Потерянные души

      Прошла пара дней, и на улице ночью было уже крайне холодно, однако снег до сих пор не выпал. Хоть Мадара и сказал, что ходить на охоту будет сам, Хикари все равно изъявляла желание отправляться с ним на это непростое занятие. Даже несмотря на то, что кроме них здесь никого не было, она не использовала шаринган. Ей явно было непросто принять эту часть себя, из-за которой ее жизнь была наполнена страхами.       – Ты уже ходила к реке? – поинтересовался Мадара.       – Я была там несколько раз, пока вода не замерзла, – спокойно ответила Хикари. – Но я не особо представляю, как сейчас можно что-то поймать.       – Вечером я поставил там сети, надо их проверить, – сказал Мадара, жестом указывая направление. – Сейчас это самый простой способ.       Он вполоборота посмотрел на Хикари, которая шла рядом и рассматривала дремлющий лес. Птицы уже не пели, лишь замерзшая трава и ветки хрустели под ногами. Казалось, что жизнь покинула здешние места, оставляя их наедине.       – Не знаю, как бы я выжила тут одна, если честно. – Хикари печально улыбнулась.       – Выжила бы, – резко произнес Мадара. – Ты смогла столько лет скрываться в Суне, а, оказавшись здесь, ты бы вряд ли так просто сдалась.       Она удивленно посмотрела на него, широко распахнув глаза.       – Почему ты так говоришь? – спросила Хикари, а в голосе звучали нотки непонимания.       – Потому что ты никогда не сдавалась, хоть и сама не признаешь этого, – ответил Мадара и отвел взгляд.       Хикари не раз говорила о своей слабости, но, исходя из того, что он успел узнать о ней, она не была такой. За свою жизнь он видел много людей, которые действительно ломались из-за травм прошлого. Кто-то оканчивал жизнь самоубийством, кто-то ударялся в религию, но мало кто смог остаться собой по-настоящему.       Отчего-то теперь к нему приходило понимание, что он мало чем отличался от тех, кого презирал. Не сумев справиться с утратой братьев и родителей, Мадара закрылся от людей и стал одержим идеей по спасению мира. Он подавил в себе любые эмоции, полность отдавая себя целям, которые сам же воздвигнул. Мадара всегда шел напролом, демонстрируя силу и превосходство, но его уверенность была не чем иным, как маской, защищающей его от очередных страданий и одиночества. Его непоколебимость была броней, которая отгородила его от страхов и сомнений.       Впереди показался берег небольшой реки, и, подойдя ближе, Мадара ступил на лед и направился к лунке. Вытащив несколько крупных рыб, которые попались в ловушку, он непроизвольно улыбнулся. Сам того не замечая, за последнее время Мадара все больше радовался каким-то обычным вещам. Сейчас, находясь вдали от всего, он будто вновь обрел возможность замечать столь незначительные мелочи.       – А лед прочный? – с опаской спросила Хикари, осторожно ступая позади него.       – Вполне, – ответил Мадара и поднялся на ноги, удерживая добычу в сетях. – Ты никогда не видела лед?       – Только в холодильнике. – Она хихикнула.       Мадара молча смотрел на нее. Хикари улыбалась, а взгляд ее метался по сторонам, пока она нерешительно передвигалась по скользкой поверхности. Слегка оттолкнувшись ногой и расставив руки в стороны, Хикари прокатилась по льду и улыбнулась пуще прежнего. Наблюдая за ней, он невольно вернулся мыслями в детство, когда они с братьями ходили к реке. Хоть в краях, откуда он родом, зима была мягче и река замерзала редко. Когда это все-таки происходило, они всегда приходили покататься и подурачиться. Эти короткие вылазки между сражениями помогали забыть об окружающем мире. Мадара едва заметно улыбнулся.       