«На радость и печаль, по воле рока,
Два друга, две любви владеют мной:
Мужчина светлокудрый, светлоокий
И женщина, в чьих взорах мрак ночной.
Чтобы меня низвергнуть в ад кромешный,
Стремится демон ангела прельстить,
Увлечь его своей красою грешной
И в дьявола соблазном превратить.
Не знаю я, следя за их борьбою,
Кто победит, но доброго не жду.
Мои друзья — друзья между собою,
И я боюсь, что ангел мой в аду.
Но там ли он, — об этом знать я буду,
Когда извергнут будет он оттуда»
(Сонет 144)
В комнате Люцифера царил хаос, который он сам предпочитал называть «творческим беспорядком». Стол был завален эскизами. Некоторые были безупречно детальными, другие больше напоминали каракули безумца. Сам Люцифер, от усердия высунув кончик языка, с маниакальным блеском в глазах завершал очередной рисунок. Он мечтал о совершенной трости: изящной, но прочной; сдержанной, но роскошной; и, конечно, подходящей к микрофону. Он кропотливо выводил мелкие завитки, придавая им форму рогов. — Тук-тук! Люцифер вздрогнул, моментально сгребая всё в ящик стола. Посреди комнаты стоял Аластор. — О… Э…ха-ха! Снова ты. Тебя что, не учили стучать?! — Я же сказал: тук-тук! Аластор приблизился, склонив голову. — Вижу, Вы очень заняты. — Просто… кое над чем работаю. Ничего интересного! Он бросил взгляд на пол и с ужасом заметил обронённый эскиз. Аластор наклонился, подобрал его, внимательно прищурившись… Люцифер метнул огонь, и бумага рассыпалась пеплом прямо у Аластора перед носом. Тот медленно поднял голову. — Что ж! (Люцифер сглотнул). Если не хотите делиться, настаивать не стану. С этими словами он резко развернулся, оскорблённо щёлкнул туфлями и исчез в тень. — Ох… Чёрт. Люцифер выдохнул, вытирая пот со лба. Последнее, что ему нужно — чтобы Аластор узнал о его "проекте". Да и сам Люцифер не вполне понимал, зачем так усердствует над этой тростью. Какой в этом смысл? Король Ада, занятый созданием безделушки для… для… Он запнулся, подыскивая слово. Для радио-демона. Для самодовольного ублюдка с чеширской ухмылкой. Для… Аластора. И вот тут-то и крылась проблема. Дело было не в трости. И даже не в голосе Аластора (который, надо признать, звучал… неплохо). В Люцифере пробуждалось странное, давно забытое чувство. Желание… Порадовать кого-то? Он оглядел комнату: разбросанные эскизы, инструменты, утки. Аластор вносил хаос в его жизнь. Чего уж таить — он был его источником. Люцифер снова посмотрел на стол и вынул из ящика последний эскиз: трость из красного дерева с резным узором на рукояти и креплением для микрофона в виде изогнутых рогов. И… он вдруг представил, как Аластор держит её, а его губы трогает лёгкая улыбка, так не похожая на обычный оскал. Нужно прекратить это безумие. Просто дать ему поправиться и уйти. Нужно… Люцифер вздохнул и достал из ящика чистый лист бумаги.***
— Итак, ты думаешь, что папочка-король… что, типа, продал Аластору душу? Вегги беспокойно мерила шагами комнату. Энджел сидел на диванчике, потягивая содовую. — Он сказал, что это была клятва на… — она выдохнула. — Мизинчиках. Энджел поперхнулся, закашлялся и захлопал себя по груди. Вегги с размаху ударила его по спине. — а-КХА! Прости, что?! Я правильно расслышал? — Слушай, я сама не знаю, что происходит… Но боюсь, Люцифер может быть в опасности. — Вегги решительно сжала кулак. — Мы должны рассказать Чарли. Энджел поставил банку и задумчиво сложил руки за головой. — Не надо. — Что?! Но почему?.. — Знаешь, принцессе и так сейчас нелегко. Пару дней назад я буквально застал её в истерике. Просто не хочу, чтобы из-за Красноглазки она переживала ещё больше. Вегги недоверчиво взглянула на него. — Но Чарли должна знать! Это же её отец! — Хм-м… давай попробуем другой подход? Как насчёт… — Энджел постучал по подбородку. — О! Спросим у Хаска! Он же сам в сделке с этим радио-чудиком. Может, он что-то знает. — Хаск? Ты серьёзно? И потом… разве мы не должны быть честны с Чарли? — Да-да, — Энджел закатил глаза, — тренинги на доверие, вся фигня… Но это же временная мера, детка! Вегги сжала переносицу. Не хотелось давать Чарли ещё больше поводов для беспокойства. Она глубоко вдохнула. — Ладно. Но если Хаск нам не поможет, мы сразу же идём к Чарли, ясно? — Как штык, красотка, — подмигнул Энджел. — А тепер-р-рь… Пора найти моего любимого котика-бармена!***
