Для нас никогда не поздно, милый

Юнги снова спал плохо, ворочался в постели всю ночь, занятый мыслями о том, как теперь все успеть, зато смог прикинуть свое финансовое положение — остатков сбережений должно хватить, чтобы заказать десяток куриц по интернету и продержаться еще как раз до конца месяца. А дальше они с Чимином выиграют конкурс, и Юнги сможет ненадолго забыть о проблеме с деньгами. Откуда-то он заразился уверенностью Чимина в победе. Но уже первая тренировка поколебала его оптимизм. Чимин решил не ждать и на следующий же день организовал им свободный класс в их школе, договорившись с Тэмином, что Юнги будет на законных основаниях отлынивать от своих рабочих обязанностей. Тренировку назначили на раннее утро, чтобы не мешать расписанию основных занятий. — Еще раз! — командным тоном произнес Чимин, и Юнги едва сдержал стон. Они были в зале уже неизвестно сколько времени. Тело Юнги перестало воспринимать команды мозга еще полчаса назад. Все эти простые на первый взгляд движения, оказывается, требовали невероятной координации, которой у Юнги просто не было. Один шаг вправо, три влево, поворот, прогиб… Какого черта у Чимина все выглядит так естественно, будто он родился с этими умениями? — Слушай, — выдохнул Юнги, когда в очередной раз споткнулся о собственную ногу, и Чимин милостиво позволил ему минуту передышки. — Может, я могу как-то иначе помочь? Сделать декорации? Или просто уговорю кого-то поталантливее станцевать с тобой? Чимин посмотрел на него таким пронзительным взглядом, что Юнги моментально пожалел о своих словах. В его глазах ясно читалось: «Не смей даже заикаться об этом, Мин Юнги», но вслух Чимин сказал другое: — Хорошо, давай попробуем кое-что попроще для тебя. Поддержки. В нашем номере будет несколько эффектных моментов, где ты должен будешь меня поднять. Юнги нервно сглотнул, для него это не звучало как что-то простое. — Сил тебе хватит, — Чимин окинул взглядом его руки. — Справишься. Главное — правильная техника. Он встал спиной к Юнги. — Положи руки мне на талию. Когда я скажу, поднимешь меня и сделаешь полуоборот вправо. Юнги осторожно положил руки на талию Чимина, чувствуя горячее тело под тканью футболки. Его ладони тут же вспотели, и он молился всем богам, чтобы Чимин этого не заметил. — Крепче давай, — скомандовал Чимин. — Я не сломаюсь. Юнги сжал руки сильнее. — Готов? Раз, два, три! На счет «три» Чимин подпрыгнул, помогая себе, а Юнги попытался его поднять. На мгновение всё получилось, но когда он начал поворачиваться, потерял равновесие, и они оба чуть не рухнули на пол. — Черт! — выругался Юнги, едва удержавшись на ногах и поставив Чимина. — Прости. — Ничего, — Чимин повернулся к нему. — Давай еще раз. Они пробовали снова и снова. Пару раз получилось неплохо, но чаще всего Юнги либо не успевал правильно поймать момент, либо терял равновесие при повороте. — Это точно проще? — осторожно поинтересовался он после десятой неудачной попытки. Чимин даже не задумался: — Для тебя проще. Всего-то требуется чуть-чуть помочь мне. Нам обязательно нужен этот элемент, и ты его сделаешь. — Ты со всеми своими учениками такой тиран? — запричитал альфа. Лицо Чимина вдруг оказалось непростительно близко, и он выдохнул Юнги почти в лицо: — Прекращай ныть. Может быть, это должно было звучать обидно, но то, как Чимин это произнес, скорее наводило на другие мысли. Но не успел Юнги что-либо толком осознать, омега уже отстранился, возвращая командный тон. — Смотри. Твоя проблема в том, что ты держишь неправильно, — Чимин подошел вплотную и взял руки Юнги в свои. — Держи крепко, но как что-то хрупкое, а не будто душишь кого-то. Он положил руку Юнги себе на талию и слегка нажал на его пальцы, показывая правильное давление. — Чувствуешь разницу? Ты должен поддерживать меня, а не тащить за собой. Юнги