За гранью генетической памяти

      Воспоминания накатывали волнами. Барная стойка, мерцающая в полумраке, неоновые вывески, отражающиеся в стаканах виски, приглушённый смех посетителей. Запах пива, табачного дыма и дешового парфюма. Все это казалось сейчас далёкой. Будто это произошло не с ним, а с кем-то другим.       Каждый шаг отдавался эхом, усиливая давящее чувство изоляции. Дезмонду казалось, что стены сжимаются, а потолок давит на плечи. Он остановился в дверном проёме, чувствуя, как к горлу подступает тошнота.       В углу, склонившись над планшетом, работал доктор Мерсер.       — Как спалось? — спросил Алекс, не отрываясь от экрана планшета. Его пальцы быстро бегали по сенсорной клавиатуре, вводя какие-то данные. Его голос, обычно ровный и спокойный, сегодня звучал чуть более мягко, с едва уловимой ноткой заботы, которая, казалось, проскальзывала сквозь броню профессионального равнодушия.       Дезмонд невольно поёжился. Странно, что в этом месте, где его держали в плену, где его тело и разум подвергались насилию, он ощущал хоть какое-то подобие заботы. Это казалось нелепым и противоестественным.       — Не очень, — честно признался он. Говорить не хотелось. Слова будто застревали в горле, превращаясь в сухой, болезненный ком.       Алекс, наконец, оторвался от работы, с тихим вздохом отложил планшет на столик и повернулся к Дезмонду. Его голубые глаза сегодня казались особенно яркими и пронзительными.       — Всё ещё кошмары? — его взгляд был изучающим, словно он пытался заглянуть в самую душу Дезмонда, разглядеть там его страхи, его сомнения, его отчаяние       — Нет. Я потом вообще не смог уснуть, — Дезмонд усмехнулся. Кошмары — это было мягко сказано. Его преследовали не просто кошмары, а ужасающие видения, отголоски чужой жизни, чужой памяти. Он видел кровь, слышал крики, чувствовал боль.       — Это плохо, — Алекс подошёл ближе, изучая его лицо. — Расслабься, — приказал Алекс, доставая из кармана белый пластиковый фонарик.       Дезмонд послушно подчинился, чувствуя, как узкий луч света пронзает его зрачки. Ослепительный свет вызвал мгновенную боль, заставив его невольно поморщиться. Перед глазами поплыли черные точки. Алекс внимательно наблюдал за реакцией, молча.       — Небольшая нервозность, но постараемся это не запускать. Назначу тебе лёгкое седативное, — заключил Алекс, убирая фонарик обратно в карман. — Сам ты как себя чувствуешь? Есть какие-нибудь жалобы?       — Я — военнопленный у тамплиеров, — саркастически улыбнулся Дезмонд, стараясь сохранять спокойствие. — Никаких жалоб.       Алекс на это лишь криво усмехнулся и решил начать работу:       — Сегодня ты погрузишься в воспоминания Альтаира. Нужно выяснить…       Дезмонд не выдержал и перебил его:       — Послушай, — он трясущимися руками провел по лицу. — Тебе самому не противно этим заниматься? Ты видишь, что они делают. Они же помешались на этом. Используют меня, чтобы найти какие-то древние артефакты, чтобы захватить мир! Что они с этим будут делать?! Планы у них явно не очень хорошие. Неужели тебе все равно?       Дезмонд почувствовал, как напряжение в комнате сгущается. Алекс изменился в лице.       — Мне платят, — сухо ответил Алекс. Его голос звучал отстраненно, холодно. — У меня есть свои причины быть здесь.       Алекс замолчал, словно не решаясь продолжить. Он отвернулся, глядя в окно, за которым простирался бескрайный город.       — Деньги? — Дезмонд горько усмехнулся. — Неужели ты продался за деньги? Неужели это всё, что тебе нужно?       — Ты не знаешь, о чем говоришь, — тихо произнес Алекс. В его голосе звучала сталь. — Ложись.       Дезмонд подчинился, несмотря на внутренний протест. Он подошёл к Анимусу, чувствуя, как сердце бешено колотится в груди. Экран машины вспыхнул и мир вокруг него начал растворяться, уступая место чужим, древним воспоминаниям.

~ ДНК ~

      Дезмонд резко распахнул глаза, словно вынырнув из ледяной воды. Воздух обжег легкие, заставив его закашляться. Голос Алекса, приглушенный и обеспокоенный, доносился до него сквозь пелену тумана. Тело отказывалось подчиняться, мышцы были скованы судорогой.       Он попытался встать, но мир вокруг качнулся. Ноги подкосились в тот момент. Слабость сковала его, словно цепями. Он почувствовал, как теряет равновесие, и его желудок свело от тошноты.       Сильные руки подхватили его, не давая упасть. Запах кожи и чего-то неуловимо химического, знакомый и успокаивающий, окутал его. Это был запах Алекса.       — Тише, тише, — прошептал Алекс, придерживая его за плечи. — Всё в порядке.       Дезмонд попытался сфокусировать взгляд на лице Алекса. Он чувствовал его тепло, его близость, и на мгновение ощутил себя в безопасности. Это было странное, обманчивое чувство.       — Что… что случилось? — прохрипел Дезмонд, чувствуя, как горло саднит от сухости.       — Ты слишком долго был в Анимусе, — ответил Алекс, помогая ему сесть в кресло.       Дезмонд закрыл глаза и откинулся на спинку кресла, чувствуя, как пот стекает по вискам. Воспоминания Альтаира всё ещё пульсировали в его голове, напоминая о себе обрывками фраз, вспышками образов, осколками эмоций. Он видел ассасина, двигающегося с невероятной ловкостью, бесшумно скользящего по крышам древних городов. Но эти образы были чужими, они не были его.       Алекс помог ему выпить несколько глотков воды из пластикового стаканчика. Он чувствовал, как напряжение постепенно покидает его тело.       — Ничего серьезного. Просто перегрузка.       — Видик… — Дезмонд скривился, вспоминая жесткий взгляд тамплиера. Этот человек был одержим своей задачей и он не остановится ни перед чем, чтобы достичь своей цели. — Он хочет выжать из меня все до последней капли.       Дезмонд заметил, как Алекс нервно теребит замок на молнии своей кофты. Он был напряжён. Обычно спокойный и собранный, сейчас он казался растерянным и неуверенным.

