Ты не спишь, Грейнджер? Часть 3
11 октября 2025 г., 10:19
26 декабря 2005 года
Атлантида
Часы пробили половину десятого, когда звук тяжёлых шагов Драко эхом разнёсся по лестнице.
Гермиона так и не рассказала Гарри и Рону о случившемся, несмотря на тревогу, грызущую её изнутри, и паранойю, не отпускавшую всё утро. Сердце колотилось, она то и дело проверяла, закрыты ли двери, выглядывала в окна, вздрагивала от каждого звука. Гарри пару раз бросал на неё странные взгляды, но вопросов не задавал.
Возможно, было эгоистично не говорить им об случившемся. Гарри и Рон имели право знать. Но если она подтвердит их подозрения, что Драко действительно примкнул к Королю, пусть даже по принуждению, разве они когда-нибудь смогут увидеть в нём того, кем он на самом деле был? Гермиона отчаянно хотела уберечь Драко от осуждения и колких слов, которые наверняка посыпались бы в его адрес, узнай её друзья правду. Она всю неделю пыталась верить в него, давала ему шанс, и теперь, когда оставалось лишь дождаться, пока он вернётся на виллу, чтобы самому всё объяснить и оправдаться — продолжать хранить молчание казалось ей самым малым, что она могла для него сделать. Так Гермиона и ждала — молча, грызя ногти и щёку изнутри, и наблюдала, как Гарри пишет письмо офицерам, участвующим в поисках их команды.
После его внезапного ухода Гермиона не была уверена, чего ожидать от Драко, когда он вернётся. Поэтому она была почти вне себя от радости, увидев Малфоя целым и невредимым в конце коридора. На его бледной, чем обычно, коже отражалось измученное, смирённое выражение. Его плечи поникли, но все конечности были при нём, и, похоже, он не участвовал ни в какой дуэли. Он остановился на верхней площадке лестницы и кивнул в сторону своей комнаты в конце коридора. Гермиона, не стесняясь, побежала по коридору и через несколько мгновений проскользнула в комнату, чтобы увидеть Драко. Он лежал на кровати, прижав ладони ко лбу.
— Всё в порядке? —спросила она, прикрывая за собой дверь.
Гермиона только сейчас почувствовала, что наконец-то снова может нормально дышать, потому что Малфой вернулся.
Он торжественно кивнул и слегка прикрыл глаза, когда Гермиона подошла и присела рядом.
— Что случилось? — спросила она, слегка отводя его руки от головы.
Малфой покачал головой и перекатился на бок, поймав руку Гермионы в свою и переплетя свои пальцы с её.
— Не думай об этом, — тихо ответил он.
Драко ушёл в полном смятении и страхе, и теперь его приглушённое, усталое спокойствие казалось не менее тревожным. Гермиона убрала с его лба выбившуюся прядь светлых волос и устроилась рядом, чувствуя его тепло. На нём всё ещё была та же тёмная рубашка и брюки, что и накануне в библиотеке, только теперь рубашка была застёгнута до самого горла.
— У меня всё ещё неприятности? — спросила Гермиона, проводя пальцем по турмалиновой печатке, которую Драко носил.
— Нет, я всё уладил, — устало ответил Малфой.
Он не смотрел на неё, просто держал за руку, глядя куда-то в пустоту.
— Ты обещаешь, что всё в порядке? — спросила Гермиона, а в голосе прозвучала неосознанная тревога.
Драко, наконец, встретился с ней взглядом.
— Я обещаю, — ответил он, уголки его губ дрогнули в подобии улыбки, прежде чем притянуть Гермиону ближе к себе.
Для Драко было совершенно нетипичным заправить ей за ухо свободный локон и легко поцеловать в губы, покрывать поцелуями шею, не отчаянно, а с любовью, слегка лаская Гермиону руками, пока она лежала рядом с ним.
Гермиона не хотела слишком задумываться об этом, не хотела замечать, что Малфой оказался неожиданно милым и добрым.
Но что-то было не так, несомненно, потому что это была не рука вокруг её шеи или похотливая, плотская манера, с которой он играл с ней, которая, по общему признанию, доставляла ей удовольствие, а скорее предвестник занятий любовью.
