Не_выжившие

      Именно так она представляла свою жизнь. Дом с большой и красивой гостиной, где можно собирать друзей, муж, который носит ее на руках, и жизнь, которая наполняет новыми красками каждый день.       Всё претворилось в реальность, но с небольшим «но». Не дом, а квартира и всего лишь пара друзей, готовых прийти, не муж, а не очень любимый парень, и жизнь, которая каждый день играет новыми красками, но палитра состоит из красок, которые покупают один раз на всю жизнь и больше никогда не обновляют. В общем, жизнь Пэнси была далека от её представлений, а каждый день казался темнее предыдущего, хотя куда ещё.       Когда Джордж предложил девушке съехаться, она с легкостью сказала «да». В этих отношениях Пэнси вела себя так, будто это игра без правил, которую можно в любой момент остановить и начать заново. И Джордж не сопротивлялся. Он понимал, что если перегнёт с градусом серьезности, девушка соберёт вещи и вернется в свою квартиру. (Однажды он перегнул.)       Поэтому он подыгрывал. Съехаться на слабо — пожалуйста; познакомиться с родителями и друзьями, но не показывать чувства — сложно, но легко; делать вид, что не знаешь, что ее сердце занято — хорошо, даже с этим он не боролся.       Джордж все понял на рождественском ужине в доме Малфоев, где впервые познакомился с её друзьями. То, как за девушкой его мечты наблюдали Блейз Забини и Теодор Нотт, поначалу показалось ему подозрительным.       Мужчины будто следили за каждым ее вздохом, ожидая чего-то, известного только им. А потом в гостиную вошёл хозяин дома. И все стало абсолютно понятно.       Драко Малфой, как присуще настоящему аристократу, поздоровался с каждым гостем, с радостью познакомился с новыми людьми, включая самого Джорджа, и тепло обнял Пэнси, которая после этого была замороженная, пока к ней не подошли Забини и Нотт. Пазл сошелся: хозяин дома — любовь Пэнси, вот кем оказалось занято неприступное сердце.       Так Джордж познакомился с тем, кого другие назвали бы соперником, но он понимал, что если вступит в эту битву, быстро проиграет. Поэтому он принял правила и этой игры.       Он — запасной аэродром, и, если при каких-то обстоятельствах основной аэродром снова откроется, его закроют за ненадобностью. Он все понимал. Но искренне надеялся, что Драко никогда не уйдет от Гермионы, а ему хотя бы на 30% достанется Пэнси.       Так и было: у них на двоих было почти два года счастья и, возможно, если бы он не испугался и не ушел, когда на пороге их дома оказался блондин с ребенком, могло бы быть бесконечно много годов. Но к этой битве не был готов никто. 31 декабря 2002 год       Пэнси всегда старалась выбраться в новогоднюю ночь в клуб, последние пару лет — это всегда был бар Блейза. Этот Новый год не должен был быть исключением, но за несколько дней до в ее жизни появился Джордж.       Они не называли себя парой, но рядом с ним стало так спокойно, что шум стал не нужен, чтобы заглушить мысли. Когда он предложил провести Новый год вместе, у него дома, у камина, Пэнси без сомнений сказала ‘да’. В их сочельнике оказалось много недосказанного и не сделанного, а ужин у Малфоев только больше пробудил у девушки интерес.       На самом деле она давно не чувствовала такого воодушевления, собираясь на встречу с мужчиной. На всю чистоту, Пэнси даже приготовила яблочный пирог вместе с Мими, чтобы принести его с собой.       На часах было 18:48, и девушка понимала, что осталось совсем немного времени до отправления к Джорджу. При этом на ней было только чёрное кружевное белье.       — Нет, конечно, если ты заявишься так, можно будет не намекать, — из дверного проема на нее смотрела Джинни Поттер.       — Уизли, тебя не учили стучаться? — с улыбкой ответила Пэнси, оборачиваясь на гостью.       — Ты не отвечала на телефон и камин, пришлось зайти. Выглядишь сногсшибательно, но все-таки стоит что-то сверху накинуть. Хотя бы плащ! — ярко-зелёные глаза рыжей бестии играли огоньками.       — Джинни, прекрати. Я иду к Джорджу отмечать Новый год. Не знаю, что выбрать, чтобы быть и соблазнительной, и вписаться в домашнюю атмосферу, — девушка закрыла руками глаза и громко выдохнула.       — Я искренне думала, что он тебе не нравится, — Джинни похлопала по пуфику рядом с собой, подзывая подругу, — Думаю, что он тоже очень волнуется, а тебе можно снизить градус ответственности, потому что у вас не вечер на двоих.       — Что ты имеешь в виду?       — Он пригласил почти всю рождественскую компанию. Я сдала мелкого Молли, Гермиона с Малфоем отказались. Будут все, кроме них — они встречают год вдвоем, — Джинни выглядела так, будто ей было стыдно за информацию.       — Так, поняла, — Пэнси встала с пуфа и направилась к отделению шкафа, у которого не бывала очень давно. Соблазнительные наряды. Девушка вытянула чёрное платье и приложила к себе, — Пусть Джордж жалеет, что позвал вас всех. Буду соблазнительной и неприступной горой, — она засмеялась.       — Ты и так уже давно мучаешь парня! — притворно испугавшись, ответила Джинни, — Но я уважаю это. Знаешь ли, не надо было звать тебя на романтик, а потом всех нас.       — Мы ведем себя, будто нам по пятнадцать!       — Когда нам было пятнадцать, мы решали вопросы, с которыми не все в пятьдесят сталкиваются.       — Это верно, — девушка повернулась к подруге спиной, стоя в черном шелковом платье с практически полностью голой спиной, — Поможешь зашнуровать?       — Конечно! — Джинни начала протягивать ленту в петли, сажая платье по фигуре девушки, — Это правда невероятное платье. Пойду домой, чтобы тоже принарядиться, — она обняла подругу и убежала из комнаты.       Пэнси осталась стоять, изучая свое отражение. Воспитание аристократки навсегда научило ее держать спину прямо и нос чуть выше обычного, чтобы линия подбородка смотрела чуть тоньше и острее, руки автоматически собирались в изящный замок, а тело поворачивалось слегка боком к наблюдателю.       Её научили демонстрировать себя с самых выигрышных ракурсов. Она смотрела на платье, которое идеально подчёркивало стройные формы, критично оглядывала идеальный блестящий боб. Не хватало ее фирменного стиля — красной помады и дорогих украшений.       Когда со всеми приготовлениями было закончено, а часы показывали, что Пэнси достойно опаздывала, девушка нанесла на себя любимый парфюм и направилась к камину.

***

      Дом Джорджа встретил девушку гулом голосов и магловской музыкой. Гостей было явно больше, чем на рождественском ужине Малфоев — это была настоящая вечеринка.       Гостиная была наполнена огромным количеством людей, которых, к слову, Пэнси не знала, одетых в повседневную одежду, еще и с пивом в руках. Свет был приглушён, что защитило девушку от удивлённых взглядов и скрыло ее пренебрежительный шок.       Она, как положено, плавно плыла по комнате в попытках найти шампанское, или Джорджа, или кого-то, кого она знает. Но, конечно, панику своим видом она не выдавала, а повод паниковать был. На всех столах, что пока попались Пэнси, стояли дешевые снэки, пластиковые стаканы и магловский алкоголь (против него она ничего не имела, но не в пластиковые же стаканчики).       — Пэнси, — сзади на девушку набросился с объятиями молодой парень, — Тебе что, не прислали дресс-код? — ей не нужно было поворачиваться, чтобы узнать в этом юмористе Блейза Забини — главного ценителя моды и женской красоты, а также лучшего друга девушки, — Нет, ты выглядишь восхитительно. Просто ты очень выделяешься. Нужно быть слепым, чтобы не оценить твою красоту!       — Блейз, ты знаешь, я рождена, чтобы сиять, — Пэнси выдохнула и натянула очаровательную улыбку, поворачиваясь к парню, — Ты выглядишь так, будто мы с тобой получили одинаковый дресс-код, — засмеялась девушка, изучая образ своего друга. На Блейзе были надеты темно-бордовые велюровые брюки и черная рубашка из органзы, через которую проглядывался шикарный торс парня. Его кудряшки красиво обрамляли острые скулы, а в руках, в бокале, было шампанское, — Где ты взял нормальный напиток?       — О, лично у хозяина вечеринки. И это не Шампань, — проговорил оценивающим голосом он, покачивая напиток в бокале, — Это Просекко. Как итальянец — одобряю, как британский аристократ — осуждаю, — засмеялся он.       — Где найти этот напиток на грани приличия? — усмехнулась девушка.       — Следуй за белым кроликом, — прошептал мужчина, пока Пэнси стала внимательно изучать пространство, — Знаешь, если ты становишься более открытой миру, стоит почитать магловскую классику, — девушка недоумевающе смотрела на Блейза, — Это цитата из книги. А тебе нужно на кухню, вроде бы ты тут уже была? — заговорщически улыбнулся он.       — Да, спасибо, — проигнорировав все комментарии, девушка двинулась в сторону Просекко. Напиток, во всех обстоятельствах, был невероятно необходим. Она повернула в дверной проем и оказалась лицом к лицу с Джорджем, в руках которого было два фужера.       — А я спешил встретить тебя достойным напитком, но твои друзья аристократы останавливали меня снова и снова, отбирая твой бокал. Взял на всякий случай два, — засмеялся парень, слегка покачивая бокалами, акцентируя на них внимание девушки. Он протянул ей один фужер и, проговорив: — За встречи, что принес нам уходящий год, — чокнулся с бокалом Пэнси. Она молча сделала глоток и уставилась на мужчину. Тот сделал несколько шагов назад и, совсем не аристократично, присвистнул: — Ты превзошла сама себя, — он жестом руки очертил в воздухе ее тело, — Ты великолепна, Пэнси.       — Знаешь, я представляла себе этот вечер иначе, — девушка сделала еще один глоток, протягивая свободную руку к мужчине, приглашая его в объятия. Тот без возражения придвинулся к ней, обняв за обнаженную талию, посмотрел девушке в глаза. Сглотнув и облизнув губы, он практически шепотом проговорил:       — И как ты представляла себе новогоднюю вечеринку?       — Я не думала, что это будет вечеринка, — проговорила она, поглаживая волосы и шею парня.       — Но одета ты как на таковую, — прошептал он низким басом.       — О, мне сообщили другие приглашенные, что наш совместный Новый год не такой уж наш, — обнажив зубы, улыбнулась девушка. Пара будто танцевала медленный танец, хотя в доме играла совсем не подходящая музыка. Гости обходили их стороной.       — Я не знал, что он был нашим, — он перебирал пальцами шнуровку платья, словно играя на гитаре. По коже Пэнси побежали мурашки. Теперь уже сглотнула она. Тряхнув волосами, она продолжила:       — Я думала, что мы будем вдвоем. У камина. Возможно, не полностью одетые. С бокалами вина и пирогом, который я приготовила для тебя, — она шептала, продолжая гладить плечи и шею парня, периодически спускаясь к груди, — Думала, что у нас многое оказалось не... — она прикусила губу, — Как же лучше сказать... Не испробованным, — она потянулась к губам мужчины, но, когда он, прикрыв глаза, потянулся ближе к ней, резко отпрянула из объятий, — Но я была очень не права. Крутая вечеринка, Джордж, — и Пэнси быстро растворилась в толпе, оставив мужчину, у которого из стороны в сторону ходили желваки, а губы растянулись в счастливой улыбке охотника. Девушка же скрылась в уборную, где, поставив фужер на стол, включила воду и уставилась на свое очень возбужденное отражение.       — Как бы ты сама не проиграла в эту игру, — засмеялась она зеркалу, охлаждая шею водой.

