Точка опоры

Его темные глаза. «Грустные» Я не мог, сам себе, ответить на вопрос, что прозвучало для меня громче, звук разбившегося стакана или тишина уборной, в которой я остался один, после того, как Ким Докча вышел. Прижавшись горячим лбом к холодной кафельной плитке на стене, я закрыл глаза и тихо вздохнул. В голове немного прояснилось от прохлады. Но клубок мыслей, все ещё было сложно распутать. Казалось я тону. Твердо опираясь на ноги. Меня словно засасывало в темноту того черного бассейна. Какого это погрузиться в его холодную воду? Какого это окунуться в темноту?

***

Мне было интересно узнать, как живет этот Ненормальный. Ким Докча разбудил во мне любопытство, это факт. Я уже привык, что мои ожидания, касающиеся этого парня редко сходятся с реальностью. Едва ли мне удастся встретить ещё одного, настолько сложного, но при этом интересного, человека. Он сам написал мне чтобы узнать, когда мне будет удобно встретится. Из-за Ли Сольхвы, очевидно. Ведь она чужая в нашей компании. Ни у кого кроме меня связи с ней нет. Но именно ее предложение на выставке, стало причиной для общей встречи. Когда Ли Сольхва сказала, что во вторник у нее есть свободный выходной, я договорился о подмене на работе и ответил Ким Докча. День был назначен. Когда я получил адрес, у меня, конечно, возникли определённые ожидания. В моём воображении сразу возник традиционный особняк, обнесённый высоким каменным забором. Именно так часто выглядят дома чеболей и других состоятельных людей. Кроме того, я уже бывал в подобных местах, когда меня еще называли «Верховным Королем». Мои ожидания стали рушиться, как только таксист начать огибать высокий склон, в который, казалось, был врезан, сверкающий окнами на солнце, дом, окруженный хвойными деревьями и высокой, вечнозеленой, живой изгородью. Я видел, на экране своего телефона, как мы стремительно приближаемся к отметке на карте. И когда машина остановилась перед высокими коваными воротами, у меня не осталось сомнений в том, что дом который я видел из окна такси, тот же, чей фасад я вижу из салона. Вокруг были те самые дома в традиционном стиле окруженные высокими каменными стенами. Они были выстроены на относительно ровных просторных участках поднимаясь все выше и выше, подступая к границе национального парка горы Бухансан. — Добро пожаловать. — приглашающе указал раскрытой ладонью во двор Ким Докча. Переступая невидимую границу я испытывал неописуемые чувства. Мне непросто выражать словами свои мысли и чувства. Я никогда не учился этого делать. Не читал много книг которые могли бы обогатить мою речь и человеком я считал себя простым. И сейчас мне было жаль, что я так много упустил. Я смог бы, хотя бы себе объяснить что чувствую. Одно я понимал точно. Этот странный дом выстроенный на склоне и окруженный двойной оградой имел с Ким Докча слишком много общего. Он был таким же Ненормальным, таким же закрытым и странным снаружи, но уютным внутри. Тихим. Сдержанным и теплым. В доме пахло деревом которым были обшиты стены. Специями, с открытой кухни, спелыми фруктами лежащими в вазе на острове, травяным чаем. Цветами, расставленными в гостиной и столовой. Шумные и яркие вечеринки на которых я бывал когда-то не могли сравнится с этой встречей. Здесь мне не нужно было никому ничего доказывать. Я мог просто быть собой и… было хорошо. Казалось, все чувствовали то же, что и я. Но все рассыпалось с оглушительным звоном разбившегося стакана. Когда я вышел из уборной, тихо, собираясь вернуться в гостиную, стоя в темном коридоре, увидел стоящую рядом с кухонным островом Ли Сольхву. Конечно, в тот момент я подумал, что она осталась дожидаясь меня, ведь остальных не было ни видно ни слышно. А затем звон. Очень похожий на тот который возникает иногда в голове, только громче в десять раз. Грустные… Черные, глубокие и бездонные глаза этого Ненормального. Но почему? Я вижу как он улыбается и слышу его смех. Так почему? Мне хочется спросить об этом Ли Сольхву. Но я беспокоюсь, что ей это покажется странным. Этот разговор был между девушкой и Ким Докча. Пусть она считает меня другом, а для Ненормального я другом являюсь могу ли я… Должен ли я спросить? Тем более, что с Ли Сольхвой я собирался поговорить совсем не о Ким Докча. Но это не взаимно. Опять. Кажется «не взаимность» становится описанием наших с Ли Сольхвой отношений. Когда мы выходим на воздух из влажного и теплого помещения с джакузи я тихо предлагаю девушке на кое-что посмотреть. Заинтригованно улыбаясь она идет за мной следом по гранитной дорожке через сад спускаясь все ниже и ниже по склону. Белый снег окрашен закатным теплым светом. Влажный гранит блестит, журчит талая вода стекая по грубой поверхности валунов. В самом конце дорожки прикрытая от глаз каменной стеной притаилась оранжерея внутри которой сквозь прозрачное стекло видны цветущие розы. Это и правда красиво. Романтичное место. — Восхитительно. — Ли Сольхва в восторге, ее глаза ярко сверкают. Тонкими белыми пальцами она касается раскрывшихся тяжелых бутонов. По красоте, девушка и цветы не уступают друг другу. Но я, глядя на нее чувствую себя одиноким в этом пространстве заполненном вазонами и горшками с растениями. — Спасибо что привел меня сюда. — девушка благодарно улыбается. — Вы, наверное, очень близки, раз Ким Докча показал тебе это место. Я не знал что ответить. Близки? Этот Ненормальный мне ничего не показывал. В его доме я был впервые. Однако похоже Ли Сольхва решила, что все было иначе. И это странно. Мне так кажется. Стоит мне вспомнить, сколько Ким Докча сделал для меня за этот год, как становится ясно: отрицать наше