Тени Тумстоуна

Среди просторных каньонов и жарких пустынь с горячим, как раскалённая сковородка, песком, прямо под палящим солнцем, расположился необъятных размеров город — Тумстоун. Такими необычайными масштабами, как Тумстоун, не могли похвастаться даже соседние города, чьё население было в разы меньше, чем у их большого соседа. Оно было не удивительно, ведь в Тумстоуне проживало порядком семи тысячи человек! За такие большие габариты, Тумстоун стали величать — Аризонским Великаном. В этом городе было прекрасно всё, несмотря на повышенную преступность, которая на тот момент была огромной занозой в пальце каждого добропорядочного гражданина. Как только горожане ни пытались бороться с преступностью, но бандитов, грабителей и убийц становилось лишь больше… Сами улицы Тумстоуна были довольно просторными, по дорогам регулярно разъезжали повозки с дележансами, топот лошадиных копыт был слышен на всю округу! Часто можно было услышать звук церковного колокола, что располагался недалеко от городской ратуши, детский смех в школьном дворе и мелодичные звуки пианино, доносящиеся из ближайшего салуна. Рядом с одним из таких салунов можно было часто увидеть привязанных к деревянному поручню лошадей, ослов или мулов. Хозяева часто оставляли их там, дабы как следует насладиться прекрасным времяпровождением в компании таких же любителей алкоголя, игры в карты, либо грациозными танцами красивых девушек-танцовщиц, что часто выступали на сцене, развлекая посетителей салуна. Часто такие «весёлые» посиделки заканчивались в лучшем случае дракой. В худшем могла начаться массовая перестрелка, что частенько приводило к смертям кого-то из присутствующих… Конфликт мог начаться из-за любой мелочи, будь то разногласия между подвыпившими товарищами, либо не честная игра в карты. Причиной могло стать что угодно, даже самая невинная шутка в чей-либо адрес всегда заканчивалась кулаками! Большинство жителей Тумстоуна, преимущественно мужчины, любящие хорошо выпить, обладали весьма вспыльчивым характером, а от того и воспринимали в штыки любые шутки и приколы в свой адрес, пусть даже самые безобидные. Особенно часто это происходило, когда они пребывали в состоянии опьянения, будучи не в силах здраво рассуждать — о каком мирном решении может идти речь? Помимо прочих развлечений, в салунах было казино — чтобы любящие азартные игры ковбои и бандюганы могли выиграть там то, что проиграли в картах. Иногда бывало и так, что особо провинившегося жулика прогоняли из игры в карты, когда терпеть его выходки и мошенничество больше не было сил, и он, лишь скорчив напоследок неприязненную рожу, уходил в другое место, где его ещё не поймали за мухлежом. Ну и небольшим бонусом — комната с бильярдом, что был куда более безобиднее, чем все остальное в салунах. Там тоже собирался, как правило, сплошь пьяный сброд, однако, на удивление, куда меньше происходило ссор и драк из-за пустяков. Можно было сказать, что именно сюда жители приходили по-настоящему расслабиться, с наименьшим риском получить в нос. Так происходил каждый день большого города в Диком западе — салун, азартные игры, выпивка, любование девицами на сцене, бильярд, драки и перестрелки. Каждый среднестатистический гражданин Тумстоуна уже наизусть знал свой любимый распорядок дня. Все были счастливы своей жизни, и, как оно могло показаться на первый взгляд случайному туристу — ничего интересного или нового здесь не происходит. Но как бы не так… Несмотря на постоянный разбой, Тумстоун считался одним из самых развитых городов на всём Диком западе! Здесь была прекрасная инфраструктура, и даже самый заядлый выпивоха мог работать шахтёром или пастухом на пастбище. Тумстоун населяли не только американские беженцы с востока, не редко здесь можно было обнаружить господ мексиканского происхождения, а иногда даже встречались китайцы. Ковбои часто величали их «азиатские братья» демонстрируя своё глубочайшее уважение к братьям с дальнего востока. А то есть, с далёкой Азии. Реже встречались индейцы, которых сильно побаивались простые горожане, считая их могущественными колдунами и самыми сильными воинами с которыми лучше не становиться врагами, если не хочешь лишиться своего скальпа… Тумстоунцы были приветливыми, относясь ко всем приветственно и добродушно. Они никогда не направляли ствол на человека, пришедшего с миром и добром, даже если это был человек не американского происхождения!.. В Тумстоуне было не мало библиотек, где люди просветлялись новыми знаниями, черпая их из всеразличных книг. Молодые девушки читали приключенческие романы, часто прогуливаясь с небольшой книжкой в руках. Любители науки изучали полезные ископаемые, законы физики и строение человеческого тела. А любители попутешевствовать нередко изучали новые материки, реки и континенты, в которых мечтают побывать! В пекарнях всегда витал приятный запах свежей выпечки, будь то свежий хлеб с чесноком и зеленью или только что испёкшиеся пончики с вкуснейшей сливочной глазурью и посыпкой, что таяла на