Привет, Скарлетт!

Флоренс спокойно писала конспект на завтрашную пару. В комнате висела умиротворенная тишина, слышался только звук какой-то передачи из гостиной, где уснул Беннетт. Достаточно трудно, с большим количеством финансовых проблем, они сняли квартиру. Для двух бедных студентов оказалось очень даже успешно. Флоренс чувствовала себя превосходно, постепенно разгребая разные проблемы, не исключая маленькие и незначительные. Девушку приятно поклонило в сон — на часах уже два ночи. Весь свободный вечер она общалась с некой "шарлоттой" в интернете. Посещали подозрения, что это Шарлотта Вайлтшайр, чудным образом знакомая Флоренс. Но точно она определить не могла. Впрочем, Флоренс не собиралась играть в детектива и выяснять, кто это был. Она скучающе прокручивала в голове недавние события: ничего интересного и необычного, в который раз, не вспомнила. Сейчас Флоренс на написании конспекта и ничем больше. Её жизнь вовсе не протекала скучно и однообразно. У Флоренс есть множество знакомств, да и к тому же Беннетт. И, в связи со своей общительностью, большая часть знакомых разговорами и времяпрепровождением не обделены. Училась Флоренс средне, даже поступив на направление, связанное с химией и биологией. С ней поступили Беннетт, Болдуин и Гудвин. Одной она точно не оставалась. Ни разу. Флоренс поставила точку в конце предложения и закрыла тетрадь. Она устала, но может завалиться спать с приятным чувством завершённости дня. Вышла и выключила работающий телевизор, а после уснула. С хорошим настроением. В универе было скучнее обычного. Беннетт выглядел чересчур мрачно и задумчиво, и Флоренс приняла решение его не беспокоить. Болдуин и Гудвин тоже держались подальше, будто Флоренс без Беннетта какая-то неполноценная. Немного обидно, но она старалась на этом не зацикливаться. Преподаватель нудно объяснял прошлую тему, рука лениво двигалась, выводя буквы. В последнее время Беннетт в целом вёл себя странно и держался весь на нервах. На памяти Флоренс не было ни одного разговора по душам, и знать она ничего не могла. Интересно, почему так сложилось. Флоренс достаточно открытый человек, чтобы разговорить оппонента. А в особенности сейчас разговор с другом и вовсе не вязался. Наконец мучительная пара закончилась. Сложив тетрадь с конспектами и ручку в небольшую сумку, Флоренс обратилась к Беннетту. — Что-то ты поникший. Всё нормально? Беннетт вздрогнул, а после поднял на Флоренс глаза. Многозначительно промолчал. Разговор опять не состоялся. Из-за дверей в аудиторию, в коридоре, слышался спор. Флоренс вышла, потащив за собой Беннетта. Ругались две девушки — Скарлетт Эйлер и Шарлотта Уилтшир. Они учились на разных направленностях, Скарлетт на педагогическом, а Шарлотта поступила на экономику, но не раз поднимали весь университет на уши. Сегодняшняя, явно не последняя, перепалка была обычным спором, не представляющим из себя ничего нового. Сзади стояла Генриетта Уорхол, смотрящая на девушек пустым взглядом, поджав губы. Вроде бы она дружила с Уилтшир, но отношения были натянутые и вовсе не дружеские. И училась Анри на другую профессию, от этого они с Кью пересекались еще реже, — графический дизайнер, вместе с братом Скарлетт. Скарлетт и Чарльз были вовсе не похожи ни по внешности, ни по характеру. От сестры Чарльз быстро сепарировался, оставив её в пустой квартире. Скарлетт не то чтобы не рада, скорее удивлена и в некотором смысле раздосадована, так как продолжала считать Чарльза ни на что не способным. Скарлетт раздраженно ушла от смеющейся Уилтшир. Флоренс и не заметила, как спор закончился. И никакого