Точка опоры

Говорят авторы — люди у которых не все в порядке с головой. Я думаю, так и есть. Быть нормальным, в общепринятом смысле, и создавать что-то, вещи взаимоисключающие. Все гениальное, позже ставшее культовым, — создано сумасшедшими. Ненормальными, в большей или меньшей степени. Только не понимаю, я этим себя успокаиваю или что? Одно мне ясно точно. Нормальной меня назвать сложно даже если сильно преувеличить. Так просто должно было случиться, тут ничего не поделаешь. Чтобы человек мог считаться «нормальным» ему нужно вырасти в определенных условиях. Получить соответствующее воспитание и развиваться в определенном окружении. Родиться нужно в полной семье. Желательно среднего класса. В такой, где отец упорный труженик, а мать трудолюбивая домохозяйка, готовая положить собственную жизнь на благо семьи и своего ребенка. Ходить следует в обычную школу шесть лет, чтобы не выделяться из массы других детей, родившихся в семьях среднего класса. Поступить в среднюю школу, отучиться ещё три года, начать посещать хагвоны. Затем, конечно же, три года старшей школы. Без этого никуда. Все это для успешной сдачи экзамена Сунын. Чтобы и мысли не возникло бросится в реку. На протяжении всей жизни полагается избегать конфликтов с ровесниками, слушаться взрослых, следовать системе и кроме нее ничего не видеть. Я же, как какая-то дура, споткнулась, сделав свой первый вдох. А все потому, что моя мать, меня родила. И ладно бы, она просто меня родила. Хотя нет… учитывая всю ситуацию целиком, тут не может быть никакого «ладно». Только если бы мой отец, политик, развелся с законной женой, которой изменял и женился бы на моей матери. Или уговорил свою жену принять меня как своего ребенка. Но ни того, ни другого не могло случиться. Мой билет в нормальность сгорел до того как его напечатали и протянули мне. Судьба внебрачного ребенка — быть одиноким. Конечно, жаловаться я могла только на недостаток внимания и родительской заботы. Ведь моим воспитанием не занимались. Мать нанимала нянек, а отец репетиторов, чтобы дать мне хоть что-то. И у меня было все, кроме нормальной семьи. А раз семьи не было, то и фундамент отсутствовал. А без фундамента нет и стен. И крыши тоже нет. Ничего нет. И что я такое? Голый пустырь или заросшее бурьяном поле? Мне пришлось задуматься об этом, когда до меня дошло, что я вовсе не особенная. Мнить себя исключительной — обычное дело для девочки подростка. Это не ново. Я была наивной, раненой и амбициозной. Это идеальная почва для того чтобы строить из себя невесть что. Мой образ был построен вокруг моей травмы, я могла бесконечно ей упиваться, используя ее как оправдание в моменты когда меня заносило. А заносило меня в подростковые годы часто. Повздорила с подругами? Ерунда. Все потому что меня никто не учил как выстраивать отношения. Крупно похулиганила? Тоже ерунда! Просто пытаюсь обратить на себя внимание родителей, которым на меня плевать. Спорю и ввязываюсь в безумные авантюры? Подумаешь! Откуда мне знать как правильно себя вести? Не доверяю людям и поэтому легко иду по головам? Мне просто не прививали понятия уважения и почтительности с раннего детства. У меня на все было оправдание. Кроме собственного сокрушительного провала в роли автора веб романов. Вот для этого у меня никакого оправдания не было. Я мнила себя исключительной. И мне потакали. Когда ты дочь, пусть и рожденная вне брака, члена национальной ассамблеи, люди заискивают перед тобой. Учителя нахваливают, подруги, чье положение хоть немного хуже — лгут. Но ты этого не замечаешь. Потому что не умеешь разбираться в людях. Некому тебя этому научить. Мне было тринадцать когда я начала писать. Просто вдруг подумала, что у меня неплохо получается. Я начала с обычных сочинений. После комплиментов от учителей, взялась учувствовать в школьных конкурсах, а дальше — больше. Масштаб мероприятий понемногу рос, довольно часто я получала призовые места и конечно меня хвалили. Но мне, одних только восхвалений от учителей и организаторов конкурсов было мало. Публикация рассказа в школьном журнале? Что это вообще такое? Их же никто кроме разных ботаников не читает. Попасть в мелкое районное издание? Тоже, ерунда. Мне не хватало диалога. Люди, которые читали мои рассказы не могли по