Кожа

На следующее утро Мэн Чжао проснулся первым. Накануне они напились, да ещё засиделись допоздна, и в итоге оба уснули, прижавшись друг к другу на диване. Мэн Чжао хотел встать, но их тела так переплелись, что любое движение грозило разбудить другого. Эта поза казалась ему слишком интимной, и он чувствовал себя непривычно неловко. Лицо Лу Шичэня было обращено к нему, и тёплое дыхание ритмично касалось его щеки. Он повернулся, чтобы взглянуть на Лу Шичэня: рука того лежала на его талии, дыхание было глубоким и ровным, он выглядел крепко спящим. Даже сейчас сердце Мэн Чжао учащённо билось. Годами он гадал, какой человек заставит его сердце трепетать, но образ оставался расплывчатым. И вот теперь он обрёл ясность и черты человека, лежащего перед ним. Жизнь полна неожиданностей, подумал Мэн Чжао с лёгкой грустью. Видя, что Лу Шичэнь крепко спит, Мэн Чжао оценил их позу, мысленно прикинул, как выбраться, и осторожно взял запястье Лу Шичэня, мягко убрав его руку. Он аккуратно высвободил одну ногу, но, когда начал вытаскивать вторую, ресницы Лу Шичэня дрогнули, он открыл глаза и проснулся. Мэн Чжао замер, глядя на мужчину, а тот смотрел на него в ответ, и через секунду Мэн Чжао охватила неловкость. Да, его сердце трепетало, но чтобы двое мужчин спали вместе в объятиях друг друга, да ещё и после того, что случилось вчера ночью, это по-прежнему не укладывалось в его голове. Он не мог полностью принять эту перемену в их отношениях. — Проснулся? — Мэн Чжао, стараясь казаться непринуждённым, вытащил ногу и встал с дивана, — Пойду приму душ. Хочешь ещё поспать? — Не хочу, — ответил Лу Шичэнь и, опираясь на диван, сел. Оба были помяты, на телах, одежде и диване остались следы их ночной близости. Лу Шичэнь посмотрел на свою ладонь, несколько секунд разглядывал её, а затем перевёл взгляд на Мэн Чжао. Его голос был хриплым: — Вчера… что вчера произошло? — Что? Не помнишь? — Мэн Чжао слегка опешил, — Провал в памяти? — Помню смутно, — Лу Шичэнь потёр виски. Мэн Чжао выдохнул с облегчением. Слава богу, Лу Шичэнь не помнит, и теперь можно не так неловко себя чувствовать. — Да ничего особенного, — сказал Мэн Чжао, — Не думай об этом, от таких мыслей в похмелье голова разболится. Он направился в ванную. Быстро приняв душ, Мэн Чжао вышел, вытирая волосы полотенцем. Лу Шичэнь сидел на диване, явно пытаясь восстановить в памяти события прошлой ночи. Мэн Чжао подошёл к нему: — Всё вспоминаешь? Иди лучше в душ. — Угу, — Лу Шичэнь встал и пошёл в ванную. Мэн Чжао направился к кулеру, налил стакан воды и вернулся на диван. Только он сделал пару глотков, как едва вошедший в ванную Лу Шичэнь развернулся в дверях и посмотрел на него: — Ты в порядке? — А что со мной будет? — Мэн Чжао сначала не понял, о чём речь, но тут же сообразил, — Ты про отстранение? Это было два дня назад, я уже в норме. Он откинулся на спинку дивана и отпил ещё воды. — Я имею в виду, — Лу Шичэнь сделал паузу, — с твоим телом всё нормально? После того, что было вчера… — Кхе, кхе! — Мэн Чжао, глотнув воды, вдруг понял, о чём тот, и поперхнулся, закашлявшись. Отдышавшись, он поспешил объяснить, — Нет, ты не так понял, вчера ничего такого не было… Лу Шичэнь молча смотрел на него. — Нельзя сказать, что вообще ничего не было, но точно не то, что ты думаешь… — заметив, как Лу Шичэнь нахмурил брови, явно не понимая, что это значит, Мэн Чжао решил, что надо объясниться до конца, — В общем, я не был снизу! Что ты вообще себе напридумывал, Лу Шичэнь? Если не помнишь, так не надо выдумывать, ладно?! — А это тогда что? — Лу Шичэнь дотронулся пальцами до следа от укуса на своей шее. — Ты меня тоже укусил, между прочим! — Мэн Чжао задрал рукав футболки на плечо, показывая отметину на своём бицепсе. Лу Шичэнь промолчал. — Иди уже в