языке. Магазины пестрили яркими вывесками, а в прозрачных витринах напоказ всему честному люду выставлялся самый качественный товар! На любой вкус и цвет, полезные вещи, без которых ни один человек не смог бы нормально просуществовать в новом цивилизованном мире. Качественная ткань и наборы для шитья, женские платья или детские игрушки — всё так или иначе украшало стеклянные витрины, радуя глаз каждого мимопроходящего гражданина или просто туриста. Небольшие узкие здания, что обычно были выкрашены в красный цвет, именовали собой прачечные, куда люди обычно относили свои грязные вещи, если вдруг не успевали постирать их дома. Обычно на таких красных домиках висели овальные золотые таблички с чёрными иероглифами. Азиатские братья часто содержали свои прачечные, помогая местному населению справляться с их рутинной работой. Но не только магазинами и прачечными был богат Тумстоун, как и в большинстве городов, в нём имелись аптеки. Иногда доктора принимали своих пациентов прямо у себя на дому или посещали больного в собственном доме. Вывески аптек всегда были выкрашены в белый цвет, или висел значок красного креста, обозначающий один из символов медицины. Кроме аптек, пожалуй на весь Тумстоун было похоронное бюро. Тумстоунцы относились к смерти с особым страхом и даже брезгливостью, порой при разговоре упоминание смерти считалось неприличным! На гробовщиков горожане смотрели скверно, некоторые их даже побаивались, а то и вовсе предпочитали обходить десятой дорогой. Похоронное бюро имело мрачную чёрную вывеску, поверх которой белыми буквами было написано: «Похоронное бюро Матиаса Скелета». Это и был один из гробовщиков, с которым горожане предпочитали не общаться… Что и не удивительно — характер он имел скрытый и замкнутый, совсем мрачный и неразговорчивый. Никто нигде его и не видел, кроме самого бюро — поговаривали, что оно ему, как дом родной. Своей выдающейся мрачностью — белым вытянутым лицом и неизменным чёрным одеянием — он пугал почти всех горожан. Хотя, в прочем, чему и не стоит удивляться — так выглядели большинство гробовщиков и могильщиков, после стольких лет своей мрачной и неприветливой работы. Не считая похоронное бюро — город кипел жизнью. На улочках было очень даже людно и оживлённо — как-никак, семь тысяч человек населения. Однако, когда два не поделивших что-то друг с другом ковбоя или бандита собирались стреляться, весть об их скорой дуэли моментально разлетелась по всему городу. Теперь на улице было пусто — никто не хотел нечаянно попасть под горячую руку одного из них, и собирались люди небольшими, но очень любопытными толпами лишь в том месте и времени, когда дуэль начиналась: всем было интересно, кто же выйдет победителем. Мало чем отличалась культура Тумстоуна от культуры других городов Дикого запада, с ковбоями, салунами и постоянными перестрелками. Но особо выдающейся частью, как уже было сказано, была преступность — из-за чего городок так же кишил и тюрьмами, набитыми заключёнными, как бочка огурцами. Тумстоунская тюрьма имела огромные размеры и была, пожалуй, единственной тюрьмой в округе масштабного городишки. Превышая своими размерами стандартную тюрьму, данная постройка была целиком и полностью выполнена из гранитных блоков. Внутренний двор тюрьмы, где обычно работали заключённые, был довольно просторным. Приговорённые преступники с утра до вечера долбили кирками по камням, трудясь под палящим пустынным солнцем, от которого потом у многих раскалывалась голова. Тумстоунская тюрьма считалась одной из самых строгих по отношению к заключённым, кормили преступников скудно и редко, за малейшую провинность арестантов строго наказывали. Могли запереть в карцере, лишить еды и воды, иногда надзиратели могли нагрузить провинившихся тяжкой работой. Как будто до этого долбить камни было легко… А ведь такое отношение к заключённым было неспроста, ибо содержались там отнюдь не подлые карманники или похитители крупного рогатого скота, а самые беспощадные бандиты, грабители и головорезы! Но даже самый отпетый воришка-дебошир нервно курил в сторонке по сравнению с самыми обезбашенными головорезами и душегубами на всём Диком западе. Их величали братьями Винчестерами. Они являлись самыми кровожадными и беспощадными преступниками, не имея ни малейшего сострадания и совести к своим жертвам. Винчестеры были жестокими с малых лет, и чем старше они становились, тем быстрее в них росла злоба и ненависть ко всему живому! Они не жалели абсолютно никого, ни стариков, ни детей, ни женщин, ни мужчин. Пустить кому-то пулю в голову для них считалось в порядке вещей. За свои страшные злодеяния Винчестеры не раз попадали в Тумстоунскую тюрьму. Кровожадных братьев-четверняшек старались охранять особенно хорошо, они содержались в отдельной камере с бронированной дверью. Параллельно дверь всегда закрывали на большой амбарный замок, перекрытый толстой железной цепью. Никакого оконца на двери не было, чтобы братья не смогли учудить очередной побег. На огромной бронированной двери