существу ничего о них мне сказать. Они даже не пытались. Меня это злило. Я чувствовала себя одиноко в своем творческом стремлении развиваться как автор. Чувство одиночества преследовало меня. Всегда и везде. Запал писать для конкурсов потух. Сухие разборы текстов, оценки на основе стандартов мира высокой литературы, унылый серый взгляд на новое дыхание и свежесть, постоянные сравнения с классикой. Надоело. Тухло. То ли дело веб-платформы для авторов. Открыв для себя возможность свободной публикации в интернете, я снова почувствовала как внутри разгорается пожар. Вот он — мой путь к диалогу! Вот он мой шанс забыть об одиночестве! Бросившись в новый для себя мир веб-романов, я за пару недель по верхам прочитала самые популярные произведения и быстро поняла, что нравится людям. Что собирает максимальное количество отзывов. Фантастические сюжеты, экшен, огромное количество клише и быстрое, легкое повествование. Это же, черт возьми, так весело! Придумав образ главного героя я, бросилась писать историю о бесконечном, всесильном регрессоре, используя все самые популярные клише из других историй, стремясь привлечь максимум аудитории. Восторженные комментарии под главами новеллы, превращались в стены из текстовых блоков. Отзывов было так много, что я банально не успевала отвечать на них. Наконец я получила заслуженное, по-моему мнению, внимание. А вместе с вниманием аудитории пришел и головокружительный успех. Высокая литература? Я забыла, что это такое. Черпая вдохновение в чужих историях, популярных манхвах, новеллах и дорамах, я продолжала писать. Взращивала своего веб-гиганта. Я гналась за вниманием читателей. Стремилась дать им все то, что они искали. Любовь, драму, экшн, жестокость, предательства и сладостное ожидание развития дальнейшего сюжета. Своего я добилась. Моя история стала самой популярной на платформе, где начался мой путь. Со мной связались представители издательств. Они думали, что смогут купить права на мой роман и зарабатывать на нем, отделавшись от меня разовой выплатой гонорара, но просчитались. Связи отца и матери мне очень пригодились. Контракт, который я в итоге подписала, позволил бы мне безбедно жить на процент с выручки от продаваемых книг и планирующихся адаптаций. Моя история обрела колоссальный успех… Но я осталась в ее тени. Деньги мне не особо были нужны. Слава… слава меня тоже привлекала мало. Мне нужны были люди. Читатели. И казалось, я обрела их. Но на деле, оказалось я сильно ошибалась. Вокруг меня была толпа, которая лишь утоляла голод моим романом. Я думала, раз моя история популярна, то она интересна. Что ее любят. В какой-то степени так и было. Иначе бы, она так хорошо не продавалась. Однако причина успеха моей истории была в том, что она была проста. Глубины в ней не было. Это было развлекательное чтиво, которое после потребления останется пылиться на полке. Моим читателям не было дела до меня как до автора. И они легко забывали о написанном мной романе как только заканчивали его читать. Им просто было весело. То, что казалось мне диалогом с читателями оказалось пустышкой. Я была слишком неопытна чтобы понять — нет особой разницы между вежливыми высказываниями знакомых прочитавших мой рассказ и комментариями читателей под главами. И то и другое — мнение. Мнение, основанное на интерпретации прочитанного. Все ещё не диалог. Моё одиночество ко мне вернулось. И я снова бросилась в бой. На этот раз решив биться всерьез. Познав успех, с гордо поднятой головой, начала продумывать сложный и насыщенный сюжет. Я хотела показать, что могу написать лучше. Интереснее. На этот раз серьезнее. Публиковать новый веб-роман я начала на той же платформе, что и первый. Первые главы собирали тысячи просмотров. Отзывов тоже было много. Поначалу, людям нравилось читать. Однако с каждой новой главой положительные отзывы сменялись жалобами. Читателям не нравились мои огромные описания, детали о которых нужно было помнить чтобы не теряться в тексте, медленное развитие сюжета и слабость главного героя. Это больше не «Бесконечный регрессор SSSSSS класса» — роман, который было весело читать. Моя новелла теряла популярность. К финалу, под главами было смешное количество просмотров. Не больше пяти. Комментариев не было совсем. Люди