попытался запомнить это ощущение — крепкая, но бережная хватка. — Я… кажется, понял, — сказал он, глядя в глаза Чимину. Глубокие и теплые, вместе с ощущением чужой талии под пальцами они никак не давали Юнги сосредоточиться. — Давай попробуем еще, — сказал Чимин. На этот раз получилось лучше. Юнги все еще сбивался с ритма и иногда путал шаги, но его руки держали Чимина наконец так, как надо. К своему удивлению, он обнаружил, что поддержки даются ему гораздо проще, чем многие другие танцевальные движения. В моменте очередного удачного подъема Юнги случайно зацепил их отражение в зеркале. Он и не подозревал, что это выглядит так… впечатляюще. Чимин в его руках казался невесомым, его стройная фигура изгибалась с невероятной грацией, на несколько секунд точно зависая в воздухе, а потом плавно и бесшумно его ступни касались пола, но уже в нужной точке. — Для первого дня ты справился отлично, — сказал Чимин, высвобождаясь из объятий и бросая Юнги чистое полотенце. — Серьезно. — Теперь уже поздно меня жалеть, — прохрипел Юнги, съезжая по стеночке вниз. — Я видел, сколько раз ты успел поморщиться, пока объяснял мне все детали. — Это потому что ты делаешь все наоборот! — рассмеялся Чимин. — Но у тебя есть чувство ритма. Это главное. Остальному можно научиться. Омега опустился рядом на пол и достал из сумки пару бутылок с какой-то мутноватой жидкостью. — Что это? — спросил Юнги, принюхиваясь. — Домашний изотоник, — Чимин сделал глоток. — Немного лимонного сока, щепотка соли и совсем чуть-чуть меда. Помогает восстановить силы после тренировки. Пей давай! Юнги, поколебавшись, сделал глоток. Напиток был слегка кисловатым, с едва заметной сладостью и освежающим привкусом. — Неплохо, — признал он. Через открытую дверь зала донеслись детские голоса и смех. Юнги посмотрел в коридор и увидел группу детей, направляющихся в соседний зал. — О, это младшая группа Тэмина, — сказал Чимин, заметив его взгляд. Один из детей, увидев Чимина, радостно помахал ему, и тот помахал в ответ. Юнги узнал того самого рыжего омежку, что в прошлый раз искал ленточки перед выступлением. Дети скрылись в соседнем кабинете, а они вдвоем по-прежнему сидели на полу, просто переводя дух и отдыхая — и в этот момент Юнги понял, что ни о чем не жалеет. Даже если ему придется выставить себя дураком на сцене, даже если им не удастся выиграть — он все равно рад, что согласился. Даже те незначительные успехи, что были достигнуты сегодня, невероятно вдохновляли. Следующие недели пролетели в тяжелейшем ритме. Каждый день до или после укороченного графика работы в школе Юнги оставался на тренировки с Чимином. Если первые занятия были настоящим испытанием, то уже на третьем или четвертом дело пошло значительно лучше. Юнги никогда не стал бы профессиональным танцором, но чувство ритма, как и сказал Чимин, у него было неплохое, а главное — он умел слушать и быстро учился. Чимин поставил номер так, чтобы подчеркнуть свои сильные стороны и скрыть недостатки своего партнера. Просматривая короткие кусочки видео их танца, которые Чимин постоянно записывал себе на телефон, Юнги не мог не согласиться, что это порой выглядело очень впечатляюще и, может быть, даже самую чуточку профессионально? Репетиции становились всё интенсивнее, но Юнги, как ни странно, начал их ждать с нетерпением. Ему нравилось работать с Чимином — слушать, как тот терпеливо объясняет в десятый раз одно и тоже движение, а еще лучше смотреть, как светятся его глаза, когда у Юнги получается какой-то сложный элемент. Во время этих тренировок Юнги полностью забывал о своей куриной ферме и многих других великих идеях. Он растворялся в музыке, в последовательности движений, в присутствии Чимина рядом. Это было похоже на медитацию, свободу от бесконечного потока мыслей. Существование только здесь