Уже скользя более ловко, Хикари удалялась вдоль русла, а накидка и вовсе спала с ее плеч, оставаясь позади. Мадара смотрел ей вслед, когда, не устояв на ногах, Хикари рухнула спиной на лед, который в то же мгновение проломился под ней от удара. Услышав лишь короткий вскрик, он отбросил улов в сторону берега и тут же направился к ней.       Приблизившись, Мадара остановился около разлома, в котором ничего не было видно. Быстро проанализировав ситуацию, он не смог найти иного решения, как нырнуть следом. Откинув одежду и оставаясь в одних штанах, Мадара поежился, а на выдохе изо рта засверкали искры пламени.       Прыгнув в ледяную воду, Мадара устремился вглубь. Благодаря шарингану он смог без труда отыскать Хикари, которую неизбежно тянуло на дно. Ухватив ее за руку, он начал всплывать. Искать разлом не имело смысла, и, сконцентрировав чакру в свободной руке, Мадара пробил лед над собой.       Выбравшись наверх, он вытащил Хикари, которая, вероятнее всего, потеряла сознание из-за шока от ледяной воды. На удивление, она дышала, а это означало, что воды в легких не было. Он тут же укутал ее в свою накидку из меха и положил на бок. Сконцентрировавшись, Мадара смог повысить температуру своего тела, влага на нем быстро испарилась, и лишь после этого он принялся одеваться. Посмотрев на синие губы и бледное лицо Хикари, он нахмурился.       «Она выжила даже во время войны, а могла погибнуть так глупо».       Подняв Хикари на руки, Мадара направился за уловом и накидкой, которую она обронила. Спешно преодолев расстояние до дома, он вошел внутрь и опустил ее возле ирори, в котором тлели угли. Растопив новые поленья, Мадара расположился рядом. Оставалось только ждать, когда она очнется.       Он уже и не мог вспомнить, когда спасал кого-то. Было ли такое? Даже Обито, который оказался погребен под камнями после обвала, был не чем иным, как частью его плана. Пешкой. Это не было спасением ради… А почему он ее спас? Просто так? Он никогда не делал ничего просто, всегда была причина. Но не сейчас. Мадара тяжело вздохнул и откинулся назад, ощущая приятное тепло, что исходило от дерева под ним. Он вновь вспомнил семью. Да, наверное именно тогда, ради них, он был готов на все, и это не подпитывалось преследованием каких-то целей. Тогда все было иначе.       Мадара понимал, чувствовал, что в нем что-то менялось, хоть он и противился этому. Все это было слишком странно. Казалось, что похороненные где-то глубоко эмоции и чувства рвались наружу, заставляя его действовать без причины. Он не привык к этому. Забыл, каково это. Мир вокруг него изменился, а прошлые идеалы рассыпались на осколки. Складывалось ощущение, что он снова оказался в начале пути. Будто он мог начать заново.       Хикари резко закашляла, и Мадара выпрямился. Она сильно поморщилась и явно старалась сфокусировать взгляд на месте, в котором оказалась, после чего неспеша села. Она дрожала и крепко сжимала накидку, утыкаясь в мех носом, пока Мадара молча наблюдал за ней.       – Спасибо, что вытащил меня, – хрипло произнесла Хикари, посмотрев на него в ответ. – Кажется, я больше не буду ходить по льду.       Хикари неловко улыбнулась и в очередной раз поежилась. Губы Мадары дрогнули, желая улыбнуться в ответ, но он сдержался. Впервые за долгое время его кто-то поблагодарил вот так просто.       – Тебе надо переодеться, твоя одежда вся промокла, – сдержанно сказал Мадара.       Поднявшись с пола, он решил не мешать ей. К тому же надо было заняться рыбой, которая все это время лежала у входа. Забрав улов, Мадара направился на кухню.       Аромат жареной рыбы вперемешку с заваренным чаем быстро распространился и заполнил собой дом. Хикари уже переоделась в юката и сидела возле ирори, пытаясь окончательно согреться. Завидев горячую еду и чай, она улыбнулась. Оба успели проголодаться за долгую прогулку, и сразу приступили к трапезе.       