𝐇𝐢𝐬 𝐬𝐞𝐜𝐨𝐧𝐝 𝐜𝐡𝐚𝐧𝐜𝐞 | 𝐒𝐪𝐮𝐢𝐝 𝐠𝐚𝐦𝐞

***

Времени оставалось мало, паника усиливалась. Друзья стремительно двигались к выходу, поддерживая друг друга. — Мне... тяжело... — едва слышно прошептала Чжун Хи, еле волоча ноги. Тело почти не слушалось: слабость после родов и боль в лодыжке с каждым шагом будто приковывали её к месту. Иной раз Чжун Хи казалось, что она сейчас потеряет сознание прямо на месте. Ки Хун и Ин Хо фактически тащили её вперёд, каждый держа под руку, принимая на себя почти весь её вес. Девушка бессильно повисла между ними, и лишь редкие шаги подтверждали, что она ещё держится из последних сил. Госпожа Чан шла впереди них и крепко прижимала ребëнка к груди. Казалось, будто сама игра решила повториться — шестиногий пентатлон без оков на ногах и таймера, но с куда более жестоким наказанием за малейшую задержку. Хён Чжу шла позади всех, контролируя всю команду. Она не могла допустить, чтобы кто-то отстал или потерялся в такой напряжённый момент. Свернув налево, они оказались в узком коридоре. В его конце виднелась тяжёлая дверь с тремя замочными скважинами. — Быстрее! — крикнула Хён Чжу, подгоняя остальных. — Здесь тройная замочная скважина! Госпожа Чан, всё ещё крепко прижимая ребёнка к груди, обернулась на бегу: — Значит... нам нужны все три фигуры? — У меня есть треугольный ключ, — Ки Хун поспешно вытащил его из кармана. — У меня — квадратный, — ответила Хён Чжу, демонстрируя свой. — И у меня тоже квадрат! — вскрикнула пожилая женщина, заметно растерявшись. — Нам не хватает круглого! — В-возьмите мой... — с трудом выдохнула Чжун Хи и протянула дрожащую руку с последним ключом. Все резко выдохнули с облегчением. Спасение было совсем близко, словно рукой подать, однако, напряжение всё еще сохранялось. — Давайте их сюда, скорее! — Хён Чжу решительно собрала у всех ключи. Один за другим щёлкали замки: сначала треугольник, потом круг. Оставалась последняя скважина, как вдруг из соседнего коридора донëсся крик — через несколько секунд в конце коридора показался красный игрок. Кортик сверкнул в тусклом свете, и он уверенно направлялся прямо к ним. Госпожа Чан прижалась к стене, с ужасом глядя на приближающегося врага. Ки Хун лишь крепче сжал руку Чжун Хи. — Не бойся, всё будет хорошо, — прошептал он, подбадривая девушку. Хён Чжу резко открыла дверь, тяжело дыша. — Давайте, быстрее! — кричала Хëн Чжу, нервно оглядываясь. — Забегайте! Пожилая женщина первой проскочила внутрь, судорожно прижимая к груди младенца. Её задачей было любой ценой сохранить жизнь новорожденной, она бежала так быстро, насколько могла в силу своего возраста. Следом, чуть замешкавшись на входе, Ки Хун и Ин Хо втащили внутрь обессилевшую Чжун Хи, крепко держа её под руки. Убийца был уже совсем рядом, его шаги эхом отдавались в коридоре. Хён Чжу резко вбежала последней, вцепившись в дверную ручку, и с усилием потянула её на себя, захлопнув дверь перед носом красного игрока с ужасным скрежетом. — Быстрее, уводите их! — крикнула она, её голос был полон отчаяния, но она не обернулась. — Я задержу его и позже вернусь к вам, не беспокойтесь! Игрок снаружи рванул ручку на себя. Металл вздрогнул, удар отозвался в её руках. Она вцепилась в холодную сталь, упираясь пятками в гладкий пол. Дверь дёргалась, будто живая. Каждое движение противника отзывалось в её плечах. Силы ощутимо угасали, руки дрожали, а дыхание сбивалось. Она упёрлась сильнее, но подошва скользнула по полу, и её нога неожиданно поехала вперёд по гладкому полу, как по льду. — Хён Чжу... — Чжун Хи обернулась, сдерживая слёзы. — Пожалуйста, иди с нами... Следующий рывок оказался решающим. Дверь резко рванулась на себя, увлекая её вперёд. Хён Чжу потеряла опору, и дверная панель открылась наружу, выталкивая её вперёд. Чёрный Квадрат сидел у монитора, не отрывая взгляда от экрана. Резкий крик, падение, окровавленный кортик в руках убийцы — ещё одно маленькое, забавное шоу для богатых зрителей в золотых масках. Ведь для них это была всего лишь игра. — "Игрок номер 120 — выбыл!" Чжун Хи вскрикнула от ужаса, её тело содрогнулось от нахлынувших эмоций, и она залилась слезами. Ки Хун стиснул зубы, его сердце сжималось от боли. Он продолжал двигаться вперёд, не позволяя себе остановиться, несмотря на свою ярость и горечь. Вскоре они вышли в просторное помещение. Увидев огромный автомат с шариками, стоящий неподалёку, друзья поняли — они вернулись на стартовую позицию, в то место, которое когда-то казалось простым и безопасным. Теперь же оно выглядело мрачным и чуждым. — "Время, отведённое на игру, окончено!" — женский голос из громкоговорителя эхом разнëсся по помещению, как последний приговор, после чего послышалась серия громких выстрелов. Под наблюдением солдат, оставшиеся игроки возвращались обратно из лабиринта. Сейчас обе команды красных и синих участников