душ, — Мэн Чжао махнул рукой, указывая на ванную. Когда дверь ванной закрылась, он откинулся на спинку дивана, схватив подушку и накрыв ею лицо. Минут через двадцать Лу Шичэнь вышел из ванной. Сначала они молчали, сидя друг напротив друга за столом и поедая завтрак, заказанный Мэн Чжао, и когда тот доел и собрался подняться из-за стола, Лу Шичэнь вдруг сказал: — Я вспомнил, что было вчера. Мэн Чжао замер на миг: — Ну, вспомнил и хорошо. И снова воцарилась тишина. Атмосфера была неловкой, и Мэн Чжао пошёл в спальню, чтобы переодеться. Когда он вышел, Лу Шичэнь тоже закончил есть. — Сегодня куда-то идёшь? — спросил Лу Шичэнь. — Да, в городское управление. — Зачем? Мэн Чжао сел на диван, и его лицо стало серьёзным: — Я уже рассказывал тебе, что видел У Цзяи в записной книжке моей мамы. Я нашёл эту книжку и убедился, что она действительно расследовала дело с его участием. Я думаю, её смерть могла быть не случайной, и пока я отстранён, хочу разобраться в этом деле. Лу Шичэнь задумчиво посмотрел на него: — Ты считаешь, что её смерть связана с У Цзяи только из-за его фотографии в записной книжке? Мэн Чжао пока не хотел делиться с Лу Шичэнем другими деталями, но и не собирался лгать: — Конечно, я не уверен. Просто раньше я не замечал ничего странного, а теперь, когда всплыло имя У Цзяи, некоторые вещи кажутся подозрительными. — В каком смысле? — Лу Шичэнь подошёл, взял со стола стакан с недопитой Мэн Чжао водой, осушил его и сел рядом на диван. — Я рассказывал, что мама погибла при исполнении, но, кажется, ни разу не говорил, как именно, — Мэн Чжао помолчал, а затем продолжил, — Мне тогда было десять, и я учился в четвёртом классе, мама каждый день отвозила меня в школу, а потом ехала в городское управление. Это случилось второго июня. Она довезла меня до школы и отправилась на работу, когда прямо на её глазах торговец людьми на мотоцикле вырвал девочку из рук матери. Мама тут же погналась за ним на своём мотоцикле. Преступник запаниковал и свернул на глухую дорогу в пригороде. Следователи потом предположили, что мама загнала его в угол, и началась ожесточённая схватка. Торговец ударил её ножом, но мама, собрав последние силы, сдавила ему горло, чтобы обезвредить. Когда подоспели силы управления, девочку спасли, но мама и преступник были тяжело ранены. Торговец умер по дороге в больницу, а мама… её доставили в госпиталь, но из-за сильной кровопотери спасти не смогли. В общих чертах, это то, что я знаю, — Мэн Чжао сжал руки, и вены на тыльной стороне ладоней вздулись от напряжения, — Теперь я думаю, что в этом деле слишком много пространства для манипуляций. Мамин маршрут был всегда одним и тем же. Если похитить ребёнка у неё на глазах, то она не могла бы не вмешаться. Я читал дело, и помню примерный ход событий, но, чтобы найти зацепки, нужно изучить всё заново. Я уже позвонил Чжоу Цияну, и попросил достать материалы по делу мамы. Мэн Чжао встал: — Сейчас поеду в управление. — Я с тобой, — сказал Лу Шичэнь. — Хорошо. Они вместе вышли и поехали в городское управление. За несколько сотен метров до работы Мэн Чжао вдруг остановил машину у обочины. — Что такое? — Лу Шичэнь взглянул на него. — Подожди меня в машине, — Мэн Чжао вышел и направился прямиком к аптеке. Через несколько минут он вернулся и бросил Лу Шичэню коробку пластырей: — Наклей. — Что? — Ну, это… Ладно, давай я сам, — Мэн Чжао взял коробку и оторвал один пластырь, — Поверни голову. Лу Шичэнь повернулся, обнажив шею, его кожа была мраморно-белой, и слегка покрасневший след от укуса выделялся особенно ярко. Мэн Чжао наклеил пластырь на отметину, но тот не прилип как следует. Пришлось оторвать ещё один и наклеить поверх. Закончив, он посмотрел на два пластыря и почувствовал, что это выглядит как очевидная попытка