Аластор снова стоял перед зеркалом в ванной комнате. В тусклом свете его алые глаза казались шире, опаснее. В отражении позади него мелькнула тень, его верный спутник. Теперь, когда силы частично вернулись, она снова была рядом. Он медленно повернулся. Кончик хвоста вилял, выдавая лёгкое беспокойство. Шрам заметно уменьшился. Теперь это была лишь розовая полоса, едва проступающая сквозь мех. Неидеально, но лучше, чем было. Его взгляд упал на шкафчик, где лежал гребень Лилит. Он достал его. В голову закралась мысль… «Может, стоило вернуть его Люциферу?» Аластор машинально обвёл пальцами цветочный узор. Странное чувство. Словно он касался чьего-то прошлого. Он часто замечал тоску в глазах Люцифера. Но что за ней скрывалось? Что на самом деле произошло между королём и королевой Ада? И почему Люцифер отдалился от Чарли? Аластор положил гребень в карман и в последний раз взглянул на своё отражение, поправив ворот рубашки.***
Хаск чинил дыру в крыше. В уголке его рта мелькала сигарета. Вокруг бегала Ниффти с молотком и веером гвоздей в руках. Её глаз сиял безумным огнём. Она заметила таракана, ползущего по лапе Хаска. Замерла. Зрачок становился шире, шире… — ТАРАКАН! — завопила она и ударила по лапе. — Ай! — взревел Хаск. — Ты что творишь, мелкая засранка?! — Я хотела его убить! — Ниффти указала на раздавленного таракана. — Он был таким грязным! Хаск застонал. Ремонт грозил затянуться навечно. Внизу появился Энджел Даст, кокетливо взмахивая ресницами. — Пр-р-ивет, котик, — промурлыкал он, махая Хаску. — Что это ты там делаешь, м-м? Крышу латаешь? Такой рукастый… Может, помочь? Хаск закатил глаза. — Только тебя мне здесь не хватало. Иди отсюда, пока не прибил. Вегги шагнула вперёд, отодвинув недовольного Энджела. — Энджел, сейчас не время. Хаск, нам нужна твоя помощь. — Ну что ещё? — Мне кажется, Аластор что-то затевает. Он заключил сделку с Люцифером. Кошачьи уши дёрнулись. Хаск медленно поднял голову. — Так это правда?.. — Боюсь, что да. — Хм-м… вот чёрт. Он спрыгнул с крыши, ловко приземлившись на ноги. Сигарета выпала из уголка рта. — Какого рода сделку? — Без понятия. Но мне это не нравится. Аластор не заключает сделок просто так. — Мне ли не знать. Вегги встревоженно наклонила голову, но Хаск замолчал, глядя в пустоту. Вегги терпеливо ждала. И он неохотно заговорил: — Я… задолжал ему. Очень давно. Аластор из всего старается извлечь выгоду. И теперь, если он когда-нибудь позовёт меня, я должен прийти. Иначе… Хаск вдавил окурок в землю. — Не хочу проверять, что будет иначе. — Нам нужно знать, что задумал Аластор, прежде чем с королём что-то случилось. Я предлагаю проследить за ними. Хаск скривился. — Проследить за Аластором?! Да это же самоубийство! Энджел мгновенно оживился. — Значит, собираем команду по шпионажу? Я в деле! Можем назваться… «супер-шпионы»! Или… — его рука описала дугу, — о, как вам такое: «Ангелы Чарли»! Взгляд Вегги заткнул его. — Ладно, без названий. Энджел протянул руку. Вегги накрыла руку Энджела своей. Хаск вздохнул и положил свою лапу поверх. — Чёрт… Почему я вообще на это соглашаюсь?.. К ним подбежала Ниффти, хлопая в ладоши. — Я тоже! Я тоже хочу шпионить! Она попыталась положить свою руку сверху, но Вегги остановила её. — Ниффти, ты остаёшься здесь. Кто-то должен следить за порядком и помогать Чарли. Ниффти опустила голову, разочарованно шаркая ногами. — Оу… Ладно.. Энджел похлопал её по голове. — Не кисни, Ниф! Ты — наш тыл. Будешь сообщать об обстановке в отеле. Вегги оглядела собравшуюся команду. В её глазах горел решительный огонь. — Хорошо. Тогда выдвигаемся! Хаск кивнул. — Посмотрим, какие козыри босс спрятал в рукаве.***
