Resonance

Don't cry, my one

We've only got so much time under the sun

Don't cry, my dear

We've only got so much time here

(Darker Things)

      Радио-демон стоял перед напольным зеркалом, которое принёс в комнату имп, и молча разглядывал алую рубашку. Символ дара, услуги. Долга.       Как же он ненавидел долги.       Аластор снял рубашку и положил её на кровать. Теперь его сила вернулась настолько, чтобы прекратить этот маскарад в чужой одежде.       «Пора сменить наряд».       По щелчку пальцев тьма у его ног зашевелилась. Из неё сплелась знакомая ткань. Алый пиджак окутал плечи, застёгиваясь сам собой. Затем брюки. Наконец, галстук-бабочка.       Каждый элемент ложился, как по велению портного, возвращая радио-демону его защиту. Последним возник монокль. Аластор поймал его, повертев в пальцах. Стёклышко угрожающе блеснуло. Он вставил его на место.       «Вот так гораздо лучше».       Аластор отвернулся, и тень на стене повторила движение.       Будто и не было дней беспомощности, рук на ране, неловкой тишины в ванной. Антракт окончен, пора возвращаться на сцену.       Так просто и привычно.       Сила лилась по жилам знакомым потоком. Но где-то в глубине он улавливал чужеродное, тёплое эхо. Эхо Люцифера. Его навязчивой, не вписанной ни в какие контракты заботы. Сколько времени потребуется, прежде чем оно исчезнет?..       Король-коротышка выполнил свою часть сделки. Но он вложил в процесс куда больше, чем требовалось. Свою энергию. Своё внимание. Своё... сострадание.       Что это? Наивность, как у Чарли, или часть какого-то изощрённого плана?       Интересно, понимал ли Люцифер, что каждое проявление «доброты» — не одолжение, а петля. Новая нить, которую Аластор при желании мог стянуть в узел и затянуть вокруг его шеи.       Перед тем, как уйти, Аластор в последний раз окинул комнату взглядом. Здесь витало эхо прошедших дней. Вот массивная кровать, на которой он впервые очнулся. Комод, куда он поставил уже увядшую розу из букета Чарли. Тумбочка с тремя письмами. И балкон, где он обнаружил перо Люцифера.       Магия Люцифера сделала своё дело. Статика гудела в жилах. Тень замерла в ожидании дальнейших указаний. Весь мир снова стал сценой, и Аластор готов был выйти в свет.       «Что ж, время проверить, окупились ли твои старания, Люцифер».       Он забрал свои маленькие сувениры. Тень поглотила его, и комната опустела.

***

      — Так, ладно. Всем тихо! Я звоню.       Чарли достала телефон. На экране высветилось фото: она, совсем кроха, сидит на плечах у смеющегося Люцифера.       Палец завис над кнопкой вызова. Наконец она набрала номер: «Папа ❤️»       Не прошло и гудка — почти сразу же тишину нарушил нервозно-бодрый голос:       — Чарли, милая! Ты в порядке?       — Э-э... Привет, пап. У нас беда со стенами. И с полом. И… с потолком.       Она вздохнула и сжала переносицу.       — Думаю, нам нужна помощь.       На том конце провода что-то с грохотом упало.       — ПОМОЩЬ?! Никуда не двигайся! Я уже лечу!       Связь прервалась. Чарли медленно опустила руку.       Она посмотрела на друзей. Энджел ободряюще подмигнул. Хаск опустил балку и коротко кивнул. Ниффти нарезала круги вокруг Вегги с воплем «дедушка едет!»       В груди Чарли разлилось тепло. Кажется, она наконец-то делала всё правильно.

***

Часом ранее.

