Гарри Поттер и Восхождение Лорда Волдеморта

Ранний август в Косом переулке всегда был наполнен суетой и предвкушением нового учебного года. Но в этот день, среди обычного шума и гама, по кривой улочке скользили две фигуры, чье присутствие несло в себе иную, более мрачную ауру. Люциус Малфой, с его безупречной осанкой и холодным взглядом, шел рядом с Паркинсоном, чье лицо было напряжено в предвкушении. Их шаги были размеренными, но в их глазах читалась сосредоточенность, выдающая нечто большее, чем просто обыденный поход по магазинам. За ними, окутанные невидимыми чарами, двигались три тени. Эйвери, с недовольным выражением лица, шел чуть позади, его пальцы нервно сжимались и разжимались. Рядом с ним, с той же мрачной решимостью, шел Нотт, его взгляд был прикован к спине Малфоя, словно он пытался угадать его мысли. А замыкала эту невидимую процессию Оливия Хиггинботтом. Они шли по приказу Лорда Волдеморта. Приказ был прост, но его последствия могли быть грандиозны: переговоры с гоблинами в банке Гринготтс. Предложение сотрудничества. Слово "сотрудничество" звучало в их мыслях с оттенком иронии, ведь они знали, что за этим кроется. Лорд желал использовать ресурсы и влияние гоблинов для своих темных целей. — Надеюсь, эти существа окажутся сговорчивее, чем некоторые из наших коллег, —прошептал Эйвери, его голос едва слышно пробивался сквозь шум улицы. — Не стоит недооценивать их, Эйвери, — ответил Нотт, его голос был низким и хриплым. — Гоблины – существа расчетливые. Они ценят золото и власть. Если мы сможем предложить им достаточно, они будут слушать. Люциус Малфой, казалось, чувствовал их присутствие, хотя и не подавал виду. Он остановился у витрины "Все для квиддича", его взгляд скользнул по сверкающим метлам. — Мы приближаемся, — произнес он, его голос был ровным и спокойным, но в нем чувствовалась сталь. — Помните, господа, наша задача – представить предложение Лорда в наилучшем свете. Убедить их в выгоде нашего союза. Паркинсон кивнул, его губы были плотно сжаты. — И не забывайте о нашей собственной безопасности, — добавил Эйвери, его взгляд метнулся по толпе. — В этом месте всегда найдется кто-то, кто может оказаться не на нашей стороне. Нотт лишь хмыкнул. — Мы здесь не для того, чтобы наслаждаться видами или кого-то убить, Эйвери. Мы здесь для того, чтобы выполнить приказ. И если ты убьешь кого-то из гоблинов, мы точно не достигнем желаемого результата. Они продолжали свой путь, их невидимые шаги сливались с общим потоком волшебников и волшебниц, спешащих по своим делам. Косой переулок, обычно место для обмена новостями и покупки волшебных принадлежностей, сегодня стал ареной для тайных маневров. За каждым углом, за каждой витриной, могли скрываться глаза, наблюдающие за ними. — Гринготтс, — прошептал Люциус, когда они подошли к величественному зданию банка, его белые мраморные стены казались неприступными. — Надеюсь, гоблины оценят наше предложение. — Или нашу силу, — добавил Эйвери, его голос был чуть громче, чем следовало бы. Хиггинботтом и Нотт переглянулись. Сила. Это было то, что они понимали. Но гоблины? Они были известны своей хитростью и жадностью. Сможет ли даже Лорд Волдеморт предложить им что-то, что перевесит их вековую независимость и недоверие к волшебникам? Оливия, чьи мысли были полны опасений, чувствовала, как напряжение нарастает. Она знала, что успех этой миссии означал бы еще большую власть для Лорда. А неудача... Неудача могла обернуться для них всех очень неприятными последствиями. Люциус остановился перед массивными дверями Гринготтса. Он оглянулся, словно проверяя, все ли на месте. Его взгляд, казалось, проникал сквозь невидимость, ощущая присутствие своих спутников. — Помните, что мы здесь не для того, чтобы торговаться, — произнес он, его голос был тихим, но властным. — Мы здесь, чтобы предложить им возможность. Возможность стать частью чего-то большего. Возможность получить то, чего они никогда не могли достичь в одиночку. Он сделал шаг вперед, и Паркинсон последовал за ним. Эйвери, Нотт и Хиггинботтом, всё ещё невидимые, двинулись следом, их сердца бились в унисон с нарастающим предвкушением. Люциус Малфой и мистер Паркинсон вошли в величественные двери Гринготтса, их силуэты четко выделялись на фоне тусклого освещения вестибюля. За ними, словно призраки, последовали Эйвери, Нотт и Оливия. Воздух внутри банка был пропитан запахом старого пергамента, металла и чего-то неуловимо острого, присущего только гоблинам. Высокие потолки, украшенные резными узорами, казалось, давили своей массивностью, а ряды стоек, за которыми сидели многочисленные гоблины, создавали ощущение бесконечного лабиринта. Гоблины, занятые своими делами, подняли головы, их острые уши дернулись. В их глазах, похожих на черные бусины, мелькнуло любопытство, смешанное с привычной настороженностью. Они не были впечатлены появлением волшебников, особенно таких, как Малфой, чья репутация была известна даже в самых темных уголках мира. — Добро пожаловать в Гринготтс, — проскрипел один из гоблинов, одетый в черный пиджак с белой рубашкой и небольшой красной бабочкой, сидящий за ближайшей стойкой. Его голос был сухим, как шелест осенних листьев. — Чем могу быть полезен? Люциус Малфой подошел к стойке, его движения были плавными и уверенными. Он держал в руке небольшой, искусно сделанный свиток. — Мы здесь по поручению, — Люциус понизил голос, — Темного Лорда, — его голос был ровным и властным, но без излишней агрессии. — Мы пришли предложить вам взаимовыгодное сотрудничество. — Не в моей юрисдикции, — бросил гоблин, соскочил со своей стойки и, удаляясь, произнёс: — ожидайте. Спустя несколько минут из двери за стойкой вышел старый гоблин, на его длинном носу болтались маленькие овальные очки, за которыми виднелись хитрые черные глаза. Дождавшись, когда старый гоблин взберется за стойку, Люциус протянул ему свиток. Тот быстро взял его своими цепкими ручками и пробежал глазами. — Темный Лорд, — прошептал он, словно пробуя слово на вкус. — Интересно. И что же это за "взаимовыгодное сотрудничество" вы предлагаете? Эйвери, стоявший чуть позади, не мог сдержать усмешки. — Они всегда так. Сначала выпытывают, потом торгуются, — прошептал он Нотту. — Терпение, Эйвери, — прошипел Нотт-старший. — Это только начало. Оливия, чье сердце колотилось в груди, чувствовала, как напряжение нарастает. Она видела, как другие гоблины, услышав имя Волдеморта, начали перешептываться между собой, их взгляды становились более острыми. Люциус развернул свиток. — Милорд предлагает вам доступ к ресурсам, которые вы никогда не могли бы получить самостоятельно. В обмен на вашу помощь в достижении его целей, вы получите значительную долю власти и влияния в новом мире, который он намерен создать. Гоблин, казалось, внимательно слушал, но его лицо оставалось непроницаемым. — Власть и влияние, — повторил он. — Звучит заманчиво. Но что именно вы