Кожа

Утром Мэн Чжао вышел из дома на полчаса раньше обычного, доехал на машине до автосервиса и оттуда уже на автобусе поехал в городской департамент полиции. Машину он купил пару лет назад и изначально собирался взять простой Volkswagen или что-нибудь попроще, меньше чем за двести тысяч юаней. Но поскольку Мэн Санъюй держал автосалон по продаже подержанных машин и неплохо разбирался в автомобилях, Мэн Чжао решил посоветоваться с ним перед покупкой. Кто бы мог подумать, что дядя, услышав о его планах, тут же решительно взялся за дело, доплатил больше сотни тысяч из своего кармана и буквально силком потащил его за собой покупать новенький Toyota Highlander в высококлассной комплектации. Впрочем, именно из-за семьи Мэн Чжао не слишком интересовался свиданиями вслепую. Стоило бы ему всерьёз влюбиться, как Мэн Санъюй немедленно принялся бы хлопотать о покупке дома. Он растил Мэн Чжао как родного сына, но сам он всегда помнил, что в этом доме всё-таки не был совсем своим. Все деньги, скопленные дядей, были предназначены Мэн Жошу в качестве приданого, поэтому он не мог с лёгким сердцем принять их. Он решил для себя, что сперва накопит на первый взнос за квартиру и только тогда начнёт всерьёз думать о такой вещи, как женитьба. Да и к тому же, если совсем честно, он пока не встретил девушку, которая бы и впрямь заставила его сердце биться чаще. Когда он подошёл ко входу в управление, со стороны парковки показалась Ли Цзинь. — Капитан Мэн, — поздоровалась она, — Сегодня без машины? — Отдал в ремонт, — ответил он и зашагал рядом, — Кстати, шицзе, вы обещали подумать насчёт времени смерти Чжоу Яня? Есть ли способы, которые могут его отсрочить? — Вы очень преданы делу, — усмехнулась она, — Ещё толком не рассвело, а вы уже думаете о работе. Существует пара вариантов, при которых смерть действительно наступает позже, например, если человек потерял способность двигаться, а затем истёк кровью. Тогда смерть наступает не сразу, и на момент предполагаемой гибели преступник может успеть покинуть место преступления. Но Чжоу Яня задушили, крови почти не было, и такой вариант можно сразу исключить. Мэн Чжао понимал, что она говорит об очевидных вещах, но всё равно внимательно слушал. У лестницы Ли Цзинь направилась к лифту на третий этаж, а Мэн Чжао зашёл в кабину вместе с ней, хотя его кабинет находился неподалёку. — Отчим Чжоу Яня должен сегодня приехать за телом? Я хочу ещё раз взглянуть на него. — Хорошо, — кивнула Ли Цзинь, нажимая на кнопку, — Есть ещё вариант — использование наркотических веществ. Можно сначала сделать так, чтобы человек утратил способность двигаться, а потом дать ему смертельное лекарство или заставить вдыхать ядовитый газ. Тогда человек умирает позже, и у убийцы будет алиби. Если размышлять таким образом, Чжао Юньхуа сначала должна была задушить его до полуобоморочного состояния, а потом дать ему препарат. Только в организме Чжоу Яня не нашли никаких следов подобных веществ... Когда двери лифта открылись, Ли Цзинь уже собиралась выйти, но заметила, что Мэн Чжао всё ещё смотрит на электронное табло, глубоко погружённый в размышления. — О чём вы задумались, капитан Мэн? — А? — он очнулся, последовал за ней, — Ваши слова натолкнули меня на одну мысль. — Правда? Я очень рада, если смогла вдохновить вас, — усмехнулась она, направляясь в сторону лаборатории, — И что за мысль? — Пойдёмте в анатомическую, — коротко сказал он. Оказавшись там, Мэн Чжао склонился над телом и внимательно осмотрел следы удушения на шее Чжоу Яня, а потом спросил: — Вы не помните, на какой именно борозде от верёвки мы нашли следы вещества, предположительно связанного с орудием убийства? — Мм… Я брала образцы со всех, но не помню, в какой именно мы нашли совпадение. Не обратила внимания. — Шицзе, сделайте мне одолжение, — он выпрямился, — Возьмите повторные образцы со всех следов, по одному с каждой борозды, и скажите мне, если где-то будут совпадения. — Без проблем, — легко согласилась она, — Как только появятся результаты, я сразу вам сообщу. Выйдя из лаборатории, Мэн Чжао направился в отдел уголовных расследований, прикидывая в голове, как выстроить дальнейшие шаги по делу. Он только-только достал из ящика стола пакетик растворимого кофе, как рядом появилась Чэн Юнь и протянула ему бумажный стаканчик с уже