      Люцифер проснулся. Зевнул.       — А-а-а...УЙ! Чёрт!..       Вчерашнее лечение радио-демона напомнило о себе. Такой боли он не испытывал со времён... наверное, падения. Ощущение, будто по нему проехались цирковой лошадью. Табуном лошадей.       Он застонал и откинул одеяло...       Стоп. Он чётко помнил, что прошлой ночью так и не укрылся.       «Но кто?..»       Голова мгновенно загудела, и он отбросил эту мысль.       Спустя пару минут страданий он поднялся с кровати. Ноги подкашивались. Мир акварелью плыл перед глазами. Он кое-как доплёлся до столовой, надеясь застать её пустой, и замер в дверях.       За столом, залитым утренними лучами света, сидел Аластор. В воздухе летали яркие пылинки, играя в алых волосах.       Он был безупречен. Знакомый костюм сидел как с иголочки, монокль блестел. От чашки кофе тянулся пар, наполняя воздух терпким ароматом. В руках Аластор держал газету. Он выглядел здоровым, отдохнувшим, полным энергии. В противоположность Люциферу.       — Выглядите чуть лучше, чем кошмарно!       — А ты, смотрю, весь при параде. — Люцифер поплёлся к кофейнику, не в силах смотреть на этот образец жизнерадостности. — Как... самочувствие?       — Превосходно, — отозвался Аластор. — Ваша магия весьма бодрит. Хотя у Вас, похоже, ночка не задалась?       Люцифер молча уставился в черноту своего кофе. Поддерживать этот бессмысленный диалог не хотелось. Ответ требовал раздумий, а его мысли больше напоминали взболтанный желток.       В тишине раздался звон приборов. Люцифер поднял глаза, ожидая новой колкости...       Но Аластор взял со стола солонку, повертел её в длинных пальцах и неожиданно поднёс ко рту, как микрофон. Его осанка мгновенно преобразилась: спина выпрямилась, плечи расправились. Голос, как у диктора, звонко отчеканил:       — Внимание, грешницы и грешники! В нашей утренней рубрике эксклюзивное интервью! Сегодня в гостях — повелитель Ада, худший родитель и владелец самого унылого лица во всём Аду — Его Величество Люцифер Морнингстар! — солонка-микрофон нацелилась на Люцифера. — Каково это — нести бремя столь... впечатляющих титулов?       Люцифер застыл с чашкой на полпути ко рту. Уставился на Аластора. На своё потрёпанное отражение в стёклышке монокля.       — Придурок, — бессильно выдохнул он.       — Ваше Величество, — продолжил Аластор, пропустив оскорбление мимо ушей, — ходят слухи, что король Ада начинает утро с башни блинчиков высотой с Вавилон, а его секретное оружие против ангелов — тонна сладкого! Ваш комментарий?       Уголки губ Люцифера предательски поползли вверх. Чёрт возьми, это было... забавно.       — Всего лишь клевета, — он небрежно отмахнулся. — Все знают, что этим занимается Вельзевул.       — Хм, вот как! Вопрос с Круга Чревоугодия: как Вам удаётся сохранять такую, гм, ангельскую фигуру, несмотря на такое количество сладкого? Тёмная магия?       — Что ж, — Люцифер ухмыльнулся, демонстрируя несуществующий бицепс. — Конечно же это небесная мощь! И дьявольская сила.       — Весьма внушительно! И последний вопрос: что же для повелителя преисподней всё-таки важнее: власть над небесами или свежий эклер?       Люцифер сделал вид, что глубоко задумался. Улыбка становилась всё шире.       — Сложный выбор...  Но эклер звучит вполне неплохо.       Аластор театрально поклонился.       — На этом мы прощаемся! Благодарим гостя. А теперь — музыкальная пауза.       Он отставил солонку. Шоу было окончено. Он исподлобья наблюдал за эффектом. Король хихикал, прикрыв рот ладонью.       И он позволил себе лёгкую улыбку в ответ.       Да. Так-то лучше.       В кармане Люцифера раздался гудок. Он вздрогнул и поспешно взял трубку.       — А...алло?       Он тут же вскочил с места, уронив стул.       — Чарли?       Люцифер быстро ходил кругами. Уши Аластора поворачивались вслед за ним.       — Что?! Отель?.. Уже лечу!       Люцифер положил трубку. Какое-то мгновение — и его усталое лицо сияло радостью.       — Ну что, радио-демон... Готов вернуться в строй?       Аластор с интересом наклонил голову.       — Позволю предположить, что наша милая Чарли наконец проявила благоразумие и запросила подкрепление?       — Она сказала, что я ей НУЖЕН! — Люцифер подпрыгнул и торжествующе вскинул средний палец в потолок. — ДА! Выкуси, вселенная!       Аластор встал из-за стола, одёрнув пиджак.       — Похоже, пора браться за работу. Мой отель, как я понимаю, всё ещё представляет собой живописную груду обломков.       — ТВОЙ отель?! Ха, размечтался!       — Между прочим, я вложил в него не меньше сил, чем ВЫ!       Они сошлись нос к носу.       — Кто первый доберётся до отеля, тот и поможет Чарли, — прошипел Люцифер.       — Чудесно, — оскалился Аластор.       Он сделал шаг...       И тут же исчез в тенях.       Люцифер моргнул.       — ...Ублюдок! — зарычал он и поспешно нарисовал в воздухе портал.