всегда висела предупреждающая табличка, окрашенная в кроваво-красный цвет, а поверх неё белыми буквами был нарисован череп с костями и надпись «Осторожно! Винчестеры». Впервые братья загремели в тюрьму в возрасте семнадцати лет, но неоднократно сбегали оттуда, навязывая себе всё новый и новый срок… Пока однажды их не приговорили на пожизненное заключение! Но когда их это останавливало? Им было абсолютно плевать на судебный приговор, игнорируя пристальные взгляды простого люда. Больше всех на свете братья ненавидели одного человека в Тумстоуне — ковбоя Джима Уилсона. Они давно точили на него зуб, ведь именно он был тем, кто постоянно ловил их на очередных преступлениях — будь то грабежи или убийства. Это из-за него они попадали под арест, и ни из-за кого больше! Ковбой был храбрый и отважный, кажется, он был единственный человек во всем городе, который не боялся этих четырёх бандитов. За это паренька все уважали и любили, и именно у него просили помощи разобраться с очередными бандитами — причём даже не только с Винчестерами, но и почти с любыми другими. А он был и не против, только за — он любил свой город и с удовольствием избавил бы его от преступности. Помимо обсуждения побега, Винчестеры часами могли сидеть в камере и обсуждать свои козни против Джимми, представляя, как расправятся с ним, едва освободятся. Неоднократно они гневно угрожали ему лично, обещая отомстить, в тот момент когда он связывал их верёвкой и ждал появления шерифа, но он лишь молчал со спокойным, даже расслабленным видом и лицом, чем раздражал их лишь больше. Спокойствие и непоколебимость молодого ковбоя всегда выводила из себя самого старшего Винчестера. Уилсон никогда не отвечал грубостью на грубость, вместо этого юноша бросал в адрес преступника колкие фразочки. Иногда ковбой мог съязвить, чем не редко ставил в ступор даже самых холоднокровных бандитов. Их ошарашенные физиономии всегда вызывали у бравого ковбоя лишь насмешливую ухмылку до ушей. Винчестеры приходили в дикую ярость, едва услышав о храбром блюстителе порядка. Они строили планы как клали кирпичи, либо раскалывали камни железной киркой. В один из таких дней, в послеобеденное время, четверо братьев находились в своей тюремной камере. В ней было довольно прохладно, что не могло не радовать беспощадных душегубов. После тяжёлой работы руки преступников изрядно болели, а у кого-то из братьев они даже онемели. Орудуя кирками, Винчестеры, несмотря на невыносимую боль в руках, почти закончили прокапывать свой тоннель. — Тоннель почти готов! — рявкнул самый старший, Блэкджек, кидая на своих братьев слегка свирепый взгляд. На лицах Винчестеров засияли довольные улыбки, ведь они готовились к очередному побегу из тюрьмы. — Осталось лишь дождаться, когда обход вокруг наружной территории тюрьмы закончится, и тогда можем спокойно бежать! — А разве он не должен закончиться сейчас? — ненавязчиво поинтересовался Дайер, смотря на своего старшего брата с придурковатым выражением лица. — Мы же вырыли тоннель, что нам мешает сбежать сейчас? — ДАЙЕР, ЗАТКНИСЬ!!! — хором прикрикнули двое остальных братьев, а Блэкджек сердито нахмурил свои угольно-чёрные брови. Дайер сразу же притих, сделав неуверенный шаг назад. Двое средних братьев машинально повернули свои головы к Блэкджеку, который являлся у них главарём банды! В камере повисла неловкая пауза, но продлилась она не долго: — Обход ещё не закончился! Показаться прямо перед смотрителем это ровно то же самое, что пилить сук дерева, на котором ты сидишь. — злобно пробубнил Блэкджек, намекнув тем самым своему меньшему брату, что его высказывание звучало весьма глупо и неуместно. Дайер же лишь грустно отвёл свой взгляд в сторону, громко вздыхая. Временно умолкнув, братья продолжили неустанно рыть подкоп, который и правда был почти готов. Им стоило лишь запастись терпением, вложив все силы в свой труд, а потом, как и сказал старший брат, дождаться окончания обхода — и можно наконец делать отсюда ноги! — Подкоп, это, конечно, хорошо, но как жаль, что у нас нет взрывчатки! — с разочарованным отчаянием выдал один из средних братьев, Кольт, недовольно вздыхая. Его голос искрился энтузиазмом, — э-эх! — Кто о чём, а ты, братец, все об одном, — немного холодно отозвался четвёртый брат, Гарольд, вытирая пот со лба. Он был выше, но при этом младше Кольта, — даже если бы она у нас появилась каким-то чудом, взрывчатка привлекла бы ненужное внимание, ты об этом не думал? — он подкалывал брата, но совсем беззлобно. — Да знаю я, знаю! — отмахнулся тот, уже без особого энтузиазма, — просто мечтаю, как было бы классно… Все знали о безумной страсти Кольта к взрывчатке, бомбам, динамиту и прочему, и давно к ней привыкли. Поэтому никого вообще не удивило, что он очень хотел бы при возможности взорвать стену их камеры. — ГОТОВО! — слишком радостно для своего ворчливого характера воскликнул Блэкджек, поднимая кверху руки, — поздравляю, братья — мы сделали это! Фух… — он был ужасно уставший, но такой радостный, будто уже сбежал