Переливы цветов

Кабинет Третьего был залит мягким светом заходящего солнца, когда Вальмонт стоял перед столом Хокаге, сжимая в руках край своего пояса. — Остров Сирен… — проговорил старый Хокаге, задумчиво выпуская клубы дыма из трубки. — Легенды о вашем клане доходили и до нас. Но я не думал, что встречу кого-то из ваших лично. Вальмонт кивнул: — Мама научила меня петь. Но 'Зов'… это не просто техника. Это… — Призыв души назад, пока она не ушла окончательно, — закончил за него Хокаге. — Сила, граничащая с запретным. Вальмонт опустил глаза. — Я использовал её только дважды. Первый раз… не сработало. Хокаге вздохнул: — Орочимару уже знает о тебе. Он не остановится, пока не заполучит твои способности. — Что мне делать? — Не ходи один. В пределах деревни ты под защитой. Вальмонт поклонился, но в груди сжалось холодное предчувствие. "Он не сказал: 'Ты в безопасности'." *** Тем же вечером Саске сидел на подоконнике своей пустой квартиры, глядя на лунный свет, падающий на пустую кровать напротив. "Почему бы не…?" Мысль казалась нелепой. "Учиха не живут с кем попало." Но Вальмонт — не "кто попало". Саске сжал кулаки. "Я устал от тишины." На следующий день Вальмонт разговаривал с Неджи Хьюгой у тренировочного поля — о чём-то тихом, серьёзном. Неджи улыбался, а Вальмонт смеялся в ответ, слегка наклонив голову. И тогда Саске увидел. Что-то горячее и колючее впилось ему в грудь. Он не подошёл. Не сорвался на крик. Просто стоял и смотрел, пока Неджи не ушёл, а Вальмонт не обернулся и не встретил его взгляд. — Ты что, ревнуешь? — спросил Вальмонт, ухмыляясь. Саске не ответил. Но вечером, когда они шли домой, он взял его за руку и не отпустил до самого конца улицы. — Может, переедешь ко мне? — Что? Вальмонт замер на пороге своей комнаты в гостевых казармах. Саске не повторил. Он стоял, упрямо глядя в сторону, но рука его дрожала. — Твоя комната… слишком далеко, — пробормотал он. — И… пустая квартира — это глупо. Вальмонт улыбнулся. — Ты хочешь, чтобы я жил с тобой? Саске покраснел, но кивнул. — Да. Конечно, скрыть это было невозможно. Наруто завизжал: —ЭЭЭЭ?! ВЫ ТЕПЕРЬ ЖИВЁТЕ ВМЕСТЕ?! Сакура сначала застыла, но потом рассмеялась: "Наконец-то!" Какаши просто пожал плечами: "Молодёжь…" Но Неджи лишь улыбнулся и сказал: — Я рад за вас. Саске не ответил, но впервые почувствовал… стыд за свою ревность. Квартира Саске больше не была пустой. Вальмонт сидел на подоконнике, напевая что-то тихое, а Саске слушал, закрыв глаза. — Ты всё ещё боишься? — спросил Вальмонт. Саске открыл глаза. — Чего? — Что я исчезну. Саске не ответил. Но подошёл, обнял его и прижал лоб к его плечу. Этого было достаточно. *** Лучи рассвета пробивались сквозь шторы, когда Вальмонт проснулся от непривычного тепла. Саске спал рядом — ближе, чем обычно, его дыхание ровное, а рука бессознательно легла на талию Вальмонта. "Так странно… и так правильно," — подумал Вальмонт, осторожно приподнимаясь, чтобы не разбудить его. Но Саске схватил его за запястье, даже не открывая глаз. — Куда? — голос хриплый от сна. — В ванную… Саске отпустил, но его взгляд горел в спину Вальмонту, пока тот уходил. Горячая вода, ароматная пена… Вальмонт закрыл глаза, пытаясь расслабиться, но мысли упрямо возвращались к Саске. "Он сейчас там… совсем рядом…" И тогда — скрип двери. Саске стоял на пороге, его чёрные глаза пылали в полумраке ванной. — Хочешь… искупаться вместе? — голос Вальмонта дрогнул, но он не отвел взгляд. Саске не ответил. Он просто начал раздеваться. — Ты… серьёзно? — Вальмонт замер, когда Саске сбросил последнюю одежду. — Сам предложил, — Саске шагнул в воду, не сводя с него глаз. Вода обжигала, но не так, как прикосновения Саске. Он притянул Вальмонта к себе, руки скользили по мокрой коже, оставляя мурашки. — Саске… — Молчи. Губы слились в поцелуе, вода плескалась через край, но им было всё равно. Они не торопились. Пальцы Саске исследовали каждую линию тела Вальмонта, как будто боялись упустить что-то важное. — Ты… такой красивый, — прошептал он, целуя шею, плечи, ключицы. Вальмонт закинул голову назад, вцепляясь в его волосы. — Только… не останавливайся… И Саске не остановился. *** Первые лучи солнца мягко скользнули по кровати, где Вальмонт и Саске спали, сплетясь в объятиях. Вальмонт первым открыл глаза, чувствуя тепло тела Саске, прижатого к его спине. Он осторожно попытался приподняться, но рука Саске тут же сжала его крепче. — Ещё рано… — прошептал Учиха, голос хриплый от сна. Вальмонт улыбнулся: — Кто бы мог подумать, что ты такой соня. Саске не ответил, но его губы коснулись плеча Вальмонта, заставляя того вздрогнуть. Вальмонт, всё ещё слегка одеревеневший после вчерашнего, остался в постели, пока Саске отправился на кухню. "Он действительно умеет готовить…" — думал Вальмонт, прислушиваясь к звукам нарезаемых овощей. Саске сосредоточенно резал хлеб, когда внезапно… БА-БАХ! Через окно кухни влетел Наруто, широко ухмыляясь. — Усуратонкачи! Саске даже не поднял глаз от доски: — Закрой окно, идиот. — Слышал, ты готовишь вкусно! Решил проверить! — Наруто уселся на столешницу, явно ожидая увидеть что-то пикантное. Саске нахмурился: — Кто сказал? Наруто хитро подмигнул и показал мизинцем в сторону спальни: — Твой парень. Рассказал, какой ты милый и вкусно… ОЙ! Саске дал ему подзатыльник, но не выгнал. Вальмонт, наконец выбравшийся из спальни, застал странную сцену: Саске жарил яичницу с таким видом, будто это была секретная миссия, а Наруто сидел за столом, болтая ногами и явно довольный собой. — А, Вальмонт! Ну что, как тебе мой сюрприз? Вальмонт покраснел: — Я… не думал, что ты вот так сразу… Саске бросил на него взгляд, полный немого укора, но… уголки его губ дрогнули. "Чёртов Наруто… но… это не так уж плохо." После завтрака (который Наруто съел за троих) команда разошлась: Наруто убежал тренироваться, крича что-то про "новую технику", а Вальмонт остался помогать Саске убирать со стола. Их пальцы случайно соприкоснулись над тарелкой — и оба замерли. — Эх, вам бы отдельную миссию — 'убейте меня своей милотой'! — донёсся голос Какаши из-за окна. Саске швырнул в него ложкой. *** Вечерний воздух был наполнен ритмичным шуршанием скакалки, когда Вальмонт отрабатывал выносливость на пустом тренировочном поле. Каждый прыжок отбивал такт в его голове, помогая отвлечься от тревожных мыслей. Внезапно — лёгкий хруст снега под