подразумеваете под "достижением его целей"? И как это повлияет на нас? — Темный Лорд стремится к порядку, — ответил Малфой, его глаза сверкнули. — К миру, где волшебники и другие существа будут знать свое место. Ваша роль будет заключаться в обеспечении финансовой и логистической поддержки его планов. Вы будете иметь доступ к информации, которая позволит вам предвидеть изменения на рынке, и сможете использовать это в своих интересах. Получить полную автономию и право носить волшебные палочки. Глаза старого гоблина слегка расширились, и его голос сделался лилейным: — О, господа-господа, — замахал маленькими ручками гоблин, улыбаясь, — Давайте, мы с вами пройдем в переговорную. Прошу вас, следуйте за мной. Они последовали за старым гоблином по большому каменному коридору, оказавшись у большой двери, гоблин произнес: — Вас пригласят, а сейчас, — гоблин улыбнулся, — мне надо обсудить этот вопрос с другими гоблинами. Через десять минут, когда два гоблина стражника открыли дверь, пропуская группу магов внутрь, они увидели большой стол, который возвышался над ними. За столом сидели пятеро гоблинов. Перед каждым из них стояла табличка с именем. Они перешептывались между собой, но заметив вошедших, замолкли. Эйвери, Нотт и Хиггинботтом сняли чары невидимости, но сидящие перед ними гоблины, казалось не обратили на это действие никакого внимания. — Финансовая и логистическая поддержка, — задумчиво произнес Рагнок. — А что насчет тех, кто не согласится с вашим "порядком"? Люциус сделал паузу, его взгляд стал более жестким. — Те, кто встанет на пути Лорда, будут устранены. Но мы предлагаем вам возможность быть на стороне победителей. Возможность обеспечить процветание вашего банка и вашего народа в новой эре. — Победители, — проскрипел Богрод, это был тот самый старый гоблин, который их сопроводил сюда, его губы растянулись в подобии усмешки, обнажая острые зубы. — История знает много "победителей", мистер Малфой. И многие из них заканчивали тем, что теряли все. Гоблины ценят не только золото, но и свою независимость. И мы умеем считать риски. Паркинсон, который до этого молчал, шагнул вперед, его голос был низким и угрожающим. — Риски? Лорд Волдеморт несет в себе силу, которую вы не можете себе представить. Отказавшись от этого предложения, вы рискуете оказаться на другой стороне. Стороне, которая будет уничтожена. Оливия почувствовала, как по ее спине пробежал холодок. Угроза была явной, но она также понимала, что гоблины не из тех, кого можно запугать простыми словами. Их история была полна борьбы за выживание. Богрод, казалось, не обратил внимания на угрозу. Он медленно провел пальцем по поверхности стойки, его взгляд был прикован к свитку. — Уничтожение – это тоже риск, мистер Паркинсон. Но риск, который мы готовы принять, если это будет необходимо для сохранения нашей свободы. Что еще вы можете предложить, кроме угроз? Люциус, несмотря на явное сопротивление, сохранял внешнее спокойствие. Он знал, что прямолинейность не всегда работает с гоблинами. — Мы предлагаем вам возможность стать хранителями богатства нового мира, — сказал он, его голос стал чуть мягче, но не менее убедительным. — Вы сможете контролировать потоки золота, влиять на экономику и получать невиданные ранее прибыли. Мы не хотим вас уничтожить, мы хотим вас использовать. И вы будете использовать нас. — Использовать, — задумчиво произнес невысокий гоблин, по имени Кровняк, его черные глаза внимательно изучали Малфоя. — Это уже ближе к истине. Но как мы можем быть уверены, что после того, как вы достигнете своих целей, вы не забудете о нас? Или, что еще хуже, не решите, что мы больше не нужны? — Лорд Волдеморт ценит тех, кто ему полезен, — ответил Люциус. — Ваша роль будет ключевой. Вы будете иметь прямой доступ к его доверенным лицам. И мы готовы предоставить вам гарантии. Золото, волшебные палочки, даже земли, если потребуется. Эйвери, услышав про земли, приподнял бровь. Это было серьезное предложение. — Земли... — прошептал Рагнок, его взгляд стал более задумчивым. — Это уже интересно. Но гарантии должны быть весомыми. И мы хотим видеть, что вы готовы идти на уступки. Нотт, чувствуя, что переговоры заходят в тупик, решил вмешаться. — Уступки? Мы предлагаем вам власть. Власть, о которой вы могли только мечтать. Неужели вы готовы отказаться от этого из-за каких-то мелочных опасений? Гоблин с чёрными волосами резко поднял голову, его взгляд стал ледяным. — Мелочные опасения? Мистер Нотт, вы, кажется, забыли, с кем имеете дело. Мы, гоблины, пережили войны, предательства и века угнетения. Мы научились ценить не только золото, но и свою жизнь. И мы знаем, что истинная власть заключается не в том, чтобы владеть, а в том, чтобы выживать и процветать, несмотря ни на что. Оливия, наблюдая за этим напряженным диалогом, чувствовала, как ее страх усиливается. Она видела, что гоблин не был впечатлен ни угрозами, ни обещаниями. Он был расчетлив и осторожен, и это было то, что делало его опасным. Люциус, казалось, понял, что прямолинейность не сработает. Он сделал глубокий вдох. — Я понимаю вашу осторожность, господин...? — спросил он, пытаясь разглядеть мелкую надпись рядом с гоблином. — Крюкохват, — ответил гоблин, его голос был ровным. — Господин Крюкохват, — продолжил Люциус. — Мы не хотим вас обмануть. Лорд Волдеморт ценит силу и интеллект. Он видит в гоблинах потенциал, который многие волшебники игнорируют. Мы предлагаем вам партнерство, основанное на взаимном уважении и выгоде. Вы поможете нам достичь наших целей, а мы обеспечим вам безопасность, процветание и влияние, которое вы заслуживаете. Он снова протянул свиток. — Здесь изложены основные пункты нашего предложения. Мы готовы обсудить детали, ответить на ваши вопросы и, если потребуется, пойти на дополнительные уступки. Но мы должны действовать быстро. Время не ждет. Гоблин, сидящий во главе стола, был главой гоблинов Бодрагом Третьим. Он взял свиток, и его пальцы, покрытые грубой серой кожей, осторожно развернули пергамент. Он начал читать, его губы шевелились, произнося слова про себя. Эйвери и Нотт напряженно наблюдали за ним, их невидимые тела напряглись в ожидании. Оливия же, чувствуя, что ситуация может измениться в любую секунду, старалась оставаться максимально незаметной. — Дополнительные уступки? — пробормотал Бодраг, его взгляд скользнул по строкам свитка. — И что это за "дополнительные уступки"? Люциус, почувствовав, что лед начал таять, решил сделать еще один шаг. — Мы готовы предоставить вам доступ к волшебным палочкам. Мы можем предоставить вам полную автономию. И, конечно же, мы готовы обсудить возможность предоставления вам доли в будущих предприятиях, которые будут созданы благодаря нашему сотрудничеству. Бодраг поднял голову, его глаза блеснули. — Артефакты? Предприятия? Это уже звучит более интересно, чем просто обещания власти. — Он снова посмотрел на Люциуса, его взгляд был