Точка опоры

Субботнее утро встретило ослепительной белой пустошью за окном. Снег шедший всю ночь, укрыл склон и ветви деревьев плотным мягким ковром скрывая остальные краски. На секунду, мне показалось я ослепну от вида этого великолепия. В спальне моментально стало светло стоило раздвинуть плотные шторы. Красиво. Я, люблю снег. Белый, чистый и холодный. Правда, люблю я только на него смотреть. Ходить по нему, я просто ненавижу. Вздохнув, отошел от окна. Нужно принять душ, одеться и спустится к завтраку. Привычные ритуалы давались мне легко. Все было как всегда. Теплое полотенце, запах воды, холодная тонкая ткань маски пропитанной немного липкой сывороткой. Часть моей жизни была доведена до автоматизма. Потому что это удобно. Но ещё, потому что монотонные привычные действия помогают справится с тревожностью. Для тревожности в моей жизни было очень много пространства. Мне это не нравилось но я ничего не мог с этим сделать. Пока не мог. Спустившись на этаж вниз, я застал папу за кухонным островом. — Доброе утро. — у папы было хорошее настрое судя по его мягкому тону и спокойному выражению лица. Папа редко улыбался, однако мне не нужно было видеть улыбку чтобы чувствовать какие эмоции он испытывает. — Доброе. — я подхожу к острову. Мои родители в браке более двадцати лет. Но они до сих пор несмотря на занятость ходят на свидания. Мне казалось это очаровательным. Их любовь и привязанность друг к другу — прекрасна. Я замечаю предмет который папа держит в руках. Рядом стоит простая коричневая коробка с наклейкой «осторожно хрупкое». Видимо утром доставили. Одно из последних свиданий было в гончарной мастерской и теперь перед нами с папой был высокий кофейник с воронкой которая устанавливалась сверху. — Очень красиво. — мне хочется его потрогать. Папа хорошо знает мои привычки поэтому без слов протягивает кофейник мне предлагая рассмотреть его вблизи. — Твоя мама сделала воронку. — в голосе папы звучит гордость и удовольствие. Про себя он как обычно не говорит. Но и без слов понятно что кофейник его работа. Он более лаконичный и брутальный по своей форме. Линии четкие, поверхность гладкая, ручка удобная и немного массивная. Воронка визуально более изящная, у нее правильная форма конуса а верхний край изгибается волной. Внутри, чтобы фильтр пакет сидел плотнее мама сделала длинные выступающие ребра делая поверхность неровной. Кофейник и воронка были покрыты матовой черной глазурью, идеально вписываясь в нашу домашнюю кухонную утварь. — Выглядит потрясающе. — улыбаюсь. — Давай заварим кофе в нем. Папа довольно кивает. Я абсолютно уверен, что он ждал, этого предложения. В самом деле, имея дома теперь такой кофейник как можно свободным субботним утром готовить кофе в обычной электрической кофеварке? Выбросив подсохшую тканевую маску, я достал пачку с кофейным зерном и ручную кофемолку. Папа наполнил чайник водой и достал фильтр пакеты. Мы все делали молча и неторопливо. Обычная утренняя рутина должна быть мирной. Уютной и легкой. Хотя бы по выходным. — Пахнет хорошо. — говорит папа заливая молотое зерно заполнившее дно фильтра. — Да, очень хорошо. — согласно киваю. Не только потому что это Панама Геша. Ароматика этого сорта уникальна своими сладкими, тропическими нотами которые не так уж просто уловить. Форма чаши кофейника помогает аромату раскрываться и разносится по столовой наполняя просторное помещение. Хорошо. Очень хорошо. В коридоре соединяющем кухню и парадную раздался хлопок двери и шаги. Мы с папой не сговариваясь повернулись в сторону коридора ожидая появления вошедших. Ими оказались двое рабочих которые осторожно переносили плоскую коробку прямоугольной формы. У меня сразу возникла догадка о том что скрывалось под слоями картона. — Поставьте у колонны. — мама вошла следом за рабочими. — Да госпожа. — мужчины поставили коробку там где им было велено. Они ушли так же быстро как появились выполнив свою работу. Я догадывался, что моя картина провесит на выставке две недели, пока я нахожусь рядом с ней. Ведь было бы странно, если бы автор присутствовал на выставке без своего произведения. Мама не собиралась дожидаться аукциона. Она выкупила картину до его начала предложив сумму вдвое превышающую начальную ставку и сделала щедрый взнос в стипендиальный фонд колледжа искусства и дизайна. Так происходило со всеми моими работами и проектами. Ни что не останется в стенах университета или иного места. Исключением не стал и проект для конкурса этого года. Он также будет изъят с выставки как только та закончится. В значительной степени на подобное отношение повлиял пожар который устроили студенты спалив мой стенд в конце первого года обучения. Ситуация была улажена лишь на словах. Реальность же была такова, что родители больше не доверяли университету хранение и выставку никаких моих работ. И поскольку каждый мой проект имел для них большое значение я относился к их желанию сохранить все самостоятельно с пониманием. Никто об этом не знал кроме родителей, нашей домработницы и начальника охраны, но я потратил около четырех месяцев на восстановление плаката и макета а также нескольких дополнительных чертежей экспликации и фасадов которые пострадали в пожаре. Они все были сделаны от руки, нельзя было просто напечатать их. Только получив утерянное обратно, родители согласились на отзыв части обвинений в адрес университета и виновников происшествия. С размещением макетов, плакатов, картин и фотографий у нас трудностей не было. В маминых владениях были архивные центры, выставочные павильоны и галереи. Найти подходящее помещение никогда не было проблемой. А станет оно общественно доступным или нет это уже решать маме и папе. Мне хватало их внимания и признания. В большем я не нуждался. После завтрака мы повесили картину в родительской спальне. Втроем это было легко сделать. Я держал лазерный уровень, папа сверлил стену и вкручивал крепления шуруповертом а мама командовала. Вышло ровно. Выходные дома были очень уютными и часто, довольно веселыми благодаря родителям и их затеям. Декабрь, а за ним и первая половина января пройдут насыщенно. Учитывая это мне оставалось наслаждаться редкими спокойными днями которые я мог