веселья. Она, всё ещё держа Беннетта, поплелась к аудитории. Впереди шла Скарлетт, такая из себя идеальная, красивая и умная. Точно же надо где-то копнуть, чтобы весь этот образ рассыпался по кусочкам. Но это останется в тёмных закоулках мыслей Флоренс. Причинять вред она не хотела. Перед глазами снова появилась Скарлетт, никуда и не уходившая. Она была явно не лишена того, чего лишены многие. Думая об этом, Флоренс считала, что это несправедливо, а потом успокаивалась. Ничего это, впрочем, и не значит. Эйлер в итоге ушла, и Флоренс с радостью перестала о ней думать. Если уж они как-то сойдутся, страшно представить, сколько может быть в мире таких пар. И на этой паре они снова писали конспекты и слушали лекцию. Беннетт, поставив открытый на середине учебник, играл в какую-то игру, неспеша тыкая пальцами по экрану мобильника. Флоренс порылась в карманах, констатировала. — Сигареты кончились. — Я могу за ними сходить. — Беннетт вышел из игры и убрал телефон. — Не. Давай вместе сходим? — улыбаясь другу, предложила Флоренс, вытянув руки вперед. Беннетт не спешил отвечать, а Флоренс занялась рассматриванием своих разноцветных ногтей. — Можно и так. — настороженно ответил Беннетт, закрывая учебник. — А тебе что-то от меня надо? — К чему такие вопросы? — Флоренс недоуменно перевела на парня взгляд. — Мы же друзья. Что мешает нам вместе сходить за сигаретами? — И вправду. — А что? Что-то не так? — в ответ послышался шорох ручки по бумаге. Флоренс вздохнула: на паре Беннетт ей точно ничего не скажет. Но это не даёт гарантий, что он будет разглагольствовать о своих проблемах позже. Пары закончились. Флоренс и Беннетт вышли из университета и сразу же направились в магазин за сигаретами. Друг не старался о чем-либо говорить, а Флоренс не могла найти отдалённую тему, чтобы потом мягко подойти к нужному. Это нервировало и ускоряло шаг. Если они дойдут быстрее, то план провалится — Беннет вообще уже ничего ей не скажет. — Беннетт. — окликнула его Флоренс, нахмурившись. По её мнению, сделала она это зря, только показала, что будет некий неприятный разговор. А со стороны Беннетта ему показалось, что это выльется в явный неприятный разговор. — Скажи честно: что-то не так? Ты ведешь себя как-то отстраненно. — Неправда. — стал отрицать Беннетт. — Ничего такого у нас не случилось. — Нет, это неправда. — немного выделив слово "это", Флоренс настойчиво посмотрела на Беннетта. — Ты ведешь себя по-другому. По-другому, Беннетт. — Да что ты вообще знаешь? — он ускорил шаг, а на следующие вопросы и слова девушки и вовсе не отвечал. Флоренс в итоге перестала его донимать и замолчала. Сейчас она слишком разнервничалась, чтобы медленно подойти к разговору. Слишком надавила. Поступила слишком неправильно. Флоренс смотрела сквозь пачку сигарет, перемещающихся с места на место автоматическими движениями продавщицы. Она не могла забыть недавний диалог, а в особенности из головы не выходило, что начала его сама девушка. Стоящий рядом Беннетт словно уже не думает об этом, или даже ничего такого не состоялось. Он оплатил табак, они вышли из магазина. Холодный ветер первого месяца весны морозил, Флоренс укуталась в тёплую куртку и получила в руки сигарету. Единственное, что её порадовало. Она выкурит еë, и всё снова станет, как было. Никаких странных, натянутых отношений с другом, никаких сложных разговоров, ничего, что может сбить с толку. По телу разлилось приятное тепло, как только Флоренс сделала первую затяжку. И сразу же отпустило. Поговорит с Беннеттом позже, они ведь друзья. Они поддерживают друг друга, они рядом друг с другом. И