Моя Атлантида

11 декабря 2005 года Атлантида   — Ты умеешь плавать? — спросила Гермиона, плеская ногами в кристально чистом пруду, куда из акведука низвергалась струя воды.   Она обнаружила этот бассейн позади сада накануне вечером. Он был спрятан в углу участка, в тени высокой живой изгороди, обрамлён тростником и цветущими лианами.   — Разумеется, умею. Что за вопрос? — фыркнул Драко, посмотрев на неё так, словно она спросила: «Ты читать умеешь?» — Я не знаю, ты ведь говорил, что никогда не плавал на лодке, — оправдалась она. — Думаю, я бы утонул в ванной старост, если бы не умел плавать, Грейнджер. — Было бы не в первый раз, — ядовито отозвалась Гермиона, имея в виду случай в пещере, и нырнула под воду, вынырнув у водопада из прохладной прозрачной воды, падающей в глубокий пруд. Когда она поднялась, Драко свирепо смотрел на неё с края бассейна. — Ты, блядь, серьёзно? — спросил он, наклонив голову, словно не мог поверить в глубину чёрного юмора Гермионы Грейнджер. Она лишь улыбнулась и снова скрылась под водой, вынырнув из-под брызг водопада. Всплеск на противоположном краю пруда подсказал, что Драко прыгнул в воду. Через мгновение звук на поверхности подтвердил, что он, слава Мерлину, не тонет. Мгновение спустя он всплыл прямо под водопадом рядом с ней. Капли воды собирались на его ресницах и стекали по бледному заострённому лицу. — Значит, плавать ты всё-таки умеешь, — рассмеялась Гермиона, переводя дыхание от напряжения; держаться на воде было нелегко. — Утонуть ещё раз — не проблема, если ты сделаешь мне искусственное дыхание, — с намёком отозвался Драко. — Только не сломай больше рёбра, — ухмыльнулся он и снова нырнул, всплывая так, чтобы его лицо оставалось под водой, будто он тонул. Гермиона осталась на месте, продолжая держаться на воде, и ждать, пока он вынырнет. Ей совсем не нравились его ребяческие игры. Когда Драко вынырнул снова и выглядел слегка разочарованным. — Где же твой гриффиндорский героизм? — спросил он, отталкиваясь от стены за водопадом, позволяя воде каскадом литься ему на голову, и поплыл спиной вперёд к краю. Гермиона поплыла за ним. — Я забыла его дома, — ответила Грейнджер, снова опустив голову в холодную воду и поплавала так минуту, прежде чем присоединиться к Драко на краю бассейна.   Малфой уже выбрался из воды, и длинные струйки стекали по его груди, сверкая в полуденном свете. Гермиона провела пальцами по прохладной поверхности, и постаралась не слишком явно смотреть на то, как он вытирается.   — Итак, — начала она, нарочно избегая внимательного взгляда, которым он её одарил.   — Выкладывай, Грейнджер, — нетерпеливо сказал Малфой.   — То, что ты сказал вчера за завтраком, — продолжала она, чувствуя, как щёки заливает румянец, несмотря на холодную воду.   — О, твою же мать… — протянул Драко, закатывая глаза.   — Я просто… я хотела узнать, если ты… эм… — она обходила тему, — готов ли ты, ну, эм, исследовать свои… э-э, склонности со мной? Услышав это, Драко приподнял брови, а затем на его лице появилось мрачное выражение. Он присел на корточки, уперев локти в колени, а руки свободно свесил между ног, выглядя совершенно опасным. Облизывая губы, Малфой рассматривал её тело сквозь кристально чистую воду. — Ты хочешь, чтобы я снова трахнул тебя, Грейнджер? — Я… я… — Гермиона запнулась, всё сильнее смущаясь от того, как он окидывал её откровенно похотливым взглядом. — Можешь признаться, — Драко явно наслаждался моментом. Невинная Гермиона Грейнджер… сама напрашивалась на это. — Или можешь умолять, — добавил он тихо, поддерживая зрительный контакт с Гермионой и ухмыляясь так, что были видны его ровные белые зубы. Она не собиралась ни о чём умолять Драко Малфоя. Он приподнял бровь, довольный тем, как сильно смутил Гермиону, задав ей, казалось бы, невинный вопрос, и вернулся на виллу. Вытиравшись, Гермиона задумалась о том, что единственной невинной фигурой в этом разговоре была она сама.   