и сейчас. Свои романтические поползновения Юнги решил пока отложить, заключив, что Чимин вряд ли ищет отношений: тогда за ужином омега прямо сказал, что они просто друзья. Юнги было комфортно с Чимином сейчас. И он хотел сделать для омеги просто что-то хорошее, а подкатывать яйца, пользуясь ситуацией и знаниями о всей предыстории этого парня, теперь казалось каким-то слишком подлым. Что поделать, Юнги был романтиком. Хотя Чимин тоже был не так прост. За омегой Юнги частенько замечал и флирт, и странные взгляды, и случайные прикосновения, но пока что мозг альфы отказывался интерпретировать эти двойные сигналы. На приеме у психотерапевта Юнги немного боялся рассказывать про танцы, полагая, что доктор воспримет это как очередную вредную авантюру. Но, к его удивлению, тот вполне благосклонно отнесся к этому начинанию, даже посетовал, что не сможет быть на конкурсе. А вот к идее с куриной фермой Хван отнесся с изрядным скептицизмом, напомнив Юнги в очередной раз лишь о том, что необходимо вести дневник сна. Сегодня была суббота, и они с Чимином репетировали уже больше двух часов. Юнги как раз повторял свою сольную часть связки под бдительным наблюдением Чимина, когда заметил, что в дверях стоит кто-то очень хорошо знакомый. Ким Сокджин. Юнги моментально напрягся. — О, Джинни! — воскликнул Чимин, заметив гостя. — Когда ты приехал? — Пару минут назад, — ответил Сокджин, тепло улыбнувшись кузену. Затем его взгляд скользнул по Юнги и тут же вернулся к Чимину, словно альфы и не существовало в комнате. — Репетируете к конкурсу? — Да, мы уже почти готовы, — Чимин энергично кивнул, искоса поглядывая на напряженного Юнги. — Вы же с Джуни приедете поболеть? — Конечно. Мы не можем такое пропустить. Юнги изрядно удивился, что после той ссоры за ужином Сокджин с Чимином вообще разговаривают, да еще и вполне дружелюбно. Насколько он успел узнать характеры обоих омег, ни одного из них нельзя было назвать особенно отходчивым. — Будем ждать, что вы нам приготовили, — произнес Сокджин. — Скажи, Тэмин у себя? — Наверное, — пожал плечами Чимин. Сокджин коротко кивнул и уже собирался уйти. — У вас действительно неплохо получается, — сказал он, и Юнги с удивлением понял, что Сокджин наблюдал за ними дольше, чем показал вначале. Чимин буквально просиял от одобрения, и Юнги невольно улыбнулся, глядя на него. Что бы ни думал о нем Сокджин, ясно одно: уверенность Чимина в своем родственнике не очередная пустышка: на этот раз о нем заботятся по-настоящему, в меру своих представлений, конечно. Когда Сокджин ушел, Чимин и Юнги устало опустились на пол, прислонившись спинами к зеркалу. — Что они там обсуждают? — спросил Юнги, вытирая взмокшую шею полотенцем. — Скорее всего, снова пытаются найти способ спасти школу, — вздохнул Чимин. — Но я скептически отношусь к их усилиям. — Всё так плохо? — Комиссия по пересмотру решения о сносе требует кучу бумаг и проверок, а у Тэмина нет связей наверху. Так что… Бесполезно всё это. — Чимин пожал плечами. Юнги нахмурился, ловя себя на мысли, что что-то здесь не сходится. Почему Чимин так равнодушно об этом говорит? За эти недели Юнги успел заметить, как загораются глаза омеги, когда он говорит о школе. Да и пессимистом Чимина едва ли бы кто назвал, так откуда такие упаднические настроения? — Ладно, у нас с тобой еще одно дело сегодня. — Дело? — удивился Юнги. — Мы должны заказать костюмы, — решительно заявил Чимин. — Что? — Юнги поперхнулся водой. — У меня же работа сегодня… — Я уже отпросил тебя у Тэмина. До сааамого вечера! — ухмыльнулся Чимин. — Мы едем на примерку. Юнги обиженно нахохлился, и Чимин с каким-то садистским удовольствием похлопал его по плечу. — Не переживай, я буду рядом. Юнги подумал, что эти слова вовсе не вселяют спокойствие, особенно если учитывать тон, которым они произнесены.