Беннетт никуда не уйдёт, можно повременить. Двое пошли в квартиру, Беннетт — чётко осознавая происходящее, а Флоренс со спутанными туманными мыслями, видя всё через тусклую пелену. И ничего не было. Они же друзья. Флоренс лелеяла эту мысль, хватаясь за неё, будто она была последним лучиком света в её жизни. Но ведь в её жизни много света, много счастья. Она не может так себя чувствовать. Щелчок. Скрип. Флоренс прошла за Беннеттом и сняла ботинки и куртку. Она всё ещё находилась в приятном неведении и не стала ожидать какого-то разговора с другом. Она не понимала, что делает, что думает, что вокруг говорят, но понимала, что её гложет отвратительное чувство вины. Оно пропадёт. Всё плохое пропадает. Девушка на ватных ногах прошла в комнату и легла на кровать. Ей снилось, что все хорошо, что она счастлива, что она не виновата. А проснувшись, Флоренс затошнило. На часах была уже ночь, в гостиной шумел телевизор, голова раскалывалась, словно она не выкурила одну сигарету, а напилась в хлам. Встать не было сил, и Флоренс, несколько минут бездумно рассматривая потолок, опять заснула. Утро началось почти что хорошо. Зазвенел будильник, Флоренс ещё посмотрела на потолок, вслушиваясь в игравший тяжёлый трэш-метал, а потом встала с кровати и вышла из комнаты. Беннетта в квартире не было, и Флоренс посетило смутное беспокойство, ушедшее с приготовленной чашкой кофе. Он мог уйти раньше, но зачем? Обычно девушка вставала раньше, чем начинались пары, и собиралась около получаса, пока сосед спал. Выходить в университет в семь утра не лучшая идея, и она навряд ли бы приглянулась Беннетту. Флоренс откинулась на спинку стула и глотнула кофе, постаравшись перестать забивать себе голову тревожными мыслями — вчера для себя она уже знатно настрадалась. Она же не держит Беннетта и не следит за ним, он вправе куда-то уйти. Тридцать минут прошли медленно, секунды словно намеренно шли тягуче, вяло. Флоренс, уже настроившись на общение с людьми, вышла из квартиры. Её сразу же сразили мысли о пропавшем n-ное время назад Беннетте и о том, где он может быть сейчас. Под ногами хрустел ещё не расстаявший грязный снег, Флоренс уже не могла думать о чём-то внятно, и в голове была пустота. Она шла по дворам, смотря во все стороны и представляя их в конце весны, когда потеплеет и всё расцветёт. Несколько поодаль стояла компания неизвестных Флоренс людей. В ней она заметила Беннетта. Он сидел на скамейке и что-то курил. Флоренс решила спросить у него, куда он ушёл сегодня утром, но её остановил резкий взгляд Беннетта, явно говорящий "не подходи". Скарлетт раздражённо зашла в квартиру — спор с Кью её ещё не отпустил, хотя прошло несколько часов. День скрашивало подобие репетиторства с Шарлоттой, где Скарлетт нужно было вести себя спокойно. Портить отношения с Вайлтшайр желания нет и жаловаться ей на Уилтшир тоже. Хуже делало, что Кью общается с её братом, а за тем она старалась следить, будто он её ребёнок, но уже давно им не был. Такое впечатление он на Скарлетт производит — ни на что не способного бездельника, постоянно занимающегося самокопанием. На телефон пришло уведомление. Шарлотта благодарила Скарлетт за помощь и переводила ей деньги. Она не работала, но мать, которую она не видела, давала ей на жизнь. Шарлотта в целом была не затратная, вот и стала оплачивать занятия. Скарлетт прошла на кухню и поставила чайник. Устало села на стул и открыла пятнадцатое издание "Альманаха научной фантастики", которое ей дала Шарлотта. Скарлетт являлась ещё одним человеком, с кем девушка радостно обсуждала книги и давала читать свои. С Фреем Скарлетт