Телохранитель моего папы

За семейным обедом обсуждали планы на лето. Габриэль отвернулась и уставилась в окно, в то время как за столом продолжалась оживлённая беседа. Мысли девушки унеслись далеко от разговора. Почему Джастин стал таким серьёзным и отстранённым? — размышляла она. Раньше он всегда был рядом — завтракал, ужинал вместе. А теперь… не пришёл ни на завтрак, ни на ужин. Наверное, у него своя жизнь. Он ведь взрослый мужчина. Может, у него есть девушка… или просто важные дела. Не будет же он вечно носиться рядом со мной? — А Джастин будет с тобой, — сказал Фернандо. Имя того, о ком она только что думала, резко вырвало её из размышлений. — Ты меня вообще слушаешь, ми амор? — мягко, но с упрёком спросил отец. — Да-да, папуль… При чём тут Джастин? — Я говорю, что пока ты находишься дома, хочу, чтобы Джастин был твоим телохранителем. Габриэль возмущённо скривилась и буркнула: — Зачем? — Ты должна быть в безопасности. А Джастин — единственный, кому я полностью доверяю. В этот момент в кухню вошёл Джастин. Габриэль посмотрела на него и едва сдержала вздох. Он выглядел ещё более мужественным, серьёзным, почти чужим. Осмотрев стол и присутствующих, Джастин спокойно произнёс: — Мистер Гарсиа, вы готовы ехать? — Да, Джей. Поехали. Он уже собирался выйти, но обернулся: — Габи, тебе сегодня нужно куда-то? Не отрываясь от тако, которое для неё приготовил ехидно улыбающийся Диего, Габриэль ответила: — Да. Карла звала на вечеринку. Карла была её подругой с самого детства. Девушки виделись редко — та училась в Германии, и лишь однажды они пересеклись в Европе. Но связь поддерживали — созванивались, переписывались. — Вечеринка? — переспросил отец. — Джастин, хочу, чтобы ты поехал с ней. Габриэль зло посмотрела на обоих мужчин, стоящих у выхода. Фернандо доедал завтрак на ходу, а Джастин, с каменным выражением лица, переводил взгляд с неё на шефа. Кармен хихикнула где-то за спиной: — Милый… Но Фернандо перебил: — Хорошего дня. До вечера, — бросил он и вышел. На улице мужчины направились к машине. Джастин шёл молча, пока Фернандо не остановился, предчувствуя, что тот хочет что-то сказать. — Это плохая идея, Фернандо, — тихо сказал Джастин. — Ты знаешь, что такое вечеринки и молодёжь. Она будет не в восторге от моей компании. Она ведь ненадолго — пусть развлекается. Фернандо тяжело вздохнул, почесал затылок. — Я знаю. Просто… боюсь, что ей снова причинят боль. Как тогда. Джастин не знал, что именно произошло «тогда». Он и не стремился выяснить — наоборот, считал эту тему закрытой. Кивнув, он криво усмехнулся: — Окей. Она будет ненавидеть меня до конца жизни. После долгого разговора с Карлой, Габриэль всё же смирилась: раз отец настаивает — пусть так. К вечеру она начала собираться. Карла упомянула, что вечеринка будет на пляже, под открытым небом, поэтому девушка выбрала длинное платье с разрезом на ноге и вырезом на животе. Немного откровенно, но всё в меру — в конце концов, пляжная вечеринка предполагала и более смелые наряды. К машине она подошла ровно в восемь вечера — и никого не обнаружила. Мы же договаривались… — с раздражением подумала она. В этот момент послышался шум открывающихся ворот гаража. Она обернулась — и увидела Джастина. — Серьёзно? Серый спортивный костюм? — язвительно бросила она. — Это же вечеринка, а не собрание папиных охранников. — Я бы на твоём месте помолчал. Ты вообще видела своё платье? Хоть бы живот прикрыла, — буркнул он. Она фыркнула, села в машину. Джастин повторил её движение. Прошло минут пять в напряжённой тишине. Наконец, Габриэль не выдержала: — В своём сером костюме ты будешь привлекать внимание не меньше, — бросила она сердито. — А на тебе почти и нет платья. Это ты всё внимание заберёшь себе, — усмехнулся он. Когда машина подъехала к месту вечеринки, Габриэль первой распахнула дверь и вышла. Сделав пару шагов, она обернулась — Джастин даже не собирался