Телохранитель моего папы

POV Джастин Вечером того же дня, вернувшись с работы, я решил позвонить Габриэль. Чувствовал себя как подросток после первого свидания — сердце бьётся, в голове только её лицо. Набрал номер. Тишина. Она не ответила. Странно. Чем она занята? Прошло двадцать минут. Я попробовал снова. Снова гудки — и снова ничего. Тогда я написал: «Габриэль, если ты сейчас не возьмёшь трубку, я приеду и накажу тебя, пока ты не будешь кричать моё имя на весь дом». Сделал это намеренно, зная, что задену её. И через минуту телефон зазвонил. — Да, привет, — её голос звучал так, будто она разговаривает не со мной. По крайней мере, мне так показалось. — Чем занимаешься? Хочешь, заберу тебя? — Нет, — тихо шепнула она. — Что у тебя там? — насторожился я. — Мы с Гарри и папой сейчас в беседке общаемся. Ты — Карла. — Врёшь, — слова сами сорвались с губ. Злость распирала. Я хотел, чтобы она принадлежала только мне. Какой ещё Гарри? — Я приеду. — Даже не смей, — её голос стал твёрже. — Я сама попытаюсь уйти. Позвоню. — Уже семь вечера. Когда? — Ближе к ночи. — Хорошего вечера, — сказал я, хотя внутри кипело. Я злился. Сильно. Понимал, что у неё, есть он, но мне хотелось поговорить о нас. Я набрал Глорию. Хотел чего-то резкого, без лишних слов. — Что делаешь? — спросил прямо. — Я на работе, Джастин, — протянула она. — Во сколько закончишь? — Через час. Она никогда не отказывала. Отлично. Через пару часов мы с Глорией лежали без сил. Я поднялся, пошёл на кухню и закурил. В этот момент на моём телефоне всплыло сообщение: «Я буду готова через 20 минут». У меня закружилась голова. Не раздумывая, я бросил Глории её джинсы. — Я отвезу тебя домой, — сказал на ходу, даже не глядя на неё. Мы договорились встретиться через пару кварталов. Я подъехал и стал ждать. Минуты тянулись медленно, каждая раздражала, как капли воды по стеклу. Полчаса. И вот — из-за поворота показалась она. Шла быстро, почти летела, ветер трепал её волосы. Села в машину. — Прости, задержалась. — Что ты делала? — голос звучал резче, чем я планировал. Внутри всё кипело. Она была с ним? Или что, чёрт возьми, она делала? — Джастин, что с тобой? Ты ревнуешь? — Нет, — коротко отрезал я. И тут меня накрыло понимание: она просто жила своей жизнью, а я врывался в неё, как шторм. Всё, что я чувствовал, — это неуверенность, перемешанная с желанием забрать её целиком. Мы ехали по трассе. Она не спрашивала, куда мы направляемся, а я и сам не знал. Просто вёл. В какой-то момент решил — отвезу её к себе. Мы зашли в дом. Она сняла кроссовки и осталась в белом платье, лёгком, словно сотканном из света. Ткань колыхалась на каждом её шаге. Она осмотрела прихожую, скользнула взглядом по деталям, но ничего не сказала. Просто прошла в гостиную. Я смотрел на неё и понимал: моя. И будет моей. Я никому её не отдам. Да, она тоже знает, что я ей нужен. — У тебя мило, — сказала она, улыбнувшись. — Нам нужно поговорить, Габи. — О чём? — её плечи чуть напряглись, и я это заметил. — О нас. Она сделала шаг, потом ещё. Обвила мою шею руками. Её дыхание обожгло мне губы. — Разве ты сейчас хочешь говорить? — тихо спросила она. — Разве это важно именно сейчас? — Сейчас, — резко сказал я, почти отрезал. — Ты будешь моей. Я не отступлю. Хватит. Ты должна его бросить. Она остановилась, словно наткнулась на стену. Резко отстранилась, села на диван. — Ничего я не должна, — её голос был холоднее, чем