Нелюди

Эмбер неслась в школу со всех ног, даже не подумав взглянуть на часы на телефоне. Мысль о том, что она опаздывала плотно засела в голове, клешнями вцепившись в мозг и полностью прогнав остальные мысли. Эмбер боялась не столько того, что получит выговор от учителей, сколько того, какой выговор она получит от матери дома. Ведь она была уверена – мама всё узнает даже если ей не говорить об этом напрямую. Эмбер не понимала, как её матери удавалось узнавать всё, что происходило в мире и в особенности – в жизни её дочери. Даже, если в Нью-Йорке кто-то чихнул, миссис Стивенсон уже была в курсе этого. А вот Эмбер наоборот подобным талантом не обладала. Быть может, она и хотела бы знать что-то, что могло быть ей интересно, но, похоже, такая способность была только у её матери. Эмбер уже запыхалась, а икроножные мышцы начали болеть, когда впереди наконец-то появилась большая табличка «Старшая школа Хоуплесса». Запрыгивая на ступеньки, едва не споткнувшись и не распластавшись прямо на лестнице у входа, Стивенсон всё же добралась до двери и потянула её на себя. Вбежав в здание, она с новой силой сорвалась на бег, из-за чего совсем не заметила идущую ей навстречу фигуру. Из-за невысокого роста лицо Эмбер буквально впечаталось в чужое плечо, отчего в носу тотчас же отозвалось болью. Тот, в кого она врезалась, явно мог похвастаться не только ростом, но и хорошей спортивной фигурой. Ноги Эмбер предательски подкосились, и она уже летела вниз, когда сильная, обмотанная бинтами рука потянулась к ней и с ловкостью обхватила за талию, а вторая чуть сжала её ладонь. Эмбер с удивлением уставилась на поймавшего её человека и столкнулась с серыми глазами и немного дразнящей ухмылкой. — Лисёнок, я настолько тебя привлекаю, что ты теперь каждый раз при встрече будешь со мной сталкиваться? — голос Вай был немного игривым. Эмбер с трудом проглотила вязкую слюну, чувствуя себя немного смущённой, находясь так близко к Вай. Но той этого явно было недостаточно, она чуть дёрнула Эмбер на себя, притягивая её ближе. Эмбер от этого жеста смутилась ещё больше, её глаза расширились. Заметив её реакцию, Вай хихикнула. — Стесняешься, маленькая лисичка? — она снова потянула Эмбер на себя, заставив ту наконец-то встать на ноги, но своих рук с чужой талии не убрала. — В-вот ещё… — Стивенсон попыталась сохранить обычный тон разговора, но её голос дрогнул. — Отпусти… — С чего бы? Вай дразняще изогнула бровь, а сама сделала шаг ближе, оказавшись почти вплотную к Эмбер. Та наоборот отступала, но вскоре упёрлась спиной в стену. «Как в прошлый раз», — подумала она, вспомнив, как Вай однажды уже прижимала её к шкафчикам. — О чём думаешь, Лисёнок? — Вай явно не планировала отступать и прекращать свою игру. Она наоборот будто больше входила во вкус, видя смущение Эмбер. Райс сильнее сжала её талию и снова чуть дёрнула на себя. — Пусти, я опаздываю на урок, — шикнула Стивенсон и легонько ударила Вай по рукам, так, что та даже ничего не почувствовала. Вай рассмеялась. — Твои попытки сопротивления очень милые, но вряд ли они дадут результат, — её губы растянулись в ухмылке. — А на урок ты не опоздаешь, ещё тридцать минут до начала. Эмбер вытаращила глаза. Как тридцать минут? Она была уверена, что опоздает, ведь, глядя на часы, вышла из дома позднее, чем обычно. А теперь получается, что она преодолела такое расстояние за несколько минут и пришла даже раньше, чем всегда приходила. Вай посмотрела в широко раскрытые от удивления глаза напротив и вновь рассмеялась. — Какая же ты смешная… Вай наклонилась настолько, что её щека коснулась щеки Эмбер. Райс прикрыла глаза, нежно проводя носом по гладкой коже Стивенсон, а затем коснулась губами её скулы. Она прижалась настолько, что её длинные густые ресницы буквально ощущались на чужой коже, вызывая у Эмбер мурашки по позвоночнику. Только вчера она целовалась со Стивом, только вчера она приняла его предложение быть его девушкой, только вчера она сама сказала, что он ей тоже нравится. Но почему-то именно прикосновения и жесты Вай вызывали в ней такую реакцию, которую по сути должен был вызвать Стив и его прикосновения. Но с ним она почему-то ничего не чувствовала. Или Эмбер ещё не до конца разобралась в себе, и её решение было слишком поспешным, или это Вай обладала каким-то магическим талантом. Вай ощущала, как тело Эмбер начинало дрожать рядом с ней, а её кожа покрылась мурашками. Её щёки покраснели, вмиг став похожими на два спелых яблочка. И Вай хотелось зацеловать их до потери сознания, а потом укусить, в следующую секунду проходясь языком по укусу, чтобы заглушить боль и заодно почувствовать вкус той, что сейчас стояла перед ней. Вай никогда за последние два года так не влекло к кому-либо. Ранее такие эмоции у неё вызывала только одна девушка – её девушка. Но её уже давно не было рядом, из-за чего Вай замкнулась в себе, предпочитая максимально отстраняться от серьёзных отношений. От секса на одну ночь её уже тошнило, но это помогало хоть ненадолго отвлечься от грустных мыслей. Всё же лучше, чем она напьётся всего подряд, а потом полночи проведёт в туалете, вызывая рвоту. Видела ли сейчас Вай перед собой не Эмбер, а бывшую, некогда горячо любимую ею девушку? Нет. Они были похожи в чём-то, в характере особенно, но их нельзя было сравнивать. Каждая была собой. И различия были даже в том, что сейчас одна из них стояла перед Вай, а вторая… Увы, нет. И никогда больше не будет стоять рядом с ней. Однако Райс не смогла удержаться, чтобы не прошептать: — Ты так похожа на неё… Эмбер не стала спрашивать, на кого «её», но в душе зародилось лёгкое любопытство. С кем сейчас её сравнивала Вай? Эмбер не могла не отметить, что голос Райс стал нежнее и мягче, когда она внезапно упомянула эту незнакомую для Эмбер, но известную только ей самой личность. Губы Вай скользнули по щеке Эмбер выше, оставили лёгкий поцелуй на виске, переместившись к уху. Кожу