выходить. — Джастин, ты что, останешься здесь? — спросила она, наклонившись к приоткрытому окну. Изнутри послышался спокойный голос: — Да, Габи, — ответил Джей с легкой усмешкой. — Что я там не видел? Пьяные парни, море алкоголя и веселья? Понаблюдаю отсюда. Девушка закатила глаза: — Не скучайте, мистер Бибер. — А ты будь умницей и веди себя хорошо, — добавил он сухо, с каменным выражением лица, будто это вовсе не шутка. Шутливо отдав честь, Габриэль развернулась и направилась к шуму и огням, вглубь вечеринки. Бар находился прямо у дороги — небольшой, с деревянным фасадом и ступеньками, ведущими вниз к пляжу, где уже слышался смех, музыка и плеск волн. Легкая фоновая мелодия доносилась из колонок — что-то привычное, барное. Подпев известной мелодии, Габриэль подошла к стойке и обратилась к бармену, молодому парню с веснушками и дружелюбной улыбкой: — Привет. Сделай, пожалуйста, клубничный мохито. Без алкоголя. Ей совсем не хотелось напиваться — настроение было больше наблюдательным, чем праздничным. Пока бармен готовил заказ, она достала из сумочки тонкую пачку сигарет и начала искать зажигалку. Порывшись безуспешно, раздражённо выдохнула. О боже… В этот момент на её плечо неожиданно легла ладонь. — Привет, сладкая, — раздался знакомый голос. Карла. Девушки завизжали от радости, обнялись крепко, как будто не виделись годами. — Держи, потеряшка, — подмигнула Карла и протянула зажигалку. — Спасибо, — с облегчением улыбнулась Габриэль. Бармен уже поставил перед ней высокий бокал с мятой, льдом и клубникой. — Габи, что это? — с удивлением спросила подруга, глянув на напиток. — Клубничный мохито, — спокойно ответила та. Карла театрально закатила глаза и протянула: — О боже. Внизу все наши, мы пьем текилу. — Я… не одна, — ответила Габриэль, не уточняя. Лишь кивнула головой в сторону припаркованной у дороги чёрной машины. Карла обернулась, разглядела автомобиль, нахмурилась. — Это что… громила приехал? — с отвращением в голосе протянула она. Габриэль рассмеялась. «Громилой» Джастина они прозвали ещё в школьные годы — когда он возил их после уроков и выглядел, по их мнению, слишком серьёзным для охранника, которому тогда едва исполнилось двадцать. — Да. Папин приказ, — с сожалением произнесла она. — Веселья не будет… — обречённо вздохнула Карла. — Ладно, тогда вот что, — сказала Карла, сдвинув брови. — Я отвлекаю, а ты бежишь вниз. — Карла, всё нормально. Я и так собиралась идти, — улыбнулась Габриэль. — Всем привет, девчонки, — раздался знакомый голос. Перед ними стоял шатен с уверенной улыбкой. Это был Лиам — лучший друг того самого человека, о котором Габриэль не хотела больше вспоминать. Ламин — афроамериканец, старше девочек на пару лет. Когда Габи было пятнадцать, они встречались почти год. Отношения были крепкими, почти идеальными. Но однажды он начал отдаляться и что-то скрывать. Вскоре выяснилось: Ламин поступил в университет и завёл роман с одногруппницей, продолжая встречаться с Габи. Это стало для неё настоящим ударом. Она долго не могла оправиться. И теперь, спустя время, стоит здесь и улыбается его лучшему другу, прекрасно знающему всю историю. — Привет, Лиам, — неловко кивнула Карла. — Как дела, девчонки? На всё лето приехали? — с интересом спросил парень. Лиам был приятной внешности, типичный южный американец: загорелый, ухоженный, с открытым выражением лица. — Да-а… — протянула Карла. — А ты как тут? Сам? — Ага, — просто ответил он, не сводя взгляда с Габи. — Габи, как там Париж? Tout va bien?