проницательным. — Но как мы можем быть уверены, что эти предприятия не окажутся пустышкой? Паркинсон ответил: — Мы можем предоставить вам доказательства нашей деловой хватки. Гринготтс – это не просто банк, это символ вашей силы и вашего интеллекта. Мы хотим, чтобы вы использовали эти качества на благо нашего общего дела. Нотт, видя, что Малфой с Паркинсоном справляются, решил добавить свой вес. — И помните, господин Бодраг, что Лорд Волдеморт не терпит отказа. Если вы откажетесь от этого предложения, вы можете пожалеть об этом. Но если вы примете его, вы станете частью чего-то великого. Бодраг одобрительно усмехнулся. Скрип тяжелых дверей кабинета наполнил тишину поместья Малфоев, когда Люциус, с привычной грацией, но с едва уловимым напряжением в плечах, вошел внутрь. Его взгляд, обычно холодный и расчетливый, сейчас горел предвкушением. Он держал в руке свиток, перевязанный черной лентой, который, казалось, излучал ауру древней силы. Лорд Волдеморт, восседающий на своем троне, обернулся. Его красные глаза, словно два уголька, внимательно изучали своего верного слугу. Воздух в комнате был плотным от ожиданий, пропитанный запахом старой кожи и чего-то неуловимо зловещего. — Люциус, — прошипел Волдеморт, его голос был подобен шелесту сухих листьев. — Ты принес мне вести? Люциус низко поклонился, его серебристые волосы упали на плечи. — Мой Лорд, вести, которые я принес, превзойдут ваши самые смелые ожидания. — Он протянул свиток. — Гоблины... они согласились. Волдеморт приподнял бровь, его губы изогнулись в подобии улыбки. — Гоблины? Ты уверен, Люциус? Эти существа известны своей жадностью и недоверием. — Я был осторожен, мой Лорд. Я говорил с их представителями, с теми, кто обладает истинным влиянием в их сообществе. Я предложил им то, что они жаждут больше всего – признание и власть. И они приняли наши условия. Волдеморт взял свиток, его длинные пальцы сжимали его с такой силой, что казалось, пергамент вот-вот треснет. Он развернул его, и его взгляд пробежал по строкам, написанным острым, угловатым почерком. По мере того, как он читал, его лицо осветилось триумфом. — Право носить волшебные палочки... — прошептал он, его голос дрожал от восторга. — И автономия... Это поистине щедрые уступки, которые я предложил для них, Люциус. Что же они дали взамен? — Они согласились предоставить нам значительную финансовую помощь, мой Лорд. Их богатства, накопленные за века, теперь будут служить нашему делу. Они также готовы предоставить нам свою поддержку в делах, в которых они могут быть полезны. У них есть огромная сеть подземных туннелей по всей Великобритании... Волдеморт откинулся на спинку трона, его глаза сияли. — Финансы... Наконец-то эта проблема решена. С золотом гоблинов мы сможем вооружить нашу армию до зубов, привлечь больше сторонников и расширить наше влияние. Это не просто союз, Люциус, это триумф! Он посмотрел на Люциуса, и в его взгляде читалось не только удовлетворение, но и глубокая признательность. — Ты превзошел себя, мой верный слуга. Ты обрел для нас союзника, который может изменить ход войны. Гоблины, с их хитростью и богатством, станут мощным оружием в наших руках. — Я лишь исполнил вашу волю, мой Лорд, — ответил Люциус, чувствуя, как напряжение покидает его тело. Он знал, что этот успех укрепит его положение в глазах Волдеморта. — Их автономия... это разумно, — продолжал Волдеморт, его мысли уже уносились вперед. — А право носить палочки... это символично. Это признание их достоинства, которое мы, как истинные правители, можем себе позволить даровать, но как и все подаренное это можно будет отнять, в случае необходимости.. Он встал, его черный плащ развевался за ним, словно крылья летучей мыши. — Теперь, Люциус, мы можем действовать с невиданной прежде мощью. Гоблины – это не просто союзники, это новый фундамент нашей империи. Их золото – это кровь, которая наполнит наши вены, а их сталь – это острота, которая пронзит наших врагов. Волдеморт подошел к окну, глядя на ярко-зеленое поле за ним. — Представь, Люциус, мир, где мы правим безраздельно. Мир, где магия и сила идут рука об руку, а те, кто осмелится нам противостоять, будут сокрушены. Этот союз с гоблинами – это первый шаг к такому миру. Он повернулся к Люциусу, его лицо освещалось зловещим блеском. — Подготовь все необходимое для встречи с их представителями. Мы должны закрепить этот договор, и я хочу лично убедиться в их лояльности. А ты, Люциус, получишь свою награду. Твоя преданность не останется незамеченной. Люциус снова поклонился, чувствуя, как волна эйфории захлестывает его. Он знал, что этот день войдет в историю. Союз с гоблинами был дерзким, рискованным шагом, но он принес плоды, о которых многие могли только мечтать. Теперь, с несметными богатствами и поддержкой могущественных существ, Волдеморт был ближе к своей цели, чем когда-либо прежде. И Люциус Малфой, как всегда, был в самом центре этого триумфа. Августовский вечер окутал поместье Малфоев бархатной темнотой, лишь редкие звезды пробивались сквозь плотные облака. В огромном зале, освещенном призрачным светом магических свечей, царила напряженная тишина. Двадцать девять фигур, облаченных в черные плащи с глубокими капюшонами, стояли ровными рядами, словно тени, вырванные из самой ночи. Каждый из них был здесь по зову, по приказу, по древней, но не угасшей верности. В центре зала, на возвышении, стоял Он. Темный Лорд, чье имя шепотом произносили даже самые отважные, чье возвращение было столь же долгожданным, сколь и пугающим. Волдеморт, облаченный в свой привычный черный одеяние, казался воплощением самой власти. Но сегодня в его глазах, обычно пылающих холодным огнем, мерцало что-то иное – благодушие. Неуловимое, но ощутимое, оно разливалось по залу, смягчая напряжение, но не устраняя его полностью. — Мои верные последователи, — прозвучал его голос, низкий и завораживающий, — Как приятно видеть вас всех вновь собранными. Одиннадцать долгих лет прошло с тех пор, как я исчез, оставив вас одних в этом жалком мире, лишенном истинного величия. Он сделал паузу, обводя взглядом собравшихся. Его взгляд скользнул по рядам, останавливаясь на каждом, словно оценивая, вспоминая. — Я знаю, что многие из вас, — продолжил он, и в его голосе появилась нотка ностальгии, — в те времена, когда моя сила была неоспорима, носили не только эти скромные плащи и скрывающие капюшоны. Вы помните маски. Маски в виде черепа. Бронзовые, серебряные, золотые. Символы вашей преданности, вашей силы, вашей… полезности. Легкий шепот пронесся по рядам. Маски. Они были не просто украшением, а знаком отличия, свидетельством статуса и заслуг. Бронзовые для тех, кто служил верой и правдой, серебряные для тех, кто проявлял особую хитрость и жестокость, и золотые – для избранных, чья преданность была абсолютной, а влияние – неоспоримым. — Вы помните, как сразу же после моего исчезновения, в панике и страхе, вы уничтожили