из тюрьмы, а не только лишь сделал секретный подкоп, — теперь осталось лишь дождаться окончания этого проклятого обхода, а пока ждём — можем и отдохнуть немного! — УРА-А-А, МЫ ВЫРЫЛИ ПОДКО-О-ОП! — заверещал на радостях Дайер, тоже поднимая кверху руки, нелепо стуча от счастья огромными длинными ножищами. — Идиот, давай ещё погромче об этом заори! — краснея от гнева выпалил Блэкджек, смеряя сокамерника уничтожающим взглядом, и с силой наступил ему на ногу. Было забавно наблюдать со стороны, как самый низкий из мужчин ругается едва ли не матом на самого высокого, почти прыгает ему на шею, будто пытаясь задушить, — Дайер-мудаер! Глядя на эту забавную картину, двое средних братьев, Кольт и Гарольд, невольно захохотали. Блэкджек же продолжал трясти младшего брата за шиворот, едва не проклиная последнего за неизлечимый идиотизм. Такие частые перепалки всегда веселили средних братьев, но стоило Блэкджеку прикрикнуть на обоих, как Кольт и Гарольд тут же проглатывали языки, боясь получить смачных тумаков от самого свирепого из всей банды Винчестеров. А ведь нередко такие конфликты между братьями оканчивались кулаками. Вот она была какая, братская любовь… Дав напоследок своему младшему брательнику смачный подзатыльнык, Винчестеры мгновенно замолкли. Подойдя к стене своей камеры, Блэкджек осторожно прислонил своё ухо к холодным бетонным кирпичам, внимательно вслушиваясь в каждый шорох и шелест. Стараясь услышать хоть что-то, Блэкджек, скорчив сердитую физиономию, пытался уловить посторонний шум, доносящийся из тюремного коридора. — Так… Ага. Ага. Ага… Хм… — бубнил себе под нос Блэкджек, медленно кивая головой. — Что там, Блэкджек?! — с заметным нетерпением вопросил Гарольд, пританцовывая от сильного волнения. — Услышал шаги? — Да тихо вы! Глупые, пустынные койоты! — ругнулся старший брат, приложив к холодной стене обе руки, лишь сильнее прислонившись к ней. — Тс… ничего не слышно! — Может, мы уже полезем в тоннель? — абсолютно со спокойным лицом предложил Гарольд, непоколебимо рассматривая сердитого Блэкджека. — Обход с наружной территории тюрьмы уже давным-давно закончился. Будет лучше, если мы сей же час начнём незамедлительно действовать, пока не начался осмотр тюремных камер! И наш тоннель не обнаружили, а нас самих не распихали по одиночным карцерам!.. Кольт и Дайер молчали в лёгкой тревоге, поражаясь Гарольду и его смелости — чтобы предложить Блэкджеку новый план, когда они так близки к исполнению первого, надо явно иметь железные нервы. Тот ведь, что не удивительно, и рассердиться может, ведь их план проработан до мелочей, и строить новый, либо же идти вразрез какому-то из пунктов — просто глупо. Однако… К удивлению двух примолкнувших братьев, старший пусть и нахмурился в лёгком раздражении, а сильно злиться не стал. Вместо этого он приобрёл задумчивый и сосредоточенный вид — кажется, такая идея все же пришлась ему по душе. — Хм… Неплохо, неплохо, Гарольд, — наконец вывел он, устремив взгляд куда-то в стену, пристально щуря глаза, — так, я решил… Выдвигаемся! Если побежим прямо сейчас, то точно успеем! Надо только не медлить… Окинув братьев суровым и бойким, и в то же время заметно взволнованным взглядом, он эпично поднял палец вверх и повторил: — Выдвигаемся! — Тс, даже отдохнуть не успели… — едва слышно проворчал Кольт, поправляя помятые усы, но понимая прекрасно, что глупо возмущаться с этого в голос. — Отдохнём уже на свободе! — проворчал Блэкджек, складывая обе руки за спину и медленно направляясь к вырытому тоннелю. — Дорогие мои братья, вот и настал тот момент, когда мы в очередной раз сбежим из тюрьмы. Который это уже раз, Гарольд? — с лёгкой издёвкой переспросил старший из Винчестеров, вдруг останавливаясь в паре шагов от Кольта. Гарольд мгновенно нахмурил брови, фокусируя свой задумчивый взгляд на потолке их тюремной камеры. Пытаясь напрячь свои мозги, Винчестер даже невольно приподнёс свою руку к подбородку: — Хм… Ну наверное, это наш пятидесятый побег… — задумчиво протянул самый умный из Винчестеров, даже отведя свой прищуренный взгляд в противоположную от братьев сторону. — Возможно, я могу ошибаться… Извини, брат, честно говоря, я не считал. — Ага! Значит юбилейный! — восторженно и в то же время злорадно воскликнул Блэкджек, потирая свои ладони друг об друга. — А юбилейный обозначает — удачный! И мы наконец-то сможем задать перцу этому храброму ковбою. Пусть знает, с кем связался… Но, что-то мы слишком много болтаем, пора бы уже ливать отсюда! И с этими словами Блэкджек толкнул Кольта в глубокую яму. Мужчина с громкими воплями кубарем покатился по пыльному тоннелю, пачкая свою тюремную робу. Вслед за Кольтом, но уже аккуратно, спрыгнул Блэкджек, а за ним последовали Гарольд и Дайер. Они двигались ползком, стараясь не медлить, дабы охранники не обнаружили их тоннель раньше положенного сроку. Невольно братья Винчестеры поднимали пыль и песок, отчего нередко кашляли. Дайер останавливался чаще всех, дабы протереть свои глаза, в которые попадали мелкие