Драко Малфой не занимался любовью.
Но он уже был там, притягивая Гермиону к себе за талию, чтобы она оседлала его, ведя руками от её лопаток вниз к бёдрам, с лёгким давлением, прежде чем нежно запутаться руками в её волосах, мягко проводя по ним после поцелуя.
Даже то, как он стягивал с неё рубашку через голову, выглядело деликатно, легко касаясь ладонями обнажённых грудей и целуя гладкую, нежную кожу, как будто она была хрупкой, драгоценной вещью. И когда они оказались полностью обнажёнными, Гермиона замерла под Драко, а он не дразнил, и не заставлял её умолять, а медленно вошёл в неё, уткнувшись головой в изгиб её шеи, оставляя нежные поцелуи вдоль ключицы. Его холодное кольцо скользнуло вниз по её бедру, когда Малфой провёл рукой по её коже, побуждая Грейнджер обхватить его ногами за талию, сильнее прижимая к себе.
— Хорошая девочка, — похвалил он, как всегда, мурлыкая по слогам.
Драко заслонил собой тусклый свет, льющийся из окна, отбрасывая тени на стену. Как же было сладко — слышать, как он тяжело дышит ей в ухо, без его обычных матов и доминирующего поведения. Грейнджер застонала от особенно глубокого толчка, и Малфой поймал её взгляд с лёгким вздохом. Драко сдерживал себя. Он явно хотел большего, жёстче, быстрее. Но по какой-то неизвестной причине он делал это для Гермионы. После особенно глубокого толчка Малфой перекатил её на себя, откинув голову на перьевую подушку с восхитительным стоном, когда она всем своим весом навалилась на него, выгибая лопатки под одеялом, когда всё его внимание сосредоточилось на её фигуре, обрамлённой лунным светом.
— Такая красивая, — пробормотал Драко, наблюдая за тем местом, где они соединялись, за тем, как подпрыгивала её грудь, когда она двигалась, усиливая трение.
Малфой любовался её телом, когда Гермиона медленно подпрыгивала на нём, дразня его, желая увидеть, как далеко он зайдёт в этом нежном акте.
Ответа не последовало, даже когда она ускорила темп, приближаясь к оргазму, положив одну руку ему на грудь, а другую на стену над головой.
— Блять, — простонал Малфой, — продолжай, — пробормотал он, тяжело дыша.
Гермиона села на колени, медленно опускаясь обратно на его длину, несколько мгновений дразня его кончик у своего входа, наблюдая, как Драко всё больше распаляется.
— Мерлин, трахни Гермиону, пожалуйста... — заикаясь, простонал он, когда она подпрыгивала, слегка вводя член, но не опускаясь полностью, ожидая, когда Малфой насытится, чтобы наконец взять контроль.
Но никакие своенравные руки даже не намекали на то, что Драко попытается взять власть в свои руки, вместо этого он полностью позволял Грейнджер быть главной — бесповоротно.
Гермиона прикусила мочку его уха, провела по ней зубами, надеясь разозлить его, найти руку на своём горле, но вместо этого его большой палец коснулся её клитора, мягко и вкруговую поглаживая его, что довело Грейнджер до оргазма.
Всё, что слетело с её губ, было "Дрокооо...”, когда он прижался к ней бёдрами, чтобы усилить трение, слегка поглаживая её грудь, пока она не достигла пика и не прижалась к его груди, тяжело дыша, когда Малфой ещё дважды толкнулся бёдрами вверх, прежде чем крепко обнять Гермиону за талию, и кончить с глубоким стоном, выдохнув весь воздух из лёгких.
Гермиона отстранилась от него и упала на мягкое хлопковое одеяло, а Драко остался лежать, с лёгким раздражением проводя руками по волосам. Задумчивый взгляд, которым он одарил Гермиону, прежде чем легонько поцеловать, заставил её почувствовать себя неловко, более того, когда Малфой устроился рядом с ней, прижимая ближе к своей груди.
