Shard Island

Зоро увидел как кок, раздраженно и зло выдохнув, исчез в дыме ущелья. Он хрустнул шеей и переступил с ноги на ногу, готовясь прыгнуть следом. Но тут по спине у него пробежалась дрожь, инстинкты и тело неистово завопили… Здесь кто-то есть. Он выпрямился и положил руку на рукояти мечей. — Если ты не Луффи, то советую валить, — прорычал Зоро. Движение сместилось — теперь уже позади его. Жажда убийства волной захлестнула Зоро. Время замедлилось, и он выровнял свое дыхание. И обернулся. Незваный гость был не Луффи. Это был полупрозрачный гуманоид, будто изо льда, ростом доходивший Зоро до пояса. Руки неестественно длинные — опасно для захвата. Пока не агрессивный, но не факт, что таким и останется. Было нечто зловещее в этом гуманоиде. Отзывающееся дрожью по спине и вздымающее волосы на загривке. Он вытащил Вано из ножен и сжал его в зубах, ожидая атаки. И она не заставила себя ждать. Гуманоид рванулся вперед, и, как заметил Зоро, попытался хватить его своими длинными неуклюжими руками. Наряду с обычными тренировками Зоро спарринговался с коком, поэтому такие приемы не доставляли ему трудностей. Лед был твердый, но сталь клинков тверже, и он научился разрезать мечом любой материал еще давно. Микросекунда промедления при уклонении от следующей атаки. Невнимательно. Вторая рука гуманоида схватила его за левое запястье. Зоро дернулся, чтобы высвободить руку, но, что странно, у него это не вышло. Конечно. Существо пыталось сократить дистанцию. Подобраться ближе, вне досягаемости клинка Зоро. Не очень умно, лучше было бы сломать запястье. Тут его серцебиение внезапно участилось, в голове зашумело. Капля пота скатилась по лбу. Что-то не так. Что-то определенно не так — но что? Может, гуманоид сдерживался? Это была ловушка? Вполне возможно, что ловушка. Зоро резко отпустил меч, который держал в левой руке, вытянул пальцы, извернул запястье, вырывая руку из хватки одним точным движением, и перехватил меч до того, как тот коснулся земли. Этому он научился, пока дрался с коком. Раздражает. Зоро отвлекся, и время ускорилось. Поток мыслей, абстрактных и энергозатратных, заполнил его сознание. Он начал замечать бесполезные детали, наподобие окружающих его деревьев, палящего солнца, боли в груди и глубоко засевшего внутри раздражения. Раздражение спровоцировало напряжение мышц, затрудненное дыхание, и ярость дрожью проплыла по телу, обжигая будто раскаленными добела углями. Он — Ророноа Зоро. Он не отвлекается. Он не задыхается. Если бы это был настоящий бой, он был бы уже мертв. Он еще жив, потому что это безмозглое существо больше нацелено схватить его, нежели одолеть. Плохой ход, учитывая, насколько медленным был этот гуманоид. Он уклонился от выпада и присмотрелся к окружению. Вокруг не было ничего подозрительного, поэтому вряд ли это ловушка. Черт, раньше его инстинкты работали лучше, чем сейчас. Что бы это ни было, пусть и агрессивное, времени его оно не стоило. Хватка у этой твари крепкая, но сама она не настолько сильна, чтобы одолеть Нами, не говоря уже о Луффи. Закончить битву? Надо бы. Его ладони вспотели, легкая боль в груди резанула сильнее, и на мгновение он почувствовал, как сердце его прекратило биться. Зоро прищурился. Он не должен сражаться с этой тварью. Только он не знает, почему. Он медленно попятился, не спуская глаз с существа, следя, последует оно за ним или атакует. Остальные чувства напряглись, отслеживая обстановку вокруг на случай внезапной атаки. Именно это его и беспокоило. Двигаясь быстро и уверенно, Зоро убрался прочь с этого места. И теперь гадал, что это вообще было. Может, у этих существ было хаки? Это бы объяснило реакцию его тела. Ему придется усерднее работать, чтобы подавлять подобное. Своим ходом мыслей он остался недоволен. Он и без того постоянно тренировался и определенно натаскал себя противостоять хаки. Так почему каждая клетка его тела вопила ему бежать? Он так не поступал. Он никогда не поступал так. Скорее всего, это какая-то уловка. Или феромоны. Это объяснение скрутило его нутро и сознание, тревожа своей абстрактностью. Ощущалось неправильно. Ему нужно другое объяснение. Может, он оказался сбит с толку и не смог сосредоточиться. Определенно было бы не впервой. Этот вариант застрял в голове чуть дольше, чем остальные. Почти верно, но все равно не то. Бесит. На деле же все было просто: если он не собирается вернуться и закончить сражение, все его догадки смысла не имели — нужно прыгнуть в ущелье, пока кок не наломал там дров. Схватка