провести лениво бездельничая или посвящая себя маленьким увлечениям вместе с родителями. С мамой мы срезали распустившиеся розы цветущие в мастерской заполняя вазы в столовой и гостиной. С папой разобрали проявленные снимки в комнате для фотографий. Та скрывалась в конце мастерской за стеллажами с рассадой. Часть снимков была вставлена в семейный альбом, другую часть, на которой в основном была природа и архитектура забрала мама для зимней выставки в архивном центре. Мы могли провести вместе два дня, до наступления будней. Учеба закончилась но это не значило что я буду предоставлен сам себе на несколько месяцев. Я не в том положении чтобы позволить себе каникулы. Да и не очень этого хочу. У меня есть некоторое время на отдых, неделя или около того. Время собраться с мыслям и распланировать дела на следующий год. Из текущего года в следующий переходит окончательное поглощение Terra building. Процесс преемственности Torim тоже перейдет на следующий год. Нужно также поставить новую цель для масштабирования компании на рынке. Это из глобального. Нельзя забывать и о учебе. Первый семестр третьего курса будет посвящен разработке проекта многофункционального общественного здания. Второй семестр, многофункциональной жилой застройке. У тех классов которые я планирую брать. Обучение у архитекторов занимает пять лет только бакалавриата. И после окончания второго курса студенты выбирают одно из двух направлений, архитектуру и ли архитектурное проектирование. Первое направление больше времени уделяет истории, критике, изучению городской среды и компьютерному проектированию. Второе склоняется в сторону инженерии и строительства. Мне ближе архитектурное проектирование. С первого курса я подбирал классы так чтобы они глубже касались именно этого направления. Причина в том что архитектурное проектирование рассматривает архитектуру не как часть культуры а как действующую экономическую отрасль через строительство. Это важно для меня, ведь в середине следующего года один из моих проектов будет реализован. Общественное пространство на заброшенной станции метро в Кванджу. Перед рождеством родители улетят на заключение сделки по приобретению этого участка. Стоило ждать от них что-то подобного. Многие мои идеи которые я озвучивал были реализованы. Проект в Кванджу был так же экономически выгоден. За счет реализации этого проекта удастся не только облагородить район но и повысить его привлекательность для жизни. Вырастет цена на землю, начнут открываться новые заведения, спрос на товары и услуги тоже повысится. Это хорошо, очень хорошо. Нужно будет обсудить с Ю Джунхёком его процент вознаграждения когда будет известна итоговая стоимость реализации проекта. В конце концов это был совместный проект. Помимо этого нужно сделать ещё пару дел. Назначить несколько встреч. Но я не могу их назначить пока не получу свидетельство о завершении перехода права на подаренные мне папой акции материнской компании. Мои слова будут иметь вес только в случае когда мой статус будет подкреплен подавляющим количеством голосов перед остальными акционерами. Ведь это будет означать что компания находится под моим управлением. Я заранее знаю, что человек к которому я хочу обратиться будет сопротивляться моей просьбе. Как будто я делаю что-то безумное… Вовсе нет. Для безумных действий ещё слишком рано. Дело было в Ю Джунхёке. Я так нагрузил этого парня в этом семестре, что едва не сломал. Нужно компенсировать его усилия иначе он впадет в отчаяние. Этого нельзя допустить. Для этого, этому дураку нужно было дать достойную работу. Но вот проблема, первокурсников без связей не берут в крупные компании стажерами. Проще всего рекомендовать его кандидатуру на стажировку напрямую. Однако я знаю что исполнительный директор Jiha Segye limited company будет уклоняться от моих рекомендаций считая их моей юной прихотью. А уволить старика я не могу. Кроме этого, я хочу взять под контроль финансирование стипендиальных фондов Сеульского национального университета, чтобы было удобнее манипулировать составом профессоров и ректором. Не ради себя. Мне нужно чтобы Ю Сана получила доступ к исследованиям. А без давления лоббировать ее кандидатуру на хорошо финансируемые и поддерживаемые политическими партиями программы будет невозможно. Нужно чертово свидетельство… Единственная для кого я ничего не мог сделать, Хан Суён. Ей казалось это было и не нужно. Стажировка ее не интересовала, а если бы и интересовала, то у ее родителей было достаточно ресурсов и влияния чтобы дать девушке то что она попросит. Оставалось отвечать на ее сообщения и помогать с развитием сюжета для романа. И это было весело. По большей части. Реализм не мой любимый жанр. Ведь это жанр моей жизни. Возможно впервые будет написан роман который мне действительно понравится. Остаток декабря, январь и февраль я планировал провести дома в Сонбук-гу. Так я мог чаще видеть родителей и работать в комфорте. Но поехать обратно Кванак-гу все равно пришлось. Нельзя было оставлять свою квартиру неприбранной. На время учебы основным моим пристанищем становилась квартира в том же районе Сеула что и университет. В микрорайоне Понгчхон-дон. Родители купили для меня эту квартиру после моего поступления чтобы я мог не ездить через весь город из Сонбук-гу в Кванак-гу и обратно. Это экономило время, нервы и позволяло мне спокойно засиживаться в университетской библиотеке до девяти или даже десяти часов вечера с мыслью что мне нужно проехать всего пятнадцать минут на машине чтобы попасть домой. Микрорайон был тихим и уютным. В шаговой доступности были магазины, прачечная, пара кафе и ресторанов. Рядом был парк и общественная библиотека. Хорошее место. Поэтому я старательно заботился о нем. Квартира к тому же была маленькой, так что это было не трудно. Чтобы спать и отдыхать много места и не нужно. Особенно для одного человека. Когда я пригласил друзей к себе, то имел в виду дом в Сонбук-гу. Именно потому что моя квартира рядом с кампусом университета была маленькой и служила для меня местом для отдыха. Да и с трудом можно было представить, чем пять человек будут заняты в тесном маленьком пространстве. Гулять зимой по городу желания у