обдало горячим, почти обжигающим дыханием, и Вай едва ощутимо коснулась кончиком языка ушной раковины, отчего Эмбер вздрогнула и прижала ухо к плечу, прячась от прикосновений. — Т-ты что делаешь?.. — спросила она, а её голос по неизвестной ей причине понизился до шёпота. — Разве не очевидно? — задала ответный вопрос Вай. Она чуть отстранилась и взглянула в карие глаза напротив. Щёки Эмбер всё ещё пылили, но теперь румянец на них стал ярче. Вай позабавила такая реакция, поэтому она лишь осторожно убрала длинную выбившуюся из чужого хвоста рыжую прядь волос и аккуратно, с некой нежностью, что обычно ей не присуща, заправила её Эмбер за ухо. Её пальцы на мгновение задержались на лице Эмбер дольше положенного, после чего скользнули к подбородку и мягко обхватили его, заставляя Эмбер приподнять голову. — Почему ты так покраснела, маленький огонёк? — с лёгкой ухмылкой спросила Вай, продолжая изучать лицо напротив. Эмбер снова сглотнула. Она знала, что Вай прекрасно видела её состояние, и обмануть её бы не получилось, но всё же признавать своё поражение она тоже не желала, а потому попыталась соврать: — И ничего я… Не покраснела… — голос в очередной раз предательски дрогнул, выдавая истинное волнение. Вай и не думала останавливаться. Казалось, она будет продолжать до тех пор, пока Эмбер не превратиться в помидор полностью, а потом не лопнет от накрывшего и переполнившего её смущения. Райс скользнула губами к линии челюсти, слегка прикусив кожу. Она не заходила дальше, ибо не хотела пугать Эмбер ещё больше, заставляя её чувствовать себя неуютно. Отстранившись, Вай снова посмотрела в глаза Стивенсон, прижавшись своим лбом к её. — Ты ещё не знаешь, в какую ловушку угодила из-за своей доверчивости, Лисёнок, — голос Вай приобрёл нежные и ласковые нотки, словно сейчас она говорила с маленьким ребёнком. — Тебя сломают, не моргнув и глазом. Испортят. Эмбер не понимала, что конкретно имела в виду Вай. Она лишь хлопала глазами, словно наивный маленький ребёнок, который столкнулся с незнакомцем, предложившим ему конфету, и не знающий, что контакт с незнакомцами может быть опасным для жизни. — Люди, которых ты называешь своими друзьями, опасны, — продолжила убеждать Эмбер Вай. — Они не те, за кого себя выдают. Эмбер не понимала, как это возможно. В православной школе, где она училась до этого, её учили не копать глубже и не проводить анализ личности человека, а доверять, основываясь на первом впечатлении. Неудивительно, что к своим семнадцати годам Эмбер всё ещё оставалась наивной и чересчур доверчивой для своего же блага. Поджидай её за углом какая-нибудь опасность, скрытая в красивую обложку, Стивенсон бы и не заметила её. Вай же наоборот не привыкла доверять людям сразу. Райс предпочитала потратить время на то, чтобы узнать человека поближе, прежде чем делать о нём выводы. На своём опыте она уже научилась, что доверять всем и вся с первого дня знакомства не стоит. Иначе можно подвергнуть себя опасности. — А ты нет? — спросила Эмбер, чуть прищурившись. Почему-то она была уверена, что и Вай можно было отнести к категории опасных личностей. Мама ведь не зря учила её остерегаться таких, как Райс, а у Вай внешность была налицо – дьявольская. Да при виде этих крашенных в розовый цвет волос, этих чёрных татуировок, серебряных колец пирсинга уже следовало бежать, сверкая пятками. Но Эмбер почему-то не делала этого, когда в очередной раз оказывалась рядом с Вай. Почему она не убегала? Не срывалась с места, как напуганный, увидевший волка, кролик? А у Вай прямо на лице было написано большими буквами слово «ХИЩНИЦА». — Я не такой, как они, — спокойным тоном объяснила Вай, а её взгляд вновь устремился в глаза Эмбер, словно показывая, насколько она в данный момент серьёзна. — Я не переступаю черту. Эмбер в это не особо верила. Разве то, что только что сделала Вай – это не переступить черту? Тогда что это было и зачем? Был ли это хитрый ход от Вай, чтобы унизить саму Эмбер или просто вывести её на эмоции? Если бы кто-то знал и дал Стивенсон ответ на этот вопрос… — Они тоже её не переступают, — ответила она, слегка нахмурившись. Вай хмыкнула, наконец-то сделав небольшой шаг назад, дав Эмбер возможность облегчённо выдохнуть. — Значит, они переступят её совсем скоро, — слова Вай прозвучали настолько уверенно, что это даже заставляло задуматься. Откуда она так хорошо была осведомлена в таких делах? Со стороны казалось, что она действительно знала, о чём говорила. Но Эмбер не повелась бы на её предупреждающие слова так легко. — Почему ты так в этом уверен? — Эмбер склонила голову набок, надеясь услышать честный ответ, не прикрытый пеленой обмана и личных фантазий Вай. Та, впрочем, врать не планировала, но и раскрывать все тайны сразу тоже не собиралась. А потому ограничилась простым: — Потому что я знаю, что из себя представляет это элитное общество, и эти выродки в особенности! — Вай почти прорычала, словно раненый зверь, снова уткнувшись лицом в чужую шею. Прикрыв глаза, она выдохнула, опалив кожу горячим дыханием, отчего у Эмбер волоски на теле встали дыбом. Она с трудом держала себя в руках, чтобы не зарядить Райс по лицу ладонью. — Выглядит так, будто ты их ненавидишь из-за личной неприязни и намеренно пытаешься выставить в худшем свете, — предположила Эмбер, стараясь не двигаться, чтобы ненароком не задеть и так близко стоящую к ней Вай, и не побудить её к новым действиям. — Мне есть за что их ненавидеть, и даже есть, за что желать убить, — Вай не отрицала очевидного. Напротив – она говорила это таким спокойным тоном, словно синоптик по телевизору вещал о погоде. Будто в желании убить не было ничего устрашающего или криминального. — Но это не личная неприязнь. Их ненавидят многие. Эмбер хмыкнула. — Пока я вижу только тебя. — Придёт время, и ты сама начнёшь их ненавидеть. Или себя. Зависит от того, что они с тобой сделают. Эмбер почувствовала, как по её телу пробежала