Shard Island

Сказать, что у Зоро был какой-то план было бы преувеличением. Но у него были вещи, которые он должен был сделать. При этом об этом не должен был узнать никто из команды. Еще присутствовала одна проблема, которую Зоро очень сильно хотелось игнорировать, однако при текущих обстоятельствах не мог себе этого позволить. Его крайняя степень дезориентации в пространстве. Когда Зоро концентрировал на чем-то свое внимание, то все: и дыхание, и мыслительный процесс, и движения ног — работали на автопилоте. Организм преобразовывался в чистейший инстинкт, чтобы сохранить ему жизнь без прямых действий с его стороны. Все это, конечно, не относилось к его чувству направления. Сейчас ему как никогда нужно не сбрасывать этот факт со счетов. Одно дело потеряться на острове, и совсем другое — в странном сахарном океане только на пути к острову. Единственным способом не заблудиться, который приходил Зоро в голову, было попросить кого-то о помощи. Но если он попросит о помощи, то ему придется объяснять, с чего он вдруг решил отправиться на остров в одиночку. А Зоро был достаточно уверен, что, если ребята узнают, то будут точно против этой затеи. Поэтому ему нужно было кого-то провести. Только вот мало кого на корабле можно так просто обмануть. Каждый из команды был по-своему умен, и если даже ему удастся обвести кого-то вокруг пальца, это не значит, что этот кто-то сможет все же провести его до едва виднеющегося на горизонте острова. Самым разумным способом было бы дать кому-нибудь управлять Мини Мэрри, и доплыть с ее помощью до острова — только вот Мини Мэрри двигается медленнее корабля, и толк от нее будет, только когда Таузенд Санни практически пристанет к острову. Ему нужно быть на этом острове в одиночку, и нужно выбить себе путь, прежде чем все остальные сойдут на берег. Даже нескольких часов будет достаточно. Таким образом, проведя в раздумьях больше времени, чем Зоро хотелось бы, он сообразил план. До ужаса тупой, глупый план. Такой бы подошел Луффи. Но план оказывается плохим, только если он не работает, так? Этот должен сработать, правда, был в нем огромнейший минус — он задействует дофига топлива. А Фрэнки уже использовал очень много колы, направляя на полной скорости корабль к острову, при этом оставляя достаточно, чтобы можно было этот остров потом покинуть. Проблема была очевидна, таким оказалось и решение. Он побрел вниз, в мастерские Фрэнки и Усоппа, где те наставляли на шляпу Луффи растения, какие-то диски и непонятные штуковины, и невзначай завел разговор с Фрэнки о том, как работает корабль. Оставалось восемь часов до прибытия, когда Зоро, прокравшись вдоль фальшборта, чтобы избежать стоящего у штурвала Джимбея, добрался до львиной головы. Достаточно рискованно было активировать Гаон Канон, находясь внутри пасти льва, и был всего один шанс сделать это, чтобы не навлечь на себя подозрения. Но пушка запускалась изнутри, с затылка фигуры. Требовались гораздо более изощренные манипуляции: он использовал палку с прикрепленным на конец крюком. Нос корабля указывал прямо в сторону острова. И с помощью измененной, уменьшенной Гаон Канон — при этом траектория запуска учитывала изгиб земли, — Зоро запустил себя на огромной скорости к острову. Он приземлился на отмели, всего в паре метров от суши. Зоро посмотрел вниз под ноги и начал идти осторожно, медленно, до тех пор, пока не вышел на песчаный пляж. Он, конечно, вряд ли бы потерялся, находясь так близко от берега, но испытывать удачу ему не хотелось. Зоро обернулся, окидывая взглядом маленькую точку на горизонте — Таузенд Санни. Робин точно будет на него злиться. Но сейчас у него есть по крайней мере часов восемь, чтобы хорошенько затеряться на этом острове и убить каждое существо на своем пути. Остров все же маленький. До тех пор, пока он идет вперед, не важно, сколько раз он заблудится и