сближение — значит поступить подло. Впрочем, я не уверен, что знаю о нём достаточно, чтобы судить о степени нашей близости. — Он мой друг. — говорю тихо. — Мне кажется это место на него очень похоже. — слова Ли Сольхвы заставляют меня осмотреться вокруг. — Он кажется таким отстраненным и серьезным, но внутри мягок. Я… до сих пор вспоминаю наш разговор в галерее. Меня окружали горшки и вазоны с цветами. От холода и ветра их защищал кованый каркас теплицы с стеклянными вставками. Если задуматься это место было одновременно надежным и хрупким. Прижавшись спиной к колонне установленной в центре теплицы для поддержания крыши, я открыл рот, чтобы спросить, что имела ввиду Ли Сольхва, но так ничего и не произнес. Сам вспомнил. Точно. Безумные греки и их сколько-то там видов любви. Семь кажется. Ким Докча так уверенно перечислил их все отвечая Ли Сольхве. Он вообще часто говорил с таким видом, будто знает все на свете. Меня это порой бесит. Ведь мы ровесники. Но этот Ненормальный… Совсем другой. И это восхищает меня так же глубоко как и бесит. — Я впервые встретила человека который верит что жертвенная, безусловная и бескорыстная любовь может существовать между людьми. — в голосе Ли Сольхвы зазвенела грусть и тоска. Когда она сказала это, я понял, что девушка никогда не задумывалась о том, что я способен на подобную любовь по отношению к ней. — То как он сказал что она возможна… — Ли Сольхва продолжала гладит бутоны роз отдавая все свое внимание им. — Его голос звучал так уверенно. Знаешь, как верующая я привыкла, что агапе рассматривают исключительно как любовь Бога к человеку и человека к Богу. Это самоотдача, забота о благополучии ближних и духовная любовь, не зависящая от достоинств или недостатков объекта любви. «Самоотдача, забота о благополучии ближних и духовная любовь, не зависящая от достоинств или недостатков объекта любви» — слова Ли Сольхвы проникли глубоко в меня заставляя воспоминания как картинки в колейдоскопе проносится в памяти. Он никогда не смотрел на меня с высока. Помогал, часто без просьб, просто потому, что мог и хотел. Честно делил заслуги, не присваивая себе чужие достижения. Поддерживал и заботился о тех кого считал близкими людьми, пусть порой самым нудным и надоедливым способом. Если человек верит в такую любовь, не удивительно, если у него грустные глаза. — Этот парень ненормальный. В хорошем смысле. — не знаю, что мне ещё сказать на откровения Ли Сольхвы. Я не стал говорить, что ничем не отличаюсь от Ким Докча. Потому что это ложь. И сомневаюсь, что Ли Сольхва поверила бы мне. Моя любовь не казалась мне такой возвышенной. Она скорее была болезненной. Крепкой привязанностью смешанной с надеждой на взаимность. Без взаимности такая любовь превращалась в слепую преданность. Может и хорошо что Ли Сольхва не любит меня. Для нее лучше быть с тем кто не станет видеть в ней идеал, а сохранит ее светлый человеческий образ. Но я не мог просто взять и убить надежду внутри себя. Заставить себя поверить, что шансов совсем нет. Может не сейчас, хорошо, я подожду. Попытаюсь стать лучше. Ради нее я смогу. — Ты не знаешь, есть ли у Ким Докча девушка? — повернувшись ко мне спрашивает Ли Сольхва. Она очаровательно смущается. А мое сердце оказывается закопано в этой теплице среди долбанных белых роз. — Не думаю что ему это интересно. — на самом деле, я не знаю. Я когда-то думал, как и Хан Суён, что Ким Докча и Ю Сана встречаются. Но эти двое не были парой. А помимо Ю Саны… Кто вообще мог заинтересовать этого Ненормального? Похоже этому парню просто было не до отношений. — Правда? Он так мило общается с девушками. Так и не скажешь. — Ли Сольхва удивительно настойчива. Мне хочется сбежать. Впервые хочется уйти от нее куда подальше, только бы не говорить с ней. Но я не могу сбежать из-за того, что девушка отсекает мне путь к выходу. Я в ловушке. — Он… просто вежливый. — бормочу полу внятно. — Хочешь сказать, он гей? — очередной вопрос Ли Сольхвы заставляет меня подавится вздохом и громко закашляться. Что?! Нет! Как она вообще пришла к этой мысли? Уставившись на девушку широко распахнутыми, слезящимися от кашля глазами я отрицательно трясу головой. Мне нужно время чтобы унять кашель. Ли Сольхва терпеливо ждет. — Его… просто не интересуют отношения. — хрипло отвечаю. По крайней мере, я надеюсь, что это правда. Сомневаюсь, что у меня есть шанс против него. — Оу. — Ли Сольхва тихо вздыхает. Теперь она выглядит расстроенной. Мне больно видеть ее такой. И больно от того, что она предпочла мне того, кого я считаю другом. Похоже моя удача исчерпала себя. — Прости что спросила. Теперь так неловко. — девушка обхватывает себя за плечи словно замерзла и хочет согреться. Думая, что ей и правда холодно, ведь, зима, а теплица не отапливается я стягиваю кофту, чтобы набросить ту ей на плечи. Все равно мне жарко. Даже душно. — Все нормально. — я вру. Вру. Вот такой я честный. Но мне не хочется чтобы она волновалась за меня. — Зря я вообще спросила. — Ли Сольхва продолжает сокрушаться. — Все равно, даже если бы Ким Докча был свободен и искал отношений, сомневаюсь, что он обратил бы внимание на меня. Почему одного желания недостаточно чтобы просто исчезнуть? Мне хочется сжаться до крошечной точки в пространстве. Я стал для Ли Сольхвы действительно очень хорошим другом раз она так откровенно делится своими переживаниями со мной. И, что, теперь как «хороший друг» я должен убеждать ее в том, что все вовсе не так как она думает? При том, что понятия не имею был бы у Ли Сольхвы шанс или нет? — Ты потрясающая. — говорю пряча взгляд покрасневших глаз. Это правда. Ли Сольхва