***

Портной снимал с Юнги мерки, а тот стоял, вытянувшись в струнку, и чувствовал себя крайне некомфортно. Особенно когда увидел модели этих обтягивающих бальных штанов. В них же будет тесно в самых неподходящих местах! Тут не то что танцевать, в них и ходить — настоящее издевательство! — Не дергайтесь, пожалуйста, — строго сказал портной, обхватывая сантиметром его бедра. Чимин сидел в кресле и с явным удовольствием наблюдал за мучениями Юнги. — Я думаю, бело-голубой будет отлично смотреться, — сказал он портному. — И обязательно хорошая эластичная ткань, чтобы не сковывала движения. — Разумеется, — кивнул портной. — А насчет себя вы уже решили? — Да, тот вариант черный с серебром и с прозрачной вставкой на спине, — ответил Чимин, доставая со стойки какой-то эскиз, который Юнги не мог разглядеть. — А мне прозрачные вставки тоже будут? — с легкой паникой спросил Юнги. — Тебе — нет, — оскалился Чимин, — но будет обтягивающая жилетка, которая подчеркнет твои плечи. Юнги представил себя в этом наряде и чуть не застонал вслух. Он уже ощущал, как эта жилетка будет врезаться ему в подмышки при каждом движении. Но с другой стороны, это ради Чимина. И ради денег тоже, конечно. Так что надо терпеть. Наконец пытка закончилась, и портной отпустил Юнги, заверив, что костюмы будут готовы через три дня. — Не так уж и страшно было, правда? — спросил очень довольный Чимин, когда они вышли на улицу. — Ну как сказать, — буркнул Юнги. — Всегда ненавидел эти примерки. Мой бывший постоянно таскал меня по магазинам. — О, правда? — улыбка Чимина моментально сделалась пластиковой и недоброй. — Это хорошо. Юнги моментально ощутил холодок и интуитивно почувствовал, что требуется срочно как-то загладить момент, хотя и сам не понимал, что конкретно сказал не так. — Слушай… — начал он неуверенно. — Не хочешь сегодня вечером куда-нибудь сходить? Выпить, может? Чимин молчал. Они медленно шли к его машине, и Юнги уже начал думать, что тот не расслышал его или просто решил проигнорировать. Юнги уже открыл рот, чтобы перевести тему, но неожиданно Чимин подал голос: — На свидание, что ли? — и посмотрел на Юнги так внимательно. Альфа замер, не зная, как правильно ответить. Минное поле. Серьезно. — Да нет. Почему сразу? Я имел в виду как друзья… — Как друзья? — омега сморщил нос, словно Юнги ему предложил что-то идиотское, вроде открыть маленькое похоронное бюро. — Ну да, — неловко ответил альфа. — Просто… отметить наш прогресс. — Хорошо. — Тогда встретимся у Джихека в восемь? — Конечно. Договорились, — кивнул Чимин, но что-то в его тоне заставило Юнги напрячься. Он сказал что-то не то? Вроде и флиртует с ним Чимин постоянно, и в то же время особо близко не подпускает. Чего он хочет? Юнги мысленно махнул рукой. Разберется со всем вечером. Если вообще есть в чем разбираться.