меня никакого не было. У меня вообще желания где-либо ходить, даже в приятной компании, особого не возникает. Я сидеть люблю. А особенно лежать. С отъездом родителей в Кванджу, я написал Ю Джунхёку чтобы уточнить когда ему будет удобно встретится. Я ориентировался на этого парня во-первых, потому что он был самым занятым, а во-вторых, из-за девушки, что должна была приехать с ним. Удобной датой выбрали вторник двадцать второго декабря. Эта дата мне казалась очень символичной. Потому что вторник и двадцать второе число. Ещё и месяц, двенадцатый. Никаких суеверий. Просто парность числа два казалась мне интересной, а такое количество повторений привлекало внимание. Поскольку мне предстояло самому возвращаться в Сонбук-гу из Кванак-гу, и я планировал забрать Ю Сану по дороге, то за одно предложил подвезти Ю Джунхёка и Ли Сольхву. Но этот гордый парень отказался. Сошлись на том, что я отправил ему адрес дома. И написал чтобы он захватил с собой плавки. Участки в микрорайоне где жили мои родители были вписаны в подножье горы, поэтому располагались обособленно. Территория была застроена коттеджами и виллами с большими придомовыми участками на которых разбивали сады. Многие дома относились к объектам культурного и национального наследия. Это было тихое место. Почти с каждого участка открывался прекрасный панорамный вид на город который не могли заслонить новые кварталы застроенные многоквартирными высотками. Единственное, что защищало наш микрорайон от застройщиков, это близость национального парка и тот факт, что землю купить просто невозможно, да и объединить участки в один массив не выйдет. Точно не в этом году и не в ближайших следующих. Ю Сана единственная из моих друзей кто бывала у меня дома. Она была знакома и с госпожой Кан, домработницей ведущей хозяйство и начальником охраны, господином Со. Поэтому она не станет удивляться их присутствию. Но для остальных, все может показаться новым и необычным. Двор за высокими коваными воротами встретил меня и Ю Сану пустым, открытым для въезда гаражом на два места. Странность нашего дома заключалась в двух вещах. В основном. Первая странность была в том, что он был маленьким, не смотря на то, что принадлежал председателю крупного чеболя. Вторая, в том, что дом огибала узкая дорога проходящая снизу и сверху рисуя петлю. Участок был маленьким по меркам этого микрорайона и располагался под уклоном больше пятидесяти градусов. Поскольку он был расположен в подножии горы Бухансан то состоял из гранитных массивов и был покрыт только густыми зарослями. Построить что-то в этом месте, казалось плохой шуткой. Но мой папа построил здесь дом и этот дом стал лучшим местом на свете. Следом за мой, приехала Хан Суён и заняла оставшееся свободное место в гараже. Будет славно если Ю Джунхёк и Ли Сольхва приедут вместе. И ещё чудеснее будет если на такси. Во дворе оставалось свободное место для ещё одной машины, но мы предпочитали оставлять въезд свободным из соображений пожарной безопасности. Дом был облицован деревом, располагался с подветренной стороны, а вокруг был смешанный лес и росло достаточно много хвойных деревьев. — Как тут тесно. — заметила Хан Суён покинув салон своей машины. — И, у вас, что, двойной забор? — Да. — я кивнул стоя перед проемом в помещение гаража. — Снаружи живая изгородь, а со стороны дома каменная стена. Увы такие меры работали двадцать лет назад от вторжения в личную жизнь. В эпоху спутниковых снимков и дронов приватность стала подвергаться угрозе. Но двойная ограда все равно служила надежной защитой от забредших в район любопытных туристов любящих сунуть руку с телефоном сквозь заросли кустарника чтобы поснимать вид чужих дворов. — Пф-ф, похоже закрытость это у вас семейное. — фыркнула Хан Суён. — Пожалуй. — я кивнул соглашаясь. Мне казалось что лучшим решением будет пригласить девушек в дом чтобы они не мерзли на улице. Погода была солнечной, но прохладной чтобы просто стоять во дворе в ожидании оставшихся членов компании. Но не успел я ничего предложить, как к воротам снова подъехала машина. — А вот и наша сладкая парочка. — язвительно протянула Хан Суён. — Ты ревнуешь? — мне стало любопытно это ещё на выставке. — Вот ещё! — громко воскликнула Суён. Послышались хлопки дверей. Двор был настолько маленьким, что через кованый забор было хорошо видно все происходящее за ним. Мы втроем видели Ю Джунхёка открывающего дверь для Ли Сольхвы и им нас тоже было прекрасно видно. Поскольку отдельной калитки не было я подошел к воротам чтобы открыть их для друзей ожидающих по ту сторону. Пара, казалось, выглядела смущенной. Ну, чего-то подобного я и ожидал поэтому не стал обращать на это внимание. — Добро пожаловать. — приглашающе отворив одну из створок ворот указал раскрытой ладонью во двор. — Эм… привет. — растерянно пробормотал Ю Джунхёк первым переступая образную границу. — Рада снова встретится. — Ли Сольхва с улыбкой вежливо поклонилась. По воспитанию этой девушки было заметно, что она из обеспеченной семьи с традиционным уклоном воспитания. Стоило переступить ворота, сразу открывался вид на фасад дома. Обычно гости перед ним замирали удивленно разглядывая двухэтажное строение. Кто-то пытался взглядом найти окна, кто-то рассматривал высокие колонны из белого паросского мрамора сверкающие кварцевыми вкраплениями на солнце, а кто-то разглядывал лианы за этими колоннами. Перед домом аккуратно подстриженные и голые ютились кусты гортензий и кустовых роз. К парадному порталу отделанному все тем же паросским мрамором вела дорожка из шероховатых гранитных плит. Подъезд к гаражу был укрыт гранитом. И это был гранит выпиленный при строительстве дома из массива в середине склона. Дом выглядел инородно по сравнению с теми что были выстроены в округе. И этим притягивал к себе взгляды. Люди обычно находили фасад странным и непривлекательным. Несмотря на гармоничную композицию из элементов и материалов. — Где окна? — первой нарушила тишину Хан Суён. Мы с Ю Саной переглянулись обмениваясь одинаковыми взглядами которые можно было интерпретировать как «конечно она об этом спросит». — Окна расположены на торцевых сторонах и с задней стороны фасада. — я улыбаюсь. — Если у