Игра с опасностью

Тепло камина обволакивало ваши обнаженные тела, отбрасывая золотистые блики на кожу. Джину лежал на боку, опираясь на локоть, его темные глаза с хищной нежностью скользили по вашему телу. Его пальцы, обычно такие уверенные и быстрые, сейчас двигались с почти болезненной медлительностью, словно он боялся пропустить хоть один ваш вздох. – Такая мягкая... — его голос прозвучал как шелковый шепот, когда большой палец наконец коснулся вашего соска. Не нажимая, просто скользя по нежной ареоле, заставляя ее постепенно набухать под его прикосновением. Вы закусили губу, чувствуя, как волны тепла растекаются от этого единственного касания. – Не сдерживайся — он наклонился, его дыхание обожгло кожу груди прежде, чем губы наконец сомкнулись вокруг соска. Но не так, как вы ожидали — не жадными глотками, а лишь легкими, мокрыми прикосновениями языка, будто пробуя на вкус. – Джину... — ваши пальцы вцепились в его волосы, но не тянули, просто ища опору. Он ответил низким смешком, вибрирующим прямо у вашей кожи. – Ты вся дрожишь... И такая теплая...– Его язык выписал медленную спираль, постепенно сужая круги, пока не коснулся самого кончика. И тогда — легкое посасывание, заставившее вас выгнуться со стоном. Его свободная рука скользнула по вашему боку, пальцы вдавливались в кожу с такой неспешной силой, будто он хотел запомнить каждую клеточку. – Мне нравится, как ты дышишь... — прошептал он, переключаясь на другую грудь. – Как твой живот вздымается... Как пульс бьется прямо здесь... Его палец нажал на яремную впадину, и вы почувствовали, как ваше сердце действительно выпрыгивает из груди. Когда его ладонь наконец скользнула вниз по животу, вы невольно сжали бедра, предвкушая. Но он лишь провел костяшками пальцев по внутренней стороне бедра, заставляя мурашки побежать к самому чувствительному месту. – Нет-нет, не торопись...— его губы вернулись к вашей груди, теперь уже покусывая кожу вокруг соска, но так аккуратно, что боль тут же растворялась в удовольствии. – Я хочу услышать, как ты звучишь, когда теряешь терпение... Его рука продолжила свой мучительный путь, пальцы скользили по влажным складкам, но не проникали, лишь собирали росу, чтобы смазать медленные круги вокруг клитора. – Вот так... — он застонал сам, когда ваши бедра дернулись навстречу. – Ты уже вся мокрая от таких пустяков... Ваш ответный стон сорвался в полутоне, когда он наконец ввел один палец, но не начал двигать, просто позволив вам почувствовать каждую прожилку на его суставе. – Как же ты прекрасна...— его губы нашли ваши в поцелуе, пока второй палец присоединился к первому с той же неторопливой настойчивостью. – Когда раскрываешься для меня вот так... полностью... И тогда он начал двигаться — не быстрыми толчками, а глубокими, размашистыми движениями, будто изучая каждый сантиметр вашей внутренней нежности. Его большой палец время от времени касался клитора, но никогда не задерживался, оставляя вас на грани. – Пожалуйста...— вы не узнали свой собственный голос, хриплый и прерывистый. – Пожалуйста что, милая? — он ускорил пальцы ровно настолько, чтобы вы почувствовали первую волну, но не дал ей накрыть. – Я не могу... я... Его губы прижались к вашему виску. – Можешь. Кончай для меня И когда его пальцы наконец нашли нужный ритм, вы рассыпались в тихих, прерывистых стонах, ваше тело извивалось не в резких судорогах, а в долгих, томных волнах, пока он нежно целовал вас сквозь каждую из них. – Вот видишь... — он вытащил пальцы, наблюдая, как ваше тело вздрагивает от пустоты. – А мы ведь даже не начали по-настоящему...– Его член, твердый и горячий, прижался к вашему бедру, но он не торопился. Просто обвил вас руками, позволяя вашему дыханию успокоиться, его губы рисовали невесомые поцелуи вдоль вашего плеча. – Посмотри на меня... — его голос прозвучал как шелковый шепот, когда его ладонь легла на вашу щеку, заставляя встретиться с его глазами. В них горело что-то первобытное, но сдерживаемое железной волей. Вы почувствовали, как его свободная рука скользит между ваших тел, пальцы обхватывают его член и направляют к вашим влажным складкам. Головка едва коснулась входа, собрав капли вашего возбуждения, но не проникла. – Джину... — ваши пальцы впились в его плечи, когда он начал совершать микроскопические движения, лишь слегка входя и тут же отступая. – Терпение, милая... — он наклонился, его губы коснулись вашего виска, когда головка наконец начала раздвигать вас. Миллиметр за миллиметром, с невыносимой медлительностью, пока вы не почувствовали, как ваши внутренние мышцы вынуждены растягиваться, принимать его. Он замер, когда был внутри лишь на треть, его дыхание стало прерывистым. – Боже... ты О-Ох... Ваши бедра инстинктивно потянулись навстречу, но он крепко держал вас за талию, не позволяя ускориться. – Нет-нет... так быстро я тебя не отпущу... Его следующее движение было таким же медленным, но глубже, заставляя вас почувствовать каждую прожилку на его члене. Когда он наконец полностью вошел, вы оба замерли на мгновение — два сердца, бьющиеся в унисон, две пары легких, синхронно ловящие воздух. – Ты... идеальна... — он прошептал, прежде чем начать двигаться. Но это не были привычные толчки — он выходил почти полностью, лишь чтобы с той же неспешностью погрузиться обратно, как приливная волна, несущая вас в океан наслаждения. Его губы нашли ваши соски, лаская их попеременно — то нежными поцелуями, то влажными кругами языка. Вы чувствовали, как напряжение медленно нарастает внизу живота, но он, кажется, знал ваш организм лучше вас самих. – Еще нет... — он замедлил движения, когда ваше тело начало сжиматься вокруг него. – Я хочу чувствовать это дольше... Его руки скользнули под ваши ягодицы, приподнимая вас, меняя угол, и вдруг — – Ох!.. Он попал в то самое место, и ваше тело выгнулось в немом крике. Его ухмылка стала хищной. – Нашел... Теперь каждый его толчок был точным, как удар шпаги, но все так же неспешным, растягивающим удовольствие до невыносимости. – Пожалуйста... — - Что такое, моя хорошая?— он наклонился, его губы коснулись вашего уха. – Скажи мне... Но слова потерялись, когда он одной рукой дотянулся между ваших тел и начал рисовать круги вокруг вашего клитора в такт своим движениям. Волна накрыла вас неожиданно — не взрывом, а медленным, бесконечным затоплением каждого нерва, каждой клеточки. Ваше тело сжалось вокруг него, и на этот раз он не стал сдерживаться, позволив себе погрузиться в пучину вместе с вами. Когда вы наконец открыли глаза, он все еще был внутри вас, его лоб покоился на вашем плече, а дыхание постепенно успокаивалось.