продолжали читать и покупать мой первый роман. Второй даже не захотели издавать. Третий тоже провалился. Именно после второго провала мне пришлось признать, что я не особенная. Мне просто повезло. Выбрав легкий путь развлечения читателей я смогла один раз взобраться на вершину, о которой многие авторы только мечтают. Но удержаться на вершине — мне не удалось. Мой успех с первым романом пришелся на конец старшей школы. Его издавали под псевдонимом чтобы скрыть от читателей тот факт, что автор бестселлера — старшеклассница. Глядя на то, как растут продажи, мне казалось, что высшее образование не для меня. Что учеба в университете станет пустой тратой времени. Вместо того чтобы учиться, я писала. Главы выходили практически ежедневно. Над ними работали редакторы фрилансеры, поскольку мне было совершенно не до редактуры. Я была недостаточно серьезна. И недостаточно зрела. Хорошо, что осознание пришло ко мне не в сорок лет, а гораздо раньше. Хорошо и то, что у меня было достаточно денег на подготовку к поступлению в университет. Может, мне повезло и в том, что я была одинока. Судить меня за мою глупость было особо некому. Пара подруг, занятых свой жизнью, да родители, которые не возлагали на меня изначально никаких ожиданий, вот и все мои «близкие». Поступив, я хотела, найти ответ на вопрос, почему два моих веб-романа провалились. Ведь в них было вложено гораздо больше труда, чем в первый. Я не подумала, что ответ, никто не даст мне быстро. Да что там быстро… Никто вообще мне его не даст. В большом мире — писательство, в целом, не считается серьезной профессией. Но вот веб-романы — это ещё более глубокое дно. Даже если они продаются и приносят денег больше, чем публикация художественных произведений, среди студентов и преподавателей гуманитарного колледжа — веб романы считались литературным мусором. Когда я осознала всю глубину презрения, которое испытывали окружающие люди, к моему роду деятельности, желание искать помощи полностью отпало. Решила, что, как обычно, сама со всем разберусь. Как-нибудь проберусь через завалы из анализов корейской классики, эссе по стандартам академического письма, лингвистики, философии и этики. Думала сдохну от скуки. Или придушу кого-нибудь из напыщенных однокурсников, бесконечно хвастающихся призовыми местами в разных литературных конкурсах, которые я тоже выигрывала в школьные годы. Путь, который предстояло пройти, оказался слишком длинным. Пройти его без цели и без вдохновения казалось невозможным. Цель у меня была, но я быстро начала терять уверенность в том, что хочу ее достичь. Ведь путь изучения литературы и письма был длинным, а неудачные романы уже были написаны. Тогда я придумала новую цель. Зачем копаться в прошлых провалах если можно поставить перед собой задачу написать новый роман. Да, ещё один новый роман. Я собиралась полностью отойти от того как писала раньше. Решила кардинально измениться. И за одно, использовать все новые знания которые обретала в процессе обучения. Путь был долгим и писать я теперь собиралась в стол. На этот раз писала я для себя. Этот роман должен был стать моим диалогом с самой собой. Я была и автором и читателем. Единственным читателем. Для романа, мне нужен был образ. Вдохновитель. Новый главный герой. И я его нашла. Этот парень привлек мое внимание на курсе английского. На вид, обычный ботаник. Но стоило ему открыть рот, как его хотелось, в лучшем случае, придушить голыми руками. А в худшем — просто хотелось. Всего. Целиком. Я собиралась вцепиться в Ким Докча двумя руками и если потребуется, зубами тоже. Просто чтобы иметь возможность изучать его. Но я не учла, что за мной увяжется ещё парочка незаурядных личностей, так же заслуживающих моего авторского внимания. Ю Джунхёк — придурок с курса английского языка. Тот самый счастливчик которому повезло, что Ким Докча соблазнился местом у окна рядом с ним. Этот парень, куда больше соответствовал тому типу главного героя, который я всегда использовала в романах. Именно поэтому он меня раздражал. Находится с ним в одной комнате — это все равно что застрять на необитаемом острове со своей копией. Полное безумие. Ещё была Ю Сана. «Золотая девушка». Та самая «дочь маминой подруги». Образец идеала. Эталон. Первое время, Ю Сана очень