На грани субординации

Прошло три дня после операции в ночном клубе. На очередное утро Ки Хун вышел из своей Хюндай Санта Фе на парковке перед зданием управления. На улице стояла типичная осенняя погода, тяжелые серые тучи нависали над городом в преддверии дождя. Сон захлопнул дверь машины, поправил пальто, и собирался уже идти ко входу здания, как вдруг, рядом на свободное место плавно подкатила машина. Он обернулся – это была та самая Киа Оптима, которую он видел в тот вечер после операции из окна своего кабинета. Молодежная, дерзкая, стильная, с агрессивной оптикой и спортивными линиями корпуса. Конечно… «Он бы выбрал именно такую», — подумал Ки Хун. Дэ Хо вышел из машины и, заметив Ки Хуна, неловко сказал: — Доброе утро… Ки Хун кивнул. Дэ Хо клацнул кнопку на ключе, машина моргнула фарами; и, сунув руки в карманы пальто, он направился ко входу управления. У Дэ Хо, как у снайпера – несколько раз в неделю проходили регламентированные тренировки – стрельба, физическая подготовка, проверка глазомера, разбор ошибок. Это была часть его рабочего графика. В это же утро в стрелковом тренировочном зале стоял запах пороха. Звонкий отголосок последних выстрелов ещё висел в воздухе, отдаваясь в ушах. Дэ Хо плавно опустил винтовку, выдохнул, глянул на мишень – идеальная группа попаданий, почти в одно место. Инструктор по стрелковой тактике, он же и тренер по физической подготовке – крепкий мужчина лет сорока пяти, с внимательным, но строгим взглядом остановился напротив него: — Кан, по поводу прошлой операции. Я просмотрел записи. Позиция выбрана верно. Обзор полный. Но… задержка с выстрелом две секунды. Почему? — Ждал момента, когда прицел зафиксируется стабильнее… — спокойно ответил Дэ Хо, хотя внутри немного кольнуло от замечания. — Да, логично, — продолжил тренер. — Послушайте, ваша меткость безупречна. Тут даже спорить не о чем. Только всегда держите в уме – иногда две секунды стоят жизни группе внутри. В остальном попадание чистое. Тренироваться будем продолжать по нашему графику, чтоб держать тонус. Теперь наша задача довести скорость реакции и координацию. Он сделал паузу, а затем чуть тише добавил: — И, пожалуйста, я прошу вас, приходите на тренировки «чистым». Думаете, незаметно? Видно же, что вчера пили. Я руководителю Сону докладывать не буду конечно, но вы имейте в виду. Дэ Хо на секунду сжал губы от неловкости, и кивнул. — Продолжаем, — сказал тренер. К этому времени подошел Ки Хун и остановился у входа в зал, скрестив руки на груди, стараясь оставаться в стороне незамеченным. Решил зачем-то выделить время перед работой и понаблюдать, как тренируется Дэ Хо. Глаза скользнули от мишени к Дэ Хо – напряженный корпус, сжатые плечи, пот катился по вискам, футболка прилипла к спине; весь сосредоточенный, серьезный. Вдруг в кармане Дэ Хо завибрировал телефон. Он поднял трубку, бросив короткое «Извините» тренеру. В это время тренер, заметив Ки Хуна, подошел ближе и полушепотом сказал: — Паренек то молодец. Результаты стабильно выше нормы. И сам растет, и работать готов по полной. Редкое сочетание. Вашему отделу очень повезло. Ки Хун ничего не ответил на это, только чуть кивнул. А внутри него расползалась какая-то приятная теплая гордость. — Сынок, привет. Как твои дела? — спросила мама Дэ Хо на том конце провода. — Всё хорошо, мам. — Ты ел? Ты спишь хоть? — Мам… Да, ел. Да, сплю. Не волнуйся за меня, я в порядке. Прости, давай я тебе позже перезвоню, сейчас немного занят. На работе. Сигнал к стрельбе прозвучал снова, поднялась новая серия мишеней. Дэ Хо отключил телефон, вскинул винтовку, мышцы тела напряглись, дыхание собралось в концентрацию. Пуля за пулей уходили ровно в центр, отдача звенела в руках. Ки Хун, понаблюдав еще какое-то время, тихо ушел наверх работать. После тренировки Дэ Хо принял душ в тренировочном зале, переоделся, быстро выпил кофе, и направился в конференц-зал, где уже собирали всех сотрудников отдела на плановый брифинг. Сотрудники уже расселись за длинным столом. Ки Хун стоял у торца, директор Ким сидел рядом. — И так, — начал Ки Хун, — три дня упорной работы аналитиков принесли свои плоды. Удалось вскрыть телефон и ноутбук Со Чхан Сика. Транзакции, контакты, переписка – всё указывает на то, что цепочка идет дальше. Наша следующая цель – Со Мин Чхоль, посредник Ориона по финансам, человек, через которого проходят деньги для террористических ячеек и нелегальных закупок оружия. Следующая встреча планируется послезавтра в элитном казино-клубе. Зал заполнился тишиной. Дэ Хо старался сосредоточиться, и внимательно слушать, но взгляд всё время ускользал на Ки Хуна. — Казино – это серый офшор, где отмываются деньги, совершаются теневые сделки под видом ставок и выигрышей. Послезавтра там состоится закрытый турнир, — подхватил аналитик, включая схему на экране. — Со Мин Чхоль будет там для легализации и передачи крупной суммы доверенному лицу Ориона. Формально он играет, а на деле переводит миллионы через фишки. Схема простая: грязные деньги заходят как наличка, выходят чистыми в виде фишек и «выигрышей». Мы засекли, что он встречается с двумя контактами из Юго-Восточной Азии и Китая. Если сделка состоится, канал Ориона закрепится сразу на два направления. — Внутри казино-клуба