песчинки. Громкий кашель четверняшек поднимался эхом на весь тоннель, что сильно злило Блэкджека! Опасаясь, что их могут услышать, а возможно даже и обнаружить, старший брат не редко бранил своих младших сокамерников за неумение вести себя тихо, когда это так важно! Лишь больше проблем с передвижением бандитам доставляли их тяжеленные железные кандалы с прикрепленными к ним железными шарами. Такие были тогда почти во всех тюрьмах, как раз чтобы преступникам было нелегко ходить, и тем более — невозможно убежать. Но чего только ни вытерпишь, чтобы оказаться на свободе! Если прочим заключённым даже в голову почти не приходило бежать, пока на ноге у тебя болтается такой огромный железный шар, то братья вполне себе были на это готовы. Все до одного понимали, что побег — дело не из лёгких, но готовы были прорваться сквозь это, чтобы сбежать наконец из тюрьмы. Долгие тягучие секунды складывались в минуты, не менее долгие и мучительные. Мужчины не редко тяжело дышали от усталости, вытирая пот со своих лбов, но почти не останавливались — надо торопиться, пока их подкоп не заметили, и не попробовали их задержать. Блэкджек хотел бы спросить у Гарольда, сколько, по его мнению, прошло времени с того, как они сюда залезли, но не решался — чем тише они будут себя вести, тем будет лучше. Так что лучше не болтать, пока нет такой необходимости. Продолжая ползти прямо, Винчестеры думали, что минула целая вечность. Хотя находились они в тоннеле от силы пять минут, а то и меньше. Все старались шевелиться быстрее, ведь с минуты на минуту должен был начаться осмотр всех тюремных камер. Винчестеры прекрасно об этом знали. Паника нарастала так же по той причине, что их камера находилась на первом этаже. Заметный страх и тревога только сильнее подталкивали братьев пошевеливаться, паралельно расчищая тоннель руками по бокам. — Ай! Гарольд осторожно, ты мне чуть в челюсть не засадил своим ботинком. — раздосадованно промямлил Дайер, прикрывая своей широкой ладонью не менее широкий подбородок. — А если бы попал?.. — Может хоть тогда меньше ерунды нести бы стал! — коротко ответил мозг банды, придерживая одной рукой свой металлический шар на цепи. — От тебя толку никакого, сплошные неудобства! Да, Блэкджек? — Да! Да! — грозно промолвил самый старший, резко обернувшись к братьям. — Пустоголовые вы койоты, хорош там позади трепаться! Гарольд, лучше скажи мне, начался ли сейчас обход?! Гарольд вдруг притих, стараясь вслушаться в посторонние звуки. Мозговитый братец резко замер, а потом вдруг так же резко поднял голову кверху: — Сложно сказать, Блэкджек. Обычно осмотры камер начинались на полчаса позже, иногда сразу после осмотра наружной территории тюрьмы. — весьма спокойно и даже в какой-то степени сосредоточенно молвил Гарольд. — Возможно нам повезёт, и мы успеем сбежать сейчас. Мы находимся глубоко под землёй, услышать что-либо на такой глубине фактически невозможно! — Тогда чего же мы медлим?! — рявкнул Блэкджек, начиная ползти лишь быстрее. — За мной, придурки! — Гарольд, а как ты думаешь? Нам ещё долго ползти до выхода? — осторожно подал голос Дайер, ненавязчиво обратившись к брату. — Да. Хотелось бы знать, где мы сейчас находимся… — хмуро проворчал Кольт, ползя за Блэкджеком. — Судя по всему, братья, мы сейчас находимся сразу под тюремным двором! А сколько ещё ползти за пределы тюрьмы — мне неизвестно. Это же Блэкджек предложил сбежать через тоннель, ненавижу тоннели… — последнее Гарольд прошипел больше не с ненавистью, а скорее с опаской. Блэкджек, до того сосредоточенный и молчавший, резко сделался весьма недовольным. Он нахмурил брови, а губы скривил так, будто съел что-то горькое, или будто Гарольд нанёс ему личную душевную травму. — Ну а какие ещё есть варианты или идеи у тебя, мистер гений?! — вопросил он с издевательским сарказмом, несмотря на то, что Гарольд правда был гением и почти никогда не умничал просто так. Тот закатил глаза, недовольно, но не зло — давно уже привык к психам своего старшего брата, и не злился, когда он ругал его. Тем более, если это был какой-то пустяк, как сейчас. — Других возможностей сбежать у нас, может быть, и мало… Но давай-ка не будем забывать, как после прошлого побега мы нечаянно оказались не где нам надо, а в динамитном погребе! — напомнил он строго, слегка повышая голос, будто это он был старшим братом, а не Блэкджек, — идея эта, братец, была опять же твоя! — Ну подумаешь! Кто же знал, что так получится! — выругался тот, ненавистно сжимая руки в кулаках, — вместо того, чтобы учить меня жизни, полз бы быстрее, Гарольд! Койот ты заносчивый! Братья замолчали, и дальше ползли в немного обиженном молчании. Только Кольт, абсолютно неожиданно для всех трёх остальных, вдруг грустно вздохнул и тоскливо выдал: — Эх, динамитный погреб… — очевидно, эти слова напомнили ему о его любимом оружии, которого он давно не брал в руки. — А помните, когда мы очутились в динамитном погребе, Блэкджек зажёг спичку и Гарольд такой… «Блэкджек, мне кажется, или мы в динамитном погребе?!» А