Кожа

Лу Шичэнь снова увидел её во сне. Там была настоящая, холодная зима с промёрзшей землёй и дыханием, превращающимся в иней. Перед воротами школы стояло много людей. Из-за облачков пара, клубящихся у их лиц, невозможно было разглядеть черты. Женщина помахала рукой: — Сяо Чэнь, я здесь! Он смотрел на это словно со стороны, как будто наблюдал за маленьким мальчиком, который сорвался с места и кинулся в её объятия. — Не замёрз? — спросила она и, снимая с шеи свой шарф, наклонилась, чтобы закутать в него мальчика, а потом обняла его, — В машине тепло, давай, побежим! Так странно, но он, безучастный наблюдатель, вдруг тоже почувствовал тепло от шарфа и тёплой женской руки. Когда зазвонил будильник, Лу Шичэнь с сожалением почувствовал, как это тепло ускользает. Он хотел побежать с ней, как тогда мальчик, хотел попасть в то место, куда она звала, туда, где тепло. Хотя он уже проснулся, но продолжал лежать с закрытыми глазами, задерживая себя в этом полусне и снова и снова прокручивая видение в голове. Он знал, что эта женщина его мать. Он видел её на фотографиях и знал, что её звали Ши Синь. Она была графическим дизайнером. Когда он в девять лет пережил автокатастрофу, психологи не раз пытались вернуть ему память с помощью совместных фотографий, но стоило ему взглянуть на лицо матери, как в висках начинала бушевать дикая боль, и лечение приходилось прерывать. Он уже и не помнил, когда начались сны, возможно, пару лет назад. Поначалу они появлялись редко, где-то раз в месяц, потом чаще. В этих снах лицо матери оставалось размытым, но он неизменно чувствовал её тепло, странное сочетание чего-то до боли знакомого и одновременно чужого. После таких снов Лу Шичэнь отчаянно пытался вспомнить хоть что-то из своей жизни до десяти лет, но стоило напрячься, и головная боль возвращалась, как хлыст. Может, всё дело в том, что накануне он увидел фотографию Мэн Чжао с матерью и получил сон о своей. Он сел на постели, сжал пальцами переносицу и посмотрел на часы. Потом он неторопливо встал, подошёл к окну и отдёрнул занавеску. Внизу, на перекрёстке, загорелся зелёный, и люди, спешащие на работу, перешли улицу плотной волной. Лу Шичэнь чувствовал себя спокойно. За годы, прожитые за границей, он приучил себя спать не более четырёх часов. Ему не требовалось много сна, только кофе, крепкий и много. Врачи предупреждали, что такой ритм только разрушает нервную систему, ускоряет старение, и может даже сократить жизнь, а он слушал и не верил. Жить слишком долго, теряя силу, и становиться никому не нужным — вот что действительно его пугало. Однако после возвращения домой он вдруг начал спать дольше. Возможно, с восстановлением нормального графика его психика тоже постепенно начала приходить в порядок. В последний визит врач даже немного уменьшил привычную дозу лекарств. Он посмотрел вниз, в сторону здания городского Управления. Чёрный Хайлендер въехал на парковку, и машина остановилась. Из неё вышел Мэн Чжао, поздоровался с коллегами и, быстро взбежав по ступеням, скрылся за стеклянными дверями. Телефон, лежащий у изголовья кровати, завибрировал, и Лу Шичэнь, наконец, отвёл взгляд от окна, взяв его в руки. На экране появилось сообщение: «Санаторий Вэньи. Адрес отправил.» *** В восемь утра в отделе криминальных расследований каждый уже занимался своим делом. Чжоу Циян и Жэнь Бинь снова отправились опрашивать фигурантов старого дела. Чэн Юнь сидела за рабочим местом, одновременно кусая баоцзы и просматривая в системе досье всех учеников того класса, где произошёл инцидент. Мэн Чжао набрал номер отчима Чжоу Яня и попросил его поискать табель успеваемости своего подопечного за старшие классы. Тот, похоже, отнёсся к делу серьёзно: не прошло и получаса, как он прислал сразу три табеля за выпускной год. Мэн Чжао распечатал один из них и долго всматривался в цифры, но так и не увидел ничего подозрительного. Зато сразу бросалась в глаза другая вещь: успеваемость Чжао Туна резко пошла на спад. В марте он был в десятке лучших, в апреле уже в середине списка, а в мае скатился на самое дно — в табеле значился прочерк. Но и это, строго говоря, не была ценная улика. Мэн Чжао вертел в руках эти три табеля, пытаясь угадать, что же хотел сказать таинственный информатор своей СМСкой «табель успеваемости»? — Чжао-гэ, я всё собрала, — Чэн Юнь подошла с пухлой стопкой бумаг, — Богатеньких и влиятельных деток в