Кожа

Поскольку Мэн Чжао откровенно поговорил с Лу Шичэнем, в эту ночь он наконец-то нормально выспался. Войдя в офис, следователь обратился к Чэн Юнь: — Сяо Чэн, не забудь подготовить и распечатать вчерашние показания, и дай Сюй Инъин их подписать. — Я не забыла, — ответила Чэн Юнь, поправляя очки в массивной оправе на переносице, и продолжила стучать по клавиатуре, — Уже заканчиваю, почти готово. Мэн Чжао подозвал нескольких членов следственной группы, и, ожидая их, взял телефон и отправил Лу Шичэню сообщение: Отметься. Через минуту Лу Шичэнь ответил: Я помню. Мэн Чжао отложил телефон, и когда все собрались, начал: — По делу Cage мы установили личности почти всех жертв, но одна загадка остаётся неразрешённой: пожилая женщина из подвала санатория осталась неопознанной. Мы проверили базу пропавших пожилых людей в полицейской системе, но пока безрезультатно. Пора расширить поиск. Он повернулся к Чжоу Цияну: — Сяо Чжоу, ты проверял пропавших более десяти лет назад, объявленных мёртвыми по решению суда. Есть ли новости? — Всё ещё ищем, — ответил Чжоу Циян, — Пока ничего. — Бинь-гэ, — Мэн Чжао посмотрел на Жэнь Биня, — возьми людей, свяжись с местными телеканалами и официальными аккаунтами полиции в соцсетях. Используйте медиа и интернет, чтобы быстрее установить личность последней жертвы из подвала. — Понял, — кивнул Жэнь Бинь. Мэн Чжао распределил ещё несколько задач. В этот момент телефон на столе завибрировал, на экране отобразилось, что звонила доктор Чэн. — Это основные задачи на сегодня, приступайте, — закончил Мэн Чжао и ответил на звонок, — Доктор Чэн, что случилось? — Капитан Мэн, утром очнулась Шао Ци, — сообщила доктор Чэн, — Но она принимала препараты дольше, чем Сюй Инъин. Состояние тяжёлое: сознание мутное, она не может говорить, и есть признаки регресса интеллекта. Хотите навестить её? — Сейчас приеду, — немедленно ответил Мэн Чжао. Повесив трубку, он посмотрел на Чэн Юнь: — Как там показания? — Готово, проверяю, — Чэн Юнь быстро пробежала глазами последние строки документа и нажала на печать, — Сейчас. Принтер загудел, и Чэн Юнь подбежала забрать листы, ловко скрепила их и спросила: — Чжао-гэ, поедешь со мной? Мэн Чжао кивнул: — Да. Когда машина выехала из управления, Лу Шичэнь как раз переходил дорогу, направляясь к зданию городского управления полиции. Мэн Чжао притормозил, опуская стекло, и окликнул его: — Лу Шичэнь! Лу Шичэнь подошёл ближе: — Куда ты так рано? — Шао Ци очнулась, я еду в больницу. Поедешь с нами? Лу Шичэнь взглянул на переднее сиденье, где сидела смотревшая на него Чэн Юнь. Он уже собирался открыть заднюю дверь, но девушка прервала его: — Консультант Лу, садитесь сюда, я пересяду назад. Она открыла дверь, одним шагом добираясь до заднего сиденья, и запрыгнула внутрь. Лу Шичэнь помедлил, а затем обошёл машину и сел на переднее сиденье. — Ты так поздно. Гулял с собакой? — спросил Мэн Чжао, выруливая на дорогу. — Поздно? — Лу Шичэнь взглянул на часы на запястье и добавил, — Тяжело быть консультантом в управлении. — Почему тяжело? — Мне не платят, и руководство такое строгое. — Зачем ты тогда согласился? — усмехнулся Мэн Чжао, — Ещё не поздно попросить начальника Сюя об отставке. Чэн Юнь на заднем сиденье подалась вперёд: — Точно, консультант Лу, раз денег не платят, зачем вы вообще взялись за эту работу? Может быть, ради… справедливости и воплощения своих идеалов? Лу Шичэнь тихо