Мадара видел, как она поглядывала на него, явно собираясь что-то спросить. Лишь спустя время Хикари все-таки решилась.       – Почему ты спас меня? – спросила она, не скрывая любопытства, которое отчетливо читалось в ее взгляде.       Мадара не знал, что ответить. Немного подумав, он произнес:       – А почему ты спасла меня?       Это не был вопрос, ведь он помнил, что Хикари на него ответила, и он в очередной раз возвращал ей ее же слова. Это был импульсивный поступок, в тот момент он не думал ни о чем. Просто не мог позволить ей умереть.       Хикари явно поняла, что он имел в виду, и улыбнулась, опустив взгляд.       – Спасибо за все, – тихо произнесла она.       – Меня не за что благодарить, – сухо ответил Мадара, перебирая рыбу в тарелке.       – Это не так, – решительно сказала Хикари и покачала головой. – Если бы не ты, я бы не оказалась здесь. Ты помогаешь с охотой. И ты спас меня сегодня от глупой кончины на дне реки.       Ее слова звучали плавно, безмятежно, но в то же время были наполнены уверенностью, а на губах застыла легкая полуулыбка. Мадара усмехнулся.       – Думаю, ты единственная во всем мире, кто способен меня за что-то поблагодарить.       – Скорее всего, – робко произнесла Хикари и улыбнулась пуще прежнего.       Мадара сжал палочки до треска. Странно. Это было слишком странно. Вглядываясь в умиротворенное лицо напротив, он никак не мог вспомнить, когда с кем-то так разговаривал. Без цели или причины. За прожитое вместе время он ни разу не уличил ее в притворстве. Она всегда была честна. Искренна. Будто ощутив свободу, Хикари больше не притворялась: ни перед собой, ни перед ним.       – Почему ты меня не осуждаешь? Не боишься? – выпалил Мадара. – Ты ведь ничего обо мне не знаешь – что я за человек и на что способен.       Он много раз думал об этом, но так и не смог найти причины такого к себе отношения. Мадара устал теряться в догадках и наконец озвучил терзающий его непониманием вопрос.       Хикари замерла, не отрывая взгляда от тарелки, и наклонила голову вбок. Она всегда так делала, когда размышляла. В очередной раз Мадара понял, что успел запомнить еще одну ее привычку, отчего его брови сдвинулись к переносице. Лишь спустя пару минут она спокойно посмотрела на него.       – А кто я такая, чтобы судить? – начала Хикари. – Хоть я до сих пор не знаю причин, из-за которых ты даже воскрес из мертвых, но они у тебя явно были. Ты обычный человек, который может выбирать путь и совершать ошибки. Все мы их делали… но, думаю, когда мы избираем дорогу, мы не можем знать, правильная ли она. Остается лишь проверить. – Она замолчала, а в глазах промелькнула печаль. – Да и вообще, что считать правильным? Убийство вражеских шиноби – это правильно? Почему? Там такие же люди… Все это субъективно, и каждый сам для себя устанавливает рамки и живет в них.       Мадара поджал губы. Каждое ее слово нашло отклик в его душе, из-за чего ему стало не по себе. Не осуждает, но неужели понимает? Это странно.       – Ну, а бояться тебя я не вижу смысла, – продолжила Хикари уже более бодро, будто стараясь отойти от неприятной темы. – Ты уже много раз мог меня убить. Хоть и издалека, но я видела, на что ты способен. А если бы ты попытался, я бы вряд ли смогла убежать. Но раз я еще жива, значит, ты однозначно не безжалостный маньяк, как говорили про тебя на поле боя.       Непроизвольно Мадара вздернул бровь, не сводя взгляда с Хикари, которая уткнулась в тарелку и с улыбкой продолжила есть. Она что, пошутила? Мадара усмехнулся.       – Ты стала смелее.