всё вылизано под роскошь, — продолжил другой аналитик, указывая на экран. — Камеры стоят в каждом углу, но есть слепые зоны – в районе барной стойки и на лестнице к вип-залу. — Внутрь пойдут трое – два агента в роли гостя, один – в роли игрока, — сказал Ки Хун. — Остальные встанут на периметр. — Я считаю, что нам нужны дополнительные глаза и уши внутри, — заметил директор Ким. — Слишком много подвохов в этот раз. Можем не потянуть. Господин Сон, я вот что подумал. Предлагаю привлечь Кана не только как снайпера, но и как агента под прикрытием. Считаю, что его зоркий глаз и аналитические способности вполне себе это позволяют. Тишина в зале стала заметнее. Дэ Хо растерянно моргнул от неожиданности, пока не до конца понимая, как такое произошло. Ки Хун почувствовал, как внутри него всё напряглось. «Под прикрытием?.. Его? Снайпера? Ким что, с ума сошел?» — Он снайпер, — строго отрезал Сон, и в его голосе слышалась твердость. — Он не работал под прикрытием. — Вот и поработает, — спокойно отмахнулся Ким. — Повышение квалификации так сказать. Лишним ему это точно не будет. — А кто крышу держать будет в таком случае? — Его винтовку мы заранее установим на позицию. Если ситуация того вообще потребует. Но основная задача будет – работа внутри. Такой формат на этот раз.   Ки Хун бросил взгляд на Дэ Хо. Тот молчал, тихо наблюдая за этой «перепалкой», но по глазам было видно, что он заметно напрягся. — Кан, вы как? Согласны?.. Потянете вообще? — спросил Ки Хун, и в его голосе промелькнуло совсем не руководительское беспокойство. Дэ Хо поднял глаза, встретился взглядом с Ки Хуном. — Да… — чуть замявшись на мгновение, ответил он. — В общем… ради опыта… почему бы и нет. Я согласен. Ки Хун едва заметно нервно выдохнул, хотелось выругаться вслух. «Ты даже не понимаешь, куда ты лезешь, Дэ Хо». — Господин Ким, позвольте прервать брифинг на пару минут. Давайте выйдем из зала, мне есть что вам сказать. Директор с удивлением посмотрел, но всё же встал из-за стола и направился к выходу. Отойдя в конец коридора, Ки Хун начал: — Мы не можем отправить снайпера на это задание. Я прошу вас этого не делать. Ким в удивлении усмехнулся: — Что значит мы не можем? Он в первую очередь сотрудник отдела внешней разведки. И вообще-то это его работа, даже если мы отправляем его не в привычном ключе, а в роли агента. — Нет, вы не понимаете, это слишком опасно. Мы не можем его туда отпустить. У него не было опыта агентом прикрытия. — Да. Это всегда риск. Спецслужбы – это вообще не сладкая сказка, и я думаю, он прекрасно это понимает. — Мы можем потерять снайпера, вы понимаете это? — А может это Вы можете потерять что-то большее? М?.. Господин Сон?  — резко спросил Ким. Ки Хун замер. — Знаете… — продолжил директор. — А я ведь просмотрел внимательно его досье ещё раз, и узнал – вы оказывается с ним были знакомы. Да что там знакомы. Вы были его командиром в части морской пехоты, не так ли? Ки Хун ничего не ответил. — Значит так. Я не знаю, насколько вы были близки. Может быть, вы привязались к своему, можно так сказать ученику. Но забудьте про прошлое. Вы начальник отдела внешней разведки. Это вам что, шутки что ли? Он сотрудник этого отдела. На этом всё. Просто выполняйте свою работу и не мешайте делать ему свою. Закончив говорить, директор, увидев явное нежелание отступать от своей позиции и напряжение в глазах Ки Хуна, выдохнул, и продолжил чуть мягче: — Послушайте… Я понимаю, вы печетесь о своем подопечном. Возможно, у вас до сих пор осталась какая-то привязанность, всё-таки вы ведь были его старшим в части, наставником можно сказать. Я понимаю, да. Но… давайте как-то соберемся. И оставим личное позади этих стен. Не забывайте, где мы находимся и какая ответственность на нас лежит. Тем более видите, он сам хочет попробовать. Дайте парню развиваться. Глядишь, лет через двадцать вообще на ваше место сядет. Ну… я имею в виду, когда вы заслуженно и с почестями уйдете в отставку. — Или что… — улыбнулся Ким. — Испугались молодой конкуренции?.. — Вовсе нет. — Ну и всё тогда. Не переживайте, он толковый парень, справится. Нормально всё будет, — директор успокаивающе положил руку на плечо Ки Хуна. — В таком случае, в этот раз я буду руководить операцией на месте, в самом казино, — сказал Ки Хун тоном, не терпящим возражений. — Мне необходимо быть внутри. — Не очень понимаю для чего, если все агенты с камерами и прослушкой. Вам достаточно вести из офиса. Но… если вы так решили. Ну, что ж. Вам виднее. Пойдемте тогда продолжим брифинг. Вернувшись в конференц-зал, Ки Хун продолжил: — И так, наша задача – дождаться подтверждений связи с Орионом, наблюдать за обменом фишек, не допустить чтобы сделка дошла до конца и задержать. — Теперь распределим роли, — продолжил Сон. — Я пойду в роли старшего инвестора. Кан и остальные агенты – идете под видом влиятельных гостей. Вы, — Ки Хун повернулся к одному из оперативников, — я слышал – вы хорошо играете. Пойдете в роли игрока, и сядете за стол, у нас нет выбора. Остальная часть людей рассредоточится на парковке по периметру, отдел перехвата будет дежурить в машинах. Руководитель отдела снабжения добавил: — Приглашения на поддельные личности будут готовы завтра. В казино само собой действует дресс-код – смокинг, бабочка, классические туфли. Секретарь передаст параметры сотрудников, завтра костюмы будут у нас. «Ты и в форме заставлял меня глотать слюну, Дэ Хо… А в смокинге – это будет просто пыткой», — промелькнуло у Ки Хуна в мыслях. — Машины? — уточнил Сон. — Будут арендованы. Мерседес и Ауди бизнес-класса, чтобы не выделяться, но и не выглядеть дешево. Приедете с разницей в десять минут, будто не знакомы. Директор Ким сухо добавил: — Прослушка – в аксессуарах. Микрофоны встроены в запонки и часы. Камеры – на пуговицах пиджаков. Всё оружие только компактное, которое сможет спокойно пройти под металлоискателями. — Хорошо. Тогда готовимся, — подытожил Ки Хун.                                                                 