(с перевод. «Все хорошо?») — спросил он с лёгкой улыбкой, добавив фразу по-французски. Какого чёрта? — подумала она, но тут же широко улыбнулась: — Всё прекрасно. В этот момент у Карлы зазвонил телефон. Она взглянула на экран, извинилась и отошла. — Присядем? — предложил Лиам, кивнув на свободные стулья у деревянного столика. Честно говоря, ей действительно хотелось с ним поговорить. Хоть немного — узнать что-то про Ламина. Они сели, отдалившись от барной стойки и тем самым скрывшись из поля зрения тонированного чёрного внедорожника. Минут через пятнадцать они смеялись как в старые добрые времена. Будто снова были теми самыми беззаботными подростками. Про бывшего не упомянули ни слова. Ни взгляда, ни тени обсуждения. Смеясь, Габи на мгновение обернулась к бару — и тут же её взгляд наткнулся на Джастина. Что это ещё такое? — подумала она с досадой. Он стоял у стойки, пил колу из стеклянной бутылки и внимательно следил за происходящим… и за ней. Разговаривать дальше уже не хотелось. Габриэль извинилась перед Лиамом и, сославшись на то, что ей пора домой, поднялась со своего места. — Дашь номер? — спросил парень, на ходу доставая телефон. Она продиктовала, он быстро записал и, пожелав хорошего вечера, растворился в толпе. Габриэль спокойно направилась к выходу, стараясь не обращать внимания на Джастина. Но, обернувшись, заметила, что он тоже идёт к ней. Машина на мгновение вспыхнула фарами — он снял блокировку. Можно было садиться. Она открыла дверь и резко плюхнулась на сиденье, злая и раздражённая. — Как вечеринка? — весело спросил Джастин, устроившись за рулём. — Это шутка? — возмутилась она, резко повернувшись к нему. — А мне понравилось, — продолжил он с тем же тоном. — Бармен дружелюбный, кстати. Ты заметила? А кто тот парень, с которым ты сидела? — Какая разница, Джастин? Ты мне испортил весь вечер. — Правда? — довольно усмехнулся он, будто всё пошло по его плану. — Тогда поехали домой. Он включил зажигание, и машина плавно выехала с парковки, быстро набирая скорость. — Нет, Джастин, я не хочу домой. Ещё только одиннадцать. — О, малышка Габриэль, — с преувеличенной серьёзностью произнёс он, — большой дядя Джастин уже в это время видит третий сон. — Джастин… — недовольно цокнула она, скрестив руки на груди. — Хочешь, заедем в «Макдональдс»? Возьмём мороженого? Она закатила глаза, но не ответила — только слабо улыбнулась, уловив намёк. В детстве, когда Джастин забирал её с танцев или из школы, он часто вёз её именно туда — в «Мак», за самым обычным пломбиром. И именно тогда, за стаканчиком ванильного мороженого, они говорили по-настоящему. Когда они вернулись домой, Джастин, как всегда, аккуратно припарковал машину в гараже. Оба молча вышли. — Спасибо за ужасный вечер, мистер Бибер, — с саркастичной улыбкой произнесла Габи. — Приятно иметь с вами дело. — Всегда к вашим услугам, мисс Гарсиа. Заходите, если скучно, — отозвался Джастин, откинулся на шаг назад и, не дожидаясь ответа, развернулся и исчез за дверью, ведущей из гаража в дом. Габриэль, не сказав больше ни слова, поднялась в комнату. Душ. Только это могло хоть немного снять напряжение. Позже, уже в белом махровом халате и с мокрыми волосами, она спустилась к беседке во дворе. Было тихо. Ночь пахла зеленью и чем-то почти домашним. Она достала тонкую сигарету, закурила и, глядя в темноту, мысленно проклинала тот день, когда отец решил сделать Джастина её «телохранителем». Когда он вернулся в свою комнату, скинул худи и остался с голым торсом, в голове пронеслась лишь одна мысль: «Чертов идиот…» Он вышел на балкон. Лёгкий ночной ветер, сигарета в зубах. Горечь дыма щипала горло — точно по делу. Что за вечер… Габи была ещё совсем ребёнком. Её тянули вечеринки, шум, танцы, смех. Она — студентка. А её друзья? Такие же, как она. Молодые. Свободные. А я кто? Большой мужик, на зарплате у её отца. Всё это — абсурд. Мысли внезапно оборвались. Он увидел её. Она сидела внизу, в беседке, закурив сигарету. Вот бы дать ей по рукам. Когда она успела нахвататься этой дряни? Но что сильнее давило — это не сигарета. А то, что он не видел перед собой девушку. Он видел ту самую малышку, которой когда-то носил рюкзак из машины до дверей. Тринадцать лет. Детская улыбка. Огромные глаза. Ты вообще нормальный, Джастин? Он затянулся снова. В груди что-то скребло.