Кожа

Он вот так, тихо и незаметно, взял и напился... Полчаса назад Мэн Чжао считал Лу Шичэня человеком со скрытыми талантами, а теперь убедился, что тот совершенно не переносит алкоголь. — Ты что, правда пьян? — Мэн Чжао подошёл ближе, — Давай я помогу тебе дойти до машины? — Не надо, — ладонь Лу Шичэня, сжимавшая виски, медленно опустилась, — я не пьян. — Ну как скажешь, — Мэн Чжао поднял было руку, чтобы поддержать его, но тут же убрал, — Тогда сам смотри под ноги. — Угу, — Лу Шичэнь выпрямился и пошёл к выходу вслед за Мэн Чжао. Наверное, из-за головокружения он шёл медленнее, чем обычно, и Мэн Чжао тоже сбавил шаг. Он напился, но упорно твердил, что нет. Похоже, все пьяные одинаковы, и Лу Шичэнь не исключение. Мэн Чжао показалось это забавным. Впрочем, на его поведении или лице это никак не сказывалось, если не считать, что тот идёт чуть медленнее, по виду и не скажешь, что он пьян. Мэн Чжао то и дело украдкой посматривал на него, и вдруг почувствовал, как пальцы Лу Шичэня коснулись его запястья. Он вздрогнул и чуть обернулся, но Лу Шичэнь, как ни в чём не бывало, шёл с каменным лицом, будто это было самым обычным делом. Однако его рука легла слишком низко, и со стороны можно было подумать, что они идут, держась за руки. Ладонь Лу Шичэня была прохладной, этот холод словно проникал сквозь кожу, просачиваясь до костей. Проходящие мимо люди оборачивались на них, и их взгляды напомнили Мэн Чжао о том перекрёстке, когда они были скованы парой наручников. Тогда Лу Шичэнь вёл себя также безразлично, будто никого вокруг нет. «Наверное, у него просто кружится голова, вот он и ухватился», — подумал Мэн Чжао. — «Ладно, пусть будет так». — Что мы будем есть в следующий раз? — внезапно спросил Лу Шичэнь. — А? — Мэн Чжао опешил от такого поворота. Этот вопрос был задан так же неожиданно, как предыдущий «когда встретимся в следующий раз». Он не сразу нашёлся, что ответить, — Ну… в следующий раз?.. Хот-пот? Согласен? — Пойдёт, — сказал Лу Шичэнь. Только у машины тот отпустил его руку. Они сели в салон, и Лу Шичэнь устроился на пассажирском месте, нащупал рычаг и чуть откинул спинку. — Ремень, — напомнил Мэн Чжао. Тот, не открывая глаз, нащупал ремень, но когда потянул, Мэн Чжао заметил, что руки его будто не слушаются. Он сам дотянул ленту и защёлкнул пряжку: — Поспи немного. Когда мы приедем, я разбужу тебя. — Угу, — коротко ответил Лу Шичэнь. Ночь в Баоюэ была куда оживлённее, чем в Хуайане, а пробки серьёзнее. На красном светофоре, Мэн Чжао затормозил и покосился на Лу Шичэня, сидевшего рядом: голова чуть повернута к окну, глаза закрыты. Кажется, он заснул. В салоне стоял лёгкий запах алкоголя. Минут тридцать спустя Мэн Чжао наконец вырвался из пробки, оставил позади Баоюэ и въехал в Хуайань. Сначала он заехал в управление и отдал ночной перекус тем, кто остался работать на дежурстве. Когда он припарковался у здания и вытащил телефон, собираясь набрать Чэн Юнь, Лу Шичэнь на пассажирском сиденье вдруг открыл глаза. — Are we there yet? — спросил он по-английски, хриплым, сонным голосом. Мэн Чжао понял, что он спрашивает приехали ли они. Похоже, он и вправду сильно напился, раз перепутал, что находится за границей. — Скоро. Поспи ещё немного, — сказал Мэн Чжао, бросив взгляд на него. Лу Шичэнь чуть приоткрыл глаза, словно понемногу возвращаясь в реальность, повернул голову и посмотрел на него: — Прости, я… — Принял меня за водителя такси, да? — Мэн Чжао подхватил, не давая ему договорить. — Ничего страшного. Он тут же набрал номер Чэн Юнь, и через пару минут та выбежала из дверей управления. Мэн Чжао вышел из машины и передал ей пакеты с едой, лежавшие на заднем сиденье: — Разогрей в микроволновке. — Я так и знала, Чжао-гэ не съест всё в одиночку, — Чэн Юнь заглянула в пакеты и зашуршала крышками ланч-боксов, — Я знала, что ты оставишь нам хоть что-то! — Это называется «хоть что-то», да? Обсуждаете меня за моей спиной? — Чжоу Циян уверял, что ты бросил нас и уехал кутить с какой-то феей-соблазнительницей… — она прищурилась, глянув на пассажирское сиденье, и замерла, — Подожди… это же Лу Шичэнь?! — Серьёзно? Разве бывают двухметровые феи? — Мэн Чжао