эти символы вашей принадлежности, — Волдеморт усмехнулся, — Боясь быть опознанными, боясь возмездия. Но я здесь. И я не забыл. Его взгляд остановился на первой фигуре в первом ряду. Люциус Малфой, чья осанка всегда выдавала его, несмотря на скрывающий капюшон, слегка наклонил голову. — Люциус, — произнес Волдеморт, и в его голосе прозвучала теплота, — Ты всегда был одним из самых преданных. Твоя семья, твои ресурсы, твоя верность – все это было бесценно. Твои успехи в переговорах, ты заслужил свою награду. Волдеморт поднял руку, и в воздухе материализовалась маска. Золотая, с тонкой гравировкой, она сияла в свете свечей, словно само солнце. Люциус, с едва заметным трепетом, протянул руку и принял дар. Золотая маска, символ его высокого положения, вернулась к нему. — Эйвери, — голос Волдеморта перешел к следующей фигуре. — Твоя хитрость и умение проникать туда, куда другим путь заказан, были неоценимы. Ты всегда знал, как использовать слабости врага. Твоя маска будет серебряной, как и твоя способность оставаться незамеченным в тени. Серебряная маска, отливающая холодным блеском, появилась в воздухе и опустилась в протянутые руки Эйвери. Он принял ее с едва уловимым кивком, его лицо под капюшоном оставалось невидимым. — Квиринус Квиррелл, — Волдеморт повернулся к следующему. — Твоя преданность была… особенной. Ты служил мне, даже когда я был слаб. Твоя хитрость и твой ум... Твоя вера была непоколебима, и за это ты будешь вознагражден серебряной маской, такой же серебряной, как и твоя рука. Серебряная маска материализовалась в воздухе. Она была более грубой, чем у Эйвери, но с острыми, угрожающими чертами, и была вручена Квирреллу. Он принял её с благоговением, его тело слегка дрожало. — Тарквин МакТавиш, — Волдеморт продолжил, его взгляд остановился на ещё одной фигуре. — Твоя помощь была крайне ценна, и твоя вера... Ты не знал пощады, и именно это делало тебя таким эффективным. Твоя бронзовая маска будет напоминанием о твоей способности сеять страх и твоей преданности. Бронзовая маска, более простая, но не менее значимая, была вручена МакТавишу. Он схватил ее с жадностью, его пальцы сжались вокруг холодного металла. — И наконец, Барти Крауч, — заключил Волдеморт, его голос стал чуть более торжественным. — Ты, Барти, был одним из тех, кто, несмотря на все, остался верен мне. Твои деяния, твоя безграничная преданность, все это было использовано во благо нашего дела. Ты заслужил золотую маску, как и твоя неоспоримая полезность и влияние. Ты пока не выполнял миссии в новой войне, но я очень ценю тебя по событиям прошлой войны, считай этот подарок авансом. Золотая маска, столь же величественная, как и у Люциуса, появилась в воздухе и была передана Барти Краучу. Он принял ее с заметной улыбкой, его глаза под капюшоном блеснули в свете свечей. — Эти маски, — произнес Волдеморт, обводя взглядом пятерых с их вновь обретенными символами, — это не просто украшения. Это напоминание о том, кто вы есть. О вашей силе, о вашей преданности, о вашей роли в моем великом плане. Теперь, когда я вернулся, мир снова узнает, кто правит им. И вы, мои верные последователи, будете в авангарде этой новой эры. Другим же я советую проявить себя, доказать свою ценность, и тогда вы также будете вознаграждены. Благодушное настроение Волдеморта, казалось, усилилось. Он знал, что эти пять фигур, вновь облаченные в свои маски, станут его самыми могущественными инструментами. Вечер в поместье Малфоев был лишь началом. Началом новой эпохи, где тени вновь обретут свои лица, а страх снова станет их верным спутником. — Теперь, когда мы укрепили наши ряды, пришло время действовать, — сказал он, и его голос вновь наполнился холодной решимостью. — Как вам известно, Каркаров… оказался не таким уж и верным слугой, каким казался. Струпьяр и его группа не справились с задачей. Их некомпетентность непростительна. Но я не намерен тратить время на сожаления. Я отправляю новую группу. Более… эффективную. Он обвел взглядом собравшихся. — Фенрир Сивый, Армитидж, Флинт, Пайк и Дауден. Вы отправитесь немедленно. Ваша задача – устранить Каркарова. На этот раз никаких ошибок. Никаких провалов. Вы должны доказать свою преданность. Вы должны показать, что достойны быть моими слугами. Пятеро названных выступили вперед, склонив головы в знак согласия. В их глазах горел фанатичный огонь, готовый поглотить все на своем пути. — Идите, — приказал Волдеморт. — И вернитесь с известием об успехе. — Как вам всем известно, — продолжил он, после пары секунд тишины, его голос стал чуть более интимным, но не менее властным, — на днях наступит знаменательная дата. Ровно месяц пройдет с того момента, как оборотни вновь вернулись в наши ряды. Их возвращение стало важным шагом на пути к нашему триумфу, и я вижу, что некоторые из них захотят отметить эту дату. В зале пронесся тихий ропот одобрения. Оборотни, их дикая природа и необузданная сила, всегда были ценным дополнением к армии Волдеморта. — И я хочу сообщить вам, — Волдеморт поднял руку, призывая к тишине, — что к этим празднованиям могут присоединиться и наши верные сторонники из числа волшебников и колдуний. Пусть они разделят радость с нашими оборотнями-братьями. Его взгляд скользнул по собравшимся, и в нем читалось нечто большее, чем просто разрешение. Это было приглашение к разгулу. — Я сам, разумеется, не буду вмешиваться в их веселье, — произнес он, и в его голосе прозвучала нотка снисходительности. — Пусть они насладятся этой возможностью. Пусть они почувствуют вкус свободы, вкус власти, который мы им даруем. Он сделал еще один шаг вперед, его глаза сверкнули в свете факелов. — Мир маглов, — произнес он, и это слово прозвучало как приговор, — в их распоряжении. Пусть они возьмут то, что пожелают. Пусть они напомнят этим ничтожным существам, кто здесь истинные хозяева. В зале воцарилась напряженная тишина, наполненная предвкушением. Черные плащи слегка колыхнулись, словно предвещая грядущий хаос. Волдеморт, довольный произведенным эффектом, окинул взглядом своих сторонников. Он знал, что этот вечер станет для них не просто празднованием, но и демонстрацией их силы, их жестокости, их безграничной преданности ему. Августовский вечер окутал маленький городок, притаившийся в тени Белфаста, мягкой дымкой сумерек. Уличные фонари, как золотые глаза, вспыхивали один за другим, отбрасывая длинные, танцующие тени на мощеные улицы. В воздухе витал запах моря, смешанный с ароматом свежескошенной травы, доносившимся с аккуратных газонов перед домами. Внезапно, в самом центре площади, где обычно собирались дети, чтобы поиграть в футбол, воздух затрепетал. Словно невидимая рука разрывала ткань реальности, и из образовавшейся пустоты выплыли семь темных фигур. Они были облачены в длинные, развевающиеся плащи, скрывавшие их тела от глаз любопытных прохожих. Двое из них, выделяясь из общей мрачной картины, носили маски. Одна, сверкающая