тот такой: «Почему ты так решил?!» А Гарольд такой: «Почему тогда фитиль шипит и искрится в темноте?» И мы все такие… «АААААААА!» Ха-ха-ха! — чуть ли не во весь голос рассмеялся Дайер, чем сильно рассердил своих старших братьев. — ДАЙЕР, ЗАТКНИСЬ!!! — как по команде вскрикнули все трое, заставив Дайера моментально закрыть рот. — Дурья твоя башка! — рявкнул Блжкджек, продолжая ползти дальше. — Я же просил тебя, идиота кусок, больше никогда не напоминать об этом моменте! Дуралей, ничего смешного в этой истории нет!!! — последнее Блэкджек едва ли не взвизгнул! Настолько сильно Дайер вывел его из себя. — Дайер, это действительно не смешно! — укоризненно обратился к нему Гарольд, кидая на младшего брата свой разочарованный взгляд. — Если бы не быстрая реакция, мы могли бы погибнуть… Хорошо, что мы тогда полезли обратно в тоннель, правда копать пришлось на ходу. Ну это пустяки. — С тех пор ты ненавидишь тоннели? — поинтересовался Кольт, которому было все равно на братские разборки. — Верно, никогда мне не нравились замкнутые пространства! Особенно тоннели, где гарантия, что мы снова не очутимся в динамитном погребе? — Гарольд говорил с явным недоверием и страхом, опасаясь, что это может повториться вновь. — В следующий раз, Блэкджек, будем сбегать из тюрьмы по моему плану! От подобного заявления братья молниеностно вытаращили глаза на Гарольда. Винчестеры не хотели в очередной раз загреметь в тюрьму, ими двигала месть к счастливчику Джиму. Блэкджеку не хотелось вновь вступать в спор, а потому глава банды предпочёл просто молча ползти вперёд. Долгое время братья просто молчали. Временами Кольту и Дайеру хотелось спросить у Гарольда, сколько им ещё осталось ползти, но они не рискнули — побоялись, что Блэкджек это услышит и будет называть их нытиками или лентяями. Бандиты ползли в напряжении и волнении, немного побаиваясь, как бы не пошло что-то не по плану… — Я хочу бутылку текилы… — вдруг не сдержался и заныл Дайер, напоминая сейчас ребёнка, который устал делать домашнее задание. Блэкджек громко и крайне раздражённо выдохнул, и Кольт и Гарольд моментально поняли, что сейчас последует очередная вспышка гнева на самого младшего брата. — Как только сбежим и найдем бутылку текилы — я запихаю ее тебе в глотку без мыла, идиот! Дайер моментально умолк, надувая губы и опуская глаза, как обиженный подросток, а не взрослый мужчина. — Да брось, что такого? — встал на защиту младшего Кольт, приостанавливаясь на мгновение, — да, все хотят текилы, Дайер, не обязательно говорить об этом вслух! Но заметь, Блэкджек, в этот раз он сказал об этом тихо, а не орал во весь голос, как ты сейчас! — Ах ты… — бандит совсем рассвирепел, его лицо покраснело от гнева, — шакал-психопат! Тебе я засуну в глотку твой любимый динамит! — А мне-то за что?! — растерянно взвизгнул подрывник, показывая на себя обеими руками, будто уточняя, к кому обращаются. — Тихо! — вдруг выдал притихнувший Гарольд, смотря куда-то вверх и сосредоточенно хмурясь. В любое другое время Блэкджек и не думал бы подчиняться среднему брату, ведь главный здесь не он, а продолжил бы пререкаться с другими. Однако… Сейчас, когда после их побега прошло так много времени, и они вполне могли уже оказаться на другой территории, что и может понять Гарольд, бандит послушно примолк и посмотрел на него вопросительно и серьёзно. — Что такое, Гарольд? — немного робко спросил Дайер, пытаясь тщательно подбирать слова, чтобы на него не налетели в очередной раз с оскорблениями, — ты что-то слышишь? Гений-бандит показал ему рукой, мол, тише, прищурился, слушая звуки выше… И… — Братья! — воскликнул он с невероятно счастливым видом, заставив вздрогнуть замечтавшегося о чем-то Кольта, — есть огромный шанс того, что мы уже давно за пределами тюрьмы! Надо лишь аккуратно вылезти и проверить это — и, если все чисто, мы свободны и можем бежать! — О как! Тогда отлично, пусть на разведку полезет Дайер! — вдруг скомандовал Блэкджек с широкой улыбкой на лице, указывая брату на верх тоннеля. — С какой стати я должен лезть наверх, а не ты?! — неожиданно для всех возмутился Дайер, ставя обе руки на бок. — Ведь ты первый в шеренге, а не я! Так что по логике вещей это ты должен лезть на разведку… — Надо же… Дурила из дурил, а как заговорил… — с оторопевшей физиономией произнёс самый старший из Винчестеров, вытаращив глаза на недовольного Дайера. — Фактически он прав, Блэкджек. — вновь подал голос Гарольд, внезапно становясь на сторону непутёвого брательника. — Ты всегда идёшь впереди нас троих, являешься лидером нашей банды, и главный, неоспоримый аргумент — ты наш старший брат! Гарольд говорил это настолько спокойным голосом, что даже вечно вспыльчивый Блэкджек, внезапно для себя самого, потерял дар речи. Аргументы среднего брата действительно были неоспоримыми, но старший брат всё равно хотел доказать свою правоту! Напрочь отрицая правду. — Гарольд, ты на меня взгляни. У меня рост невысокий, а Дайер выше нас всех! Вот пусть он и лезет, хоть что-то полезное