приготовленным напитком. Она принесла в отдел собственную кофемашину, которой могли пользоваться все коллеги, и только он ни разу к ней не подошёл. Мэн Чжао жил просто и пил кофе не для удовольствия, а чтобы не спать. Он мог бы запросто выпить растворимый кофе, разбавленный холодной водой, а когда Чэн Юнь изредка приносила ему свежесваренный, он не различал, есть ли разница. — Чжао-гэ, куда ты сейчас собираешься? — спросила она, — Машина ведь на ремонте, давай я буду твоим водителем? — А ты угадай, — он одновременно пил кофе и проверял маршрут на телефоне, — Угадаешь — возьму с собой. Он специально её проверял, желая понять, есть ли у неё своя логика в ведении дел, или она просто бегает за ним хвостиком в ожидании указаний. Чэн Юнь подумала и ответила: — В агентство, где работала Чжао Юньхуа? — Пошли, — сказал он, выбросив в урну пустой стакан и поднимаясь, — расскажи, почему ты так решила. Чэн Юнь быстро поспешила за ним: — Потому что, как мне кажется, прежде всего нужно понять вот что: Чжао Юньхуа в течение четырёх лет вполне мирно уживалась с Чжоу Янем. Почему же теперь она вдруг так уверенно заявила, будто именно он убил её сына, и, более того, решилась на столь жестокий шаг, задушив его собственными руками? Перед этим у неё должны были проявиться какие-то отклонения в поведении. Мы едем в агентство, чтобы это выяснить, так ведь? — В следующий раз можешь одна заниматься полевой работой, — сказал Мэн Чжао. Чувствуя, как на неё снизошла похвала, Чэн Юнь расплылась в довольной улыбке и тут же выдала льстивое: — Всё благодаря твоей школе, Чжао-гэ. Они добрались до агентства «Шуньи». Стоило Мэн Чжао сказать, что они пришли по делу Чжао Юньхуа, как менеджер, отвечающий за взаимодействие с полицией, сразу сделал страдальческое лицо и стал жаловаться: — Скажите, при чём здесь мы? Эта Чжао Юньхуа взяла и заключила частный контракт с клиентом, минуя агентство. Мы ведь тоже жертвы в этой истории, правда? А теперь, когда дело с Чжоу Янем прогремело на весь город, все, кому не лень, начали шептаться, что наши уборщицы какие-то подозрительные. Несколько новых клиентов и вовсе сбежали, даже не успев подписать договор… У каждого полицейского был свой стиль ведения допроса, как и каждый свидетель имел свой стиль общения. Менеджер оказался болтливым типом. Мэн Чжао знал, как обращаться с такими: не перебивать, слушать внимательно и вылавливать крупицы полезной информации. — И куда нам теперь обращаться, чтобы отстоять доброе имя? И вы только послушайте, — продолжал менеджер, — за несколько дней до убийства Чжао Юньхуа работала у одного клиента, и оттуда пришла жалоба! Это наш постоянный клиент, который с нами уже пять лет, а по его рекомендации к нам пришло много людей. И теперь он заявил, что расторгает договор… эх… Мэн Чжао тут же уловил главное: — На Чжао Юньхуа пожаловались? В какой день это было? — Сейчас посмотрю, — менеджер вытащил телефон и позвонил в отдел кадров, — Двенадцатого числа. — В чём заключалась суть жалобы? — Она разбила у клиента вазу… — менеджер сокрушённо покачал головой, — Причём клиент даже не потребовал компенсации, сказал, что ваза была подароком друга-дизайнера, и такую не заменить никакими деньгами… — А раньше у Чжао Юньхуа бывали подобные инциденты? — Ни разу, — уверенно заявил он, — Она работала у нас много лет и ежегодно становилась лучшей сотрудницей, именно поэтому мы и доверили ей такого важного клиента. Всё было безупречно… и вдруг такая серьёзная ошибка. Она ведь знала, насколько клиент дорожит этой вазой! Он сам ей говорил об этом много раз… как она могла так оплошать? Из-за накопившихся обид менеджер снова пустился в подробности, но Мэн Чжао дождался, пока тот выговорится, и задал ещё один вопрос: — А вы не замечали в последние дни у неё каких-нибудь странностей? Плохое настроение или рассеянность? — Не припомню… — протянул менеджер и обернулся к девушке на ресепшене, — Ты не замечала у неё чего-то странного? — Нет, — покачала головой та, но после короткой паузы добавила, — Хотя… каждое утро, когда она приходила, я здоровалась, и она всегда улыбалась мне в ответ. Но двенадцатого числа она ничего не сказала, прошла мимо как будто не услышала. Это было довольно непривычно… Мэн Чжао заметил у стойки небольшой стеллаж с посылками, в котором лежало несколько