этом классе слишком уж много. Это практически класс «особого покровительства». У нас в школе тоже был такой, туда запихивали лучших учителей и программу подгоняли. Мэн Чжао пролистал материалы. Чэн Юнь уже разложила досье по убыванию влиятельности семей: дети районных начальников, дочь главы департамента образования, сын владельца крупного холдинга… С такими связями несложно замять дело, подстроить трудоустройство, устроить «мирное урегулирование». Круг подозреваемых сузился, но Мэн Чжао понимал, что просто не будет. Он взял ручку, отметил несколько имён и передал досье Чэн Юнь: — Пробей по ним телефонные контакты. Посмотри, общались ли они недавно с теми, кто уже проходит по делу. Распределив задачи, он сел в машину и поехал в старую школу Вэньчжао. Это учебное заведение считалось самой престижной частной школой в городе. Возможно, именно из-за этого администрация относилась к полиции с прохладной вежливостью и без лишней инициативы. Когда Чэн Юнь позвонила туда с просьбой выслать табели и фотографии выпускников, ей вежливо отказали: «Необходимо предоставить официальные документы». Мэн Чжао и так собирался сегодня заглянуть в старый дом Чжао Юньхуа, так что решил заодно заехать и в школу. Утренний час пик ещё не закончился, основные магистрали были забиты машинами, и Мэн Чжао свернул на второстепенную улицу. Район Вэньчжао был старым и находился на окраине Минтаня. Впрочем, благодаря тому, что большинство туристических достопримечательностей города сосредоточено именно в этой части, а в последние годы власти активно развивали туризм, Вэньчжао получил свою долю инвестиций и ничуть не отставал по развитию от центральных районов. На этой узкой дороге машин было немного, но ехали они медленно, и Мэн Чжао сбросил скорость. Он одновременно следил за дорогой и отмечал про себя возможные маршруты перехвата, если бы на месте оказался кто-то из разыскиваемых и на каком повороте лучше устроить засаду. На очередном перекрёстке он упёрся в длинную вереницу машин на красном светофоре, остановился и стал ждать. До зелёного оставалось секунд тридцать, когда его взгляд случайно зацепился за машину, припаркованную у ворот местного санатория. Из неё вышли мужчина и женщина. Мэн Чжао сразу узнал Лу Шичэня. Вот так встреча! Сегодня он приехал в Вэньчжао, и Лу Шичэнь, оказывается, тоже. Совпадение? Он тут же вспомнил вопрос, заданный вчера вечером: «Когда мы снова увидимся?» Вот и встретились. Но, погодите… Зачем приезжать в санаторий, когда тот ещё даже не начал работать. А девушка рядом… это не та ли, что мелькала у Лу Шичэня дома в день их первой встречи? Если они вместе навещают кого-то из родственников, это уже кое о чём говорит и выглядит довольно двусмысленно… И после этого он ещё утверждает, что это не его девушка? «Мда, подонок и настоящий бабник», — подумал Мэн Чжао. Светофор переключился на зелёный, и колонна машин двинулась вперёд. Мэн Чжао отпустил тормоз, он решил не здороваться с этим мудаком, дел было итак по горло. Он нажал на газ и успел пересечь перекрёсток в последнюю секунду перед тем, как снова загорелся красный. *** — Простите, как к вам можно обращаться? — спросила девушка в строгом костюме. — Чжоу, — ответил он. — Господин Чжоу, расскажите, пожалуйста, о состоянии пожилого человека, для которого вы подбираете условия. Тогда я смогу порекомендовать вам подходящий вариант. Лу Шичэнь шёл по внутреннему коридору пансионата, останавливаясь у больших окон. Он разглядывал устройство здания. Это было самое престижное и дорогое учреждение подобного рода в городе. Двор утопал в пышной зелени, беседки, переходы, фасады — всё дышало вычурной, но искусной стариной. По крытому проходу напротив медленно прогуливались несколько пожилых людей. По сравнению со школьными годами, здесь многое изменилось, пансионат расширили, а планировка стала иной. Менеджер по работе с клиентами, заметив, что Лу Шичэнь молчит, переспросила: — Господин Чжоу? — Идите занимайтесь своими делами. Я просто осмотрюсь, — ответил он. — Ну что вы! — девушка приветливо улыбнулась, — Обслуживать клиента — моя прямая обязанность. Вы же не хотите, чтобы я плохо справлялась с работой? — Тогда пойдём дальше, — Лу Шичэнь не стал настаивать и пошёл за ней по коридору. — Все наши врачи пришли из лучших клиник страны, у них богатый опыт. Если с пожилым человеком что-то случится, он получит помощь незамедлительно… В