***

      Пэнси любила вечеринки и магловскую музыку. Любила танцевать до боли в косточках, совсем не как аристократка. Любила выпивать лишнего, чтобы стирались внутренние рамки. Любила громко смеяться. Любила выходить из клуба, чтобы вдохнуть свежего, холодного, ночного воздуха и затянуться сигаретой.       Пэнси любила курить, но только в определенном настроении и обстоятельствах. С сигаретой в руках девушка ощущала себя невероятно сексуальной и томной. Она изящно подносила ее к губам, демонстрируя тонкое запястье, делала затяжку и после задержки дыхания выпускала тонкую струю дыма.       Было несколько поводов, чтобы закурить: годовщина заключения отца, адская усталость на работе и нереализованное возбуждение. В канун Нового года, конечно, повод был только один.       Насмотревшись на объект своей страсти в танце, Пэнси вышла на террасу и, укрывшись шерстяным пледом (хотя чары тепла никто не запрещал), поднесла зажигалку к сигарете — в холоде она ощущалась по-особенному. Эта дурацкая магловская привычка пришла к девушке во время ее приключений в Лондоне.       Нет более простого способа заговорить с красивым маглом, чем попросить его о сигарете или прикурить. Потом пара фраз — и он уже угощает напитком.       Девушка укуталась плотнее в плед и почувствовала слишком сильное тепло. Обернувшись, она увидела перед собой Джорджа, который наносил на себя чары тепла, которые, видимо, уже оказались на Пэнси.       — Меня иногда удивляет, что представительница одной из древнейших магических семей забывает использовать очень полезную магию, — проговорил он, подходя ближе и опираясь о перила.       — Иногда хочется почувствовать все краски жизни вне кокона, — проговорила девушка, вновь затягиваясь и сбрасывая ненужный теперь плед на диван.       — Знаешь, эта дурацкая привычка убьет тебя, — улыбнулся Джордж.       — Меня не убил Воландеморт, а потом его противники. Я дружу с женой Поттера, хотя я хотела отдать его на съедение волкам. Поверь, я ничего не боюсь уже давно, — она вновь сделала затяжку и взяла бокал просекко.       — Вероятность умереть от таких вещей намного ниже, чем от сигарет.       — Я вышла на улицу, чтобы вдохнуть воздуха, но здесь становится невыносимо душно! — засмеялась Пэнси, притворно удивившись.       — Ауч. Немного обидно, — усмехнулся мужчина и, отстав от перил, направился в сторону дверей, — Если что, это называется забота о человеке. Новая для тебя, но интересная концепция, — не проронив больше ни слова, Джордж скрылся в толпе гостей, оставив удивлённую Пэнси в компании сигареты на балконе.       Дверь вновь открылась, и навстречу девушке шел Блейз.       — Твои привычки становятся предсказуемыми, — он вытащил сигару из футляра и невербально зажег ее, — Твой фанат вылетел с балкона с очень недовольным лицом. Что произошло? — спросил он, выпуская дым.       — Я пыталась с ним заигрывать, но он воспринял это как нападки, — пожав плечами, она затушила сигарету.       — Узнаю старушку Паркинсон: жалим того, кого хотим поцеловать, — он усмехнулся.       — Я не умею по-другому, — она подошла ближе к другу, — Я пыталась по-другому! Боже, да я готовила сегодня пирог для визита к нему. Как низко я пала!       — Ты? Готовила? Пирог? — делая акцент на каждом слове, проговорил Блейз.       — Ой, отвали!       — Как некультурно, мисс Паркинсон!       — Блейз, прошу. И так вечер совсем не такой, как я планировала. Не приставай, — она уселась на диван, вновь укутавшись в плед.       — Заболеешь, — сказал мужчина и вновь сотворил чары тепла, — Я думал, что у тебя тут просто развлечение, но смею предположить, что твое сердце оттаяло к новому мужчине, — он приобнял подругу за плечи.       — Блейз, я не хочу больше ни в кого влюбляться. Это больно! — она уткнулась в плечо парня.       — И неизбежно, — улыбнулся он, целуя девушку в макушку.