Погода портилась. Тучи сгущались, заволакивая свод небес тёмным покрывалом. Аластор оттачивал телепортацию. Он уже неплохо ориентировался во дворце и хитросплетении его комнат. Стоило только закрыть глаза — и он уже был в желаемом месте. Прямо как раньше. Тени окутали Аластора и перенесли в библиотеку. Аластор невольно замер. За столом, где он обычно составлял письма для Чарли и Рози, сидел Люцифер. Он покусывал кончик пера, взъерошивал волосы, постукивал по столу… Словно взвинченная пружинка. Едва Аластор показался, тот спрятал все бумаги. «Опять?..» — Славный вечер, не правда ли? Люцифер поднял голову. — Что ты тут забыл? — Проходил мимо. Увидел жалкое создание. Мне продолжать?.. Люцифер равнодушно закатил глаза. — Что-то я не заметил здесь зеркал. — Может, Вас подводит зрение? — Оставь остроты для своего радио-стендапа. — Это радио-ШОУ! — оскалился Аластор. — Стендапом занимается мой нелестный соперник. Хотя в его телепередачах нет ни капли достойного юмора, чтобы заслужить даже такое название. — Да-да, как скажешь, — Люцифер угрюмо опустил голову. Аластор моргнул. Обычно он язвил в ответ, или выходил из себя, или… что угодно, только не этот взгляд. — И что же повергло Его Величество в столь глубокую меланхолию? — Не твоё дело. — Всё, что происходит вокруг меня — моё дело! — он развёл руками. — Да и как можно остаться равнодушным, видя короля Ада в таком состоянии? Он украдкой огляделся и достал небольшой предмет из кармана. — Возможно, это Вас немного взбодрит. Он положил гребень на стол. Люцифер даже не взглянул на него. — Что это? — Занятная вещица. Думаю, она принадлежала... кое-кому, кого Вы знали. Люцифер резко поднял голову. Вся усталость исчезла. Он протянул руку и осторожно взял гребень, проведя по искусному узору. В библиотеке воцарилась тишина. Наконец Люцифер прошептал: — Где ты его достал? Аластор наклонил голову. — Расскажите, что Вас тревожит. И я расскажу, как гребень оказался у меня. Люцифер вскинул бровь. — Это что, сделка? — Не сделка. Просто... маленькое обещание. — Ты действительно думаешь, что я, — он ткнул пальцем в грудь, — буду сидеть и изливать тут душу … кому, тебе?! Аластор пожал плечами. — Обстоятельства вынуждают, полагаю! Вы же хотите его вернуть? — Эй, фактически он и так… — И к тому же, разве беседа с кем-то умным — не отличный способ провести время? Люцифер фыркнул. — Ты, самодовольный… Ладно. Твоя взяла. Он смотрел в пустоту, сжимая гребень. — Это… из-за Лилит. Имя упало в тишину библиотеки, словно разбившийся бокал. Аластор замер. — Лилит? И что же стало с королевой? Люцифер мрачно усмехнулся. — Если бы я знал. Её давно нет, но иногда, знаешь… Она будто здесь. — Люцифер обвёл комнату руками. — В каждом предмете, в каждом звуке… Он встал, расправив пиджак. — Однажды она просто ушла. Бросив меня, — он загнул палец, — Ад, Пандемониум… Прежде чем загнуть четвёртый, он задержал взгляд на кольце. — И Чарли. Аластор следовал за ним, пока они бродили между стеллажами. Голос Люцифера эхом раздавался в огромном зале. — Если честно… — Люцифер остановился у окна. За ним бушевала гроза. Деревья гнулись под яростными порывами ветра, молнии рвали небо, сопровождаемые раскатами грома. — Иногда мне кажется, что я сам виноват в её уходе. Слишком давил, слишком стремился всё контролировать. — И что же было потом? — Я… не знаю. В одно утро я проснулся и обнаружил, что её нет. Просто исчезла. Ни записки, ни прощального слова. Ни следа. Аластор нахмурился. — Совсем ничего? Люцифер покачал головой. — Только этот гребень, — он крепко сжал его. — Она никогда