вас есть какие либо вопросы, не стесняйтесь спрашивать. Но давайте пройдем в дом. Там теплее. Показывая пример, Ю Сана первой направилась в сторону двери ступая по гранитной дорожке. Хан Суён потащилась следом что-то ворча неразборчиво себе под нос. Ю Джунхёк оглядываясь на Ли Сольхву идущую за ним шел следующим. А я замыкал эту человеческую многоножку. — И внутри колонны. — буркнула Хан Суён стоя на деревянном полу переминаясь с ноги на ногу в гостевых тапочках. — Ещё и темно как в склепе. — Да, всё так. — отвечаю на ворчание подруги аккуратно ставя ботинки на полку в обувном шкафу. Дома я обычно хожу в носках или босиком. Но смущать гостей подобным разделением и отвечать на вопросы почему я так делаю мне не хочется поэтому тоже беру тапочки. Госпожа Кан будет довольна когда это увидит. Она меня все никак приучить не могла ходить как положено и не морозить ноги. Но что поделать если они у меня горячие и мне жарко. Из парадной, где гости могли оставить верхнюю одежду, вел длинный коридор в просторное открытое пространство совмещающее кухню, столовую и гостиную. Слева была бетонная лестница с железными перилами ведущая на второй этаж, справа кухня. И в этой просторной комнате тоже были колонны. — Да сколько их тут вообще? — не удержалась Хан Суён. — Десять, высотой три метра и четыре, высотой шесть с половиной метров. — отвечаю не задумываясь. Я знаю об этом доме все. Ю Сана насмешливо хихикает глядя на разинувшую рот Хан Суён. Для архитектуры Южной Кореи более привычны колонны из дерева. В современной архитектуре, начиная с двадцатого века колонны делают из бетона или камня, в основном гранита. Мрамор в чистом виде почти не используется. Исключение, общественные здания в европейском стиле где подобные элементы являются декором. Это объясняется легко тем что на территории Южной Кореи мрамор добывается в небольшом количестве и используется для изготовления скульптур и облицовочных материалов. Конечно местный мрамор не сравнится с карарским или калакаттским доставленными из италии. Или редкими пиргонским и волокасским мрамором из греции. Колоны в нашем доме тоже декоративные. Хотя и нагрузку они на себе несут, так что справедливо будет сказать что они выполняют две функции. Красиво и практично. — Кто был архитектором спроектировавшим этот дом? — поинтересовалась Ли Сольхва осторожным тоном. Ей еще было неловко в нашей компании. Она была в ней новым человеком и могла уцепиться только за Ю Джунхёка с которым пришла. Но тот и сам выглядел растерянным и молчал разглядывая обстановку с смущенным видом. — Это был не архитектор. — говорю отвечая на вопрос Ли Сольхвы. — Дом и территорию вокруг проектировал мой папа. Устраивайтесь где вам будет удобно я приготовлю чай. Наблюдать за тем как люди ведут себя в новом для себя месте было довольно занятно. Некоторые сбивались в кучу, а некоторые наоборот разбредались. Стоило мне зайти за остров к кухонной зоне как в мою сторону не сговариваясь направились Ю Сана и Хан Суён. Ю Джунхёк при этом провожал девушек тоскливым взглядом как будто тоже собирался бросится мне на помощь. В итоге он остался стоять неприкаянно посреди гостиной. И только Ли Сольхва как примерная гостья изящно расположилась на сидении узкого дивана. Мы все были довольно неловкими. Поэтому я не испытывал особого волнения. Гораздо проще общаться с такими же неловкими людьми как и ты, чем с чрезмерно уверенными и активными. Я понятия не имею что делать в компании людей из второй категории. Чай был готов быстро. Ю Сана забрала поднос с чашками а мне достался тот что был занят заварником, сахарницей и розетками с засахаренными ягодами и медом. — Мы, что собрались чтобы пить чай? — недовольным тоном спросила Хан Суён. При этом она жевала засахаренные ягоды вишни и шиповника как ни в чем не бывало. — По моему мило. — с улыбкой сказала Ли Сольхва. — Так мы лучше сможем с друг другом познакомится. — добавила Ю Сана. На это очевидное замечание Хан Суён закатила глаза и с большим усердием принялась жевать. — Ты уверена? — с сомнением спросил Ю Джунхёк обращаясь к Ю Сане. Хан Суён тут же подавилась и громко закашлялась закрывая лицо ладонями чтобы не заплевать всех вокруг. — Нужно просто продолжать разговаривать. — не смутившись вопроса, Ю Сана кивнула. Кашель Хан Суён стал громче. Я знал что она очень хочет пошутить. Но не может из-за того что подавилась. И мне было даже немного ее жаль. — О чем например? — без энтузиазма поинтересовался Ю Джунхёк. По этому эмоционально подавленному парню было непонятно старается он поддержать разговор или уже придается пессимизму. — Вы так похожи на брата с сестрой. Я даже сначала подумала, что вы родственники когда познакомилась с Джунхёком-сси. — Ли Сольхва вероятно имела ввиду что-то милое. Но ее слова заставили только унявшую кашель Хан Суен закашляться снова и на этот раз для большего драматизма девушка начала изображать приступ удушья. — Извините, я провожу Суён к уборной. — стоило мне встать как девушка тоже подскочила вцепившись в мою одежду. По тому как горели ее темные глаза мне было ясно что она хочет что-то сказать и будет лучше если этого никто кроме меня не услышит. Вероятно это было что-то неприятное. Хан Суён с первой встречи с Ли Сольхвой относилась к девушке с некоторой осторожностью. Как к нарушительнице порядка. Я думал, это было связано с тем, что она продолжала винить Ли Сольхву в том что Ю Джунхёк стал меньше проводить времени с нами тратя его на новую подругу. Парня она разумеется тоже винила. Но поскольку тот уже был «свой», а Ли Сольхва оставалась «чужой» очевидно кто получал больше обид и претензий. Стоило девушке упомянуть что она при знакомстве приняла парня за одного из старших братьев Ю Саны как Хан Суён тут же завелась. Я не забыл ее мнение высказанное в гриль ресторане после выставки. О том что Ю Джунхёк был влюблен в Ли Сольхву, но для девушки эти отношения были бы не выгодными. — Слышал что она сказала? — зашипела Суён вытирая лицо после умывания полотенцем. — Подумала что они родственники. От кашля у нее покраснели и слезились глаза. Ещё и сопли потекли. — Даже если так, думаю она быстро поняла что ошиблась. — спокойным тоном отвечаю. Стоило мне