неполученных доставок. — В последнее время она получала какие-нибудь посылки? Может быть, общалась с незнакомыми людьми? — Нет, — снова покачала головой девушка за стойкой, — Кажется, она вообще ничего не заказывала через интернет. Я ни разу не видела, чтобы она приходила за доставками. А что до контактов… обычно, она заходила утром за инвентарём, и всё. Мы мало что можем сказать. Когда все вопросы были исчерпаны, Мэн Чжао поблагодарил обоих, оставил им свои контакты и попросил сразу же сообщать, если что-то придёт в голову. На выходе из агентства Чэн Юнь поспешила за ним: — Чжао-гэ, как думаешь, почему она в тот день вдруг стала такой странной? А на следующий уже убила Чжоу Яня. Может, она нашла доказательства, что это он убил Чжао Туна? — Возможно, — отозвался Мэн Чжао, садясь за руль и захлопывая дверь, — Давай ещё раз заглянем к ней домой. В прошлый раз, торопясь оформить ордер на арест, он сосредоточился на поисках орудия убийства и мог упустить важные детали. Они вновь вошли в квартиру Чжао Юньхуа. Мэн Чжао внимательно огляделся, не торопясь осматриваясь в комнате. У двери в спальню он заметил мусорное ведро. Он подошёл ближе, присел на корточки и достал из ведра выброшенную фоторамку. Она была дешёвая, такую легко можно купить в ларьке у вокзала. В детстве их было полно, а теперь почти не встретишь. В рамку была вставлена фотография Чжао Юньхуа и Чжоу Яня, судя по позе, снимал погибший, вытянув руку с телефоном. Они стояли очень близко и улыбались так открыто и искренне, что с первого взгляда и не скажешь, что между ними не было кровного родства. На фото они выглядели как настоящие мать и сын. Когда Чжао Юньхуа выбросила рамку, стекло, защищавшее снимок, разбилось, и теперь по поверхности расходились трещины, похожие на тонкие молнии. Очевидно, бросая фотографию, женщина была в сильном эмоциональном потрясении. Мэн Чжао наклонился и заметил под рамкой небольшую сложенную пополам картонку. Внимательно осмотрев её, он узнал обычную упаковку для курьерских доставок, но чуть меньше стандартного размера, не больше ладони. Крышка и дно были плотно заклеены липкой лентой, на одной из сторон был аккуратный разрез, словно коробку вскрыли ножом или ножницами. Откуда появилась эта картонка? Что в ней было? Мэн Чжао снова заглянул в мусорное ведро, но больше ничего ценного там не было. Он вспомнил, что уже проверял телефон Чжао Юньхуа, и хотя на нём были установлены приложения для онлайн-покупок, при запуске они выдавали сообщение об устаревшей версии. Как и говорила девушка с ресепшена, эта женщина действительно не была поклонницей интернет-шопинга. Он встал и сказал Чэн Юнь: — Пусть Чжоу Циян приведёт людей и ещё раз всё здесь внимательно осмотрит. Особенно важно найти, есть ли в доме что-то, что могло бы уместиться в эту упаковку. Закончив с мусорным ведром, Мэн Чжао обошёл комнату, поочерёдно открывая ящики. В одном из них всё было разложено аккуратно по категориям: полиэтиленовые пакеты, шпагаты, разные мелочи. На первый взгляд ничего, что могло бы быть связано с делом. Он открыл ящик под телевизором. Там Чжао Юньхуа хранила лекарства, в основном, от простуды. Когда он попытался задвинуть ящик обратно, тот вдруг застрял. Мэн чуть потянул, приподнял его, и ящик закрылся. Что-то мешало колесикам… Мэн Чжао сразу насторожился, снова выдвинул ящик, одной рукой приподнимая его снизу, а другой аккуратно снял с направляющих. Наклонившись, он увидел некий предмет, который мешал роликам на ящикам, это был маленький пузырёк с таблетками. От частого трения надпись на бутылочке почти полностью стерлась, и разобрать что-либо было невозможно. Это лекарство Чжао Юньхуа принимала раньше или это что-то новое? Мэн Чжао снова вспомнил вопрос, что мучил его всё это время: почему убийца был уверен, что Чжао Юньхуа покончит с собой?.. Он убрал пузырёк в пакет для улик. Нужно будет передать его криминалистам, чтобы те определили состав. Позднее, днём, Чжоу Циян с коллегами основательно обыскали дом Чжао Юньхуа, но никаких новых зацепок не нашли. — Может, она нашла эту упаковку на улице? — предположил Чжоу Циян, — Она ведь каждый день копалась в мусоре, собирала картон для сдачи… — Нет, — покачал головой Мэн Чжао, — Этот новая упаковка, и не связана в стопку с остальными пачками, которые собраны на макулатуру. Не