чужими ногами. Вальмонт резко остановился, скакалка замерла в воздухе. — Кто здесь? Из-за дерева вышел Хаку, его лицо было напряжённым, а глаза осторожно осматривали окрестности. — За тобой следят. Вальмонт медленно опустил скакалку. — Да? А, вот оно что… "Орочимару… но кто он такой на самом деле?" Саске не любил, когда Вальмонт задерживался один, особенно после предупреждения Хокаге. Он шёл по тропинке к тренировочному полю, когда его шаринган сам активировался — в кустах мелькнуло движение. "Неужели…?" Саске не подал виду, что заметил слежку, но рука уже лежала на рукояти куная. Хаку объяснил быстро и тихо: — Забуза видел подозрительных шиноби у ворот. Они спрашивали о тебе. Вальмонт нахмурился: — Почему ты предупреждаешь меня? Хаку улыбнулся, но в его глазах была грусть: — Ты спас меня. Это… долг. В этот момент из-за деревьев вышел Саске, его взгляд метнулся между ними, но не ревнивый — настороженный. — Нам пора идти. По дороге домой Вальмонт наконец спросил: — Кто такой Орочимару? Саске замедлил шаг. — Один из Саннинов. Сильнее, чем ты можешь представить. И… он хочет твои способности. — Но зачем? — Чтобы оживлять мёртвых? Чтобы копировать их техники? Я не знаю. Но мы не дадим ему тебя забрать. Саске взял его за руку, и впервые Вальмонт почувствовал — он дрожит. Той же ночью тени наконец проявились. Двое в масках подкрадывались к дому, где жили Саске и Вальмонт. Но они не знали, что Какаши уже доложил Хокаге. Забуза и Хаку патрулируют район. А Саске… Саске не спал. Он сидел у окна, шаринган горел в темноте, а в руке сжимался кунай. — Попробуйте только войти… *** Хокаге выпустил клуб дыма из трубки, разглядывая команду перед собой. — Ваша задача — сопроводить клиента и его 'невесту' до соседнего поселения. Формально — это свадебный кортеж. На деле — мы проверяем маршрут на наличие агентов Орочимару. Какаши кивнул, но в глазах читалась настороженность: — Почему именно мы? — Потому что Вальмонт — лучшая приманка. А вы — его защита. Саске сжал кулаки, но промолчал. В комнате подготовки Ино вертелась перед зеркалом, примеряя пышное белое кимоно и искусно уложенные локоны. — Ну как, похоже на невесту? — она кокетливо повернулась к команде. Наруто скривился: — Ты же знаешь, что это прикрытие, да? — А ты знаешь, что можешь помолчать? — огрызнулась Ино, но тут же заметила взгляд Саске — тот стоял рядом с Вальмонтом, их пальцы едва касались друг друга. "Так значит, правда…" Её сердце сжалось, но она только поджала губы. — Ладно, хватит глазеть! Помогите с фатой! Вальмонт, облачённый в роскошные одежды слуги паланкина, ловил на себе любопытные взгляды. — Ты выглядишь… хорошо, — пробормотал Саске, отводя глаза. — Спасибо, — Вальмонт ухмыльнулся. — А ты ревнуешь к Ино? Саске резко повернулся, но не успел ответить — Какаши дал сигнал к отправлению. Кортеж двигался медленно, но без происшествий — пока не остановился на ночлег в придорожной гостинице. Ино, всё ещё в образе, играла роль с упоением: — Ох, какая усталость! Дорогой, не подашь ли мне руку? — она кокетливо протянула ладонь в сторону… Наруто. Тот покраснел до ушей: — Э-э-э… ЧТО?! Какаши вздохнул, а Саске не сдержал усмешки. Но веселье длилось недолго. Поздней ночью Вальмонт заметил — на стене гостиницы был нарисован крошечный знак: змейка, обвивающая ноту. — Саске… — он толкнул его плечом, показывая на символ. Саске мгновенно напрягся: — Они здесь. Утром, когда кортеж тронулся, Ино внезапно замерла, её глаза побелели — техника Сенсейку Шинно! — Впереди… засада. Пятеро. Какаши кивнул: — Ино, Наруто — прикрытие 'невесты'. Саске, Вальмонт — со мной. Саске впервые за миссию ухмыльнулся по-настоящему: — Наконец-то. Дорога сузилась, с двух сторон сомкнулись густые заросли – идеальное место для нападения. — Три слева, два справа, – шёпотом сообщила Ино, её глаза всё ещё были белыми от техники сенсора. Какаши едва заметно кивнул, затем резко подал сигнал: — Наруто, Ино – защита клиента! Саске, Вальмонт – ко мне! Из кустов выскользнули пятеро в масках с символом Звука. Их движения были синхронными, словно куклы на нитях. Бой начался мгновенно: Какаши скрестился с лидером группы, молниеносно обмениваясь ударами, Саске бросился направо, его шаринган предугадывал каждый удар. Вальмонт остался сзади, готовый петь, но... Никто не атаковал его. Вместо этого один из ниндзя крикнул: — Орочимару-сама хочет видеть вас вместе! Их цель была не похищение, а провокация. Где-то в тени деревьев, за пределами боя, желтые змеиные глаза наблюдали за схваткой. "Как интересно... Он даже не использует свой дар. Защищает ли его Учиха... или сдерживает?" Орочимару улыбнулся, видя, как Саске яростно прикрывает Вальмонта, отбрасывая любого, кто приближается. "Сильная привязанность... Какую же боль она принесёт, когда я разорву её?" Какаши словно случайно оттеснил бой к опушке леса – туда, где земля была помечена скрытыми печатями. — Теперь! – резко крикнул он. Взрыв световых меток ослепил ниндзя Звука, а из-за деревьев выскочили АНБУ, хватая дезориентированных противников. — Ловушка?! – прошипел один из них. Какаши холодно ответил: — Мы знали, что вы придёте. Позже, в лагере, Наруто не выдержал: — Так это была приманка?! Вы использовали Вальмонта?! Какаши вздохнул: — Хокаге хотел выманить их. Чтобы понять, насколько Орочимару заинтересован. Саске вскипел: — И если бы они забрали его?! — АНБУ следили за каждым шагом. Вальмонт молчал, но его пальцы впились в ткань плаща. "Значит, я просто... пешка?" В тёмном зале скрытой базы Орочимару принимал доклад: — Провал, господин. Они ожидали нас. — Как предсказуемо... – он рассмеялся, проводя пальцем по краю кубка с вином. — Старый Хокаге всё ещё хитер. Но теперь я точно знаю – этот мальчик стоит того, чтобы игра продолжилась. Его взгляд упал на карту Конохи, где крестиком была отмечена тропа возвращения команды. *** Обратный путь прошёл тихо, если не считать бесконечных перепалок Наруто и Ино. — Ты видела её нос?! Как картошка! – кричал Наруто. — А ты видел её жениха?! Он смотрел на неё, как на богиню! – огрызалась Ино. Но Вальмонт молчал. Его пальцы слились с пальцами Саске – крепко, почти болезненно. "Если я пешка... то, кто игрок?" Кабинет Третьего был залит вечерним светом, когда Вальмонт вошёл без стука. — Вы использовали меня. Хокаге не оторвался от бумаг: — Я защищал деревню. — РИСКУЯ МНОЙ?! Вальмонт ударил