16 января 2002 год       — Мне это надоело! — Гермиона, оперевшись о кухонный остров, смотрела на уставшего Малфоя. — Я все понимаю! Тебе нравится твоя работа, и я тебя очень уважаю за твой выбор, но так нельзя! — звук в экране от детской камеры заставил девушку снизить громкость. Она уставилась в монитор, следя за движениями малышки. Убедившись, что сон не потревожен, она продолжила, чуть тише и ставя чайник на плиту: — Тебе даже нечего сказать, время три часа ночи! Ты обещал прийти в четыре дня, чтобы я успела в Министерство. Мне опять ждать месяц эту встречу! — она достала из холодильника контейнер с едой и начала выкладывать на тарелку.       — Гермиона, — почти шепотом начал Драко, выйдя из состояния ступора. Он снова пропал в коридоре и появился уже без пальто, расстегивая докторский халат. Подойдя к девушке, подогревающей еду, он приобнял ее со спины: — Прости…       — Нет, ты не имеешь права сейчас, — она отстранилась. — Я делаю это, — Гермиона махнула на тарелки, — потому что, несмотря ни на что, я тебя очень люблю и понимаю, что ты устал. Но я жутко зла, потому что я не имею значения! Мои планы не имеют значения! — она перенесла тарелки на стол и, громко задвинув ящик, положила рядом приборы. Ее взгляд снова устремился в магловский экранчик детской камеры. — Ты можешь просто не прийти домой, а я привязана к ней, — она махнула рукой на спящую девочку с картинки.       — Эльфы… — начал было вступать в дискуссию он, но его прервал снова громкий голос жены:       — Не начинай! — она прижала руку к своим губам и, выдохнув, продолжила тише: — Не начинай об этом. Я тебе говорила, что я их люблю и доверяю им все, что касается дома, но ребенок — другое. Она должна чувствовать нас и нашу любовь, а не эльфов. И это очень удобно! Мы быстро привыкнем сбагривать Лилу им. И что потом? Ее тоже будут растить эльфы? — воскликнула она.       — Ну я вырос не таким плохим человеком, — попытался улыбнуться Драко, но получил легкий подзатыльник.       — Это вообще отдельная тема для диалога. Я зла, пойду спать. Приятного аппетита, — девушка скрылась в проёме, а мужчина, сняв кипящий чайник с огня, приступил к ужину.

***

      Когда Драко зашёл в спальню, его жена, несмотря на время, не спала. Оперевшись спиной о подушки, девушка перебирала документы в папке на ее ногах.        Она была одета в черную пижаму с белой каёмочкой, состоящей из рубашки и коротких шорт. Волосы были собраны в небрежный пучок и перевязаны шелковой лентой. Гермиона была окружена подушками, но не лежала под одеялом, будто мысли не дали ей добраться до полного комфорта.       — Я работала над этим больше двух лет, понимаешь? — она не подняла взгляд на него и продолжила: — Два года я составляла этот проект, и еще полгода и поднятие всех наших связей ушло на то, чтобы мне организовали встречу с Кингсли, понимаешь? Каждая страница здесь, — она продолжила листать документ, — создана мной лично. Каждое слово — выбрано не случайно. Каждая мысль, все здесь — это путь к моей мечте. И сегодня должен был быть день, когда я на лифте просто взметнусь к ней, а вместо этого я сделала снова много шагов назад. Мне больно, — она отложила папку и взглянула на Драко. Он снова стоял на пороге комнаты, со слегка сгорбленными плечами и виноватым выражением лица. — Почему ты не пришел вовремя?       — Я спасал ребенка, — мужчина, расправив плечи, направился к будуару жены и начал наносить на лицо крем. — Мне больше нечего сказать. Твой проект — для будущего детей, а мне нужно было спасти мальчишку, которому только исполнилось пять, и у него случился стихийный выброс магии в комнате, полной стекла, — он отодвинул одеяло, чтобы лечь, но, заправив его обратно, уселся рядом с женой. — Это было хуже Сектумсемпры, понимаешь?       — Тебе удалось? — она не нашла в себе силы задать вопрос полностью.       — Нет, Миртон не выжил, — он отвел взгляд от жены, а та взяла его за руку. — Поэтому я знаю, что твой проект невероятно важен. Но там был ребенок, которого нужно было спасти сейчас. Прости меня, — он начал целовать руки Гермионы.       — Мне очень жаль, что ты его потерял, — она прижалась к груди мужа.       — Я завтра поговорю с помощником Кингсли. Объясню ситуацию. Тебя примут. Мои коллеги выступят в поддержку, — он прижался к макушке девушки губами. — А теперь давай спать? Уверен, что Лилу, несмотря на такой сложный день и мой завтрашний выходной, проснется примерно через пару часов?       — Это ты прав, — Гермиона поцеловала Драко в щеку и, залезая под одеяло, шепнула: — Нокс! 31 декабря 2003 год       — Милая, захвати бокалы, — бархатный голос Джорджа вывел девушку из размышлений. Она стояла на кухне, вдыхая ароматы невероятных блюд и все еще наслаждаясь рождественскими декорациями. На девушке была бежевая клетчатая пижама из флиса и золотые украшения, а ее фирменный боб был частично собран в шишку. С лица Пэнси не сходила улыбка.       — Несу, — пропела она и, прихватив два хрустальных бокала, направилась в гостиную. Перед ее взглядом предстала картина, которая растянула улыбку девушки еще сильнее, хотя казалось, что это невозможно. Джордж стоял на коленях у камина и подкладывал дрова. Рядом с ним лежало несколько пледов и гора подушек. В левом от камина углу стояла невероятно пушистая елка, украшенная самыми разнообразными игрушками и огоньками, а прямо над пледами парила композиция из омелы. Пледы окружали невысокие столы с различными закусками и напитками, а из граммофона доносилась магловская музыка. — Знаешь, я могу к этому привыкнуть, — изящно потряхивая бокалами, девушка присела на одну из многочисленных подушек на колени и продолжила наблюдать за мужчиной. — Почему ты не просишь эльфов сделать это?       — Потому что я отправил их на выходной, — обернулся он и, отряхнув руки, направился к Пэнси.       — Зачем? — пожав плечами и закусив губы, она наблюдала, как объект ее фантазий медленно крадется, как волк за своей добычей, к ней.       — Чтобы не стыдно было делать так, — он набросился на девушку в поцелуе, параллельно щекоча ее.       — Хватит, — когда она смогла вернуть себе голос, сквозь смех проговорила Пэнси, — Будто они тебя хоть раз останавливали от такого поведения, — засмеялась она, расправляя пижаму и удобнее усаживаясь напротив камина. Джордж протянулся к шампанскому и, с характерным звуком откупорив бутылку, наполнил бокалы.       — Год назад я пожелал, чтобы все было так, как мы это себе представляем. И я должен признаться, что я чертовски хорош в загадывании желаний, потому что это, — он провел бокалом по Пэнси и комнате, — все, о чем я мог мечтать. Спасибо, что согласилась встретить этот год вместе!       — За нашу новую главу в жизни! — девушка чокнулась бокалами с мужчиной и потянулась к его губам.       — Подожди, сначала подарки! — он оставил легкий поцелуй на губах Пэнси и потянулся под ёлку. — Я не хотел вручать его на Рождество при всех, — в руках у нее оказалась небольшая коробочка, девушка не спешила ее открывать. — Я знаю, что ты не стремишься к этому, но я, несмотря на все попытки этого не сделать, влюбился в тебя бесповоротно. Пэнси Паркинсон, окажешь ли ты мне честь стать моей невестой, а в будущем женой? — он сам открыл коробочку и, достав кольцо с увесистым камнем, встал на колено напротив обескураженной девушки.       Остановить мгновение — это дар, которым хотела бы обладать Пэнси. Чтобы можно было заморозить Джорджа и подумать. Но такого заклинания нет, поэтому она уставилась на невероятно красивого голубоглазого мужчину напротив себя, с неприлично большим бриллиантом в руке и предложением века.       Но ей было страшно. Страшно влюбиться и довериться, и страшно допустить кого-то в свою жизнь на все сто процентов.       — Пэнс, — Джордж потряс коробочкой в руке, пытаясь вывести ее из транса. Девушка резко подскочила и со словами «твою мать», закрывая рукой рот, унеслась в ванную комнату. По звукам из-за двери не было вопросов, что с ней случилось, поэтому мужчина терпеливо ждал, когда рвота прекратится. — Родная, я могу зайти? — за долгой тишиной и паузой последовал шум смыва унитаза и хриплое:       — Да.       — Я бы, конечно, предпочел этот ответ услышать на мое предложение, — бормотал он, заходя в ванную, но сразу прекратил, увидев свою девушку на полу около туалета с бледным лицом. — Пэнси, ты не могла отравиться, — вопрос превратился в утверждение, пока он анализировал происходящее.       — Я переволновалась, — прошептала девушка. — Магловский мозгоправ назвал это психогенной рвотой. Это когда стресс вызывает у взрослого человека рвоту. У меня так было всю жизнь, но обычно не наступало так резко. Никто не знает, — вновь прошептала она.       — Я напугал тебя своим предложением?       — Я не ожидала, я не уверена, что готова. Да и мы еще даже не жили вместе! — воскликнула она, возвращая себе голос.       — Ты практически живёшь в моем доме с прошлого нового года, — прошептал он.       — Но это не то же самое! Моя гардеробная не здесь!       — Ты шутишь? Если это единственная причина, завтра же будет начат ремонт! — Джордж вскочил. — Я могу вернуть эльфов прямо сейчас!       — Успокойся, Джордж. Дело не только в одежде. Я не хотела замуж…       — Ты хотела замуж, но не за меня, — он уселся обратно к девушке, оперевшись о ванну.       — Прости меня, — она взяла его за руку.       — Ты прости меня, — он поглаживал ее ладонь свободной рукой, во второй все так же была коробочка с кольцом. Он протянул ее девушке. — Возьми его себе. Пусть оно будет у тебя. Если однажды у меня будет шанс, ты просто надень его на себя, и я все пойму. Пойдем встречать Новый год, — он протянул руку девушке и помог встать. Она вжалась к нему в объятие.       — Спасибо, что ты не сделал этого у Малфоев. И спасибо за такой красивый подарок, — она поцеловала Джорджа в губы и потянула в гостиную. 15 июля 2004 год       На дворе стояла сумасшедшая жара. Гермиона приняла решение из-за этого нарушить свой привычный за прошедшие два с лишним года маршрут. Она не пошла за утренним бейглом с горячим чаем напротив садика Лилу, а отправилась в ресторан за свежевыжатым соком рядом с Министерством.       Вот уже два года Гермиона Грейнджер-Малфой возглавляет отдел по работе с волшебниками в возрасте от 0 до 11 лет, где они создают программы по подготовке к Хогвартсу для детей старшего возраста (от 8 до 11 лет), так и для младших из них создаются аналоги магловских садиков. Лилу Малфой и Джеймс Поттер стали одними из первых участников первого магического сада для детей в возрасте от 2 до 7 лет, открытом в 2003 году недалеко от Министерства магии Великобритании. В течение нескольких месяцев им пришлось переехать в помещение больше, но чуть дальше, чтобы открыть больше групп.       По данным Мунго, вторая половина 2003 года и 2004 год показали самые низкие статистики бытовых магических травм за последние два десятилетия. Благодаря чему маленький проект Гермионы, который спонсировал фонд ее мужа, всего за год стал делом всего Министерства.       Отдел под руководством Грейнджер-Малфой разросся за год от двух сотрудников (самой Гермионы и Луны) до тридцати человек. И из отдела его переименовали в департамент, в котором появились отделы «связи с общественностью», «обмен международным опытом» помимо отделов разработки методологий и развития.       Вытерев пот с лица от жары, Гермиона зашла в Министерство и сразу проследовала в свой кабинет, периодически останавливаясь, чтобы поздороваться с кем-то из коллег. Она спешила на большое совещание, где обсуждали открытие британской подготовительной школы в Америке, недалеко от больницы Сиэтла, в которой у девушки осталось немало друзей.       Возможность расширения было делом прошедшего полугодия для Гермионы. Ведь это открывало не только безопасное взаимодействие с магией для американцев, но и возможность международного обучения, расширение магических границ для студентов.       Да, периодически Хогвартс принимал иностранных студентов, но это было редкостью, и единственный повод для глобального знакомства с другими культурами — это упраздненный Турнир Трех Волшебников.       Девушка хотела повлиять на глобальную систему образования, создав общие стандарты (не убирая при этом особенности каждого национального стиля обучения), которые позволяли бы отправлять студентов школ по обмену во время учебы, не лишая их возможности успешно закончить свой альма-матер.       Миссис Грейнджер-Малфой, одетая в юбку-солнце шоколадного цвета и изумрудную блузку, слегка подпрыгивая, зашла в комнату переговоров, где уже сидело несколько человек и вели непринужденную беседу. Они все отвлеклись на ее короткое «Добрый день, коллеги!» и вернулись к своим диалогам.       Девушка посмотрела на часы. До начала ее главной битвы года осталось всего восемь минут.