сколько кругов намотает — у него достаточно энергии обогнуть этот остров по крайней мере раза три. Если все сработает как надо, остров будет зачищен к приходу остальных. И все будет хорошо. Он не допустит провала. Его сердце было спокойным, поступь твердой, а глаза смотрели вперед с твердой решимостью. К удивлению и радости, он уже очень скоро наткнулся на знакомого гуманоида. Тот был почти два метра в высоту, с широкими неказистыми плечами, хотя все остальные черты — точнее, их отсутствие, как и отсутствие лица, — были схожи с ледяным существом, с которым он боролся ранее. На этот раз Зоро не тратил времени на изучение сил противника. Имя этой игры — убийство, и Зоро был предельно в ней хорош. Бой продлился почти с минуту, слишком долго для Зоро. Несмотря на то, что существо отличалось от того, которого Зоро встречал, оно двигалось аналогично: пыталось схватить, инициировать физический контакт вместо того, чтобы атаковать. И когда Зоро разрубил его надвое, оно с глухим звуком упало наземь и рассыпалось в пыль. Если бы эта тварь была пониже, схватка продлилась бы вдвое меньше. Едва прошло минут десять, как он повстречал еще одного: уже вдвое ниже предыдущего, но в разы шире. Этот бой закончился намного быстрее, и Зоро выпятил грудь в резком приливе гордости за себя. Даже если тут находится бесконечное количество этих ублюдков, он выследит каждого и не прекратит сражаться вне зависимости от того, сколько времени у него это все займет. Три часа спустя, жертв Зоро все еще было две. Он оказался на вершине горы; поток обратно текущего водопада окутывал его влажной дымкой. Зоро стиснул зубы. По его спине и груди от спирающей духоты стекал пот. И хоть он беспрестанно бродил по острову, он так и не наткнулся на ущелье с зеленым дымом. Может, это была своеобразная скрытая локация, огражденная стеклянными стенами, чтобы обмануть его? Но он мог только лишь продолжать поиски. И пусть даже окажется, что ледяные существа прячутся от него, — пусть. Это все равно соответствовало его цели: убедиться, что команда не будет рисковать своими навыками и дьявольскими фруктами. Хотя было бы славно, если бы он смог найти всех этих существ и убить, и окончательно нивелировать эту вероятность. Проблема только в том, что нужно этих мелких тварей найти. Теперь Зоро оказался в лесу. Он был весь потный, и ветки царапали его по плечам, пока он с трудом продирался сквозь сгущающуюся чащу. Он провел так много времени, пытаясь вернуть себе хаки вооружения, а сейчас бы совсем не отказался бы от хаки наблюдения. Или чего-то, что сможет раскрыть место, где ныкаются эти существа. Еще час — и все еще ничего. Зоро вернулся к пляжу, но уже не наблюдал Санни на горизонте. Из чего следовало, что либо с ним что-то было не так, либо он оказался совсем с другой стороны, и с какой именно, Зоро понятия не имел. Он поддел песок ногами и ослабил халат. Погода тут была отвратительная. Долгое скитание в жару выматывало, и хоть Зоро мог ее игнорировать, она ему все равно не нравилась. Если бы он сражался, если бы погрузился в действие, тогда он вообще ее не замечал бы. В голове бы не осталось мыслей, а тело двигалось бы на инстинктах, вне зависимости от сложности погоды и окружения. Но когда он пытался сориентироваться, пытался осмотреть, что находится вокруг него, он внезапно с раздражением ощущал, как его удушает приторная влажность. Зоро смахнул пот со лба, и в следующий момент заметил краем глаза движение. Наконец-то. Ему не требовалось много времени понять, что именно это было. Еще одна ледышка, на этот раз не больше ладони в высоту, однако сохраняющая все черты этих существ. Она пустилась бегом обратно в лес, и Зоро ринулся на ней. Если он не поспеет, то эта херь точно куда-нибудь повернет или вскарабкается на дерево, и он не сможет ее найти. Наконец он нагнал ее, когда та уже порывалась