***

      Ожидание медленно превращалось в пытку. Чарли перекладывала кирпичи с места на место. Хаск курил, прислонившись к одной из уцелевших стен. Вегги сидела на обломке, неподвижная, как статуя. Ниффти в двадцать пятый раз спрашивала у Энджела: «Ну скоро, скоро?»       Энджел уже собрался взять эту одержимую и катапультировать прямо в Рай, но в этот момент в воздухе что-то вздрогнуло.       Из тьмы возникла высокая фигура. Аластор элегантно поправил монокль. В тот же миг с противоположной стороны вспыхнул золотой портал, из которого вышел Люцифер.       Чарли застыла с кирпичом в руках. Её глаза метались от отца к Аластору и обратно.       — Папа! АЛАСТОР! — Она выронила кирпич на хвост зашипевшему Хаску и кинулась к ним, но замерла, не зная, кого обнять первым. — Вы пришли! Оба!..       Она резко обняла Аластора, прижавшись щекой к пиджаку.       Повисла тишина. Хаск отвёл взгляд. Вегги сжала копьё.       Аластор застыл от этой тактильной атаки. Он не ответил, но и не отстранился. Вместо этого его взгляд красноречиво метнулся к Люциферу:       «Кажется, приоритеты расставлены, Ваше Величество».       Люцифер закатил глаза так сильно, что они заболели.       — Я так рада, что вы здесь! — выдохнула Чарли, отпуская радио-демона. —Аластор, ты... ты в порядке?       — Ну разумеется! — Аластор одарил её улыбкой, которая могла значить что угодно. — Нельзя же бросать на полпути столь... амбициозный проект. Особенно когда в него уже вложено столько средств.       — АЛАСТОР! — торнадо в виде Ниффти врезалось в ногу Аластора, обхватив её. — Сколько грешников ты без меня убил? Много?!       — О, не больше необходимого, моя дорогая! Ты же знаешь, я всегда оставляю самое вкусное на десерт!       И оба зашлись безумным смехом.       — Психопаты, — прошептал Энджел под дружное кивание Хаска.

***

      Аластор досадно цокал, прохаживаясь вокруг.       — Ну и ну! Кажется, успех предыдущего «Отеля» был прямо-таки... крышесносный.       — Дурацкий каламбур...       Люцифер оглядел развалины. Ветер трепал брезент на остатках крыши. Вывеска отвалилась и валялась в пыли. Часть стен отсутствовала напрочь. В общем и целом, «Отель Хазбин» выглядел как полная дырень.       — ...но правда в этом есть.       — Эй, радио-демон! — копьё Вегги упёрлось в подбородок Аластора. — Вместо того, чтобы болтать, как насчёт, не знаю, ПОМОЧЬ?!       Аластор скучающе отвёл наконечник.       — Да уж, небольшая реновация не помешает! Удивительно, как без моего присутствия вы умудрились развалить даже руины.       Чарли металась вокруг, пытаясь их успокоить. Люцифер прикинул масштабы бедствия и щёлкнул пальцами.       — Всем отойти! Шоу начинается!       Осколки стекла и щепки взлетели в воздух, словно гигантская невидимая рука принялась за работу. Гул магии заглушил восторженный крик Чарли:       — Пап, это невероятно!       Однако площадка по-прежнему была завалена грудой мусора. И тогда в дело вступил Аластор. Его фигура разрасталась — выше, выше... Спина сгорбилась, пальцы вытянулись в когти, рога изогнулись, как ветви. Щупальца легко подняли обломки и отшвырнули их в сторону, расчищая место.       Все внизу замерли. Ниффти визжала от восторга. Энджел что-то бормотал про «неплохое шоу». Хаск лишь молча кивал.       Они работали в идеальном ритме. Аластор очищал пространство — Люцифер возводил стены.       Аластор обрушил бывшую гостиную. Раздался грохот, и часть старого дымохода полетела вниз.       Ниффти внизу заворожённо уставилась на летящие в неё обломки.       Зрачки радио-демона расширились. Он рванулся вперёд...       БА-БАХ!..       Из пыли вылетела фигура и на лету поймала кирпичи.       — Эй, народ! Слыхала, тут движ без меня! — раздался крик Черри Бомб. — Куда кидать эту хрень?       — В угол! — скомандовала Вегги с хохочущей Ниффти на руках.       — Есть!       Работа закипела с новой силой. Под аккомпанемент магии Люцифера и теней Аластора остальные штукатурили, красили и клеили. Чарли носилась туда-сюда с рулонами обоев. Вегги мешала раствор копьём. Раззл поднимал упавшие буквы с вывески.       Когда пыль осела, «Отель» возник перед ними во всём великолепии. Розовые стены сияли неоном, из окон лился тёплый свет. Вся компания светилась гордостью. Люцифер вытер пот со лба. Аластор скромно поправил монокль.       Чарли сделала шаг к порогу, но обернулась. Люцифер положил руку ей на плечо.       — Чар-чар, — его голос звучал тихо, только для неё. — Если стены снова начнут рушиться... Просто позвони. Не взваливай всё на себя. Мы семья, помнишь?       Он тепло улыбнулся.       — Ты сильна тем, что не сдаёшься. А я силён тем, что всегда приду на помощь. Идёт?       Он вынул из кармана ключ от отеля и вложил ей в ладонь.       Чарли сжала его и молча кивнула.       — Что ж, — она повернулась к «Отелю». — Добро пожаловать... домой.