кулаком по столу, голос впервые сорвался на крик. Хокаге поднял глаза – усталые, но твёрдые: — Орочимару охотится не только за тобой. Он хочет Саске. А ты... его слабость. Саске ждал у двери, шаринган горел в полутьме. Когда Вальмонт вышел, бледный, с трясущимися руками, Саске схватил его за плечи: — Что он сказал? — Что Орочимару хочет тебя. А я... просто приманка. Саске взорвался: — Я убью его. Я убью их всех. Но Вальмонт прижал ладонь к его груди: — Нет. Мы уйдём. Той ночью, в пустой квартире, они шептались в темноте: — Мы не можем оставаться здесь, – Вальмонт чертил карту на простыне. – Орочимару не отступит. А Хокаге... он будет снова рисковать нами. Саске стиснул зубы: — Куда? — На мой остров. На остров Сирен. Там... там есть люди, которые спрячут нас. Саске не ответил. Он просто притянул Вальмонта к себе, целуя так, будто это последняя ночь. *** Далеко в лаборатории, Орочимару разглядывал пробирку с каплей крови – кровью Вальмонта, собранной после боя. — Интересно... сможет ли его голос контролировать больше, чем просто души? За его спиной появилась фигура в маске: — Господин... они планируют бежать. Орочимару улыбнулся: — Пусть попробуют. *** Какаши стоял перед ними, заметно довольный собой, держа в руках четыре заявки на экзамен. — Поздравляю. Теперь вы официальные участники. Саске застыл, его пальцы непроизвольно сжались в кулаки. — Ты... знал. В глазах Какаши мелькнуло что-то, похожее на укор, но он лишь пожал плечами: — Знать — моя работа. А ваша — не делать глупостей. Вальмонт молча взял заявку. Его мысли метались, но одно он понимал чётко — если Саске станет чунинном, у него будет больше шансов выжить. — Мы участвуем, — твёрдо сказал он, не глядя на Саске. Тот резко обернулся: — Ты серьёзно?! — Это твой шанс. Я не позволю тебе его потерять. Саске хотел спорить, но впервые за всё время замолчал. "Он прав... но..." Когда остальные разошлись, Какаши остановил Вальмонта: — Бежать — значит подписать себе смертный приговор. Орочимару ждёт этого. — А экзамен? — Лучшая защита — толпа. Сотни свидетелей, десятки джоунинов. Даже он не рискнёт нападать открыто. Вальмонт вздохнул: — Или это идеальное место для засады. Какаши усмехнулся: — Поэтому я и записал вас. Я буду следить за вами. Саске ждал Вальмонта у моста, его поза кричала о напряжении. — Ты решил за меня. —Я решил за нас. — А если это ловушка? Вальмонт подошёл ближе, его голос дрожал: — Тогда мы будем бороться вместе. Но не убежим, как трусы. Саске резко выдохнул, его лоб упал на плечо Вальмонта. — Чёрт... я ненавижу, когда ты прав. *** Где-то в тени, змеиный взгляд следил за объявлениями о предстоящем экзамене. — Как... предсказуемо, Какаши, — прошипел Орочимару. Его палец провёл по списку участников, остановившись на двух именах: "Учиха Саске" "Валерон Вальмонт" — Ну что ж... посмотрим, на что способна ваша связь под давлением. *** На предварительном собрании перед экзаменом странный взгляд заставил Вальмонта обернуться. Стоящий в тени молодой ниндзя из Страны Воды пристально наблюдал за ним. Его ледяные голубые глаза светились странным пониманием. — Ты… Валерон, да? — прошептал он, проходя мимо. Вальмонт вздрогнул — эту фамилию он не произносил годами. Саске мгновенно оказался рядом, шаринган активирован, рука на рукояти куная: — Что он тебе сказал? — Ничего… Но ложь в голосе была очевидна. Позже, в укромном уголке тренировочного поля, незнакомец наконец представился: — Хейзл. Из клана Мизугакуре. Мы знаем о твоём острове… и о том, что случилось с твоей семьёй. Вальмонт побледнел: — Как…? — Наши деревни когда-то были союзниками. Моя бабушка… она знала твою мать. Саске не сводил с него взгляда, готовый убить за один неверный шаг. Хейзл достал свиток с печатью прилива: — Орочимару охотится не только за тобой. Он хочет силу острова Сирен… силу, которая может контролировать моря. Если ты согласишься, мы поможем тебе вернуться домой. Вальмонт замер. "Дом…" Но Саске резко встал между ними: — Он никуда не идёт с тобой. Хейзл усмехнулся: — Ревнуешь, Учиха? Или боишься, что он узнает правду о том, кто на самом деле сжёг его остров? — Что?! — Вальмонт вскочил, хватая Хейзла за ворот. Тот не сопротивлялся, лишь шептал: — Спроси своего любимого. Спроси, что его клан делал в ту ночь, когда погибли твои родители. Саске взорвался: — ЛЖЕЦ! Но в его глазах мелькнуло что-то… ужасающе похожее на вину. Вальмонт отпустил Хейзла, шагнув назад: — Саске… это правда? Молчание. Дольше, чем нужно. Потом — резкий вздох: — Я не знал. Но да… Учиха были там. Не я… но они. Вальмонт не плакал. Он просто развернулся и ушел. А Саске впервые за всю жизнь не побежал следом. *** Тихий ветер шевелил волосы Вальмонта, пока он сидел на крыше у заброшенных ворот клана Учиха. Пустые улицы, заросшие травой, дома с заколоченными окнами — всё это напоминало не кладбище, а музей. Музей чьей-то жестокой ошибки. Он не злился на Саске. И не обвинял других членов клана Учиха. Злиться на мертвых — бессмысленно. Но вопрос оставался: "Зачем? Зачем Учиха напали на Сирен?" — Теперь ты всё знаешь, — голос из тени заставил Вальмонта вздрогнуть. Хейзл поднялся на крышу, его голубые глаза светились неестественным спокойствием. Вальмонт не обернулся: — Ты ведь солгал. — Что? — Да, один из островов Сирении был сожжён. Но… там пострадало наше будущее — сады, рисовые поля, склады. Люди уцелели. Никто из моих близких не погиб. Вальмонт наконец повернулся, его взгляд пронзил Хейзла: — Тогда зачем тебе это? Не ради меня. Ради кого-то другого? Хейзл замер, затем рассмеялся — слишком резко, слишком неестественно. — Осторожнее, певец. Ты умнее, чем кажешься. Но Вальмонт уже понял. "Он не друг. Он провокатор." И тогда… — Отойди от него. Голос разрезал тишину, как клинок. Саске стоял в трех шагах, его шаринган пылал, а в руке сжимался кунай. Хейзл ухмыльнулся: — Опоздал, Учиха. Он уже услышал правду. — Ты солгал, — прошипел Саске. - Клан Учиха никогда не нападал на Сирен. Вальмонт вскинул брови. Хейзл заметно напрягся. — Докажи. Саске достал свиток — старый, с печатью Учиха. — Это договор о союзе. Подписан моим отцом и твоей бабушкой, Хейзл. За год до того пожара. Молчание. Потом Хейзл скривился, его лицо исказилось — будто что-то внутри него боролось. — Он… сказал… ты должен… И вдруг — его глаза побелели, как мел. Техника контроля разума! Саске бросился вперёд, но