Огонь

      — Объявлен технический перерыв… тридцать минут. Нам нужно... восстановить поле… — прозвучал голос диктора.              Сабрина молча кивнула и, развернувшись, пошла в сторону комнаты подготовки. Несколько помощников бросились к ней с полотенцами и водой, но она прошла мимо, не замечая их, растворившись в полумраке выхода, словно тень. Не прошло и мгновения, как она скрылась из виду.              Только когда её силуэт исчез, я позволила себе рухнуть. Ноги подкосились, и я осела на прохладную, исчерченную трещинами землю, наконец выпустив из легких воздух, который, казалось, сжигал меня изнутри всю битву. Дрожь, которую я сдерживала, вырвалась наружу — мелкая, неконтролируемая, отдающая в каждую мышцу. Впервые я… действительно почувствовала себя часть чего-то большего, наверное… Частью команды. Я была нитью в полотне, каплей в океане их воли, и это ощущение было одновременно пугающим и блаженным. Губы сами собой растянулись в легкой улыбке. Может, мне даже понравилось.              — Эмбер, нам пора.              Эш присел рядом, и я увидела в его обычно сияющих глазах ту же глубокую усталость, что грызла меня. Я молча кивнула, попытавшись встать, но тело стало чужим, тяжелым и непослушным. Не могу идти сама, слишком устала. Хоть Вега и исцелил меня Молитвой, но Алаказам все же сумел довести до нокаута во второй раз. Легкое жжение в груди неприятно растянулось и заворочалось. Да, знаю… Но так бывает. Я и так показала больше, чем сама от себя ожидала. Так что чем грустить о личном проигрыше, лучше радоваться общей победе.              Эш осторожно, словно боясь мне повредить, поднял на руки и зашагал в противоположную от Сабрины сторону. В последний раз я бросила взгляд на поле позади. Надо же.              Какие-то островки арены уцелели, обманывая взгляд почти нетронутой гладью. Но её сердце, самый центр, было вывернуто наизнанку. Груды земли, развороченная плитка, глубокие шрамы от атак — будто гигантский зверь в конвульсиях бился здесь насмерть. Защитный барьер был испещрён вмятинами и паутиной трещин, мерцая остаточной энергией. От этой тихой разрухи веяло ледяным покоем после бури. Стоит посмотреть повтор как-нибудь.              И сквозь туман истощения в мозгу настойчиво стучала мысль: я что-то упустила. Что-то важное.              Эш тоже устал. Любопытно. Неоднократно замечала, что после таких напряженных битв он выдыхается, но почему? Да и не только он, а все тренеры. Та же Сабрина выглядела очень помято, когда битва завершилась. Я думаю, мне стоит разузнать подробности. Все же… интересно.              Постепенно ослепляющий свет арены, едкий запах озона и расплавленной земли, давящая психическая густота воздуха и рёв толпы остались позади, сменившись прохладной тишиной тоннеля. Она обволакивала, как бальзам.              — Это было просто невероятно круто!              Резкий, пронзительный голос врезался в тишину. Мы с Эшем вздрогнули в унисон, и я почувствовала, как он непроизвольно напрягся.              — Просто фантастика! Я не мог оторваться от экрана!              — Ты… мог бы быть немного тише? — голос Эша звучал не сердито, а с плохо скрытым раздражением уставшего человека.              На плече у парня сидел Пикачу, а его лицо было очень знакомым.              — Мы же встречались в Пьютере, ты — Ритчи? — спросил Эш.              — Да! Поверить не могу, что ты, такой же новичок, как и я, сумел победить Алаказама Сабрины! А… извини, — Ритчи неловко замолчал, встретившись с моим взглядом, в котором, уверена, читалась вся моя усталость и просьба оставить нас в покое.              — Ты следующий?              — Ага! Мы… — Ритчи запнулся на мгновение, глядя на Пикачу. — Мы со Спарки обязательно получим Золотой значок!              Эш лишь устало кивнул. У него не было сил на привычную гиперактивность, так что это все, что он мог сделать.              — Удачи. Моим покемонам нужно в покецентр, — произнес он.              — Да! До встречи! В следующий раз, я… вызову тебя на битву! — с решимостью воскликнул Ритчи.              Выражение лица Эша в момент, когда он замедлился, показалось очень… напряженным? Он быстро посмотрел на браслет Лиги, выдохнул, и на его губах появилась улыбка. Но это была не его привычная, теплая улыбка. Она была слишком натянутой.              — Конечно! — он повернулся к Ритчи. — Победи Сабрину.              И что это было? В момент он показался слегка… куда более взрослым, чем когда-либо?              — Что такое? — Эш посмотрел на меня, и маска упала, сменившись обычной лёгкой озадаченностью. — Эмбер, я хотел спросить… Нет, ничего. Дойдём до покецентра. Твоя лапа выглядит не очень.              Да, пожалуй. Но мне было лучше, чем Веге, да и Скаю… Та Смелая птица в конце… Это было так чертовски завораживающе.              Мы остановились в вестибюле, где несколько работников тут же выдали Эшу набор для первой помощи и попросили подождать значка. На стадионах, все же, были свои медработники, но лечение оказывалось лишь экстренно. Эш уложил меня в кресло, затем, поднес ближе поилку с изотоником. Стоило увидеть воду, как я тут же жадно набросилась на нее, моментально опустошая все, что было предложено. Следом, Эш присел на лавку и сам чуть ли не залпом опустошил бутылку. С его лица, наконец, сошла бледность. Он стал выглядеть более-менее сносно. Я нашла в себе силы приподняться и сесть, все же нехотя поджимая поврежденную лапу. Ничего, кроме усталости и выжженного спокойствия, я вообще не испытывала.              — Эш!       — Пика!       — Эш!       — Фроу!              В комнате отдыха в одночасье стало шумно. Мы с Эшем переглянулись и выдохнули одновременно, после чего на нас налетели ребята.              — Эш, это была просто невероятная битва! — произнес Кийо хором с Броком.              — Пика-пика-чу! (Так круто!) — Флик прыгнул на диван, кажется, не справляясь с воодушевлением.              Сильвер оказался рядом со мной и сразу полез обниматься. Фрокки запрыгнул на спинку кресла. Комбаскен Мэй запрыгнул с противоположной стороны, все рассматривая мое пламя — сейчас оно тлело слабо и неровно, выдавая полное истощение. Ну, сейчас оно заметно стихло из-за плохого самочувствия и жуткой усталости. Я широко зевнула. Мир начал расплываться.              — Фро! (Ты отлично сражалась!) — с горящими глазами произнес он.       — Пика! (В конце… я думал, что Скай упадет!) — Пикачу, посмотрел на покеболлы Эша.       — Сиз-сиз! (Не знаю, что случилось, но Вега был таким крутым!)              Я позволила, чтобы меня обнимали, но мое тело оставалось вялым, как тряпичная кукла. Взгляд упёрся в трещинку на потолке, и я следовала за ней взглядом, пока шум голосов сливался в далёкий гул. Веки налились свинцом. Чармандер Эстель, выглянула из-за ног тренерши и молча кивнула мне, улыбнувшись.              — Чарм… чар. (Твой огонь был очень сильным) — произнесла она восхищенно.              — Чар… Чармандер. (Не только мой) — прошептала я в ответ, слабо отпихивая Сильвера.              — Может, у тебя всё же есть способности, — с притворной высокомерностью произнесла Мисти, и это вернуло к жизни привычную динамику.              — Ты всё ещё сомневаешься во мне?!              Что же, его усталость прошла довольно быстро. Трейси подошел ближе ко мне, бегло осматривая.              — Эмбер, а ты как? — спросил он, с осторожностью прикасаясь к лапе.              — Полагаю, нам нужно поспешить в покецентр, — сказал Брок, и в его голосе прозвучала тревожная нота.              Они с Трейси слегка напряженно переглянулись. Что за игра в гляделки? И почему они так настороженно смотрят на меня, будто хотят что-то сказать.              — …Неважно, — наконец покачал головой Трейси, отводя глаза.              — Да, лучше обсудим позже, — кивнул Брок, и его улыбка показалась мне натянутой.              Не знаю, что там эти двое обсуждают, но мне не нравится, когда от меня что-то скрывают.              — Жар от вашей битвы, Эш, чувствовался даже на дальних рядах, — Кийо облокотился о спинку дивана. — Это было… сокрушительно.              — Да, я прямо… это был настоящий боевой дух! — кивнула Мэй.              — Ха, спасибо! Я же говорил! — глаза Эша загорелись. — Мы победили!              — Прошу прощения за задержку, претендент? — в комнату вошел работник зала.              Я сразу же узнала в нем того самого мужчину, который проводил ребятам тест на психическую силу. В его руках находился фиолетовый кейс. Эш поднялся, подходя к работнику, тот с доброжелательной улыбкой торжественно вручил ему награду.              — Поздравляю с получением особого Золотого значка стадиона Саффрон-сити. Битва была действительно достойной. Я… давно не видел на лице нашего гим-лидера такой улыбки. Молодец, парень! — мужчина сильно пожал руку Эшу.              — Да… это заслуга моих покемонов! — Эш отвернулся и, подойдя ко мне, поднес кейс.              На белоснежной подушке, переливаясь, лежала награда. Значок напоминал крупную золотую монету из видеоигр и был украшен тонкой рамкой. Вау, это… Я подняла голову и встретилась с взглядом Эша. В его глазах стояли слёзы — не от боли, а от переполнявшего его чувства.              — Мы действительно сделали это! — он не смог сдержать эмоций.              Он взял значок, и его пальцы сжимали его так, будто это была самая драгоценная вещь на свете.              — Осталось еще немного… Это так круто!              Огонь на хвосте дрогнул, слегка разрастаясь.              Как я и думала. Эта битва в самом деле стала особенной.       