***

      — Мисс Грейнджер, — начал Кингсли, но был перебит уверенным:       — Грейнджер-Малфой, сэр. Миссис Грейнджер-Малфой, — проговорила Гермиона, смотря на заместителя министра магии Америки Джона Стивенса. Это был мужчина около сорока лет, невысокого роста, с небольшими почти черными глазами и длинными темными волосами, собранными в низкий хвост.       — Да, миссис Грейнджер-Малфой, мы ознакомились с вашим проектом, но не уверены в его пользе для нас. Статистика происшествий стихийной магии у нас значительно лучше, чем в Великобритании, даже после введения вашей программы.       — При всем уважении, мистер Стивенс, статистика, представленная вам, не может быть сравнена с нашими показателями. Я внимательно изучила ваши данные, и у вас информация дается в формате «выбросы магии на квадратный метр», а следует смотреть в отношении на душу населения. Именно так рассматриваем статистику мы. Конечно, с учетом того, что ваша страна примерно в 40 раз больше Великобритании, ваши данные будут всегда выглядеть лучше, если сравнивать показатели по квадратному метру. При этом ущерб от стихийной магии будет только возрастать. Ведь даже ваша статистика показывает, что увеличивается количество маглорожденных волшебников. Именно поэтому нам стоит всем открыть глаза на изменяющийся мир и помочь этим детям знакомиться с самими собой и своими способностями в безопасной среде.       — Мисс, но зачем вам Америка? — спросила Люси Перингтон, представительница больницы Сиэтла. Молодая девушка, которая отвечала за внешние коммуникации. Люси была невероятно высокой и худосочной девушкой, с длинными белыми волосами и большими голубыми глазами. Оттого ее соседство с низким и темным Стивенсом выглядело очень контрастно. — Я понимаю, зачем знакомить детей с магией. Ваша инициатива действительно полезна, и мы обязательно пересмотрим и нашу статистику, и возможность открытия центров для детей по вашему примеру. Но причем тут международный обмен?       — Миссис. Я миссис, мисс Перингтон, — улыбнулась Гермиона. — Отвечая на ваш вопрос: чтобы расширить границы возможностей и магических миров. Если бы не турнир Трех Волшебников и мое знакомство с Виктором Крамом, то, возможно, исход войны был абсолютно иной. В Британской системе образования не изучают маскирующие чары в общей программе, в Болгарии изучают. И именно знания, переданные мне Виктором, позволили нам с Гарри и Роном выжить в бегах. Поэтому я считаю, что международный обмен знаниями важен. Более того, это возможность детям увидеть широту этого мира и разность людей — лучшее для развития.       — Но почему бы тогда не сделать этот обмен в более позднем возрасте? Зачем 8–11 лет? — вступил в диалог темноглазый волшебник.       — Так вы неверно прочитали мое предложение, мистер Стивенс. Мы предлагаем сделать единую систему подготовки к школе для детей 8–11 лет, чтобы после, начиная с 3 курса обучения в общей программе образования, мы могли устраивать обмены опытом для студентов.       Переговоры продолжались еще долгие два часа, пока Кингсли не произнес:       — Что же, мы отправим вам все наши заготовки по программе для 8–11 лет и начнем подготавливать Хогвартс к первым иностранным гостям по обмену. Спасибо за достойную совместную работу, — он встал со своего кресла и прошел по залу, пожимая руку каждому участнику. За ним последовали и остальные гости. Пожимая руки, Гермиона последовала за Кингсли к выходу.       — Кингсли, — окликнула она. — Спасибо, что поверил в меня!       — Гермиона, спасибо, что не изменяла себе все эти годы. Это великолепный проект, — он улыбнулся широкой и уютной улыбкой и покинул зал. Гермиона оглянулась на помещение и, выдохнув, рванула на улицу, параллельно доставая свой телефон.       — Любовь моя, — проговорила она после нескольких гудков, — Все получилось! У меня, нет! У нас все… — Гермиона поглаживала живот и улыбалась в трубку телефона, перебегая Уайтхолл. Юбка развевалась от быстрого шага, подчеркивая слегка округлившийся живот. Голос девушки прервался, когда, повернув голову направо, она увидела машину, которая никак не успела бы остановиться. Вскрик и гудки телефона — все, что услышал Малфой на своем конце связи.