потрясающая. Удивительная. Умная, добрая, с чувством юмора, честная, открытая и конечно очень красивая. Но причина ее сомнений, как оказалось, не в этом. Ли Сольхва прекрасно знает, что она умная, красивая и вообще чудесная. Мечта почти любого парня. Почти любого. Она напоминает мне об очевидной вещи о которой я забыл. Разнице в положениях. Между ней и Ким Докча пропасть. И между мной и Ли Сольхвой, тоже все это время была пропасть которую я упрямо игнорировал поверив в себя из-за того, что ко мне хорошо относились. Я был таким тупицей. У меня с самого начала не было ни единого шанса. Мысль о том, что мы с Ли Сольхвой оказались в одной лодке не утешала. Ведь, она девушка. Из хорошей семьи. Врачь. У нее в отличии от меня все же есть шанс попасть в семью уровнем выше. А мне до нее и за десятки лет не дотянуться. Теперь совет Ким Докча, привести Ли Сольхву в эту теплицу кажется мне насмешкой. Ведь он похоже все понял. Что я влюблен в Сольхву. И он знал, что мне с ней ничего не светит. Думая об этом я вел девушку обратно к дому. В голых ветвях деревьев щебитали птицы. Талая вода продолжала звенеть разбиваясь о гранитную породу. Заходящее солнце ярким диском отражалось в окнах дома как и тогда, когда мы подъезжали к нему. С террасы слышались голоса и смех. Похоже пока нас с Ли Сольхвой не было, Хан Суён снова устроила представление. Я хотел разозлиться на Ким Докча. Хотел обидеться на этого придурка. Но не смог. Не смог поверить в то что этот Ненормальный хотел поиздеваться надо мной и поэтому рассказал про теплицу. Даже если внутри меня и начала тлеть обида, она потухла, стоило мне увидеть как на этом жалком парне верхом сидит тощая девчонка и треплет его за волосы, а тот ее даже сбросить не может. Не могу я на него злиться. Не могу поверить в то что он хотел унизить меня. Кто угодно, но не этот Ненормальный. Отцепив от парня Хан Суён я усаживаюсь рядом с ним на диван позволяя опереться на себя. Причина по которой девушка устроила шуточное побоище была в том что она просто хотела выпить. Но никто ее желание не разделял. Увы но и у меня никакого настроения пить не было. Ли Сольхва мягко и тактично заметила что алкоголь плохо влияет на организм. А Хан Суён к тому же за рулем. Думаю эта дура просто увидела возможность задержаться в доме Докча подольше. Может это была не такая уж и плохая идея. Если бы со мной не было Ли Сольхвы, думаю я согласился бы на предложение Суён. Рядом с Ненормальным ко мне снова вернулось спокойствие и трезвый разум. Он все ещё опирался на меня хоть вроде и пришел в норму, отдышался, пригладил растрепанные волосы, поправил одежду. От его тела шел приятный жар. Раз уж мы сидели на улице, а сумерки только сгущались, я не собирался лишать себя дополнительного источника тепла. Тем более что так и говорить было удобнее. А мне все ещё хотелось послушать как был построен этот дом. Разговоры о строительстве и архитектуре здорово помогали отвлечься от тоскливых мыслей. В добавок, слушать Ким Докча было приятно. Может глаза Ненормального порой и выглядят грустными, я точно знаю что когда этот дурак говорит о инженерном проектировании или описывает этапы строительства эти глаза сияют как звездное небо. Могу слушать его болтовню бесконечно. Даже когда она превращается в полу невнятный бубнеж. Ким Докча кажется даже уснув, может болтать. Ну точно, Ненормальный. Видя что хозяин вечеринки стремительно отключается мы начали собираться. Хан Суён предложила Ю Сане поехать вместе и они первыми покинули дом Ким Докча. Для меня и Ли Сольхвы вызвали машину с водителем. Об этом сказал начальник охраны которого нам представил Ненормальный. Этот огромный мужик в черном напоминал собаку. Огромного добермана или откормленного пинчера. Он показался за весь вечер всего два раза перед нами но этого было достаточно чтобы поверить, у него все под контролем. К воротам подъехал черный Lexus RC первого поколения. Вид машины освещенной уличной подсветкой заставил меня тяжело сглотнуть. Да, в такие моменты вдруг вспоминаешь, что все же имеешь дело с семьей чеболя. Открыв дверь для Ли Сольхвы, я помог ей забраться в салон. Сам сел рядом с водителем. Я боялся, что девушка снова заговорит со мной о Докча. Попросит о помощи или ещё что. Поэтому и сел подальше. Не хочу чтобы эти двое начали встречаться. Этот Ненормальный мой друг. Он мой друг. Когда машина остановилась перед домом где жила Ли Сольхва, я вышел чтобы помочь ей. Мы быстро попрощались. Она почти сразу ушла напоследок напомнив мне не перетруждаться и пить горячую воду. С облегчением я вернулся в салон и назвал молчаливому водителю адрес. Словно прокатился на такси премиум класса. После этого яркого и полного эмоциями приключения моя жизнь вернулась в привычное унылое русло. Безвыходное колесо с двумя половинами одна их которых дом, а вторая работа в интернет кафе. Я все ещё ждал ответы от компаний по поводу стажировки. Но их не было. Отказы пришли быстро, пару собеседований я похоже провалил. Оставалось с десяток компаний которые до сих пор не прислали никакого ответа. Мне нужно было попасть хоть куда-нибудь. Куда угодно. Новый ответ пришел перед самым новым годом. Двадцать девятого декабря. В этот день я был на дневной смене и проверял свой электронный почтовый ящик раз в час с каждым обновлением страницы отчаиваясь все сильнее. Но на очередном обновлении вверху списка писем отобразилось новое непрочитанное и это был не спам. Мне прислали подтверждение моего зачисления на стажировку. Не назначили собеседование, а прислали подтверждение. Я не мог поверить своим глазам. Перечитав текст раза три я убедился в том что ничего