***

Через день, как и планировалось, готовились к вечеру в казино-клубе. В комнате для подобных подготовок к операциям на столе были разложены именные пригласительные. Секретарь Ки Хуна принесла в помещение чехлы с одеждой, и аккуратно раздала их каждому по фамилии и параметрам. — Смокинги и обувь подобраны четко под размеры сотрудников, господин Сон, — сообщила она. — Хорошо, — коротко ответил Ки Хун. На стол легли небольшие коробочки. Сотрудник по технике открыл одну: на бархатной подложке блеснули запонки. — Мини-микрофоны, встроенные в запонки. Работают до шести часов, — объяснил он. Все сотрудники взяли чехлы с одеждой, коробки с туфлями и направились в раздевалки. Наконец переодевшись, Дэ Хо вышел из-за шторы, поправляя манжеты. Ки Хун тут же замер. Он не был готов к такому зрелищу. Черный смокинг сидел на Дэ Хо настолько естественно, будто он был рожден для такого рода нарядов. Пиджак подчеркивал линии плеч и спину, строгая бабочка замыкала образ, туфли блестели так, что в них отражался свет ламп. На секунду Дэ Хо застыл у зеркала, и в отражении встретился глазами с Ки Хуном. — Подойди, — сказал ему Сон. Дэ Хо шагнул ближе, и Ки Хун взялся за края бабочки. — Не дергайся, — тихо сказал он. — Я и не дергаюсь, — спокойно ответил Дэ Хо, глядя в лицо Ки Хуну. Пальцы уверенно поправили узел, но задержались чуть дольше, чем стоило. Закончив поправлять бабочку, Сон отступил на полшага в сторону. Дэ Хо, будто желая прервать это напряжение, развернулся к зеркалу. Ки Хун остался рядом, чуть сбоку. Их взгляды встретились уже в отражении – оба смотрели друг на друга. В отражении – двое ярких красивых мужчин в черных смокингах, уж слишком хорошо смотревшихся рядом друг с другом, дополняя один одного. Но слишком долго наслаждаться этой картиной им не дали. Оперативники за спиной начали смеяться. Один хмыкнул: — Выглядим так, будто в фильме собрались сниматься. — В фильме хоть дублей много, а у нас будет только один. И, очень рассчитываю, что без трагической развязки, — подколол Ки Хун. В воздухе уже висела напряженность. Всё было готово – легенды под фальшивые личности на всякий случай, техника, наряды. Оставалось только выйти «в свет» и сыграть свои роли. Дэ Хо спрятал конверт с приглашением во внутренний карман пиджака; надел наушник в ухо, прикрыв его волосами. Движения его были собранные, осанка прямая, но внутри него уже начинался обратный отсчет до момента прибытия на место, где ставки будут очень высокими. Ки Хун шагнул в середину помещения, осмотрел всех и кивнул: — Всё. Готовы. Выдвигаемся. Когда все вышли из помещения, он поймал руку Дэ Хо, когда тот уже собрался выходить следом за остальными, и с волнением в глазах спросил: — Ты справишься?.. — Да… — полушепотом ответил Дэ Хо. Он понимал, что Ки Хун переживает за него, и это подсознательно грело ему душу. Все вышли на парковку, куда уже пригнали арендованные машины. Ки Хун открыл дверь черного Мерседеса бизнес-класса. Дэ Хо направился к Ауди, за рулем которой сидел оперативник в роли личного водителя. На мгновение их с Ки Хуном взгляды пересеклись. – Кан, садись, время, — напомнил оперативник. Дэ Хо едва заметно «кивнул» Ки Хуну глазами – «всё будет нормально», первым отвел взгляд, сел в машину и скрылся за дверью. Сон задержался на секунду, провожая взглядом захлопнувшуюся дверь, и только потом сел в свой автомобиль. Машины подъезжали к парадному входу казино с разрывом в две-три минуты. Черный мерседес мягко притормозил у ковровой дорожки. Из него вышел Ки Хун. Он на секунду оглядел фасад с подсвеченными колоннами, вдохнул холодный воздух, и уверенно пошел ко входу. — Добрый вечер, — сказал он и подал пригласительное на чужое имя. Сканер мигнул зеленым. — Проходите, господин. Приятного вечера. Через пару минут к тому же входу подъехала Ауди, из которой вышел Дэ Хо. Он слегка поправил пиджак и бабочку, прошел ко входу, и вежливо и отрепетировано улыбнулся охраннику: — Вечер добрый. — Ваше приглашение, — попросил охранник, и Дэ Хо протянул свой конверт. — Благодарю. Проходите. Внутри их встретил привычный для таких мест блеск хрусталя, тяжелые люстры, зеркала, запах дорогих духов, сигар и алкоголя; звуки смешивались – мягкий гул голосов, музыки, звон фишек. Дэ Хо занял позицию у мраморной колонны и сделал вид, что изучает зал. Он ведь в роли молодого богатого гостя, которому простительны любопытство и взгляд, задержанный на людях чуть дольше, чем надо. Волосы закрывали миниатюрный наушник, и жест, которым он