***

      За окном «Башни Ви» наливался багряный закат. Вокс сидел на диване, угрюмо подперев голову рукой. Мысли о союзе Аластора с Люцифером не давали покоя.       «Нашёл себе новую игрушку, Аластор? Ну посмотрим, как быстро он тебе надоест».       Если в голове этого идиотского короля есть хотя бы намёки на ум, то скоро он поймёт, что Аластор использует его, как использовал всех вокруг.       «Сначала ты внушаешь им, что они особенные. Что они тебе интересны. А потом, когда они уже на крючке, когда они доверяют тебе...»       Он помнил. Их вечера в пабе. Смех под звуки джаза. Грандиозные планы — покорение радио, телевидения, совместные проекты... И в один момент Аластор просто исчез, будто Вокс был надоевшим шоу.       Он думал, что они были не просто друзьями. Но равными.       Вельвет листала соцсети. Валентино щёлкал каналы, хрустя попкорном. Он остановился на реалити-шоу.       На мосту стояла красивая суккубка. Под слезливую мелодию к ней подошёл имп. Он достал букет цветов из-за спины и смущённо протянул его. Но суккубка лишь драматично отвернулась и швырнула букет в воду. Импа тут же схватили и уволокли из кадра.       «Очередной претендент на руку Веросики был отвергнут! Неужели очаровательная поп-дива навсегда останется одна?!»       — О, глянь! — Валентино ткнул в экран, роняя попкорн. — Да он щас разревётся!       — Скукотища, — зевнула Вельвет. — В прошлом сезоне их хотя бы бросали в лаву. Или скармливали каннибалам.       Вокс не отреагировал. Его взгляд был пуст. Монитор изредка мерцал помехами.       Музыка сменилась на жизнерадостный мотивчик. На экране возникла принцесса Ада и неловко помахала в камеру. На долю секунды в кадре мелькнула фигура, скрытая помехами. Вокс вцепился в подлокотник.       «ВАШ ШАНС НА ИСКУПЛЕНИЕ! ОТЕЛЬ ХАЗБИН СНОВА ОТКРЫТ!»       «ЗДЕСЬ ВАС ЖДЁТ ПРИВЕТЛИВЫЙ ПЕРСОНАЛ...»       Камера переключилась на Ниффти, которая с диким азартом тыкала ножом таракана.       «ДРУЖЕЛЮБНЫЙ БАРМЕН...»       Хаск, застигнутый с бутылкой виски, показал в объектив средний палец.       «АТМОСФЕРНЫЙ ДОСУГ...»       Энджел Даст, завидев камеру, послал воздушный поцелуйчик.       «И, КОНЕЧНО, НАДЁЖНАЯ ЗАЩИТА!»       Вегги, отрабатывавшая боевые приёмы, случайно метнула копьё в объектив. Экран на секунду почернел.       «И ВСЁ – АБСОЛЮТНО БЕСПЛАТНО! ЛИШЬ ВАША ДУША... ВЛОЖЕННАЯ В ЖЕЛАНИЕ ИСПРАВИТЬСЯ!»       Ролик кончился. В комнате повисла напряжённая тишина.       А затем Вокс расхохотался.       — ТВОЮ МАТЬ! Вы это видели?! Ну и позорище! Я даже удивлён, что этот говнюк скатился ТАК низко!..       Валентино и Вельвет переглянулись.       — Знаешь, Вокси... Смотреть на чужой провал со стороны — это так... скучно. Не находишь?       Вокс умолк и недоверчиво повернул голову.       — Что ты предлагаешь?       — Я предлагаю нанести визит. Они только что открылись. Нужно ударить их, пока они уязвимы. — Она стукнула кулаком о кулак. — Придём их... поздравить. Окажем честь принцессе и её радио-оленю.       Она незаметно пнула ногой Валентино.       — Э-э... О да, детка! Устроим прямой эфир! — он обхватил Вокса за талию. — Представь: мы врываемся, забираем их славу... И разносим эту дыру в пух и прах! «Владыки медиа в гостях у лузеров»!       Вокс откинулся на спинку. Зрачки заметались, словно он перебирал в голове варианты. Рейтинги. Доминирование. Лицо Аластора, когда с него наконец сползёт эта вечная ухмылка. Когда тот поймёт, что его жалкое королевство рушится под софитами настоящих звёзд.       Зрачки сузились...       И вспыхнули ярким, холодным светом.       — Знаете, что? Вы оба — чёртовы гении! Вал, собери команду операторов. Вельвет, приготовь мой лучший костюм.       Вокс резко встал, и его тень накрыла комнату.       — Мы не просто разнесём этот клоповник. Мы покажем всему Аду, что любое начинание, не одобренное нами, обречено на провал. — Он повернулся к «Ви», в глазах которых читалась смесь восхищения и страха. — И этот урок радио-демон усвоит первым.

