Кожа

— Что ты здесь делаешь? — Мэн Чжао изумлённо прищурился, неудивительно, что эта Panamera показалась ему знакомой. — У меня были дела неподалёку, — Лу Шичэнь не вдавался в подробности, — А ты на задании? Раз уж это оказался Лу Шичэнь, Мэн Чжао решил не тратить слова попусту и переключил всё внимание на молодого парня, которого задержал: — Давай телефон. — Ч-что? Какой телефон? — водитель заметно занервничал. — А ты как думаешь? — Я... я не знаю... Чжоу Циян быстро подошёл и молниеносно обшарил карманы парня: — Чжао-гэ, ничего нет. Мэн Чжао схватил водителя за ворот и швырнул его Чжоу Цияну, после чего открыл дверь фургона и забрался внутрь салона, скользнув под панель управления. Там он и нашёл телефон Чжао Юньхуа. Ещё тогда, у Чжоу Яня дома, он просил показать переписку и запомнил код разблокировки. Сейчас пальцы автоматически ввели его, экран мягко засветился, и тут выражение лица Мэн Чжао изменилось. На экране была открыта та самая статья, про то, что Чжоу Яня убили по ошибке. Он рванулся обратно к водителю: — Где ты нашёл этот телефон? Ты помнишь хозяйку? Опиши её. — Ж-женщина... лет пятидесяти, сутулая чуть-чуть... — явно запуганный парень начал заикаться, — Я просто стащил телефон, это же не серьёзное преступление, правда, офицер?.. В этот момент подошёл Лу Шичэнь, спокойно забрал у него аппарат и начал листать ленту, его лицо становилось всё более задумчивым. Мэн Чжао проигнорировал это, продолжая допрос: — Когда ты её увидел, куда она пошла? В сторону выхода или внутрь, к кассам? — Я... я не уверен... — Используй мозги, — Мэн Чжао толкнул его к машине, — Вспомни направление! — У-уходила вроде... да, точно, уходила с вокзала! Ушла с автовокзала... Но куда? Неужели на поезд? Нет, это нелогично… На автобус сесть проще, меньше контроля. Если она сразу планировала уехать, то не стала бы менять транспорт на более заметный... — В каком она была состоянии? — Мэн Чжао задал ещё один вопрос. — Я особо не смотрел... я почти её сбил, она вообще не отреагировала... будто была не в себе… Ах да, она... кажется, плакала... — Сяо Чжоу, увези его в участок. Я позже его допрошу. Мэн Чжао открыл пассажирскую дверь фургона, затолкал туда вора и, вытащив наручники, приковал его руку к поручню наверху. Захлопнув дверь, он подошёл к своей машине. Если вспомнить лицо Чжао Юньхуа, когда она покидала вокзал… Мэн Чжао не мог игнорировать самый страшный исход: узнав, что она по ошибке убила Чжоу Яня, женщина могла решиться на самоубийство. Статья в сети появилась слишком уж «вовремя», всё это не могло быть простой случайностью. Но важнее всего сейчас было одно — найти Чжао Юньхуа. Если она действительно наложит на себя руки, то ниточка, ведущая к разгадке, будет безвозвратно потеряна. Куда она могла пойти?.. В статье говорилось, что Чжао Тун покончил с собой, спрыгнув с крыши завода. Неужели Чжао Юньхуа решила повторить его путь? Это нужно было проверить. Мэн Чжао достал телефон и позвонил в управление: — Узнайте, где расположен химический завод, ближайший к старшей школе Вэньчжао. Таких нет? Тогда ищите на картах десятилетней давности. Это срочно. Как найдёте, сразу скиньте мне координаты. Пока он ждал ответа, то заметил, что Чжоу Циян всё ещё сидит за рулём и не трогается с места. Он подошёл к нему: — Что случилось? Чжоу Циян ещё раз повернул ключ зажигания: — Чжао-гэ, эта развалюха, похоже, сдохла. Я уже раз десять пробовал, она не заводится... — Ладно, вызови кого-нибудь из управления, пусть приедут, — Мэн Чжао нахмурился. Если оставить этих двоих стоять на обочине в наручниках, кто-нибудь точно начнёт фотографировать и выложит это в интернет, как в прошлый раз… — Посиди пока в машине. Рядом раздался голос Лу Шичэня: — Куда тебе нужно? Я могу подвезти тебя. Мэн Чжао повернулся к нему и не просто посмотрел на него, а постарался заглянуть ему в душу. Та собачья шерсть, и теперь его появление здесь… это просто совпадение? — Пусть твой коллега отвезёт преступника на твоей машине в управление, — Лу Шичэнь, как ни в чём не бывало, выдержал его взгляд. Мог ли Лу Шичэнь быть таким любезным? Или