очередная волна мурашек. Только уже не от приятных прикосновений Вай, а от страха и тихой паники внутри. Вай говорила слишком убедительно, чтобы ей не верить. — Просто послушай меня, Лисёнок. Я не желаю тебе плохой участи, и я тебе не враг. Я лишь хочу спасти тебя. Поэтому я прошу – не связывайся с ними. Люди слишком быстро и незаметно для других меняют маски. «А есть ли сейчас маска на твоём лице, Вай? Настоящий ли ты? Ты ли это?» — невольно промелькнул вопрос в голове у Эмбер, но задавать его вслух она так и не стала. — Райс! Грубый мужской голос раздался с конца коридора, заставив обеих девушек повернуть головы на звук. Стив стоял, спрятав руки в карманы своих брюк, его брови сошлись на переносице. Не нужно было ничего объяснять, Вай знала: он – часть этой системы. Монстр, возглавивший её вместе с Полли. И наверняка именно Полли познакомила Эмбер со Стивом. Нолан зря строил из себя джентльмена, делая вид, будто вступился за девушку, оказавшуюся в лапах такой личности, как Вай. И если на наивную Эмбер навешать лапшу было проще простого, то вот Вай на такое уже не повелась бы. Стив сделал несколько шагов ближе к девушкам, его взгляд почти обжёг Вай. — Тебе прошлого раза мало было? — Стив приблизился ближе, почти вплотную к Вай, словно он намеревался задавить её своим телом, но та даже не дёрнулась и не попыталась отстраниться. Вай сжала кулаки и до боли стиснула зубы. Очередное напоминание о прошлом разе остриём заточенного клинка вонзилось в её голову. Сколько бы раз она не пыталась забыть этот ужас, всегда находилось что-то или кто-то, напоминающий о произошедшем. Было ощущение, что Вай намеренно ломали и пытались довести, дабы посмотреть, на сколько ещё хватит её выдержки и сил. Но она не сдавалась, слабость не показывала и даже сейчас смотрела на Стива – самого отвратительного для неё человека в её жизни так, будто мысленно разрезала его на части, наблюдая за его мучениями. Нет уж, не сдастся. Не сегодня. — Пришёл в очередной раз напомнить о своём трусливом поступке, который случился в прошлый инцидент? — буквально выплюнула она. — Мы все прекрасно помним. — О, да, то ещё зрелище было, — подтвердил Стив, и на его губах заиграла ухмылка. Эмбер, молча стоявшая между ними и слушающая их диалог, периодически переводила взгляд со Стива на Вай и наоборот. Она не понимала, что и когда произошло, о чём они говорили, но точно осознала одно – эти двое ненавидят друг друга даже больше, чем она предполагала изначально. — Тебе явно понравилось наблюдать за тем, как всё рушилось прямо на твоих глазах, да, Вай? — продолжил Стив, тон его голоса стал насмешливым. — Обидно, что выбрали не тебя? Ногти впились в ладони до боли, когда Вай сжала кулаки сильнее, а её тело напряглось так, словно она была готова броситься на Стива в любой момент, если тот осмелился бы ещё что-то сказать. — Она не выбирала, — шикнула Вай, и в её голосе смешались какие-то несвойственные ей ноты грусти и отчаяния, прорывающиеся через фасад злости и ненависти. — У неё вообще не было выбора! Эмбер снова посмотрела на Вай. Та всё ещё прожигала взглядом Стива, наверняка желая в данный момент разбить его лицо о подоконник. «Как бы взяла всю свою силу в кулак и в твою ухмыляющуюся рожу кинула!» — думала про себя Вай, хмуря брови настолько, что между ними залегла небольшая складка. Стив же останавливаться не планировал. — Что, Вай? Нравилось ощущать себя беспомощным, так ещё и виноватым? Не втяни ты её в это дело, всё могло бы сложиться иначе. Эмбер вновь задумалась, услышав очередное «она». Та ли это девушка, с которой сравнила её Вай? Наверняка да. Теперь Эмбер хотелось узнать ещё больше, что с ней случилось. Вай резко схватила Стива за воротник и притянула к себе. Её глаза горели огнём, когда она буквально прорычала в его лицо, словно в неё вселился голодный хищник, и сейчас она разорвёт Нолана на части: — Сука, закрой свою грязную пасть, если не хочешь потом ползать по полу, подбирая собственные выбитые зубы! — И что ты мне сделаешь? Ударишь прямо в школе? Твоя репутация, как отличника будет нарушена безвозмездно. А ты ведь так долго стремился на вершину. Готов потерять всё в одночасье? Вай встряхнула Стива, её хватка на его одежде заметно усилилась, судя по выступившим венам и побелевшим костяшкам. — Я сказал, блядь, закрой рот! Вай прекрасно понимала, что хорошенько съездить по морде Стиву у неё действительно не получится. Если бы они оказались на заднем дворе школы, где никто не способен их увидеть в тени деревьев, а ещё лучше – за забором, где территория считалась нейтральной и часто обходилась стороной учителями, она бы не стала медлить и со всей дури бы приложила его лицом в асфальт. Но в школе и впрямь было легко потерять репутацию. А Вай не была готова терять то, что так долго выстраивала. Даже, если это касалось оценок. Эмбер больше всего боялась, что сейчас эти двое точно сцепятся, и начнётся драка. Она, сама от себя того не ожидая, подошла ближе, едва ли не вклинившись между Вай и Стивом. — Прекратите! — испуганно заверещала она, заставив обоих повернуть головы в её сторону. — Вы совсем с ума сошли?! Взгляд Вай внезапно смягчился, словно она только что увидела перед собой потерявшегося котёнка, который жалобно мяукал и боялся. Она с трудом заставила себя выпустить из рук одежду Стива и повернулась к Эмбер. — Прости, Лисёнок. Не хотел пугать. Вай одарила Эмбер ласковой улыбкой, отчего у той в груди разлилось какое-то тепло. Рука Вай чуть дёрнулась, мимолётным касанием, будто случайно задев руку Эмбер. Стив ничего не сказал и извиняться за устроенную с его же подачи сцену не собирался. — Снова играешь в благородного рыцаря, Вай? — вместо этого сказал он. Но Вай уже особо не реагировала, слегка успокоившись. Однако прежде чем уйти, она снова окинула Стива презрительным и злобным взглядом, а затем сказала: — Если хоть пальцем её тронешь – я тебя заживо закопаю. В её