***

В бар Юнги пришёл раньше, сжимая в руках небольшой букет роз. Он уже жалел о том, что вообще купил их. Он же сказал, что это не свидание, так что Чимин, скорее всего, просто поднимет его на смех. Юнги сел за столик в углу, заказал пиво и начал ждать, нервно постукивая пальцами по столу. Пока ждал Чимина, он несколько раз порывался встать и выкинуть злополучный букет в урну в туалете. Но что-то останавливало. Когда до восьми часов оставалось всего пара минут, Юнги услышал знакомый голос: — Юнги? Мин Юнги, это правда ты? Юнги поднял глаза и замер. Перед ним стоял его бывший муж (всё-таки Ёнджун его звали, тут же вспомнил Юнги), омега, с которым они расстались три года назад, примерно сразу после того, как жизнь Юнги окончательно покатилась под откос. — Ёнджун, — выдохнул Юнги, не веря своим глазам. — Какого чёрта ты здесь делаешь? Бывший муж выглядел почти таким же, каким Юнги его помнил, разве что добавились немного усталые круги под глазами. Юнги сразу заметил, что на омеге были те самые памятные фамильные серьги, доставшиеся ему от дедушки, которые Ёнджун всегда нещадно ненавидел и надевал только на семейные торжества, возмущаясь об этой необходимости на всю квартиру. Омега вообще не любил носить одни и те же украшения подолгу, всё время выпрашивая у Юнги новые и новые подарки. И альфа, конечно, покупал. Ну, когда у него были на это деньги, разумеется. — Я вернулся в город, — сказал он, а потом спохватился. — Но так, на пару недель… Знаешь, родителей навестить. А у тебя как дела? Слышал, были какие-то проблемы? — Были, — коротко ответил Юнги. — Сейчас всё в порядке. — Рад слышать, — Ёнджун подался вперёд. — Ты отлично выглядишь, Юнги. Даже лучше, чем раньше. «Ага, ничто так не красит человека, как принудительная терапия и общественные работы», — подумал альфа, но вслух лишь сказал: «Спасибо». — Где сейчас работаешь? — покружив бокал в руке, как бы невзначай поинтересовался Ёнджун. — У меня своя ферма, — нехотя поделился Юнги, чувствуя, как какое-то нехорошее предчувствие забралось под кожу. — Правда? — искренне удивился Ёнджун, а потом улыбнулся кокетливо. — Очень не похоже на тебя. Юнги пожал плечами, мол, кто знает. Он сам давно не рассуждал о таких вещах: что похоже на него, а что нет. С тех пор как они с Ёнджуном что-то значили друг для друга, Юнги успел переобуть столько ботинок, что он уже наверняка по всем разумным законам мог считаться другим человеком. — Знаешь, я часто думал о тебе. Хотел извиниться, — неожиданно признался Ёнджун, и в его глазах просквозила печаль. — Жалко, что мы так некрасиво расстались… Юнги смотрел на бывшего мужа с лёгким недоумением. Ёнджун никогда не был особо сентиментальным, чтобы вот так вспоминать прошлое и сетовать, что их жизни разошлись, как в море корабли. Сейчас, глядя на него, Юнги не испытывал ничего, кроме отдаленной ностальгии и смутного подозрения, что за этим внезапным появлением что-то кроется. В этот самый момент Юнги почувствовал, как кто-то подходит к их столику, и поднял глаза. Чимин смотрел прямо на них двоих, и выражение его лица напоминало прекрасную фарфоровую маску, готовую в любой момент расколоться и обнажить настоящие эмоции. Глаза его смотрели с такой холодной яростью, что Юнги почти физически ощутил, как температура в баре упала на несколько градусов. «Вот это вовремя», — подумал Юнги. — О, ты уже здесь, — произнёс Чимин с улыбкой, от которой у Юнги мурашки пробежали по спине. — А я, кажется, помешал. Не