игры стояли все вместе: потные, уставшие, со следами крови на одежде. На их лицах был отражён самый настоящий ужас. Госпожа Чан скользнула взглядом по группе игроков в красных жилетах, её глаза искали кого-то среди них, как будто ожидая увидеть одно определённое лицо. — Вы кого-то ищете? — спросил Ин Хо, глядя в ту же сторону. — Да, моего сына! — кивнула пожилая женщина, её лицо было искажено тревогой, она вглядывалась в каждого игрока, как будто надеялась увидеть его среди них. — Ох, да где же он... — Ваш сын... — задумался Ин Хо. — Почему он был всё это время не с нами? — Дело в том, что мы обменялись жилетами, как вы! — чуть улыбнулась пожилая женщина. — Знаете, я прошла корейскую войну, я смогу за себя постоять! А мой сын... он очень добрый, он и мухи не обидит! — То есть, вы обменялись с ним жилетами, чтобы уберечь его от участи синих игроков? — ведущий пытаясь найти взглядом сына госпожи Чан. — Да, всё верно! — она вздохнула, и по её лицу пробежала тень беспокойства. — Но я очень беспокоюсь... смог ли он кого-то убить... я взяла с него обещание, что после конца игры мы с ним встретимся! В этот момент из громкоговорителя вновь донёсся женский голос, объявивший номера последних погибших: — "Выбывшие игроки: игрок номер 007... игрок номер 028, игрок номер 048..." Игрок 007... Голос из громкоговорителя продолжал называть погибших, но для Госпожи Чан, казалось, время сейчас остановилось. Она не могла поверить в то, что услышала номер её сына. По телу пробежал холодный пот. Ëн Сик... Ты... никого не убил... ведь так?... Её глаза наполнились слезами. Ки Хун сглотнул, отводя взгляд, не в силах смотреть на её боль. Сегодня было слишком много смертей, и каждый раз, когда кто-то терял близкого, это казалось невыносимым. Душа разрывалась от осознания того, что они не смогут больше увидеть их живыми. В общую комнату игроки возвращались в глубоким молчании. Каждый из них был вымотан не только физически, но и морально. По коридору разносился гул шагов, тяжело отдававшийся в ушах. После очередного голосования, проводимого по традиции после каждой игры, солдаты объявили о начале обеда. Никто даже не пытался спорить с результатами — у всех уже не осталось сил на возражения. Участники молча взяли свои скудные порции и сели небольшими группами, как по привычке, погружённые в собственные мысли. Ки Хун и остальные сидели рядом со своими кроватями, не решаясь начать разговор. В этом гнетущем молчании прошёл весь остаток дня. Лишь когда объявили отбой, двое игроков не спешили ложиться спать. Ки Хун сидел, погружённый в собственные мысли, обхватив руками колени и прислонившись к стене. На душе было тяжело и паршиво, как будто всё, что они пережили, — это не реальность, а какой-то зловещий кошмар, из которого невозможно выбраться. И всё, что он чувствовал в этот момент, — это отчаяние, пустота и страх. Ин Хо молча сидел рядом, смотря на электронное табло с призовым фондом. Периодически его взгляд задерживался на Ки Хуне чуть дольше, чем нужно, но Ин Хо не мог найти нужных слов. — Мне жаль... — еле слышно вымолвил он, почти прошептав. — Это моя вина... если бы я не предложил разделиться... Ки Хун не ответил. Он продолжал смотреть в пол, избегая взгляда Ин Хо. Его плечи были опущены, а лицо выражало усталость и бессилие. Ведущий нервно вздохнул, пытаясь собраться с мыслями. Он чувствовал, как внутри него всё сжимается, как невыносимо тяжело было сидеть рядом с этим человеком. Ин Хо сейчас будто ощущал эту многолетнюю боль игрока 456 на себе. — Ки Хун... — начал было Ин Хо, но слова словно комом застряли в горле. Наконец, Ки Хун нарушил молчание, его голос был тихим и разочарованным. — За что нам всё это...? — тихо, с усталостью прошептал он. — Лидер в маске... он ведь тоже человек... почему... Эти слова громким эхом отзывались в голове Ин Хо. Он сглотнул, чувствуя, как ему становится трудно дышать. — Наверное... — ответил он, ощущая, как голос начинает дрожать. — У него были на то свои причины... — Но... разве издеваться над людьми вот так... это достойно быть причиной?... Ин Хо ничего не смог ответить. Внутри него что-то окончательно дало трещину. Он закрыл глаза, пытаясь удержать эмоции, готовые прорваться через его привычную маску спокойствия. Ведущий тяжело дышал , а сердце билось с такой силой, что казалось, оно вот-вот вырвется наружу. — Я...я не знаю... — его губы дрогнули. Ки Хун не дождался ответа. Его голова постепенно склонилась на плечо Ин Хо и вскоре он уснул, не осознавая этого, поглощённый усталостью и болью. Ки Хун... Ин Хо продолжал смотреть на электронное табло, не в силах сдерживать слёзы, которые неспешно катились по его щекам. Вновь беззвучно произнося "Я не знаю", он нервно сглотнул, чувствуя солоноватый привкус на губах. Ки Хун... Я... я не знаю... •••Продолжение следует•••