что-то скрыть, но без них след был бы слишком двусмысленным. — Готово? — Лу Шичэнь коснулся пластыря. — Да, — кивнул Мэн Чжао, не придумав ничего лучше, — Пусть будет так. Лу Шичэнь взглянул на него и тихо произнёс: — Дикая псина. Вспомнив слова Лу Шичэня прошлой ночью, Мэн Чжао не смог разозлиться на это прозвище и лишь буркнул: — Заткнись. Он завёл машину и поехал к городскому управлению, но когда они добрались, Чжоу Цияна ещё не было. Мэн Чжао достал телефон и набрал его номер. Гудки шли долго, но никто не отвечал, а из динамика раздалось: «Абонент временно недоступен». Мэн Чжао нахмурился: — Что за дела? Его нет, телефон выключен. Неужели что-то случилось… Они прождали минут двадцать, пока Чжоу Циян наконец не выбежал из управления. Он огляделся по сторонам, выискивая машину Мэн Чжао, заметил её, подбежал и плюхнулся на заднее сиденье. — Чжао-гэ, — Чжоу Циян устроился поудобнее и поздоровался с двумя мужчинами впереди, — О, консультант Лу тоже здесь. — Достал дело? — повернулся к нему Мэн Чжао, — Почему так долго? — Ты не представляешь, как сложно теперь добраться до дел, — вздохнул Чжоу Циян, — На следующий день после твоего ухода начальник Сюй объявил, что временным заместителем руководителя группы будет заместитель директора Юй. И не только это: меня, Сяо Суна, Чэн Юнь и всех, кто тесно с тобой работал, перевели на второстепенные задачи… — Вас оттеснили на периферию? — нахмурился Мэн Чжао. — Ага. Все запросы к делам идут через начальника Сюя, а он бы точно не дал взять то, что тебе нужно. Я потихоньку обратился к Сяо Юань из архива. Помнишь её? Твоя фанатка… Она услышала, что ты хочешь получить дело твоей мамы, и сразу, без лишних вопросов согласилась. — Чжоу Циян разошёлся, увлёкшись сплетнями, — Чжао-гэ, послушай, женись ты на этой девушке. После всего этого понятно, что начальник Сюй больше не желает видеть тебя зятем. Хоть Сюй Янь и влюблена в тебя, если её отец против, вам обоим будет несладко. А Сяо Юань — красавица, надёжная, да ещё и влюблена в тебя по уши. Помнишь, как после работы она приносила тебе еду, связала шарф, а на День святого Валентина звала в кино… Заметив, что Чжоу Циян перестал шутить и перешёл к серьёзным намёкам на сватовство, Мэн Чжао согнул пальцы и звонко щёлкнул его по лбу: — Трепло. — Ай… — Чжоу Циян потёр лоб и жалобно посмотрел на Лу Шичэня, — Консультант Лу, рассудите, я дал ему добрый совет, а он меня бьёт… Но Лу Шичэнь не собирался его поддерживать и лишь спросил: — Что было дальше? — Дальше? Вы про Сяо Юань? — Чжоу Циян опустил руку, — Чжао-гэ сказал ей: «В архиве что, слишком скучно? Хочешь, попрошу перевести тебя на выезды?» Он испугал девчонку так, что на следующий день она не вышла на работу. — Ты-то чего влезаешь? — Мэн Чжао бросил на Лу Шичэня суровый взгляд и сменил тему, — Она дала тебе дело без оформления? — Не дала, но нашла его, а я сфотографировал, — Чжоу Циян достал телефон и показал снимки, — Отправляю тебе. Телефон Мэн Чжао дважды завибрировал, когда пришли фотографии. Он не стал их открывать, а посмотрел на Чжоу Цияна: — В следующий раз сообщай мне о таком заранее. Если тебя поймают за самовольным доступом к делам, накажут не только тебя, но и Сяо Юань, и она может лишиться работы. Предупреждай, я найду другой способ. — Понял, — Чжоу Циян сжал губы. — Возвращайся, — добавил Мэн Чжао. — Ладно, Чжао-гэ, я пошёл, — Чжоу Циян открыл дверь, но вдруг обернулся, — Да, Чэн Юнь просила передать, что через месяц она выходит на постоянку, и ты должен вернуться, чтобы подписать ей документы. — Даже если я не вернусь, кто-нибудь подпишет ей документы. — Она сказала, если ты не вернёшься, она не останется в управлении, — Чжоу Циян продолжил, подражая голосу Чэн Юнь, — «Человек, отстаивающий справедливость, страдает из-за