maus

4:56. осенью солнце встает не так, как летом, оно только только начинало выглядывать из под горизонта. по стеклам моросил легкий дождь. он выстукивал, словно звал к себе. дима проснулся в чужих объятиях, теплых, крепких. чужие руки лежали на его талии, будто показывали, что рядом есть тот, кто поможет и поддержит. однако матвееву это не нравилось. не то, что бы прям не нравилось, скорее стыдно. про порезы он не рассказывал никому, про влада, в целом, тоже. это были табуированные вещи, и вот, нашелся тот, кому дима доверил. а не зря ли? нить размышлений прервал резкий стыд, подкативший к горлу, не дающий сказать ничего. не хотелось быть здесь. аккуратно выпутавшись из чужих объятий, экстрасенс взял пачку сигарет, купленных славой. даже сигареты ему купил он. даже на это дима не горазд сам. сам не может решить проблемы, сам не может купить запрещенку, сам не может сбежать. ключей у него нет, а будить славу..зачем? тот не выпустит его из дома в 5 утра, придется снова говорить о своих проблемах, и снова их решит не он, а Вячеслав. открыв окно на кухне, дима взял маленькую тарелку и поставил на кухонный островок, за который и сел. зажигалка подожгла конец сигареты, окрашивая его в красно-оранжевый цвет. струйки пепла начинали медленно подниматься вверх, пока дима не сделал первую затяжку. тогда, весь дым пошел в его легкие, наполняя их. за одно, дым наполнил его самого спокойствием и удовлетворением. казалось что уже все не так плохо, однако появилась одна мысль. уйти. нет, не из квартиры, а из жизни славы. не наказывать его своим присутствием в его жизни, не вызывать жалость своим видом, не доставлять проблем, а просто уйти. перестать общаться, не ходить на его уроки, а лучше вообще в школу. а лучше сбежать из детского дома и уйти в монастырь. быть может, уходить не нужно, и слава сам скоро кинет его. он рассказал все и даже больше, поведал себя, открыл душу, наверное, славе с него теперь мерзко, наверное, он его ненавидит и думает, что матвеев слабак и ничтожнство. что его проблемы детский лепет. а если он скажет ему пойти и наконец скинуться, чтоб никого не мучать? наверное это будет самое обидное, а он так скажет. он встанет и скажет так, потому что заебется. нет, лучше уйти самому. так ушла первая сигарета, затем - вторая. после нее третья. руки дрожали, во рту неприятный вкус табака и сладости. -почему ты не спишь?-раздался голос Вячеслава Юрьевича из коридора дима не повернул головы, продолжал поглощать табачный дым и ссыпать пепел в тарелку, стоящую перед ним. на вопрос тоже решил не отвечать. вдруг слава резко забудет о его существовании и уйдет? но этого не произошло. -дима.-учитель сел на барный стул рядом и опустил руку на чужое маленькое, костлявое плечо.-я с тобой разговариваю. почему ты ушел? еще и накурил, дышать не возможно. -прости. -не прости, дима. мне твои прости мир не перевернут. на вопрос лучше ответь.- и тут до славы дошло. он говорит не со взрослым человеком, а с ребенком, еще и травмированным. немного сбавив тон, он приобнял диму и положил его голову на свое плече. голос в моменте стал мягче, а изрезанное плече младшего поддалось ласке чужих рук, которые гладили, словно кота.-мышонок, что произошло? -да просто стыдно стало что я рассказал все так сразу, не убедившись что вы..ты никому не скажешь, что не перевернешь информацию против меня, что не осудишь, и теперь вот думаю что делать дальше и..куда бежать, хахаха.-отстраняться матвеев не стал. прилег поудобнее и затушил сигарету, оставляя ее в тарелке. когда чужие пальцы проникли под волосы, почесывая кожу головы, захотелось приблизиться больше, вздыхать громче, но -он сдержал порывы, лишь слегка прогладил виском плече учителя и улыбнулся -а бежать, димочка, никуда не надо. мне не 16 чтоб ходить и шестерить тебя, и не 10 что бы издеваться над твоими проблемами, мне важны наши отношения, мне важен ты. и моя репутация, естественно. так что можешь доверять. лучше бы поговорил со своим другом напрямую, а не устраивал сцены и рубрику «догадайся сам а я буду обижаться».