***

      Гостиная «Отеля Хазбин» сияла новизной. Воздух был пропитан свежим лаком и деревом.       Чарли, подняв голову, созерцала голую стену над камином.       — Как-то тут... пустовато. — Она задумчиво постукивала пальцем по подбородку. — Как будто чего-то не хватает. Что думаешь, Аластор?       Радио-демон нехотя повернул голову.       — Интерьер и так безупречен, дорогая. Он выполняет свою функцию. Чего ещё желать?       Не получив желаемого ответа, она обернулась к Черри. Обычно такая взрывная, та тихо стояла у камина, наблюдая за огнём.       — Пентиус заценил бы ваш отель, — пробормотала она. — Клёвое место. Если бы только он его увидел...       Их взгляды встретились.       Чарли взмахнула рукой, и над камином возник портрет сэра Пентиуса. Демон в мундире с важным видом смотрел вперёд, сжимая в руках шпагу. Позади него, как войско, выстроились яичные приспешники.       Черри тихо хмыкнула.       — Да... вот так. Теперь тут есть на кого равняться.       Чарли улыбнулась и положила руку ей на плечо. Их молчаливый страж занял своё место.       В этот момент Хаск направился к новому бару — своему законному царству. Следом вошёл Энджел с Наггетсом на руках.       — О-хо-хо, Наг, зацени, какой шик!       Он опустил Наггетса, и тот с деловым видом принялся грызть ножку стула. В комнату вбежала Ниффти с ножом в руке, уже готовая объявить тараканам геноцид. Отель вновь наполнился шумом и жизнью — той самой, за которую когда-то отдал свою душу демон-змей.       Люцифер с нежной улыбкой наблюдал за дочерью. Но его взгляд раз за разом тянулся к алой фигуре рядом. Аластор, кажется, почувствовал это, потому что повернул голову.       В груди у Люцифера что-то ёкнуло.       Аластор неторопливо направился к нему.       Один шаг.       Второй.       Третий.       И остановился рядом с Люцифером. Не слишком близко, но и не далеко.       У него возникло желание нарушить молчание.       «Так, ладно... Что теперь? Разговор о погоде? Нет... Думай, Люцифер, думай...»       — Что, не любишь шумиху, радио-демон?       Чёрт. Он и впрямь был в этом плох.       Аластор повернул голову. Улыбка была непроницаемой.       Кем они были друг другу после всего, что произошло? Приятелями? Странным союзом «Я-спас-тебя-ты-мой-должник?»       — Вовсе нет. Я всего лишь ценю порядок. А вся эта суета действует мне на нервы.       — Странно. Я-то думал, ты здесь главный любитель действовать всем на нервы.       — Любой эфир должен иметь перерыв. И кстати, всякая сделка имеет свой срок. Я, кажется, здоров. А что насчёт Вашего желания?       — Что, не терпится от меня избавиться?       — Вы увиливаете от ответа. Или король всех грешников не может придумать, чего пожелать?       Люцифер возмущённо раскрыл рот, но...       Он и впрямь не знал. Чего ему вообще просить у радио-демона?.. Все материальные вещи он мог создать и сам. А тратить желание — шанс воспользоваться мощью Аластора — на всякие глупости не хотелось.       Пользуясь его молчанием, Аластор закончил:       — Ваше гостеприимство было... занятным экспериментом. Но не более. А теперь, если Вам больше нечего добавить, мне пора обустроиться. Всего наилучшего.       Не дожидаясь ответа, он шагнул в густую тень книжного шкафа и исчез.       Люцифер замер. Рука, сама собой потянувшаяся вперёд, медленно опустилась. Он огляделся и на всякий случай сделал вид, что проверяет, нет ли на полках пыли.       «Ну конечно! Чуть что — и сразу в тень. Прямо как по учебнику „Как быть загадочным засранцем“, глава первая».       Игра в доктора и упрямого пациента закончилась. Аластор снова стал собой — отстранённым, непроницаемым, чужим. Радио демоном; не тем, с кем можно было играть на фортепиано или лечить в тишине своих покоев.       «Эксперимент. Не более».       Они снова оказались по ту сторону баррикад. Осталось лишь желание Люцифера — последняя нить между ними.       Ну и прекрасно. Не очень-то и хотелось спасать его. Или слушать его дурацкие шутки. Или вообще знать, что этот тип существует.       Нечестно — просто взять, ворваться в чужую вечность, всё перевернуть и сделать вид, будто ничего не было.       Люцифер потряс головой. Так не пойдёт. Нужно поставить точку. И последнее слово останется за ним. Он гордо кивнул самому себе и зашагал прочь.       Пора наконец вручить радио-демону его подарок.