Драко долго принимал душ, когда Гермиона вошла в его комнату. Она металась из стороны в сторону почти минуту, прежде чем набралась смелости. Конечно, он провоцировал её. Дело было не в том, что она его хотела... она хотела. Но не в этом суть. Это был вопрос принципа. Гермиона докажет ему, что она не «ванильная».   Дверь была не заперта. Конечно, она была не заперта. Она колебалась, держа пальцы на ручке ванной, чувствуя, как учащается сердцебиение. Ванная комната была наполнена паром, а Драко стоял под потоком воды, одной рукой упираясь в мраморную плитку с закрытыми глазами и приоткрытым ртом, тяжело дыша. А другой рукой… Гермиона громко ахнула, осознав, что происходит, и резко обернулась. Мерлин милостивый. Это было хуже того случая. Было достаточно стыдно, что он застал её на корабле, когда она втирала в себя лосьон, но застать его, когда он дрочит в душе, было унизительно. — Я… — но слово «прости» так и не слетело с её губ, когда она оглянулась, ожидая, что Драко будет в таком же замешательстве. Он наблюдал за ней, всё ещё поглаживая себя с непристойным удовлетворением. Дыхание вырвалось из груди Гермионы, когда их взгляды встретились. Казалось, будто внутри неё зажгли огонь. Её щеки пылали. Она должна была бы стыдиться того, что застала его за этим, но тот больной, похотливый взгляд, который Малфой бросал на неё, ясно говорил, что именно этого он и добивался. И это её заводило. Он тяжело дышал, вода стекала по его светлым прядям, рука скользила по длине, приглашая — нет, бросая вызов. Движения Малфоя замедлились, когда он увидел, как она расстёгивает сзади свой купальник, затем стягивает его с плеч, обнажая грудь.   Грейнджер не сводила с него глаз, медленно опуская трусики. От пара в ванной стало липко, и она отшвырнула их в сторону, отвечая на дерзкий взгляд Малфоя склонённой головой. Его глаза скользнули по её телу и остановились на нижней половине.   Горячая вода обжигала спину, когда Гермиона подошла и заменила его руку своей. Малфой издал откровенный, полный наслаждения звук, когда она медленно повела ладонью вверх-вниз. В его глазах вновь появилось то зловещее выражение, что она уже видела у бассейна. Он наклонился для поцелуя, коснувшись влажными губами губ Гермионы. Драко запустил руку в её волосы и поцеловал гораздо нежнее, чем она ожидала. И только потом она почувствовала его ухмылку, прижавшись губами к его губам. Он убаюкивал её в ложном чувстве безопасности.   Было ощущение, будто Малфой вырывает ей волосы, когда резко дёрнул её за конский хвост, разворачивая спиной к себе. Правая рука грубо скользнула к её груди, большой палец ущипнул сосок, отчего по её телу прошёл электрический разряд. Он точно не собирался играть нежно. Другая рука скользнула между её бёдер, собрала влажность и размазала её липкость по своим пальцам, прежде чем ловко вонзить их внутрь. Гермиона издала резкий, пронзительный вздох.   — Вся мокрая… — выдохнул он, — оттого, что смотрела на меня? — спросил Малфой. — Чёртова шлюха, — прошептал Драко ей в ухо с нарочитой похотью, снова погружая в неё пальцы.   Щёки Гермионы горели, но изгиб его пальцев заглушал стыд. Драко их вытащил и она услышала, как он обсасывает их дочиста, вынимая изо рта с непристойным чмокающим звуком.   — Ты сама напросилась, — прошептал он ей на ухо, прежде чем тяжёлой рукой толкнул её вниз, эффектно согнув в талии и прижав лицом к стенке душа.   Он раздвинул ей ноги, провёл пальцами по заднице и со всей силы шлёпнул, оставив отпечаток. Гермиона вскрикнула и прикрыла рот рукой, пытаясь заглушить звук боли.   Она не хотела его злить. Драко схватил её за запястье и заломил руку за спину, с болезненным рывком в плече. — Ты этого хотела. Так получай, — сказал он и, не дав ни малейшего предупреждения, вошёл в неё одним резким толчком. Гермиона застонала от ощущения, как он растянул её изнутри, на что Малфой лишь ответил удовлетворённым: — Хорошая девочка. Она застонала ещё громче, когда он задал медленный ритм, будто смакуя каждое движение, наслаждаясь её теснотой и стонами, которые Грейнджер издавала каждый раз, когда его бёдра врезались в неё. Гермиона и подумать не могла, что ей понравится, когда с ней обращаются так грубо. Малфой был жёстким, безжалостным. Она даже и предположить не могла, что он будет шутить, но он и сам, кажется, не ожидал подобного исхода. Так почему же, во имя всех богов, её это так заводило? Одна рука Драко потянулась к её клитору, нежно поглаживая его круговыми движениями, с таким точным нажимом, который Гермиона и сама не смогла бы проделать лучше. Другая вцепилась в её бедро, ногти впивались болезненно, до жжения, но Грейнджер лишь наслаждалась этой болью. Гермиона закрыла глаза, сосредоточившись на стимуляции, и издала ещё один, гораздо более громкий стон. — Ооо, тебе нравится? — прошипел Драко и отдёрнул руку.   — М-м-м… — Гермиона всхлипнула в ответ от внезапной потери прикосновения.   Малфой притянул Грейнджер к себе за волосы, пока её спина не коснулась его груди.   — Скажи словами, — приказал он.   Гермиона сглотнула; горло пересохло.   — Да, — ответила она приглушённым голосом.   Его хватка усилилась. — Да, что? — мрачно спросил Малфой.   — Да, Драко.   Он грубо толкнулся в неё обратно, чуть не ударив головой о стену.   Теперь Гермиона не сдерживала стонов и ругательств, которые срывались с её губ, когда он приближал её к кульминации, ощущая нарастающее возбуждение, близкое к тому, чтобы перейти черту. Услышав её похотливые звуки, Драко снова притянул её к себе за шею, прижимая голову и перекрывая ей доступ воздуха.   — Ты сможешь дышать, только когда кончишь на мой хуй, как хорошая девочка, которой ты являешься, — прошипел Драко, крепче сжимая её шею, а другой рукой продолжая доводить Гермиону до оргазма. Эти мрачные, запретные слова столкнули её за грань, и она почти закричала от накатившего удовольствия. Звук её кульминации свёл его с ума. Хватка с горла спала, пальцы вернулись на её бедро, прижимая и удерживая, позволяя ей привалиться спиной к стенке душа, пока он ускорил темп, чтобы достичь своего оргазма, углубляя толчки. Его дыхание стало хриплым и быстрым, Малфой застонал и сжал её бедра, когда кончил. Его ладонь со стуком врезалась в кафель рядом, удерживая их обоих, пока дрожали ноги. Неожиданно для себя он нежно поцеловал Гермиону в лопатку, прежде чем выйти из неё и снова развернуться к потоку душа. Теперь сомнений не оставалось, что у Драко Малфоя и правда были определённые наклонности. Он не обращал на неё внимания, вытираясь и одеваясь, а потом с глухим вздохом рухнул на кровать. Гермиона стояла у изножья, проводя гребнем по спутанным волосам. Драко перевернулся на другой бок, заметив, что она наблюдает за ним. — Чего ты хочешь, Грейнджер? — обращение по фамилии звучало довольно грубо, особенно учитывая, что меньше пятнадцати минут назад он её трахал. — Ну? — спросила она, надеясь, что невысказанный вопрос будет понятен. Малфой прищурился, окидывая взглядом её белое льняное платье. — В этот раз ты не выглядела так, будто собираешься расплакаться, — сказал он как ни в чём не бывало, осмелившись признать, что ему это понравилось. Это был неудовлетворительный ответ. — Почему ты никогда не признаёшься, что на самом деле думаешь? — спросила Гермиона, распутывая особенно спутанную прядь волос. Драко скривился, наблюдая за её вознёй с расчёской. — Что это вообще за вопрос? — отозвался он оборонительно. — Я не знаю, — задумчиво произнесла Гермиона, перебирая пряди. — Выходит, что ты показываешь эмоции лишь тогда, когда напьёшься. — Предвзятое мнение, — с вызовом произнёс Драко, склонив голову набок. — Тогда ответь на мой вопрос, — настаивала Гермиона, не сводя с него пристального взгляда. — У тебя есть выпивка? — Это не смешно. Драко ухмыльнулся. — Ты даже вопроса толком не задала. Гермиона закатила глаза. Ей и следовало догадаться, что вытянуть из него что-то серьёзное, всё равно что вырвать зубы. — Ладно. Блять, ты меня раздражаешь, — сказал Малфой, хотя было ясно, что он пытается скрыть улыбку, расползающуюся по его губам. — Раз тебе так уж нужно знать… — он произнёс это с подчёркнуто аристократическим тоном: — Мисс Грейнджер, вы получили "Превосходно” на СОВ. Великолепнейший результат. Довольна? — спросил Драко. И странным образом Гермиона и правда была довольна.