заняла всего несколько минут, так что он не сильно отстал. Зоро посмотрел вниз, ожидая увидеть там ущелье. Вместо этого он увидел ровную, покрытую травой землю. Хм. Он не отходил настолько далеко. Он отошел… на шесть или семь шагов, пока дрался с гуманоидом? А затем, очевидно, обернулся в сторону ущелья. Он не обращал внимания на то, где находится в тот момент, но… Он не потерялся. Остров был мелким. Он может обойти его весь за день. Ледяной гуманоид был недалеко: он вернется к нему и найдет ущелье. Он обернулся, чтобы увидеть вдали существо. Его нигде не было. Хм. Адреналин покидал его, ноющая боль снова поступила к горлу. Без проблем, ему просто нужно сосредоточиться и отодвинуть эту боль на задний план своего сознания. Позволить ей окатить его, принять ее, но не обращать на нее внимания. Вместе с притупленной болью, проясненным сознанием и медленным сердцебиением к Зоро пришло осознание. Он потерялся. Боль вернулась снова, и он сильнее сжал рукояти мечей, чувствуя, как пульсируют вены у него на лбу. Каждый раз. Каждый гребанный раз. Он был мечником. Всю жизнь он оттачивал свои инстинкты, тело, разум, саму философию его мастерства. Если бы он хотел разбираться в картах, то стал бы навигатором. Эта мысль совсем ненадолго забуксовала в его голове. Картинка самого себя, склонившегося над картами и схемами и без единого меча рядом, вызвала в нем глубокое иррациональное беспокойство. Если он станет навигатором, то будет постоянно спорить с Нами. У них будет два навигатора, и они будут препираться. Один из них будет лишний, и один из них должен будет уйти. Через мгновение мысль исчезла, а вместе с ней и странная путаница чувств, что ее обволакивала. К несчастью, он все еще не знал, где находится. Еще хуже — одна единственная посторонняя мысль отняла у него драгоценное время. Однако его тело, эта идеально отточенная машина, служило ему продолжением его сознания и инстинктов. Даже утопая в мыслях и размышляя на дурацкие темы, он машинально продолжал поиски. Только вот он не понимал, куда шел. Он уже мог представить, как кто-то спросил, мол, чем он вообще думал? Как будто люди проводят все время, тщательно анализируя каждый прожитый миг. Как будто люди постоянно осознают свое присутствие и переосмысливают его, вместо того чтобы просто жить и сосуществовать с окружающим миром. Возможно, таким по натуре был Усопп. Это бы объяснило его постоянную тревожность. И Чоппер тоже. Луффи был прямой противоположностью, и потому Зоро им восхищался. Тот, как и он сам, жил настоящим — одновременно принимая все как есть и меняя мир вокруг, не находя в этом противоречия и не задумываясь о скрытом смысле. — ...Санни… Голос заставил Зоро остановиться. Он узнал говорящего еще до того, как слух распознал слова. Кок. Недалеко отсюда. Он ринулся сквозь густоту деревьев, вниз по каменной скале, которой не было здесь в прошлый раз (обычное, хоть и раздражающее явление) и замер на месте перед ребятами из своей команды. Луффи сидел на валуне, расслабленный, улыбающийся. Никакого напряжения. Значит, кок ничего не натворил. Сам же кок обрабатывал рану в левой части живота. Идиот. Позволил себе пострадать — еще одно доказательство, что тот теряет хватку. Кок сидел и курил сигарету, облокотившись на валун и медленно елозя носком ботинка по земле. Кок поднял взгляд на Зоро. И вместо того, чтобы подтрунить над ним или замереть, он широко и лениво улыбнулся и поднял три пальца свободной руки в небрежном приветствии. — Зоро. — Хэй, Зоро! — встрял Луффи. — Где ты был? — Заблудился, — ответил Зоро, не сводя глаз с кока. Каждая мелочь, каждое движение — он впитывал в себя все важные детали, стараясь игнорировать остальное. Смотреть на кока всегда было удушающе тяжело. Наполовину сила Зоро происходила из его умения не обращать на него внимания. Он не знал, почему, но стоило чуть расслабиться, и кок въедался ему под кожу точно крепкий давящий запах. Его голос лип к коже, запах его сигарет наполнял легкие и не отпускал. Каждое его движение, каждый шорох, каждый взмах руки — Зоро смотрел и не мог отвести взгляд, сам не зная почему. Что ж, на самом деле, он знал. Но сейчас это было неважно, потому он решил не думать об этом. Кок все еще не реагировал на серьезный взгляд Зоро. Вместо этого он, легко оттолкнувшись от камня, встал, стряхнул пепел с сигареты и подошел к нему. Пытается выбить его из колеи. Зоро не даст себя одурачить. Мечник сложил руки на груди и расправил плечи. Кок не посмеет атаковать его на глазах у Луффи. А если