***

      Люцифер нашёл его в одной из дальних комнат, предназначенных под будущую библиотеку. Аластор стоял спиной к двери, неподвижно глядя вдаль. Люцифер шагнул внутрь, уже готовый выдать что-то язвительное вроде...       «Эй, радио-затворник! Поздравляю, ты принял участие в розыгрыше на роль Самого Раздражающего Кретина. А вот и главный приз!»       Или...       «О, президент клуба „Любителей смотреть в одну точку!“ Что, заскучал? Тогда держи подарок!»       Ну или хотя бы...       «Ага, попался! Решил от меня сбежать?! Не на того напал! Я тебе кое-что принёс!»       Но Аластор обернулся, посмотрев на Люцифера своими алыми глазами, и всё его остроумие улетучилось.       — Я... — собственный голос прозвучал непривычно тихо. Он сглотнул, сунул руку под плащ и вынул длинный предмет, завёрнутый в бархат. — Держи.       Его взгляд упал на свёрток, затем поднялся на Люцифера.       — Что это?       — Открой и увидишь.       Аластор, не сводя с него глаз, взял свёрток. Бархат соскользнул, упав на пол. В его руке оказалась трость.       Аластор застыл. Длинные пальцы сжали рукоять, провели по микрофону. Он вскинул её, взвешивая в руке.       — АХЕМ-КГХЕМ! Если ты собираешься вернуться к роли большого и страшного радио-демона... то хотя бы делай это со стилем!       Аластор поднял взгляд. Ни насмешки, ни холодности — только чистое изумление.       — Зачем?.. — голос был тише шёпота. — Ты выполнил условия нашей сделки. Ты исцелил меня. Почему ты продолжаешь делать всё это? — Он сделал шаг ближе. — Почему, Люцифер?       Он был таким чертовски высоким. Кадры сменялись перед глазами Люцифера, как в старом кино: «тихий Аластор в ванной — колкий Аластор в гостиной».       Люцифер открыл рот.       «Потому что я привык к твоим дурацким шуткам».       «Потому что эта пустота не так давит, когда ты рядом».       «Потому что, может, мы и правда похо...».       — ПАП! Ты где?! Па-а-ап!       Дверь распахнулась, и в комнату ворвалась Чарли. Аластор застыл, и на долю секунды на его лице промелькнуло что-то почти человеческое — досада? растерянность? — прежде чем безупречная маска вернулась на место.       — А, вот ты где! Пап, мне срочно нужна твоя помощь с декором кухни!       Аластор насмешливо взглянул на него, вертя трость в руке.       — Полагаю, дела ждут, Ваше Величество.       Люцифер позволил утащить себя за руку. Он бросил на Аластора последний взгляд, но тот уже отвернулся.       «Чёрт. А что теперь?..»       Об этом Люцифер как-то не подумал.

***

      Дверь закрылась. Шаги в коридоре затихли.       Аластор остался один. Он опустил взгляд на трость в руках. Провёл по изогнутым рогам, держащим микрофон.       Она была идеальна. Даже лучше предыдущей. В ней было всё: вкус, элегантность, практичность. Люцифер превосходно уловил саму суть радио-демона.       Он постучал по микрофону и попробовал сказать что-нибудь:       — Люцифер.       Слово вырвалось прежде мысли. Статика резанула воздух, как лезвие. Прежний радио-эффект вернулся. Аластор ликовал, как ребёнок.       — Раз-два... раз-два...  Питер Пайпер был чудак...Красна кожа, жёлта кожа...       Он бормотал в микрофон всякую бессмыслицу, наслаждаясь искажённым эхом голоса.       Он не услышал шагов, но почувствовал чужое присутствие.       — Неплохая трость.       Аластор медленно повернул голову, ровно настолько, чтобы одним глазом увидеть в дверном проёме Хаска.       — Ну как... держишься?       — Твоя задача, Хаскер, — разливать виски по стаканам. Советую вернуться к ней.       Хаск прищурился.       — Иди к чёрту, Ал. Ты ведёшь себя как-то... странно. В смысле, страннее, чем обычно.       «Что-то изменилось. Я тоже это чувствую. И это дерьмово».       — Твоя проницательность трогательна. Как и твоя навязчивость.       Аластор сделал шаг навстречу, заставив Хаска напрячься.       — Я не повторяю дважды, — прошипел он, и тень за его спиной зловеще оскалилась, — Оставь душевные беседы для своих собутыльников. Исчезни. Пока я не решил, во что превратить назойливую муху у себя на пороге.       Хаск тяжело вздохнул. Не сказав ни слова, он толкнулся от косяка и вышел прочь.       Аластор стоял, держа трость в руках.       Да... Люцифер был той ещё головной болью. Но за это время он успел к ней привыкнуть. Хуже того — он не мыслил свою рутину без его постоянного раздражающего присутствия.       Это становилось проблемой. Он думал, что перестанет печься о Люцифере, как только покинет дворец.       Очевидно, его хитрый план дал трещину.