серебром, отражала свет фонарей, словно живое зеркало. Другая, отливающая бронзой, казалась выкованной из самого пламени заката. Черепа, застывшие в безмолвном оскале, скрывали лица, но выдавали их истинную сущность. Это были слуги Темного Лорда Волдеморта. Они прибыли сюда, в этот тихий уголок Северной Ирландии, не для мирного визита. Их сердца были полны ненависти, а их намерения – разрушения. Человек в Серебряной маске, чьи глаза-щели казались ледяными, шагнул вперед. Его голос, хриплый и лишенный эмоций, прорезал тишину: — Начинаем. Колдун в Бронзовой маске, издав глухой, гортанный звук, кивнул. Остальные пятеро, чьи лица были скрыты капюшонами, рассредоточились, словно хищники, готовящиеся к охоте. Первым делом, они обрушили свою ярость на ближайший дом. — Инсендио! — выкрикнули одновременно пять фигур в темных плащах, и ближайший дом охватило яркое пламя. Крики ужаса, вырвавшиеся изнутри, казалось, проникали в самую душу. — Редукто! — синяя молния, вылетевшая из палочки одного из колдунов, разбила витрину магазина, — За мной! Мужчина сбросил капюшон, обнажив свои длинные грязные волосы, свернутые в хвост. Он шагнул через разбитую витрину, и за ним последовало двое других оборотней. Мужчина в бронзовой маске взорвал автомобиль. Человек в Серебряной маске, наблюдая за происходящим, лишь усмехнулся. — Как же это забавно, — прошептал он, — наблюдать за страхом в глазах маглов. Маг в бронзовой маске послал синюю молнию в один из домов, выбив несколько окон. — Мы покажем им, кто здесь хозяин! — прорычал он. Вскоре городок превратился в ад. Пламя пожирало дома, дым застилал небо, а крики отчаяния смешивались с дикими радостными воплями колдунов. Маглы, охваченные паникой, метались по улицам, пытаясь спастись от неминуемой гибели. — Круцио! — проклятье, выпущенное одним из колдунов в капюшоне, сбило с ног бежавшую в страхе женщину, заставив ту заорать от боли. — Молодец, брат! — радостно крикнула полная фигура в плаще, направляясь к высокому худому колдуну, пытающему женщину. Женщина от крика потеряла голос, и перед ней тут же оказалась высокая фигура в темном плаще и серебряной маске. — Амикус, как скучно, — удрученно произнес человек в серебряной маске стоящему рядом с ним колдуну, — ты погляди, до чего ты ее довел! Волшебник в маске посмотрел на лежащую перед ним женщину, — Бедняжка? Тебе было больно, да? Женщина посмотрела на говорившего глазами, полными слез. — Не люблю, когда молчат, — расстроенно произнес он, — ты такая скучная! Авада Кедавра! Зелёная молния попала в женщину, лишив её жизни. Тишина площади была разорвана резким, пронзительным криком, который, казалось, исходил из самого воздуха: — Внимание! Работает "Отдел магических происшествий и катастроф! Из тени ближайшего переулка показались двое мужчин. Их одежда, хоть и не была столь мрачной, как у пришельцев, все же выдавала их принадлежность к миру магии. При виде пожирателей смерти, их лица исказились от ужаса. Они знали, что это не просто случайная встреча. Это было вторжение. — Э-это он-ни! — в ужасе прошептал один из колдунов, — Перикулум! Из палочки мужчины прямо в небо вылетел сноп красных искр. Они с грохотом расплылись по небу, так словно кто-то вечером решил запустить салют. — Блять, он вызвал мракоборцев! Нужно уходить! — крикнул другим человек в бронзовой маске. — Уймись, МакТавиш, еще есть время. — прошипел Амикус. Человек в серебряной маске, не теряя ни секунды, поднял руку. Его пальцы, словно сплетенные из теней, указали на Кадмуса. Из его уст вырвалось проклятие, наполненное темной силой: — Империо! Кадмус застыл на мгновение, его глаза расширились от невыносимой боли и подчинения. Его воля, его разум – все было поглощено чужой властью. Он стал марионеткой в руках своего врага. С пустой, безжизненной улыбкой на лице, Кадмус повернулся к своему напарнику. Арнольд Писгуд, все еще пытаясь осознать происходящее, смотрел на него с недоумением и страхом. Но в глазах Кадмуса не было ни тени прежнего товарищества. Была лишь холодная, безжалостная решимость. — Кадмус, ты же не убийца, — умоляюще воскликнул мужчина, пятясь назад, — Кадмус! Амикус и его сестра захихикали. Колдун в серебряной маске улыбнулся. — Прости, Арнольд, — прошептал Кадмус, его голос звучал чуждо и механически. И прежде чем Арнольд успел среагировать, прежде чем он успел поднять свою палочку, Кадмус направил на него свою собственную. — Авада Кедавра! Арнольд упал, его тело безвольно обмякло на мостовой. — Морсмордре! — выкрикнула Алекто, направляя свою палочку прямо в небо. В облаках возник огромный зеленый череп, он открыл свой рот, и из него выползла ярко-изумрудного цвета змея. Посреди площади возникло четверо мракоборцев: Долиш, Уильямсон, Кингсли Бруствер и Уингер, прибывшие по срочному вызову. Но то, что предстало перед их глазами, превзошло самые мрачные ожидания. Над городом, словно зловещее предзнаменование, висела огромная, пульсирующая черная метка. Череп с выползающей из пасти змеей, выжженный в ночном небе, отбрасывал жуткие тени на притихшие дома. Под ним, на мощеной площади, лежал труп. Мракоборцы мгновенно узнали униформу сотрудника Отдела Магических Происшествий и Катастроф. — Мерлин всемогущий, — пробормотал Уильямсон, его лицо побледнело. Кингсли, с непроницаемым выражением лица, оглядел площадь. — Они ждали нас. И действительно, они ждали. Семь фигур в черных мантиях, с масками, скрывающими лица, стояли полукругом, преграждая им путь. Слуги Волдеморта. Их присутствие здесь, в самом сердце магловского мира, было дерзким вызовом, плевком в лицо Министерству Магии. — Бруствер, Уингер, займите фланги, — скомандовал Долиш, его голос звучал твердо и уверенно, несмотря на мрачную обстановку. — Уильямсон, прикрой меня. Мы должны выяснить, что здесь происходит. Прежде чем они успели полностью занять позиции, колдун в серебряной маске взмахнул палочкой. Из-за его спины, словно марионетка, вылетел второй сотрудник Отдела Магических Происшествий и Катастроф. Его глаза были пустыми, безжизненными. Он двигался неестественно, дергано, словно кукла, которой управляет невидимый кукловод. — Стой! — крикнул Кингсли, но было уже поздно. Сотрудник, одержимый чужой волей, выпустил в них поток оглушающих заклинаний. — Экспеллиармус! — выкрикнул Долиш, пытаясь обезоружить несчастного, но тот по мановению палочки контролирующего его колдуна дернулся с траектории полета чар, уворачиваясь. — Ступефай! — крикнул Кингсли, целясь в руку темного колдуна, держащего палочку. Заклинание попало, и рука противника дернулась, но контроль над сотрудником не ослаб. — У него защитный амулет! — прокричал остальным Кингсли. — Не так быстро, мракоборец! — прорычал один из темных магов, направляя в Кингсли смертоносное проклятие. Кингсли успел отскочить, но заклинание чуть было не задело его плечо, оставив жгучий след в воздухе. — Кингсли! — крикнул Уильямсон, бросаясь на помощь. Он