отмахнулся, — Удалось собрать информацию о Линь Лан? — Пока с этим не очень… Родители явно что-то скрывают и ничего толком не рассказывают, — Чэн Юнь тут же посерьёзнела, — Мне кажется, с её «психическим расстройством» не всё так просто, или вернее у него какие-то странные причины. Там есть что-то ещё, и родители всеми силами это прячут, но выбить из них правду у меня не вышло… Мэн Чжао кивнул: — Потом обсудим, когда я вернусь. Поднимайся и покорми коллег. Когда он снова сел за руль, мысли сами собой вернулись к этому делу. Линь Лан провела десять лет за запертыми дверями и считается психически нездоровой, а родители словно скрывают пропасть за спиной… Что с ней произошло? От управления до Юйхувань ехать всего пару минут, но Лу Шичэнь снова закрыл глаза, задремав. Мэн Чжао поставил машину на парковке у третьего корпуса. Его пассажир не шевелился, и тот наклонился, чтобы разбудить его: — Лу Шичэнь. — Приехали? — на этот раз он спросил по-китайски. — Приехали. Пошли, провожу тебя. — Мэн Чжао обошёл машину и открыл дверь. Лу Шичэнь выбрался наружу и помассировал виски, словно пытаясь прогнать хмель. Мэн Чжао заметил, что его телефон остался в салоне. Он подхватил его и сунул себе в карман, решив вернуть, когда они поднимутся в квартиру, а потом поднял руку Лу Шичэня и закинул на своё плечо. Эта сцена была почти точь-в-точь, как тогда, в санатории, когда он помогал ему сесть на скамейку во дворе, только теперь прошло двенадцать лет, и многое изменилось. Сейчас от Лу Шичэня исходил тонкий аромат сандала, смешанный с лёгким запахом алкоголя, и этот запах странным образом обострил ощущения, заставляя Мэн Чжао осознать, что перед ним взрослый мужчина, и этот мужчина чертовски хорош. Они поднялись на лифте. У двери Лу Шичэнь приложил палец к панели, и замок щёлкнул. Мэн Чжао открыл дверь и помог ему войти. Пёс, живущий в квартире, тут же выскочил навстречу. Увидев незваного гостя, он зарычал и дважды гавкнул на Мэн Чжао. Мэн Чжао довёл Лу Шичэня до дивана и усадил рядом с собой. Пёс потянулся к хозяину, поставил лапы на колени и принюхиваясь к новому запаху спирта, впитавшемуся в одежду. Обнюхав хозяина, он обошёл их кругом и сунул нос к Мэн Чжао, и тот потрепал его по голове. По блестящей, гладкой шерсти было видно, что за собакой тщательно ухаживают. Он откинулся на спинку дивана, собираясь чуть передохнуть, а потом уже поговорить с Лу Шичэнем. Но в этот момент прохладная рука, до того лежавшая у него на плече, соскользнула вниз, сначала на бок, а потом, перевернувшись ладонью, сомкнулась на его запястье. На запястье… Если быть точным, пальцы легли так низко, что почти скользнули в его ладонь. Мэн Чжао снова опешил. В переулке это можно было списать на то, что тот пошатывался и искал опору. Но сейчас? Даже самый наивный человек понял бы, что в этом жесте есть что-то двусмысленное. Однако самым странным было то, что он совсем не почувствовал отторжения. Возможно, его опьянил этот тонкий запах сандала, смешанный с алкоголем. Когда пальцы Лу Шичэня легли на кожу, у Мэн Чжао на миг будто дрогнуло сердце. Дрогнуло… из-за мужчины? Эта мысль мгновенно его отрезвила. — Ты ведь не любишь собак, — он резко сменил тему разговора и попробовал вытащить руку, но не смог, — С чего вдруг завёл? — Её сбила машина, — Лу Шичэнь откинул голову назад, всё так же упираясь затылком в спинку дивана, — Хозяева выбросили. Сбила машина… Мэн Чжао сразу вспомнил тот день в школе, когда Лу Шичэнь без малейших эмоций смотрел, как пёс на трассе целых пять минут бьётся в агонии. И вот теперь двенадцать лет спустя он вдруг стал таким милосердным? Мэн Чжао не успел задать следующий вопрос, как Лу Шичэнь добавил: — А потом я вспомнил о тебе. То есть… он приютил собаку, потому что вспомнил о нём? Мэн Чжао на секунду потерял дар речи. Он вдруг понял, что его сердце стучит чаще обычного, и удары эти такие сильные, будто отдаются эхом в груди. В этот момент в кармане дважды завибрировал телефон. «Чёрт, у меня же его мобильник…» — вспомнил Мэн Чжао. Он потянулся, чтобы вернуть телефон Лу Шичэню, но тот лежал в правом кармане брюк, а правая рука всё ещё была крепко стиснута чужими