высказаться в защиту Ли Сольхвы как это вызвало у Хан Суён раздражение. Свернув полотенце она несколько раз молча шлепнула им по моей груди. — Только не говори мне что повелся на ее милое личико. — ворчит девушка. — Дело не в том, милая она или нет, а в том что это не наше дело какие между ними отношения. — покачав головой я пытался донести до Хан Суён свою мысль. Мы друзья. Но если Ю Джунхёк и Ли Сольхва нравятся друг другу то мы не должны вмешиваться. Они взрослые люди. Сами разберутся. — Что если она просто играет Ю Джунхёком а как наиграется выбросит? — спросила меня Хан Суён. — Думаю тебе нужно поменьше читать манхв в жанре любовной драмы. — покачав головой я первым вышел из уборной. Из коридора были отчетливо слышны женские голоса и звонкий смех. Ю Сана могла разговорить кого угодно. А Ли Сольхва похоже правда хотела влиться в нашу компанию поэтому две девушки увлеченно беседовали. Ю Джунхёк при этом сидел уткнувшись в чашку с чаем. Он ожил только при нашем с Хан Суён появлении и бросив взгляд на все ещё красное лицо девушки не удержался от замечания: — Живая. — К твоему разочарованию. — едко отозвалась Хан Суён показав парню язык. Ли Сольхва удивленно уставилась на эту парочку переводя растерянный взгляд с парня на девушку. — Не обращай внимания, им на двоих пять лет и они всегда так общаются. — объясняю, получая сразу два недовольных прожигающих взгляда в ответ. Но Ли Сольхва смеется и говорит, что рада узнать Ю Джунхёка с новой стороны. С ее слов, ей было приятно видеть нормальное здоровое общение между людьми, а не вежливое лицемерие которым пропитаны многие университетские кружки и клубы по интересам. Могу ее понять. Причина по которой я не особо схожусь с людьми в том, что мне тяжело долго поддерживать вежливое общение с теми, кто только изображает интерес и вежливость. По мне, так уж проще ни с кем не общаться чем с лицемерами и подхалимами. Когда чай выпит и все ожили и расслабились приходит пора выбирать чем себя развлекать. Оставаясь с Ю Саной вдвоем мы обычно читали, играли на рояле моего папы в четыре руки или плавали. Но мы были не вдвоем и нужно было искать более подходящие развлечения для компании. Мы могли пожарить мясо на гриле на открытом воздухе используя террасу, выйти на которую можно из гостиной, дверь была спрятана от глаз полумраком длинной арки недалеко от лестницы ведущей на второй этаж. Можно было остаться в гостиной и поиграть в какую-нибудь игру. Ну или спуститься вниз и поплавать. Все ещё лучше чем гулять по городу. — Я предлагаю, начать с игры, затем поплавать а потом пожарить мясо на гриле. — Хан Суён хочет попробовать все предложенные варианты. — Я за. — Ли Сольхва ее охотно поддерживает. — Я тоже. — Ю Сана не возражает. Ю Джунхек молчит, его согласие выражается в гримасе которую можно интерпретировать как «делайте что хотите» но судя по порозовевшим ушам предложение его устраивает. У меня нет возражений. Из игр дома было достаточно тех в которые можно было играть как втроем так и компанией. С папой я играл в основном в шахматы и чанги. Но когда мы играли втроем то это обычно были «Корё», «Bang!», «Dixit», «Catan», «Dominion». Почти все игры были связаны со стратегией, развивали фантазию и насмотренность. Мы пробовали и в Монополию играть, но это оказалось бессмысленно, в итоге игра была передана в ближайший детский развивательный центр. Мы начали с «Корё». Первые два раунда Хан Суён и Ли Сольхва вникали в правила. Правда им это не особо помогло и остальные три раунда они проигрывали чередуясь в выбывании. По победам лидировали Ю Джунхёк и Ю Сана. Я застрял в середине выиграв только один раунд из пяти. Но меня это не расстраивало. В «Bang!» мне везло больше, но и играть в нее было дольше. В первом раунде мне досталась карта «бандит» и Хан Суён досталась такая же карта. И сразу же Хан Суён выбили из игры. За то я убил «шерифа» Ю Джунхёка и так игра была окончена. В следующем раунде он мне попытался отомстить но я оказался «ренегатом». И как первый освободившийся от игры, пошел за напитками к холодильнику забрав опустевший чайный набор. Чем дольше мы играли тем мягче становилась атмосфера. Ли Сольхва все время смеялась, Ю Джунхёк и Хан Суён спорили, а я и Ю Сана то подливали масла в их спор, то пытались усмирить. Было весело и шумно. Первой от карточных игр устала Хан Суён. И это было ожидаемо. Вовсе не потому, что она проигрывала чаще всех. Хотя это ложь. Именно потому что она часто проигрывала девушка предложила свою игру суть которой была в ответах на каверзные вопросы. Вопросы выпадали рандомно в приложении установленном на телефон и отвечать должен был каждый участник. Так что все честно. К напиткам добавились закуски и сэндвичи которые заранее приготовила госпожа Кан до приезда гостей. Первым вопросом было — «Есть ли у тебя мнение на счёт чего либо за которое тебя могут возненавидеть?» И мы надолго задумались над этим вопросом жуя сэндвичи и запивая их холодным соком с содовой. Первой ответила Хан Суён решив подать нам пример. Она сказала, что считает, что семья как структура переоценена в современном обществе и молодые люди вовсе не обязаны создавать ее если не хотят. Я подумал что найдется немало людей которые не поймут подобное мнение и даже категорически отвергнут. И как доказательство моей мысли Ю Джунхёк и Хан Суён начали спорить. Но я не мог не согласится с Хан Суён. Поэтому я сказал что думаю, что у человека должно быть право, отказаться от своей собственной семьи если она делает его несчастным, травмирует психологически или физически. Не все семьи хороши. Это просто факт. Страдать только потому, что вы связаны кровью, не стоит того, если можно выбрать жизнь без этих страданий. Да, это не самое этичное мнение. Но суть вопроса была в том чтобы сказать правду о том за что нас бы порицали, так что я и Хан Суен очевидно справились. Ли Сольхва робко высказалась о том, что считает, что у людей должно быть право на эвтаназию не только если они неизлечимо больны. Видя шок на лице Ю Саны и Ю Джунхёка девушка спешно добавила, что конечно такой человек должен пройти через консультации с психологом прежде чем получить услугу. Остались Ю Джунхек и Ю Сана. Парень