рассмеялся, видимо находя эту идею довольно забавной. — Или ради нашего капитана Мэна? — продолжила Чэн Юнь. Прежде чем Лу Шичэнь успел ответить, Мэн Чжао тихо кашлянул: — Не можешь справиться с допросом, а языком болтать горазда. В следующий раз допрашивай преступника сама, иначе после стажировки не надейся остаться на выездной работе. — Чжао-гэ, ты — воплощение справедливости и доброты, с ангельским характером и длинными ногами, — Чэн Юнь тут же с серьёзным видом принялась подлизываться, — Прийти ради тебя в управление, чтобы работать под твоим началом — самое естественное дело! Заметив, как Мэн Чжао бросил на неё взгляд в зеркало заднего вида, она поспешно поправилась: — Ой, виновата, виновата! Всю дорогу буду молчать… Мэн Чжао проигнорировал её и включил автомобильное радио. Новостной канал всё ещё обсуждал дело Cage, которое стало главной темой последних дней в Минтане: «... коротко о деле Cage: отец У Вэйханя, У Цзяи, сегодня утром выступил с официальным извинением. Он заявил, что, как родитель, сделает всё возможное, чтобы компенсировать жертвам инцидента материальный и моральный ущерб. Кроме того, он выделит десять миллионов юаней на создание Фонда помощи пострадавшим женщинам, который будет бесплатно предоставлять материальную и юридическую поддержку всем попавшим в беду… Будучи председателем совета директоров корпорации У, господин У Цзяи всегда активно поддерживал благотворительность, ежегодно финансируя различные фонды, включая фонд помощи пострадавшим рабочим, фонд образования детей рабочих, фонд поддержки детей, оставшихся без попечения…» Выслушав новости, Мэн Чжао повернулся к Лу Шичэню: — Угадай, кого я вчера видел в кабинете у начальника Сюя? — У Цзяи? — Точно. — Пришёл просить за сына? — Не просить, а извиняться, — Мэн Чжао усмехнулся, — Неожиданно, правда? Сын вины не признаёт, но отец проявляет удивительную активность. — Это можно понять, — ответил Лу Шичэнь, — После статьи о Cage акции корпорации У резко упали. У Цзяи был обязан что-то предпринять. — И правда, капиталисты всегда думают только о прибыли, — повторил Мэн Чжао слова, сказанные вчера начальником Сюем. В памяти всплыла дружеская атмосфера той встречи и непроницаемый взгляд начальника, который невозможно было прочесть. В больнице вся троица направилась в палату, Сюй Инъин всё ещё не могла вставать с кровати, поэтому она полулежала, глядя в телевизор. На экране тоже обсуждали дело Cage, показывая архивные кадры с У Вэйханем на публичных мероприятиях, а затем видеозапись с извинениями У Цзяи. Чэн Юнь подошла к Сюй Инъин, протягивая ей распечатанные показания, и попросила проверить и подписать. Очнувшаяся Шао Ци лежала в той же палате, её взгляд был устремлён в пустоту, а глаза казались пугающе безжизненными. Доктор Чэн разговаривала с матерью Шао Ци, стоя у кровати пациентки: — Не волнуйтесь, пробуждение — лишь первый шаг. Лечение продолжается, мы обсуждаем дальнейший план. Больше общайтесь с Цици, это поможет ей быстрее восстановить сознание… Безутешная мать слушала, то и дело вытирая слёзы рукой, и в этот момент Шао Ци вдруг издала звук. Все в палате повернулись к ней. Шао Ци лежала, широко раскрыв глаза, её губы дрожали, грудь вздымалась от учащённого дыхания, а из горла вырывались неясные, бессмысленные звуки. Доктор Чэн тут же шагнула к ней, чтобы успокоить, и Мэн Чжао тоже подошёл, чтобы помочь: — Доктор Чэн, что происходит? Есть