пальцами. Он снова попытался высвободиться, но безрезультатно. Это вообще нормально, что у пьяного Лу Шичэня такая хватка? А потом Мэн Чжао, глядя на него, усмехнулся: — Лу Шичэнь, ты что, краб? Тот лишь повернул голову и посмотрел на него взглядом с хмельной дымкой, но помимо неё там было что-то ещё. Мэн Чжао почувствовал, будто на грудь упала капля воды, и лёгкая, едва ощутимая рябь разошлась по сердцу. Он отвёл глаза и посмотрел вниз: длинные, чёткие пальцы Лу Шичэня мертвой хваткой держали его запястье. В мягком, тёплом свете лампы эти пальцы напоминали тончайший фарфор. Ему даже стало страшно прикладывать силу, будто стоит чуть напрячься, и эта изящная рука сломается. «Ладно… не буду с ним бороться», — выдохнул Мэн Чжао и левой рукой достал телефон из кармана. Он собрался отдать его Лу Шичэню, но в этот миг взгляд зацепился за экран. На дисплее светилось сообщение: «Ты был в санатории Вэньи? Как всё прошло?» Лицо Мэн Чжао мгновенно изменилось, и странное, зыбкое чувство будто смыло холодной волной. Чёрт… Зачем Лу Шичэнь ездил в санаторий Вэньи? Он говорил, что навещал стариков, но если это просто визит, тогда что значит эта СМС? Неужели он связан с исчезновением Сюй Инъин? Мысли пронеслись одна за другой, пока он косился на Лу Шичэня, откинувшегося на спинку дивана. Вдруг в его голове родилась дерзкая идея попробовать сейчас слегка прощупать его, пока тот пьян? — Что случилось? — спросил Лу Шичэнь, заметив перемену в его лице. — Да так… — Мэн Чжао быстро разблокировал свой телефон, открыл браузер и, поискав в сети фото Сюй Инъин, поднёс к его глазам, — Посмотри. Она красотка? Лу Шичэнь нахмурил брови, взгляд скользнул по фотографии: — Кто это? Неужели правда не знает?.. Мэн Чжао солгал без тени колебаний: — Коллега из отдела хочет организовать с ней моё свидание вслепую. Как думаешь, стоит сходить? Лу Шичэнь перевёл взгляд с экрана на него. Его пальцы, до сих пор цепко сжимавшие запястье Мэн Чжао, медленно ослабли. Он посмотрел в упор и спустя пару секунд сказал: — Она ничего. Мэн Чжао убрал телефон, нахмурившись. Эта реакция была немного странной. Он знает её или нет? По виду так и не скажешь, если он знает её, то играет безупречно. Если нет… почему тогда в его реакции что-то было не так? — А что насчёт той девушки, с которой ты встречался, когда учился в Университете общественной безопасности? — спустя пару секунд заговорил Лу Шичэнь. — А? — Мэн Чжао опешил, — Откуда ты знаешь, что у меня была девушка? — Когда расстались? — снова спросил Лу Шичэнь. — Да это сто лет назад было… — Мэн Чжао усмехнулся, пожав плечами. Лу Шичэнь не ответил, он закрыл глаза, словно не собирался продолжать разговор. Это было похоже на безмолвный приказ уйти. Подождав немного Мэн Чжао понял, что Лу Шичэнь больше не откроет рот, поэтому он поднялся с дивана, взял со стола стакан и подошёл к кулеру. Он налил горячей воды и поставил перед ним на столик. Тот откинулся на спинку дивана и дышал ровно, будто спал. Мэн Чжао задержал взгляд на его лице, потом развернулся и пошёл к двери. Уже на пороге, взявшись за ручку, он почувствовал, как рядом проскользнула тёплая тень. Бордер-колли подошёл вплотную, явно намекая, что тоже не прочь выйти. Стоило Мэн Чжао вспомнить, что эту собаку зовут Сяодао, как его едва не перекосило от раздражения. Он присел, обхватил пса за шею и, не думая о том, понимает ли тот человеческую речь, негромко произнёс: — Лу Шичэнь. Пёс оказался куда покладистее своего хозяина и замахал хвостом, заглядывая ему в глаза снизу вверх. Рука на загривке лежала вполне дружелюбно, но в голосе звучало глухое предостережение: — Лучше не лезь в это дело слишком глубоко, иначе пощады не жди. Пёс коротко гавкнул, уставился на него чёрными, блестящими глазами. Мэн Чжао погладил его по голове и выпрямился, ещё раз взглянув на Лу Шичэня: тот всё в той же позе неподвижно полулежал на диване. Он дышал ровно, словно в самом деле уснул. Мэн Чжао молча вышел и прикрыл дверь за собой. Когда щёлкнул замок, в тишине раздался лёгкий шорох, и Лу Шичэнь медленно открыл глаза. Его пальцы нащупали телефон. Он уставился в экран на ту самую СМС, и его взгляд постепенно прояснился.