голосе не было повышенных нот или чего-то подобного, но от спокойного тона и холодной угрозы становилось страшнее, чем когда человек кричал бы «Я тебя убью!». Поправив рюкзак на плече, Вай развернулась, спрятав руки в карманах брюк, и направилась дальше по коридору. — Наконец-то ушёл, — Стив поправил одежду, которую Вай ему знатно помяла за эти пару минут. — Ты в порядке? — обеспокоенно спросила Эмбер, глядя на Стива. Тот кивнул. — Да, я в порядке. Не обращай внимания на этого придурка. У него уже давно крыша едет. — Я заметила, — сказала Эмбер, глядя вслед уходящей Вай. — Полли он тоже избивает. Но почему никто не предпринимает никаких мер? Такой агрессивный человек может быть очень опасен для общества! Стив пожал плечами. — Вряд ли он может быть опасен. Все его действия – это действия, которые применяют малолетки, когда хотят показаться взрослыми и крутыми. Кишка тонка, чтобы опасным быть. — Я бы всё равно была с ним поосторожнее, кто знает, что у него на уме, — сказала Эмбер, на что Стив согласно кивнул. И Эмбер решилась. — А какая между вами история? Вы же не просто так терпеть друг друга не можете, правда? Стив вздохнул, запустив пальцы в свои волосы. — Твой жест мне уже о многом сказал, — заметила Эмбер с лёгкой улыбкой. — Да, у нас действительно есть общая история. Но она не очень приятная… «Я догадывалась», — подумала про себя Эмбер. Она осторожно придержала Стива за локоть, когда он уже собирался уходить. — Расскажи мне, что произошло. Все что-то скрывают от меня, говорят, но не договаривают. Я устала постоянно быть в неведении. Стив кивнул. — Мы с Вай были друзьями, с восьмого класса постоянно ходили вместе везде. Хулиганили. Ну там на крышу взбирались, по гаражам бегали. В общем, были достаточно близки, как братья. А потом в одной компании мы познакомились с девушкой. — Та самая, про которую вы только что говорили? — полюбопытствовала Эмбер. — Да, она, — Стив выдержал короткую паузу. — В общем, мы оба в неё влюбились и стали соперничать. Выбор девушки в итоге был сделан в мою пользу. Вай этого не выдержал, ведь он по своей натуре считал себя победителем во всём, а тут ему отказала девушка. Впервые в его жизни. Вай разозлился и решил «отбить» девушку у меня силой. — О, боже… — Эмбер приложила руку ко рту, не ожидав таких действий со стороны Вай. — Вы с ним..? — Да, много раз, — подтвердил Стив. — Даже, когда победа оставалась за Вай, девушка делала выбор в мою пользу. Вай это ненавидел, и его поступки привели к ужасным последствиям. Он явно решил, что если объект его любви не достался ему, значит, он никому больше не должен достаться. И так и случилось. У Эмбер всё похолодело внутри. Она даже не предполагала, что в Вай могло быть столько жестокости, сколько обычно бывает только в маньяках, про которых она слышала по телевизору или читала в статьях. И страшнее становилось, когда она осознавала, что такой опасный человек находился рядом с ней. Эмбер не была уверена, что хочет знать об этом, но любопытство оказалось сильнее, и она всё же спросила: — А эта девушка… Что с ней случилось? — Эмбер постаралась задать вопрос непринуждённо, но когда он уже слетел с её губ, она вдруг осеклась. Если Стив любил эту девушку, то наверняка ему может быть больно об этом вспоминать. Эмбер сразу же добавила: — Если… Если тебе неприятно, ты можешь не говорить. Я понимаю, что мне не стоило задавать такой вопрос… — Её уже нет в живых, — спокойно ответил Стив, заставив Эмбер вздрогнуть. — Она..? — Эмбер открыла рот, но так и не смогла закончить предложение. Говорить об этом было слишком тяжело даже ей, хотя она даже не знала, кем была та девушка и какая она, а каково тогда Стиву? — Да, нарвалась на гнев Вай. Следствие постановило, что она была задушена. «Боже, это же настоящее убийство… — подумала Эмбер. Сердце бешено колотилось у неё в груди. — И такой человек, как Вай, всё ещё рядом с нами…» — Почему его не посадили? Это же… — всё же произнесла Эмбер вслух очередной свой вопрос. — Много причин, по которым его не посадили, — пожал плечами Стив. — Но самая основная, пожалуй, деньги и связи. Вай из очень обеспеченной семьи, его близкие запросто смогут отмазать его от жестокого правосудия. Плюс никто особо не хотел копаться в этом деле. Вай далеко не глупый и выставил всё так, будто жертва сама повесилась. А полиции что? Ну да, они знали из показаний свидетелей, что мы с ним соперничали из-за девушки, видели, что Вай иногда приходил к ней домой и угрожал и прочее, но никто не подумал, что это может быть настолько серьёзно. В итоге все решили, что девушку просто довели муки выбора, и она решила таким образом избавиться от проблемы. Ну, знаешь, не выдержала давления со стороны двух парней. Подростки же, что с них взять? Эмбер не верила своим ушам. Рядом был убийца, избежавший наказания, и если ещё кто-то станет жертвой, дело вновь закроют. А ведь в следующий раз жертвой может оказаться кто угодно. Даже сама Эмбер, которая сейчас тщетно пыталась себе внушить, что девушка и впрямь могла повеситься сама, а вовсе не была задушена чужими руками. Но всё снова возвращалось к Вай. И если он однажды навредит ей, возможно, ей никто не поможет или даже не узнает, кто стоит за этим. По коридору разнеслась трель школьного звонка, оповещая о начале урока. Стив быстро попрощался с Эмбер, поцеловав её в щёку, и двинулся в противоположную от неё сторону. Эмбер на урок не особо спешила, поэтому к классу направилась вялой и медленной походкой, чего ранее себе никогда не позволяла. В голове всё ещё крутились сотни мыслей о словах Стива и поступках Вай, из-за чего в черепной коробке буквально образовывалась каша из мыслей. Эмбер не знала, что ей делать дальше, как защищаться в случае опасности, если только не просить помощи у Стива. Одно она знала точно – если уж не получается не пересекаться с Вай совсем, её следовало максимально избегать. Ради собственной же безопасности.