***

      — Как же приятно вновь оказаться в покецентре! — Эш с тихим стоном облегчения растянулся на кровати.              Идеальная температура, мягчайшее освещение, кровать, тонущая под весом тела, и уютные пуховые лежанки — высшие блага цивилизации! Стоило оказаться в покецентре, как я, да и остальные, тут же приободрились. Может, кто-то и скажет, что оставаться в додзе было бы правильнее и нужно себя ограничивать, а комфорт делает нас слабее и бла-бла-бла…              Я с наслаждением растянулась на чудовищно, просто убойно мягкой широкой подстилке с подогревом. Мне все равно. Неужели я не заслуживаю хороших условий? Еще чего! Я, вообще-то, себя ценю! Я заслужила это. ЗА-СЛУ-ЖИ-ЛА.              Прибытие в покецентр сопровождалось лечением меня, Веги и Ская. Клефейри оправился довольно быстро, а вот Пиджеота попросили оставить в боксе до утра, потому что он излишне перенапрягся. Что же, использование Смелой птицы и так дает сильную отдачу, а Скай и вовсе был на грани в тот момент. То движение, скорее, напоминало последний акт отчаяния, чем целенаправленную атаку. Поэтому пускай отдыхает под наблюдением у сестры Джой.              Со мной все было… как-то сумбурно. Телесные травмы, в том числе сломанную лапу (она все же оказалась именно сломанной) мне залечили довольно оперативно, но вот Эша почему-то вызвали на разговор, который, к сожалению, я не слышала. Он вернулся задумчивым, с тенью озабоченности в глазах, которую пытался скрыть. Я все еще не понимала, с чем это связано, но не думаю, что стоит заморачиваться. Если что-то серьезное, я в любом случае узнаю. Но чувствую себя обновленной, так что готова к новым свершениям!              — Ребята, пойдемте поедим! — Эш вскочил, и его голос, полный привычной бодрости, сорвал нас с мест.              Я оживилась, как и все остальные. Мысли о еде наполнили голову всевозможными мясными блюдами, от которых слюнки потекли. Я ужасно голодна! Даже сильнее, чем обычно!              Покецентров в Саффрон-сити было множество, соответственно населению, но мы остановились в одном из крупнейших, где относительно рядом и находился стадион. Учитывая всю эту эпопею с остановкой в додзе, мы не были здесь несколько дней. Спустившись со второго этажа, мы направились в столовую.              Запахи потянулись к носу, я с наслаждением выставляла морду, позволяя себе полностью погрузиться в чудесные ароматы еды.              — Эш!              — Сюда!              Ребята уже заняли стол, Эш присел на диванчик, а покемоны оказались у своих мисок. Глядя на ту гору мяса, которая, очевидно, была моей порцией, на секунду перехватило дыхание, а уже в следующее мгновение я приступила к еде. Вега набросился на порцию с такой же жадностью и остервенением.              — Видно, что они серьезно вымотались, — усмехнулся Брок.              — Еще как! — произнес Эш, едва жуя. — Ешьте, ребята, вы заслужили самые вкусные блюда!              Я довольно махнула хвостом, ощущая, как желудок стремительно наполняется сочными кусками стейков, а по телу разливается чудодейственное тепло. Вот сейчас я точно в полном порядке!              — А где Мэй, Эстель и Кийо? — спросил Эш.              — Девочки пошли на набережную, а Кийо сказал, что ему нужно поговорить с Кайлом, — ответил Брок. - Оказывается, он тоже пришел на стадион.              — А, Кайл… — Эш кивнул.              — Если честно, ваша битва очень удивила, — задумалась Мисти. — Никогда бы не подумала, что ты впрямь одолеешь Алаказама.              — Все благодаря тактике! — улыбнулся Эш. — Мы… готовились. Да, ребята?              Покемоны Эша согласно кивнули. Ну, конечно, наша тактика дала сбой буквально во втором раунде, но да ладно. Брок, стоило ему посмотреть на меня, вновь как-то задумчиво отвернулся.              — Что же, тогда остается спросить лишь одно, — кашлянул Брок. — Что дальше?              Эш на секунду задумался, задержав ложку в воздухе.              — Как это что? Следующий пункт — Целадон! — уверенно произнес он.              Целадон… Травяной гим и лидер — Эрика.              — Видео вышло! — Трейси повернул телефон.              Я закончила есть, Эш протянул мне банку содовой, так что я с радостью запрыгнула на диван, поддевая кольцо когтями. Покемоны отвлеклись от еды и оккупировали диван, готовясь посмотреть. Трейси сместился, выбрал записанный ролик и нажал «плей».              С первых кадров было видно, как сильно Лига любит нагнетать. Странное дело, но на поле я вообще не чувствовала этого масштаба, который они пытались усилить, чтобы зритель сидел в напряжении до последнего. Для меня все то тянулось, то происходило слишком рвано и быстро. Видео было поделено на этапы, а комментарии диктора сопровождались еще одним экспертом, который сидел рядом с ним. В общем-то, это было…              Эпично.              Прямо как заставка аниме. Обычный вызов завершился весьма скоро, было видно, что время специально подгоняли, ведь самое интересное начиналось дальше. Оу.              — Ох, Эмбер… до сих пор смотреть страшно… — Мисти прикрыла лицо в момент, когда меня сдавило камнем.              Ну… выглядит это, конечно, просто ужасно, но мне больше было страшно за Ская. Все же я не ожидала, что он сможет это выдержать, а потом сражаться так яро и… Вот и момент с Вегой. Я украдкой взглянула на него — он сидел, гордый и смущённый одновременно.              — Так, это движение… — Эш, пытаясь не отрываться от экрана, достал покедекс.              — Это Молитва. Вега отдал все силы, чтобы вернуть Эмбер запал, — произнес Брок. — Очень необычно, что он освоил именно его. Это движение сложное и высокоуровневое.              Эш кивнул, слегка сжимая покедекс. Он посмотрел на Вегу и улыбнулся, тот лишь счастливо кивнул.              — Кле! (Я сделал все, что было в моих силах!) — произнес Вега, следом смотря на меня.              — Чармандер. (Это было потрясающе) — я улыбнулась ему в ответ.              Его это явно тронуло, он горделиво вскинул голову.              — Си-зл! Сиз! (В следующей битве я выступлю лучше!) — Сильвер навалился на Вегу, что тому, конечно, не нравилось.              — Эй, ребята, не ссорьтесь, — Эш достал Вегу из-под Сильвера и усадил на другую от него сторону.              Сильвер высунул язык и показал его недовольному Клефейри. Я быстро шлепнула Снизла хвостом, призывая к тишине. Вот, тот самым момент, когда…              Огонь на хвосте треснул. Камеры были приближены так, что было отчетливо видно, насколько сильно я устала. Пламя трепыхалось, горело от синего к белому, когда Огнемет разнес летящие камни и площадку.              Это… Я замерла, всматриваясь в экран. Мир словно сузился до него одного. В тот момент, когда я… это было похоже на ровный свет, льющийся изнутри и обволакивающий тело. Момент, когда пламя на моём хвосте не просто горело — оно раскололось, выбросив сноп искр, а потом сжалось в ослепительно-белую точку. Тело на видео было окутано странным, мерцающим сиянием. И затем… свет погас. Я осталась собой. В комнате повисла тишина, густая и тяжёлая.              — Кстати, я всё хотела узнать… что произошло? — голос Мисти прозвучал неуверенно. — Я про… ну, про Эмбер.              Все взгляды устремились на меня. У меня в голове что-то щёлкнуло, и внутри всё похолодело. Забыла. Я совершенно вытеснила этот момент. Вытеснила настолько успешно, что теперь, глядя на экран, чувствовала лишь пустоту и лёгкую, подташнивающую панику. Когда на экране свет погас, а я осталась собой, в висках застучала тупая боль. Не память, а её отсутствие — чёрная, пульсирующая пустота. От неё свело желудок, и слюна во рту стала вдруг металлической, как будто я лизнула батарейку.              Это в самом деле случилось?              — Эмбер ведь… прервала эволюцию, — сказал Брок.              Опустив голову, я уставилась на свои лапы, широко распахнув глаза. Мысли метались, натыкаясь на стену провала. Почему я забыла? Как я вообще могла про это забыть? Это в самом деле случилось?              — Я… не знаю, — Эш посмотрел на меня и покачал головой. — Мне было не до этого на арене, Эмбер чувствовала себя ужасно.              — Мне казалось странным, что она не эволюционировала еще в Церулине, глядя на нее можно с уверенностью сказать, что она готова, но… я впервые вижу, чтобы покемон прерывал сам процесс, — Трейси уставился в потолок.              — Верно. Я тоже никогда не слышал, чтобы эволюцию можно было просто… отметить или не совершить, когда она уже началась, — Брок посмотрел на меня. — Эмбер?              Я… что? Что вы от меня-то хотите? Я вообще про это забыла! Может, именно потому, что я отменила эволюцию накатила усталость? Да и… если Брок и Трейси про это не знали, что, если… Если это вообще невозможно? Что если я стала первым покемоном, который сделал нечто такое? Пикачу отказался от эволюции, но у него совсем другой случай — чтобы развиться ему нужен предмет, а у меня этот процесс равняется взрослению.              Эш остановил видео и достал телефон.              — Давайте спросим у профессора Оука, — предложил Эш, и в его голосе сквозила не только надежда на ответ, но и тень той же тревоги, что грызла меня.              Мой взгляд снова прилип к застывшему кадру на экране. Изображение, яркое и четкое, казалось, кричало о произошедшем чуде, но внутри меня оно отзывалось лишь леденящей пустотой. Этот вырванный из памяти миг — не пробел, а черная дыра, бездонная и молчаливая. От осознания этого под чешуйками побежали мурашки, холодные и противные. Не просто странно — жутко. Ощущение, будто кто-то взял и стер кусок моего собственного существования. Неужели в тот самый миг, когда свет окутал меня, я уже перестала быть тем, кем была? Неужели где-то в параллельной реальности я уже стала Чармелеоном — больше, сильнее? И что же осталось от меня? Я сжалась, чувствуя, как пламя на хвосте, обычно такое живое и теплое, дрогнуло и стало каким-то холодным, почти призрачным.              Я забыла о самом процессе, так что… где гарантия, что я продолжу помнить себя после эволюции?              — Пика-а-а…? (Все в порядке?) — протянул Пикачу.              Я быстро, слишком быстро кивнула. Совсем нет, Флик. Эволюция всегда была моей глубоко личной, болезненной темой. Я отгораживалась от нее стеной мыслей о «потом». «Потом, когда привыкну». «Потом, когда стану сильнее». «Потом, когда буду готова». Но это коварное «потом», похоже, устало ждать. Оно подкралось сзади и настигло меня на арене, в пылу битвы, когда я была слишком уставшей, чтобы сопротивляться. Теперь выходило, что все мои тренировки, вся накопленная сила, весь этот «опыт» перешагнули какую-то невидимую черту. Значит ли это, что теперь эта сила, эта энергия внутри меня, может в любой момент, без моего ведома, снова запустить этот процесс? Я попыталась прислушаться к своему телу, к этой новой, странной пустоте внутри. Что-то действительно изменилось — словно после сильной грозы воздух стал чище, но и прохладнее. Ощущался легкий, едва уловимый диссонанс, будто какая-то шестеренка в механизме моей сущности провернулась не до конца и теперь замерла, готовая в любой момент завершить оборот.              Что вообще такое эволюция для такого существа, как я? Простой биологический процесс? Неизбежное взросление? Или что-то большее — трансформация не только тела, но и души, сознания? Что происходит с «я», когда форма меняется? Стирается ли оно, растворяясь в новом, более сильном существе, или лишь обрастает новой оболочкой? И самое главное — останусь ли я собой, когда пламя на хвосте станет больше, а рев грубее?              Эш тем временем набрал профессора. Звук гудков казался невыносимо громким в напряженной тишине комнаты. Когда экран телефона ожил, изобразив вращающийся логотип ПокеЛаб, мои когти непроизвольно впились в обивку дивана. Если Оук сейчас скажет, что то, что я сделала — чистая воды фантастика, невозможный сбой… Что тогда? Они не знают всей правды. Они не знают о человеке, запертом внутри ящера. А что, если причина именно в этом? Что, если моя гибридная, раздвоенная натура — человеческий разум в покемоньем теле — создает фундаментальный конфликт? Что, если законы этого мира, написанные для чистых, цельных душ покемонов, просто не применяются ко мне? Я — аномалия. А аномалии не развиваются по правилам.              Я вообще… способна к эволюции? Или я обречена застрять в этой форме навсегда?              Эта новая, зловещая мысль ударила с такой силой, что у меня перехватило дыхание. Раньше я боялась измениться, потерять себя. Теперь же меня охватил страх куда более примитивный и глубокий — страх оказаться сломанной. Не отрицать эволюцию, а быть физически неспособной к ней. Я не отрицаю её необходимость! Мне нужно стать сильнее, быстрее, больше, но… Но сердце… сердце цеплялось за знакомые очертания лап, за привычный вес хвоста, за этот огонёк, который был моим пламенем с самого начала. Я только-только начала по-настоящему чувствовать это тело своим, только-только научилась в нём жить, а не существовать. Я не готова променять эту хрупкую обретенную уверенность на нечто большее, загадочное и пугающее. Дай мне ещё немного времени! Хоть чуть-чуть! Неделю. Месяц. Чтобы попрощаться. Просто… немного, ну, совсем капельку позже!              Экран моргнул, погас, затем, зажегся.              — «А-а-а, Эш! Я как раз собирался тебя набирать! Поздравляю с победой в зале Саффрон-сити!», — профессор Оук широко улыбнулся, и его голос, обычно такой спокойный, звучал искренне радостно.              — Здравствуйте, профессор! — произнесли ребята.              — «И вам, ребята!»              — Профессор, у меня к вам вопрос… — начал было Эш.              — «Случаем, не про Эмбер?» — сразу догадался Оук.              — Да!              — «Я именно по этому поводу и хотел позвонить. Мне пришли данные из покецентра, весьма занятный случай», — Оук надел очки и поднял планшет со стола.              Я невольно вздохнула, и этот вздох прозвучал слишком громко в наступившей тишине. Теперь всё официально. Я — очередной «занятный случай» в базе данных величайшего исследователя Канто.              — Профессор, разве такое бывает? — не выдержал Трейси, и в его голосе слышалось не только недоумение, но и жгучее любопытство учёного. — Сколько бы ни думал, не могу представить, чтобы покемон прервал эволюцию!              Оук задумчиво кивнул.              — «Ты прав, это весьма уникальное событие. Обычно эволюцию может прервать сам тренер, но чтобы покемон, уже начавший проходить через нее вдруг прекратил… Впрочем, мы, как ни прискорбно, до сих пор знаем об эволюции далеко не всё. Она остается одним из самых загадочных феноменов. Где-то в архивах у меня мелькали упоминания о похожих инцидентах, но столь яркий, документально подтверждённый случай…» — Оук начал что-то сосредоточенно искать.              — Это же не плохо? — спросил Эш, и в его вопросе слышалась тихая мольба. Он искал утешение, надежду. — Флик тоже не захотел эволюционировать, и всё в порядке!              — Но Пикачу эволюционирует с помощью камня, — мягко, но настойчиво вмешался Брок, его практичный ум сразу ухватил суть различия. — Это осознанный выбор, связанный с внешним артефактом. А Чармандер… их развитие заложено в самой природе. Это как… как остановить собственный рост или взросление.              — «Все правильно. Покемон может не эволюционировать и отказаться от предмета, если ему комфортно именно так, но случай с покемонами вроде Чармандера весьма специфический. Тем страннее, что именно Эмбер, которая, казалось бы, должна стремиться к эволюции больше любого другого Чармандера. Для её вида желание стать сильнее, взрослеть, эволюционировать — почти инстинкт. А она… прервала его»              — Так… что же делать? — произнес Эш растерянно.              Что делать, что делать… Да, вот мы и достигли этой развилки. Тупик. Почему это должно было случиться именно сейчас, когда всё только начинало налаживаться?              — «Что же… Она уже полностью сформирована как Чармандер, проблема в ядре. Видите ли, эволюция — это не только рост, но и защитный механизм. Когда внутренняя энергия покемона, его так называемое «типовое ядро», накапливается сверх меры, а физическая оболочка достигает достаточной прочности, происходит качественный скачок — эволюция. Это сбрасывает давление, открывает новые пути для силы. И у Эмбер…» Он сделал паузу, выбирая слова. «Оба показателя зашкаливают. Она — необычный Чармандер, мы это знаем. Какое-то время я наблюдал, полагая, что её «потолок» просто высок. Но я никак не ожидал, что система просто… даст сбой. Что она сможет осознанно или нет… отказаться от неизбежного».              Да не отказываюсь я! Просто… не сегодня, пожалуйста! И не завтра… может, на следующей неделе? А лучше через месяц! Дайте мне время примириться с мыслью, что скоро всё изменится!              Я попыталась прислушаться к своему телу, к этой странной пустоте внутри. Было ли это просто спокойствием? Или тишиной перед поломкой? Может, этот «предел», о котором говорил Оук, — не ступень, а тупик, стена, в которую я упёрлась, будучи наполовину чем-то другим? Пламя на хвосте, обычно такое отзывчивое, дрогнуло и погасло до тлеющего уголька, будто в страхе перед собственным ответом.              — «Не представляю, с чем это может быть связано,» — продолжил Оук, и в его голосе прозвучала лёгкая нерешительность. «Мне немного не хочется это предлагать, но… есть же Камень вечности. Что насчет него?»              Я застыла. К-камень вечности? В играх он позволял отсрочить эволюцию, но я понятия не имею, как он здесь работает… Кажется, в аниме одного применения для Пиплапа хватило, чтобы он больше не развивался…              — Камень вечности… — голос Эша прозвучал тише.              — «Если Эмбер действительно не хочет эволюционировать, не чувствует в этом потребности или… боится,» — профессор говорил осторожно, глядя прямо на меня сквозь экран, - «то это, пожалуй, единственный способ помочь ей. Хотя, конечно, как исследователь и просто как человек, наблюдавший за её прогрессом…будет жаль видеть такой потенциал замороженным».              Да что у вас с лицами! Брок смотрел в пол, Мисти печально опустила глаза, даже Трейси выглядел озадаченным. Они смотрели на меня, будто я уже сделала этот необратимый выбор. Будто я собиралась навсегда остаться в этой форме, отказавшись от будущего.              — Ну… что думаешь, Эмбер? — Эш медленно повернулся ко мне. Его глаза искали в моих глазах ответ, надежду, понимание. — Камень вечности позволит тебе остаться Чармандером. Навсегда. Если… если ты правда этого хочешь, если тебе так спокойнее… то я найду его. И отдам тебе.              — Эмбер останется Чармандером... навсегда? — Мисти произнесла это тихо, и в её голосе прозвучала не просто грусть, а какая-то потерянность, будто она уже представляла на моём месте могучего Чармелеона, а теперь этот образ таял.              Навсегда. Это слово повисло в воздухе тяжелым, давящим грузом. Застыть. Остановиться. Поставить крест на какой бы то ни было перемене. Это была не отсрочка, а окончательный приговор самой себе. Паника и протест слились в едином порыве.              — Чар… манДЕР! (Нет!) — мой крик прозвучал резко, почти яростно. Я нахмурилась, отпрянув назад, всем своим существом отрицая эту идею.              Эш вздрогнул, но в его глазах, помимо удивления, вспыхнула яркая, чистая радость. Он… хотел, чтобы я эволюционировала. Он верил в меня, в моё будущее.              — «Понятно…» — протянул профессор, и на его лице появилась тень улыбки. «Значит, Эмбер всё же хочет эволюционировать? Стремление к росту никуда не делось».              — Зачем тогда прерывать эволюцию? — не понял Трейси.              Да откуда я знаю! Я вообще не помню тот момент! Я отвела взгляд, уставившись в узор на ковре, пытаясь проникнуть сквозь пелену забытья. Там, в глубине провала, шевельнулось что-то неприятное, тёмное. Не просто пустота. Было… ощущение. Мне кажется, я слышала голос. Не Эша, не диктора, даже не свой собственный — чужой, в то же время болезненно знакомый, глубокий, отдающийся эхом прямо в сознании. И… видение? Вспышка чего-то, что не было ни светом арены, ни сиянием эволюции. По спине пробежал ледяной холодок, и пламя на хвосте беспокойно дёрнулось. Что я видела?              — «Вот что,» — профессор Оук вернул всех к реальности своим спокойным, деловым тоном. «У меня есть два предложения. Во-первых, раз процесс был запущен и прерван, велика вероятность, что он повторится. Давление никуда не делось. Не представляю, какие могут быть последствия, все же, рост не останавливается по чьей-то прихоти. Теперь важно понять причину этого прерывания. Трейси, я настоятельно прошу тебя быть моими глазами и ушами. Наблюдай, фиксируй всё — её состояние перед битвой, во время, после, малейшие изменения в поведении, в пламени. Всё. И присылай мне. Этот случай… он может перевернуть некоторые наши представления».              — Понял! — Трейси буквально просиял, его глаза загорелись огнём исследователя. Для него это был вызов.              — А что «во-вторых»? — спросил Эш, всё ещё держась за луч надежды.              — «Во-вторых, вы же направляетесь в Целадон?» — профессор улыбнулся. «Там не просто город с очередным стадионом. Рядом — огромный студенческий городок с самым крупным в Канто университетом. Я когда-то там имел честь преподавать… Да это не важно. Важно то, что там есть целый факультет, посвященный психологии и когнитивным исследованиям покемонов. Они изучают не только инстинкты, но и сознание, эмоции, страхи, мотивацию. Посетите их. Возможно, специалисты смогут помочь понять более глубокие, подсознательные причины, по которым Эмбер… отвергла свое изменение. Я отправлю им заявку. Иногда корень лежит не в теле, а в душе».              — Университет… — задумался Эш.              — «Мне пора, звоните в любое время! Трейси, жду отчеты! Успехов в зале Целадона! Гарри сообщил, что уже утром у него состоится битва!»              Экран погас, оставив после себя лёгкое потрескивание и чувство незавершенности. Профессор исчез, но брошенные им слова продолжали витать в воздухе, обретая вес и значимость.              — Что думаете? — первой нарушила молчание Мисти, оглядывая всех.              — Целадон так Целадон… — Брок потянулся, и в его движениях была привычная покорность судьбе путешественника. — Эй, кстати, между прочим, именно в Целадоне как раз должно пройти то самое боевое состязание покемонов! Ты же хотел участвовать, Эш?              — Си-и-из! (Я готов!) — Сильвер тут же вскочил, приняв театрально-боевую стойку, и его выходка ненадолго разрядила обстановку.              — Да-да, мы обязательно поучаствуем! — улыбнулся Эш, но его взгляд тут же вернулся ко мне, наполненный неподдельной заботой и беспокойством. — Но первым делом… первым делом зайдем в университет. Как сказал профессор.              Эш прикусил губу, его глаза метались между мной и экраном телефона. Пальцы слегка постукивали по колену — нервный, быстрый ритм, которого он сам, кажется, не замечал. Он ждал. Классно, так у меня скоро будет личный психолог? Ирония ситуации была горькой. Интересно, что будет, если я на сеансе выложу всю правду: «Здравствуйте, доктор. Во-первых, я в прошлой жизни была человеком. Во-вторых, я панически боюсь превратиться в динозавра, потому что не уверена, останется ли мое человеческое «я» после этого. И в-третьих, ваш мир — просто мультик и компьютерная игра в моем». Как быстро меня отправят в палату с мягкими стенами? А, стоп. Для покемонов такие есть? Вообще, существуют ли в этом мире психиатрические клиники для покемонов? Бывают ли покемоны с тревожными расстройствами, фобиями, посттравматическим синдромом? Наверное, да. Наверное, всё это я и узнаю в Целадоне… Мысль была одновременно пугающей и отчасти утешительной. Я не одна в своей «странности».              — Эш Кетчум здесь? — в столовую, нарушая поток наших мрачных мыслей, вошла сестра Джой. Её безупречно чистый халат и доброжелательная улыбка казались глотком свежего воздуха.              Эш тут же подскочил, как будто его пружинило.              — Да, я здесь! — он поднял руку, и на его лице мгновенно отразилась лёгкая паника. — Что-то со Скаем? Не ухудшилось?              Сестра Джой мягко покачала головой, успокаивая его.              — Нет-нет, с твоим Пиджеотом всё замечательно, он крепко спит и восстанавливается. Я по другому поводу. На твое имя ещё вчера была доставлена посылка.              — Посылка? — Эш задумался… — А! Алекса говорила про какую-то посылку!              — В таком случае, тебе нужно её получить. Пройдемте, — сестра Джой жестом пригласила его за стойку регистрации.              Интерес, жгучий и немедленный, перевесил груз мыслей об эволюции и университетах. Я переглянулась с Пикачу и Вегой — в их глазах читалось то же любопытство. Сильф, конечно, тот скандал с нападением «R» замяли с поразительной скоростью, но, видимо, хоть какая-то бюрократическая машина завертелась. Хотя, мне казалось, наградить Эша за спасение их легендарного Мастербола можно было и пораньше, а не спустя дни.              Сестра Джой поставила на стойку аккуратную, но не слишком большую коробку, обтянутую простой коричневой упаковочной бумагой. Никаких ярких надписей, только чёткий, стильный логотип «Silph Co.» в углу — скромно, но весомо. Одно это изображение заставило моё воображение немедленно нарисовать самые радужные картины: внутри лежат несколько сверкающих Мастерболов, которые мы сможем с умом применить в будущем! Или какие-нибудь уникальные, экспериментальные покеболы! Или…              — Эш, ну что там? — Мисти буквально горела от нетерпения, когда Эш, осторожно неся коробку, вернулся к нашему столу. Все сгрудились вокруг.              — Да вот… смотрите сами, — Эш поставил коробку на стол.              — Логотип Сильф, — констатировал Трейси, как будто мы все его не видели.              — Ага! — глаза Эша вспыхнули мальчишеским восторгом. — Может, там Мастерболл внутри! Всё-таки я им помог! Он тут же потянулся к крышке.              — Ну ты и дурак! — возмущенно фыркнула Мисти, хватая его за запястье. — Мастерболл — это высший класс! Награда легендарным тренерам или за невероятные заслуги! Такому новичку, как ты, его ни за что просто так не пришлют!              — Но я помог дет… не важно! Помог во время нападения «R», а Эмбер спасла Мастерболл!              Под крышкой, аккуратно уложенное сверху, лежало письмо на плотной, дорогой бумаге. Брок, видя, как пальцы Эша дрожат от нетерпения, опередил его и взял конверт.              — Ну, что там? — Трейси привстал, пытаясь заглянуть через его плечо.              — Сейчас, сейчас… — Эш всё же выхватил письмо и с некоторым трепетом вскрыл конверт. Брок взял лист и начал читать вслух своим спокойным, бархатным голосом:              — «За проявленное мужество и неоценимую помощь во время нападения на офис Silph Co. Эшу Кетчуму и его друзьям. Ваши решительные действия и отвага ваших покемонов предотвратили крупнейшую потерю и достойны высшей похвалы.» Брок поднял глаза, впечатлённо приподняв бровь. — Это… подписано от имени совета директоров. Вот это да.              Брок посмотрел на Трейси и тот удивленно пожал плечами. Эш открыл конверт и вынул пластиковые карты.              — Не может быть! — восхитилась Мисти, забирая одну.       — Это скидка на покупку покеболлов и прочих товаров в Сильф! — Трейси вскинул брови. — Семьдесят пять процентов?! Почти даром!       — Это здорово! Нужно будет передать одну Мэй, — сказал Брок.              — Но это не всё, здесь ещё что-то… — Эш заглянул в коробку и, не удержавшись, слегка потряс её. Раздался глухой, но твёрдый стук.              — А что если там что-то хрупкое? — испугалась Мисти, снова хватая его за руку.              — Всё нормально! Там что-то мягкое лежит! — Эш отмахнулся, его целиком поглотило любопытство.              — Тут с обратной стороны ещё приписка… — Трейси указал на обратную сторону официального письма в руках Брока.              Тот перевернул лист. Под строгим текстом, другим, более небрежным и быстрым почерком, было начертано:              - «Благодарность за помощь. Больше не попадай в неприятности. P.S. Я серьёзно. Л.»              — Что за «Л»? — Мисти нахмурилась.       — Это… не важно! Я, кажется, понял, кто это… — Эш улыбнулся.              Он наконец открыл коробку полностью и вынул оттуда небольшую, обитую чёрным бархатом коробочку. Я нетерпеливо поднялась на задние лапы и прыгнула на край дивана, чтобы лучше видеть. Нас было слишком много, и все головы тянулись к маленькому предмету, так что Эш, слегка волнуясь, поспешно открыл крышку.              Внутри, на чёрном бархате, лежал шар. Но не простой шар. Он был совершенен. Его верхняя половинка была окрашена в глубокий, абсолютный чёрный цвет, поглощавший свет, а нижняя — в насыщенный, тёмно-серый металлик, а яркие золотые полосы просто идеально очерчивали контуры покеболла. Швы были безупречны, поверхность — идеально гладкая, без единой царапины. Это был не инструмент, а произведение искусства. Ультраболл.              — В-вау… — Эш замер, и его глаза стали круглыми, как блюдца. Он осторожно, почти благоговейно, взял шар. Он идеально лег в его ладонь, ощущаясь одновременно и лёгким, и невероятно весомым. — Ультраболл…              Впервые вижу его так близко. Но как человеку, который в играх использовал их в изобилии, немного непонятна их реакция на Ультраболл…              — Ультраболл, — повторил Брок, и в его голосе прозвучало новое, почтительное уважение, которого раньше не было. — Теперь с тобой, парень, будут разговаривать иначе на любой проверке на стадионе.              — Вот это да… — протянула Мисти, с явным интересом разглядывая шар. Но тут её брови поползли вверх. — Постой-постой. Разве тебе можно им пользоваться? У тебя же ещё нет ни званий, ни рейтинга…              М?              — Наверное? — Эш пожал плечами.              — Раз он пришёл в посылке от самого совета директоров Silph Co., значит, они дали своё молчаливое разрешение, — предположил Трейси, логично рассуждая. — Хоть у Эша формально и нет высоких достижений, видимо, сочли эту «особую заслугу» достаточным основанием для исключения. Своего рода аванс.              Хм. Значит, Ультраболлы в этом мире — это действительно нечто особенное. Не просто улучшенная версия, а предмет, доступный лишь тренерам, доказавшим свой класс. И теперь один из них лежит в руке моего десятилетнего тренера. Мысль была одновременно забавной и внушающей странную гордость.              — Как насчет того, чтобы поехать в Целадон на поезде? — снова завела свою песню Мисти, видимо, уже уставшая от пеших переходов. — Всего-то час езды… Мы успеем отдохнуть и всё обсудить.              — На поезде… — Брок задумался, мысленно прикидывая маршрут. — Хм, по дороге в Целадон будет Лавендер… И, наверное, учитывая всё, что произошло, поезд — действительно лучший вариант. Быстрее и… спокойнее.              — А… Лавендер, да? — имя города, словно холодная тень, коснулось всех. Трейси резко изменился в лице, его обычная жизнерадостность куда-то испарилась.              Да и все вокруг, вообще-то. Даже Эш слегка приуныл, хотя секунду назад был вне себя от счастья.              — Да, наверное, поезд лучше… — сказал он.              — Завтра утром как раз будет подходящий, — Брок уже присмотрел билеты.              Для уроженцев Канто Лавендер это в самом деле что-то очень печальное, стоит это учесть. Город, где заканчиваются путешествия не только покемонов, но и людей. Место, куда приходят прощаться. Наверняка у каждого здесь, в этой комнате, есть кто-то — дальний родственник, старый друг семьи, первый покемон родителя — кто нашёл свой последний приют среди башни Лавендера.              Секунду.              Мне опять придется ехать на чем-то?!              Я бессильно опустила морду на лапы, издав тихий, жалобный стон. Пламя на хвосте дёрнулось в такт учащённому сердцебиению. Впереди был Целадон, учёные, новые страхи, старые поезда и моя вечная, неразрешимая борьба с укачиванием. Великолепно. Просто великолепно.       Десять баллов, Арсеус, за очередную успешную попытку вывести меня из себя.       