я ожидал. — Что ты чувствуешь ко мне? — слова вырвались сами. Странно: когда-то я сам её оставил, а теперь, как одержимый, требую, чтобы она вернулась. — Джастин, давай не сейчас, — в её взгляде скользнуло что-то, похожее на усталость, но и на вызов. Она протянула руку и скользнула ладонью под мою кофту. — Габриэль, — я перехватил её запястье. — Что? — она закатила глаза, но не отдёрнула руку. Я сел на диван. Она подошла, мягко опустилась мне на колени, развернувшись лицом, её ноги оказались по обе стороны от меня. Она села прямо на мой пах, и я почувствовал, как в груди смешались злость, желание и что-то опасно похожее на любовь. — Ты хочешь меня? — она смотрела прямо в глаза, будто проверяя, решусь ли я. — Да, — ответил я на выдохе. — Тогда возьми. Без лишних слов. Внутри всё сжалось. Я не ожидал такой прямоты, но отступать уже было невозможно. Мы оказались на диване, и я вдруг понял — здесь мы никогда не были близки. Этот момент был новым, почти торжественным, и от этого казался ещё более запретным. Я притянул её к себе, почувствовал, как её тело мягко поддалось. Первые движения были осторожными, будто мы оба боялись нарушить тонкую грань. Но вскоре осторожность сменилась жадностью — мы исследовали друг друга, как будто открывали заново. Я шептал ей на ухо, что люблю, а она отвечала только тихими, сладкими стонами. Моя. Вся моя. Время потеряло значение. Когда всё закончилось, мы просто лежали, обнявшись, слушая дыхание друг друга. Говорили о пустяках, лишь бы продлить эти минуты. — Отвезёшь меня? — спросила она, надевая трусики и украдкой улыбаясь. — Конечно, — я поцеловал её в живот, не желая отпускать. Полчаса спустя мы уже были там же, где встретились в начале вечера. Я смотрел на неё, пытаясь прочитать в её глазах хоть что-то — радость, сомнение, страх? Но там была только тишина. Мы ещё несколько минут молча целовались в машине, словно стараясь задержать время. — Мне пора, — наконец прошептала она. — Скажи, что ты со мной. Скажи ему, что бросаешь его, — голос вырывался изнутри, едва сдержанный. — Джастин, я не могу сказать ему это сейчас. — Почему? — нетерпение сквозило в каждом слове. — Просто не сейчас. Не в этом доме. — Ты хочешь быть со мной? — я смотрел прямо в её глаза. — Да. — Тогда почему проблемы? — я нервно откинулся на спинку сидения, пытаясь скрыть смятение. — Мне нужно подумать, — тихо сказала она и начала открывать дверь. — Чудесно. А Гарри тебя трахает так же, как я? — я сорвал с себя все маски и выпалил это. Большая глупость, но злость жгла внутри, не давая говорить по-другому. — Придурок, — отрезала она, закрывая дверь. А кто я ещё? Страшный придурок. Сначала я бросил её, потом настойчиво настаивал на своём. Но тогда ей было всего восемнадцать — ребёнок, глупый и наивный. Что изменилось сейчас? Она стала другой. Уверенной в себе, знающей свою красоту и сексуальность. Теперь она больше не позволит мне повторить ту глупую выходку, что я провернул три года назад. Идиот. Я звонил ей снова и снова — она не брала и, похоже, не собиралась отвечать. Я был погружён в работу, дни сливались в один, иногда звонил, надеясь услышать её голос. Но приближался день рождения Кармен. Фернандо звонил и приглашал меня на праздник. Сначала я уже отказался, сославшись на другие дела, но невзначай он упомянул, что Гарри уехал — какие-то проблемы в галерее. Он осторожно спросил, будет ли Габи. Фернандо ответил, что да.