***

Джейс нервно сжимал и разжимал в ладони руку Виктора, слушая звук аппарата и тщательно наблюдая за лицом возлюбленного в надежде увидеть, как чужие ресницы дрогнут, или почувствовать, как его пальцы сожмут ладонь Джейса. Талис проклинал себя за то, что в тот вечер всё-таки послушался Виктора и не проводил его домой. И вновь из-за собственного страха и репутации. А теперь из-за его страха Виктор лежал в больнице, и неизвестно, придёт ли он в себя. Но Джейс старался не думать о плохом. Он надеялся, что его возлюбленный очнётся, и тогда у них наконец-то всё будет хорошо. Возможно, даже лучше, чем раньше. Сейчас, глядя на избитого до неузнаваемости Виктора, в голове у Джейса возникали определённые образы. Он никогда не признавался в них вслух даже самому Виктору, но в глубине души уже представлял эту картину, как они сдадут экзамены, переедут в Нью-Йорк, где больше не будут прятаться, поженятся, усыновят ребёнка и будут самыми любящими и заботливыми отцами в мире. Сейчас всё это казалось чем-то сродни фантастики, которая никогда бы не произошла в реальности. Но Джейс не сдавался. Он продолжал несколько раз в день посещать палату Виктора, боясь упустить тот момент, когда он придёт в себя. Но сколько бы он ни пытался, Виктор пока в себя не приходил. Постоянно, буквально изо дня в день сменяющиеся вердикты врачей только нагоняли тревогу, и Джейс уже не знал, что ему думать. Джейс протянул руку и аккуратно коснулся щеки Виктора, словно хотел этим самым прикосновением вылечить огромную фиолетовую гематому. Джейс всегда был больше дипломатичным человеком, но сейчас жалел о том, что отказался от предложения Вай когда-то научить его с её слов «хорошенько съездить недоброжелателю по морде». Тогда бы он самолично нашёл тех, кто так поступил с Виктором, и проделал бы с ними то же самое. — Вик, всё будет хорошо, слышишь? Ты выкарабкаешься, и всё у нас будет прекрасно. Верь мне, — шептал Джейс. Он повторял эти слова, как мантру. Врач говорил, что даже находящиеся в коме пациенты могут слышать и узнавать голоса родных или любимых. Вот Джейс и пытался таким образом достучаться до Виктора, оказывая ему необходимую поддержку. — Помнишь, как ты… Как я однажды хотел похвастаться перед тобой своим умением кататься на велосипеде без помощи рук и едва не въехал в дорожный знак? Джейс тихо рассмеялся. Вспоминать о том времени, когда они, ещё будучи друзьями, но уже начавшие испытывать друг к другу отнюдь не дружеские чувства, часто соревновались за звание «лучшего мужчины в мире». Абсолютно неважно, что было причиной: будь то прыжок в длину, езда на велосипеде на скорость, или даже количество съеденных гамбургеров. Они цеплялись за всё. Заводилой подобных вызовов всегда был Талис, а Виктор никогда подобными достижениями хвастаться не любил. Поэтому, сам того не предполагая, часто становился победителем споров. Однажды, во время летних каникул Джейс в очередной раз решил доказать, что он – гораздо больше, чем просто школьник и сын влиятельных родителей. Так он предложил Виктору и остальным друзьям, в числе которых были Вай, Даниэль и Марк, показать, что может проехать всю велосипедную дорожку без рук. Виктор тогда ещё пошутил над ним, сказав, что «он доедет лишь до первого столба», а Вай предположила, что как минимум один столб Талис точно снесёт. До первого столба, а точнее дорожного знака, на котором и был изображён велосипед, Джейс действительно доехал, а после действительно едва не снёс его. Его занесло в сторону, и он едва успел перехватить руль, но сохранить равновесие всё равно не смог, из-за чего встретился лицом с травой. Под звонкий смех своих друзей, их колкие комментарии и овации, Талис поднялся и ещё долго ругал противную траву, посмевшую оказаться у него во рту, столб, стоявший так некстати, и сам мир за то, что «обычно у него всегда всё получалось, кроме этого дня». Такие воспоминания грели душу, и Джейс знал, что будь Виктор сейчас в сознании, он бы непременно посмеялся бы. Хотя бы потому, что в тот злополучный день он смеялся громче всех, пока Вай, глядя на то, как Джейс доставал из волос травинки и листья, дразнила его, сравнивая с павлином. Джейс сжал руку Виктора сильнее, переплетая их пальцы, и прижался к ней лбом, вздыхая. Сейчас, как бы он не хотел признаваться себе в этом, винил во всём себя. Особенно в том, что не защитил Виктора. И теперь он понял, что на самом деле всегда винил себя, когда Виктору было больно. Ему было больно из-за него, его решений, его поступков, его страхов. Всё делал Джейс, а платил за это Виктор. Талис зажмурился, чтобы сдержать слёзы, хотя прекрасно знал, что это не особо помогло, когда почувствовал, как одна слеза всё же покатилась по щеке. В его семье плакать для мужчины было позором, а вот женщин считали истеричками, способными только на слёзы на пустом месте. Но Джейс знал, что это не так. Он прекрасно видел примеры женщин, которые не только не плакали, но и в прямом смысле выгрызали свои права и своё достоинство. Такой всегда была Вай. Учась с ней с восьмого класса, Джейс часто становился свидетелем регулярных нападок в её сторону, но никак не решался противостоять им. Однако Вай смогла постоять за себя сама. Более того – ещё и его научила своё мнение отстаивать. И если бы семья Джейса узнала, что какая-то девчонка из грязного района и практически сирота при живых родителях научила его быть таким, каким он был сейчас, они бы точно сказали бы что-то в духе: «Джейс, ты идиот? Тебя уделала девчонка!» Именно Вай впервые не осудила Джейса за слёзы, убедив его, что показывать свои эмоции, давать накопленной боли выйти наружу таким образом – это нормально. Именно Вай свела Джейса и Виктора, когда те не знали, как будут признаваться друг другу в чувствах. И именно Вай всегда могла дать бестолковому другу подзатыльник и направить его в нужную сторону, стоило тому свернуть с намеченного пути. И нет, Джейс не чувствовал себя униженным женской непоколебимой силой, он был как никогда благодарен Вай за то, что она уже сделала и продолжала делать по сей день. Дверь в палату внезапно распахнулась, и в проёме показалось знакомое лицо женщины. Интуитивно Джейс сжал руку Виктора сильнее, из-за чего кожа на костяшках натянулась настолько, что, казалось, сейчас она просто порвётся по швам, как дешёвая ткань. — Что ты здесь делаешь? — спросил он, его голос стал чуть грубее. — И