***

      Солнечный луч, тонкий и настойчивый, словно золотая игла, пробился сквозь щель в шторах и упал мне прямо на морду. Я потянулась, выгибая спину, и почувствовала, как по всему телу пробежала приятная, щекочущая дрожь — от кончиков когтей до самого кончика хвоста. Широко, беззвучно зевнув, я приподнялась, села и принялась трясти головой, стряхивая последние остатки сонного тумана, цеплявшиеся за сознание. В воздухе витал знакомый утренний запах — свежести, кофе из холла и далёкой пыли большого города.              Вот и всё. Сон отступил, уступив место ясной, неумолимой реальности. Сегодня — Целадон.              — Доброе утро, Эмбер!              Я удивлённо моргнула. Эш, уже полностью одетый и собранный, с рюкзаком у ног, застёгивал последний ремешок на сумке для покеболов. Его волосы были слегка влажными и растрёпанными после душа, а глаза сияли непривычной для такого раннего часа энергией. Когда он успел всё это сделать? С недоверием я покосилась на большие настенные часы, стрелки которых едва перевалили за семь, затем снова взглянула в окно. За стеклом Саффрон-сити только просыпался: первые лучи солнца золотили верхушки небоскрёбов, а улицы внизу постепенно заполнялись редкими машинами и спешащими людьми. Эш, поймав мой растерянный взгляд, рассмеялся.              — Просто решил, что нам нужно больше времени для тренировок. Поэтому теперь я буду вставать так, чтобы проводить утро с вами, ребята, — объявил он, и в его голосе звучала твёрдая, почти взрослая решимость.              — Пика-а-а-а… — протяжно зевнул Пикачу, неохотно скатываясь с подушки и сонно отряхивая свою взъерошенную шёрстку.              Ну надо же. Такие резкие перемены? От того парня, которого утром было не поднять без угрозы опоздать на всё, что только можно? Того и гляди, в самом деле победим в Лиге, а Эш и впрямь станет новым Чемпионом. Мысль, ещё вчера казавшаяся лишь смутной мечтой, теперь обрела плоть и кровь. И это… не такая уж и плохая мечта, да? В ней было что-то захватывающее, пугающее и невероятно тёплое одновременно.              — Эй, ребята! Самое время навестить Ская!              На этой фразе остальные обитатели комнаты окончательно проснулись. Эш щёлкнул замком, закрывая нашу временную обитель, и мы нестройной, но бодрой процессией направились в лечебный бокс, где досыпал наш крылатый герой.              — Ку-р-а-а!              Стоило двери тихо скрипнуть, как Скай, будто и не спал вовсе, мгновенно сорвался со своей мягкой лежанки. Он распахнул крылья — широко, гордо, демонстрируя, что каждое перышко на месте и он снова готов парить. Эш не сдержал улыбки, подошёл и обнял Пиджеота за шею, слегка взъерошив ему роскошный, переливающийся хохолок. Скай на секунду прикрыл глаза, издав довольное низкое воркование, всем существом наслаждаясь этой мгновенной близостью и похвалой.              — Скай, ты просто герой! — произнес Эш, счастливо улыбаясь.              Парень открыл кейс, затем, он показал Скаю Золотой значок. Скай с живым любопытством вытянул шею, склонил голову набок и принялся внимательно разглядывать награду, словно пытаясь понять её истинную ценность.              — Если бы в конце, ты не справился, мы бы не получились его. Ты просто умница!              Скай горделиво выпятил грудку, затем он наклонился и клюнул меня, а потом и Вегу.              — Пидж-е-е! (Мы справились вместе!)              Что же… это правда. Получалась довольно слезливая сценка, но, чёрт побери, она была искренней и по-своему прекрасной.              После сытного завтрака, от которого в столовой пахло жареным беконом и свежими тостами, мы с Эшем и Пикачу вышли на задний дворик покецентра. Воздух был свеж и прозрачен, пахнул мокрой после полива травой и далёким дымком. Парк, раскинувшийся неподалёку, уже пестрил яркими всполохами движения: мелькали фигуры тренеров, сверкали атаки покемонов, а издалека доносились обрывочные, полные азарта крики. Эш уселся на скамейку и раскрыл покедекс. Сначала он внимательно изучал данные о «Смелой птице», которую Скай освоил в горниле битвы. Его лицо было серьёзным, сосредоточенным — он не просто праздновал победу, он анализировал её, готовясь к следующим. Затем он переключился на карту Целадона, просматривая короткую, но ёмкую брошюру о городе и его зале.              — Травяной зал… Что, двойная битва? — Эш неожиданно поднёс покедекс почти вплотную к лицу, широко раскрыв глаза.              Двойная? От этой мысли во мне что-то ёкнуло.              — Ну надо же… Я об этом не знал, — Эш мотнул головой. — Значит, в зале Целадона нам предстоит двойная битва?              Хм, надо же. С чем связано такое изменение? В Канто не было гим-лидеров, у которых испытание было связано с двойной битвой. Впрочем… не то чтобы это играло роль. Травяной зал не такое сложное испытание… Хотя. При одной мысли о битве с травяными покемонами невольно скрутило живот. Не думаю, что я хочу этого. Для меня, Чармандера, это не будет вызовом. Это будет рутиной. И в этом заключалась своя, странная грусть — я жаждала битв, которые заставляли бы меня выкладываться по полной, а не просто исполнять роль зажигалки.              — Кстати… — Эш закрыл покедекс с тихим щелчком и повернулся ко мне. В его глазах читалась не привычная команда, а просьба. — Эмбер… я бы хотел попросить тебя кое о чём.              Я наклонила голову, внимательно глядя на него. Утреннее солнце освещало его лицо, делая его более взрослым, серьёзным.              — Сегодня мы попрощаемся с Мэй, так как она отправится вместе с Эстель в Церулин… и я хотел бы, чтобы ты извинилась перед её Иви. Перед Бусинкой.              Я невольно вспомнила то подобие на двойную битву, в которой участвовала. Иви… маленькая, пушистая, напуганная до слёз. Мне действительно стало не по себе. Что-то внутри — гордая, огнедышащая ящерица — резко взбунтовалась, требуя отвернуться, отказаться, зарычать, что я ни в чём не виновата. Но другая часть — та, что помнила человеческие нормы, совесть и ответственность — настаивала на правильности его слов. Горло сжалось коротким, яростным рыком, который так и не вырвался наружу. Когти сами впились в лавку. Но тут же, будто в ответ, где-то под рёбрами ёкнула знакомая, давно забытая тяжесть — стыд. Тот самый, человеческий, неудобный. В конце концов, я и правда перегнула палку, увлекшись азартом и забыв о тех, кто слабее. Это правда было неправильно.              — Чармандер. (Хорошо) — я кивнула.              Эш выдохнул с облегчением. С того дня Иви Мэй начала сторониться даже Комбаскена, поэтому, с моей стороны было неправильно так все оставлять. Пусть моя чармандерская сущность бушевала и твердила о естественном отборе, моя человеческая душа знала цену извинениям. Я уже миновала тот возраст, когда они считались унижением. Так что тебе, моя красная своенравная половина, придётся освоить хорошие манеры.              Неожиданно из стеклянных дверей покецентра показались знакомые фигуры — Кийо и Летти. Парень огляделся деловым взглядом, заметил нас и тут же вздохнул с облегчением, направляясь в нашу сторону.              — Эй, Эш! Доброе утро! Мне сказали, что ты здесь, — поздоровался он, слегка запыхавшись.              — Доброе! Что-то случилось? — насторожился Эш.              — Нет, всё отлично. Мы пришли попрощаться, — пояснил Кийо, и его взгляд на мгновение метнулся к Летти. В его поведении читалась какая-то нерешительность.              Девочка молча кивнула и протянула Эшу небольшой свёрток, аккуратно завёрнутый в грубоватую коричневую бумагу и перевязанный бечёвкой.              — Вот. Это передал мастер Хэмм. Он велел отдать лично в руки, — сказала она, и в её голосе прозвучала нотка таинственности.              