The World Wasn't Ready

Гул шагов уходившей толпы доносился даже за кулисы. Но он не мог заглушить учащённое сердцебиение Миры. Боль от предательства жгла изнутри. Мира же чувствовала, что Руми что-то скрывает, замечала странности в её поведении, но чтобы настолько? Эта мысль пронзило сознание, точно пуля. Руми – демон. И теперь её семья разрушена. Мира взглянула на Зои, единственную, кто остался рядом – единственная подруга, единственный член семьи. Руми больше не принадлежала ни к одной из этих категорий. Во всяком случае, после этого открытия. Зои была в отчаянии. Она металась по комнате, как загнанный зверь. Из ее растрепанной прически торчали выбившиеся прядки. — Этого не может быть, — шептала она, теряя связность речи. — Руми – демон? Что это вообще значит? Но у неё же узоры… Почему она нам не сказала? Она нам не доверяла? Нас было недостаточно? Может, нам не стоило обнажать оружие? Но она демон, и… — Зои! — выкрикнула Мира, обрывая поток бессвязного бреда. — Забудь о Руми. У нас проблемы посерьёзнее. Зои словно очнулась от кошмара. Она огляделась, и реальность вернулась. Последние шаги фанатов затихли, оставив их вдвоём в звенящей тишине. — Хонмун? — прошептала Зои, широко распахнув глаза. Мира серьёзно кивнула. Они обе чувствовали это – нечто едва уловимое, истончающуюся нить жизни. — Что нам делать? — прозвучал тихий, полный надежды вопрос Зои. В её взгляде читалась детская потерянность, свойственная лишь макнэ. Но Мира не знала, что делать. Обычно план находился у Руми. Она была лидером Охотниц. Но этому пришел конец. Руми исчезла. Мира сжала кулак – её вновь захлестнула волна гнева. Они оказались в тупике. — Мира? — неуверенно позвала Зои. Мире хотелось кричать, но крики делу не помогут. Она снова взглянула на Зои – та казалась такой уязвимой. Мира вздохнула. — Я не знаю, ясно? — с досадой проговорила она. — Но мы должны что-то делать. Мы не можем сидеть сложа руки и смотреть, как всё рушится. Давай, Зои, нужно думать. Лицо Зои слегка изменилось, в нём появилось спокойное ожидание, словно у собаки, с радостью ожидающей команды хозяина. Она поджала губы, погрузившись в раздумья, и Мира невольно сделала то же самое. Минуты тянулись мучительно долго, усиливая и без того сильное раздражение. Они теряли драгоценное время. Хотелось сорваться и разнести всё вокруг. Черт бы побрал Руми! Где-то там, занята невесть чем. И Saja Boys где-то там, плетут свои интриги. А Хонмун умирает. И они сидят здесь, сложа руки. Ей нужно было сосредоточиться, но нервное постукивание Зои не помогало. Мира надавила на переносицу и покачала головой. — Эм, ты не могла бы перестать, Зои? Зои вздрогнула, словно испуганная кошка, потёрла затылок и смущённо улыбнулась. — Прости. Это помогает мне думать. Когда я пишу, я тоже так делаю, так я придумываю тексты и… Зои замолчала, увидев выражение лица Миры. — Ого, с таким лицом ты прямо как Селин, — сказала она с лёгкой, игривой улыбкой. — Зои, сейчас не время для… Мира осеклась. Вот оно! Она резко повернулась к Зои и широко улыбнулась. Зои неуверенно улыбнулась в ответ, не понимая, что происходит. — Зои! Ты гений! Зои растерянно указала на себя пальцем и приподняла бровь. — Я? Мира кивнула, и её розовые волосы рассыпались по плечам. Она знала, что делать. — Пойдём. Она повернулась и направилась к выходу, а Зои поспешила за ней.