с ним не расставалась. Это был её талисман. Люцифер опустил голову. — А теперь её нет. Есть только я. БАХ. Сгорбленную фигуру осветила вспышка молнии. Аластору стало не по себе. Во всём моменте была какая-то глубина, боль, которую он не мог понять. Слишком искренне, слишком открыто. Тишина в библиотеке была почти осязаемой. Люцифер взмахнул рукой. Воздух вокруг замерцал золотым светом, искры сгущались, принимая очертания женской фигуры. В мгновение ока перед ними возникла Лилит, сотканная из чистой магии и воспоминаний. Такая же прекрасная, как её описывал Люцифер. Люцифер смотрел на её образ с нескрываемой тоской. В его глазах была нежность, боль и… вина. Аластор молча наблюдал, сохраняя свою неизменную улыбку. Но что-то внутри него дрогнуло. Люцифер сжал кулак, и образ Лилит рассыпался в золотых искрах, оседая на пол, словно конфетти. Тишина в библиотеке стала оглушительной. Люцифер тяжело дышал, сжимая кулак до побелевших костяшек. Аластор небрежно кашлянул. — Что ж... С глаз долой, из сердца вон, как говорят. Он замолчал, выжидающе глядя на Люцифера. Словно очнувшись, тот встрепенулся. — Я... не знаю, что на меня... не стоило вообще… Аластор неспешно обошёл стол. Люцифер, подперев лицо ладонью, ссутулился на стуле. — Ну и ну. Не думал, что с годами можно впасть в такую сентиментальность. — Прошу прощения?! — Признаться, не ожидал увидеть, как король Ада предается ностальгии. Обычно это удел смертных. Может, Вам пора в отпуск? Люцифер поднял голову, и Аластор поразился перемене в его взгляде. Скорбь исчезла, уступив место странному блеску. Он даже сказал бы… озорному? Люцифер резко взмахнул рукой, и в Аластора полетело что-то яркое. Он отпрянул в сторону, чудом избежав удара. — Это ещё что?! — Проверка на прочность, — Люцифер усмехнулся. — Тебе, я вижу, не терпится размяться, раз уж так чешешь языком. И тот без промедления принял бой. — Ну что ж, Ваше Величество, — хищно ухмыльнулся Аластор. — Раз Вы настаиваете…***
Люцифер взмыл в воздух, сгущая ослепительно-золотой шар. — А как тебе ТАКОЕ? Аластор растворился в тенях, и золотая энергия врезалась в пустоту. Радио-демон возник в паре метров от Люцифера. Его глаза полыхали алым, с лица не сходила ухмылка. — Ха, неплохие спецэффекты! Люцифер фыркнул, уходя в пике, прочь от теневых отростков. — Спецэффекты? Это ангельская мощь! Хотя куда тебе, с твоими-то жалкими трюками? Он уже поднимал руку для второго залпа... Но Аластор остановился. Он просто опустился на землю, скрестив руки на груди. — Хм-м. Возможно, Вы и правы. Повторить такое я вряд ли смогу. Но вот изучить… — Аластор наклонил голову. — Ваша сила… весьма любопытна. А я ценю разнообразие в своём репертуаре. Люцифер приземлился, сокращая боевую дистанцию. — Скажите мне, Ваше Величество, — Аластор понизил голос, — эта сила… она требует божественного происхождения, или её можно освоить? Люцифер недоумённо моргнул. — Ты это к чему? — Хм-м… Да так. — Аластор разглядывал свои когти с таинственной улыбкой. — В конце концов, я всегда считал, что лучший способ контролировать врага — это научиться играть его же инструментами. Люцифер застыл. — Стоп. Стоп-стоп... Ты… Ты что, просишь тебя научить?! — Он рассмеялся. — Ты, радио-демон, просишь научить тебя ангельской силе? Ты с ума сошёл? — Я абсолютно серьёзен, Люцифер, — он стоял неподвижно, и без радиопомех его голос был необычайно ровным и твёрдым. — Научите меня ангельской магии. Люцифер вытер слезу, вглядываясь в глаза демона в поисках фальши или подвоха. Но Аластор был серьёзен. — Не думаю, что ты справишься, — скептически сказал он. — Моя магия — это не какие-то там бульварные фокусы. — Уверен, что под Вашим, м-м… чутким руководством я научусь в два счёта! Люцифер закатил глаза. Это было нелепо, опасно — да и зачем ему вообще заниматься такой глупостью? С другой стороны… Что, если