***

      Чарли оживлённо жестикулировала направо и налево.       — ... вот тут будет буфет для посетителей! А, и ещё нужно тёплое освещение! Чтобы у гостей было ощущение, что их встречают, как дома. И вот тут...       Люцифер стоял рядом, механически кивая. Его взгляд был прикован к собственному отражению в серванте.       — Да, да... супер, Чар-Чар... Что? Тёплый свет?.. Ага, это важно...       Чарли замолчала на полуслове и опустила руку.       — Пап?       Люцифер не отреагировал, всё ещё глядя в отражение.       — Папа? — она коснулась его плеча.       Он вздрогнул и посмотрел на Чарли.       — Да, милая? Что-то не так с буфетом?       — Не с буфетом, — она взяла его руки в свои. — С тобой. Ты как будто не здесь. Всё в порядке?       Но искренние, полные беспокойства глаза лишили его слов.       — Это... из-за Аластора? — осторожно спросила она. — Вегги говорила, что вы тогда подрались. Ещё когда он был у тебя. И сегодня... я видела, как он ушёл. Вы снова поссорились?       Люцифер сжал её ладони. Он хотел сказать что-то вроде: «Нет», «Всё отлично», «Да мы теперь почти друзья!», но ложь не шла с языка.       Он горько усмехнулся.       — Поссорились? — повторил он. — Нет, Чарли.       Он замолчал, подбирая слова.       — Чарли, пойми... Мы не подружились. Мы просто... рассчитались. Радио-демон получил исцеление. Я получил... э-э... опыт общения с самым законченным придурком в мире. — Он отмахнулся. — Всё путём. Не волнуйся. Ты здесь не поможешь.       Он видел, что Чарли хотела что-то сказать, но не стала давить. Вместо этого она просто обняла Люцифера, прижавшись щекой к его плечу.       Тот невольно замер.       — Жаль, — прошептала она в ткань его плаща. — Мне казалось, между вами что-то изменилось.       Люцифер закрыл глаза, обняв её в ответ.              «Да... Мне тоже».       Напряжение прошедших дней взяло своё. Чарли отошла и облокотилась о столешницу, опустив голову.       — Иногда... мне так не хватает мамы. Просто чтобы спросить её совета. Как поступить. У неё всегда получилось сделать всех счастливыми...       И в этот миг Люцифер кое-о-чём вспомнил.       — Знаешь, у меня для тебя кое-что есть.       Он пошарил в кармане. На его ладони лежал изящный гребень из слоновой кости, украшенный цветами.       Чарли замерла, заворожённо глядя на него.       — Это...       — Твоей матери, — тихо закончил Люцифер. Он бережно взял руку Чарли и вложил гребень в ладонь, сомкнув её пальцы. — Лилит любила его. Это был её маленький талисман. Теперь он твой.       Чарли не могла вымолвить ни слова. В уголках её глаз блеснула влага.       Люцифер прижал её к себе, глядя на темнеющий пейзаж за окном. Пусть хоть сами Небеса провалятся под землю; по крайней мере, у него всё ещё была его семья. Его дочь. Самое правильное, что он сделал в этой жизни.       И этого было достаточно.