~ ДНК ~

      Дезмонд стоял под горячими струями воды, позволяя им массировать напряженные плечи, тщётно пытаясь отогнать навязчивое чувство тревоги. Вода обжигала, но он не обращал на это внимания.       Внезапно мир вокруг начал расплываться. Вода перестала ощущаться как вода, а стала густой и вязкой, как кровь, обволакивая его тело мерзкой пленкой. Запах хлорки, обычно резкий и стерильный, сменился едким запахом гари, смешанным с тошнотворным запахом сожжённого мяса и разлагающихся тел. В голове вспыхнули картины — не его, а чужие, выхваченные из чужой памяти. Горящие города, крики боли, мольбы о пощаде, сталь и звон мечей.       Дезмонд зашатался, хватаясь за скользкую холодную стену душа, чтобы не упасть. Видения становились все ярче, все реальнее, словно он сам находился в центре событий. Он чувствовал их боль, их страх, их ненависть.       — Нет! Нет! Хватит! — кричал он, отчаянно пытаясь остановить поток информации. Он видел горящие кресты, слышал лязг мечей и предсмертные хрипы, звучащие, словно похоронный марш. Огонь, везде огонь. Он чувствовал его нестерпимый жар, он обжигал его легкие, он разъедал его сознание, словно кислота.       Паника сдавила горло, лишая возможности дышать. Он не мог отличить правду от галлюцинаций, прошлое от настоящего. Все смешалось в один кошмарный сон.       Он закричал, отчаянно и безнадежно. Этот крик сорвался с губ, разрывая тишину лаборатории.       Дверь в ванную комнату распахнулась с громким стуком, и на пороге возник силуэт.       — Дезмонд! Что случилось? — голос Алекса был ровным, лишенным эмоций, но Дезмонд услышал в нем нотки беспокойства.       Дезмонд ничего не мог ответить. Он задыхался, трясясь всем телом. Видения не отпускали его, продолжали терзать его разум.       — Дезмонд, посмотри на меня! Дыши. Просто дыши, — Алекс говорил ровно, спокойно, словно гипнотизируя. — Дезмонд, смотри на меня, — Алекс взял его за плечи, крепко, но не больно. — Дыши. Просто дыши. Медленно. Вдох. Выдох.       Дезмонд попытался последовать его совету, смотря в голубые глаза Алекса.       — Что с тобой? Ты весь дрожишь, — произнес Алекс, не отпуская его, словно боясь спугнуть.       В глазах Дезмонда появились слёзы. Слезы отчаяния, страха и бессилия.       — Тихо, тихо… — Алекс обнял его, прижимая к себе, не обращая внимания на то, что он голый и мокрый от воды. Его тело было теплым и сильным, даря иллюзию защиты. — Все прошло. Ты в безопасности. Расскажи мне, что ты видел.       Дезмонд судорожно вдохнул, пытаясь успокоиться. Он чувствовал, как его тело бьет дрожь, и не мог это контролировать.       Дезмонд начал говорить. Он рассказал Алексу все — об огне, о крови, не скрывая ни одной детали. Он рассказал ему о боли и страхе, о ненависти и отчаянии, захлестнувших его. Голос хриплый, ломающийся, он то и дело сбивался, но продолжал говорить, выплескивая наружу все, что терзало его изнутри.       Алекс слушал молча, не перебивая. Его лицо оставалось непроницаемым. Когда Дезмонд закончил, Алекс молча отпустил его плечи.       — Это побочный эффект Анимуса, — произнес Алекс, наконец, нарушив тишину. — Твоё сознание не выдерживает нагрузки.       — Ты думаешь, я сошёл с ума? — в голосе Дезмонда звучало отчаяние, словно он умолял о помощи.       — Я не говорю, что ты сошел с ума, — ответил Алекс, все так же спокойно, сохраняя невозмутимость. — Я говорю, что твой разум перегружен, он работает на пределе своих возможностей. Нам нужно найти способ справиться с этим, чтобы минимизировать побочные явления.       Он повернулся к выходу, словно теряя интерес к разговору.       — Выпей успокоительное, — бросил он через плечо, словно давая совет больному. — И постарайся отдохнуть. Завтра мы продолжим, нас ждёт много работы.       И он ушел, оставив Дезмонда одного в душевой, наедине со своими кошмарами. Дезмонд сполз по стене на пол, обхватив голову руками. Ему было страшно. Страшно за свою жизнь, страшно за свое сознание. Он чувствовал себя потерянным и одиноким, словно брошенным.