дожидаясь приглашения, Чимин отодвинул стул и сел рядом с Юнги, почти вплотную, положив руку на спинку его стула. — Чимин, это… — начал Юнги, но Чимин перебил его. — Я прекрасно вижу, кто это, — он смерил Ёнджуна оценивающим взглядом. — Ёнджун, бывший муж, — представился омега с обворожительной улыбкой, явно не осознавая, на какой тонкий лёд ступает. — А ты, должно быть…? Я, кажется, тебя помню! — Всего лишь партнер по танцам, — сладко улыбнулся Чимин. Ёнджун выглядел удивленным. — Как мило, — сказал он. — Никогда бы не подумал, что кто-то способен заставить Юнги танцевать! — а потом он умудрился еще и лукаво подмигнуть Юнги. — Ты полон сюрпризов, Юнги-я! Я уже и правда жалею, что нам пришлось расстаться, — поиграл он бровями. Чимин улыбнулся широко, а Юнги буквально услышал, как скрипят его зубы. Это была улыбка хищника, который выбирает между шеей и яремной веной своей жертвы. Казалось, ещё мгновение — и вместо зубного скрежета все услышат хруст костей. — Вот как? — Чимин подался вперёд. — Жалеешь, что ты бросил его в самый трудный момент? — В смысле? — Ёнджуну потребовалась пара секунд, чтобы с его лица сошла улыбка при осознании, что ему только что нагрубили. — Что ты такое несешь? Ты ничего не знаешь о наших отношениях. — М? — невинно поднял брови Чимин. — Расскажи. Люблю слушать истории о Большой любви. Юнги смотрел на Чимина, не веря своим ушам. Почему тот так взъелся? Для самого Юнги это давно перестало быть болезненным вопросом. Если он и сокрушался по бывшему, то это было давно и весьма недолго. А Чимин тут буквально готов был перегрызть Ёнджуну глотку. В памяти мгновенно всплыла история с ножом… Погодите-ка. Неужели Чимин ревнует его? Юнги не успел осознать ситуацию прежде, чем Ёнджун заговорил. — Ты что-то ему обо мне наговорил? — Нет, — быстро ответил Юнги. — Мне не нужно, чтобы он рассказывал, — перебил Чимин. — У нас городок тесноватый, если ты не забыл. Я и так всё про вас знаю. Что, в Сеуле не сложилось, решил вернуться к старым связям? Или деньги закончились, и ты подумал, что Юнги можно снова использовать? — Ты не знаешь, о чём говоришь, — снова повторил Ёнджун голосом, срывающимся на возмущённый всхлип. — Мы с Юнги были женаты. Какое право ты имеешь тут наезжать на меня? Партнер по танцам? Юнги видел, как Чимин постепенно теряет самообладание, как пальцы его сжимаются и разжимаются. И в этот момент Юнги испугался — не за Ёнджуна, а за Чимина. За то, что тот сейчас сделает что-то, о чём потом будет жалеть. За то, что все последствия, вся ответственность и вся боль потом лягут на его хрупкие плечи. — Так, достаточно, — Юнги резко встал, схватил Чимина за руку и практически потащил к выходу. — Ёнджун, прости, но нам с Чимином надо поговорить. — Пожалуйста, — поджал губы Ёнджун. — Куда ты меня тащишь?! — Чимин вырывался, как дикий кот, голос его разносился по всему бару, привлекая внимание посетителей. — Отпусти меня сейчас же! Юнги! Мать твою! Юнги продолжал тащить его к выходу, стараясь не обращать внимания на взгляды. Они вывалились на улицу, где Юнги наконец отвёл Чимина в сторону, подальше от входа. Тот в итоге высвободился и смотрел на него с такой яростью, что казалось, воздух между ними вот-вот вспыхнет. — Отпусти меня! — Отпустил уже! Успокойся! — Успокоиться? Какого чёрта?! Я прихожу, а ты тут путаешься со своим бывшим?! — Чимин дрожащими пальцами начал шарить по карманам в поисках зажигалки. — Он просто подсел ко мне! — возмутился Юнги. Альфа предложил