не перепутал. Это было именно одобрение моей кандидатуры как стажера. Неужели удача ко мне снова вернулась? Мне нужно было позвонить и подтвердить, что я готов выйти на стажировку в понедельник пятого декабря и приступить к своим обязанностям. Попросив одного из коллег дневной смены посидеть вместо меня за стойкой я вышел на улицу. В тесном проулке поблизости, никого не было и пахло сыростью. Менеджер с приятным женским голосом ответила на мой звонок и перевела его на линию отдела кадров. Это была правда. Меня действительно взяли. Вернувшись на свое рабочее место я невидящим взглядом уставился в монитор способный думать только о том, что обязательно должен купить торт и отпраздновать хорошо новый год с Мией. Ведь в новом году я буду работать в крупной компании пусть и в качестве стажера. — Эй, Верховный Король, случилось что-то хорошее? — парень что ко мне обратился был моим сомбэ, поэтому я не мог послать его несмотря на издевательский тон и ненавистное мне прозвище. Из-за того что случилось и правда нечто хорошее я даже не разозлился на него. — Неужели выиграл в лотерею? — продолжил сомбэ. — С твоей то удачей. «Да что ты знаешь о моей удаче, ублюдок?» — думаю я. — Я получил стажировку. — отвечаю стараясь звучать не слишком воодушевленно. — Ты же первокурсник. — сомневаясь что я говорю правду сомбэ нахмурился. — Наверняка это дрянное место. В другие первокурсников брать не станут. Даже если это место было бы дрянным я все равно бы пошел. Потому что даже дрянная работа по специальности лучше альбы. Говорить об этом было бессмысленно. Сомбэ не учился в университете. Он окончил какое то профессиональное училище и сходил в армию на два года. Вот и все его достижения в жизни. Вероятно он из тех кто навсегда застрянет работая в интернет кафе. Но я попал не в дрянное место. — Это Jiha Segye. — говорю с гордостью. — Они прислали официальное подтверждение и я уже говорил с менеджером. Jiha Segye была старой и довольно известной компанией в Южной Корее чтобы даже такой болван как мой сонбэ знал о ней. Попасть туда было целью даже выпускников хоть эта компания по масштабам не могла сравнится с Torim construction, Terra building или другими крупными строительными компаниями. Сомбэ оставалось только скривить лицо и оставить меня радоваться моему успеху в одиночестве. Hasta la vista неудачники. Я уволился в тот же день и получил расчет. Первым кому я написал о полученной стажировке был Ким Докча. Потому что этот парень, по достоинству мог оценить мой успех. В его пожеланиях усердно трудится и не забывать про сон и отдых я видел искренность и поддержку товарища. Ли Сольхва была второй. Я хотел поделиться и с ней тоже. Показать что могу добиться успеха. Она тоже была за меня рада и поддержала меня. Было приятно, но как раньше, голову уже не сносило от каждого её хорошего слова в мой адрес. Это к лучшему. Может мне стоило протрезветь по отношению к Ли Сольхве. Следующие два месяца моя жизнь будет ещё безумнее чем сейчас. Я знал это и был к этому готов. Хорошо что денег от приза за конкурс хватило на оплату садика Мии. У детсадовцев каникул как у школьников не было. Пара дней в Новый год, седьмого и восьмого февраля в Соллаль, на этом все. Так что сестра будет под присмотром пока я работаю. Это мой шанс. Золотой билет наверх. Такая компания как Jiha Segye могла гарантированно стать для меня хорошей первой ступенью. Причина была в уникальности. Это была не обычная строительная или юридическая компания. Jiha Segye исторически действовала в двух отраслях одновременно. Ее успех был обусловлен поддержкой властей предоставляющих множество государственных контрактов на решение и урегулирование сложных земельных дел, определения прав на собственность обнаруженную при раскопках, споров касающихся старых коммуникаций и границ участков. Они занимались реставрацией и археологическими работами. Закрытые для общественности дела о проведении исследований геологических пластов так же были в власти Jiha Segye. Я так волновался что даже Мия это заметила. Она будучи ещё малышкой пыталась утешить меня как могла. Отдала мне значок с котом обратно. Когда я сказал ей что у меня есть такой, Мия ответила что пусть у меня их будет два ведь два лучше чем один. С таким аргументом сложно было поспорить. Один значок я приколол во внутренний карман куртки. А второй, который носила сестра, во внутренний карман рюкзака. Чтобы их не было видно. И чтобы исключить риск потери любого из значков. Моя сестра сокровище. Позже я все ей верну. Но сейчас, я должен постараться. «У тебя все получиться» — утром пятого декабря мне пришло сообщение от Ненормального. Спустя пару минут пришло ещё одно — «Просто будь собой» Не знаю что он имел ввиду, но мне было приятно, что этот дурак так верил в то, что если я буду собой то смогу добиться успеха. Во время звонка менеджер дала мне подробные указания. Куда приехать, что сказать на ресепшене и где ждать. В офисе компании все вели себя вежливо. Начиная от девушек сидящих за стойкой в холле первого этажа, заканчивая работниками охранной службы у пропускного терминала. Отсканировав мою ID карту мне сразу выдали временный пропускной. Поскольку всё шло легко и спокойно, сюжеты из манхв и дорам о токсичной атмосфере в больших компаниях начали восприниматься мной как полный бред. Сюда же я стал относить и рассказы о корпоративной дедовщине, которые приходилось слышать прежде от студентов старших курсов и знакомых — всё это казалось мне пустословием и байками. Я поднялся на лифте на нужный этаж. В коридоре было чисто и тихо. Свежий ремонт, спокойное освещение не яркое и не