сделает! — проворчал Блэкджек, скрещивая руки на груди. — Только и может, что ерунду всякую нести! Кайот пустынный, тьфу… — Прекратите! — вскрикнул Гарольд, — Блэкджек, чтобы вы перестали ссориться между собой, на разведку полезу я! Годится?! Если ты забыл, любезный мой брат, у меня талант быть бесшумным… Да и на разведках часто бывал именно я, а не Дайер! — Совершенно верно! Дайер ещё спалит нас, потом наказания не избежать!.. Оно нам надо, Блэкджек? — поддержал среднего брата Кольт, который предпочитал не вступать в конфликты между своими братьями. Самый старший из братьев немного задумался. Спорить ему, как ни странно, тоже не особо хотелось — не только потому, что не терпелось поскорее оказаться на свободе, но и потому что понимал, как же братья правы. У Гарольда прекрасно получится разведать обстановку; у Блэкджека очень маленький рост, ему может быть неудобно физически, а Дайер слишком глупый для такого серьёзного задания. — Хорошо, давай, Гарольд, — произнес наконец он, к всеобщему удивлению, достаточно спокойно, — я тебе доверяю. Но если нас спалят — это будет на твоей, и только на твоей совести, братец! — добавил он куда строже, скрещивая руки на груди. Он догадывался, что вряд ли их спалят, когда за делом стоит умный и расчётливый Гарольд — просто решил продемонстрировать свой скепсис в силу своего характера. — Одну минуту! Кольт, Блэкджек, посторонитесь! — улыбнулся тот, аккуратно перелезая через старших братьев, чтобы вылезти на улицу, — я абсолютно уверен в том, что мы на свободе, но сейчас и проверим… Уверенно задрав голову кверху, Гарольд плюнул на обе ладони, после чего моментально потёр их друг об друга. Ловко подпрыгнув, мужчина весьма цепко, подобно уличной кошке, зацепился за сухой грунт земли. Растопырив ноги в разные стороны, средний брат неспеша пополз к верху. Небольшие земельные комки летели вниз, обрушаясь на головы братьев, от чего внизу слышались недовольные бормотания и брань! — Эй, Гарольд! Койот ты безобразный. Поосторожней! — прошипел Блэкджек, грозя среднему братом своим внушительным кулаком. — Все волосы из-за тебя в земле… — добавил Кольт, стряхнув земельную пыль с волос. Гарольд же продолжал ползти к верху, пока не оказался у самого выхода. Внимательно вслушиваясь в посторонние звуки, кроме визга парящих в небе стервятников, Гарольд больше ничего не услышал. Не было слышно ни человеческих шагов, ни лошадиного топота копыт, только ветер бесшумно раскачивал высокие кактусы. А перекатиполе приятно шуршало о мелкие пустынные песчинки. Осмотревшись вокруг, Гарольд принял сосредоточенное выражение лица, после чего его взгляд устремился куда-то вдаль… Удивительно, но тоннель оказался не только очень глубоким, но к тому же ещё и очень длинным! — Ну что там, Гарольд? Мы далеко от тюрьмы?! — малость ворчливо вопросил Блэкджек, предвкушая долгожданную свободу. — Да прилично, братик… — сосредоточенно ответил средний из Винчестеров, высматривая тюрьму, что виднелась вдали. — Вон где тюрьма, едва вижу её! М-да… Приличный же ты тоннель вырыл, братец! Хи-хи… Блэкджек, Кольт и Дайер радостно переглянулись. Наконец они сбежали в очередной раз из тюрьмы, и теперь могут воплощать в реальность долгожданный план своей мести Джиму! Ну и заодно — отдохнуть от противных тюремных порядков, например хотя бы утомительных работ под палящим солнцем… — Отлично! Значит, сработал очередной план нашего побега из тюрьмы! — выпалил Блэкджек, сжимая руки в кулаках, победно поднимая их над головой, — поздравляю, братья! Мужчины все ещё не больно громко (по привычке, когда им надо было вести себя тихо), но очень счастливо ликовали, бодро танцуя на одном месте — Гарольд на поверхности, а все остальные трое под землёй. — Ну что ж, а теперь пора вылезать и делать ноги, не так ли? — спросил умник, присаживаясь прямо на немного грязный песок. — Давай-ка не командуй, главный здесь я! — прикрикнул на того лидер бандитов, однако по нему было видно, что побег придал ему много сил и радости — несмотря на очередную вспышку гнева на одного из братьев, он пребывает в отличном настроении, — Гарольд, дай мне руку, помоги вылезти! Дайер, подпихни меня сзади… Шевели булками, кретин! Кольт, ты тоже не сиди без дела, помогай… Кольт и Дайер, будто по команде, вплотную подошли к стенкам тоннеля. Кольт неспешно забрался на плечи Дайера, а Блэкджек на плечи Кольта! Получилась своеобразная башенка, которая неоднократно помогала бандитам при предыдущих побегах. Повторяя за Гарольдом, троица потихоньку вскарабкивалась по грунтовым стенам тоннеля. Гарольд же просто молча наблюдал за картиной, как Блэкджек бранился на двух остальных своих братьев. Умный преступник лишь умилялся, даже и не думая двигаться с места. — Эй, Гарольд, мне подай руку! — обратился к Гарольду Блэкджек, едва не вскипая от нового приступа гнева. — Сидишь, стервятников считаешь… Кретин. Средний брат молча протянул свою длинную руку, абсолютно никак не реагируя на оскорбления своего старшего брата, ибо уже привык к ним. Пока