заговорил первым. Он высказался, что не понимает и не хочет понимать людей которые будучи мужчинами считают себя женщинами и наоборот. Но при этом он готов обращаться к ним так как они того хотят. Но спрашивать о подобном при знакомстве, людей он не станет и естественно станет обращаться к ним так как они выглядят. Ю Сана сказала что считает что заводить детей должно быть привилегией, а не простой возможностью. Она объяснила это тем что если бы люди могли завести ребенка только в том случае если бы заранее готовились к этому, проходили обучение и психологическую проверку то уровень брошенных и беспризорных детей стал бы ниже. Что-ж, эта игра была гораздо ближе к тому чтобы мы могли действительно узнать друг друга. Поэтому мы продолжили играть. Итак, следующий вопрос — «Что самое обидное тебе говорили?» Ю Сана ответила сразу же как Хан Суён озвучила вопрос: — Красивой девушке, мозги не нужны. — Мозги не нужны только медузам, морским звездам и прочим существам у которых нет центральной нервной системы. — поддержала Ю Сану Ли Сольхва. Девушки кивнули друг другу с видом полной солидарности. Самое обидное, что мне говорили, я озвучить не мог, даже если хотел. Потому что пришлось бы объяснять почему меня называли «нищий ублюдок» или «сын убийцы». К тому же, многое из того что говорили мне и обо мне было правдой. А на правду мне было довольно сложно обижаться. Но если выбирать, то я мог рассказать о том что бабушки по маме и папе зовут меня ублюдком и выродком просто потому, что факт моего существования им отвратителен. Ю Джунхёк рассказал о проблемах с которыми столкнулся в своей игровой команде и о том как ему было неприятно слышать, что его держат только потому, что он соглашался выполнять любую работу и тянуть любую нагрузку ради денег. Хан Суён рассказала о том, что говорили ей бывшие друзья после того как узнали о том, что она ребенок рожденный вне брака. Многие перестали общаться с ней из-за этого. И это звучало действительно ужасно. Ли Сольхва поделилась историей из детства. Когда она училась в младшей школе у них был учитель который всегда говорил, что у девочек нет способностей к математике. Из-за того что она должна была в будущем стать врачом эти ежедневные комментарии приводили ее в отчаяние. Однажды она разрыдалась дома перед мамой делая дополнительные задания и рассказала ей все. Учителя разумеется уволили но травма у девушки осталась и она до сих пор перепроверяет все вычисления через калькулятор. Пришел черед следующего вопроса. Хан Суен нажала на кнопку генерации на экране. Выпало — «Что больше всего раздражает в других людях?» Первой снова ответила Ю Сана. Похоже ей эта игра очень понравилась. Девушка высказалась о том что ее раздражает в людях цинизм и то что многие считают что окружающие должны соответствовать их ожиданиям. Ю Джунхёк просто сказал что не любит лгунов и тех кто пытается использовать других для получения выгоды. Этот вопрос был проще чем другие и ответить на него можно было лаконично не вдаваясь в подробности. Я сказал что меня раздражают подхалимы и слабаки способные только ныть вместо того чтобы работать. Ли Сольхву раздражали ленивые и подлые люди. А Хан Суён раздражали вообще все. С этого мы долго смеялись потому что девушка сказала это гримасничая. Последний вопрос решили сделать последним. За играми время пролетало незаметно и хотелось бы жарить мясо не в темноте, а хотя бы на закате. Последний вопрос звучал так: «Какой ваш самый странный фетиш?» Стоило озвучит вопрос как Ю Джунхёк краснея потребовал поменять его на что-то более приличное. Но Хан Суён отказалась. И эти двое снова начали спорить. В итоге мы решили голосовать кто за смену вопроса кто против. И Ю Джунхёк оказался единственным кто был против. Я не встал на его сторону просто ради того чтобы посмотреть как он будет ворчать и дуться. Ну а ещё, конечно же, мне стало любопытно, что такого скрывает этот парень. Не смотря на то, что против высказался только Ю Джунхёк девушки сидели и молчали только переглядываясь между собой. — Я фантазирую о долгих теплых отношениях в которых мы взаимно любим друг друга. — говорю максимально равнодушным тоном. Главное выйти из этой игры первым. — Это должен быть фетиш! — возмущается Хан Суён. — Ох, хорошо, тогда… Мой странный фетиш, это представлять как меня обнимают прижимая к себе пока я сплю, мне тепло и я чувствую себя в безопасности. — отвечаю уверенно. — Вот такой я извращенец. А самое смешное, что это правда. Меня совершенно не возбуждали какие-то конкретные части тела, голоса, запахи, наличие или отсутствие волос на теле. Грубости или мерзости меня тоже не заводили. Мне двадцать пять я думал о разном. Но к счастью или к сожалению единственное, что действительно работало безотказно на мне это всякие сентиментальные нежности. Которые практически не реализуемы. Я просто имел здравые сомнения, что встречу человека который сможет полюбить меня вот и все. Именно в романтическом смысле. Ю Джунхёк громко цыкнул и отвернул от всех свое ярко красное лицо. По этому парню ясно, он точно будет последним. Вместо него пришлось делиться своими фетишами девушкам. И они оказались похожи. Ю Сане нравились руки, ухоженные, аккуратные с длинными тонкими пальцами. Ли Сольхву привлекали мужские спины особенно с ямочками на пояснице. Хан Суён пожалуй была самой честной раз рассказала что ее возбуждают как женская грудь так и мужские задницы. Чем быстрее подходила его очередь тем отчаяннее выглядел Ю Джунхёк. Но в итоге и этому парню пришлось заговорить. — Я не знаю как это объяснить. — пробормотал он глядя в сторону. У него было настолько красное лицо, что я принес ему воды со льдом. И мне возможно показалось но краска стала ещё ярче. — Попробуй словами. — не удержалась от подколки Хан Суён. — Ты хочешь подраться? — тут же вспылил Ю Джунхёк. Девушка показала ему язык и отвернулась. Послушать откровения она хотела больше чем затеять драку. — В общем… — снова начал парень. — Мне нравится когда ко мне хорошо относятся. Не сговариваясь мы с Ли Сольхвой одновременно потянулись чтобы похлопать этого здоровяка по спине. И вместо того чтобы неловко отдергивать руки, а потом делать вид, что ничего не