как ты вообще узнала, где я? Ты что, следила за мной? Мэл сделала пару шагов вперёд, войдя в палату и закрыв за собой дверь. Подойдя к Джейсу, она мягко положила ладонь на его плечо, но тот не подал никаких признаков того, что почувствовал это. Даже не вздрогнул. Словно в один момент его тело стало каменным и безжизненным, утратившим способность чувствовать. — Как он? — проигнорировав вопросы Джейса, спросила Мэл. — Какое тебе дело до его состояния? — шикнул Джейс. — Разве тебе не будет легче, если он… Джейс не смог договорить. В его голове сейчас был только один исход – тот, в котором всё хорошо. И думать в другом ключе он даже не хотел. «Нет, всё закончится хорошо, иначе и быть не может», — внушал он себе. — Мне не всё равно, — вдруг произнесла Мэл, убрав руку с плеча Джейса. Она подвинула стул и села рядом. Джейсу внезапно показалось, что в её глазах промелькнуло сочувствие. — С каких пор? — поинтересовался Талис. Мэл вздохнула и отвела взгляд. — Я… — начала она, запнувшись, не зная, как сказать то, что собиралась. — Я поняла кое-что. — И что же ты поняла? Мэл ещё какое-то время подумала над ответом. Она понимала, что скорее всего сейчас шокирует Джейса своим откровением, но знала, что молчать больше не было смысла. Ей казалось, что за это время она установила хоть какие-то доверительные отношения с Джейсом. И даже, если сам Талис об этом не знал, она хотела показать ему, что и он может доверять ей. — Ты с самого начала был честен со мной. Я решила тоже быть честной с тобой. Когда я узнала, что ты любишь Виктора, я поначалу разозлилась и даже испытала отвращение. Для меня это было неприемлемо. Я была уверена, что ты – типичный мажор, который решил воспользоваться удачей и нашими отношениями, моими связями, чтобы достичь желаемого. Джейс нахмурился. Ему уже не понравилось, в какое русло шёл этот разговор. — Мэл, не нужно строить из себя жертву. Я и не пытался… Она выставила вперёд ладонь, прервав его речь. — Дай мне договорить. Я не сразу поняла, что ты никогда меня не обманывал. Я была уверена, что наши отношения – твоя инициатива, но потом я поняла, что ты в этой ситуации – такой же удобный рычаг для своей семьи, как и я для своей. Джейс неосознанно сжал свободную руку в кулак. Слова Мэл словно в очередной раз напомнили ему о том, насколько он зависим от решений своей семьи и насколько не может выбраться из умело сплетённой их руками паутины-ловушки. Но последние слова Мэл о том, что она тоже рычаг, что они не имеют так уж много различий, как он предполагал, заставили Джейса перевести удивлённый взгляд на неё. И отчего-то Мэл хотелось верить. Она казалась искренней. — Ты – рычаг? — недоверчиво спросил Джейс. — Тебя это удивило? — с горькой улыбкой задала ответный вопрос Мэл. — Это частая практика с детьми в богатых семьях. Но речь сейчас не обо мне. Джейс кивнул. — Продолжай, — сказал он безэмоциональным тоном. Ему хотелось услышать её размышления до конца. — Я поняла, что использовать кого-то в своих целях – это не твоя инициатива. Ты совсем не похож на такого человека. Помнишь, как я сказала, что наши отношения будут выгодны всем? Это правда, но тогда я поступила с тобой жестоко, когда упомянула про письмо… Сейчас я будто бы… Ох, я не знаю… — она потёрла лоб пальцами, прикрыв глаза, будто бы её внезапно одолела сильнейшая головная боль, которую она безуспешно пыталась унять. — Повзрослела, давай назовём это так, чтобы было понятнее. Я поняла, что нельзя заставить человека полюбить кого-то против его воли. Сердце и разум, они… Они работают вместе, они сами выбирают тех, кого считают нужным. И если твои сердце и разум выбрали Виктора, значит, так и должно быть. Это правильно. И… — она робко коснулась руки Джейса, чуть сжав его ладонь. Молчаливый жест поддержки. — Кто я такая, чтобы мешать чужому счастью? У Джейса оставались ещё вопросы, но задать их сейчас он почему-то не решился. Может, боялся, что услышит то, что не хотел услышать? «Мать твою, Талис, просто прекрати бояться!» — сказала бы ему Вай, но её здесь не было. И попросить совета было не у кого. Будь она рядом, непременно нашла бы выход из ситуации, да ещё и пошутила бы в процессе, в очередной раз напомнив Джейсу, что его «золотая задница опять ищет приключения». — Я не отказываюсь от своих слов про письмо, — неожиданно прозвучавшие слова Мэл вывели Джейса из раздумий. — Я напишу его. Но теперь я сделаю это просто так. Просто потому, что я хочу помочь тебе. Помочь вам с Виктором. Потому что это будет правильно. Джейс почувствовал, как от сердца буквально отлегло от её слов. Он никогда не думал, что в семье Медарда есть кто-то, кто способен на чистое бескорыстное милосердие. Но Мэл… Мэл, которая прямо сейчас сидела рядом с ним и сжимала его руку, как бы поддерживая, говорила слова, которые он не ожидал услышать от неё, но в которых так нуждался… Всё это было похоже на сон. На какое-то мгновение в голове Джейса промелькнула мысль – а не тщательно ли это спланированная ловушка? Семья Медарда была известна своими умениями к манипуляциям и склонностью к интригам. Ходили даже слухи, что Амбесса Медарда шантажировала семью своего будущего мужа, лишь бы те его отпустили. Словно предчувствуя его вопрос, Мэл сказала: — Я знаю, о чём ты сейчас думаешь. Нет, это не ловушка. Я действительно хочу помочь. Я вижу, что по-настоящему счастливым тебя делает только один человек – это Виктор. И я не стану препятствовать твоему счастью. Выбери свободу, Джейс. Не позволяй обстоятельствам сломать тебя. Она поднялась с места, поправив ремешок сумочки на плече, и направилась к двери. Когда её рука уже легла на ручку двери, Джейс внезапно вскочил с места, повернувшись к ней лицом. — Мэл! — позвал он её, на что она замерла и лишь слегка повернула голову в его сторону. На минуту воцарилась тишина, прежде чем Талис, наконец, нашёл голос и произнёс: — Спасибо. Он никогда даже не предполагал, что однажды скажет ей искреннее «спасибо», но в этот момент был уверен – она заслужила гораздо больше, чем простое «спасибо». Мэл лишь улыбнулась. Пожалуй, самой светлой и доброй улыбкой, на которую она только была способна, прежде чем её рука всё же повернула дверную ручку, открывая дверь, и её фигура не исчезла в коридоре больницы. Лёгкий щелчок двери, и ответная улыбка озарила лицо самого Джейса. Пожалуй, тоже очень даже настоящая и искренняя за последнее время.