залезть в норку. Зоро наступил на нее, как на дикую полевку, и она рассыпалась в прах. Три. Зоро, наклонив голову, задумчиво почесал затылок, рассматривая маленькую норку, в которую пыталось забраться существо. Она была прямо у основания ствола дерева, недостаточно большая, чтобы Зоро смог просунуть туда голову или увидеть что-то, стоя в полный рост. Он осторожно опустился на колени, не убирая руки с рукояти катаны и не прекращая вслушиваться в каждый шорох вокруг. На острове было тихо. Здесь не было никого: ни единой птицы, жука или зверя. Значит, нора явно принадлежала не зайцу. Он просунул руку в нору, но внутри не было ничего кроме влажной земли. Он чуть повернулся, просовывая ее еще глубже, до самого плеча, но все еще ничего. Одна грязь. Нора под острым углом спускалась вниз и, с небольшим изгибом, переходила в ямку. В этот момент Зоро подумал, что было бы здорово понимать, как они устроены, чтобы понимать, странная именно эта нора или нет. Не получив никаких результатов кроме перепачканной в грязи руки, Зоро встал и хрустнул шеей. Он потряс рукой, смахивая с кожи вязкую землю. Тут такая влажность, что и земля вся отсыревшая. Хреново тут, наверное, жить. Он обернулся и тут же вперился взглядом в свой же глаз. Зоро моргнул, убежденный, что ему почудилось. Перед ним стоял Зоро. Другой Зоро. Весь серый, но определенно Зоро. Его лицо, его одежда, его мечи, его шрамы. Он стоял, скрестив руки на груди, и смотрел на Зоро так, будто тот был его добычей. Подавляя. Королевское хаки. Зоро почувствовал, как его собственное королевское хаки используют против него же самого. Это был он. Его двойник. Это тот самый ублюдок, укравший у него хаки и три месяца прогресса. Этого двойника он пришел сюда убить. Зоро не ожидал, что тот будет выглядеть точь-в-точь, как он сам. Он удивился тому факту, что у его копии были и его мечи. Он расплывчато припоминал, как Нами и Фрэнки предполагали, что шляпа Луффи, как и его вивр-карта, ненастоящая, но Зоро не задавался никакими вопросами и детально эту тему не обдумывал. Было совершенно странно видеть их перед собой. Видеть его катаны в руках подделки. — Тебе стоило атаковать со спины, — произнес Зоро, уже сжимая зубами Вадо. Его копия ухмыльнулась, вытаскивая катаны и принимая аналогичную Зоро позу. — Я никогда не отказываю мечнику в честном поединке. Зоро прищурился. Клинки тут же скрестились в атаке, и Зоро знал, что победа у него в руках, когда увидел в глазах своей копии удивление: тот не ожидал, что катаны Зоро будут покрыты хаки вооружения. Не было ничего, что этот ублюдок мог бы безвозвратно у него украсть. Даже если он высосет из него все до последней капли, Зоро просто научится всему заново. Двойник украл его силу, но не способность обучения. Обучаться техникам заново будет для него легкой прогулкой в парке по сравнению с тренировками с нуля. А еще у него было преимущество: он хотел сразить двойника своими клинками. У двойника этой цели не было. Каждый взмах меча, каждый хлесткий удар, каждая атака — двойник изгибал свое тело и руки неестественно, все для того, чтобы держаться к Зоро максимально близко. Эту теорию подтвердили сражения с ледяными существами — они все сражаются одинаково. Какой бы сраной техникой они ни обладали, им всем нужен физический контакт. Зоро просто нужно не позволять до себя дотронуться. Проще пареной репы. Копия бросилась вперед, и Зоро блокировал атаку. Копия попыталась провернуть какое-то из движений Зоро, и Зоро контратаковал. Зоро больше, чем кто-либо, знал свои слабые стороны, он целыми днями над ними работал. Одного мгновения оказалось достаточно, чтобы затяжная битва обернулась решающим преимуществом в пользу Зоро. Молниеносным движением Зоро отрубил двойнику руку. Глаза копии вновь расширились. Зоро не знал, почему у этого ублюдка открывался и второй глаз, но это неважно. Двойник