он что-то замышляет? Ну что ж… Это даже к лучшему. Появится шанс проверить его. — Вот и отлично, — спокойно ответил Мэн Чжао и кинул ключи Чжоу Цияну, — Поезжай на моей. «А?» — Чжоу Циян удивлённо вскинул брови, он никак не ожидал, что Мэн Чжао так легко согласится на предложение этого человека. Но, перехватив ключи от машины, он выдохнул с облегчением: с этим вонючим воришкой на руках хоть так, хоть эдак, а всё обернулось меньшими хлопотами: ни такси ловить, ни людей из участка вызывать не нужно. Мэн Чжао сел в машину Лу Шичэня и, пристёгивая ремень, между делом поинтересовался: — Так куда, говоришь, ты ехал? — Я ехал в банк, оформить кое-что для бизнеса, — не вдаваясь в подробности, отозвался Лу Шичэнь, уже заводя двигатель. Кажется, это было правдой, недалеко от этого перекрёстка он мельком заметил большой филиал банка. Мэн Чжао прикинул в уме ситуацию на дороге и задал следующий вопрос: — Ты почти доехал до поворота и не сбавил скорости… — словно невзначай отметил он, по привычке проверяя реакцию собеседника, — У тебя было преимущество, но ты что, считаешь себя бессмертным? Если бы ты столкнулся с кем-то другим, всё могло оказаться печальнее. — Но я же столкнулся с тобой, — не оборачиваясь, спокойно ответил Лу Шичэнь. — Вот именно, так и быть, не буду привлекать тебя к ответственности… — Я тебя сразу увидел, — произнёс Лу Шичэнь. — Что? — Мэн Чжао бросил на него короткий взгляд. — Ты ведь хотел прижать ту машину к обочине, да? Я просто помог тебе. Ты разве не понял? — То есть… ты действовал из лучших побуждений? — Мэн Чжао слегка прищурился, продолжая сомневаться, хотя в глубине души понимал, что траектория движения машины Лу Шичэня действительно была странной: слишком уж точно, будто нарочно чёрная Panamera подрезала тот фургон. Объяснение, что тот хотел помочь, в общем-то, укладывалось в логику… хоть и встанет ему в немалую сумму. Лу Шичэнь не ответил на его вопрос, впрочем, этого и не требовалось, он только прибавил скорость, не дожидаясь ни просьб, ни намёков. Спидометр уже показывал сто десять, и он уверенно и едва ли не дерзко обгонял всех на пути. Будучи агрессивным водителем, Мэн Чжао отметил, что не ожидал этого от того, кто обычно ведёт себя как воплощённая сдержанность. Также он с интересом отметил про себя, что даже сохраняя ледяное спокойствие на лице, Лу Шичэнь словно выплескивал ярость через педаль газа. Это дело явно задело его глубже, чем следовало. Он покосился на навигатор, прикинул маршрут и спросил: — Ты разве знаешь, куда я еду? Лу Шичэнь всё также спокойно ответил: — Разве не к химзаводу возле школы Вэньчжао? — С чего ты так решил? — В той статье, которая была в телефоне Чжао Юньхуа, упоминалось, что её сын покончил с собой именно там. — И что? — Если нет других зацепок, то это место кажется самым вероятным. Разве ты не подумал о том же? Мэн Чжао цокнул языком, в присутствии Лу Шичэня он ощутил странный подкупающий комфорт: прежде чем он сам успел озвучить свои мысли, тот уже почти в точности их сформулировал, причём, основываясь на информации в статье, и толком даже не зная остальных деталей дела. И всё же… — Ты вообще знаешь, кто такая Чжао Юньхуа? — Домработница из квартиры наверху. Я видел её пару раз, — Лу Шичэнь продолжал вести машину на высокой скорости, — Водитель довольно точно её описал, я просто сопоставил. — То есть ты только что понял? — Мэн Чжао продолжал прощупывать, насколько Лу Шичэнь в курсе событий. — Ага. До школы Вэньчжао оставалось ещё минут десять, даже несмотря на их быструю поездку. Мэн Чжао достал телефон, позвонил в районный участок полиции и велел срочно направить людей к химзаводу, захватить всё необходимое оборудование, чтобы не допустить самоубийства. Повесив трубку, он сказал: — Если страховой понадобятся от меня какие-то подтверждения, то обращайся, мои контакты у тебя есть. Мэн Чжао произнёс это с болью в сердце: повреждения у Panamera были серьёзные, и хотя страховка должна покрыть ремонт, авария с участием такой дорогой машины в следующем году значительно увеличит стоимость его собственного полиса. Он ждал, что Лу