отвлек двух противников, заставив их сосредоточиться на себе. Долиш создал густой черный дым, и тот мгновенно окутал их, создавая завесу. — Уингер, за мной! — крикнул Долиш, используя дым как прикрытие. Они попытались прорваться сквозь ряды противников, но те были готовы. Один из них, Струпьяр, направил в их сторону поток заклинаний. Уингер, несмотря на опасность, сумел увернуться от большинства, но одно заклинание зацепило его ногу. Он споткнулся и упал на асфальт. — Я в порядке! — крикнул он, поднимаясь. Кингсли, воспользовавшись моментом, когда внимание темных магов было отвлечено, бросился к сотруднику под Империо. Он знал, что прямое нападение на него может быть опасным, поэтому выбрал другое заклинание. Амикус с Алекто, словно почувствовав угрозу, одновременно выпустили в него несколько потоков зеленого света. Уильямсон, увидев это, бросился вперед, закрывая собой Кингсли. — Протего Триа! — крикнул Уильямсон, создавая мощный щит. Щит выдержал удар, но Уильямсон отлетел назад, ударившись о стену здания. Он упал на асфальт, и на его теле начали появляться ожоги. Кингсли запустил в подчиненного колдуна веревками, связывая его. — Вентус! — послал поток ветра в толпу магов в темных плащах Долиш. Колдун в серебряной маске взмахнул палочкой, рассеивая ветер. В мракоборцев полетело четыре белых вспышки. — Протего Максима! — воскликнул Долиш, закрывая других. Трое оборотней кинулись на Долиша, но тот вместе с Кинсгли прокричал: — Хоморфус Ликантропус! Чары попали в оборотней, и те вновь стали трансформироваться обратно в людей. — Сконисиум! — выкрикнул человек в серебряной маске, и луч праха пролетел прямо над Кингсли, чуть не задев его. МакТавиш выстрелил оранжевым лучом в оборотней, притягивая их к себе. Кингсли с Долишом стали посылать в МакТавиша красными молниями, но Амикус с Алекто закрыли его белыми щитами. Долиш резко вскинул руку и послал в человека в серебряной маске большой белый луч. Тот на мгновение стал черным дымом, и луч пролетел мимо, ударив дом. Темные маги тут же ответили залпом из белых вспышек, а колдун в серебряной маске метнул зеленую молнию в Кингсли, но тот успел увернуться. Барьер мракоборцев треснул, и мимо них пролетело Круцио от Алекто. — Ступефай! — в одну глотку проорали мракоборцы, и пять красных молний полетели в сторону темных магов. МакТавиш вскинул палочку, создавая смерч, поглотивший чары мракоборцев. Он отправил смерч в мракоборцев, тот развеялся при столкновении с ними, и красные молнии, вылетевшие из смерча, попали в самого молодого из мракоборцев, в Уингера. Тот мгновенно потерял сознание. — Инкарцеро! — послал веревки Долиш, но Алекто отбила их. Долиш закрылся голубым щитом, в который тут же ударило две синих вспышки. — Уингер небоеспособен! Перегруппировываемся и вызываем подмогу! — крикнул Долиш остальным. — Авада Кедавра! — зеленая молния, выпущенная очухавшимся от чар против оборотней, Струпьяром, пролетела над Долишом. Тот ответил Ступефаем, но оборотень увернулся. Колдун в серебряной маске взмахнул палочкой, посылая белый всполох в Кингсли, но тот закрылся щитом. — Ты, погляди, сестра! — радостно произнес Амикус, — они прячутся! Акселитус! Желтый луч, вылетевший из его палочки, полетел прямо в Уильямсона. — Даркшиелд! — прогудел жесткий голос, и над Уильямсоном возник большой щит, поглотивший проклятье Амикуса. — А, Уорд! — с ненавистью прошипел колдун в серебряной маске глядя на прибывшего мракоборца. — Эйвери, — холодно кивнул Уорд колдуну в серебряной маске, посылая в него синюю вспышку. Эйвери взял её на белый щит и послал в мракоборца столб черного пламени. Тот хлестнул палочкой, и пламя погасло, и вот в Эйвери уже летят большие куски асфальта. Тот взмахом палочки заставил куски асфальта исчезнуть. Эйвери стрельнул в Уорда струей зеленого огня, тот закрылся Даркшиелдом и метнул большую белую молнию в Эйвери, но тот взмахнул палочкой, и перед ним появился связанный сотрудник Министерства. Заклятье Уорда попало в него, прошив его тело мощным ударом тока, и тот скончался от остановки сердца. Уорд на мгновение замер. — Уходим! — тут же крикнул Эйвери остальным магам, и те исчезли. Последним исчез Струпьяр, укрываясь от заклинаний мракоборцев и так уже потерявшими сознание Брашоу и Роукином. Трагедия в Северной Ирландии: Двое сотрудников Министерства погибли в битве против слуг Того-Кого-Нельзя-Называть. Вчерашний день омрачился трагическим инцидентом в Северной Ирландии, где произошла атака на магловское поселение. Двое доблестных сотрудников Отдела магических происшествий и катастроф, чьи имена пока не разглашаются в интересах следствия, погибли, пытаясь предотвратить распространение магического воздействия и защитить мирное население. По предварительным данным, атака была совершена сторонниками Темного Лорда, чье возвращение, к сожалению, продолжает оставаться реальностью для нашего мира. Благодаря оперативным и слаженным действиям мракоборцев, прибывших на место происшествия, удалось минимизировать ущерб, причиненный как магическим, так и немагическим объектам. Однако, как стало известно, ценой этой сдержанности стали жизни двух наших коллег, отдавших свои жизни за безопасность других. Министерство Магии выражает глубочайшие соболезнования семьям погибших и заверяет общественность в том, что все виновные будут найдены и понесут заслуженное наказание. Ведется активное расследование, и мы призываем всех, кто обладает какой-либо информацией, касающейся данного инцидента, немедленно связаться с Отделом магических происшествий и катастроф или ближайшим отделением мракоборцев. В связи с произошедшим, в Министерстве Магии объявлен повышенный уровень готовности. Гражданам магического сообщества настоятельно рекомендуется соблюдать осторожность и избегать мест массового скопления маглов, а также немедленно сообщать о любых подозрительных магических проявлениях. На ст. 3 приведены новые листовки розыска. РАЗЫСКИВАЕТСЯ Эйвери В прошлом неоднократно применял запрещенное проклятие подвластия, действующий слуга Сами-Знаете-Кого. Известен своей преданностью Темному Лорду и участием в ряде прошлых преступлений против магического и немагического сообщества. На высоком уровне владеет Тёмной Магией. Обладает значительными магическими способностями и склонен к жестокости. Предупреждение: Опасен. При встрече не вступать в контакт. Немедленно сообщить в управление мракоборцев. Амикус Кэрроу В прошлом неоднократно применял запрещенное пыточное проклятие, действующий слуга Сами-Знаете-Кого. Известен своей преданностью Темному Лорду и участием в ряде прошлых преступлений против магического и немагического сообщества. На высоком уровне владеет Тёмной Магией. Обладает значительными магическими способностями и склонен к жестокости. Предупреждение: Опасен. При встрече не вступать в контакт. Немедленно сообщить в управление мракоборцев. Алекто Кэрроу В прошлом неоднократно применяла