поздно — Хейзл рухнул на землю, изо рта выползла маленькая белая змея и исчезла в щели между крышами. Вальмонт смотрел на Саске. Саске смотрел на Вальмонта. Потом шагнул вперёд — и обнял его, крепко, безмолвно, как будто боялся, что тот исчезнет. — Прости… — Не за что. Вальмонт прижался к его плечу, закрыв глаза. "Орочимару… ты действительно играешь грязно." Лунный свет скользил по пергаменту, пока Вальмонт водил пальцем по строчкам. — Здесь написано, что Учиха и Сирены договорились о поставках риса в обмен на защиту от пиратов… Он вдруг замер, глаза расширились: — Саске… а что, если пожар устроили как раз те пираты? Чтобы сорвать договор? Саске нахмурился, перечитав текст: — Тогда почему Хейзл сказал, что это сделали Учиха? Вальмонт вздохнул, откидываясь назад: — Потому что… кто-то хотел, чтобы мы так думали. Мама говорила, что перед пожаром видели незнакомое судно… — Вальмонт закрыл глаза, вспоминая. — Чёрные паруса, красная змея на флаге. Саске резко повернулся: — Красная… змея? Тишина. Потом оба произнесли одновременно: — Орочимару. Вальмонт прижался к плечу Саске, голос тихий, но твёрдый: — Думаешь, Орочимару специально вынудил Хейзла стать провокатором? Чтобы поссорить нас? Саске провёл рукой по его спине: — Он знает, что мы сильнее вместе. А его интересует слабость. Вальмонт усмехнулся: — Значит, мы достаточно опасны, чтобы он так старался? Саске не ответил. Он просто притянул его ближе, целуя в висок. Ночь тихо обнимала их двоих. — Знаешь… — Вальмонт улыбнулся, глядя на звёзды. — "Если бы не Орочимару… мы бы, может, и не встретились. Саске фыркнул: — Не благодари его. Но рука его не отпускала Вальмонта, будто боялась, что тот растворится в темноте. *** Утро застало команду 7 вместе с Какаши на окраине деревни, где последний раз видели Хейзла. — Он не мог уйти далеко, — пробормотал Наруто, нюхая воздух, словно пёс-ниндзя. — Пахнет… мокрыми водорослями. Саске включил шаринган, сканируя местность: — Там. За складом. Хейзл лежал в луже дождевой воды, бледный, с синяками под глазами. Его дыхание было поверхностным, но ровным. Вальмонт опустился рядом, осторожно приподняв его голову: — Он в каком-то трансе… Какаши наклонился, оттянув веко Хейзла — зрачки сужены, белки в тонких красных прожилках. — Контроль сознания. Орочимару не отпускает его до конца. — Я могу попробовать… — Вальмонт замялся, глядя на Какаши. Тот кивнул: — Только тихо. Если Орочимару почувствует вмешательство… Саске встал на стражу, кунаи наготове. Вальмонт закрыл глаза… и запел. Не громко — шёпотом, словно колыбельную. Но это был не "Зов". Это была "Развязка" — песня-разрушитель оков, которую мать научила его шептать, когда чары опутывали разум. Хейзл задергался, его пальцы впились в землю. — Нет… нет… отпусти… — он застонал, но Вальмонт не останавливался. Песня лилась, пробиваясь сквозь тьму в его сознании. И вдруг — Хейзл сел, широко раскрыв глаза. — Где я…? Что…? Он уставился на Вальмонта, узнавая: — Ты… ты вырвал меня из него. — Он вселился в меня… заставил искать тебя, — Хейзл дрожал, обхватив колени. — Говорил… что если разделю вас, то вернёт мне память. Саске резко перевёл взгляд на Какаши: — Он испытывает нас. Как лабораторных крыс. Какаши вздохнул: — Теперь мы знаем — его агенты могут быть кем угодно. Даже теми, кто не подозревает об этом. По дороге назад Вальмонт шёл, крепко держа руку Саске. — Если он может так управлять людьми… кого ещё он уже подчинил? Саске не ответил. Но его хватка стала ещё крепче. *** Темная лаборатория озарялась лишь тусклым светом зеленоватых ламп. На столе перед Орочимару лежал набросок углем – Вальмонт у ручья, его профиль, запечатленный с почти неприличной точностью. — Вал-кун… — прошептал Орочимару, проводя длинным ногтем по бумаге. — Ты вырвал у меня одну марионетку. Но сколько ниточек еще держу я? За его спиной зашевелилась тень – Кабуто склонился в почтительном поклоне: — Господин, Хейзл больше не отвечает. Но другие агенты готовы. Орочимару улыбнулся, не отрывая глаз от рисунка: — Пусть игра продолжается. Мне интересно, на что способен этот певец… когда его Саске-кун окажется на грани смерти. *** Солнечные блики играли на воде, пока Вальмонт и Саске шли вдоль берега. После истории с Хейзлом Какаши настоял на том, чтобы они не появлялись в одиночку. — Ты опять смотришь на него, — внезапно прорычал Саске, сжимая руку Вальмонта. Тот вздохнул, но улыбнулся: — Он же жертва, как и мы. И… — Вальмонт намеренно прижался к плечу Саске, — Мне нравятся только Учихи. Саске покраснел, но не отпустил его руку. Временное убежище АНБУ. Хейзл сидел на койке, его голубые глаза наконец обрели ясность. — Он… заставил меня видеть иное прошлое, — прошептал он, обращаясь к Какаши. — "Будто Учиха действительно уничтожили Сирен. Но теперь… теперь я помню его голос. Какаши наклонился вперед: — Что он говорил? — Что Вальмонт… ключ. К чему-то древнему. К силе, которая спит в океанах. Когда Вальмонт навестил Хейзла, тот неожиданно схватил его за руку: — Ты должен помнить – если запоёшь там, где есть вода… они услышат. Саске мгновенно вклинился между ними, отталкивая Хейзла: — Что за бред? Но Вальмонт замер. "Мама… она говорила что-то подобное." Где-то в искаженном зеркале техники слежения желтые глаза следили за сценой. — О, Хейзл… даже освобожденный, ты служишь мне, — прошипел Орочимару. На столе зашевелилась карта – с отметками у всех водоемов вокруг Конохи. *** Команда 7 стояла перед Какаши, напряжённо вслушиваясь в его слова. Экзамен на звание чунина был близок, но участвовать могли только трое. — Я пропущу эту попытку, — первым заявил Наруто, переведя взгляд на Саске и Сакуру. — Вам двоим это важнее. — Не решай за меня, дурацкий Наруто! — резко оборвал его Учиха. — Если кто-то и должен остаться, то… Он не договорил, но его взгляд скользнул в сторону Сакуры. Девушка сжала кулаки. Сердце бешено колотилось, но не от страха, а от осознания. Она вспомнила последние миссии, свои успехи в лечении, контроль чакры, который даже Какаши называл выдающимся. — Я… не пойду на этот экзамен, — твёрдо сказала она. Саске резко повернулся к ней: — Что? — Сейчас я не готова, — Сакура подняла голову, встречая его взгляд без тени сомнения. — Но это не значит, что я сдаюсь. Какаши-сенсей говорил о другом пути. Я хочу стать ниндзя-медиком. Наставник слегка приподнял бровь, но в его глазах мелькнуло