прошлом году мы полностью обновили систему вентиляции, — увлечённо продолжала она, открывая дверь в одну из комнат, — Пройдёмте, посмотрите. Температура регулируется автоматически. Вот-вот начнётся лето, но даже при охлаждении воздуха система работает так, что ни один наш гость не почувствует дискомфорта… Лу Шичэнь перебил её: — Простите, могу я воспользоваться уборной? — Конечно-конечно, — девушка шагнула к двери и указала в сторону, — Вон там, в конце коридора. Пойдёмте, я провожу. — С этим он сам справится, — вдруг заговорила Цяо Юй, всё это время державшаяся в стороне. Она мельком глянула на телефон и сказала, — После осмотра я спешу на встречу, это я выбираю условия для моей бабули. А мой парень просто так пришёл, за компанию… Пока она говорила, Лу Шичэнь уже свернул за угол. — У вас такой красивый парень, госпожа Цяо, — льстиво заметила менеджер, не теряя хватки, — Прям как актёр из кино. — Какие там актёры, — хихикнула Цяо Юй, — до моего парня им далеко. Пойдёмте дальше, мне не нравятся комнаты на первом этаже, здесь слишком низкие потолки. Есть ли что-нибудь на верхних этажах? Вид из окна — это важно. Когда хороший вид, у человека и настроение лучше, и жизнь длиннее, согласны? Она перехватила инициативу, взяв менеджера под руку, и потянула к лифту, а в это время Лу Шичэнь вошёл в пустую общественную уборную. Он подошёл к окну, приоткрыл раму, и, опёршись на подоконник, легко выпрыгнул наружу, приземлившись в ухоженном саду, окружающем пансионат. Тем временем на шестом этаже Цяо Юй ходила по комнатам из одной в другую, не давая менеджеру опомниться. За десять с лишним минут они обошли все помещения. Когда осмотр подошёл к концу, и они снова вышли в коридор, Цяо Юй увидела в окно, что Лу Шичэнь уже возвращался из сада. В тот самый момент менеджер, сбитая с толку её активностью, вдруг опомнилась: — А где же ваш молодой человек? — Ах да, точно! Где же он? — с притворным удивлением подхватила Цяо Юй, — Вот уж правда, заговорились с вами, все комнаты пересмотрели, совсем про него забыла… Наверное, потерял нас. И тут же у неё зазвонил телефон. Она поднесла трубку к уху и с милой улыбкой сказала менеджеру: — А вот и он звонит, — принимая звонок, она произнесла, — Мы на шестом, прости, милый. Я виновата, мы спускаемся. Потом она схватила менеджера под локоть и воскликнула: — Всё, он обиделся! Срочно вниз, иначе день будет испорчен! Когда они спустились на первый этаж, Лу Шичэнь уже ждал их в вестибюле. Цяо Юй поспешно подбежала к нему, торопливо заговорив: — Виновата, виновата, моя ошибка… совсем потерялась во времени… Менеджер, отставшая на шаг, с тревогой взглянула на высокого мужчину, на голову возвышавшегося над Цяо Юй. По выражению его лица и напряжённым бровям было видно, что он и вправду начал терять терпение. Осознав, что, возможно, совершила ошибку, менеджер поспешила подойти и извинилась: — Простите, господин Чжоу, это моя недоработка. Цяо Юй тут же вмешалась, взяв вину на себя: — Да при чём тут вы, это я виновата. Ах да, менеджер Юй, мне у вас всё понравилось, условия достойные, думаю, бабушке подойдёт. Оставьте мне, пожалуйста, вашу визитку? Я свяжусь, как только мы окончательно всё решим. — Может, мы ещё немного покажем пансионат господину Чжоу? — осторожно предложила менеджер. — Нет времени, — Голос Лу Шичэня прозвучал отстранённо. Менеджер замялась, немного растерянная из-за его резкого отказа. Когда он молча развернулся и пошёл к выходу, ей ничего не оставалось, кроме как натянуть вежливую улыбку и проводить обоих до дверей, провожая взглядом. Только когда они отошли на достаточное расстояние, Цяо Юй понизила голос и спросила: — Ну что, ты нашёл то, что искал? — Вроде бы, — коротко ответил Лу Шичэнь. — А что ты вообще искал? Я же тебе помогла, не мог бы ты ради приличия хоть немного приоткрыть завесу тайны? Он не ответил, судя по всему, и не собирался. Цяо Юй пробормотала себе под нос: — Ну и ну… прямо как агент под прикрытием. Благодарности: Сегодня первый день нового месяца, и я хочу отдельно поблагодарить тех, кто успел надонатить мне некоторое количество денег за время существования этого блога. Я выпила чуть больше вкусного кофе, сделала пару детоксных масок от старости и купила вкусняшек котам. Спасибо вам! Аноним, Валентина АА, dariajulia, Олеся, ஞ Лилия බ, elipheoroffz RocknRollQueen🐾 Но это еще не всё, остальная благодарочка будет в ТГ. Хе-хе.