невольно коснулся уха, чтоб на всякий случай перепроверить его, был почти незаметен. Но тут же в наушнике раздался спокойный голос Ки Хуна: — Перестань трогать ухо. Это заметно. На лице Дэ Хо проскользнула легкая улыбка. Он увидел Ки Хуна с другой стороны зала, тот уже шел ему навстречу, успев перед этим хорошо изучить расположение помещения и игроков. Сон, подойдя к Дэ Хо, подал ему бокал с мартини. Их пальцы коснулись друг друга, и по телу тут же пробежала приятная вибрация. — Не делай лишних движений, — тихо сказал Ки Хун, делая вид, что обсуждает игру, — не надо ничего сильно изображать, просто веди себя естественно и постарайся внешне расслабиться. И не волнуйся, я рядом, если что. Дэ Хо наклонился к нему чуть ближе, почти касаясь его плечом. Теплое дыхание скользнуло по коже возле уха, и внутри у Ки Хуна всё сжалось от этого жеста. — Ну вот пока вы рядом, господин Сон, я и не волнуюсь, — прошептал Дэ Хо. Мгновение они смотрели друг другу в глаза, но тут же по каналу прозвучал голос другого агента: — Со Мин Чхоль вошел в зал. С ним двое. Садятся за первый стол. Ждем обмена фишек. — Понял, — ответил Ки Хун. Затем обратился уже к Дэ Хо. — Внимательно наблюдай вокруг и слушай, но не мельтеши. Фишки перекатывались в руках, карты шелестели и скользили по зеленому полотну, бокалы поднимались, всё выглядело как обычный вечер в казино. Первая часть игры проходила спокойно. Цель – Со Мин Чхоль – сидел за столом уверенно, крутил стакан с виски в пальцах, время от времени откидывался на спинку кресла, взгляд его постоянно скользил в сторону своей охраны. Игрок слева, явно подставной, сделал пас. — Поднимаю до ста тысяч, — сказал Мин Чхоль, и передвинул фишки по столу. — Поддерживаю, — ровно ответил агент отдела, сидевший напротив под видом игрока. Ки Хун, стоя в отдалении, наблюдал за каждым движением. Он видел, как пальцы цели чуть дрожат на стекле стакана, как взгляд всё чаще метается по сторонам. Это было начало – операция входила в острую фазу. И вот начались движения за столом, заметные только Ки Хуну и агентам. Легкий наклон головы финансиста, жесты охраны – сигнал был очевиден. Другой агент из зала сказал в эфир: — Начали «чистый» обмен – меняют руки с фишками по заранее оговоренной схеме. — Ждите моего приказа. Не торопитесь, — сказал Ки Хун, и чуть наклонился к Дэ Хо, едва слышно сказав: — Давай бегом дуй на крышу. На всякий случай держи периметр. Дэ Хо кивнул и, отстранившись от барной стойки, направился к выходу. Только он оказался в проходе, как один из охранников цели задержал на нём взгляд. Всё-таки что-то его выдавало – внутреннее напряжение. Опытному телохранителю не составит никакого труда быстро считать фальшь. Не успел Дэ Хо сделать и шага вперед, как двое телохранителей, пока рядом никого не было, почти бесшумно ударили его под ребро так, что он согнулся пополам; и подхватили под локти, потащив в туалет. Через мгновение дверь в кабинке туалета захлопнулась. Всё произошло настолько быстро, что Дэ Хо ещё толком не успел ничего понять, как тут же почувствовал сильный удар спиной и затылком об кафель, а затем сразу же резкий захват за горло. Он рванулся; локтем, насколько смог, задел одного из нападавших, пытаясь сопротивляться, но второй впился хваткой сильнее, и жестко сдавил трахею. Первый охранник, почти сразу прийдя в себя после удара Дэ Хо, тут же врезал кулаком в живот, выбивая остатки воздуха из легких. В глазах потемнело, виски взрывались от давления. Воздуха начало не хватать настолько, что сопротивляться почти не осталось сил. Он сжал зубы, пытаясь вцепиться пальцами в руку, сдавливающую горло. Легкие судорожно пытались заглотнуть воздух, но горло было перехвачено так плотно, что даже хрип не мог вырваться. Мир сжался до одного ощущения – яростного давления на горле и пульса, бешено колотившегося в висках. Сопротивление становилось всё более слабым. Сил хватило только на то, чтобы ударить коленом вперед, вслепую. Попал или нет – он уже не видел. Перед глазами плыло, картинка распадалась на пятна. Секунда, ещё секунда – и темнота в глазах почти сомкнулась. Вдруг дверь распахнулась, чуть не вылетев из петель. В кабинку ворвался Ки Хун. Увидев Дэ Хо, почти задушенного, с посиневшими губами, на грани смерти, глаза Ки Хуна наполнились безумием и яростью. Он размахнулся, и со всей силы прикладом ударил по виску душившего. Затем второго. Отшвырнув их от Кана. Действовал так быстро и жестко, с лютым страхом потерять Дэ Хо, что те даже не успели среагировать. Дэ Хо сполз на пол по стене, жадно глотая ртом воздух, и хватаясь за горло, лицо налилось красным. В этот момент дверь снова распахнулась – в помещение шагнул сам финансист, и замер, осознав, что зашел не в своё время. — Стоять! — крикнул Ки Хун, подняв пистолет и направив прямо на вошедшего. За секунду подтянулись оперативники. Резко заломили руки финансисту, другой проверил дыхание у лежащих без сознания телохранителей. — На кого работаешь? — жестко спросил Ки Хун. Финансист едва успел выдавить, сквозь страх: — На… Ориона. Ки Хун кивнул оперативникам. — Уводите. В управление. Троих. Задержанного вывели, тела охранников тоже подняли и потащили к выходу, где уже ждал служебный микроавтобус. Сделка была успешно сорвана, посредник