одобрение. — Это серьёзное решение, Сакура. — Я знаю. Но я больше не хочу быть обузой. Я хочу быть той, кто спасает, а не ждёт спасения. Наруто широко улыбнулся: — Эй, Сакура-тян, это круто! Саске молчал, но его взгляд стал чуть мягче. — Тогда решено, — заключил Какаши. — Команду 7 на экзамене представят Наруто и Саске. А ты, Сакура… начинаешь новую тренировку. Розоволосая куноичи кивнула. Впервые за долгое время она чувствовала — это её выбор. Её путь. И она не свернёт с него. Команда 7 стояла перед Какаши, напряжённо вслушиваясь в его слова. Экзамен на звание тюнина был близок, но участвовать могли только трое из четверых. — Правила жёсткие. Только первая попытка, и отбор будет серьёзным, — подчеркнул Какаши, скрестив руки на груди. Его единственный видимый глаз скользнул по каждому из них. — Решайте. Тишину нарушил Вальмонт — высокий, спокойный ниндзя с тёмными волосами, недавно присоединившийся к команде. — Я пропущу эту попытку, — сказал он ровным голосом. — Вы трое давно вместе. Я появился последним — логично, что я уступлю. Саске резко повернулся к нему, глаза сверкнули. — Нет. — Почему? — Вальмонт слегка нахмурился. — Потому что это несправедливо. — Учиха сжал кулаки. — Ты прошёл с нами уже не одну миссию. Ты — часть команды. Наруто задумался, но тут же оживился: — А может, я пропущу? Вам троим это важнее! — Не решай за меня, дурацкий Наруто! — резко оборвал его Саске. — Если кто-то и должен остаться, то… Он не договорил, но его взгляд скользнул в сторону Сакуры. Девушка сжала кулаки. Сердце бешено колотилось, но не от страха, а от осознания. Она вспомнила последние миссии, свои успехи в лечении, контроль чакры, который даже Какаши называл выдающимся. — Я… не пойду на этот экзамен, — твёрдо сказала она. Саске резко повернулся к ней: — Что? — Сейчас я не готова, — Сакура подняла голову, встречая его взгляд без тени сомнения. — Но это не значит, что я сдаюсь. Какаши-сенсей говорил о другом пути. Я хочу стать ниндзя-медиком. Наставник слегка приподнял бровь, но в его глазах мелькнуло одобрение. — Это серьёзное решение, Сакура. — Я знаю. Но я больше не хочу быть обузой. Я хочу быть той, кто спасает, а не ждёт спасения. Наруто широко улыбнулся: — Эй, Сакура-тян, это круто! Саске молчал, но его взгляд стал чуть мягче. Вальмонт кивнул, уважение читалось в его глазах. — Тогда решено, — заключил Какаши. — Команду 7 на экзамене представят Наруто, Саске и Вальмонт. А ты, Сакура… начинаешь новую тренировку. Розоволосая куноичи кивнула. Впервые за долгое время она чувствовала — это её выбор. Её путь. И она не свернёт с него. Воспоминания о стране Волн всплывали перед глазами Сакуры, как кадры из старого свитка. Тот бой. Кровь на снегу. Вальмонт, стоящий на обрыве, его голос, пронизывающий воздух магическим Зовом. А она — сжав зубы, ладони прижаты к его горлу, тончайшие нити чакры восстанавливали разорванные ткани с каждым его звуком. Они спасли Хаку. Они спасли друг друга. Именно тогда она впервые поняла — быть ниндзя-медиком не значит прятаться за спинами других. Это значит давать им возможность сражаться. *** Какаши, задумчиво листавший отчёт в Хокаге, вдруг остановился на странице с грифом «Медицинский корпус». «Цунаде всё ещё в отъезде... Шизуне с ней...» Он вздохнул. Сакуре нужен сильный наставник сейчас, но вариантов мало. Пока что упор на контроль чакры — неплохое начало. *** Вальмонт, разбирая свитки с нотами, почувствовал на себе этот взгляд. Холодный, изучающий, будто змея, скользящая по коже. Орочимару. Дверь скрипнула — Саске вошёл, мгновенно заметив напряжение в плечах Вальмонта. — Опять думаешь о нём? — спросил Учиха тише, чем обычно. Его чёрные глаза изучали любимого, и в них читалась не привычная резкость, а тревога. Вальмонт отложил свиток и обернулся. Его синие волосы, чуть растрёпанные, падали на лоб, а большие чёрные глаза смягчились при виде Саске. — Просто вспоминал страну Волн... Тот момент, когда мы спасли Хаку. — Он потянулся к Саске, ладонь коснулась его щеки. — Но ты прав... Орочимару снова где-то рядом. Я чувствую его взгляд. Саске не отстранился, наоборот — наклонился вперёд, лоб касаясь лба Вальмонта. — Я не дам ему тебя забрать. — Знаю. — Вальмонт улыбнулся, но в глазах оставалась тень. — Но мы же уже выяснили правду. Он лгал про твой клан... про мой остров... Тот свиток с договором. Учихи, охранявшие Сирению от пиратов. Орочимару, превративший историю в ложь, чтобы их поссорить. Саске резко выдохнул, пальцы вцепились в ткань рубашки Вальмонта. — Он всё ещё хочет тебя. Твой голос... твоя способность воскрешать... — Но я не один. — Вальмонт обнял его, губы коснулись виска Саске. — У меня есть ты. И команда. И даже этот Хейзл... он ведь тоже жертва. *** Хейзл стоял перед Сакурой, его дыхание сбивалось. Проклятая печать на груди пульсировала багровым светом. — Он сказал... что ты сможешь заглушить боль, — прошептал он, сжимая повязку на глазу. Сакура сжала кулаки. Ловушка. Однозначно ловушка. Но... Ее руки уже светились зеленоватым светом медицинской чакры. — Я попробую. Но если почувствую чужое влияние — сразу прекращу. Хейзл кивнул, но в его единственном глазу мелькнуло что-то... странное. Будто облегчение. Или предвкушение. *** Той ночью Вальмонту не спалось. В окно светила полная Луна, в полнолуние он всегда засыпал трудно, внутренняя природа звала выйти, окунуться в холодный свет Луны, напитаться силой небесного светила. В такие ночи на острове они часто проводили ночные бдения - пели на берегу поодиночке и группами. Вальмонт выскользнув с кровати, подошёл к окну, потом вышел на балкон и перелез на крышу. Лёгкая прохлада, он кутается в захваченную с кресла рубашку. Туда неожиданно прилетает посланец - письмо от Орочимару? «Вал – кун, пока не удается лично встретиться с тобой. Ты уже многое знаешь о своём прошлом? И сумел вытащить из-под моего влияния одну из марионеток. Интересно, ты явно не из тех пустоголовых идиотов, большинство из которых сам увидишь на экзамене. Саске – кун и ты – другие. Я больше не буду пытаться захватить силой. Я буду ждать, ведь вы сами придёте ко мне. Оба. И возможно, я даже не разлучу вас. Саске – куну привет» Полная Луна заливала крыши Конохи серебристым светом, когда Вальмонт сидел на черепице, сжимая в руках зловещее письмо. Холодный ветер шевелил его синие волосы, а бледный лунный свет подчеркивал тревожную