***

— Лузер! — Полли легонько ткнула проигравшего ей в очередной раз в покер Карла локтем в бок. Она гордо задрала подбородок вверх, снисходительно посмотрев на него. — Я же говорила, что ты продуешь. А разговоров-то было… — Ой, всё, заткнись, — Карл отмахнулся, скрестив ноги, поудобнее устроившись на полу. — Чёрт возьми, я не знал, что ты настолько хороша в этом. Ладно, я слушаю твоё желание. Дом Полли сегодня пусть и не планировал устраивать шумные вечеринку или посиделки, свои двери всё же открыл для компании её друзей. Хотя сегодня Полли предпочла ограничиться количеством людей и вместо целого класса и пары знакомых из параллельных классов пригласила в дом лишь своего самого близкого друга Стива и двух его друзей – Роберта и Карла. Эмбер, как свою лучшую подругу и девушку Стива, Полли, конечно же, тоже пригласила. Поначалу Стивенсон чувствовала себя очень неуютно. Ранее ей не приходилось находиться в компании, где парней больше. Но присутствие Полли хоть немного её успокаивало. Эмбер не умела играть в покер, поэтому она предпочла лишь молча наблюдать за тем, как играли эти четверо. Лучше всех в покер играл Стив, на втором месте была Полли, так как Стив был единственным, кому она проигрывала. А Роберт и Карл делили третье место. Если только они не поддавались. — Эмбер, хочешь сыграть? — внезапно предложила Полли. — Ты меня обыграешь, — с улыбкой сказала Эмбер, а её щёки покраснели от смущения. — Сыграй со мной, малышка, — ласково произнёс Стив, притянув Эмбер за талию ближе к себе, проводя носом по её щеке. Он шепнул ей на ухо: — Я поддамся. — Эй, так нечестно! — в унисон возмутились Карл и Роберт. — Всё в порядке, Стив, — убедила его Эмбер, мягко коснувшись его руки, которая сейчас лежала на её колене. — Я не буду играть. Полли чуть подалась вперёд. Встав на четвереньки, она прогнула спину, из-за чего её и без того короткие домашние шорты слегка задрались на бёдрах, обнажая ещё больше кожи. Подобно кошке, грациозными медленными движениями, она подползла к Эмбер, заглянув ей в глаза. — Эмбер, не отрывайся от коллектива, — почти промурлыкала она, заметив, как лицо той покраснело ещё больше. Полли придвинулась ближе, кончик её носа коснулся выбившихся из косы рыжих прядей. Её голос стал совсем интимным, когда она прошептала Эмбер на ухо: — Будь хорошей девочкой. По спине Эмбер пробежали приятные мурашки. Мурашки, которых она никогда не чувствовала настолько сильно, когда всё то же самое с ней делал Стив. Так почему Эмбер в данный момент так реагировала на Полли? Что-то в этой девушке, её стройной фигуре, её белых волосах, похожих на чистый лист бумаги, серо-голубых глазах, и самое главное – этих пухлых губах, которые всегда были накрашены ярко-красной или тёмно-вишнёвой помадой, заставляло сердце Эмбер подпрыгивать где-то в груди. И она не знала и даже не догадывалась, почему это происходило. Почему Стив, в которого она была влюблена, не вызывал в ней таких чувств? Но стоило Полли что-то попросить у Эмбер, как той тут же хотелось это выполнить, наплевав на то, насколько это могло быть сложным для неё. Наблюдающие за данной картиной Роберт и Карл сглотнули, и только Стив оставался непреклонен. Эмбер восприняла это как добрый знак. «Он не смотрит на других девушек, значит, он будет мне верен», — думала она. Хотя сама Эмбер чувствовала себя неловко и испытывала сильнейшее чувство стыда и даже вину. Она и то засмотрелась на изгибы Полли, будучи девушкой. И от осознания этого ей становилось не по себе. А вот Карл и Роберт почти подавились слюнями, особенно когда Полли чуть дёрнула бёдрами, сдвинув их в сторону. — Может, ещё и стриптиз станцуешь? — насмешливо спросил её Карл, будто бы подколов. Полли хмыкнула. Идея с танцем ей явно понравилась. Но больше ей понравилась реакция Эмбер. И сейчас Полли было интересно узнать, как далеко она сможет её завести. — Только, если я проиграю, пупсик, — игриво подмигнула Полли. Эмбер почувствовала, как в горле образовался комок. Она попыталась незаметно сглотнуть его, но в душе понимала, что ужасно хочет увидеть, как Полли проиграет и станцует. Видела бы сейчас Эмбер её мама… — А ты поддайся, — Карл постучал пальцем по подбородку. Полли надула губы. — Тогда это будет нечестно, — ответила она, но улыбаться не перестала. — Так хочется посмотреть на мой танец? Полли поднялась с колен, выпрямившись во весь рост, и сделав резкий поворот, отчего её волосы разлетелись по во все стороны. — Знаешь, пожалуй, ты обойдёшься, — она щёлкнула Карла по носу, коснувшись его подушечкой пальца. — Эмбер, может, ты всё-таки попробуешь? Ребята всячески начали подначивать Эмбер, пока та отпиралась, ибо из-за своих незнаний не желала позориться. Но большее влияние на неё оказали даже не слова Стива, а слова Полли. Та словно знала на какие точки нужно надавить, чтобы заставить кого-то сдаться. — Красотка, — нежным тоном позвала Полли. Её пальцы чуть коснулись руки Эмбер. — Сделай это ради меня. Ты же можешь, верно? — Л-ладно… — поддалась на уговоры Эмбер, поняв, что кого-кого, а просьбы (или приказы?) Полли действовали на неё особенно остро. Весьма забавно, что на те же самые слова от Стива Эмбер не отреагировала. — Играй с Карлом, — посоветовала Полли. — Мы-то тебя со Стивом в два счёта обыграем. Без обид, красотка, но это так. — Хорошо, — отпираться Эмбер уже не видела смысла. Тем более, когда Полли смотрела на неё такими глазами, словно у брошенного котёнка – умоляющими, но оттого ещё более красивыми. — Я объясню тебе правила, — сказал Стив, собирая карты. — Играем в классический техасский покер. Стив начал тасовать карты, и Эмбер почувствовала некую нервозность. Несмотря на то, что играли они не на деньги, желания были для неё практически идентичны деньгам. И если в Стиве и Полли она была уверена, то Карла и Роберта знала недостаточно хорошо, чтобы быть уверенной в их пожеланиях. — Итак, смотри сюда, — приготовился объяснять правила Стив. — Начнём с анте. Это стандартная раскладка. Я выдам вам с Карлом по две карты и положу ещё пять. Задача каждого из вас – составить лучшую комбинацию или заставить соперника сбросить карты. Стив объяснял правила по ходу игры, и хоть Эмбер слушала внимательно, многое она всё равно не поняла. Поэтому, пройдя игру в четыре этапа и подойдя к концу, Эмбер не была удивлена, что оказалась в числе проигравших. — Да! — радостно крикнул Карл, отчего сидящий рядом Роберт, не ожидавший такого, даже подпрыгнул. — Я победил! Теперь ты должна мне желание. «А вот и мой смертный приговор», — подумала про себя Эмбер, но вслух всё же произнесла: — Ну хорошо. Какое? — про себя Эмбер молилась, чтобы Карл попросил что-то адекватное. Карл долго думал, и в итоге всё же произнёс то, отчего у Эмбер побежала по телу новая волна мурашек: — Поцелуй Полли. Но не как подругу. Поцелуй её так, словно целуешься со своим парнем – горячо, страстно, откровенно. Эмбер почувствовала, как её щёки вновь залил румянец, а кончики ушей начали гореть. Самое забавное в этой ситуации было то, что даже со Стивом, который был её парнем, она так, как описал это Карл, не целовалась. Но почему-то перспектива поцеловать Полли показалась