называла «почти расслабленным». — Ты, похоже, действительно хочешь на пляж, — заметила она, проходя мимо с дорожной сумкой. — Я хочу за горизонт. Хоть на день, — ответил он. — И да, я взял солнцезащитный крем. Диана, пожалуйста, не делай это лицо. — Какое именно? — То, где ты сомневаешься, не сошёл ли я с ума. Диана пожала плечами. — Я просто всё ещё не верю, что мы будем в купальниках рядом с королями. — С принцами, — поправил Луис, появляясь с планшетом. — Король, насколько я понял, остаётся в замке. Нас сопровождает Его Высочество наследный принц и, возможно, брат. — «Возможно»? — приподняла бровь Адела, выходя в коридор с бокалом кофе. — У нас теперь гибкий состав? — Гибкий, но элитный, — отозвался Мейвин, уже в панаме и с камерой на шее. — Нам стоит ценить такие выходы. В следующий раз нас позовут только на званый приём в закрытом посольстве. — Всё лучше, чем ещё одно совещание, — подал голос Клинт, проверяя солнцезащитные очки. — Едем? — Едем, — подтвердил Питер. — Машины у южного подъезда. Через пять минут выходим. Диана кивнула. — Что-то ты сегодня подозрительно молчаливый, Бёрк. — Я экономлю слова на вечер, — отозвался он с лёгкой усмешкой. — Думаю, там найдётся, кому их послушать. Они двинулись к выходу, лёгкие, улыбчивые, впервые за долгое время почти как туристы. Впереди была дорога, море и вилла, где можно будет выдохнуть. Хоть немного. Рядом с теми, кто стал почти своими.***
Эмилиана нашла Джеймонта позднее, когда утро уже окончательно вступило в свои права. Он сидел в малой гостиной у окна, с кофе, но уже без бумаг. Сад был залит светом, листья едва шевелились от ветра. Она остановилась рядом, не садясь сразу. — Ты его отпустил, — сказала она не вопросом, а утверждением. Король хмыкнул. — Он наследник, а не статуя в галерее. Иногда ему полезно выходить за пределы замка. — Нил давно не просил ничего для себя, только для «дела», и это его слегка тронуло. — Ты понимаешь, что дело не только в отдыхе, — мягко заметила Эмилиана и наконец села напротив. — Он тянется к этой делегации. Слишком явно, чтобы не заметить. Джеймонт посмотрел на неё поверх чашки. — Он тянется к результату, — спокойно ответил он. — К завершению того, во что вложил три месяца жизни. Это нормально. — Возможно, — согласилась она. — Но он тянется не к документам и не к цифрам. Король помолчал несколько секунд, потом поставил чашку на стол. — Ты снова начинаешь видеть лишнее, — сказал он без раздражения, но с лёгкой усталостью. — Он просто устал. И, если честно, я рад, что он вообще хочет куда-то ехать, а не замыкается в себе. Эмилиана чуть улыбнулась с пониманием. — Я его мать, дорогой. Я вижу, когда мой сын устал. И вижу, когда он… увлечён. Король нахмурился. — Увлечён чем? Работой? Страной? — Людьми, — тихо сказала она. Он отвёл взгляд к окну. — Он всегда любил людей. Это одна из причин, почему он хороший наследник. — Он никогда не был таким внимательным, — продолжила Эмилиана, не давя. — Таким живым. Ты видел его за завтраком. Он светился. Не как после удачной речи. И не как после подписанных бумаг. Джеймонт вздохнул. Сын действительно сидел за столом, рассеянно помешивал кофе и улыбался в пустоту, будто вспоминал что-то хорошее. — Ты хочешь сказать, что он отвлекается? — Я хочу сказать, что он стал внимательнее, — мягко поправила она. — И это не всегда про работу. Король провёл ладонью по подлокотнику кресла. — Если бы там было что-то опасное, — медленно сказал он, — я бы почувствовал. Я слишком хорошо знаю собственного сына. — Ты знаешь его как наследника, — ответила Эмилиана. — А я как человека. Он посмотрел на неё внимательнее. — И ты думаешь, что ему сейчас непросто? Она пожала плечами. — Я думаю, что ему важно что-то сохранить. И он пока не знает, как это сделать, не потеряв равновесие. Король сжал губы. — Тогда мы не будем ему мешать, — сказал он твёрдо. — Пока он сам не скажет, что ему нужна опора. — Я именно это и имела в виду, — улыбнулась Эмилиана. Она поднялась, легко коснулась его плеча. — Пусть эти пару дней будут для него передышкой. Иногда человеку нужно выйти из зала заседаний, чтобы понять, что он вообще делает. Джеймонт усмехнулся. — Особенно если рядом Моззи и наш влюблённый младший сын со своей вечной драматургией, — буркнул он. — Хорошая компания для серьёзных дипломатических размышлений. — Ты сам это предложил, — напомнила она. — Значит, у меня всё ещё есть интуиция, — буркнул он. Эмилиана тихо рассмеялась и вышла. Король остался у окна. Он не знал, что именно занимает мысли Нила. Но всё чаще ловил себя на том, что переживает не за корону, а за равновесие собственного сына.***