Гермиона никогда не видела, чтобы Драко обнимался или желал какой-либо посткоитальной близости. Ещё его нежности, то, как он наблюдал, как она скачет на нём … ещё больше укрепили её подозрения, что что-то не так.
Она не хотела верить, что Драко плохо с ней обращается, но его склонности после того дня в башне определённо не включали в себя то, что Гермиона была главной, пока он умолял о продолжении. Святые основатели. Гермиона задумалась, не принял ли кто-нибудь оборотное зелье, превратившись в Драко, прежде чем решила, что это совершенно нелепо.
Дыхание Малфоя не замедлилось в последующие минуты, оставаясь таким же напряжённым, как и тогда, когда она вошла в комнату.
Он крепко обнимал её сзади, прижимая к груди.
— Ты в порядке? — спросила Гермиона.
Драко невнятно промычал, зарывшись лицом в её волосы.
Она высвободилась из его хватки и повернулась к нему лицом. Малфой нахмурился, плотно сжав челюсти, как это часто бывало, когда он что-то скрывал.
— Ты уверен, что с тобой всё в порядке? — надавила Гермиона.
Малфой неубедительно кивнул.
Гермиона снова устроилась рядом с ним, дыша глубоко и целеустремлённо, в надежде, что он сможет подстроиться под её ровное дыхание. Она почувствовала, что её клонит в сон, и они долго лежали в тишине, пока в окно лился мягкий голубой свет, а Драко прижимал её к себе так крепко, как никогда раньше.
— Грейнджер, ты не спишь? — прошептал он в темноту.
— Нет, — ответила она, зевая.
— Можно я скажу тебе кое-что? — спросил Драко, касаясь губами плеча Гермионы и приподнимаясь на локте.
— Кто ты и что сделал с Драко Малфоем? — шутливо спросила Гермиона, поворачиваясь к нему и прижимаясь к его груди.
Это был ещё один необычный поступок со стороны Драко, чтобы он по собственной воле захотел чем-то поделиться. С тех пор, как они покинули корабль, он немного вылез из своей раковины, но от этого вопроса у Гермионы всё равно скрутило живот.
Драко мягко улыбнулся и прижался к её лбу. Она закрыла глаза, вдыхая запах его древесно-ветиверного одеколона и лёгкий аромат виски, сопровождавший каждый его выдох.
— Я хочу тебе это сказать, но не хочу, чтобы это стало разговором, хорошо? Я просто хочу снять груз с души, и покончить с этим, — прямо заявил Драко, притягивая Гермиону к своей груди, прячась от зрительного контакта, которого он всегда избегал, когда говорил о важном.
Гермиона чувствовала, как бешено колотится его сердце у неё под ухом. Она прижалась губами к его гладкой коже, подняла руку и обняла за талию.
Драко на мгновение замер, шумно втягивая воздух и с силой выдыхая его изо рта.
— Я люблю тебя, Гермиона, и люблю уже довольно давно. Нет, не говори ничего, — поспешно добавил он, когда она приподняла голову с его груди. — Выразить это чувство словами не всегда было легко, потому что долгое время я сам не понимал, что именно я чувствую.
Драко снова сделал паузу, его ладонь скользнула к её голове, запуталась в кудрях, властно прижимая Грейнджер к своей груди.
— Пожалуйста, никогда не сомневайся в том, что я к тебе чувствую. Ни на секунду, — умоляюще произнёс он.
Гермионе хотелось сказать, что она чувствует то же самое, хотелось пообещать, что никогда не усомнится. Но вместо этого она выполнила просьбу Драко и осталась молча лежать на его груди, кончиками пальцев рисуя круги на его бледной, гладкой коже, пока не заснула под стук сердца Драко, который отдавался у неё в ушах.
***
Глаза Гермионы распахнулись от тихого скрипа открывающейся двери. Она вгляделась в темноту комнаты Драко, за тёмно-синие занавески, обрамлявшие кровать с балдахином. Место рядом с ней было пустым и холодным. Она не почувствовала, как Драко ушёл, и не знала, как долго его не было. Она едва успела повернуться, как её глаза расширились от ужаса, когда в следующий миг в неё ударили оглушающим.