и посмеет… Что ж, тогда Луффи осознает, какого ублюдка простил. Тем не менее кок, продолжая улыбаться, медленно, аккуратно и легко, без грамма агрессии ткнул Зоро по лбу костяшкой указательного пальца. — На этом острове ни черта интересного, — произнес кок. — Пойдем обратно на корабль, пока ты опять не потерялся? Мысли в голове Зоро заклинило. Ноги вросли в землю, плечи напряглись, язык прилип к небу, а дыхание притихло. Что? — Пойдем, мне уже скучно, — согласился Луффи, спрыгнув с валуна. — На Таузенд Санни! Санджи, а приготовь мне ужин! — Да-да, — кок усмехнулся. Его взгляд скользнул по Зоро и устремился к Луффи, который уже бежал вперед. Что, блять? Почему Санджи… — ...кок, — почему кок так себя ведет? Этот придурок неделями хандрил, вел себя, словно готовился к своим же похоронам — все не мог признать, что он ебанный лицемер, а сейчас он был… …Нормальным? Больше, чем нормальным? Кто дал ему разрешение вести себя, блять, нормально? Зоро стоял как вкопанный и всматривался в каждый шорох движений кока. Он ненавидел это делать. Ненавидел анализировать его, когда они не спарринговались. То была мерзкая привычка, и он думал, что избавился от нее после тренировок с Михоуком — но она высовывала свою дрянную голову именно сейчас, когда Зоро меньше всего этого хотел. Кок шел легко, будто рана в животе его не тревожила. На затылке у него выступили капли пота; несильно, лишь придавая золотистым волосам знакомый блеск. Руки двигались свободно, но с точной сдержанностью. Сигарета покачивалась на кончиках его пальцев так, словно он проворачивал чертов цирковой трюк. Он притворяется. Определенно. Кок сделал что-то тупое, получил травму, Луффи его спас — и теперь он пытается разыграть все так, будто все хорошо. Специально, чтобы выбесить Зоро. — Эй, Зоро! — позвал его кок. — Ты идешь? — Д…да, — пробормотал Зоро. Ему нужна минута. Минута, чтобы прийти в себя. Чтобы избавиться от мыслей, узлами сжимающих его горло и сердце. Да какая нахрен разница, почему кок так себя вел? На кой черт Зоро будет тратить свое драгоценное время, которое он может провести в медитации, тренировках и совершенствовании себя, на этого тощего лицемерного придурка? Он позволил этой мысли охватить его. Признай и отбрось. Признай и отбрось. Признай и отбрось. Дай мысли свободу. Отпусти ее. Есть дела получше, чем барахтаться в этом дерьме. Ему не нужно, чтобы бредни кока запятнали его тело и разум. Особенно учитывая, что тот был двуличным лжецом, которого надо было приволочь в цепях и заставить умолять вернуться в команду. Особенно учитывая, что тот проводил все свое время в команде, бестолку кудахтая о том, как важны женщины, как сильно он любил женщин, как он хотел трахнуть женщин, насколько они лучше и — сюрприз-сюрприз! — что он сделал? Бросил их. “Повидаться с леди”. Эта гребанная записка. Этот гребанный ублюдок. Он поставил незнакомку выше собственной команды. Поставил свою порочную семью выше собственной команды. Никто не должен был ему верить. Проблема в том, что его команда слишком доверчива. Они поверили Робин, когда не должны были — и кто должен был быть начеку? Он! Зоро! И да, все закончилось хорошо, но был шанс, что все было бы по-другому. Если бы Робин была другим человеком, все обернулось бы плачевно. Это естественно — не доверять людям с подозрительными намерениями. Недоверие не означало, что нужно тут же выгнать кока или убить — просто нужно быть реалистами. Мыслить трезво. Принять эту реальность как она есть. Быть настороже, как в любой опасной ситуации. И может, не позволять коку готовить, пока он не докажет, что не собирается их травить. Причина не важна, ложь лишает людей жизни. А кок врал им годами. Ебанная Джерма 66. Все это чертово время. Все это чертово время, и теперь он имел дерзость… — Зорооо! — позвал Луффи далеко-далеко впереди. — Ты застрял? — …Нет, — ответил Зоро. Он закрыл глаза, вобрал в легкие воздуха и позволил мыслям рассеяться пылью по ветру. И на момент они действительно исчезли. С груди упал камень, сердце успокоилось, а мышцы расслабились. Но он знал, что это только на время: стоит ему вновь взглянуть на кока, и они опять настигнут его. Он открыл глаза, и пошел за капитаном и коком. Ему нужно больше тренироваться. Луффи простил кока, и Зоро не мог с этим ничего поделать. Так что ему оставалось только больше тренироваться. Кок одарил его широкой улыбкой, когда они поравнялись. Тренироваться больше и навалять этому парню так сильно, чтобы тот больше никогда так не смотрел на Зоро.