угроза жизни? Лицо врача стало серьёзным: — Пока неясно. По логике, такого быть не должно. Мэн Чжао бросил взгляд на телевизор и громко приказал: — Немедленно выключите телевизор! Сюй Инъин схватила пульт и тут же отключила экран. Под увещеваниями доктора Чэн Шао Ци спустя некоторое время успокоилась, и Мэн Чжао повернулся к врачу: — Доктор Чэн, как объяснить её реакцию? Это может быть связано с действием препарата? Может ли он вызывать психическую нестабильность как побочный эффект? — Пока мы не обнаружили таких побочных эффектов. У Цици такое впервые, и её реакция, скорее всего, вызвана внешним раздражителем. Хорошо, что вы вовремя выключили телевизор. Если подумать, она, вероятно, увидела У Вэйханя на экране, и это пробудило воспоминания о прошлом, — Она выдохнула с облегчением, — Как хорошо, что вы, капитан Мэн, сразу нашли причину. Мэн Чжао не ответил. В его голове зрело сомнение, ведь телевизор всё время показывал новости о Cage, так почему реакция Шао Ци была такой резкой и внезапной? Доктор Чэн задумалась и добавила: — Этот препарат особенно опасен тем, что он постепенно разрушает нервную систему, медленно и почти незаметно лишая человека сознания и способности рассуждать. Очевидно, что это разработка высокопрофессиональной команды. — Препарат могли купить? — продолжал Мэн Чжао. — Не знаю, — доктор Чэн покачала головой, — Я никогда с таким не сталкивалась. Мэн Чжао задумчиво кивнул, и в этот момент ему позвонил Чжоу Циян. Когда следователь ответил, тот взволнованно сообщил: — Чжао-гэ, мы установили личность пожилой женщины! — Сейчас буду, — ответил Мэн Чжао, повесив трубку, попрощался с доктором Чэн и повернулся к Лу Шичэню и Чэн Юнь, — Возвращаемся в управление! — Появились новые зацепки? — спросил Лу Шичэнь. — Установили личность пожилой женщины, — Вспомнив, как Лу Шичэнь разглядывал её в подвале, Мэн Чжао внимательно посмотрел на его лицо, но Лу Шичэнь не выдал никаких эмоций и только коротко хмыкнул. *** Мэн Чжао распахнул дверь офиса, быстрыми шагами подошёл к Чжоу Цияну и встал за его спиной. Лу Шичэнь последовал за ним. — Чжу Вэньсю, — Мэн Чжао тихо произнёс имя, глядя на экран компьютера Чжоу Цияна, — Это она? — Да, пропала девятнадцать лет назад, — ответил Чжоу Циян, подводя курсор к ключевой информации, — Через четыре года после исчезновения семья подала в суд заявление о признании её умершей. Время пропажи слишком давнее, мы начали проверку с десятилетнего срока, кто бы мог подумать, что придётся раскапывать информацию почти двадцатилетней давности… — Эта старушка до пропажи была директором строительной компании, — добавил Чжоу Циян, указывая курсором на экране на название «Строительная компания Вэньдин». — Это название… кажется знакомым, — Мэн Чжао повернулся к Лу Шичэню и увидел, что взгляд того остановился на экране, на мгновение замерев. Мэн Чжао тут же уловил едва заметное изменение на его лице, и вдруг вспомнил, почему название показалось ему знакомым. Дело о зарплатах рабочих-мигрантов, которое Лу Чэнцзэ вёл восемь лет и выиграл с оглушительным успехом, было именно против этой строительной компании! Ещё в старших классах, перед тем как отправиться в юридическую фирму к Лу Чэнцзэ, Мэн Чжао тщательно изучил его послужной список. Он посмотрел на Лу Шичэня и сказал: — Похоже, эта старушка была старой знакомой твоего отца. Мгновенное замешательство Лу Шичэня тут же исчезло, и он вернул себе