в их руках. Дверь в туалет захлопнулась, оставив Ки Хуна и Дэ Хо наедине. Дэ Хо сидел на холодном кафеле, горло горело, дыхание сбивалось, кашель рвал легкие. Ки Хун тут же быстро опустился на корточки рядом, не думая уже о субординации. — Дэ Хо… Ты как? — с тревогой спросил он. Его руки дрожали, но он схватил Дэ Хо за лицо, за горло, проверяя дыхание. Тот поднял глаза – влажные и красные, и, полные благодарности, что его вырвали из петли смерти. Ки Хун задержал руку на шее Дэ Хо чуть дольше, чем следовало. Пальцы словно приросли, отказываясь отпускать. Секунду он смотрел в эти глаза напротив – и вся броня, выстроенная за год, дала трещину. — Воды быстро принесите, — крикнул он одному из оперативников, и снова перевел взгляд на Дэ Хо. — Давай поедем в больницу. Через минуту в руку Дэ Хо попал стакан с водой. Он жадно сделал пару глотков, облизал пересохшие губы. Голос был чуть хриплым, но он смог ответить: — Не нужно ни в какую больницу. Я в полном порядке. Ки Хун стиснул челюсти. В порядке? Чуть не задушили – а он «в порядке»… Он аккуратно помог подняться Дэ Хо, поддерживая его за предплечье, и они вышли в зал уже вместе. Там вовсю работала группа зачистки: полицейские и криминалисты фотографировали место сделки, собирали улики. Игровой зал оцепили, гости были выведены. Они присели на диване в боковом проходе. Дэ Хо немного отдышался, и постепенно пришел в себя. На шее отпечаталась красная полоса от хватки. Ки Хун косился на неё и сжимал кулаки от беспокойства за Дэ Хо и злости на себя, что допустил такой риск. Посидев так некоторое время, Ки Хун глубоко вдохнул, будто собираясь с духом, и неожиданно для самого себя сказал: — Были планы после работы на сегодня? Дэ Хо с удивлением приподнял брови. — Нет... — Поехали выпьем. Придем в себя немного. Тебе сейчас это нужно, — выдохнул он. Взгляд Дэ Хо стал почти недоуменным. Такого он точно не ожидал. — Э… Что? Ки Хун спохватился, словно оправдываясь: — Просто выпьем и поговорим. Не переживай. Между ними повисло молчание. За последнее время Ки Хун сам протянул руку к личному. — Я не против… — наконец ответил Дэ Хо. — Поехали. Они вышли из яркого света казино в прохладный ночной воздух. Ки Хун чуть задержал шаг, давая Дэ Хо возможность отдышаться, потом коротко сказал: — Сейчас быстро заедем в управление, оставим эту машину, пересядем на мою. Дэ Хо кивнул, даже не споря – после того, что произошло, сопротивляться не было сил. Всю дорогу до управления они молчали. Взгляд Ки Хуна время от времени скользил на пассажира. На парковке управления Ки Хун заглушил двигатель, передал ключи дежурному, и сказал: — Пошли. Они подошли к другому ряду, где стояла машина Ки Хуна. Он дождался, когда Дэ Хо сядет на пассажирское, и сел за руль. Дэ Хо бросил взгляд на него и спросил: — Ты купил машину? — Пришлось, — ответил Ки Хун, заводя двигатель. — Просто для работы нужно было. Несколько минут они снова ехали молча, пока Ки Хун сам не нарушил тишину: — Есть одно место. Нормальное, без пафоса. Туда и поедем. Там тихо. — Ты часто туда ездишь? — не удержался Дэ Хо. Ки Хун мельком глянул на него и снова перевел взгляд на дорогу. — Иногда. Когда нужно… немного забыться. Машина свернула с широкой улицы в боковой проезд. Ки Хун притормозил у невысокого здания бара с затемненными окнами. Внутри их встретил полумрак. Никакой навязчивой музыки – только негромко играл джаз. Людей внутри было немного – несколько пар у дальних столиков, пара мужчин у стойки. Атмосфера тихая, спокойная, без напряжения. Место, где можно сбросить напряжение после работы. Ки Хун прошел первым в сторону свободного столика у стены, чуть в стороне от остальных, Дэ Хо последовал за ним. К ним подошел официант, и Ки Хун попросил: — Два виски со льдом, пожалуйста. Через пару минут два широких стакана с алкоголем поставили на стол. Ки Хун пододвинул один к Дэ Хо, и взял свой. Слегка качнул, наблюдая, как жидкость оставляет следы на стекле. — За удачу. Сегодня она явно была на нашей стороне, — сказал он и поднял бокал. — Да, за это точно стоит выпить. Они чокнулись, и звук тонко отразился в полумраке бара. — Хотя изначально этой ситуации вообще не должно было случиться. Я очень сильно себя виню, Дэ Хо. — Ты вообще ни в чем не виноват, Ки Хун. Вот такая у нас работа… Да? Ки Хун без особой радости кивнул, и спросил: — Как ты себя сейчас чувствуешь? — Да всё в порядке уже, не переживай. Чуть перетрусил, если честно признаться, — с легкой горечью усмехнулся Дэ Хо, а затем через паузу добавил. — Мы, кстати, с тобой первый раз в заведении. Вообще где-либо вот так сидим. Ведь, по сути, всё наше общее время мы с тобой проводили на территории части. Это что-то новенькое, забавно… — Да, точно… Пообщавшись ещё немного о чем-то постороннем и нейтральном, Ки Хун вдруг спросил: — Дэ Хо, как ты жил за этот год?.. Дэ Хо посмотрел внимательно ему в глаза. — Тяжело, Ки Хун… — кивнул он, делая паузу. — Невыносимо тяжело. Я только тобой и жил этот год. Когда вернулся с армии домой, через время дал себе слово забыть тебя. Не получилось. Было невыносимо больно. Спасибо маме, немного вытянула меня. Но всё равно только о тебе и думал каждый день. Ки Хун опустил взгляд на стол, и вздохнул, понимая, что сам же протащил Дэ Хо через все эти страдания. — А ты сам как жил этот год? — спросил Дэ Хо. Ки Хун помолчал какое-то время, глядя перед собой, и ответил: — Пусто и больно. Как с огромной дырой в душе. Я не забывал о тебе ни на минуту, Дэ Хо. Всё, чем я бы не занимался, все мысли только о тебе и были. Дэ Хо выдохнул. — Зачем ты отказался от меня тогда? Почему? Я до сих пор не понимаю… — Дэ Хо… Посмотри, как высоко ты поднялся за год. Думаешь, если бы мы были вместе, ты был бы сейчас там, где ты есть? Я бы только сбивал тебя с курса. Мешал бы своим присутствием. Молодому парню нельзя быть к кому-то привязанным. У него должно быть только дело, которому он отдает всего себя. — Ошибаешься, Ки Хун. Я бы добился большего, если бы ты был рядом. Твоя поддержка дарила бы мне крылья, и я бы достиг невероятных высот уже к нынешнему моменту. Мы бы прошли этот путь вместе. — Это ты так думаешь. Я бы только тормозил тебя. Ты бы отвлекался на меня постоянно, распылял внимание. А я бы всё время за тебя беспокоился и отчитывал из-за этого. Дэ Хо, помолчав какое-то время, глотнул виски из стакана. — Ты знаешь, почему я поймал такой успех? — усмехнулся он, опустив взгляд на стол. — Я был очень злой на тебя. Нет, сначала я был сломан до такой степени, что от меня ничего не осталось, выжженная земля внутри. Потом, спустя некоторое время, прийдя немного в себя, я решил во что бы то ни стало, в отместку тебе стать лучшим. Я пахал за этот год как сумасшедший. Мне нужно было куда-то вымещать эту злость и обиду. И я выместил в работу. Работал до изнеможения, вкладывал эту злость в каждую тренировку, в каждую стрельбу. Карьера, это хотя бы то, что я мог контролировать в отличие от отношений с тобой. Я хотел стать лучше тебя. Во всем. Тебе на злость. — Глупый... Разве мы с тобой в чем-то когда-то соревновались? Немного помолчав и улыбнувшись, Дэ Хо продолжил: — А ты заметил, сколько времени мы знакомы, и я всегда становлюсь лучшим из-за тебя. Что в части был одним из лучших, что сейчас. Так у нас как-то повелось с тобой – я злюсь на тебя, и становлюсь лучше. Забавно… Отпив немного виски, после небольшой паузы, Ки Хун спросил: — А с отцом как? Помирились? Общаетесь? — Со временем просто перестали трогать друг друга. Я прихожу к маме – он там. Мы киваем друг другу. И всё. — Ты сейчас с кем-то? Дружба, или может… отношения, — вдруг неожиданно спросил Ки Хун. — Нет, — коротко и твердо ответил Дэ Хо. Ки Хун чуть отвел взгляд, будто оправдываясь: — Не подумай ничего. Просто любопытно... Прям всё ли у тебя так кардинально в жизни изменилось. — А ты? — резко спросил Дэ Хо, не желая тормозить, раз всплыла эта тема, почему-то ему срочно стал нужен ответ, он сам не понимал почему. Ки Хун замолчал на секунду дольше, и тихо сказал: — Тоже нет. Посидев вместе и пообщавшись ещё какое-то время уже о чем-то отвлеченном, Ки Хун глянул на часы, и сказал: — Поздновато уже, тебе надо хорошо выспаться и восстановиться после сегодняшнего, а завтра сходишь к штатному врачу. Я довезу тебя до дома. Ладно? Дэ Хо, чуть поколебавшись, кивнул.                                                                                       

***

Следующие два дня прошли тихо. В отделе стояла рутинная рабочая суета: аналитики сутками выискивали крупицы информации, поднимая старые архивы и пробивая новые контакты. Шли допросы задержанного посредника – вся выуженная информация ложилась на стол Ки Хуна в виде отчетов, но ничего решающего пока не появлялось. Он погрузился в работу и почти не выходил из своего кабинета: бумаги, подписи, звонки, указания сотрудникам. Дэ Хо тем временем проходил свои тренировки: тир, физическая подготовка, контрольные занятия с тренером по стрельбе. Иногда их пути пересекались в коридоре, взгляды то и дело останавливались друг на друге. Жизнь отдела продолжала идти вперед, а за окнами Сеул жил своей обычной суетой, не подозревая, какие нити распутываются в этих стенах. И вот наступило тридцать первое октября. Вечером, в большом дорогом ресторане собрался весь коллектив отдела внешней разведки. Коллеги рассаживались за длинным столом, кто-то уже наливал первый бокал. Ки Хун сидел во главе стола, рядом с директором Кимом и выглядел безупречно – белая рубашка, расстегнутые две верхние пуговицы, слегка обнажающие грудь, черные брюки, легкая улыбка в ответ на поздравления. В этот вечер в его взгляде было меньше строгости, чем обычно. Дэ Хо сидел чуть дальше, среди оперативников. Белая рубашка на нем выглядела просто, без лишних деталей, но очень ему шла. Все подняли бокалы за именинника – у кого с шампанским, у кого с виски. У Дэ Хо в стакане была вода. Голоса коллег зазвучали вместе: — Господин Сон, поздравляем вас! — С днем рождения, начальник! Директор Ким пожал ему руку и, сдержанно улыбнувшись, кивнул: — Поздравляю! Здоровья и выдержки. Это вам точно пригодится. Аплодисменты, звон бокалов, смех и всеобщая радость заполнили зал. — А вы, Кан, не пьете? — удивился один из коллег. — Я за рулем, — коротко ответил Дэ Хо. — Молодежь нынче осторожная, — усмехнулся старший оперативник. — И правильно делает, — поддержал директор Ким. В этот момент Ки Хун поймал взгляд Дэ Хо. Весь этот шум за столом, разговоры, смех перестали существовать. Для них двоих время