Эмбер достаточно заманчивой. Натянув рукава своего свитера настолько, чтобы в них можно было спрятать руки полностью, оставив снаружи лишь кончики пальцев, она опустила взгляд на ковёр. — Н-ну… Только если Полли не против… — робко произнесла Эмбер. Почему-то в тот момент её совсем не волновало мнение Стива, главнее было мнение Полли. И Эмбер не могла определить, рада ли она, когда Полли положила руки на её плечи, а затем они скользнули выше, поглаживая шею и обхватив щёки. Серо-голубые глаза напротив засияли, а тёмно-вишнёвые губы изогнулись в лёгкой улыбке. — Я не против, красотка, — сказала Полли, придвигаясь ближе к Эмбер. — Давай покажем им. Ты же доверяешь мне? Эмбер несмело кивнула, но всё же не решилась рассказать о том, что вообще не умела целоваться. Для неё стало неожиданностью, когда Полли без предупреждения подалась вперёд, и её губы встретились с губами Эмбер. Эмбер на мгновение замерла, не зная как реагировать и что делать, но поцелуй ощущался слишком приятным. Закрыв глаза, Стивенсон отдалась этим новым и совершенно незнакомым для неё чувствам. Поняв, что она не возражает, Полли решила пойти дальше. Она провела языком по нижней губе Эмбер, касаясь линии, где губы сходились. «Что она делает? Она просит меня открыть рот?», — подумала Эмбер. Она вообще не разбиралась во всех этих жестах, но всё же решила рискнуть и чуть разомкнула губы. Недолго думая, Полли почти впилась в её рот, скользнув языком внутрь, отчего Эмбер издала лёгкий стон. С каждой секундой ей это нравилось всё больше и больше, и Эмбер поняла, что совершенно не желает, чтобы этот момент заканчивался. Полли вела себя очень уверенно, кусая и облизывая чужие губы, будто бы она пыталась полностью поглотить их. Когда Полли отстранилась, Эмбер тяжело дышала, а её губы были чуть влажными и припухшими после такого интенсивного поцелуя. «О, боже, я целовалась с девушкой… И мне это понравилось…», — промелькнуло у Эмбер в голове. Она всё ещё не могла поверить в то, что свой первый страстный поцелуй отдала не кому-то и даже не Стиву, а своей лучшей подруге Полли. Мама Эмбер однозначно бы после такого приписала дочь к лесбиянкам и требовала бы двадцать четыре часа каяться перед богом, стоя на коленях и читая самую длинную в мире молитву. Но Эмбер пыталась успокоить себя тем, что она просто выполнила задание. Подростки ведь часто так развлекаются, и это ничего не значит, правда же? Все трое парней заворожённо смотрели на них, пока Роберт не протянул: — Ну вы даёте… Эмбер посмотрела на Стива, но он лишь хмыкнул, кажется, совершенно не возражая, что его девушку только что поцеловала их общая подруга. — Здорово, мне понравилось, — внезапно сказала Полли, отчего Эмбер покраснела ещё больше, крепче сжав рукав свитера. — Я бы даже повторила. Эмбер решила, что это идеальный момент, чтобы спросить у Полли то, что она не могла добиться от мамы. Она кашлянула, дабы привлечь её внимание, и когда та повернулась к ней, произнесла: — Полли, а можно поговорить с тобой наедине? Как девочка с девочкой… Парни хихикнули: — О, у кого-то секретики? — уходить они явно не планировали. — А, может, мы тоже хотим послушать? Но Полли шикнула: — А ну брысь отсюда! Нечего вам здесь вынюхивать. Ребята были явно недовольны тем, что Полли их выгоняла, но спорить с ней не решились. Уйти пришлось даже Стиву, который предпринимал попытки остаться, ибо Эмбер – его девушка. Но Полли выгнала и его. Когда ребята вышли, а комната стала принадлежать лишь женским владениям, Полли с улыбкой задала вопрос: — О чём ты хотела поговорить, красотка? Эмбер так и не смогла понять, почему слова и действия Полли на неё влияли. Но стоило той в очередной раз назвать Эмбер красоткой, как щёки Стивенсон моментально окрашивались в приятный розоватый цвет. Почему-то Стив не вызывал у неё похожих чувств, а вот Полли и… Вай… Эмбер прочистила горло, не зная, как задать такой вопрос. Но отступать было уже поздно. — Я… Я хотела спросить кое-что… — она нервно теребила собственные пальцы. Полли устроилась на полу рядом с ней и выжидающе посмотрела на Эмбер. Та вздохнула, собираясь с духом, и всё же спросила: — Т-ты… Ты знаешь, что такое мастурбация?.. Полли мягко улыбнулась. — Конечно, это очень приятное занятие. Ты никогда не пробовала? Эмбер отрицательно покачала головой. Полли такому ответу даже не удивилась. Для неё Эмбер сейчас воспринималась, как редчайший музейный экспонат. Или как ребёнок, который постоянно подбегает к родителям с вопросами. — А хочешь попробовать? — внезапно спросила Полли. Эмбер напряглась. Она не ожидала, что Полли предложит ей такое. Смутившись ещё больше, Эмбер промямлила, честно признавшись: — Я не умею… — Не переживай, я всё сделаю сама, — успокоила её Полли. — Хорошо, что мне надо делать? — Просто ложись на ковёр, кровать, куда тебе хочется. Главное, чтобы было удобно и комфортно. Эмбер кивнула и робко легла на спину на ковёр. Огромная кровать Полли выглядела слишком соблазнительно, но Эмбер почему-то постеснялась туда ложиться. — Удобно? — заботливо поинтересовалась Полли, на что Эмбер кивнула. Хотя ей было не очень удобно, и она уже жалела о том, что всё же не выбрала кровать. Полли вновь заговорила: — Не бойся, когда я начну. Я постараюсь быть медленной и аккуратной. Эмбер кивнула, полностью доверившись действиям Полли, хотя даже не подозревала, что будет дальше, и как это явление вообще выглядит. Полли развела её ноги в стороны, и её рука скользнула между них, пальцы игриво прошли по хлопковой ткани белья. Эмбер вздрогнула и приподнялась на локтях, но Полли уложила её обратно. Она молчала, лишь её пальцы продолжили движения вверх-вниз, касаясь ткани. Подняв её юбку на уровень живота, Полли отодвинула трусы Эмбер в сторону, прикоснувшись к ней уже без преград. Эмбер сразу же смутилась и отвернулась, стараясь смотреть в стену, а не на Полли. Полли коснулась нежного места на чужом теле, найдя самую чувствительную точку, которую она тут же начала медленно стимулировать большим пальцем. Её длинные ногти иногда задевали чувствительную плоть, отчего тело Эмбер вздрагивало. Полли делала круговые движения пальцем всё быстрее, но никакого результата не было. Эмбер лежала неподвижно, как статуя. Она не стала влажной, не издавала стонов, не извивалась. — Всё? — спросила Эмбер, всё же обратив свой взгляд на Полли. — Нет. Ты должна была кончить. Но ты этого не сделала. Эмбер почувствовала обиду. Если она не смогла кончить, значит ли это, что она никогда в жизни не познает этого удовольствия? Может, это с ней что-то не так? — О, не переживай. Не у всех это получается с первого раза, — успокоила её Полли. — Попробуй сама. — Я дома попробую… — сказала Эмбер. Полли лишь пожала плечами. — Как хочешь. Эмбер не знала, что её сейчас беспокоило больше: то, что она ничего не почувствовала, или то, что внимание и действия Полли всё же были ей приятны. Поправив трусы и опустив юбку, Эмбер задумалась о том, как она будет смотреть в глаза Стиву после такого. Но все мысли опять переметнулись к Полли, её нежным рукам, ласковому голосу. Эмбер внутренне запаниковала. Нет-нет, это не могло быть правдой. Она же не такая.