было, просто продолжили трепать и гладить Ю Джунхёка пока он психуя не сбежал в уборную. — Это так мило. — умиленно улыбаясь высказалась Ю Сана. — О да, Докча, вы с Джунхёком оба ненормальные. — дразнясь заявила Хан Суён. — Это мне говорит любительница задниц и сисек. — я показал подруге язык. — Впрочем не могу сказать, что я тебя не понимаю. С точки зрения визуальной эстетики и привлекательности, для меня что женские тела, что мужские были одинаково красивы. И я думал, что это нормально, думать подобным образом. Пока Ю Джунхёк справлялся со своим смущением я предложил девушкам первым спустится к джакузи. Ю Сана знала дорогу поэтому сама вызвалась проводить остальных. А я, пока они переодеваются в купальники, собирался прибраться в гостиной чтобы не утруждать этим госпожу Кан которая бы вышла из своей комнаты как только мы уйдем. Первыми я отнес миски с чипсами на кухонный остров и блюда из-под сэндвичей. Пустые вымыл и убрал. И возможно из-за шума воды не услышал как к острову держа пустые стаканы подошла Ли Сольхва. Только обернувшись я заметил ее присутствие. — Спасибо. — забрав у девушки стаканы я поставил их на дно мойки. Не знаю почему она решила вернуться да и не особенно хочу знать. — Необычно видеть дом без прислуги. — подав мне ещё пару стаканов говорит девушка. — У нас есть только домработница. — говорю. К которой я до сих пор не могу относится как к прислуге. Просто… не могу. Даже осознавая, что это работа госпожи Кан, убирать дом и выполнять бытовые поручения, все равно стараюсь убирать за собой сам и обслуживать себя тоже самостоятельно. Привычка из детства. Стирать следы своего присутствия в пространстве. Вымытые и протертые стаканы занимали место на полке в навесном кухонном шкафу. Нас было пятеро но стаканов оказалось больше. Ли Сольхва все подавала их мне и подавала пока на последнем стакане не задержала хватку чуть дольше чтобы наши пальцы и взгляды встретились. — У тебя… грустные глаза. — тихо сказала девушка. Звук ее голоса стер оглушительный звон разбившегося хрусталя. Мои пальцы разжались от удивления и стакан выскользнул. — Я… — неловко начала девушка. — Извини я… Она растерялась куда больше чем я. — Ничего. — пытаюсь улыбнуться чтобы успокоить девушку. — Это просто стакан. Я уберу. Взволнованная Ли Сольхва отходит в сторону подальше от осколков. Благо они довольно крупные и собрать их удается быстро и легко при помощи одних совка и щетки с плотным ворсом. — Что случилось? — звук похоже выманил из уборной Ю Джунхёка. Может и к счастью этот стакан разбился. Мне не пришлось выкуривать этого парня самостоятельно. — Я уронил стакан. — говорю пытаясь найти в ящиках бумагу или что-то плотное чтобы завернуть осколки. Черт. Нельзя же бумагу, они утилизируются раздельно… — Ты не поранился? — хмурясь Ю Джунхёк делает шаг ко мне. Я успеваю его остановить просто помахав рукой, жестом давая понять что я в порядке. Сейчас меня больше волнует что делать с осколками но я ничего не могу придумать. Мои метания прерывает низкий голос: — Молодой господин? Позади Ю Джунхёка, бесшумно вырастает огромная фигура мужчины облаченного в черное. Его появление кажется моим гостям таким неожиданным, что они оба отшатываются в сторону глядя на мужчину как два провинившихся ребенка которых начнут ругать и упрекать. — Уронил стакан. — от того что мне приходится объяснять произошедшее второй раз я улыбаюсь. — Ребята, это Со Сугён, он руководит охраной. Сугён-сси, мне нужно во что-то положить осколки. Со Сугён решил проблему по своему. Он просто отнял у меня совок полный битого хрусталя и сказал что сам разберется со всем. Спорить с этим человеком было бесполезно. Да и неуместно при гостях. Оставив Со Сугёна разбираться с разбитым стаканом я проводил Ю Джунхёка и Ли Сольхву к двери ведущей на террасу, оттуда к лестнице ведущей вниз, к мастерской. — Здесь ещё один этаж? — удивился вслух Ю Джунхёк оглядываясь по сторонам. Мы спустились на гранитную площадку с каменными скамейками и мраморной скульптурой ангела в руках которого была раскрытая книга. Люди глядя на нее думали что статуя держит библию. Но те кто внимательно всматривались в обложку с удивлением обнаруживали что это был учебник по астрофизике. Ю Джунхёк похоже был из тех кто вгляделся. Судя по его насмешливому фырканью. — Да. Этот этаж не соединен с остальной частью дома, сюда можно попасть только по лестнице, ну или через заросли гортензий и других кустов, но я бы никому не советовал там ходить, склон очень крутой. — отвечаю. — Как это было построено? — снова спрашивает Ю Джунхек. — Я позже тебе расскажу. — отвечаю. Этого парня больше интересует дом перед ним чем вид открывающийся с площадки. Мне остается только наблюдать за тем как Ли Сольхва и Ю Джунхёк с восторгом смотрят совершенно в разные стороны. Покачав растерянно головой я показываю куда идти дальше, отвлекая парня и девушку от увлекательного процесса созерцания окружающего пространства. У них ещё будет возможность погулять и осмотреться. Чтобы попасть к джакузи и бассейну нужно обогнуть бетонную лестницу и зайти за нее. Там среди остекления спрятана неприметная дверь. только через эту дверь можно попасть внутрь. Ну или разбив стекло. Но оно пуленепробиваемое. Даже не знаю какую силу нужно приложить чтобы разбить его. Проверять соблазна никогда не возникало. Внутри витает пар и слышны смех и голоса Хан Суён и Ю Саны которые уже заняли одну из чаш с горячей водой. — Долго вы. — заметив нас говорит Хан Суён. — Потерпи ещё немного. — отвечаю подруге тем же «любезным» тоном. Нам нужно пройти дальше. Через следующее помещение с бассейном. Он кажется огромным черным провалом остро контрастируя с светлыми плитами пола. Внутри отделан черной гранитной плиткой поэтому и цвет такой. Ю Джунхёк зависает у бассейна и мне приходится подталкивать его к помещению которое выделено под мужскую уборную где можно переодеться в приватной обстановке, а не только принять душ или справить нужду. — Ты не говорил что у тебя есть бассейн. — я слышу ворчание из-за тонкой перегородки. Шорох одежды в тишине звучит на удивление громко и странно. — Если бы сказал, это бы ничего не изменило. — хоть я знаю, что Ю Джунхёк меня не