Машины одна за другой свернули с широкой дорожной ленты, укрытой зелёной тенью кипарисов, и выехали на открытое пространство с видом на море. Королевская вилла, белоснежное здание с террасами и арками, утопающее в цветах и лимонных деревьях, словно сошла с открытки. На фоне моря она выглядела не роскошной, а безупречно умиротворённой. Первыми из машины вышли Питер и Диана. Оба замерли на секунду, прислушиваясь к звуку волн и вдыхая аромат соли, жасмина и цитрусов. Следом появились Клинт с Аделой, Луис и Мейвин, уже оживлённо обсуждавшие архитектуру. — Это… — начал Клинт, — как будто мы попали в другой мир. — Добро пожаловать, — раздался голос позади. Нил в свободной рубашке спускался по каменным ступеням с верхней террасы. Рядом с ним шёл жизнерадостный и улыбающийся Блейн, Курт в светлых льняных брюках и Моззи в шляпе, с веером и саркастическим выражением лица. — Надеюсь, вилла соответствует дипломатическим стандартам, — сказал Нил с лёгкой иронией, подходя к Питеру. — Нам бы ваши стандарты, — отозвался тот, не скрывая улыбки. — Здесь можно не быть официальными, — тихо добавил Нил. — Только отдых. — Тогда день уже удался, — сказал Питер, не отводя взгляда. К ним присоединился Блейн, весело хлопнув брата по плечу: — Мы только что поспорили, кто первым прыгнет в воду. Думаю, я проиграю, если не поспешу. — Я не бегаю, я грациозно шагаю, — парировал Курт, поднимаясь по ступеням к дому. — Заходите, — позвал Нил остальных. — Вас ждёт прохладный лимонад, лёгкий обед и, если пожелаете, тень под террасой или солнце на пирсе. Американцы начали подниматься к дому, и уже через несколько минут терраса наполнилась лёгким гулом голосов, звоном бокалов и запахом свежей выпечки. Моззи, облокотившись на балюстраду, задумчиво произнёс: — Вот теперь я верю в дипломатию. Нил молча наблюдал за происходящим. Его взгляд на мгновение задержался на Питере. Тот стоял у края террасы, щурился на солнце и выглядел счастливым. «Пусть этот день продлится чуть дольше», — подумал он и спустился к остальным.***
После лёгкого обеда, салата с оливковым маслом, фокаччи с розмарином и рыбы на гриле, гости постепенно разбрелись по территории. Кто-то ушёл на пирс, кто-то расположился в шезлонгах в тени перголы, оплетённой бугенвиллией. Диана с Аделой обсуждали цветущие деревья с садовником, Мейвин устроился в гамаке с бокалом холодного вермута и блокнотом. Клинт увлёкся разговором с Куртом и Блейном, те с восторгом показывали террасу с видом на бухту и рассказывали, как в детстве устраивали здесь костюмированные спектакли. Моззи уже расхаживал по террасе в гавайской рубашке и широких шортах, всем видом демонстрируя полное довольство жизнью. — Надеюсь, следующая встреча министров будет здесь. Я готов взять на себя моральную поддержку и коктейль из арбузного льда. Питер стоял у края сада, в тени инжирного дерева. Он наблюдал, как Нил смеялся, разговаривая с Луисом и Дианой. Он выглядел просто счастливым, без той лёгкой настороженности, которая всегда сопровождала его в замке. Через несколько минут тот подошёл, не торопясь, с лимонадом в руках. — Всё так, как ты представлял? — спросил он, остановившись рядом. — Лучше, — признал Питер. — Хотя, признаться, я думал, что на королевской вилле будет больше мрамора и меньше лаванды. — Мы тут всё упростили, — ответил Нил. — Дышится здесь прекрасно, — тихо сказал Питер. Нил чуть наклонил голову, посмотрел на него. Глаза принца были светлыми и спокойными, но внутри пряталась та самая искра, которую Питер теперь знал до мелочей. — У нас есть полдень, закат, ночь, утро и обед, — произнёс Нил почти шёпотом. — Я бы хотел, чтобы мы потратили это время с умом. — А ты знаешь, как его тратить? — спросил Питер с лёгкой улыбкой. — Я учусь, — усмехнулся Нил. — И ты довольно хороший пример. Питер хмыкнул, оглянулся на сад, где Моззи что-то оживлённо рассказывал Диане, а Блейн и Курт уже спустились по ступенькам к пляжу. Их голоса доносились оттуда приглушённо и весело. — У тебя есть идея? — Да. Но сначала ты должен снять ботинки, — Нил кивнул в сторону деревянной лестницы, ведущей к скрытому пляжу. — Там песок. И лучшее место в этом королевстве. — Я доверяю тебе, Ваше Высочество, — усмехнулся Питер. — Тогда иди за мной, — ответил Нил, сбросил обувь прямо на траву, оставил её там и пошёл вперёд, босиком, по тёплому песку, под пальмами, вниз к морю. Питер сделал то же самое. Стянул ботинки, закатал штанины и пошёл следом. Они спускались молча. Только шорох шагов по песку и далёкий шум волн. А на террасе Моззи заметил, как две фигуры исчезают за поворотом лестницы. Он допил вермут, поставил бокал на перила и улыбнулся сам себе.