-одной рукой историк слегка ударил диму по затылку, в шуточной форме, и получив реакцию, которую он и ожидал - смешок, сам хихикнул и вернул руку на плече старшеклассника -я поговорю с ним завтра же. если и кинет меня..бог с ним. у меня новый друг, который наверное меня не оставит. ну как..он старый..ему завтра ложиться либо в гроб либо в кардиологию, но за то с ним комфортно.)-экстрасенс посмеялся, но когда почувствовал легкий удар в живот локтем успокоился -я тебе дам, кардиология. пойдем спать, меланхолик херов. -слава уже было отстранился и встал, как вдруг холодные пальцы обхватили его запястье. -стой. -что? -хочешь я погадаю тебе? я умею, правда, и с духами говорить, и в будущее посмотреть, тебе понравится.-договаривая, матвеев опустил руку учителя, ожидая, останется ли тот на месте, или все же уйдет. -ой вот эти твои сказки..и..хаа..ладно. на любовь посмотри. —хорошо. дай свою руку Холодный воздух, пропитанный предрассветной сыростью, проникал сквозь неплотно задернутые шторы. на кухне, где царил полумрак, еще не рассеянный утренним солнцем, Дима сидел, уставившись в ладонь Славы. слабый свет маленького светильника не освещал все помещение, а лишь слегка давал свет, создавая атмосферу мистики и таинственности, которую Дима, начинающий экстрасенс, ощущал особенно остро. раннее утро всегда казалось ему временем, когда завеса между мирами становится тоньше, когда можно увидеть больше, почувствовать глубже. Он верил в это всем сердцем, с каждой клеткой своего существа, и сейчас, сосредоточившись на линиях судьбы Славы, он чувствовал, как эта вера усиливается. Дима, вглядываясь в ладонь, видел не просто линии. Он видел карту жизни, историю, написанную на коже, и верил, что ему дано расшифровывать эти знаки. матвеев рассматривал, прослеживая линию жизни, отмечая возможные повороты судьбы, грядущие события. Линия сердца, как обычно, поведала о чувствах, привязанностях, о глубине души. Но именно линия судьбы привлекла его внимание. Внезапно, словно вспышка света, перед глазами Димы начали возникать образы. Это были не просто картинки, это были ощущения, чувства, которые он переживал вместе со Славой. Он видел их вместе, смеющихся, держащихся за руки, делящихся секретами, преодолевающих трудности. Эти образы были яркими, живыми, словно сама судьба приоткрывала перед ним свои тайны. Дима затаил дыхание, его сердце заколотилось в бешеном ритме. Он чувствовал, как что-то внутри него пробуждается, как его экстрасенсорные способности усиливаются под покровом осеннего утра. Видения становились всё более четкими, детализированными, сливаясь в единую картину, центром которой был Слава. Он ощущал тепло его руки, запах его одеколона, слышал его смех. И сквозь эту пелену, сквозь нахлынувшие чувства, он услышал голос, зовущий его. "мышонок, я люблю тебя" Дима открыл глаза, пораженный. Видение исчезло, но ощущение присутствия Славы, его близости, осталось. Он посмотрел на Славу, который сидел напротив с выражением удивления и любопытства на лице. -По линии судьбы… - начал Дима, его голос дрожал от волнения. - Я вижу… что твоя любовь… связана с тобой, Слава. Очень сильно связана. ты..знаешь этого человека. -мда? и кто же это? что это за девушка?-слава не верил, и говорил без особого интереса. -это не девушка, и лица я не разглядел. Он замолчал, пытаясь взять себя в руки. В эти мгновения раннего утра, в этой атмосфере мистики, он чувствовал себя особенно уязвимым и одновременно самым сильным. Он верил в свои видения, верил в силу линий судьбы, и больше всего он верил в то, что почувствовал. мысли вновь наполняли голову, неужели он..его судьба? неужели его будущее будет со славой? это надо хранить в секрете, запереть в шкафу и не говорить никому -не девушка? хм. ясно. ладно, идем спать? -да, да. идем. *** утром славе надо было срочно уехать по делам, поэтому возвращаться пришлось в одиночестве, но диму это особо не смущало. в наушниках играл Merlin Menson, только он мог перебить его мысли и чувства. он подумает обо всем позже.сейчас надо решить другую проблему, и она намного глубже, чем кажется D. •влад, не уходи никуда. я щас вернусь и нам надо очень серьезно поговорить.•