тусклое. Работники ходили по этажу без спешки, тихо переговариваясь между собой. На меня не обращали особого внимания, только коротко кивали приветствуя. Мне начинало тут нравится. Без труда я нашел конференц зал в котором должно было проходить распределение. Внутри было тихо. В три группы были расставлены стулья. Разделение мест было по университетам из которых проводился набор. Ряд Ёнсан был слева, Корейский университет по центру, Сеульский справа. В зале помимо меня были люди сидящие хаотично на свободных местах. Впереди, у экрана на дальней стене, сидела девушка в костюме с аккуратно собранными в гладкий пучок волосами. Видимо старшая. Когда она подняла на меня взгляд, я молча поклонился и тихо сел на стул в правом ряду. Людей было немного. Поначалу, человек двадцать. Но чем ближе подходило время на которое было назначено распределение тем больше людей подходило занимая пустые места. Не знаю, получали ли стажировку студенты прочих университетов. Может они были в другом конференц зале. Но даже в этом, было не больше ста мест. Девяносто если точнее. Мы сидели в тишине поэтому любой звук или шепот был отчетливо слышен. К моему удивлению нашлись парни и девушки которые решили поболтать друг с другом. Что ещё удивительнее в их беседах я уловил вопросы связанные с собеседованием. Это заставило меня непонимающе нахмурится. Было собеседование? Но… я точно знаю, что не проходил никакое собеседование в эту компанию. Может они имели ввиду сколько собеседований они уже прошли? — Те кто болтает, встаньте. — вдруг шепот перекрыл четкий звонкий голос старшей. Пара человек дернулась на своих местах. Подниматься никто не спешил, но все же парни и девушки начали вставать выполняя приказ. — Все. — велела старшая. От ее тона у меня холодная волна по спине прошла. Но я сидел молча, так что мне волноваться было не о чем. Остальные шептуны тоже начали подниматься. У многих на лицах можно было прочесть смущение и неловкость. Да уж… ситуация была странная. — Покиньте зал. — ещё один отрывистый приказ. — Но госпожа, объясните почему? — один из парней поднял руку. Он был в костюме. Не знаю дорогом или нет, но выглядел очень солидно. Судя по тому что парень был из Ёнсан, он наверное хотел произвести впечатление. И произвел, только плохое. — Без возражений. — женщина не собиралась ничего объяснять. Атмосфера в зале изменилась. Спокойствие сменилось напряжением. Те кому велели подняться начали покидать помещение с бледными лицами и сжатыми в нитку губами. «Их выставили вон, только потому, что они болтали? Серьезно?» — я не мог перестать об этом думать. Из, примерно, семидесяти человек в зале осталось сорок. Я смотрел на пустые места где еще недавно сидели люди и снова начал думать о том что написал Ким Докча. «Просто будь собой» — но «кем» собой мне быть? Кто я вообще? Когда подошло время распределения в зал вошли пятеро мужчин в костюмах и девушка с планшетом в руках. Мужчины подошли к экрану встав перед сидящими на стульях стажерами и выстроились в линию. Девушка с планшетом осталась у выхода. Она закрыла двери и многие вздрогнули от тихого хлопка. Некоторые из сидящих начали вставать. Вероятно в них сработала привычка подниматься с места всякий раз как кто-то старше по положению заходил в помещение. У меня такой привычки не было. Наверное потому, что я не очень хорошо учился в школе и не привык подскакивать с места. Тех кто встал тоже попросили выйти. Для них открыли одну из створок двери. Как только ее снова закрыли старшая велела подняться остальным и объявила начало распределения. Во время звонка менеджер вскользь упомянула, что мне не нужно волноваться, достаточно делать так как мне скажут. Сердце тяжело и гулко билось в груди. Не знаю куда я попал но скучно здесь мне точно не будет. Пятеро мужчин в костюмах были директорами подразделений Jiha Segye. Каждый из них по очереди рассказал про свой отдел. Ценности, цели, уклад, распорядок и обязанности которые выполняют сотрудники и стажеры. После представления директоров настала очередь представляться стажерам. Нам сказали встать по очереди начиная со студентов университета Ёнсан, назвать университет, колледж, факультет, курс, затем представиться и озвучить свой средний бал. Я поначалу не понял зачем университет то называть. Мы же уже были распределены по ним. Но оказалось что были те кто сел на место не в своей группе. И им тоже пришлось покинуть зал. Те кто отвечал не в том порядке тоже выходили вон. Допускалась всего одна ошибка. Когда пришла моя очередь я тихо поднялся: — Сеульский национальный университет. Инженерный колледж. Факультет гражданского и экологического строительства. Окончил первый курс. Ю Джунхёк. Средний балл четыре целых, одна десятая. — я произнес все четко в соответствии с заданным порядком и заслужил сухой кивок старшей. Склонив голову я сел обратно на свое место и только тогда заметил как дрожали мои руки. Вдобавок от напряжения у меня ещё и живот скрутило. В помещении осталось не больше пятидесяти человек. Ожидаемо что все кто учился на юридическом получили места в соответствующем подразделении. Как и по каким параметрам распределяли остальных я точно не знал. Меня направили в подразделение которое занималось земельными спорами вместе с юристами. Я старался не делать поспешных выводов. Отдел по спорам вероятно занимался не только судами. Чтобы выступать в суде нужно иметь то с чем выступать. То есть точные планы и схемы участков актуальные на момент суда. А для их составления нужны съемки и выезды. Все так и оказалось. Меня направили в одну из групп инженеров геодезистов. Остаток дня я проходил