отступил, держась за плечо. Зоро ожидал, что тот сразу рассыпется в пыль. Но вместо этого из его раны начала вытекать странная, глубоко-черная жидкость, напоминающая кровь. Хм. Он уже приготовился было отрубить мерзавцу вторую руку, как ему в голову пришла мысль. Зоро вытянул вперед катану, приставив кончик клинка к горлу своей копии. Та посмотрела ему в глаза, расплываясь в напряженной улыбке. — Ты оказался проворнее, чем я предполагал, — съязвил псевдо-Зоро. — А ты настолько же слаб, как я и предполагал, — парировал настоящий. Псевдо-Зоро низко и скрипуче засмеялся. Выражение его лица казалось знакомым, хоть он и не мог видеть своего отражения тогда, но интуитивно узнавал его по движениям мышц. Такое выражение лица у него было, когда он впервые проиграл Михоуку в Барати. — Ты собираешься меня убить? — спросила его копия. — Не совсем. Для начала ты скажешь мне, где находятся Луффи и кок, — приказал Зоро. Двойник низко рассмеялся, и царапающий смех странно зазвенел в ушах Зоро. — Зачем бы мне это делать? Зоро сделал шаг вперед, и кончик катаны вошел глубже в глотку двойника. — Я позволю тебе жить, если скажешь мне. — Нет, не позволишь, — тот снова ухмыльнулся. Зоро сжал рукоять катаны. По спине его пробежал озноб, и по лбу стекла капля пота. Ублюдок был прав. У Зоро не было намерения оставлять его в живых. Но может, и стоило оставить. Ход игры изменится, когда он найдет Санджи и Луффи. С другой стороны, это был его двойник. Его копия. Подделка его самого. Знает ли вообще этот ублюдок, где их найти? Или он, как и Зоро, потерялся? Взгляд копии на секунду метнулся за спину Зоро, и Зоро взмахнул вторым мечом, как раз вовремя, отражая удар не ледяного существа, а неизвестного человека. Он был метров шесть ростом, мускулистый, одетый в кожаные штаны и тонкий кожаный пиджак, который едва ли прикрывал его торс. На левой части тела его кожу покрывали розовые татуировки, волосы его были такого же цвета, а странный шарф прикрывал его плечи и нижнюю часть лица. — Дай угадаю, ты за всем этим стоишь? — Зоро ухмыльнулся. Если он сможет одолеть их главного, то его задача облегчится. Он, вероятно, владеет каким-то стеклянным фруктом, или ледяным фруктом, или псевдо-ублюдочным фруктом, что-то типа такого. — Не льсти мне попусту, — фыркнул странный мужчина, — Я не являюсь ничьим лидером. Зоро не ожидал такого ответа. — Я намеренно ослабил свою атаку, чтобы у тебя была возможность защититься, — продолжил он. — И я сделал это единожды. У двойника Санджи вообще не было чести, а эти твари, блять, все просто преисполнены ею. Зоро набросился на него, и тот уклонился, отводя руки назад, словно намереваясь ударить. Зоро инстинктивно ушел в блок, но не ожидал следующей атаки… Это движение он внутренне узнал: Луффи называл этот удар Гатлингом. Зоро пригнулся, уклоняясь и едва избегая атаки. У Луффи было два двойника? И один из них был… каким-то огромным уебком в шарфе? Он был силен. Сильнее, чем ледяные существа. Сильнее чем его собственный двойник. Одного удара, что Зоро заблокировал, хватило, чтобы заставить понять, насколько тот силен, а скорость его ударов могла сравниться разве что со скоростью самого Луффи. Луффи и тут отличился — целых два ебанных… Его запястье обвила рука и переместилась чуть вверх. Не требовалось даже смотреть, чтобы понять, что произошло. — Не стоило отвлекаться, — произнес псевдо-Зоро, и Зоро буквально слышал, как тот улыбается. — Прекрати, — приказал человек в шарфе, — Я настаиваю на честном поединке. — Он и есть честный, — возразил псевдо-Зоро, — Он знал, что мы оба здесь, сам виноват, что отвлекся. Человек в шарфе затрясся от злости. Пока шел спор, Зоро начал разворачиваться. Ему нужно выбраться отсюда. Любыми средствами. Поудобнее ухватить мечи. Убедиться, что ни его двойник, ни мужчина в шарфе или Крокодайл не смогут его атаковать… Крокодайл? В