***

Селин была в их пентхаусе уже через десять минут после звонка Миры. Войдя, она не произнесла ни слова. Бывшая Сестра Солнечного Света сидела на диване. Её седые волосы казались ещё более заметными, выдавая возраст, пережитые тяготы и стресс. Но сейчас у Миры не было времени на сочувствие. Она сосредоточилась на единственном, что имело значение, на том, что она могла сделать, пока не стало слишком поздно: спасти Хонмун. — Должен же быть какой-то способ восстановить Хонмун. Онни, ты должна знать что-то, что может нам помочь. — Мира повернулась и указала на окно. Небо за ним было тёмным, словно бездна, готовая поглотить их всех. Хонмун почти не было видно. Селин сидела неподвижно, будто парализованная страхом перед невидимым призраком. Зои подошла и осторожно присела рядом с ней. — Имо, — тихо проговорила она, пытаясь вытянуть хоть что-то из Селин. Но Селин молчала. И Мира поняла, почему. Точнее, даже почувствовала. Селин тоже знала о Руми? Или только что узнала? В любом случае, у них не было времени разбираться. Селин заговорила как раз в тот момент, когда Мира собиралась что-то сказать. — Есть один способ, — произнесла она, и в её голосе послышалась дрожь. Мира сразу же воспрянула духом, не обращая внимания на дрожь в голосе Селин. Открывшаяся возможность заставила её сердце биться быстрее. — Какой же? Селин помолчала, и выражение её лица стало нечитаемым. На нём промелькнуло что-то, что Мира смогла истолковать лишь как принятое решение. Наконец она заговорила: — Охотница должна пожертвовать собой. — Что? — вырвалось у Миры и Зом одновременно. Эти слова было трудно осознать. Селин кивнула, и в её глазах отразилась решимость. — Такое уже делали однажды, и это сработало. — Этого не может быть, — проговорила Зои, широко распахнув глаза. — Должен быть другой способ. Селин покачала головой. — Это единственный выход. Кто-то должен отправиться в башню Намсан, в самое сердце тьмы, где сейчас собрались все демоны, направить всю свою силу Охотницы и пожертвовать собой. Мира не знала, что сказать. В голове царил хаос. Единственный способ спасти мир – смерть кого-то из них. И весь её мир рухнул. Вся её семья рассыпалась на части. Она не могла этого допустить. Она не могла допустить, чтобы это случилось с Селин или Зои. И, возможно, даже с Руми, если до этого дойдет. Но кто-то один должен был отдать свою жизнь. Мира глубоко вздохнула, чувствуя, как по венам разливается сила. Да, она сделает это. Мира шагнула вперёд и услышала вздох Зои, ещё до того, как увидела выражение её лица. Но когда она увидела его, то не поняла, чего ожидала. Зои смотрела на Селин со слезами на глазах. Селин подняла руку, останавливая её. Её взгляд был непоколебим, решителен и мрачен. — Я восстановлю Хонмун. Мира взорвалась: — Но ты не можешь! Я… Селин заставила её замолчать, просто покачав головой. Взгляд старшей охотницы не допускал возражений. — У меня было время подумать. — Селин глубоко вздохнула и посмотрела в окно на зловеще-красное небо. — В любом случае, это была моя вина. Воцарилась тишина, а затем Селин повернулась к ним с печальным выражением лица. — Передайте Руми, что я сожалею. Что я не понимала её, пока не стало слишком поздно. Я принимаю её, всю её. Передайте ей, что… — она запнулась, и по щеке скатилась слеза. — Передайте ей, что я люблю её. — Она встала с дивана и направилась к двери. — Прощайте, девочки. И так же быстро, как появилась, Селин ушла, оставив Миру и Зои в оцепенении. Жертва произошла слишком быстро – слишком рано. Над башней Намсан вспыхнул одинокий огонек, золотой и живой. Мира и Зои наблюдали, как он рос, приближаясь к окну. С высоты пентхауса было хорошо видно, что происходит. В мгновение ока он взорвался и разлетелся по небу, накрыв Сеул. Когда он достиг Миры, она почувствовала это. Новый Хонмун был слаб, но чувства, которые он нес, были сильны: любовь и самопожертвование. Ей было больно – сердце сжимала тоска. Мира услышала всхлип Зои и обернулась, чтобы обнять её. Девочка рыдала навзрыд. Мира и сама едва сдерживала слёзы, но должна была быть сильной. Теперь она была лидером. Без Руми. Без Селин. Она повернулась к небу и похлопала Зои по спине. Небо было ярким, радостным, живым, но это зрелище резануло по сердцу, как нож. Демоны ушли, Хонмун вернулся, но у Миры остался лишь один член семьи. Мира прижала Зои к себе и крепко обняла. Она всё ещё дрожала. Охотницы остались совсем одни, но они справятся с этим вместе. Они должны были справиться.