***

      Люцифер сосредоточенно расставлял на каминной полке целую династию резиновых уточек. Он отступил на шаг, оценивая композицию, и кивнул.       — Идеально... хотя нет...       — Сэр, можно Вас на секунду?       Люцифер обернулся. Девушка Чарли беспокойно переминалась с ноги на ногу.       — О, Мэгги! Что случилось?       Она сделала шаг вперёд, огляделась и понизила голос:       — Это... насчёт радио-демона. Вы же... провели с ним какое-то время. Он не... прихватил с собой ничего лишнего? Когда лечился у Вас?       Люцифер уставился на неё, а затем рассмеялся.       — О-хо-ХО, Венди! Ты думаешь, я продал Аластору ДУШУ?! Ну уж нет! Моя душа, — он стукнул себя по груди, — цела и невредима! Радио-демон её не получит, можешь не волноваться.       — Но сделка...       — Сделка была о другом! С меня — лечение, с него — услуга. Всё честно.       Вегги с облегчением выдохнула, но тут же нахмурилась.       — Погодите, какая ещё...       В этот момент тень у колонны зашевелилась. Аластор появился прямо между ними, заставив Вегги отпрыгнуть.       — Осторожнее, дорогая, — бодрый голос искажали помехи. — Ты загораживаешь проход.       — Помяни чёрта, — фыркнула Вегги. — Можно предупреждать?! У меня сердце в пятки ушло!       — Мои соболезнования твоей сердечно-сосудистой системе. — Аластор улыбнулся без тени сожаления. — Я был поглощён беседой. Обсуждаете тонкости нашего контракта? Очаровательно!       Его взгляд скользнул по Люциферу.       — Не стоит тревожиться. Его Величество — искусный целитель. Он проявлял такую... трогательную самоотверженность, что мысль о дополнительной плате показалась мне кощунственной.       — ХА! мне просто попался очень послушный пациент! По правде, ему настолько понравилось моё лечение, что он решил остаться на целый месяц.       — Я бы назвал это навязчивой заботой. С элементами принуждения.       Они смерили друг друга взглядами. Воздух трещал от напряжения.       Взгляд Вегги метался от Люцифера к Аластору. Наконец она сдалась:       — Знаете что? У меня своих дел по горло. Просто не поубивайте тут друг друга.       Буркнув что-то про «самодовольных радио-засранцев», Вегги ушла прочь.       Они остались вдвоём. Люцифер оглядел его снизу-вверх. Аластор опирался на трость. На ту самую трость. Алые когти побарабанили по микрофону.       — Я вижу, тебе... понравилось.       — М-м, да! Весьма практичная вещица. Выглядит подобающе. Даже для подарка от того, чей вкус иногда вызывает вопросы. — Он выдержал паузу — взгляд метнулся туда-сюда — и статичный треск в его голосе стих. — Благодарю, Люцифер.       И Люцифер.       Потерял.       Дар речи.       — О.. Ого. ВАУ! Радио-демон говорит «спасибо»! Никуда не уходи, я должен это записать!       Аластор покрутил трость в руке, глядя куда-то в сторону.       — Ваше... лечение, — произнёс он, подбирая слова с видимым усилием, — и вправду было... эффективным. Как и наше сотрудничество. Полагаю, в дальнейшем оно ещё сослужит кое-какую пользу нам обоим.       Он огляделся и пробормотал:       — Учитывая обстоятельства, было бы нерационально продолжать делать вид, что мы с вами — просто временные союзники по сделке.       — Погоди... Ты хочешь сказать, что мы теперь... кто? Приятели?       — Не вкладывайте в это слово излишний пафос. Но да. По-видимому, мы теперь находимся в состоянии... вынужденного товарищества.       В груди у Люцифера потеплело. Кончики губ расползлись в улыбке.       — Вынужденного, — закивал он. — Ага. Угу. Значит, я теперь твой «вынужденный приятель».       Аластор устало вздохнул.       — К большому сожалению, да. Не обольщайтесь. Пока я не пожалел о том, что сказал.       — О, ты не пожалеешь, — парировал Люцифер. — Потому что у вынужденных приятелей есть одно преимущество — они могут говорить друг другу правду. Например: «Эй, приятель, в следующий раз, когда захочешь уйти — просто скажи. А не убегай в тень».       Аластор раздражённо улыбнулся.       — Я... это учту. А теперь, если позволите, у меня есть дела. Некоторые из нас должны работать, чтобы поддерживать иллюзию порядка в этом цирке.       Он развернулся на каблуках и направился к лестнице. Не шагнул в тень. Не растворился. Просто ушёл, отбивая такт новой тростью.       Со стороны бара послышался звон стекла. Хаск уронил стакан, который протирал последние десять минут, наблюдая за этой сценой.       — Что за дерьмо тут происходит?.. — хрипло прошептал он.

***

      Люцифер щелкнул пальцами, зажигая свет в своей новой спальне, и удивлённо усмехнулся.       — Эй, малыши! Вы что тут делаете?!       В комнате уже обосновалась пара резиновых уточек. Он поднял их и бережно расставил на прикроватной тумбе.       — Вы теперь за главных, — он плюхнулся на гигантское ложе, занявшее добрую половину комнаты. — Чёрт, да! Кинг-сайз рулит!       Он растянулся, закинув руки за голову. Но краем глаза он поймал странный блеск у порога.       Люцифер настороженно поднялся на локтях. Веселье мгновенно испарилось. Он подошёл ближе и наклонился.       У дверной щели лежал конверт светло-кремового цвета. Люцифер подобрал его и задумчиво повертел в руках. Ни имени, ни адреса. Только восковая печать с символом: стилизованное крыло и нимб.       Печать Небесного Посольства.       Люцифер застыл. Тело пронзил панический холод — тот, который он надеялся забыть навсегда. В ушах звенело. Сотни лет — ни слова. И теперь...       Он огляделся. Уточки — единственные свидетельницы — молчаливо смотрели на него. Медленно, как в тумане, он побрёл к тумбочке, убрал конверт в ящик и запер его на ключ.       Не сегодня. Сегодня они отстроили отель. Сегодня Чарли счастлива. Сегодня этот радио-идиот назвал его приятелем.       Когда-нибудь позже.