Шичэнь откажется его привлекать из уважения к их поверхностной дружбе, но тот просто кивнул: — Ладно. *** Чжао Юньхуа взобралась на крышу и теперь тяжело дышала, подойдя к самому краю и не в силах перевести дух. Девятый этаж оказался слишком высоким для неё, но она не осмелилась остановиться ни на секунду, потому что боялась, что полиция настигнет её раньше. Провести остаток жизни в тюрьме было не так уж страшно, но если она действительно убила невиновного Чжоу Яня… Как ей жить дальше с этим знанием? Как выдержать эту жестокую правду? Она стояла на краю, глядя вниз на школьный стадион школы Вэньчжао, где ученики как ни в чём не бывало занимались физкультурой. Когда-то её сын Чжао Тун, сияя от счастья, вбежал в дом с заветным письмом о зачислении и закричал: «Мама, я поступил!» — это выражение на его лице она раньше вспоминала каждый день, но теперь оно стало каким-то размытым, будто покрытым пылью. Когда он сказал, что больше не хочет учиться в школе, почему она не расспросила его как следует? Почему она просто закричала, обозвав его никчёмным? Когда он жаловался на бессонницу, почему она не заподозрила, что кто-то его обижает? Перед глазами вставала та страшная картина, как Чжао Тун, в красном платье, лежит в луже крови… Какое унижение должен был пережить её сын, чтобы решиться на такой шаг и броситься с крыши вниз? Все эти разговоры по телевизору о справедливости, о неотвратимости наказания оказались чушью собачьей! Сколько лет она искала правду, писала заявления, подавала иски… Всё было бесполезно. Всего за день до гибели они спорили с Чжао Туном, ведь он хотел уехать учиться в другой город, а она была категорически против и назвала его бессердечным. В тот вечер они сильно поссорились, и она была страшно недовольна своим сыном. А на следующий день, когда она была на работе, ей позвонили и сообщили, что он умер. Все утверждали, что это было самоубийство, но Чжао Юньхуа не верила: какой самоубийца будет накануне обсуждать, в какой университет подать документы? После смерти сына в этом мире для неё не осталось ничего. Она и сама хотела свести счёты с жизнью, но не могла, пока не узнает всей правды, пока убийца не получит по заслугам… И вот теперь она ошиблась? Вдруг Чжоу Янь, которого она задушила собственными руками, не убивал её сына? Все моменты их общения вращались в её голове, словно в калейдоскопе: … Тётя Чжао, я вернулся! Смотрите, какой я привёз вам шарф! Вам идёт, правда? Ну, разве что вы слишком молоды для такого цвета… Хотя нет, идеально! У меня глаз на такие вещи!... Тётя Чжао, послушайте эту песню. Ну как? Понравилась? Серьёзно? А то вы мой первый слушатель, не обманывайте меня. Если вам правда не понравится, то я её не выложу!... С днём рождения, тётя Чжао! Вы же забыли, да? А я обожаю праздновать дни рождения! Приятно, когда рядом кто-то взрослеет… Какая старость, вы что! Вы просто взрослеете. Все мы дети, если подумать… И снова перед её глазами момент, когда она затягивала петлю у него на шее. Тот по-началу почти не сопротивлялся, только издал какой-то удивленный звук, а его взгляд выражал абсолютное непонимание, как будто он пытался что-то сказать и понять, за что она так. Но Чжао Юньхуа не дала ему ни шанса. Она так ненавидела его в тот момент. Он убил её сына и обманывал годами! А теперь в её голове, словно зацикленная пластинка, звучал его булькающий предсмертный хрип, искажённое болью лицо, ставшее уродливым, стучащие по земле ноги, ведь он был таким подвижным мальчишкой. Этот звук, этот последний вздох раздавался теперь в её ушах беспрерывно, становился всё громче, почти разрывая череп изнутри. Если бы не Чжоу Янь… Если бы не он… Чжао Юньхуа в отчаянии закрыла уши ладонями, как будто это могло заглушить звуки, повернулась спиной к краю и отступила ещё на шаг назад. *** Как и в районе Хуайань, вокруг школы Вэньчжао кипела стройка, старые здания сносились, на их месте вырастали новые. Там, где десять лет назад стоял заброшенный химический завод, теперь возводили целый жилой комплекс. Вместо ржавых труб в небе высились недостроенные серо-белые бетонные