запрещенное пыточное проклятие, действующая слуга Сами-Знаете-Кого. Известна своей преданностью Темному Лорду и участием в ряде прошлых преступлений против магического и немагического сообщества. Обладает значительными магическими способностями и склонна к жестокости. Предупреждение: Опасна. При встрече не вступать в контакт. Немедленно сообщить в управление мракоборцев. Комментарий редакции: Эта атака является еще одним болезненным напоминанием о том, что борьба с силами тьмы далека от завершения. Гибель наших сотрудников – это не просто статистика, это потеря ценных членов нашего общества, которые посвятили себя защите всех нас. Мы должны объединиться перед лицом этой угрозы и не позволить страху парализовать нас. "Ежедневный Пророк" продолжит информировать вас о ходе расследования и всех важных событиях, связанных с этим трагическим происшествием. Указатель: На ст.5 вы можете ознакомиться с интервью Сесила Ли: "РОСТ АКТИВНОСТИ ОБОРОТНЕЙ НА ТЕРРИТОРИИ ВЕЛИКОБРИТАНИИ". На ст. 9 вы можете ознакомиться со статьей: "Чем обусловлен рост цен на проезд на волшебном автобусе "Ночной Рыцарь". На ст. 13 вы узнаете мнение эксперта по квиддичу Людовика Бэгмэна, "Кто победит в этом сезоне?" Корнелиус Фадж, министр магии, стоял за своим огромным полированным столом, словно разъяренный бык, готовый к атаке. Газета "Ежедневный Пророк" трепетала в его руках, словно пойманная бабочка. Амелия Боунс, глава Отдела магического правопорядка, и Руфус Скримджер, глава мракоборцев, стояли перед ним, сохраняя непроницаемые лица. Они привыкли к вспышкам гнева Фаджа, но обычно они были направлены на что-то менее серьезное, чем массовое нападение на маглов. — Это… это возмутительно! — прорычал Фадж, швырнув газету на стол. Она приземлилась с глухим стуком, словно обвинительный приговор. — Возмутительно! Как такое могло произойти? В Северной Ирландии! Прямо под нашим носом! Амелия Боунс откашлялась. — Министр, есть еще кое-что, что вам следует знать. У нас есть все основания утверждать, что среди нападавших видели… Эйвери, Амикуса и Алекто Кэрроу. Я объявила их в розыск. В комнате повисла тишина. Фадж замер, словно его ударили чем-то тяжелым. — Кэрроу? — прошептал он, его лицо побледнело. — Амикус и Алекто Кэрроу? Но… но они были оправданы! Я сам… я сам присутствовал на их слушаниях! — И Эйвери тоже, — добавил Скримджер, его голос был твердым, как гранит. — Все трое были оправданы после падения Сами-Знаете-Кого. Они утверждали, что были под Империо. Фадж отшатнулся, словно его ударили. — Невозможно… Это… это не может быть правдой. Они… они были жертвами! Жертвами обстоятельств! Руфус Скримджер нахмурился. — Министр, сэр, я считаю, что нам необходимо инициировать проверку всех, кто был оправдан после падения Сами-Знаете-Кого. Мы должны убедиться, что они действительно не представляют угрозы. Фадж посмотрел на него, словно Скримджер предложил ему выпить яд. Его глаза сузились, а лицо приобрело оттенок перезрелого помидора. — Проверку? Всех оправданных? — прошипел Фадж, его голос дрожал от негодования. — Вы предлагаете устроить охоту на ведьм, Скримджер? На тех, кто уже заплатил свою цену? Кто был освобожден по справедливости? — Министр, сэр, — спокойно возразил Скримджер, — справедливость – это одно, а безопасность – другое. Если эти люди, которые когда-то служили Сами-Знаете-Кому, теперь снова участвуют в подобных атаках, значит, наша система правосудия дала сбой. Мы не можем позволить себе игнорировать такую возможность. — Дать сбой? — Фадж ударил кулаком по столу. — Это вы даете сбой, Скримджер! Вы, мракоборцы, должны были предотвратить это! Амелия Боунс попыталась вмешаться. — Министр, Руфус прав. Если Эйвери и Кэрроу действительно участвовали в этом, это означает, что они не только обманули Министерство, но и снова стали опасны. Мы должны быть бдительны. — Бдительны? — Фадж рассмеялся, но смех его был лишен веселья. — Я буду бдителен! Я буду бдителен к тем, кто пытается посеять панику и недоверие в нашем Министерстве! Я не позволю вам, разрушить всё, что было достигнуто после падения Того-Кого-Нельзя-Называть! Он снова схватил газету, его пальцы сжимали ее так, что она могла бы превратиться в пыль, он пробежал глазами по портретам розыска. — Нет. Никаких проверок. Если мы увидим, что кто-то из оправданных в прошлом, действительно участвует в нынешних нападениях, мы будем объявлять их в розыск. Но я не допущу массовых проверок всех оправданных! Нам, не нужна паника! Скримджер и Боунс переглянулись. В их глазах читалось разочарование и растущая тревога. Фадж, казалось, был готов закрыть глаза на очевидное, лишь бы сохранить свой собственный комфорт и репутацию. В огромном зале, освещённом лишь тусклым светом магических огней, собрались сторонники Темного Лорда. Тени плясали на стенах, придавая и без того мрачным лицам ещё более зловещий вид. Лорд Волдеморт, облаченный в черную мантию, стоял у массивного камина, его красные глаза горели в полумраке. Воздух был наэлектризован ожиданием, каждый присутствующий чувствовал тяжесть его взгляда. — Яксли сообщил мне, — начал Волдеморт, его голос, подобно шепоту змеи, пронесся по залу, — что некоторые из вас, мои дорогие последователи, решили развлечься в мире маглов пару дней назад. Я слышал, что Эйвери, Брашоу и Роукин провели время с особым энтузиазмом. В зале повисла тишина, нарушаемая лишь треском дров в камине. Эйвери, высокий и худощавый, выступил вперед. — Мой Лорд, — произнес он, слегка поклонившись, — это правда. Мы позволили себе небольшую... отдушину. Маглы оказались на удивление податливы. Волдеморт кивнул, на его губах появилась едва заметная, жуткая улыбка. — Податливы? — Темный Лорд издал краткий смешок, — Хорошо. Потому что для вас троих, а также для профессора Квиррелла и для нашей храброй и крайне полезной мисс Хиггинботтом, у меня есть новое задание. В зале послышались приглушенные возгласы. Квиринус Квиррелл, с серьезным лицом, и Оливия Хиггинботтом, вздрогнув, шагнули вперед, присоединяясь к Эйвери, Брашоу и Роукину. — Эйвери, — продолжил Волдеморт, обращаясь к нему, — ты будешь командовать этой группой. В случае твоей... преждевременной кончины, командование перейдет к Квиринусу. Эйвери слегка нахмурился, но быстро взял себя в руки. — Мой Лорд, — спросил он, — каково же это задание? Волдеморт сделал паузу, наслаждаясь напряжением. — Мы уже привлекли оборотней на нашу сторону. Теперь пришло время для ведьм. Ваша задача – отправиться и завербовать ведьм. Тех, кто обладает истинной силой, кто не боится использовать ее во благо нашей общей цели. Он обвел взглядом собравшихся. — Если ты справишься, Эйвери, то в награду за твою преданность и эффективность, ты сменишь свою серебряную маску на золотую. Глаза Эйвери загорелись. Золотая маска. Это было больше, чем просто награда; это было признание, знак отличия, который он жаждал. — Мы не подведем вас, мой Лорд, — уверенно сказал