раздражала. Особенно ее близость к Ким Докча. Эти двое напоминали слипшиеся в миске токки. Или пельмени. Они слишком много времени проводили вместе. То, как они вели себя друг с другом, создавало впечатление, что они точно встречаются. Я была уверена, Ю Сана влюблена в Ким Докча. Ведь клише работают не только в романах. В жизни тоже. И эти двое были идеальным мелодрамным клише. Очень весело. Рядом с этими тремя, я переставала испытывать чувство одиночества. Из-за этого мне хотелось приклеиться к ним намертво. Особенно, конечно, к Ким Докча, которого я выбрала на роль главного героя своей новой истории — эксперимента. Главный герой выбран, следовало подумать о сюжете. Для этого мне нужно было находиться как можно ближе к Ким Докча, чтобы наблюдать за ним. Я собиралась отойти от жанра фантастики и экшена к реализму. Истории про чеболей тоже довольно популярны. Но после окончания сессии, видеться с парнем, стало сложнее. Больше не было курса английского, ставшего надежным предлогом для встреч. Повезло, что Ким Докча оставался на время каникул в кампусе. Для этого у него была своя причина — конкурс. Но воспользоваться им смог только Ю Джунхёк. У меня и шанса не было. Увлеченный проектом Ким Докча не обращал внимания ни на что другое. И ни на кого. Вокруг него, также ничего интересного не происходило. Наблюдать было не за чем. Ну… кроме редких разговоров парней друг с другом суть которых до меня не доходила из-за большого количества архитектурных и строительных терминов. Торчать с ними в библиотеке было скучно. В студенческом центре было куда оживленнее. И рядом была Ю Сана, что в какой-то степени помогало в сближении с моей целью. Я догадывалась, что «Золотая девушка» предложила мне работу в студенческом центре не просто так. Конечно ей нужны были сотрудники на лето, но мне казалось она хотела чтобы я и Ю Джунхёк остались рядом с Ким Докча. Ведь у этого парня, казалось, не было друзей кроме Ю Саны. Каждый день, за исключением выходных, мы собирались вчетвером, хотя-бы в обед. Наши встречи в столовой, скрашивали весь мой день. Они были просто потрясающими. — Гёте был одержимым фанатиком. Фауст — буквально пошаговое описание алхимической трансформации. — Ким Докча высказал собственное мнение и присосался к своему напитку с тапиокой. — И все же, это великое произведение. — тактично напомнила Ю Сана. Я же, так хохотала слушая этих двоих, что чуть не свалилась со стула. А ведь весь этот разговор случился по моей вине. Именно мне пришло в голов завести разговор о нудной классике и в качестве примера упомянуть Иоганна Вольфганга фон Гёте, произведения которого я с трудом смогла осилить от скуки. — Великое. — согласился Ким Докча. — Однако, важно учитывать, когда, кем и при каких условиях оно было написано. Большинство современных людей, читающих классику, такие поверхностные. Им интересно лишь бесконечно рассасывать сюжет, пытаясь найти в нем новый глубокий смысл. — Но смысл ведь, действительно глубок. — Ю Сана улыбалась, бросая на меня, все ещё хохочущую, осторожные взгляды. О, нет, дорогуша, прости, я просто не в состоянии прийти тебе на помощь. Мне самой она нужна. Кажется ещё чуть чуть и меня просто разорвет. — Знаешь что ещё глубоко? — спрашивает Ким Докча. На лице этого парня появляется лукавое выражение. Не дожидаясь пока его подруга ему ответит он продолжает: — Кольская сверхглубокая скважина. Из названия кажется, что это что-то впечатляющее. Но эта скважина, с наружи, выглядит почти как крышка канализационного люка. От падения, меня спасает Ю Джунхёк, сидящий рядом со мной. Этот парень с невозмутимым видом успевает схватить меня за ткань толстовки и затащить обратно на стул, стоит мне начать заваливаться на бок. По моим щекам катятся слезы. Их я стираю рукавами толстовки. Все всегда начиналось с обсуждения чего-то невинного. На этот раз классической литературы. Среди нас четверых, к ней, похоже, серьезно относилась только Ю Сана. Меня утомляли длинные, перегруженные произведения классиков, а сопоставления и сравнения с ними, раздражали. Я их читала, но забрасывала из-за скуки. «Божественную комедию» Данте я начинала читать раза три. И все три раза бросала, не дойдя до третьего круга ада. Фауста я тоже не дочитала. Как и не дочитала произведения