похоже, что её подобрали. — Значит, в картонке что-то было? — размышлял вслух Чжоу Циян, — Может, еда? Она съела еду и выкинула упаковку? Или бумага, которую она потом сожгла? Но тогда должны быть следы пепла… Если в коробке и правда что-то лежало, а теперь этого больше нет, то… неужели… — Неужели кто-то побывал у неё дома до нас и унёс содержимое? — озвучил Чжоу Циян ту же догадку, что мелькнула у Мэн Чжао. — Тогда дело плохо, — проворчал младший коллега, понизив голос, — В этом доме столько людей арендует жильё, народ ходит туда-сюда… Вряд ли мы найдём, кто это мог быть… В этот момент зазвонил телефон на столе, ближе всех была Чэн Юнь, которая подняла трубку, выслушала и сказала: — Чжао-гэ, это Ли-цзе, она тебя ищет. — Понял, — отозвался он, поднимаясь, и уже на ходу обратился к Чжоу Цияну: — Найди записи с камер у дома Чжао Юньхуа, посмотри, как она себя вела вечером одиннадцатого числа, когда возвращалась домой. Поднявшись в лабораторию судебно-медицинской экспертизы, он застал Ли Цзинь, склонившуюся над новыми результатами анализа. — Как дела? — спросил Мэн Чжао. — Странно, — она передала ему отчёт, — Вы просили меня проверить, какие следы от орудия остались на каждой из борозд на шее? Смотрите, на всех, что были оставлены сзади, найдены частицы верёвки. Но на самой глубокой, когда душили спереди, таких волокон нет. Ничего нет. Мэн Чжао пролистал отчёт и задумался: — И правда странно. — Может быть, когда душили сзади, он больше сопротивлялся, верёвка тёрлась, и поэтому остались следы. А когда душили спереди, он уже не сопротивлялся, — предположила Ли Цзинь. — Но ведь после всей этой возни верёвка должна была изрядно износиться, не может же быть, чтобы совсем ничего не осталось, — покачал головой Мэн Чжао, — А здесь вообще ни следа. — Да… — пробормотала Ли Цзинь, задумавшись. — Тогда в чём дело? — Возможно, было другое орудие, — сказал Мэн Чжао, — Например, скакалка или гладкий резиновый шнур, от которых почти не остаётся волокон. — Вполне возможно, — кивнула Ли Цзинь, — Только тогда у убийцы должно было быть с собой два орудия. Она так тщательно готовилась? И ещё… — И ещё, — продолжил Мэн Чжао, — если у неё была скакалка, которая прочнее и безопаснее в смысле улик, почему она сначала выбрала простой полиэтиленовый шнур? Ли Цзинь посмотрела на него, чувствуя, что он к чему-то ведёт, и не ошиблась. — Потому что, возможно, — сказал Мэн Чжао, — сменился не только инструмент. Сменился и сам убийца. На лице Ли Цзинь проступила тревога. — Вы хотите сказать… Чжао Юньхуа не она убила Чжоу Яня? Настоящий убийца — кто-то другой?.. — Угу, — Мэн Чжао кивнул, указывая на снимок в отчёте, — посмотрите на эти следы на задней части шеи Чжоу Яня. Судя по ним, он тогда яростно сопротивлялся, но следы довольно поверхностные, они могли вызвать кратковременное удушье, но не были смертельными. А вот эта борозда на передней части. совсем другая, точка приложения силы здесь критическая. Именно этот передний захват и привёл к перелому подъязычной кости и полной остановке дыхания. Ли Цзинь, выслушав его доводы, задумчиво ответила: — Мы ведь уже раньше обсуждали эту версию… Когда его душили сзади, он ещё был в состоянии бороться. А поскольку Чжао Юньхуа ниже ростом, ей в таком положении трудно было приложить достаточно усилий. Но когда он уже задыхался и лежал, почти потеряв сознание, если она подступила спереди, то в этот момент действительно могла оставить более глубокий след… — В ваших словах есть логика, — признал Мэн Чжао, — но есть и косвенное доказательство, опровергающее это. Чжао Юньхуа каждый день собирала из мусорных баков коробки и бутылки, причём всегда несла их обеими руками. Это говорит о том, что она не была физически сильной. К тому же, к моменту, когда Чжоу Янь почти перестал дышать, она, судя по всему, тоже изрядно вымоталась. А здесь мы видим один резкий рывок с нужной силой и точностью, чтобы сломать подъязычную кость. Это вряд ли было ей по силам. На этом месте Ли Цзинь задумалась, явно склонившись к его доводам. Помолчав, она сказала: — Тогда получается, именно поэтому у Чжао Юньхуа появилось алиби в том временном окне, когда умер Чжоу Янь… — Пока это всего лишь предположение, — Мэн Чжао аккуратно закрыл отчёт, — Но зацепка серьёзная. Спасибо, шицзе, я заберу этот отчёт с собой.