инструктаж и заполнял документы в отделе кадров. Потом одна из сотрудниц любезно сводила меня в местную столовую и покормила. Не знаю почему но от ее доброты и мягкости я немного расчувствовался. Впечатление от первого дня в итоге оказались очень неоднозначными. И единственный человек которого интересовало как все прошло это Ким Докча. Когда я написал что все прошло хорошо и меня распределили в инженерную группу, этот Ненормальный предложил встретиться и отпраздновать это. Мне вдруг действительно сильно захотелось увидеться. Я согласился. Мы не пили. Просто сели в небольшом гриль-ресторане в моем квартале, заказали кальби, самгепсаль и сундэ на закуску. Ким Докча пообещал что за все заплатит сказав что мне нужно побольше есть раз я теперь работаю на тяжелой работе. Сам Ненормальный просиживал штаны в офисе. Перекладывал бумажки, делал таблички и разбирал отчеты. Он мне не завидовал и я ему тоже. Мы просто сидели, ели, пили холодный чай из кукурузных рыльцев и обсуждали работу. Когда мы оба станем старше и начнет всерьез трудиться, мне до дрожи хотелось чтобы подобные встречи сохранились между нами. Если меня конечно не закопают в грязи. Второй день я запомнил запахом сырой земли и ржавого железа. В офисе мне выдали комбинезон и высокие резиновые сапоги. На парковке уже ждал прогретый черный микроавтобус с водителем. Нас, пять человек вместе с бригадиром и мной, стажером, отвезли в пригород на объект. Мне в руки не дали даже отражатель, ни то что тахеометр или планшет с планом квартала для отметки точек. Бригадир просто махнул рукой в сторону ящиков с инструментами и сказал: «Будешь таскать. Посмотрим, чего стоишь». И я таскал. Весь день таскал. Ящики, коробки, треноги, а порой и камни которые мешали работе. Работа была грязной. Я по локти залезал в глину, копался в камнях, помогал рабочим очищать место для раскопок. В голове противно гудело: «Терпи, терпи, терпи». Что толку сокрушаться о том что я год учил формулы, решал задачи и строил модели в CAD. Сейчас будучи стажером приходилось радоваться и тому что меня использовали в качестве грузчика. Поэтому я молчал. Мне было важно доказать, что я не просто какой-то мальчик из хорошего университета, а человек, на которого можно положиться. Которому можно доверить работу. Чувствуя на себе взгляды остальных участников бригады, каждый день в течении первой недели я старался не подавать виду что мне тяжело. Не ныл, не кривил лицо, делал все что скажут. Они ждали, что я устану, сдамся, начну жаловаться. Может думали, что вообще сбегу бросив стажировку. Другие, те кого тоже наняли, сбегали и с более легкой работы. А я стиснув зубы продолжал впахивать. Каждое ведро земли, каждый тяжелый ящик я воспринимал как экзамен, который должен сдать здесь и сейчас. Больше необходимого никто меня не нагружал. Не издевался никто. Относились по человечески, просто проверяли могу ли я вообще работать руками. А я же могу. И головой и руками. Мне когда надо, я вообще что угодно могу. К вечеру мои руки горели. На ладонях быстро начали появляться новые мозоли. Ногти приходилось по три раза в день чистить. Спина гудела. Так две недели прошло. Потом бригадир сказал: «Будешь теперь треноги ставить и приборы настраивать. Ещё отражатель возьми», и я понял, что проверка пройдена. Мне доверили измерения. Наконец-то я взял в руки приборы не в коробках чтобы до нужного места донести, а чтобы показать, что умею работать не хуже остальных. Я чувствовал, как меняется отношение бригады. Оно теплело постепенно и в итоге я стал полностью своим. Уважение в этой профессии зарабатывается не дипломами. Диплом тоже нужен, но важнее то, готов ли ты работать рядом с другими — в пыли, на жаре, в самой земле, на которой потом вырастет что-то новое. Раз в неделю, стабильно, мы с Ким Докча встречались чтобы поесть недалеко от офиса Jiha Segye куда меня привозили после работы на объекте. Вокруг было много разных кафе и ресторанов, но мы всегда ходили в одно место. В старенький ресторанчик на углу квартала. Поесть горячего хэджангука. Острый суп на костном бульоне обновлял меня и наполнял новой силой. После этого супа я и спал лучше. Прошел декабрь. Наступил мой второй месяц стажировки. К этому моменту я уже успел запомнить, как пахнет мокрый цемент, как хрустят под ногами камни и как скользит мокрая глина. Я научился поднимать тяжёлые ящики с приборами так, чтобы не сорвать спину. Отточил установку и настройку приборов. Отражатель в моих руках лежал уверенно. Бригадир подошёл ко мне, когда мы собирались размечать очередной участок. Он бросил коротко: — Слышал, у тебя сертификат геодезиста есть? Я кивнул, удивившись, что он действительно спросил. — Ну так давай, покажи. — бригадир указал на один из приборов. С того дня всё опять изменилось. Мне доверили не только съемку но и место за компьютером в кабинете. Отснятую мной съемку нужно было перенести в AutoCAD готовый чертеж привести к стандарту, добавить список координат. Один за другим я делал подобные чертежи и отправлял их бригадиру, а тот после проверки отсылал по цепочке дальше. У меня так же начали спрашивать совета или давали важные поручения. Чаще всего нужно было проверить просаживает ли грунт и если да, то рассчитать усадку чтобы отразить это в отчете. Каждый день мы объезжали от трех до пяти участков. Порой выезжали даже на сутки если участок располагался далеко. И компания всегда заботилась о нашем проживании и питании. В моей бригаде никто не пил. Но за то все играли в чанги. И меня научили. Мне игра легко давалась. Я очень быстро запоминал правила и так же легко строил стратегии поэтому быстро начал