Толстого, переведенные на корейский язык, Сервантеса, Диккенса и Ремарка. Может я просто была никудышным читателем, не знаю. Но если мне было скучно, я никак не могла заставить себя продолжить. Ю Сана и Ким Докча были куда лучшими читателями чем я. Они умели не просто читать поглощая текст написанный автором, это было нечто большее. Следование? Паломничество? Мне хотелось чтобы мои романы тоже прочитали подобным образом. В середине первого семестра когда на курсе корейского языка объявили об университетском конкурсе я подала заявку на участие, но позже передумала. У меня не было идеи. Тогда я только встретила Ким Докча и все мое внимание уходило на наблюдение за ним. Частые разговоры о литературе с этим парнем, подтолкнули меня все же поучаствовать в конкурсе. К тому же, отношение Ю Джунхёка и Ким Докча к их собственному проекту очень вдохновляло. Глядя на них, я самоуверенно решила что тоже должна не упустить возможность. И провалилась. Конечно провалилась. Ведь написать хороший рассказ за пару дней без четкой идеи — это безнадежная затея. Все о чем я могла написать это о себе. На большее у меня не было ни времени ни вдохновения. Сложив из своей истории, альтернативный, линейный сюжет я превратила его в текст и отправила. Сначала на конкурс, чтобы не передумать. И уже после, в групповой чат, первый в списке закрепленных. Это было правильное решение. Столкнувшись с критикой, такой откровенной, высказанной мне прямо в лицо на следующий день я бы точно струсила. Сама ведь знала что рассказ сырой и слабый. И все равно… мое чувство гордости убеждало меня, что раз я смогла добиться большого успеха с первым веб-романом, то с конкурсом точно справлюсь. Как будто это одно и тоже… Ким Докча разрушил мою веру в легкий успех и добил раненую провалами гордость. Этот парень… который выглядел как тот кому все дается легко. Такой самоуверенный и раздражающий! Он ткнул во все недостатки моей конкурсной работы, но не дал мне никакого утешения в виде похвалы. Я так злилась, что после встречи за обедом, во время которой меня и разнесли, сразу бросилась в библиотеку. Достав из сумки ноутбук, создала текстовый файл и начала писать сцену за сценой где мой главный герой терпит поражение за поражением. Я описывала большие и маленькие трагедии. Предательства, унижения, лишения сыпались на голову главного героя написанного с Ким Докча. Незаметно для себя, из чисто белого листа редактора, я создала монстра на девять тысяч слов. Почти двадцать страниц текста родились только потому, что один парень разозлил меня. В тот момент когда я смотрела в окно текстового редактора с моих губ сорвался глухой смешок. Я определенно не ошиблась когда выбрала Ким Докча. Этот парень нужен мне. Оставалось только придумать, как реагировать на слова и поступки Ким Докча спокойнее. Для этого я думала использовать Ю Сану. Напрямую обсуждать с ней Ким Докча было бесполезно. «Золотая девушка» ревностно хранила секреты своего дорогого друга. Но если начать жаловаться на то, что с Ким Докча тяжело общаться она превращалась в ангела утешения и начинала подсказывать как к нему проще подступиться. Поездка на Муидо помогла мне остыть. Хоть Ю Сана и обманула меня, я была благодарна ей за то, что она вытащила меня проветриться. Я слабо верила в то, что такой девушке как она нужно было подобное уединенное место чтобы прийти в чувства. Легче было поверить в то, что Ким Докча и Ю Сана просто сбегали сюда, чтобы побыть только вдвоем. Но раз они сбегали, то значит было от чего бежать. Любопытство разгорелось во мне новым приступом вдохновения. Увы, с наступлением августа Ким Докча перестал появляться на территории кампуса. Ю Джунхёк повторяя за своим напарником тоже словно растворился. Мне приходилось описывать только неясные образы чтобы хоть что-то писать. Большую часть таких зарисовок я удаляла после перечитывания. Но все рано продолжала писать. Я думала, что мне придется ждать начала нового семестра чтобы просто поговорить с этим раздражающим парнем. Как вдруг, среди толпы гостей нового популярного клуба, куда меня притащили «проветрится», мелькнул знакомый силуэт. Это мог быть просто похожий парень, ведь внешность Ким Докча не казалась исключительной. И все же, я встала из-за стола, стоявшего в