Розовый взрыв

Don't want you, need you.

Yeah, I need you to fill me up.

Got a feeling that, oh, yeah (yeah)

You could be everything that

— Девочки, девочки! Вы всех зажгли! Вы такие классные! — Бобби как обычно подбадривал их, даже припрыгивал на ноге, заряжал всех позитивом. Его энергия била через край. Мира с Зоей хитро переглянулись: — Баня! — синхронно воскликнули они, уже предвкушая, как махровые халаты обнимут уставшие тела. Руми, как всегда, отправилась к себе. Миру слегка напрягала эта привычка подруги - отдаляться от них. Но всем иногда нужно побыть наедине с собой. Она знала, что они втроём как настоящая семья. Единственная семья, которая есть у Миры. — Пока! — протянула она вслед уходящей Руми, схватила шею Зои в объятья, смачно поцеловав в щеку. — В баню! — направив руку вперёд, она радостно потащила не сопротивляющуюся подругу. В бане, с полотенцем на голове, погружённая по самые ноздри в воду, Зои непривычно молчала. — Что? — резко спросила Мира, поймав на себе её взгляд. — Я просто думаю, почему эти демоны... — Зои не успела договорить. — Такие сексуальные? — с ухмылкой закончила за неё Мира. — Да... такие сексуальные... — Зои эмоционально шлёпнула ладонями по воде. — С такими мы раньше никогда не сталкивались. Это... сбивает с толку. Когда Зои вылезла из купели и ушла, Мира осталась одна, полностью отдавшись расслабляющему теплу и тишине. Для девочек из Хантрикс в бане была отведена особая секция, где их никто не беспокоил. Пар обволакивал тело, мышцы расслабились. Она почувствовала, как задремала. И сквозь сон услышала тихие голоса. Неразборчивые шуршащие звуки, будто кто-то переговаривался совсем рядом. Мира резко открыла глаза — и шёпот моментально прекратился. Она вылезла из купели, поспешно заворачивая большое банное полотенце вокруг своего обнаженного тела. В стене, среди клубящегося тумана, замерцали два розовых огонька. Глаза. Мира замерла. Огни приближались, и в дымке начал проступать силуэт — изящный, почти эфемерный. Демон. Он атаковал молниеносно, бледные когти блеснули в воздухе. Мира едва успела отпрянуть, чувствуя, как лезвие когтей рассекает воздух у самого лица. — Шшшшааа... — прошелестело у самого уха. Холодное дыхание коснулось шеи. Туман рассеялся, открывая двух существ. Их тела переливались серым перламутром, а по коже мерцали сиреневые узоры — демонические метки. Глаза пылали розовым пламенем. Эбс и Романс. В своём истинном обличье. Мира быстро огляделась в поисках предмета, который можно использовать как оружие или хотя бы как щит. — Мальчики, — игриво произнесла она, глядя на парочку демонов, пытаясь заговорить им зубы, — как вам не стыдно врываться в женскую баню! Она отступала, пятясь к стене, глаза лихорадочно искали хоть какой-нибудь предмет, который дал бы шанс против двух демонов. Они кружились словно в танце вокруг Миры. Их ухмылки становились шире, они переглядывались, будто делились какой-то шуткой. Эбс, чьи короткие розовые волосы казались пламенем в тусклом свете, сделал первый шаг. Его кулак пролетел в сантиметре от виска Миры — она едва успела отклониться, почувствовав, как воздух рассекается у самого лица. — Мило,— процедила она, тут же отвечая ударом локтя в его солнечное сплетение. Следующим атаковал Романс, его удар был подобен удару хлыста – резкий выпад правой рукой с растопыренными когтями. Мира не успела увернуться, почувствовав, как острые кончики оставили четыре тонких кровавых росчерка на её ключице. Эбс воспользовался моментом. Его руки, холодные как мрамор, схватили Миру за запястья, с хрустом заламывая их за спину. — Ты правда считаешь нас сексуальными? — его раздвоенный язык скользнул по её шее, оставляя липкий след. Мира резко дернула головой назад — затылок с глухим стуком встретился с его зубами. Хватка ослабла, но полотенце осталось в руках Эбса. Теперь она стояла перед ними совершенно обнаженная, с каплями воды и пота, стекающими по телу. Романс медленно облизал губы, его глаза скользили по её фигуре: — Мы могли бы сделать это... приятным. — Любуйтесь, мальчики,— Мира оскалилась, принимая боевую стойку,— это последнее, что вы увидите прежде, чем отправитесь в ад. Её нога взмыла вверх — пятка с силой врезалась Романсу в подбородок. Пока он шатался, она кувырком перекатилась, пытаясь создать дистанцию. Но Эбс уже был рядом — его коготь рассек ей бок, на котором проявилась тонкая кровавая линия. Демон сверкнул взглядом, глядя на кровавые капли, он облизал губы, словно в предвкушении десерта. Боль пронзила тело, но Мира лишь зашипела. Её кулак со всей силы врезался Эбсу в горло. Демон захрипел, отступая на шаг, но Романс уже оправился — его удар пришелся по рёбрам, выбивая воздух из легких. Они двигались в жуткой синхронности, будто две части одного смертоносного механизма. Мира отбивалась, но с каждым мгновением её движения становились тяжелее, а удары - слабее. Спина уперлась в холодную стену - дальше отступать было некуда. Демоны надвигались, их розовые волосы - короткие, как языки пламени у Эбса, и струящиеся до плеч у Романса - сливались в ослепительный вихрь цвета. Мира собрала последние силы, мощно