на миг остановилось. Взгляд, в котором было всё: напряжение, невыносимая тяга друг к другу и желание не отпускать. Часть вечера так и прошла – между общением с коллегами и тостами, встречаясь глазами, они будто взглядами метали молнии друг в друга, молча вели дуэль. И тут же оба отводили глаза. Через какое-то время Ки Хун поднялся из-за стола и направился в туалет. Хотел умыться холодной водой, сбросить усталость от вечера. Но едва он открыл дверь кабинки – как тут же кто-то резко втолкнул его внутрь. Дверь с глухим щелчком захлопнулась. Дэ Хо. Он крепко прижал Ки Хуна к стене спиной, глядя в глаза, прожигая взглядом насквозь. Сейчас в этих глазах не было ни стыда, ни смущения. В них плясали огоньки желания, решимость, боль и вызов одновременно. — Дэ Хо… — Ки Хун хотел что-то сказать, но слова застряли в горле. Дэ Хо ничего не ответил. Его горячая ладонь резко и нетерпеливо скользнула вниз. Через плотную ткань брюк Дэ Хо нащупал его член и начал проводить ладонью, медленно, уверенно. Ки Хун едва не согнулся от ощущения всплеска внизу живота. Ткань натянулась под пальцами. Не отводя взгляд, Дэ Хо смотрел прямо в глаза, не целуя, будто проверяя, выдержит ли тот. Он сжимал и проводил ладонью всё смелее, будто хотел стереть границу между ними, наказать и одновременно вымолить. Ки Хун, стараясь удержаться, уперся руками в стену, а тело уже предательски отзывалось – кровь стучала в висках, дыхание сбивалось, пах наполнялся жаром. Пальцы надавливали сильнее, движения становились настойчивее. Ки Хун сжал зубы, пытаясь сохранить хоть каплю самообладания. В груди всё сжалось – запреты рушились в одно мгновение. Когда Дэ Хо почувствовал через ладонь, что член Ки Хуна уже достаточно стоит, он опустился вниз. Кафель больно впился в колени, но ему было всё равно. Он бесцеремонно расстегнул молнию на штанах Ки Хуна и резким движением стянул с него белье и брюки, не давая время на раздумья, оставив его полностью беззащитным перед ним. Подняв глаза наверх, с хрипотцой в голосе от возбуждения, низко и глухо, он произнес: — Это тебе дополнительный подарок, лично от меня. Такой тебе больше никто не подарит, будь уверен. Обхватил крепко его член ладонью – тяжелый, налитый, горячий, и задержал руку у основания. Провел кончиком языка по головке, задерживаясь, будто смакуя реакцию Ки Хуна. Дразняще обвел по кругу, то замедляясь, то ускоряясь, лаская. Ки Хун вжался спиной в холодную стену, сердце стучало так, что казалось – его слышно снаружи, дыхание сбивалось. Он запрокинул голову, пальцы сами сжали волосы Дэ Хо – потянуть, остановить, удержать? Он не знал. Тело предало его быстрее, чем разум успел найти ответ. Он действительно хотел удержаться, но страсть Дэ Хо пробивала брешь в стенах, которые они возвели между друг другом за этот год. Все его «нельзя» рушились в такт горячим прикосновениям. Внизу живота свивался комок, с каждой секундой натянутый всё сильнее. Язык Дэ Хо двигался резко, почти агрессивно, будто вымещая год молчания. Пальцы впивались в бедра Ки Хуна, не давая отстраниться. В колени болезненно давил кафельный пол, но он не обращал на это внимания. — Дэ Хо… Что ты со мной делаешь… — хрипло сорвалось с губ Ки Хуна, но слова тут же растворились в ощущениях, превратились в бессмысленный звук. Он больше не контролировал ситуацию. Дэ Хо не останавливался. Он наклонился ниже, провел влажным языком по яйцам, задержался, втягивая их в рот, мягко посасывая и облизывая, лаская каждое по очереди. Ки Хун не выдержал – запрокинул голову и зашипел от нарастающего удовольствия. И тогда Дэ Хо решился – обхватил член пухлыми губами, глубоко, уверенно, без колебаний. Горячее влажное прикосновение свело Ки Хуна с ума. Внутри у него всё разрывалось на части: сопротивление и желание переплелись, но победило одно – то, чего он так долго боялся, но чего жаждал до боли. Ки Хун чувствовал, как Дэ Хо срывается здесь и сейчас, отдается целиком. Его движения были не просто страстью – это был взрыв чувств, которые он слишком долго держал в себе. И теперь, если бы он не отдал себя Ки Хуну, он бы просто сгорел изнутри. Звуки музыки доносились из зала приглушенно. В тесной грязной кабинке мир сжался до одного ритма. Дэ Хо стоял на коленях, обхватывал его член губами, двигаясь так, будто в последний раз, вкладывая в этот минет всего себя, всё, что он может дать. Поднимая глаза, забираясь взглядом прямо в душу. Стараясь загнать член как можно глубже в глотку, игнорируя нехватку воздуха и давление в горле. Жадно насаживаясь. Каждое движение отзывалось влажными, хлюпающими, пошлыми звуками, смешиваясь с гулом музыки за дверью. Слюна стекала вниз по подбородку, глаза слезились, он задыхался, но упорно насаживался глубже, снова и снова. Время от времени поднимая глаза вверх, не разрывая зрительный контакт. Ки Хун не мог оторваться, одурманенный и завороженный видом, как Дэ Хо стоит на коленях перед ним, растрепанный, с распухшими губами, с глазами, блестящими от слез, с размазанной слюной по щекам и подбородку. Он давился, задыхался, но снова жадно впускал глубже. Ки Хун чувствовал, как с каждым движением его принимают до конца. Каждый глубокий рывок заставлял его стонать всё громче. Он накрыл щеку Дэ Хо ладонью, погладил, пытаясь