бледность его лица. — Саске... — он обернулся, увидев, как любимый бесшумно поднимается на крышу. Черные глаза Учихи горели тревогой и вопросом. Без слов Вальмонт протянул ему пергамент. Саске быстро пробежал глазами строки, и его пальцы непроизвольно сжали бумагу, чуть не порвав ее. — "Сами придёте ко мне"... — прошептал он, голос звучал глухо, как предгрозовой гул. — Он играет с нами. Вальмонт вздохнул, откинув голову назад. Лунный свет скользил по его шее, освещая тонкие шрамы — следы давних тренировок с голосом. — Он прав в одном... Я действительно не знаю всего о своем прошлом. — Он замолчал, вспоминая обрывки детских воспоминаний: песни матери, запах моря, но никакого отца... Только пустота. Саске резко опустился рядом с ним, их плечи соприкоснулись. — Мы выяснили правду про остров. Выясним и это. — Его рука накрыла ладонь Вальмонта, согревая холодные пальцы. — Но он ошибается в главном — мы не придём к нему. Мы заставим его прийти к нам. Вальмонт улыбнулся, но в глазах оставалась тень. — А если... он знает что-то важное? — Тогда мы вырвем это у него. — Саске повернулся к нему, и в его взгляде вспыхнул знакомый огонь — тот самый, что когда-то сжёг мосты между ним и прошлым. Но теперь он горел иначе — не разрушая, а защищая. Вальмонт кивнул, их лбы снова соприкоснулись. Где-то вдарил ночной колокол, возвещая поздний час. — Значит... готовим ловушку для змеи? Саске усмехнулся. — Он сам напросился. Вскоре после их возвращения в комнату, тишину спальни нарушил мягкий шепот: — Почему ты вышел? Саске стоял в дверном проеме, залитый лунным светом. Его черные глаза, обычно такие холодные, сейчас горели теплой тревогой. Вальмонт сидел на подоконнике, обхватив колени, его синие волосы переливались серебром в лунном свете. — Когда Луна такая... она будто зовет меня, — прошептал Вальмонт, слегка наклоняя голову, словно прислушиваясь к невидимому зову. - На Сирении мы называли это Лунным зовом. В детстве мы все выходили на берег в полнолуние... пели... Его голос дрогнул. Это было первое полнолуние, которое он встречал не в одиночестве. Саске молча подошел. Его пальцы мягко коснулись щеки Вальмонта, отводя его лицо от луны к себе. — Ты дрожишь, — прошептал он, и в его голосе звучала непривычная нежность. — Просто... это письмо... — Вальмонт потянулся к смятому пергаменту, но Саске перехватил его руку и прижал ладонь к своей груди, где под кожей ровно билось сердце. — Забудь о нем. Сейчас только мы. Их губы встретились в поцелуе, медленном и глубоком. Саске вел Вальмонта назад, в комнату, его руки скользили под тонкой рубашкой, ощущая, как под пальцами вздымается грудная клетка, как учащается дыхание. — Саске... — прошептал Вальмонт, когда его спина коснулась матраса. — Я здесь, — ответил Учиха, целуя его снова, уже ниже, оставляя горячие следы на шее, ключицах. Его пальцы расстегивали пуговицы с неторопливой уверенностью. —Ты мой. Только мой. Лунный свет, пробивавшийся сквозь шторы, очерчивал их переплетенные силуэты на простынях. Где-то на подоконнике забытое письмо Орочимару тихо шелестело на ветру, но сейчас оно не имело никакого значения. *** Лёгкие лучи рассвета пробивались сквозь шторы, когда Вальмонт первым открыл глаза. Его тело всё ещё хранило тепло Саске, чьи руки крепко обнимали его даже во сне. На мгновение он улыбнулся, вспоминая вчерашнюю ночь — их поцелуи, прикосновения, шепот обещаний в лунном свете... Но тут его взгляд упал на пол — туда, где он точно помнил, оставил смятое письмо Орочимару. Пусто. — Саске, проснись! — Вальмонт резко приподнялся, разбудив парня. — Письмо... оно исчезло! Саске мгновенно пришёл в себя, чёрные глаза сузились. Сел, окидывая комнату острым взглядом. — Оно не могло просто испариться... — прошептал он, вставая и подбирая с пола лишь крошечный клочок пергамента. Вальмонт нахмурился: — Значит, кто-то был здесь, пока мы спали. Но как? Ты же ставил защитные печати на квартиру... Саске сжал кулаки. — Орочимару не стал бы рисковать, засылая своего человека. Скорее всего, это была техника — теневой клон или что-то вроде того. Они переглянулись. В воздухе повис невысказанный вопрос: если Змей так легко проникает в их дом, что ещё он может? Пока Вальмонт готовил завтрак (островной омлет с травами — рецепт его матери), Саске обдумывал следующий шаг. — Ты говорил о поимке Орочимару... — осторожно начал Вальмонт, подавая тарелку. — Сейчас идеальный момент, — Саске взял чашку кофе. "В Коноху съехались ниндзя со всех деревень — идеальное прикрытие. Орочимару наверняка здесь, под чужим обликом." — Но как его выманить? Саске ухмыльнулся. — Мы дадим ему то, что он хочет. Вальмонт замер с вилкой в руке. — Ты хочешь использовать меня как приманку?! — Нет, — Саске резко встал, обхватив его лицо руками. - Я хочу, чтобы мы использовали его интерес. Ты будешь под защитой — моей, Какаши, ANBU. Но нам нужно, чтобы он поверил, что ты уязвим. Вальмонт глубоко вздохнул. — Значит... мне нужно сыграть свою роль? Саске кивнул. — Игра началась. Завтрак прошёл в спокойной, почти домашней атмосфере, но мысли обоих были далеко. Саске методично доедал омлет, мысленно выстраивая стратегию, в то время как Вальмонт нервно постукивал пальцами по столу, размышляя о пропавшем письме. — Если бы Орочимару был рядом, мы бы почувствовали его, — наконец сказал Вальмонт, отодвигая тарелку. - Я слышу даже лёгкое движение воздуха, а ты... — Чувствую чужую чакру, — закончил Саске. - Значит, он наблюдает издалека. И теперь знает, где мы живём. Вальмонт вздохнул: — Но, если он хочет встречи... может, стоит дать ему её? Под нашими условиями. Саске прищурился, но прежде, чем он ответил, раздался стук в дверь – там оказался посланец от наставника с просьбой подойти на тренировочную площадку для встречи. Какаши, Наруто и Сакура уже ждали их. — Ты выглядишь напряжённым, — заметил Какаши, бросая взгляд на Саске. — У нас проблема, — коротко ответил Учиха. Сакура, перехватив взгляд Вальмонта, нервно сжала руки: — Вчера ко мне приходил Хейзл... у него активировалась проклятая печать. Я помогла снять боль, но... — Но? — подался вперёд Вальмонт. — Он что-то скрывает. Будто... ждёт чего-то. Саске и Вальмонт переглянулись. — Идеальная приманка, — прошептал Саске. — Что? — возмутился Наруто. — Мы знаем, что Орочимару хочет встречи, — объяснил Вальмонт. - Если Хейзл всё ещё под его влиянием, мы можем использовать это. Заманить Змея в ловушку. Какаши скрестил руки: — Рискованно. Но если всё продумать... — Мы не будем рисковать Хейзлом, — твёрдо сказала Сакура. - Если он жертва, мы должны помочь ему, а не использовать. Вальмонт кивнул: — Ты права. Но если он согласится... План 1. Хейзл — Сакура снова встретится с ним, попытается выяснить, насколько он свободен от влияния Орочимару. Если он готов помочь, они предложат ему роль "предателя" — якобы он приведёт Вальмонта в условленное место. 