оттолкнулась от пола и взмыла вверх, совершая сальто через их головы. Но в полёте цепкие демонические пальцы впились в её запястья, резко останавливая движение. Они скрутили ей руки за спиной, затягивая узлы полотенцем до хруста. Эбс встал позади, его горячее дыхание обжигало обнажённую шею, а Романс приближался спереди, хищная ухмылка не сходила с его лица. Мира отчаянно дёргалась, брыкаясь ногами, но хватка лишь крепчала. Боль скручивала онемевшие руки, а в груди пылало унижение от собственной беспомощности. Романс провёл когтем по её шее, заставив учащённо биться сердце. - Страх обостряет вкус, — прошептал он, а Эбс за спиной смеялся, крутя в пальцах прядь её розовых волос. Мира закрыла глаза, собирая волю — даже сейчас она искала слабые места в их защите. Романс приблизился вплотную, не оставляя места для движения. Он с силой сжал её бедра, фиксируя в одном положении. И провел пальцами по промежности. Мира вздрогнула от неожиданности. Он снова провел языком по своим губам, а потом припал к обнаженной груди, слизывая капли крови, поднимаясь к ключице. Мира ещё пыталась сопротивляться, дергаясь всем телом, но крепкая хватка Эбса лишала её малейшей возможности на маневры. Демон сзади припал к её шее, от неожиданности она вздрогнула. Он впился ртом, оставляя не то укус, не то страстный засос. — Вы что творите, извращенцы! — наконец-то Мира нашла в себе силы ответить. Но голос звучал до смешного слабым. — Мы просто играем, с тобой, маленькая мышка! — стонал в кожу Эбс, продолжая оставлять засосы на шее. — Она стесняется, — проговорил Романс, втягивая воздух ложбинки между её грудей, как будто пробуя её на вкус ещё до прикосновения. — Но мы ведь можем быть... любезными. Его пальцы впились в её бёдра, железной хваткой лишая возможности сомкнуть ноги. Горячее дыхание обожгло кожу, когда он наклонился, проводя языком по чувствительному месту ниже живота. Мира громко выдохнула, её тело напряглось, но связанные руки не позволяли оттолкнуть его. — Перестань... — её голос звучал хрипло, но в нём всё ещё тлела искра сопротивления. Эбс рассмеялся, его пальцы впились в её талию. — А если нет? Одной рукой он зажал её щеки, развернул лицо Миры к себе с жадным, дерзким поцелуем вторгся в ее рот, язык пролез глубоко в горло, вытягивая воздух, слюну, саму её суть. Мира закашлялась, шея онемела от боли, но отстраниться было невозможно, руки сковывала боль. От осознания того, что сейчас происходит, Мира расширила глаза, дыша через раз, слыша в ушах удары сердца. Язык Романса нагло вторгся в ложбинку между бедер, прикусил клитор он продолжил терзать её. Эбс разорвал порочный поцелуй, но тут же своими пальцами растянул её рот, заложил на язык два пальца, мягко надавливая. Мира пыталась сопротивляться, отталкивая языком, но напряжение и возбуждение наростало. Волна как электрический разряд пронзила её от промежности до затылка, когда Романс приставил к клитору палец, когтем поддевая возбуждённый клитор. Он чередовал причмокивания языком с круговыми движениями пальцем, надавливая, лаская. Мира с шумом выдохнула, обхватывая пальцы Эбса, жадно облизывая их. Всё смешалось в один вихрь, где боль перетекала в жгучую сладость, а сопротивление — в дрожь. Она не узнавала себя. Не понимала, как её тело может так предательски реагировать. Но когда очередной толчок пальца Романса вогнал её в дрожь, она сдалась. Мышцы обмякли, дыхание стало прерывистым, а боль превратилась в странное, почти ласковое тепло. — Ты уже готова. — Прошипел Эбс, облизывая её ухо так медленно, будто пробовал на вкус. — Хорошая, сладкая девочка. Его пальцы впились в её волосы, резко запрокинув голову назад — шея оголилась, напряглась, как тетива. Ладонь второй руки обхватила горло, сжимая ровно настолько, чтобы каждый вдох стал короче. Романс спереди уже стоял, два пальца глубоко вошли внутрь, насаживая её тело на руку, как тряпичную куклу. Большой палец выводил на её клиторе медленные, чёткие круги — будто высекал искру. Сознание поплыло. Волна жара подкатывала снизу, сжимая живот, ударяя в виски. Оргазм нарастал, сметая всё на своём пути, но крик застрял в горле — пальцы Эбса сдавили гортань, превратив его в хриплый стон. Он снова накрыл её рот своим, словно впитывая в себя её крики. Губы. Язык. Глубоко. Сознание погрузилось во тьму.

***

— Мира! Мира, очнись! Голос будто пробивался сквозь толщу воды. Холодный пол под спиной. Дрожь в коленях. Что-то мягкое — полотенце? — прикрывало её. Перед глазами, расплываясь, стояла Зои. — Всё... Всё нормально, — прошептала Мира, но голос звучал чужим. Зои помогла ей подняться. Каждый мускул ныл после долгой схватки, на руках остались следы от связывания, на теле множество царапин, на шее засосы. Дома Зои помогла обработать раны — Как это произошло? — сокрушалась она, ухаживая за подругой, накладывая заживляющую мазь. Нельзя было позволить Бобби видеть эти синяки. — Я просто потеряла бдительность. — Где-то в глубине души шевелилось чувство стыда. — Такого больше не повторится, — добавила Мира тихо. Зои молча кивнула. Она помогла Мире переодеться в пижаму, заботливо уложила подругу в постель и укрыла одеялом.