обычное спокойствие: — Да? — Ты не знал? — уточнил Мэн Чжао, — То громкое дело о зарплатах рабочих, которое выиграл твой отец, было против компании этой женщины. — Это было до моей амнезии, — равнодушно ответил Лу Шичэнь. — Верно, — согласился Мэн Чжао. — В любом случае, нужно связаться с её семьёй. Сяо Чжоу, ты проверил контакты её родных? — Уже, — ответил Чжоу Циян, — Её муж умер ещё до её пропажи. Вскоре после исчезновения сын с семьёй эмигрировали. Остались только старые данные до их отъезда… — Неужели нам снова придётся проходить долгий процесс согласований на зарубежный запрос? — нахмурился Мэн Чжао. — Я могу попробовать помочь, — предложил Лу Шичэнь. — Отлично, — кивнул Мэн Чжао, — Тогда рассчитываем на консультанта Лу. *** Лу Шичэнь в очередной раз доказал свою эффективность и на следующее утро передал Мэн Чжао контакты семьи Чжу Вэньсю. — Это, скорее всего, её сын, — сказал Лу Шичэнь. — Судя по данным, сыну уже за сорок, — Мэн Чжао записал номер, — Ты быстро справился. Сколько миллионов потратил на этот раз? Лу Шичэнь посмотрел на него: — Так подробно спрашиваешь, потому что хочешь вернуть мне эти деньги? — А если я расплачусь собой? — усмехнулся Мэн Чжао, взял настольный телефон, включил громкую связь и набрал номер, который дал Лу Шичэнь. В трубке зазвучали гудки, и сначала собеседник сбросил вызов, но Мэн Чжао набрал снова, и на этот раз ему ответили. — Это родственники Чжу Вэньсю? — спросил Мэн Чжао. Лу Шичэнь стоял рядом, наблюдая за ним. — Кто вы? — раздался настороженный голос взрослого мужчины, — Зачем вы ищите Чжу Вэньсю? — Я из китайской полиции, — ответил Мэн Чжао в трубку, — Мы нашли Чжу Вэньсю в подвале частного пансионата, она жива. Вы подавали в суд заявление о признании её умершей. Независимо от причин, теперь, когда она найдена и в её деле много неясностей, мы просим вас приехать для опознания и содействия в расследовании. — Чжу Вэньсю? Откуда вы узнали это имя? — мужчина явно не верил словам Мэн Чжао, — Как я могу быть уверен, что вы говорите правду? — Можете сказать ваш электронный адрес, и я отправлю вам фото Чжу Вэньсю, — предложил Мэн Чжао, — Если после просмотра фотографий вы всё ещё не поверите, мы можем подтвердить это через видеосвязь. Мужчина, немного помедлив, продиктовал свою электронную почту, Мэн Чжао быстро записал её на клочке бумаги, оторвал листок и передал Чэн Юнь, после чего сказал: — Мы отправляем фото прямо сейчас, не вешайте трубку. Чэн Юнь сработала молниеносно, и менее чем через минуту она показала Мэн Чжао знак «ОК». — Отправили, проверьте, — сказал Мэн Чжао. В трубке послышались шаги, вероятно, мужчина направился к компьютеру, и после нескольких минут тишины зазвучал его теперь взволнованный голос: — Моя мать и правда жива? Что с ней случилось? Как она сейчас? В отличие от эмоционального тона собеседника, голос Мэн Чжао оставался спокойным: — Вашей матери длительное время вводили некий препарат, и сейчас она без сознания. Сложно сказать, сможет ли она прийти в себя. Нам известно, что её исчезновение было преднамеренным, вероятно, результатом злого умысла неких людей. Если у вас есть возможность, немедленно вернитесь в Китай для опознания Чжу Вэньсю в Управлении общественной безопасности Минтаня. При возникновении трудностей китайское правительство окажет вам содействие. После паузы в несколько секунд мужчина тихо ответил: — Хорошо, я найду способ вернуться.