выигрывать. На меня за это не злились. Наоборот хвалили. Чем ближе был конец стажировки тем сильнее я начинал сожалеть что на время учебы должен буду вернуться на альбу. Не хотелось опять в интернет кафе идти. Не важно в какое. Но совмещать работу в бригаде и учебу я не смогу. Не получиться никак. За пару дней до окончания контракта, бригадир нашел меня у вагончика строителей. Я грел руки о картонный стаканчик с кофе и разглядывал набухшие бутоны вишни которые раскроются с наступлением весны. Февраль был теплым. Мужчина подошел молча, как всегда, с сигаретой в уголке рта и остановился рядом. Я подумал, что, может, он вообще ничего не скажет — просто кивнет, постоит рядом и уйдет. — Ну что, студент, — наконец произнес бригадир. — Учись хорошо и возвращайся. Я стоял тихо, не зная, что ответить. Он прикурил, затянулся и выдохнул сизый терпко пахнущий дым в сторону. — Когда ты пришел к нам, я сразу понял, что ты не сбежишь. Упёртый. Взгляд у тебя твердый. И руки не из задницы растут, — мужчина выдохнул очередную порцию дыма. — Голова у тебя работает. Это сейчас редкость. Нам такие люди очень нужны. Летом возвращайся, если к нам в бригаду не попадешь, то не страшно, тебе везде рады будут. Я почувствовал, как внутри всё сжимается от странной смеси благодарности и тоски. — Спасибо, — это все что я смог выдавить. Бригадир затушил окурок о железную подножку фургона и сунул его в пачку с сигаретами. Он никогда не бросал окурки на землю, хоть и курил на стройке. Затем мужчина протянул мне руку. Шершавую, мозолистую, ту самую руку, которой он обычно указывал мне куда идти или где встать. — Запомни: где бы ты ни был, уважение всегда придётся зарабатывать с нуля. Но если справишься тут, справишься везде. — в его словах звучала отеческая теплота. Я пожал его руку вдруг осознав, что это прощание для меня значит больше, чем мне казалось. В глазах защипало. В конце моего последнего дня, старшие, отвели меня в бар недалеко от работы. Накормили, напоили, истрепали всего и каждый взял с меня обещание что я продолжу хорошо учиться. Приехав домой я разрыдался сидя на ступенях под дверью квартиры которую снимал. Так тупо. Это все алкоголь. Но мне все равно не было стыдно. Учеба началась в первых числах марта. Расписание я составлял в первую неделю, раньше сделать это не получилось, времени не хватало. К счастью посещение в этот период не учитывалось. Но к выбору классов все рано нужно было подойти ответственно и внимательно. Ещё в этом году нужно было на кафедре выбрать направление обучения. Я уже решил что выберу строительную инженерию и материаловедение. Из всех курсов этот был самым сложным но и самым лучшим. Он нужен был мне чтобы продолжать работать с Ким Докча. Я хотел поскорее встретится с этим парнем. Последние две недели мы только переписывались. У Ненормального совсем не было времени. Он писал что освобождается только часам к двум ночи и ночует в отеле недалеко от офиса. В это верилось. Его мешки под глазами были хорошим доказательством, с каждой нашей встречей они только росли добавляя ему болезненного вида. Но стажировка должна была кончится. Поэтому я надеялся на скорую встречу. Однако Ким Докча не было видно в течение первой недели. Он посещал занятия судя по его ответам на мои сообщения но ни его самого ни его машины я не видел. Инженерный корпус большой так что… это нормально. Я убеждал себя в этом, но выходило плохо. Раньше мы могли увидеться в обед или вечером после занятий, теперь Ким Докча обедал черт знает где один, а после занятий сразу уезжал. Я решил, что лучше всего будет пойти к Ю Сане — она наверняка знала больше. Это было в двойне удобно, поскольку я заодно хотел поговорить с ней о наличии других вакансий в студенческом центре. Для меня сейчас даже работа в кофе-шопе на территории кампуса была лучшим вариантом чем возвращение в интернет кафе. После пар я на шаттле доехал до студенческого центра. Был поздний вечер и здание почти опустело, но на верхних этажах, в окнах горел свет. Безлюдные тихие коридоры меня не смущали. Поднимаясь по лестнице, поначалу я слышал лишь свои шаги. Но выше, стал различим смех и отголоски знакомого мне голоса. Хан Суён снова чем-то была возмущена судя по всему. Представив ее опять орущей я вдруг понял что улыбаюсь. Ох, вот же черт. Вздыхая я дошел до нужного кабинета. Дверь была открыта так что я не стал утруждать себя стуком и просто вошел. В тот же момент отчетливо прозвучал громкий голос Хан Суён. Она сидела ко мне спиной, а Ю Сана была увлечена работой и тоже меня не заметила. — Вот скажи мне, что ей от него надо? Она же вцепилась в него как пьявка! Заняла собой все свободное время! — Ты просто злишься что не успела раньше Сольхвы-сси договориться о встрече. Это не значит что она заняла собой все время. — Ну, да, тебе то легко говорить, для тебя он всегда время найдет. А простым смертным вроде меня приходится пробираться через работу, семью и тех кто успел раньше. Я хотел было постучать в дверной косяк чтобы девушки обратили на меня внимание но услышав имя Ли Сольхвы замер с поднятой рукой. Мы с ней не виделись два месяца. Переписывались, но редко. У нее была практика, у меня тоже. Пару раз, не смотря на это я предлагал увидеться но она каждый раз говорила что слишком занята. Занята потому что встречалась с другим? — Не драматизируй. Вы виделись когда у него было больше свободного времени. Сейчас его нет даже для меня. — мягким утешающим тоном ответила Ю Сана. Они говорили о Ким Докча. Это было очевидно. Выходит Ли Сольхва встречалась с Ким Докча? Пока меня не увидели я подумал выйти чтобы написать этому парню и спросить