свою зажигалку, но Чимин оттолкнул руку и наконец нащупал свою в глубине сумки. — И сразу полез чуть ли не обниматься, да? — Чимин нервно подкурил сигарету дрожащими пальцами. — Или уже руку на колено положил? Может, вы уже обсудили, где встретитесь потом, чтобы вспомнить старые добрые времена?! — Чимин… — Да пошёл ты! — Чимин глубоко выдохнул дым. — Развлекайся, как хочешь. Можешь хоть со всеми своими бывшими перетрахаться! Он резко развернулся, затушив бычок о соседнюю урну, и быстрым шагом пошёл прочь, а Юнги бросился за ним. — Чимин! Стой! — крикнул он. Омега чуть ли не перешел на бег. — Чимин! — почти рыкнул Юнги, чувствуя, как и сам начинает заводиться. — Какого вообще хрена ты устраиваешь сцену? Мы же просто друзья, так? — Друзья? — Чимин развернулся и рассмеялся налетевшему на него Юнги прямо в лицо. — Да, конечно, просто друзья. И поэтому ты пригласил меня выпить, поэтому смотришь на меня так во время репетиций, поэтому… — Как я на тебя смотрю?! — Как будто хочешь меня! — выпалил Чимин, и его лицо некрасиво исказилось вызывающе и зло. — Как будто думаешь обо мне, когда ложишься спать! Но при этом ты, блядь, сидишь там с этим… с этим… Юнги смотрел на Чимина, и внутри него всё кипело, словно в перегретом котле: злость на дурацкую ситуацию, раздражение от беспочвенных обвинений, отчаяние от мысли, что Чимин сейчас просто уйдёт. И в то же время он чувствовал почти детское ликование от мысли, что Чимин ревнует, а значит, хочет его так же сильно. Юнги чувствовал, как его ведёт от одного взгляда на эти искажённые яростью черты, на эти сейчас стиснутые губы, которые он мечтал целовать с первой же их встречи. Чимин стоял перед ним — комок нервов, сгусток эмоций, бушующий ураган в человеческом теле — и Юнги хотел броситься в самый его эпицентр. — Минни, — тихо позвал Юнги. — Я и правда думаю о тебе, когда ложусь спать. Или даже, наверное, каждую грёбаную минуту, я… Он не закончил. Чимин шагнул вперёд, схватил его за воротник куртки и яростно поцеловал. Юнги на мгновение застыл от неожиданности, а потом ответил, обнимая Чимина за талию и притягивая ближе. Несмотря на страсть, с которой сплетались их руки и губы, Юнги не ощущал волнения или потрясения, а скорее что-то вроде облегчения. Как будто он ждал этого очень давно. Когда они оторвались друг от друга, тяжело дыша, Чимин посмотрел Юнги прямо в глаза. — Юнги-я, — сказал он, и в его голосе была угроза и обещание одновременно, — если бы ты был моим альфой, так легко бы не отделался. Юнги замер. Эта фраза… Она звучала так знакомо. Как будто он уже слышал её раньше. — Можно? — тихо спросил он. — Что? — Чимин наклонил голову. — Можно я им буду? — Юнги осторожно коснулся его щеки. — Твоим альфой? Чимин смотрел на него долго, изучающе. — Ты точно этого хочешь? — наконец спросил он. — Со всеми вытекающими? — Чимин в непонятном жесте обвел окружающее его пространство, словно указывая на все те проблемы и сложности, которые он нёс с собой. — Да, — просто ответил Юнги. — Хорошо, — Чимин кивнул, и Юнги на секунду показалось, будто что-то заблестело в уголках его глаз, — тогда я ненавижу розы. Белые еще куда ни шло, но лучше лилии, — Юнги только сейчас понял, что все еще сжимает изрядно потрепанный букет красных роз, которые он собирался преподнести Чимину. На секунду после этого Юнги растерялся, но омега сам забрал букет из рук альфы, его губы растянулись в улыбке, способной осветить весь их городишко, и он потянулся за очередным поцелуем.