2. Ловушка — Какаши и ANBU обеспечат скрытое прикрытие. Саске и Наруто займут позиции для атаки. 3. Приманка — Вальмонт будет играть роль "уязвимого", но на самом деле его голос — главное оружие. Если Орочимару попытается использовать гендзюцу, песня Сирен может разорвать иллюзию. — Он не ожидает, что мы будем готовы, — сказал Саске. "Он думает, что я одержим местью, а Вальмонт... просто пешка." — Но мы докажем обратное! — заявил Наруто, сжимая кулаки. *** Кабинет Третьего Хокаге был погружен в полумрак, лишь слабый свет от горящей лампы освещал свитки, разложенные на столе. Сарутоби сидел, опершись подбородком на сложенные руки, его мудрые глаза изучали Какаши. — Странно, — произнёл он наконец. — Орочимару всегда был одержим кланом Учиха. Их кровь, их дар... Почему теперь его внимание переключилось на этого мальчика с острова Сирен? Какаши стоял перед столом, скрестив руки. Его единственный видимый глаз был прищурен. — Кто знает, — ответил он. — Но Вальмонт — не просто обычный шиноби. Его голос... он способен на то, что не под силу даже некоторым джоунинам. — Песня Сирен, — кивнул Сарутоби. — Легенды гласят, что их клан мог управлять стихиями через голос. Но это считалось утерянным искусством. — Орочимару явно верит, что Вальмонт — ключ к этому знанию, — предположил Какаши. *** Сакура стояла перед Хейзлом, её зелёные глаза внимательно изучали его. Парень выглядел измученным, но в его взгляде читалась решимость. — Ты уверен, что хочешь помочь? — спросила она. — Орочимару использовал меня, — прошептал он, сжимая кулаки. — Я больше не хочу быть его марионеткой. Саске, наблюдавший за ними с расстояния, обменялся взглядом с Вальмонтом. — Если это ловушка... — начал он. — То мы готовы, — уверенно ответил Вальмонт. Вальмонт аккуратно сложил записку, его пальцы слегка дрожали. Простые слова, никаких лишних деталей – только время и место. "Орочимару - сама, если вы хотите увидеться со мной, то приходите к ручью за Восточными воротами после восьми. Вальмонт" Текст продумывали долго, пока не остановились на простом варианте из одного предложения. Со Змеем торговаться и обсуждать условия через послание не стоит, скорее всего, он скажет всё сам при личной встрече. — Готово, — он протянул письмо Хейзлу. — Передай ему. И... будь осторожен. Хейзл кивнул, его единственный глаз (второй скрыт под повязкой) сверкнул решимостью. — Я вернусь. Команда 7 замерла в напряжении. Саске стоял в тени, его чёрные глаза неотрывно следили за дорогой. Наруто ёрзал на месте, Какаши скрестил руки, а Сакура нервно перебирала кончики волос. — Сколько уже прошло? — пробормотал Наруто. — Десять минут, — ответил Вальмонт, прислушиваясь к малейшему шороху. И тут – лёгкий шум шагов. Хейзл вернулся. Хейзл протянул Вальмонту новый лист бумаги. Тот развернул его и замер. — Что там? — нетерпеливо спросил Наруто. Вальмонт медленно прочитал вслух: "Дорогой Вальмонт-кун, как мило с твоей стороны назначить свидание. Конечно, я приду. Восемь вечера – романтично, не правда ли? До скорой встречи. О." Повисла тишина. — Он... флиртует? — Сакура моргнула. Саске резко выхватил записку из рук Вальмонта, его глаза сузились. — Это игра. Он пытается вывести нас из равновесия. — Но почему? — Вальмонт нахмурился. Хейзл неожиданно заговорил: — Потому что он знает, что вы готовите ловушку. Все взгляды устремились на него. — Он... говорил об этом. Смеялся. Сказал, что ему интересно, как вы попытаетесь его поймать. Какаши прищурился: — Значит, он идёт на встречу, зная, что это западня. Почему? Хейзл опустил голову. — Потому что его истинная цель – не просто встретиться с Вальмонтом. Он хочет... его голос. Не просто песню, а что-то в нём. Что-то, что пробуждается только в определённых условиях. Вальмонт побледнел. — В полнолуние... - Он нервно сжал край записки, чёрные глаза расширились от внезапного осознания. — А если... он хочет, чтобы я оживил кого-то? — прошептал он, обводя взглядом команду. — Но это же нарушение всех законов! Да и мой Зов не работает на тех, кто умер давно... Я вообще не понимаю, что ему от меня нужно! Саске резко сжал кулаки, его чёрные глаза вспыхнули алым отблеском Шарингана. — Ты никуда не пойдёшь один, — прорычал он. Какаши положил руку на плечо Учихи, пытаясь снять напряжение. — Если Орочимару знает о ловушке, то он либо уверен, что сможет её обойти... — его единственный глаз сузился, — "либо ему нужно, чтобы Вальмонт добровольно использовал свой голос в его присутствии. *** После долгих дискуссий было решено, что Вальмонт пойдёт один, но с скрытыми метками слежения. Оставшееся время до назначенного часа потратили на подготовку - ставили знаки, шиноби занимали отмеченные точки рядом с локацией у ручья. Незаметно наступил вечер. Саске и Наруто займут позиции в засаде, готовые атаковать при первом же намёке на предательство. Сакура и Хейзл останутся на расстоянии — если Орочимару попытается использовать проклятую печать Хейзла, Сакура подавит её. Какаши будет наблюдать через Баншуна, чтобы вовремя раскрыть клона или иллюзию. Вот, на часах пробило восемь. Солнце село давно, в вечерних сумерках Вальмонт вышел из Восточных ворот и направился к условленному месту. Один, только сердце тревожно стучало в ушах. Тишину вечера нарушал лишь шелест листьев и мягкое журчание воды. Вальмонт стоял на берегу, его синие волосы слегка колыхались на ветру. В кармане он сжимал сигнальный свисток – на случай, если что-то пойдет не так. Где он? И тут – легкий шорох за спиной. — Как трогательно, что ты пришел один, — раздался знакомый скользящий голос. Вальмонт резко обернулся. Орочимару стоял в нескольких шагах, его желтые глаза светились в темноте, как у хищника. Он был одет в простой темный плащ, без обычных намёков на театральность. — Вы хотели встречи, — сказал Вальмонт, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Так