уединенной ложе, чтобы ненадолго оставить подругу одну. Все равно разговор у нас особо не клеился. Она опять уговаривала меня на идиотское свидание вслепую с очередным своим новым знакомым. Каждое такое свидание выводило меня из себя. Прошлый придурок, работающий в крупной компании, название которой я даже не запомнила, должен был стать последним. Соврав, что иду купить сигареты в баре, я нырнула в толпу на танцполе. Пробираясь между телами парней и девушек быстро оказалась в том месте где, как мне показалось, я видела Ким Докча. Это было у лестницы ведущей на второй этаж. Схватившись за железный поручень перил, я начала быстро подниматься по ступеням. Громкая музыка заглушала звук моих шагов. На лестнице никого не было и люди внизу даже не смотрели в мою сторону. Поднявшись на площадку, я огляделась. На втором этаже тоже был бар. Все столики и места за стойкой были заняты. Чтобы среди множества лиц найти то самое мне понадобилось немного времени. Я не ошиблась. Ким Докча действительно был здесь. Он сидел за столиком на двоих в компании мужчины с длинными волосами убранными в низкий хвост. Незнакомец отличался внушительным телосложением и очень широкой спиной. Не знаю о чем они говорили, но их беседа не заняла много времени. Я едва успела задуматься о том как мне быть, а собеседник Ким Докча уже поднялся и собрался уходить. Когда этот мужчина проходил мимо, у меня получилось получше его рассмотреть. Однако, его лицо оказалось мне совершенно незнакомо. У этого человека были густые брови, прямой нос и крупный рот. Полные губы кривились в соблазнительной усмешке. Он был хорош. Его даже не портила короткая густая борода. Проследив за незнакомцем пока он не слился с толпой на танцполе, я снова повернулась к небольшому залу второго этажа. Ким Докча держа в руках белую керамическую чашку сидел за столом, теперь в одиночестве. Не похоже, что его это расстраивало. Может он и хотел побыть один, но увы, я собиралась все испортить. — Что ты здесь делаешь? — приблизившись стремительно, я атаковала парня абсурдным вопросом. За те пару недель, что мы не виделись ничего не изменилось. Лицо Ким Докча было все таким же бледным и тонким. От его пронзительного, прямого взгляда, под кожей разбегались волнами щекотные мурашки, а во рту пересыхало из-за возникающего ощущения напряжения. — Зашел забрать сигареты. — этот парень решил тоже не здороваться. Не спрашивая разрешения, я заняла освободившееся место за столиком. Спокойное выражение на лице Ким Докча не изменилось. Раз он не стал ничего мне говорить, значит не был против моей компании. Я так решила. — Я тоже здесь за сигаретами. — ухмыльнувшись говорю. Ведь я сказала подруге именно это. Что пойду купить сигареты. Мне показалось это смешным совпадением. Наша ложь удивительным образом совпала. Вот только в отличии от меня, Ким Докча, похоже, не врал. Тонко улыбнувшись, этот ненормальный чуть склонился в бок и подняв что-то с пола, поставил это на стол. Пакет. Обычный коричневый пакет с вощеными ручками из которого виднелись три прямоугольных блока сигарет в черных коробках. От удивления мои глаза округлились. — Подожди… — растерянно пробормотала я. — Ты что, серьезно? Этот парень пришел в клуб чтобы купить сигареты? Или же это ещё одно удивительное совпадение? — Их довольно сложно достать. — Ким Докча постучал пальцем по одной из коробок. Я знала, что он курил Dunhill в черной пачке. Пару раз, упаковка сигарет оказывалась в поле моего зрения. Так же я знала, что их можно было купить в некоторых табачных салонах или крупных торговых центрах где был большой выбор в табачном отделе. Поэтому слова «трудно достать» не внушали доверия. Только если для Ким Докча сложнее доехать до ближайшего Lotte Mart чем до этого клуба. — Ты издеваешься? — выгнув бровь интересуюсь. Ким Докча не ответил. Продолжая улыбаться, он пожал плечами и убрал пакет обратно на пол. Взяв в руки чашку с кофе, парень сделал небольшой глоток. Да, он издевается. — Мужик с которым ты разговаривал, кто это? — уложив локти на стол, я оперлась подбородком на сложенные друг на друга ладони. Опять задаю неуместный вопрос. Но кто меня остановит? Я сделала самый невинный вид. Даже накрашенными ресницами похлопала. Вдруг мое женское очарование хоть раз да