неё, а лидер, которого я уважала, впал в немилость. Это не то место, где я хочу оставаться». — Передай ей, чтобы оставалась и не делала глупостей, — серьёзно сказал Мэн Чжао, — Всё не так просто, нельзя действовать сгоряча. — Ещё Чао-гэ просил передать, — Чжоу Циян сменил тон, — скорее верни флешки! — Флешки в ящике справа. Возьмёшь и отдашь ему… — Чао-гэ сказал, что ты должен вернуть их лично. Опоздаешь на день, и он начнёт начислять проценты. Мэн Чжао усмехнулся и покачал головой, глядя на Чжоу Цияна: — Ладно, я понял. Иди уже. Проводив взглядом Чжоу Цияна, вошедшего в здание управления, Мэн Чжао ещё немного посмотрел на двери, прежде чем отвести глаза. Он взял телефон, открыл фотографии, присланные Чжоу Цияном, и быстро их пролистал. Заметив, как Мэн Чжао всё сильнее хмурит брови, Лу Шичэнь спросил: — Проблемы в деле? Мэн Чжао просмотрел последние снимки и вернулся к началу, задумавшись на несколько секунд: — Если смотреть на событие без зацепок, трудно заметить что-то необычное. Но стоит найти одну ниточку или один вопрос, и за ним потянутся другие. До того как У Цзяи стал ключевой фигурой, всё было скрыто под водой, но теперь, с этой зацепкой, я чувствую, как правда начинает всплывать. — Ты думаешь, У Цзяи организовал убийство твоей мамы? — Лу Шичэнь посмотрел на него, — Расскажи о своих подозрениях. — Вот, смотри, — Мэн Чжао передал ему телефон, — Главные вопросы связаны с этим торговцем людьми. После гибели мамы полиция управления расследовала дело, пытаясь выйти на цепочку торговли людьми, но не нашла ни его прошлых преступлений, ни связей с какими-либо сетями. Это первый вопрос: был ли он торговцем людьми в принципе? Второй вопрос: обычно, чтобы скрыть преступление, торговцы людьми похищают детей в укромных местах, а этот действовал в час пик в оживлённом районе у школы, открыто вырвав ребёнка из рук матери. Это не похоже на их методы. Третий вопрос: зачем торговцу людьми нож? Их цель — деньги. При встрече с полицией разумнее всего бежать, но этот не сбежал, а вступил в схватку с мамой. Это наводит на мысль, что его целью была не девочка, а моя мама. Четвёртый вопрос: мама была мастером рукопашного боя. Её коллеги говорили, что многие мужчины в управлении не могли её одолеть. Конечно, торговец мог угрожать ребёнком, и из-за этого она получила тяжёлые ранения, но убить её было непросто. Этот человек, скорее всего, обладал высоким уровнем боевых навыков, и возможно, даже прошёл специальную подготовку. Пока Мэн Чжао говорил, Лу Шичэнь пролистал снимки до последнего. На нём был маленький цветочный барабан, найденный у торговца. Мэн Чжао уставился на этот барабан, и в голове всплыл ещё один вопрос по делу. — Погоди, этот цветочный барабан… В деле сказано, что похищенной девочке было девять лет. Разве девятилетняя девочка заинтересуется такой игрушкой? — Цветочный барабан? — Лу Шичэнь оторвал взгляд от снимков и посмотрел на Мэн Чжао. — Ты, наверное, такого никогда не видел, сейчас они редкость, но в моём детстве их было полно, — пояснил Мэн Чжао, — Крутишь ручку, и барабан издаёт звук. Это игрушка для совсем маленьких детей… — Ты думаешь, барабан нужен был не для девочки, а для чего-то другого? Мэн Чжао слегка покачал головой: — Пока это только предположение. Лу Шичэнь просмотрел все фотографии и вернул телефон: — Что дальше? Подумав несколько секунд, Мэн Чжао ответил: — Торговец мёртв, так что начать надо с его близких. Двадцать лет назад полиция выяснила, что у него была только умственно отсталая мать, которая не дала никаких зацепок. Но то, что не нашли тогда, может всплыть теперь, со временем некоторые улики проявляются, и я собираюсь всё проверить. — Я с тобой, — сказал Лу Шичэнь. Мэн Чжао повернулся к нему: — Нужно ехать в другой город, это далеко. — Знаю.