Sky full of diamonds

      — Тэхён, ты вообще в своём уме? Что ты такое говоришь? Ты хоть представляешь, сколько отец добивался согласия господина Квона на брак с тобой?       — Папа, я уже...       — Молчи, Тэхён. Молчи, или я не знаю, что с тобой сделаю! — Ли Тэян переходил на ультравысокие частоты, меняя голос до неузнаваемости. — Подумать только, не согласен он! Да кто тебя спрашивает вообще? Мы с отцом всё решили!       — Дедушка Ким... — пытается прорваться хотя бы какой-то фразой Тэхён.       — Дедушки Кима нет! Всё, баста, умер твой драгоценный дедушка Ким. Некому больше защищать нежную омежку!       — Папа, ты сам омега! А дедушка...       — Да, я омега! Омега! И я не шёл наперекор собственной семье, когда пришло время выходить замуж, заводить детей и всё остальное! И мне не было тогда позорных двадцать четыре, как тебе! Стыд какой! Ещё год и ты даже молодым не будешь считаться в высших кругах общества! Я не знаю даже, как отцу удалось уговорить господина Квона взять тебя такого замуж! Скажи спасибо, что ты хотя бы красивый и таз у тебя не узкий. Скорее всего ещё сможешь родить.       Моложавый красивый омега с перекошенным от злобы лицом в длинном шёлковом халате винного цвета нервно расхаживал по роскошно обставленной гостиной от стены до стены, то заламывая руки, то активно жестикулируя.       — Какой таз? Какие роды? Нет, папа, я не выйду за него! Ни за что! Это моя жизнь, моя! И мне решать, как жить дальше!       — Дорогой, скажи ему! — Тэян приложил стакан с холодным чаем ко лбу и бросил убедительный взгляд на мужа.       Крупный серьёзный альфа с отчётливо проступившей сединой на висках и хищным взглядом уверенно занимал место в массивном кресле, а по ощущениям как будто в троне. Весь его внешний вид не выдавал никаких эмоций, разве что побелевшие костяшки правой руки, с силой сжимавшей рокс с янтарным напитком, отражали его истинное настроение.       — Тэхён, заканчивай этот цирк. Завтра утром прибудет Квон Сухёк и сделает тебе официальное предложение, которое ты примешь.       — Нет, — отрезал Тэхён, упрямо глядя в глаза отцу.       — С тобой всегда было сложно. Почему ты не можешь быть как Чимин? Ему двадцать один, и он уже год как в официальном браке с Ким Намджуном. А ты старший и до сих пор толку от тебя никакого!       — Не сравнивай меня с ним. Это разное! Я учился в университете, отец, если ты не помнишь. Я дипломированный специалист. Что за средневековые традиции выдавать молодого нереализованного омегу замуж против его воли?       — А кому нужен будет немолодой омега? А, Тэхён? — вновь начал верещать разъярённый папа. — Чимин вот счастлив в браке и не нужен ему никакой диплом. У него есть взрослый обеспеченный альфа, который имеет приличный вес в обществе.       — Ага, и приличный возраст, — сухо заметил Тэхён.       — Намджун старше Чимина всего на десять лет.       — А ты хоть раз спросил у своего младшего сына, счастлив ли он в браке с этим весомым в обществе человеком?       — Ким перевёл на его счёт несколько миллионов долларов, Тэхён. Значит любит Чимина.       — Я спрашивал о том, любит ли его Чимин? А ты снова всё меряешь деньгами.       — Омега должен уважать своего мужа, быть защищённым и обеспеченным. Высокие чувства не гарантия долгосрочного и выгодного брака, — вступил в разговор отец.       — То есть, судя по твоим словам, тебе не важно было, любит ли тебя папа?       — Мы выходили замуж по настоянию родителей и даже не были знакомы до свадьбы. Но мы уважали их решение, их выбор и со временем полюбили друг друга.       — Да, именно так, — вклинился папа.       — Дедушка Ким не участвовал в решении выдать тебя замуж, папа! А господину Квону, к слову, на семнадцать лет больше, чем мне. Насколько я знаю, его предыдущему мужу было восемнадцать. И почему-то они больше не супруги. Кто-то знает причину? Вы считаете, что это хорошая партия для меня? Надёжный старый муж, с которым я буду защищён и доволен жизнью?       — Он вовсе не старый, ему сорок один! И он готов подписать с нашей компанией договор о слиянии. Это говорит о его порядочности и уважении к будущей семье.       — Или о расчётливости. Папа, отец, я не выйду ни за него, ни за кого-то другого, кого вы мне предложите!       — Тэхён, — зарычал отец, — слушай сюда! Ты привык жить в достатке, полностью обеспечен шмотками, машинами, слугами и прочими прелестями жизни в высшем обществе.       — Ооо, я чувствую на что ты сейчас пытаешься надавить. Ну давай, я готов!       — Дерзишь? Сейчас будет не так весело. Если ты откажешься от предложения Квона, я лишу тебя всей доли наследства, которую тебе оставил мой тесть. А уж о той доле, которая полагалась бы тебе от фонда семьи Ли, можешь и не мечтать. Я лишу тебя всего, Тэхён, — брызгал слюной Ли Миншик, наконец сменив показное спокойствие на реальные эмоции.       — Хорошо, отец. Я не против.       — Не против? Нежная омежка пойдёт раздвигать свои длинные ножки, только бы не соглашаться с решением родителей?       — Такого ты обо мне мнения, папа? Я разве когда-либо позволял думать о себе в подобном ключе?       — Ещё чего! Твоя девственность — главное условие для господина Квона, учитывая твой, кхм... неюный возраст!       — Вот оно что, — грустно усмехнулся Тэхён, — вы решили продать мою невинность взрослому альфе за выгодные условия для своей корпорации?       — Тэхён, следи за языком!       — А вы забыли о том, что наследство дедушки Кима лежит на моём персональном счету?       — Как забыть? — горестно всплеснул руками папа. — Только вот дело в том, что ты не сможешь воспользоваться этой суммой без специального пароля, который юрист оставил нам в завещании. И этот конверт находится в нашем сейфе, к которому у тебя нет доступа. Поэтому, даже не думай, что сможешь его узнать.       Тэхён лукаво улыбается, берёт телефон и открывает поисковой сайт. Первой же строкой находит крупный благотворительный фонд помощи омегам, пострадавшим от домашнего насилия. Копирует номер расчётного счёта организации и остальные реквизиты. Открывает банковское приложение.       Вдох-выдох.       Транслирует экран телефона на большую плазменную панель, расположенную в центре стены просторной гостиной, где и происходила вечерняя ругань. Родители скептически наблюдают за сценой, которую разыгрывает их старший сын.       Тэхён как-то облегчённо улыбается, подмигивает отцу и пальцем перекидывает на экран плазмы открытое приложение банка. Демонстративно переходит на тот самый счёт, где хранится наследство от его деда. Вставляет скопированные ранее реквизиты, вбивает прочие данные и под ошарашенный возглас папы переводит полностью всю сумму размером в десять миллионов долларов, используя тот самый секретный пароль, на адрес некоммерческой благотворительной организации.       — Откуда ты узнал пароль, гадёныш? — завизжал Тэян. Если бы не годами выработанная сдержанность, уже подлетел бы к сыну и зарядил звонкую пощёчину.       — Дедушка Ким мне его сказал незадолго до того, как ушёл. Он чувствовал, что будет всё примерно так, — устало произнёс парень. — Я вообще удивляюсь, папа, как у дедушки мог родиться такой сын, как ты. Вы совершенно разные! Дедуля всегда любил меня, в отличие...       — Мы добьёмся отмены операции! Мы докажем, что ты действовал в неадекватном состоянии! — продолжал бесноваться старший омега. — А мой отец после развода с папой стал безумным и возомнил, что вы с Чимином вольны жить, как хотите. Но нет, милые мои! Высшее общество такого не прощает. Поэтому я все силы брошу, чтобы наложить запрет на этот безумный перевод баснословной суммы денег неразумным омегой!       — Ну да. И испортите себе репутацию, когда только что крупнейший фонд помощи омегам, пострадавшим от домашнего насилия, получил благотворительный взнос от Ли Тэхёна, старшего сына благородной семьи Ли, а его ушлые родители решили вернуть денежки обратно. Ну, вперёд! Удачи вам!       — Ты всё продумал заранее, да? Думаешь, обыграл нас? Самый умный? — спросил отец с полным пренебрежением и даже отвращением в низком голосе.       — Знаешь, отец, я всей душой не хотел разыгрывать эту карту. Ты обещал мне дать доучиться в университете, получить специальность и найти себя после. А не выдавать замуж за незнакомого взрослого альфу, спекулируя моей невинностью.       — Как ты смеешь, щенок?       — Я надеялся, что вы хотя бы в глубине души любите нас с братом. А вы всего лишь видите в нас выгодные для себя проекты. Жаль, что пришлось вас разочаровать. Но сегодня я выбираю себя.       — Выбираешь себя? Ну и пожалуйста. В таком случае, мы отказываемся от тебя, Тэхён! Можешь проваливать из нашего дома. Ни на какие деньги даже не рассчитывай и на нашу дальнейшую помощь тоже. Знать тебя не желаю! — со злыми слезами на глазах кричал Тэян.       — Поддерживаю папу, — Миншик приобнял мужа за плечи. — Ты нам больше не сын. Ты — позор этой семьи и благородной фамилии Ли.       — Я ни дня больше не собираюсь носить эту фамилию. Завтра же я обращусь в мэрию и стану Ким Тэхён, в память о самом лучшем дедушке. А вы... Что ж. Я не держу на вас зла. Вы не знали любви, откуда вам её взять к собственным детям? Но, знаете что? Папа, отец... Вы не сможете забрать свои миллионы на тот свет. Подумайте об этом как-нибудь.       — Вот тебя забыли спросить, что нам и куда забирать!       Наступила гнетущая пауза, в которой находиться было некомфортно всем присутствующим в гостиной.       — Могу я забрать из вашего дома свои вещи? — подал голос младший омега.       — Забирай. Зачем нам твои вещи? Только драгоценности не трогай, этого мы тебе не позволяем, — строго и отрешённо произнёс отец.       Тэхён кивнул головой и поднялся на второй этаж в свою будущую бывшую спальню. Неторопливо собрал повседневные вещи, нижнее белье, игнорируя деловые костюмы и выходные наряды. Только самую простую одежду и обувь на каждый день, хоть и брендовую. Всё уместилось в один ярко-зелёный чемодан среднего размера. Также упаковал сумку, в которую уложил документы, любимые полноразмерные наушники и главный аксессуар — мощный компактный ноутбук, с помощью которого он мог работать в любой точке мира.       Конечно, омеге было грустно и паршиво. Не каждый день теряешь семью, дом и привычную жизнь. Он хоть и был готов к подобному сценарию, в глубине души надеялся, что всё же такого не случится. Что он и Чимин не станут для родителей разменной монетой и средством увеличения капитала. И осознавать, что всё-таки иллюзии рухнули — больно. А начинать новую самостоятельную жизнь — страшно.       Но выбор сделан. Тэхён выбрал себя, свободу и жизнь в том месте, о котором он мечтал с подросткового возраста. О котором долгие часы беседовал с любимым дедом и рисовал в альбоме простым карандашом. Омега за последние годы сделал буквально всё, что мог, чтобы это осуществить. И вот этот момент настал.       Тэхён спускается по вычурной лестнице на первый этаж, где, сидя за коктейльным столиком, непринуждённо пьют белое вино его родители. Он никогда не чувствовал тепла в этом особняке. Даже внутреннее его убранство всегда кричало о финансовом положении семьи, но никогда об уюте и атмосфере настоящего дома.       — Ну... Прощайте!       — Ага, всего хорошего тебе, Тэхён. Не звони и не скули, когда нечего будет есть и негде ночевать, — резюмирует Тэян.       — Ты свой выбор сделал. Мы — свой. Прощай, Тэхён. Надеюсь, ты не затянешь со сменой фамилии.       — Не беспокойся, Миншик, — намеренно не называет статного альфу отцом. — Я держу своё слово.       Тэхён разворачивается к двери, везёт за собой не вписывающийся в интерьер чемодан на колёсиках и, больше не оглядываясь на дом, в котором прошла вся его жизнь до сегодняшнего дня, выходит на улицу. Дверь плавно закрывается, отрезая путь в прошлое и открывая новый этап в жизни двадцатичетырёхлетнего омеги.