сработает. — Директор клуба. — Ким Докча ответил. И этот ответ, совсем не звучал как правда. Я слишком легко его получила и сразу же начала сомневаться. Но тогда, выходит, что бы Ким Докча мне не сказал, я могла ему не поверить. Просто потому что это слишком просто. Как это глупо. — Значит ты приехал сюда, на встречу с директором клуба, а не за сигаретами. — решила я озвучив мысль в слух. — Я приехал за сигаретами, но так вышло, что отдать мне их может только директор клуба. — улыбка Ким Докча стала шире. Ему определенно весело. — П-ф-ф, чушь какая. — громко фыркнув, я надулась. Да он просто дразнит меня! Вот же придурок. — Ты прекрасно выглядишь. — вдруг в мою сторону прилетел неожиданный комплимент. — Тебе очень идет это платье. Жар прилил к моим щекам. Под прямым взглядом Ким Докча мне захотелось скривить лицо и показать ему язык чтобы он ни в коем случае не начал думать, что я могу быть милой. Но только представив насколько идиотским будет мой вид, мне захотелось провалиться под землю. — Оставь этот бред для Ю Саны. — отвернувшись, чтобы скрыть смущение, ворчу. Парень снова пожал плечами. Он продолжал медленно пить свой, наверняка давно остывший, кофе. Кто вообще пьет кофе так поздно? Да еще и в клубе… Все в Ким Докча казалось мне странным и каким-то неправильным. Поэтому за ним было так интересно наблюдать. Он не соответствовал ожиданиям, хоть и был ходячим сборником клише. А клише, на то и клише чтобы быть предсказуемыми. Но с Ким Докча это почему-то не работало. Или я рядом с ним становилась слепой и легковерной. Странно, что мне это нравилось. — Я опять провалилась. — после недолгого молчания, говорю. — Мой рассказ даже не попал в первую десятку по итогам конкурса. Ты был прав насчет него. Слишком простой и слабый сюжет. Легкое повествование. Наивная героиня следующая избитым клише к предсказуемому финалу. Чудо, что мой рассказ занял двенадцатое место. Казалось он и в первую сотню не попадёт. — Мне он понравился. — тихий ответ Ким Докча заставил меня посмотреть на него. Я хотела убедиться, что не ослышалась, когда он произнес эти слова. — Что? — не отрывая взгляд от чужого лица спрашиваю. — Твой рассказ. Мне он понравился. — повторил Ким Докча. — Он напомнил мне роман, который я читал, когда учился в школе. Слова в моем горле встали комом. Я с трудом заставила себя произнести их: — Что за роман? — Это веб-роман, так что ты, наверное, его не знаешь. — на лице Ким Докча я впервые видела выражение похожее на смущение. Поверить не могу. Этот парень только что признался, что читал веб-романы. Да ещё с таким видом, что его хотелось съесть целиком на этом самом месте. Если он продолжит так себя вести, я клянусь, что не сдержусь и намотав на свой кулак его чертов серебристый шелковый галстук, поцелую его. — Что за роман? — севшим голосом повторяю свой вопрос. Мне нужно это чертово название. — Он назывался — «Король мира без Короля». — Ким Докча послушно ответил. Больше всего я хотела услышать название романа, который был написан мной. И когда так и оказалась, не могла заставить себя в это поверить. — Впервые слышу… — проглотив ком в горле, бормочу. Сердце в груди колотиться как ненормальное. Встав со стула, я глядя в сторону бросила: — Я собиралась просто поздороваться. Меня ждет подруга, так что я ухожу. Мне хотелось сбежать прочь из клуба как можно скорее. Кончики пальцев покалывало от непреодолимого желания коснуться клавиатуры. Волна вдохновения, вызванная признанием Ким Докча, накрыла меня как цунами. Не дожидаясь пока парень скажет что-либо или попытается остановить меня, я ушла так же стремительно, как и появилась. Конечно же в ложу к подруге возвращаться я не стала. Да и она наверняка не ждала моего возвращения. Меня слишком давно не было, так что подруга, вероятно поняла, что я просто сбежала. Выскочив из клуба, вдохнула сладкий ночной воздух. В глазах рябило от множества неоновых вывесок на фасадах зданий развлекательного квартала. Мимо этого пестрого безумия огней и цветов я легким шагом домчалась до парковки и плюхнувшись на водительское кресло своей тачки, с визгом шин и ревом мотора, понеслась поскорее в свою крошечную квартиру, где на рабочем столе, заваленном томиками манги, меня ждал ноутбук и пустой пока текстовый редактор.