он. Волдеморт кивнул, его взгляд остановился на каждом из пяти присутствующих. — Идите. И помните, что каждая успешно выполненная миссия приближает нас к нашей победе. Вторая неделя августа дышала зноем, даже в стенах Хогвартса, где прохлада камня обычно дарила облегчение. Вечерний воздух был густым и неподвижным, словно затаившееся дыхание. В кабинете директора, залитом мягким светом настенных факелов, царила тишина, нарушаемая лишь тихим шелестом страниц и мерным тиканьем старинных часов. Альбус Дамблдор, облаченный в атласную мантию, переливающуюся оттенками глубокого изумруда и насыщенного бордо, сидел за массивным дубовым столом. Его длинные пальцы, украшенные кольцами с драгоценными камнями, неторопливо перебирали свиток пергамента. Глаза, цвета летнего неба, внимательно изучали строки, но в их глубине таилась тень беспокойства. Дверь кабинета бесшумно отворилась, и в проеме появился Северус Снейп. Его черная мантия казалась еще более темной на фоне золотистых стен, а лицо, как всегда, было непроницаемой маской. Он держался с присущей ему сдержанностью, но в его позе чувствовалось напряжение. — Северус, — произнес Дамблдор, не отрывая взгляда от пергамента. Его голос был спокоен, но в нем звучала нотка ожидания. — Ты принес мне новости? Снейп подошел к столу, его шаги были почти неслышны. Он остановился напротив директора, его взгляд встретился с взглядом Дамблдора. В этот момент в кабинете повисла напряженная пауза, наполненная невысказанными опасениями. — Да, Альбус, — начал Снейп, его голос был низким и ровным, но в нем проскальзывала сталь. — Темный Лорд не теряет времени. Он выслал группу для устранения Игоря Каркарова. Дамблдор медленно поднял голову, его брови слегка приподнялись. — И кто же во главе? — Возглавляет эту группу. — Снейп сделал короткую паузу, словно собираясь с силами. — Фенрир Сивый. При упоминании имени оборотня, в глазах Дамблдора мелькнула тень. Он знал, на что способен Сивый, и его присутствие в такой миссии говорило о серьезности намерений Волдеморта. — Сивый, — повторил Дамблдор, его голос стал чуть более напряженным. — Это… тревожно. Его жестокость не знает границ. — И это еще не все, Альбус, — продолжил Снейп, его взгляд стал еще более пристальным. — Темный Лорд не ограничился оборотнями. К нему присоединились и другие… темные создания. Дамблдор отложил пергамент. Его взгляд стал более острым, проникающим. — Какие создания, Северус? — Ведьмы, — произнес Снейп, и это слово прозвучало как приговор. — Они согласились примкнуть к его рядам, если Темный Лорд разрешит поедать им магловских детей. Дамблдор закрыл глаза на мгновение, словно пытаясь осмыслить услышанное. — Ведьмы…, — прошептал Дамблдор, его пальцы сжали подлокотники кресла. — Это меняет многое. Их знания, их практики… Они могут усилить армию Волдеморта в разы. Ты уверен, Северус? — Абсолютно, — подтвердил Снейп, его голос не дрогнул. — Это не слухи, Альбус. Это реальность. Дамблдор медленно обвел взглядом свой кабинет, словно пытаясь найти ответы в старинных артефактах и портретах бывших директоров. Атласная мантия, переливающаяся в свете лампы, казалась теперь не столько символом власти, сколько тяжелым бременем ответственности. Директор поднял взгляд на Снейпа, в его глазах читалась решимость, смешанная с глубокой печалью. — Что мы знаем о ведьмах? Их имена, их цели? — Пока очень мало, — признался Снейп. — Они действуют скрытно, и скоро появятся в штабе Темного Лорда. Дамблдор кивнул, его взгляд стал более сосредоточенным. — Северус, если что нибудь разузнаешь о присоединившихся к нему ведьмах, сообщи мне. — Я сделаю все возможное, Альбус, — ответил Снейп, его голос звучал твердо. — А пока, — продолжил Дамблдор, его взгляд устремился в окно, где уже сгущались сумерки. — Мы должны быть готовы к худшему. Том не остановится. И эта новая коалиция… она может изменить ход войны. — Спасибо, что собрались так быстро, — начал Дамблдор, оглядывая собравшихся в Норе магов. Его голос был тихим, но проникающим. — К сожалению, новости, которые я должен вам сообщить, не из приятных. Он сделал паузу, позволяя словам повиснуть в воздухе. Грюм хмыкнул, его магический глаз остановился на Дамблдоре. — Волдеморт не теряет времени, — продолжил Дамблдор. — Мы получили подтверждение о присоединении к нему значительного числа ведьм. Их жестокость и бесчеловечность теперь будут направлены на нашу сторону. По гостиной пронесся шепот. Ведьмы, известные своей дикой природой и склонностью к поеданию человечины, всегда были одной из самых пугающих угроз. Их присоединение к Волдеморту означало новый уровень опасности. — И это не все, — добавил Дамблдор, его взгляд стал еще более серьезным. — Несколько дней назад, как вам должно быть известно, произошло нападение на магловское поселение в Северной Ирландии. Нападение было жестоким и бессмысленным. Погибло много невинных людей. — По нашим данным, — продолжил Дамблдор, — в нападении участвовали Эйвери, несколько оборотней, а также брат и сестра Кэрроу. Это подтверждает нашу обеспокоенность тем, что Волдеморт активно вербует и использует тех, кто не гнушается самыми низменными методами ведения войны. Грюм прорычал: — Кэрроу! Я знал, что эти ублюдки снова где-то наследили. Они всегда были готовы разорвать любого, кто встанет на их пути, будь то магл или волшебник. Люпин, не поднимая глаз от огня, произнес тихим, но твердым голосом: — Мы должны понять, как они смогли проникнуть так далеко, и как предотвратить подобные нападения в будущем. Дедалус Дингл, наконец, обрел дар речи: — Ведьмы... Это меняет все. Их сила, их... — он запнулся, — их дикость. Мы должны быть готовы к чему-то совершенно новому. Может быть, нам стоит пересмотреть наши защитные заклинания? Или разработать новые методы противодействия? Подмор кивнул: — Дедалус прав. Мы не можем полагаться только на старые методы. Тот-Кого-Нельзя-Называть становится изобретательнее, и его последователи тоже. Нам нужно быть на шаг впереди. Артур Уизли, сжав кулаки, сказал: — Насколько я знаю, в прошлой войне Сами-Знаете-Кто не использовал ведьм, он ограничивался лишь оборотнями и великанами... Грюм вскинулся, — Хорошее замечание, Артур. А почему это, присоединив к себе оборотней, Волдеморт решил изменить себе и пойти к ведьмам, а не к великанам? Дамблдор кивнул, его взгляд скользнул по каждому из присутствующих: — Северус считает, что Волдеморт сейчас не хочет распылять своих сторонников. Он считает, что нет смысла идти в другие страны через море к великанам, пока он не освободил из Азкабана своих старых сторонников. — Альбус вздохнул, — В любом случае, наша задача сейчас – укрепить наши ряды, собрать как можно больше информации о новых союзниках Волдеморта и его планах. Мы должны быть бдительны, осторожны и готовы к любым неожиданностям. Орден Феникса не сдастся. Мы будем бороться за мир, за справедливость, и за тех, кто не может защитить себя сам.