все лично. Остановился, подумав, что если уйду сейчас, то могу пропустить ещё что-нибудь важное. — Ладно! Я понимаю что он занят. Правда понимаю! Но я же не собираюсь тратить его драгоценное время на ерунду. Я вообще-то пишу книгу! — Хан Суён кричала и махала руками. — А эта… «Мисс совершенство» тратит его на просмотр гейских фильмов и ужины как будто надеется что они начнут встречаться! Ю Сана поморщилась. Не знаю, от громкого голоса Суён или от обращения «Мисс совершенство». А может от упоминания того, что Ли Сольхва похоже надеялась на отношения с Ким Докча. Не знаю. Но очень хочу узнать, что происходит. И считаю ,что у меня есть на это право. — Что за фильм? — мой вопрос в повисшей тишине звучит оглушительно как выстрел. Девушки поворачиваются ко мне с лицами будто перед ними возник призрак. А может для них я и есть призрак. Откуда мне знать? Меня ведь не было целых два месяца из-за стажировки и мы не общались. Я настолько выпал из жизни своих друзей, что мог, вполне, исчезнуть для них. — «Ив Сен-Лоран». — первой оживает Ю Сана. — Это французский биографический фильм. Очень красивый. Я знал что есть такой бренд. На этом мои знания заканчивались. И судя по моему выражению лица это было заметно. — Фильм про модельера. — говорит Хан Суён. Ну… стало немного понятнее почему фильм биографический. Но было то чего я так и не понял. — Почему фильм гейский? И почему Сольхва смотрела его с Ким Докча? Второй вопрос я не успел задать. — Потому что Ив Сен-Лоран был геем и в фильме любовная драма занимает львиную долю сюжета. — занудным тоном протянула Суён. Не понимаю, ей геи был противны или любовная драма. — Отвратительный фильм для свидания. — добавила девушка. — Ну, если бы со мной парень согласился посмотреть Вегетарианку я была бы очень рада. — мягко улыбаясь ответила подруге Ю Сана. В этом разговоре я многое не понимал и приходилось хвататься за суть. А суть была в том, что девушка которая мне нравилась и которая положила глаз на моего друга, похоже этого самого друга пыталась соблазнить. Но вроде неудачно. Или наоборот. Ничего не понятно. Наверное я должен был разозлиться услышав все это. Но у меня не выходило. Да и на кого мне было злиться? На Ли Сольхву? Она ясно дала мне понять, что считает меня другом. И, что, в добавок, ей понравился Ким Докча. На ненормального? Да, этот парень это заслужил. За то что общался с девушкой которая нравится мне зная о моих к ней чувствах. Но прямо сейчас даже осознавая наличие причины разозлиться на Ким Докча я не смог. Кое что перевешивало. Осознание того что только этому парню было до меня хоть какое-то дело. — Вегетерианка, это другое! — начала спорить Хан Суён. — Для меня Вегетерианка как для Ли Сольхвы Ив Сен-Лоран. — возразила Ю Сана. Девушки все так же сидели, а я стоял в дверях. Стоять мне не очень нравилось и я прошел дальше в кабинет чтобы устроиться на одном из свободных стульев. Хозяйка кабинета судя по улыбке была не против. — Почему? — интересуюсь осторожно. Что в этом фильме было такого? Ли Сольхва же врач. Про врачей есть много фильмов. Наверное. — Потому что ей хочется стать визажистом или работать в сфере моды, но из-за семьи приходится учиться в медицинском и работать в больнице. — отвечает Хан Суён. «Странно, они никогда мне об этом не рассказывала» — думаю про себя помрачнев. Похоже за эти два месяца Ю Сана и Хан Суён с Ли Сольхвой тоже сблизились, раз она рассказала им о мечте которой не поделилась со мной. Не знаю чем я был хуже. Неужели она думала, что я не смогу ее понять? Или дело было в чем-то ещё? Ли Сольхва и Ким Докча общались. Просто виделись судя по всему. По дружески. — Ким Докча знает что Сольхва-сси нравится тебе Джунхёк-сси. — Ю Сана говорит словно пытается меня утешить. С ее мягким тоном, у нее это получается. — Для него Сольхва-сси ещё один друг. Не больше. — К тому же, с ее положением ей в семье Пак делать нечего. — холодно бросила Хан Суён. Ю Сана на это покачала головой недовольно. Между девушками начался молчаливый обмен знаками за которым мне оставалось только наблюдать. Лучше бы они вслух общались. Только мне эти взгляды и вздохи переводить в голове у себя не хватало. И так тошно. — Значит они не встречаются? — спрашиваю то что меня больше всего волнует. — Нет. — твердо отвечает Хан Суён. Это хорошо. Вроде бы. На самом деле я не знаю хорошо это или нет. Вроде как да. Ким Докча мой друг и я не хочу чтобы эта дружба была так глупо разрушена. Он единственный кому на меня не плевать кроме малолетней сестры. А Ли Сольхва… девушка которую я люблю и с которой хочу быть. Только вот меня она считает другом. Если она правда любит Докча то может мне стоит отступить? По честному. Все равно сейчас я ничего ей дать не могу. У меня ничего нет. А моя поддержка ей похоже не так уж нужна. Хан Суён с тихим стуком поставила передо мной стаканчик с кофе. Я даже не заметил как она вышла из кабинета и вернулась. Сухо поблагодарив ее я выпил черную, горько-сладкую жидкость обжигающую рот. Стало немного полегче. Нет у меня времени на то чтобы сидеть и думать обо всем этом. Мне работа нужна. И учиться хорошо. Я вдруг вспомнил зачем вообще пришел. Ю Сана спокойно выслушала меня. О том что мне нужна работа. Ей как раз нужен был ещё один помощник помимо Хан Суён. Из-за того что Ю Сана получила место в исследовательском проекте она больше не могла уделять столько же времени как и раньше студенческому центру. Документы я заполнил сразу. Девушка пообещала что завтра меня уже зачислят как ее помощника и я смогу приступить к работе. Вот и славно. Одной проблемой меньше. Но к сожалению пока что только одной.