коробки с пустыми окнами. Мэн Чжао вышел из машины и огляделся. Солнце стояло в зените, свет слепил глаза, и он невольно прищурился. Прикрыв рукой лоб, он через несколько секунд заметил на крыше одного из зданий хрупкую, согбенную фигурку Чжао Юньхуа. Он сорвался с места и побежал. Лю Шичэнь захлопнул дверцу машины и бросился следом. От свежего бетона всё ещё тянуло влажным густым запахом стройки. Дом был девятиэтажным, но Мэн Чжао мчался наверх, перепрыгивая по три ступени. У выхода на крышу была приставлена строительная лестница, которую, видимо, оставили рабочие. Они по очереди вскарабкались на крышу и увидели Чжао Юньхуа, стоящую на самом краю. Женщина смотрела вдаль, туда, где за деревьями виднелась школа, в которой её сын учился три года. — Чжао Юньхуа, — позвал Мэн Чжао, не успев отдышаться. Он начал медленно приближаться, осторожно выбирая слова. Лицо женщины, постаревшей раньше своих лет, было мокрым от слёз, — Прошу вас, успокойтесь… просто остановись на минуту… Я знаю, о чём вы думаете, но не делайте этого! Мы пока не знаем всей правды, но всё ещё можно выяснить. Возможно, смерти Чжоу Яня и Чжао Туна вовсе не так просты, как кажется. Если вы сейчас прыгнете, то все нити оборвутся, и мы никогда не узнаем, кто действительно убил вашего сына… Пожалуйста, живите ради него, ради того, чтобы возмездие нашло убийцу! Но Чжао Юньхуа будто его не слышала и закричала сквозь рыдания: — Не подходите! Я всё видела… я слышала! Это он! Он! Он довёл моего сына до смерти! Мэн Чжао замер и, одновременно с этим, вскинул руку, не позволяя Лю Шичэню подойти ближе. В таком состоянии малейшее движение могло привести к непоправимому. Вдалеке виднелись мигалки полицейский машин, медленно приближающихся к зданию. Увидев их, Мэн Чжао мгновенно прикинул в уме, сколько времени потребуется, чтобы установить на земле спасательный надувной мат? Если только удастся выиграть немного времени, у него будет шанс спасти Чжао Юньхуа. — Хорошо. Я не подойду, — проговорил он как можно мягче, стараясь, чтобы голос не выдал напряжения, — Вы пришли сюда, чтобы увидеться с Чжао Туном, верно? Я не буду мешать. Посмотрите ещё немного на то место, где он учился… сколько захотите… Но Чжао Юньхуа впала в истерику, из её груди вырвался надрывный, утробный вопль без слов и мыслей. Она уже не слышала Мэн Чжао, не понимала ни одного его слова, только повторяла, снова и снова, как заклинание: — Он убил его… он убил его… он убил… Я не знаю… я не знаю… Внизу, у подножия здания, полицейские начали устанавливать спасательное оборудование, Мэн Чжао увидел, как раскрывается бело-жёлтый купол надувного матраса, и на мгновение, всего на один краткий вдох, в нём вспыхнула надежда. Но, похоже, и Чжао Юньхуа услышала их. Её тело дёрнулось, как будто кто-то невидимый шепнул ей на ухо, и она сделала последний шаг назад, в пустоту. Мэн Чжао рванул вперёд, бросившись к ней, отчаянно пытаясь схватить её хотя бы за рукав, за волосы, за всё, что угодно, но было уже слишком поздно. В следующее мгновение её фигура исчезла за краем крыши. Мэн Чжао застыл на том месте, где женщина стояла всего секунду назад, не успев даже вдохнуть. Где-то внизу раздался глухой, чудовищный звук, Чжао Юньхуа лежала на бетонной земле, раскинувшись в крови, будто сломанная кукла. Она не оставила им ни единого шанса. Желание умереть было в ней слишком сильным. В голове Мэн Чжао зазвенело, мысли метались, подбрасывая ряд неразрешимых вопросов: Где он ошибся? Почему всё вышло так? Какое из его действий привело их в эту точку?.. Он не заметил, как к нему подошёл Лу Шичэнь. Тот без слов положил руку ему на запястье, крепко сжал, словно опасаясь, что теперь и он может сделать шаг вперёд, туда же, за край. Мэн Чжао стиснул зубы, подавляя нарастающую мигрень и удерживая остатки рассудка на месте. Он знал, что с момента обнаружения тела до этой секунды не прошло и сорока восьми часов. Это было почти рекордное время для раскрытия дела. Он не останавливался ни на секунду, реагировал молниеносно, принимал все верные решения… Так где же всё пошло не так? Где именно он не успел?