говорите. Орочимару усмехнулся. — Прямолинейность... Мне это нравится. - Он сделал шаг ближе. - Но ты прав. Я пришел не просто поболтать. Саске, затаив дыхание, следил за происходящим через листву. Его рука уже лежала на рукояти меча. "Не двигайся," — мысленно приказал он себе. Какаши, наблюдавший через Баншуна, заметил нечто странное – вокруг Орочимару не было обычного искажения чакры. "Он настоящий. Но почему так... спокоен?" — Что вам нужно? — повторил Вальмонт. Орочимару медленно поднял руку, и Вальмонт инстинктивно отпрянул. — Твой страх напрасен, — прошептал саннин. - Я не стану причинять тебе боль. Наоборот... Я хочу дать тебе то, чего ты не помнишь. — О чем вы? — Ты действительно думаешь, что твой голос – просто редкий дар? - Орочимару улыбнулся. - Ты даже не подозреваешь, кто ты на самом деле. Вальмонт почувствовал, как по спине пробежал холодок. — Что вы имеете в виду? Орочимару сделал еще один шаг. — Твой отец... Ты ведь даже не знаешь, как он выглядел? Саске чуть не выскочил из укрытия, но Какаши вовремя дал сигнал остановиться. "Это провокация," — понял Учиха, сжимая зубы. Наруто, затаившийся рядом, напрягся. "О чем он говорит?.." Вальмонт стоял, словно парализованный. Отец? Он ничего не знал о нем. Ни имени, ни лица... — Вы... лжете, — прошептал он. Орочимару покачал головой. — Приди ко мне добровольно, и я покажу тебе правду." Он протянул руку. "Ты заслуживаешь знать. Вальмонт колебался. Сигнализировать команде? Или... Секунды текли медленно, отсчитываемые ударами сердца. Он ожидал чего угодно, но Змей затронул тему, скрытую в самых глубинах души - сведения об отце. Вальмонт знал совсем немного - мужчина был из приезжих, кто прибывал на Остров отдохнуть. Влюбился, провёл время с Сарой, его матерью, затем отплыл. Явно оставил адрес, ведь мама писала, но потом сожгла письма - отправила лишь первые несколько, но видимо не дождавшись ответа, сожгла остальные. Не сообщила никому ни имени, ни адреса мужчины. У Сары есть младший брат, дядя Вальмонта, на 6 лет младше сестры. Когда курортный роман случился, Лайсергу было 11, Сару 17. Девушка умерла от болезни в 21, почти на глазах трёхлетнего сына. Дядя видел как-то отца Вальмонта и мог сообщить лишь, что у того были синие, как у племянника волосы. Всё. Ни имени, ни адреса, ни возраста. Сирены потом искали мужчину, но бесполезно и сам Вальмонт не задумывался серьезно, насколько ему это нужно, по крайней мере сейчас. Однако... что знает Змей об этом? Раз использовал то соглашение с кланом Учиха о защите острова от пиратов? Пока Вальмонт стоял, погруженный в себя, Орочимару без спешки и с явным удовольствием рассматривал парня. Почти любовался стройным телом в светло - синей футболке с длинными рукавами, как ветер треплет синие волосы, чертами лица. Тишина у ручья стала почти осязаемой. Вальмонт чувствовал, как каждое слово Орочимару вонзается в него глубже любого клинка. — Вы... что-то знаете о нём? — голос Вальмонта дрогнул, хотя он изо всех сил старался сохранить хладнокровие. Орочимару медленно провёл языком по губам, его жёлтые глаза светились в полумраке. — Знаю ли я? — он рассмеялся, звук был похож на шелест чешуи. — Дорогой мальчик, я знаю всё. Твой отец не был простым курортным романом. Он был... особенным. Как и ты. Ветер внезапно усилился, будто сама природа реагировала на эти слова. Вальмонт почувствовал, как по спине пробежали мурашки. Саске сжал кулаки так, что ногти впились в ладони. "Не верь ему," — яростно думал он, но не мог пошевелиться — план требовал выдержки. Какаши прищурился. Что-то в поведении Орочимару было... необычным. Саннин обычно не тратил время на подобные игры. — Ты действительно думаешь, что случайность подарила тебе этот голос? — Орочимару сделал ещё шаг вперёд, сокращая дистанцию. — Твой отец мог делать то же самое. И не только это. Его рука медленно поднялась, будто собираясь коснуться Вальмонта, но остановилась в сантиметре от его лица. — Он был из клана, о котором даже твоя мать не догадывалась. Клана, что скрывался веками... пока не встретил её. Вальмонт замер. — Какой... клан? Орочимару улыбнулся, обнажая острые зубы. — Приди со мной, и я покажу тебе настоящую историю твоей крови. Где-то в кустах Наруто чуть не подпрыгнул от нетерпения. "Ну давай, сигнализируй уже!" Но Вальмонт стоял как вкопанный. Отец... Клан... Правда... Его рука дрогнула у кармана, где лежал свисток. — Я... — Вальмонт глубоко вдохнул. — Я не пойду с вами. Орочимару не выглядел разочарованным. — Сегодня нет. Но ты захочешь узнать. И когда захочешь... — он сделал шаг назад, растворяясь в тени, — ты знаешь, где меня найти. С последним шёпотом его фигура распалась на змей, скользнувших в траву. Саске выскочил первым, схватив Вальмонта за плечи. — Ты в порядке? Вальмонт медленно кивнул, его глаза были полны смятения. — Он... знает что-то. О моём отце. Какаши, подойдя, положил руку на плечо юноши. — Орочимару всегда знает, как ударить в самое больное. Но правда ли это... — он вздохнул, — нужно проверять. Тени вечера сгущались, когда команда собралась в укрытии. Наруто скрестил руки, его голубые глаза сверкали недоверием. — Орочимару всегда говорит полуправду, — проворчал он. — Мог просто наврать, чтобы тебя зацепить! Вальмонт, всё ещё бледный от пережитого, провёл рукой по волосам. — Моя мать пела так же сильно, как я. Да, мой голос — редкий дар среди Сирен, но не уникальный. Почему он зациклился именно на мне? Саске стоял чуть поодаль, его чёрные глаза горели холодным огнём. Воспоминание о том, как Орочимару почти коснулся Вальмонта, заставляло кровь стучать в висках. — Он играет, — прошипел Учиха. — Пытается через тебя добраться до меня. Какаши, прислонившись к дереву, медленно заговорил: — Но тогда почему не предложил обмен? Тебя на 'правду' о прошлом Вальмонта? Саскура, до сих пор молчавшая, неожиданно встряла: — А если... он и правда что-то знает? Что-то, что даже Вальмонту неизвестно? Хейзл, сидевший на корточках, поднял голову: — Когда я был под его контролем... он часто говорил о 'чистокровных'. Что-то про древние кланы и... испорченную кровь. Все замолчали. Вальмонт внезапно встал. — Мне нужно поговорить с дядей. Если кто-то и знает хоть что-то о моём отце — так это он. Саске резко выпрямился: — Мы едем на Сирению. Наруто всплеснул руками: — А как же экзамен?! Какаши вздохнул: — Он подождёт. Это важнее.