удержать хоть каплю нежности в этом безумии. Но в следующий миг не выдержал – пальцы скользнули в волосы, и он прижал голову Дэ Хо к себе жестче. Дэ Хо закашлялся, но не отстранился, наоборот – крепче стиснул его бедра руками, покорный и упрямый одновременно; удерживая равновесие, стараясь впустить глубже, будто требовал ещё. Ки Хун застонал, уже не сдерживая себя, и обеими руками обхватил лицо Дэ Хо, начиная двигаться самостоятельно. Трахая его рот. Грубо, жестко. С каждым толчком загоняя член до основания в горло. Будто выжигал этим актом весь год боли и разлуки. Похоть и боль в чистом виде, и в то же время нежность, чувства и трепет, прорвавшиеся наружу. Вскоре Ки Хун не выдержал – тело выгнулось, мышцы напряглись до предела, он с протяжным сильным стоном запрокинул затылок назад. Горячая сперма вырвалась волной и хлынула в горло Дэ Хо, ладонь вцепилась в его волосы так, что тот тихо застонал. Он не отстранился, не смутился, наоборот – сжал губы плотнее. Горячая жидкость текла в него толчками, вязкая, густая. Он сглотнул один раз, второй, третий, не позволяя ни одной капле уйти мимо. Его горло ритмично сжималось, жадно и покорно принимая всё до конца, будто подчеркивая безоговорочную преданность. Ки Хун, теряя рассудок, смотрел на него сверху, ослепленный этой картиной, задыхаясь от переполняющих ощущений. Перед глазами плыло белым. Он слышал только собственное хриплое дыхание и далекие звуки ресторана. Дэ Хо медленно отстранился. По подбородку скатилась вязкая капля, он смахнул её тыльной стороной ладони, поднялся с колен, отряхнул брюки, и без слов вышел из кабинки. Ки Хун остался стоять, опершись о стену. Пытаясь вернуть дыхание и мозги в норму. Он не мог сейчас ничего – ни злиться, ни стыдить себя, ни радоваться тому, что произошло. Внутри переполняли ощущения так, что нельзя было выделить и назвать что-то конкретное. Сейчас он понимал только один факт: стереть это из памяти он уже не сможет никогда. Через несколько минут Ки Хун вернулся за стол, там уже сидел Дэ Хо. Оба при всех старательно делали вид, будто ничего не произошло, хотя внутри двоих переполняли приятные ощущения. Когда празднование закончилось, гости начали расходиться по домам. Ки Хуну, как виновнику торжества пришлось задержаться и пождать, пока каждый гость спокойно соберется, ещё раз напоследок поздравит его и, наконец, поедет домой. Через некоторое время зал опустел. Ки Хун надел пальто, вышел из ресторана. И заметил силуэт на улице, прямо у входа. Дэ Хо курил, прислонившись к стене, по всей видимости дожидаясь Ки Хуна. Сон подошел к нему. — Я подвезу тебя, — коротко сказал Дэ Хо, сделав последнюю затяжку и потушив сигарету. Ки Хун слегка приподнял брови от неожиданности. — Я не пил, и я на машине. Просто довезу тебя домой. Не переживай, ничего больше, — голос Дэ Хо был спокойным, уверенным, будто в его словах не скрывалось никакой подоплеки. Но Ки Хун уловил – это не просьба, а твердое решение. — Зачем тебе на такси ехать? — Хорошо, поехали, — согласился Ки Хун. Он сел на пассажирское сиденье и огляделся. В салоне было удивительно чисто – ни единой бумажки, ни следа беспорядка, панель аккуратно протерта. Сразу чувствовалось: хозяин относится к машине серьезно и бережно. Дэ Хо сел на водительское, привычным движением завел двигатель. Легко и уверенно положил руки на руль. Ки Хун поймал себя на мысли, что ему нравится этот образ: Дэ Хо за рулем, сосредоточенный и спокойный. — Ты купил её или в аренду оформил? — спросил Сон. Дэ Хо усмехнулся и ласково хлопнул по рулю: — Купил. Моя зверюга. Ки Хун чуть заметно улыбнулся. — Ну, должен признать, тебе идет сидеть за рулем этой машины. Ты молодец, хороший выбор. Через пару минут в машине повисла тишина, нарушаемая лишь звуком двигателя. — И что это всё-таки было такое? — без упрека вдруг спросил Ки Хун, бросив взгляд на Дэ Хо, и краем глаза заметил, как уголок губ Дэ Хо дрогнул. — Я же сказал – подарок, — Кан произнес это настолько спокойно, будто речь шла о чём-то будничном, а не про минет, который вывернул двоих наизнанку. Ки Хун не нашелся, что ответить на это, и тихо выдохнул, глядя вперед. Машина мягко свернула в жилой двор, и остановилась у подъезда. Дэ Хо на всякий случай уточнил: — Этот подъезд? Ки Хун коротко кивнул. — И… ты здесь живешь? Один? — Да. — Буду знать, — ответил Дэ Хо, сам не понимая зачем это сказал. В машине повисла пауза. Оба не знали, как себя вести после случившегося в ресторане. — Ну, спасибо, что подвез. Увидимся на работе. — До завтра, — кивнул Дэ Хо. Ки Хун уже открыл дверь, и собрался выйти, как тут за его спиной прозвучало тихое, почти неуверенное, и такое уязвимое: — С днем рождения тебя… ещё раз. Сон замер, пальцы задержались на ручке двери. Он медленно обернулся – их взгляды встретились в полумраке салона. В глазах Дэ Хо сквозила странная смесь: сдержанная нежность, усталость и что-то невыносимо личное. Ки Хун не нашел слов. Лишь коротко кивнул. Его взгляд и так всё говорил за него. Взгляд, полный такой же взаимной нежности. Затем вышел из машины, захлопнув дверь. Дэ Хо ещё полминуты сидел, глядя на силуэт Ки Хуна, пока тот не скрылся в подъезде. И только потом тронулся с места, с каким-то тихим теплым чувством, расползавшимся в груди.