видит все равно улыбаюсь. Потому что понимаю, этот парень не тот человек чье отношение к кому либо изменило бы наличие бассейна. — Если бы ты сказал что он черный мне бы стало любопытно. — справедливо заметил парень. Не удержавшись я громко фыркнул. Из-за перегородки послышался тихий смех, но он быстро затих. В помещении было прохладно. Из-за этого кожа становилась неприятной на ощупь. Мне это не нравилось. Не люблю холод. — Ты, правда просто разбил стакан или произошло что-то о чем ты не хочешь говорить? — вопрос Ю Джунхёка заставил меня забыть о холоде и неприятных ощущениях. Я растерялся. Не потому что смутился или что-то вроде того. А потому что не знал что сказать. Обычно когда я не знаю что сказать то говорю то что думаю. В этот раз было точно так же. — Просто… Сольхва-сси сказала что у меня грустные глаза. Я удивился и стакан выскользнул из рук. — это звучало странно, но за то это было правдой. Ю Джунхёк ничего не сказал. За перегородкой было тихо. На секунду мне показалось что в комнате я один и просто говорю сам с собой. Странное ощущение. — Если спуститься ниже площадки на которой мы сейчас, следуя гранитной дорожке то можно выйти в крытую теплицу. Отведи ее туда. Если хочешь. Там сейчас цветут белые розы, девушкам должно такое нравится. — сказав это я первым вышел из помещения. Перед бассейном никого не было. Из-за стеклянной перегородки занавешенной белыми влагостойкими шторами в пол не было видно следующее помещение но слышался приглушенный смех. Скрывая дрожь я обогнув бассейн, открыл дверь и ступил в теплое помещение спускаясь к джакузи в которой сидели Ю Сана и Хан Суён. Меня тут же обрызгали теплой водой. Ли Сольхве не пришлось скучать долго одной в джакузи. Ю Джунхёк присоединился к нам через пару минут, красный как помидор залезая в чашу к девушке. — А не лучше ли было бы мальчики к мальчикам девочки к девочкам? — возмущенно поинтересовалась Хан Суён. — Пф-ф… Конечно нет. — фыркая и стряхивая с волос воду отвечаю. — Тем более что мы уже знаем о твоем фетише. Мое беззлобное подтрунивание вызвало у Хан Суён шипение и желание агрессивно брызгаться. Хохоча мы бесились в своей чаше пока не устали и не расселись на уступах просто греясь в бурлящей воде. Отсюда можно было полюбоваться видом. Панорамные окна не запотевали из-за системы вентиляции и были непрозрачными только с улицы. Никто не мог назвать отмокание в горячей воде с видом на Сеул скучным занятием. Если бы мы все чертовски не проголодались то наверное сидели бы так до самой ночи. Но голод взял свое и пришлось идти снова переодеваться. В уборной Ю Джунхёк смущаясь уточнил еще раз как найти оранжерею. Я ответил, что через сад вниз ведет только одна гранитная дорожка так что он точно не заблудится. Просто нужно идти до самого конца. Хан Суён была права, Ю Джунхёк и правда был влюблен в Ли Сольхву. Эти двое тихо исчезли когда мы вышли на улицу. С высоты террасы где располагался гриль, было видно как эта парочка спускалась через зимний сад укрытый снегом к единственному строению среди голых деревьев и гранита. Чтобы Хан Суён не испортила ребятам романтику Ю Сана следила за ней готовая если потребуется заткнуть подруге рот рукой или овощной нарезкой. Мясо не было сильно промаринованным но приготовленное на углях гриля все равно оказалось сочным и вкусным. Поначалу Хан Суён собиралась уехать с наступлением вечера, но узнав что в холодильнике есть пиво и соджу, передумала, предложив нам выпить. От ее предложения я отказался и девушка начала уговаривать Ю Сану выпить с ней. Возникла нелепая ситуация. Ю Сана отказывалась пить аргументируя это тем что пьет только со мной, а я говорил что не пью. Нашу детскую потасовку с дерганьем друг друга за волосы и одежду застали вернувшиеся Ю Джунхёк и Ли Сольхва. Не знаю как у них все прошло, мне было совершенно не до этого из-за того что Хан Суён никак не хотела отпускать мои волосы из захвата почти усевшись на мне верхом. Снял девушку с меня Ю Джунхёк. И похоже зря он это сделал ведь следующей жертвой Хан Суён стал этот парень. Пили мы ячменный чай. Он был внешне похож на пиво, но конечно им не являлся. И Суён очень сокрушалась этим видно думая что я пообещаю ей что-нибудь ещё. Но я так устал что мог думать только о том чтобы принять горячий душ завернуться в халат и проспать часов десять или двенадцать восстанавливая силы. — Так как все же построен этот дом? — наклонившись ко мне, снова спросил Ю Джунхёк. Со стороны послышался смех Ли Сольхвы и громкие стенания Хан Суён. А я… я начал рассказывать о том как был построен этот дом со всеми подробностями которые девушкам были не интересны да и понимал их только Ю Джунхёк который учился на инженерном. Мы сидели рядом, близко друг к другу и я чувствовал жар от тепловой пушки подающей теплый воздух в сторону зоны с диванами в которой мы расположились и от тела Ю Джунхёка. Наверное из-за этого к девяти вечера меня совсем разморило и я был готов отключиться на подставленном плече друга при этом продолжая бубнить о разделенной системе воздухоотводчиков и электросети. К отъезду друзей пришлось взбодрится чтобы проводить их. Хан Суён была так вежлива что предложила подвезти Ю Сану домой. А для Ю Джунхёка и Ли Сольхвы господин Со вызвал водителя объясняя это тем что так будет надежнее и безопаснее для ребят учитывая поздний час. Спорить с господином Со было бесполезно. Да и сложно спорить после того как Ли Сольхва приняла заботу с благодарностью. В опустевшем дворе остались только я и начальник охраны. Когда ворота закрылись, мне показалось, что я усну на месте прямо стоя несмотря на зимний мороз. Рядом послышался знакомый вздох. — Хорошо, что у вас появились друзья, молодой господин. — Со Сугён не напрягаясь, легко поднял меня на руки. Он, нередко, делал это прежде когда находил меня спящим где-нибудь в саду когда я был младше. — Но было бы лучше если бы вы поменьше напрягались. — добавил мужчина. В ответ я смог только зевнуть. На что-то большее не нашлось ни сил ни слов. Я даже не понял как оказался в своей комнате на кровати накрытый пледом. Видимо просто уснул пока меня несли. Господин Со прав. Стоило поменьше напрягаться. Просто… мне впервые было так весело.