близко не общалась, скорее они были друг для друга простыми знакомыми, изредка разговаривающими на легкие и отдаленные от личностей темы. Они даже не общались, если бы не Шарлотта, решившая их познакомить. О Фрее Скарлетт не знала ничего, кроме имени и его мнения насчёт книг Вайлтшайр, а Фрей не знал ничего о Скарлетт, кроме имени и мнения о книгах Шарлотты. В жизни Скарлетт не происходило ничего особенного, если не считать недавних событий с переездом Чарльза. В отличие от Флоренс, Эйлер не имела много знакомств и друзей. Её круг общения ограничивался перепалками с братом, репетиторством и недолгими разговорами о книгах с Шарлоттой и спорами с Кью. И вот. Новый день, новый спор. Скарлетт ругалась на ругающуюся в ответ Кью. Вокруг за этим наблюдали некоторые студенты — для многих это было как каждодневное бесплатное представление, за которым можно понаблюдать от скуки. А Скарлетт скучно не было, она хотела, чтобы она прекратила бесконечно со всеми скандалить. Эйлер знатно устала, но их никак не могла избежать, от игнорирования становилось лишь хуже. Скарлетт любое действие раздражало больше, в связи с чем ссора была дольше и выжимала много сил. Впрочем, это никогда не принимало серьёзного оборота. Если не считать съезда Чарльза, но Скарлетт успокаивала себя тем, что переехать кому-то из них уже давно пора. А в реальности смириться трудно. Мимо прошла Флоренс, как обычно кинув на двоих веселый взгляд. Только сегодня она была одна. Кью, увидев это, насмешливо спросила. — А где друга потеряла? — Нигде я Беннетта не теряла. — Флоренс, тоже посмеявшись с ситуации, ответила на вопрос. Скарлетт показалось, Флоренс ни капли не изменилась. Она как была постоянно улыбающейся шутливой дурой, неспособной на серьёзное лицо, так и осталась. Поменялось лишь наличие друга и больше Ничего. — Вот как. А то выглядишь странно одной. — язвительно бросила Кью уже уходящей Флоренс, у которой хватило самообладания в разговоре с Уилтшир, чтобы не начать с ней ругаться. Шарлотта будто уже забыла о существовании оппонентки и ушла, оставив и собравшихся, заметно-незаметно наблюдающих за гневными диалогами, и Скарлетт без выражения своей точки зрения. Одиноко. Непривычно. Флоренс с привычной радостью шла по коридору университета, думая о той компании, стоящей во дворе. Самый главный вопрос, так это что там делал Беннетт и что он курил. Сразу лезли мысли про наркотики, за что Флоренс волновалась больше всего. О наркотиках она была начитана после одного давнего разговора с Феликсом Хониккером, из обычной темы болезней перешедшего на тему запрещённых веществ. Что побудило его это сделать? Что побудило его молчать? Что побудило его? Что побудило? Что? Флоренс иронией судьбы столкнулась с Феликсом, а тот в свою очередь сразу оповестил её о выходе с больничного. — Ясно. — девушка кивнула. — А ты случайно не видел Беннетта? — Беннетта? — сначала удивлённо приподняв брови, переспросил Феликс, а после задумался. — Нет, не видел. — Вот как. — А что-то случилось? — полюбопытствовал Хониккер, на что получил быстрое "да Ничего" от Флоренс. Она ушла, явно не захотев дальше продолжать разговор. Теперь Флоренс как и Беннетт. Ничего не объясняет. Ничего не говорит. Оставляет в неведении. Умалчивает. Если человек ввязывается во что-то, связанное с наркотиками, то всё становится таким? Флоренс с неким отвращением откинула эти мысли в сторону: она не знает полноты картины и не может так думать. Возможно, Беннетт всего лишь обзавёлся новыми знакомствами. Возможно, Беннетт всего лишь курил сигарету. Возможно, Флоренс всего лишь себя накручивает.