научить демона ангельской магии? Не схлопнутся же Небеса, в конце концов. — Ладно, — он наклонился, и их лица снова оказались в опасной близости. — Я согласен. Но только потому, что хочу увидеть, как ты будешь корчиться, когда не сможешь призвать что-то сложнее своей дурацкой тени. Аластор улыбнулся и протянул руку… — Никаких. Сделок. Улыбка дёрнулась. — Что ж, прекрасно! Итак, с чего начнём? — С азов. Попробуй-ка призвать… вот это! Он ткнул пальцем в воздух — пространство окутало сияние, и перед ними возникла… Уточка. Люцифер гордо поклонился. — Вы серьёзно. — Абсолютно! Это простейшая форма ангельской энергии, между прочим! Попробуй скопировать. Аластор фыркнул, но сосредоточился. Он слегка прикрыл глаза. Рядом с уткой вспыхнуло зловещее пламя, быстро угасло, оставив дымящийся след, и… Люцифер прыснул со смеху. — ЗЕЛЁНЫЙ?! Аха-ха… Ха… Ой, Боже… Ты даже цвет не смог повторить!.. Рядом с дружелюбно улыбающейся жёлтой уткой зловеще скалилась тёмно-зелёная. Аластор проигнорировал его, озадаченно разглядывая своё творение. — Странно, — пробормотал он. — Моя демоническая природа, очевидно, создаёт помехи. — Или ты просто слишком безнадёжный ученик, — весело заметил Люцифер. — Давай, попробуй ещё. И сосредоточься. Представь что-нибудь яркое. Аластор снова поднял руку и закрыл глаза. И на этот раз, когда он открыл их, на кончиках пальцев замерцал крошечный, едва заметный золотой проблеск. Люцифер замер. Вот оно. — Да, — прошептал он. — То, что нужно. Аластор довольно хмыкнул. — Кажется, я не так уж и безнадёжен, Ваше Величество. Ну что, продолжим урок?***
— Убери свою задницу! — Сам отодвинься! — Эй, вы оба, заткнитесь! — зашипела Вегги, не отрывая глаз от дворца Люцифера. — Из-за вас я ничего не вижу! — М-м, подглядываем за королём? — Энджел кокетливо хлопнул ресницами. Хаск застонал. — Ты, вуайерист, — Вегги закатила глаза. — Это называется раз-вед-ка. На кону безопасность отеля! И тут из ниоткуда вынырнула Ниффти. Энджел грохнулся вниз. Вегги схватилась за сердце. — Эй! Я тоже хочу шпионить! — Сатана!.. Ниффти, нельзя так пугать! Она решительно взбиралась на Хаска, как на гору. — Дай посмотреть! Дай, дай! — верещала она, пытаясь выхватить бинокль у Вегги. — Ниффти, нет! Это секретное задание! Ты должна оставаться… Борясь с ней, Вегги случайно крутанула фокусировочное кольцо бинокля. Изображение в линзах резко приблизилось. Не теряя шанса, Энджел прильнул к биноклю. — Оу-у, вот это уже интересно! — он раскрыл рот, с интересом наблюдая за фигурами внутри. — Похоже, наш Радио-Милашка о чём-то болтает с Люцифером. Король что, чем-то расстроен? В следующую секунд разговор явно перерос во что-то большее. Сначала легкое свечение, потом искры, а затем… Комната вспыхнула ярким светом. — Что за…?! – выдохнула Вегги, вырвав бинокль из рук Энджела. В линзах мелькали вспышки света и тьмы, золотые лучи сталкивались с тенями. «Люцифер и Аластор… сражаются?» — Что там? Что там? – Ниффти дёргала её рукав, повиснув на Вегги, как коала. Вегги навела фокус и прищурилась. — Они дерутся! Аластор и Люцифер! Да что вообще происходит?! Она опустила бинокль. Её взгляд метался из стороны в сторону, что-то просчитывая. — Надо их остановить! Она рванула с места, но Энджел схватил её за плечо. — Стой! Ты с ума сошла? Мы не можем просто взять и ворваться туда! Хаск, до этого наблюдавший со стороны, подал голос: — Энджел прав. Никогда не спеши встревать в чужую драку. — Но что, если они убьют друг друга?.. — Аластора не так-то просто убить. Люцифера — тем более. Вегги стиснула зубы, но остановилась, продолжая наблюдать.***
Люцифер легко увернулся, но Аластор был уже готов к следующему удару. В воздух взвилась тонкая зелёная нить, обвив его ногу. Люцифер испепелил её одним лучом. — Пытаешься меня связать? — Люцифер ухмыльнулся, но уже не так уверенно. Аластор учился быстро. Пугающе быстро. Пора заканчивать этот фарс. Он опустился на землю, сконцентрировал в ладонях энергию, и метнул сгусток чистой силы, способной прожечь Ад насквозь. Аластор, не раздумывая, попытался скопировать удар. Он вытянул руку, и из ладони вырвался ответный сгусток. Из золотого он стал зелёным… — Аластор, стой… Всё произошло за секунду. Мощный толчок отбросил его назад. Он врезался в шкаф, и сверху обрушился град книг. Первая. — Ай! Вторая. — Ай! Третья. — Ай! Твою мать, Сатана, святые грешники!.. Аластор замер посреди комнаты, глядя то на свою руку, то на чертыхающегося Люцифера. — Упс. Похоже, чтиво было настолько интересным, что Вы не смогли устоять. Люцифер сбросил книги. Аластор выглядел как довольный кот. К такому его жизнь не готовила. Он, Король Ада, сбит с ног каким-то демоном, да к тому же собственной магией. — Неплохо, — процедил он, вытирая пот со лба. — Для грешника. В груди вспыхнула боль, заставив зажмурить глаза. «Чёрт. И ведь здорово влетело. Неужели старею?..» — О-хо-хо, — он натянуто улыбнулся. — Знаешь, я, можно сказать, мастак по падениям, но это… Люцифер замолчал. С Аластором… что-то было не так. Секунду назад он сиял от триумфа, а теперь застыл. Словно шутка комика зашла слишком далеко, и в зале больше никто не смеялся. Радио-демон подошёл ближе. Взгляд скользнул руке Люцифера, прижимавшей рёбра. Его собственная рука дёрнулась вперёд… Но он замер. Люцифер замер. Мир вокруг замер, словно с граммофонной пластинки сняли иглу. Аластор резко опустил руку и отвернулся. — Что ж! Час поздний. Боюсь, мне пора. Весьма… поучительный был урок. — Аластор, погод… Не дожидаясь ответа, тот исчез. Люцифер остался один. — Чёрт тебя дери, радио-демон, — тихо пробормотал он в пустоту.***
Вегги снова взглянула в бинокль. И то, что она увидела, было ещё более странным, чем до этого. Сила Аластора была… иной. В воздух вспорхнула тень в виде птицы, тут же поражённой лучом света. За ним последовал олень, гарцующий копытами. Это напоминало превращения самого Люцифера. Тени танцевали, копируя движения короля Ада. Привычный мрак превращался в свет… но он был неестественным. Как будто сама сущность радио-демона сопротивлялась ему. Вегги едва не выронила бинокль от удивления. И вдруг Люцифера отбросило в сторону. Она невольно вскрикнула. Все замерли — Хаск, Энджел, даже Ниффти. Аластор остановился и, сделав шаг вперёд, протянул руку к королю Ада, но тут же отдёрнул её. Люцифер, слегка пошатываясь, быстро поднялся и отряхнулся. Казалось, они о чём-то переговариваются. Затем они разошлись, как будто ничего и не произошло. — Финита, — хмуро произнёс Хаск. — Ля трагедия, — добавил Энджел. И как будто этого было мало, на улице начался дождь. Первые капли упали на землю. Энджел удивлённо взглянул на небо и машинально прикрыл голову руками. Крыло Хаска накрыло его, как зонт. Вегги опустила бинокль. Что, чёрт побери, это было? Тревога клубилась в её душе, заставляя сжимать кулаки ещё сильнее. «Нужно выяснить, что происходит, и как можно скорее». Её размышления прервал голосок Ниффти, спрятавшейся за её юбкой: — Фу, дождь! Ненавижу мокнуть! — Ладно, идём отсюда, — вздохнул Хаск, положив руку Вегги на плечо. — В такую погоду здесь делать нечего. Перед уходом она бросила взгляд на дворец, но его уже скрыла пелена дождя. — Не переживай, — сказал Хаск, следуя за её взглядом. — Люцифер не какой-то слабак. Если Радио-демон задумал что-то неладное, то король Ада быстро поставит его на место. — Да… Ты прав. Вегги закусила губу. «Надо сказать об этом Чарли».***
Телепортация прошла особенно болезненно. Рана отозвалась острой болью. Оказавшись в своей комнате, Аластор опустился на кровать. Он приобретал контроль, но тут же терял его. Люцифер влиял на него, проникал в его разум, вытаскивая на свет давно похороненные чувства. Привязанность. Забота.