паре метров от них, за мужчиной в шарфе, стоял покуривающий сигару Крокодайл. Какого хрена он тут забыл? Еще один звук позади: до него донесся знакомый глубокий смех. Энель. Рядом с ним стоял мужчина с отличительной бородой и голубем на плече. Луччи. — Мы услышали, что человек вернулся, — сказал Луччи. — Все вы — прочь! — приказал мужчина в шарфе. — Я требую честного боя. Не заставляйте меня сражаться против вас! — Успокойся, Катакури, — произнес Энель. — Мы же едины, разве нет? У Зоро в голове загудела кровь. Он отвлекся слишком надолго. Он дернулся от псевдо-Зоро в сторону, но теперь уже его силы было недостаточно. Он замахнулся катаной в голову своей копии, и та, улыбаясь, с легкостью блокировала его атаку. Нет. Почему здесь все эти люди? Гребанный Энель? Луччи? Работают вместе? Они тоже двойники? Их держат где-то здесь, в неволе? Это не имеет никакого смысла. Это не имеет никакого смысла. В голове у него образовался вакуум, все тело напряглось: каждый мускул противился тому, как двойник забирал у Зоро его силы. Волосы псевдо-Зоро приобрели знакомый зеленый оттенок, а кожа стала более загорелой. Он обретал все более яркие черты — теперь Зоро словно смотрел на себя в зеркало. — Не переживай, — произнес псевдо-Зоро, — я не убью тебя. Ты больше полезен живым, чем мертвым. Зоро снова попытался атаковать, но его хаки уже пропало, и на этот раз псевдо-Зоро даже не удосужился блокировать: меч Зоро отскочил от его усиленной хаки кожи, не оставив и царапины. Ему хотелось кричать. Орать. Но в горле встал ком, и в сознании не было ни единой мысли. Он проиграл. Что он сказал ранее? Что сможет наработать все обратно? Научиться всему заново? Но не настолько быстро, чтобы враз одолеть стоящую перед ним маленькую армию. Остальные прибудут на остров и обнаружат целый батальон старых противников. И никто не предостережет их и не известит, что такое вообще возможно. Ему нужно бежать. Хотя бы предупредить остальных. Но он не мог, потому что у него не получалось вырваться из хватки уже идентичного ему двойника. Его ноги стали ватными. Сердце зашлось в таком бешеном ритме, что он не мог уже слышать ничего вокруг себя. Он стиснул зубы так сильно, что прокусил себе щеку. Человек в шарфе — Катакури — схватил его за шею, будто он какое-то дикое животное, и с недовольным вздохом потащил его прочь из леса. Ущелье, как оказалось, находилось совсем недалеко от того места, где они сражались. Катакури спрыгнул вниз, сквозь зеленый дым, в сухую жару на самое дно ущелья. Зоро закашлялся, когда дым попал в легкие, и из его рта брызнула кровь, окрашивая зубы и губы в красный. Катакури тащил его по перипетиям ущелья, и куда именно Зоро не знал и не понимал. Он только почувствовал эту удушающую хватку — а уже в следующее мгновение она пропала, и за ним, заскрипев, захлопнулась дверь. Зоро пару секунд приходил в себя. Он был максимально слаб после всего произошедшего. Он попытался подняться, но даже это простое действие оказалось невыносимо сложным. Блять. Блять! Он кое-как встал, в отчаянии хватаясь за волосы. Он теперь находился в какой-то… видимо, подземной темнице. Сверху витал дым, а перед ним была стальная дверь, которую он не мог разрезать. При нем все еще были его катаны. Они даже не посчитали нужным отобрать их у него. Как это, блять, унизительно. Рядом стояла голая кровать без всякого матраса, но с накинутым поверх подобием одеяла — по крайней мере, так казалось в темноте. Зоро медленно подошел к кровати, протягивая руку к ткани. Но как только он наклонился и дотронулся до нее, тонкая рука смахнула его ладонь. — Не смей трогать меня, мразь, — прохрипел знакомый голос. Зоро не сводил взгляда с человека перед ним. Чуть отросшие светлые волосы. Впалые щеки. Помятый изодранный пиджак и неказисто зашитая рубашка. И завитая бровь, которую Зоро знал слишком хорошо. Санджи.