Эш принял свёрток, повертел его в руках, ощущая вес, и осторожно развернул. Пикачу, свесившись с его плеча, склонился поближе. Я запрыгнула на спинку скамейки, чтобы лучше видеть. В бумаге лежала книга. Небольшая, в потертой бордовой кожаной обложке, без каких-либо опознавательных знаков или названия. Эш попытался её открыть, но страницы, казалось, были намертво склеены между собой, не поддаваясь.              — Что это? — спросил парень.       Кийо пожал плечами.       — Он просто попросил передать вам. Не уверен, если честно, — вздохнул Кийо.              Мы с Эшем переглянулись. Непонятно. Мне смутно вспомнилось, что в кабинете Хэмма моё внимание тоже привлекла какая-то старая книга, но… сейчас от этого предмета не веяло ничем, кроме запаха старой кожи и пыли. Ни энергии, ни намёка на что-то особенное. И обложка не содержит какой-то информации. Даже названия нет.              — В общем… — Кийо вдруг расправил плечи, и его лицо стало решительным. Вся предыдущая нерешительность куда-то испарилась. — Я бы хотел вызвать тебя на битву, Эш! Прямо сейчас!              Эш моргнул, словно не веря своим ушам, затем его лицо озарила знакомая азартная улыбка. Он закинул странную книгу в рюкзак и тут же, без тени сомнения, кивнул.              — Да! Конечно, я согласен!              — Отлично! — Кийо улыбнулся, но улыбка его была немного грустной. — Я подумал, что было бы обидно не сразиться с тобой после того, что ты показал в зале… Да и… мне нужно кое-что для себя решить. Возможно, битва подскажет ответ.              Кийо был весьма задумчив, Летти с какой-то ноткой обиды смотрела на него, но ничего не говорила.              Мы пересекли ухоженную зону с фонтанами, где вода искрилась на солнце, и отыскали свободную тренировочную площадку с прочерченными границами. Пикачу спрыгнул с плеча Эша, энергично потряхивая ушами, всем видом показывая готовность выйти на поле.              — Нет, Флик, — мягко отрезал Эш. — Я бы хотел, чтобы это было сражение Сильвера.              Пикачу, слегка повесив уши, но без возражений, отошёл в сторону и уселся рядом со мной на бордюре. Кийо отступил на несколько шагов, встал в обозначенный квадрат и сосредоточенно уставился на центр поля. Покеболл в его руке увеличился в размерах, готовый к броску.              — Ладно! — Летти выступила как судья. — Один на один! Начинайте!       — Давай, Сильвер!       — Вперед, Праймейп!              Два луча света вырвались из покеболлов, материализовавшись на поле. Сильвер, наконец-то получивший желанную битву, сразу же принял боевую стойку, его острые когти блеснули. Праймейп Кийо, гораздо более массивный и степенный, широко взмахнул длинными лапами и начал размеренно, почти ритмично пружинить на месте, оценивая противника.              — С-си-и-из! (Наконец-то! Битва!)              — Лезвие тьмы! — скомандовал Эш.              — Удар каратэ! — парировал Кийо.              У Сильвера была потрясающая базовая скорость, Праймейп довольно резко уступал ему в этом, однако, у Праймейпа было куда больше выносливости, в каждом его движении читалась мощная, тренированная сила и железная выдержка.              Сильвер рванулся с места, как тёмная молния. Он виртуозно сблизился с Праймейпом и за счёт юркости и отличной работы ног легко ушёл ему за спину. Когти Снизла приобрели леденящий, иссиня-чёрный оттенок. Он резко взмахнул лапой, нанося быстрый, хлёсткий удар по спине обезьяны. Праймейп даже не пошатнулся. Его лапы в тот же миг налились густым бордовым светом. Он резко, без лишних движений, сместил центр тяжести, развернулся и нанёс один короткий, невероятно чёткий и мощный удар ребром ладони. Сильвера отбросило через всю площадку, как тряпичную куклу.              — Сильвер! Контратака! Используй то, над чем работали! — крикнул Эш, пытаясь вернуть инициативу.              Сильвер, отряхиваясь, поднялся. В его глазах горел огонь, но уже смешанный с досадой.              — Провокация! — Кийо не давал опомниться.              Праймейп… повернулся к Сильверу и начал непринуждённо, даже издевательски, трясти своим обезьяньим задом, выкрикивая что-то явно оскорбительное. Ну, типичное обезьянье поведение... Я чуть отвернулась, не сумев сдержать истеричный смешок. Сильвер зарычал, его разум помутнел от ярости. Он забыл про собранность, про команды, бросился вперёд, накапливая тёмную энергию для слепого удара.              — Сильвер, стой! Уходи вниз! Осторожно! — попытался выкрикнуть Эш, но было поздно. Гнев ослепил Снизла.              — Сейсмический бросок! Закончи это!              Праймейп, будто ждал именно этого, легко, почти небрежно, схватил летящего на него Сильвера. Уже в воздухе Снизл словно очнулся, осознав свою ошибку. Он забился в панике, пытаясь применить «Царапанье», чтобы хоть как-то навредить противнику, но Праймейп был неумолим. Мощный бросок с вращением — и Сильвера с силой впечатали в грунт площадки. Праймейп оттолкнулся и грациозно отпрыгнул назад, вскидывая лапы в победном жесте.              Снизл уже не смог встать.              — Сильвер!              — Победил Праймейп! — не без гордости произнесла Летти.              — Си-и-из… — Сильвер разочарованно выдохнул, даже не пытаясь подняться. Он прикрыл глаза, и по его напряжённой мордочке было видно, как ему стыдно, как он боится нашего осуждения.              Мы с Пикачу молча переглянулись. Оба лишь тихо выдохнули. Поражение было безоговорочным, урок — жёстким, но честным.              — Все хорошо, Сильвер. Ты хорошо постарался, — улыбнулся Эш.              Сильвер бросил на меня быстрый, украдкой взгляд и тут же отвел глаза, будто боялся увидеть в них насмешку или раздражение.              — Чармандер, чар. (Прими это поражение достойно. Нет ничего плохого в том, чтобы проиграть) — произнесла я.              — Он ещё недостаточно опытен для таких приёмов, Эш, — мягко сказал Кийо, подходя ближе. — Контратаку нужно проводить в последний момент, прямо перед самым ударом, когда противник уже не может изменить траекторию. И только в тесном контакте. Так шансы на успех выше. Знаешь, в Целадоне должны быть учебные центры для боевых покемонов, попробуй отыскать один. Сильверу стоит поднабраться опыта, а тебе - понять, как командовать боевым покемоном.              Праймейп подошел ближе к Сильверу и протянул ему лапу. Снизл неуверенно посмотрел на меня. Я быстро кивнула. Тогда он, преодолевая смущение, принял этот жест дружбы и позволил помочь себе подняться.              — Сиз-сиз! Сиз! (Я не проиграю в следующий раз! Обязательно!) — заявил он, уже с привычным упрямством.              Праймейп лишь мягко, по-доброму, усмехнулся в ответ, похлопав его по плечу.              — Прай! Прайм-ейп! (Ты станешь сильным бойцом!)              — В любом случае, спасибо за битву, Эш. И… все же, я решил, — Кийо слегка сжал кулак, взмахивая им.       Летти настороженно повернулась к нему.              — Решил? Что именно? — не понял Эш.              — Я… хочу пойти в путешествие. Собрать значки и выступить в Лиге, — ответил Кийо. — Навещу Броули в конце концов и… Стану чемпионом.              На секунду Эш просто удивлённо смотрел на него. А потом его лицо озарила самая широкая, самая искренняя улыбка, и он решительно кивнул.              — В таком случае, мы сразимся еще раз, — сказал он.              — Обязательно. Увидимся в Целадоне на Гран-при, — кивнул Кийо. — Ах да... Ладно, это подождет до Целадона.              — Что подождет?              — Я… забыл. Хэмм просил что-то вам передать… Летти, ты не помнишь? — Кийо с надеждой обратился к девочке.              — Нет, я не знаю, о чем ты, — покачала она головой.              — Тогда прости, — Кийо неловко почесал затылок. — Он просил вас куда-то сходить… я переспрошу и передам.              — Мы с Сильвером обязательно победим вас на конкурсе боевых покемонов!              — Си-сиз! — Сильвер так же решительно вскинул лапы.              Кийо улыбнулся и кивнул.              — До встречи! И хорошей дороги! — парень махнул.              — Пока! — крикнула Летти.              Вскоре, они вышли за пределы площадки и растворились среди парковых посадок.              — Ох, наверное, нас уже ищут! — спохватился Эш, снова взглянув на часы.              Поезд отходил через полчаса. Встретившись с остальными у входа, мы нестройной, но оживлённой группой направились к вокзалу Саффрона. Он находился не слишком далеко, поэтому опоздать просто не было шанса.              Огромный стеклянный купол, сквозь который лился поток утреннего света, массивные кирпичные стены, хранящие память о первых паровозах, и титанические механические часы, венчавшие фасад над бронзовым макетом самого первого поезда Канто. Я прилипла носом к холодному стеклу огромной галереи, за которым расходились в разные стороны ультрасовременные магнитные рельсы. Толпы пассажиров, похожие на разноцветные потоки, спешили занять места в длинных, обтекаемых вагонах. Вот и состав, следующий до соседнего региона Джото, плавно отошёл от платформы, набирая скорость без единого звука.              Мы уселись в зоне ожидания на удобных диванах. Краем глаза я наблюдала, как Мэй, сидя на корточках, с невероятной нежностью и терпением расчёсывает пушистую шёрстку своей Иви. Девочка что-то тихо напевала, а Эстель, сидя рядом, улыбалась, наблюдая за ними. Они, кажется, здорово сдружились за эти дни, и это шло на пользу обеим — Мэй стала чуть увереннее, а Эстель — менее замкнутой. Все же, не представляю, какого это — путешествовать в одиночку, без верных друзей рядом. Разве это не смертельно скучно? И невероятно одиноко?              — Пика? — Пикачу уставился на меня, я махнула хвостом.              Вовсе я не боюсь. Просто немного… сложно поступаться с собственной натурой, не терпящей таких вот действий. Я выдохнула, направляясь к Мэй.              — О, Эмбер и Флик! Не хотите покепафф? — Мэй достала коробочку, где лежали словно только что приготовленные паффы. — Здесь и для остальных хватит.              Бусинка, Иви Мэй, только завидев меня, вся съёжилась, вжалась в складки платья своей тренерши и спрятала мордочку, не решаясь посмотреть в мою сторону.              — Хэй, все хорошо, не бойся…              Флик, привлечённый запахом, обнюхал коробку и выбрал один ярко-зелёный покепафф, явно со вкусом яблока. Я же стояла, беспокойно водя кончиком хвоста по гладкому полу, собираясь с мыслями. Кто бы мог подумать, что признать свою неправоту перед этим маленьким пушистым комочком окажется в разы труднее, чем перед Эшем? Перед ним я извинилась почти легко. Но это… это было другое! Это требовало победы над собственной гордыней в чистом виде.              — Чармандер. (Бусинка.) — наконец, я позвала её, и мой голос прозвучал тише, чем я планировала.              Та слегка показала из-за складок один испуганный глаз, затем нос. Наконец, она осмелилась на меня взглянуть. В её больших, влажных глазах читался чистый, детский страх.              — Чармандер… чарма. (Я… прости меня.) — выдохнула я, и эти слова, наконец сорвавшись, принесли странное облегчение.              Иви Мэй замерла, удивлённо уставившись на меня. Казалось, она не ожидала такого.              — Чармандер, чармандер. (Я виновата перед тобой. Мне нужно было быть внимательнее к тому, кто слабее.) — добавила я, стараясь говорить как можно искреннее.              По крайней мере, мне искренне неловко, так что эти извинения, хоть и прозвучавшие с запозданием, были честными.              — Это… Эмбер, ты извинилась перед Бусинкой? — Мэй запоздало осознала смысл наших звуков, глядя то на меня, то на своего покемона.              — Ибу-уи… иви… (Мне было очень страшно…) — тихо, чуть слышно, прошептала Иви, и её голосок дрожал.              Я кивнула. Конечно, она была права. Если бы на её месте оказалась я в свои первые дни в этом мире, я бы не просто расплакалась — я бы впала в истерику.              — Чармандер, чарма. (Ты не обязана меня прощать. Но виновата только я. Остальные огненные покемоны могут быть хорошими. Не бойся их.) — добавила я, желая развеять её общий страх.              Иви слегка заторможенно кивнула. В её больших глазах промелькнул блеск — не слёз страха, а чего-то другого. Она медленно, нерешительно выбралась из-за Мэй и спрыгнула на пол. Замерев прямо передо мной, она сделала один маленький, но очень смелый шаг вперёд, сократив дистанцию. Ещё один. Затем она медленно, будто преодолевая невидимую стену, протянула крохотную лапку и коснулась кончика моего когтя. Прикосновение было легче паутинки, прохладным и чуть дрожащим. И в этот миг пламя на моем хвосте, потеплело, сменив синеватый отблеск на ровное, мягкое оранжевое сияние. Бусинка увидела это и её глаза округлились. Страх в них растаял, сменившись изумлением. Возможно, она впервые видела, чтобы огонь мог быть не только жарким и пугающим, но и… тёплым.              — Ив-у. Ив. (Спасибо.)              Стало легче. Хоть и не постоянно, но я все же думала о произошедшем и не могла не винить себя. Мэй протянула мне розовый покепафф, который я с радостью съела. А ведь вкусно!              — Ну что, вы готовы? — к нам подошел Трейси.              — Да! — Эстель поднялась.              — Наш поезд приедет на пару минут позже, так что мы проводим вас первыми, — вслед за Трейси подошел Брок. — Пойдемте.              Перрон был шумным, бурлящим муравейником. Гул голосов, объявления дикторов, шипение открывающихся дверей, гудки локомотивов — всё сливалось в единую симфонию движения. Грузовые вагоны стояли на запасных путях, нагруженные ящиками с товарами. На огромном световом табло высветились цифры и маршрут.              — О, там наш! — Мэй указала в сторону противоположных путей, куда буквально только что подъехала электрика, украшенная красочными изображениями Баттерфри.              Мэй и Эстель обернулись, прежде чем войти внутрь.              — Время прощаться! — сказала Мисти, обнимая Мэй.              — Очень жаль, что нам в разные стороны, но… спасибо вам, ребята, за всё! — Мэй помахала рукой, и её улыбка была немного грустной.              — Хэй, мы не прощаемся! — сказал Эш. - Мы говорим "до встречи".              — Верно, — кивнул Брок. — Мы обязательно будем следить за вашими выступлениями в Церулине. Удачи на конкурсе координаторов!              — А мы за твоими битвами, Эш, — Эстель улыбнулась.              — Верно, будем болеть за вас! — кивнула Мэй.              Гудок электрички, резкий и требовательный, прогремел над платформой. Двери начали медленно закрываться.              — До встречи! — крикнула Мэй, в последний раз обводя всех нас взглядом — тёплым, дружеским, полным благодарности.              — До встречи! — хором откликнулись мы.              — Пика-пикачу! (Удачи!) — Пикачу помахал лапкой. Я сделала то же самое, подняв свою, и помахала хвостом.              Следом за первым, раздался второй гудок, только уже с противоположной платформы.              — Ребята, нам пора! — крикнул Брок.              Наш поезд прибыл на станцию. Его вагоны были окрашены в нежные сиреневые и белые тона и украшены изящными силуэтами цветущих растений.              — «Цветочный экспресс до Целадон-сити», — раздалось через динамики.              Всего лишь час езды — и мы будем на месте. Всего лишь час езды и мы будем в Целадоне.              Я сразу же заняла место у окна, уже мысленно готовясь к надвигающейся тошноте. Но отказать себе в удовольствии в последний раз насладиться видами уходящего вдаль, бесконечно сложного и прекрасного Саффрона… как я могла? Город медленно поплыл за стеклом, превращаясь в игрушечное, а потом и вовсе в абстрактное пятно на горизонте.              — Целадон-сити, жди нас! — не выдержав, воскликнул Эш, прижавшись лбом к своему окну. Его глаза горели предвкушением новых вызовов.              Я хмыкнула, но внутри меня тоже что-то отозвалось на этот энтузиазм. Я уставилась на мелькающий за окном пейзаж, чувствуя, как поезд мягко набирает скорость. Да, верно. Жди, Целадон. Новая страница путешествия с тихим шелестом перевернулась.