Блэкджек отряхивал свою тюремную робу от земельной пыли и песка, Гарольд помог выбраться и Кольту с Дайером. Однако Дайер, в своей привычной манере, вновь чуть не рухнул в глубокий тоннель. — Осторожней, дурень! Не хватало ещё, чтобы ты себе ненароком позвоночник сломал! — ругнулся Блэкджек, сердито ставя руки по бокам. — Прости, Блэкджек, эти кандалы такие тяжёлые… — стыдливо пробубнил Дайер, пряча свой стыдливый взгляд от рассерженного старшего брата. — Тяжёлые? А разве не ты у нас самый сильный, а?! — со злобным сарказмом поинтересовался старший, пока двое других братьев помогали залезть недотёпе-младшему. Хотя, в глубине души он, конечно же, понимал, что как и все, Дайер просто очень обессилен. — Пора бы уже избавиться и от кандалов, и от этих дурацких шаров — и можно будет спокойно бежать! — радостно заметил Кольт, в приятном волнении смотря куда-то вдаль, на тёмные пейзажи родного города. Братья были до того рады, что оказались наконец на свободе, что почти и не обращали внимания на противную, почти невыносимую боль в конечностях и быстрое сердцебиение. Им хотелось бы отдохнуть, но ещё больше — поскорее унести отсюда ноги, как можно дальше от подкопа, чтобы работники тюрьмы, если уже заметили их отсутствие, не вышли на них. — Согласен, братец, согласен! — подтвердил Гарольд, улыбаясь Кольту, — но лучше потом — сейчас лучше поторопиться, чтобы убежать отсюда поскорее. Когда потеряем тюрьму из поля зрения — тогда, думаю, и можно будет немного расслабиться. — Так чего же мы ждём?! — возмутился Блэкджек, внезапно взмахнув рукой. — Погнали, пока охранники нас не обнаружили! — Голос Блэкджека прозвучал не столько сварливо, сколько серьёзно и даже настороженно. Братья Винчестеры покорно побежали вслед за старшим братом, даже не думая оборачиваться в случае опасения, либо же излишнего любопытства. Пока братья поднимали в сухой воздух дорожную пыль от песка, раскалённого палящим солнцем, в висках их сильно стучало. В небе кружила орава стервятников, хищные птицы надеялись на грандиозный пир, который продолжал бежать в неизвестном направлении. Винчестеры продолжали бежать, даже не думая останавливаться. Их сердца бешено колотились в груди, в глотках внезапно пересохло, создавая неприятное ощущение. Но Винчестерам было плевать, ведь они в очередной раз сбежали из городской тюрьмы Тумстоуна! Они были готовы наслаждаться свободой вечно, ведь они больше не находились в неволе… Больше не было железных решёток, скудного питания и постоянного дозора за их действиями со стороны работников тюрьмы. Теперь ими двигала лишь бесконечная любовь к свободе, новым преступлениям и долгожданной мести выскочке-Джиму!.. — Наконец-то свобода! Неужели это произошло?! Ущипните меня, если это не сон! — восторженно воскликнул Гарольд, поднимая руки к небу, но продолжая бежать. — Ай! Дайер! Койот ты безмозглый… Зачем ты меня ущипнул?! — Так ты же сам попросил! — ответил самый младший из Винчестеров, противно хихикая и прикрывая свою улыбку широкой ладонью. — Тс… Дайер-мудаер… — ненавистно прошипел Гарольд, который уже пожалел, что вообще сказанул эту фразу. — Да хватит вам ссориться, лучше полюбуйтесь на красоты пустынного каньона! — хвалебно воскликнул Кольт Винчестер, раскинув руки по бокам. — Красивые горные склоны… Кактусы-великаны… Кости коровы… Чарующие перекатиполе! Красота такая, что аж. аж… Аж пе-еть хочется… — последнее, Кольт выдал весьма блаженно. Даже бесшумно вздохнув в конце. Братья взглянули на него в удивлении, однако как ни странно — все были с ним согласны. Их счастье было не описать простыми словами! Так что… Почему бы им не спеть??? Бандиты: Это осуществилось, наконец-то с тюрьмы мы сбежали! Сколько невыносимых мучений, мы так долго этого ждали! Часто ночами не спали, кирками проход себе прорубали! Про себя вечно Бога молили, чтоб успешно с тюрьмы мы сбежали! Дайер: СВОБОДА-А-А! Моя драгоценная свобода! Как я люблю тебя. Огромные просторы, горные каньоны и песо-о-ок! Свобода — страсть моя! Кольт: СВОБОДА-А-А! В тебя я влюбился без сомненья, я был заворожён Твоею красотою, нам приказанно судьбою вместе бы-ы-ыть, день ото дня! Гарольд: Когда в неволе был я в заточеньи, в ужасном заключеньи, по тебе, свобода, тосковал! Очень сильно, да, очень сильно, до безумия! Блэкджек: Но ты, мерзавка, не подала вид! Мои чувства грохотали, будто динамит! Я рвался на свободу, дабы увидать природу, дабы повстречать свободу — то есть тебя, родная! Бандиты: Свобода! Ты для нас существование, и смысл жизни тоже! Когда мы на свободе, часто хаос мы наводим! Разоряя банки и поезда. Свобода! Для нас ты прям как мать родная, тебе так рады мы! Помоги, родная, помоги, любимая свобода, нам вновь избежать тюрьмы! Это осуществилось, наконец-то с тюрьмы мы сбежали! Сколько невыносимых мучений, мы так долго этого ждали! Часто ночами не спали, кирками проход себе прорубали! Про себя вечно Бога молили, чтоб успешно с тюрьмы мы сбежали! Братья бежали и бежали без устали, ничего вокруг себя не замечая. Счастье придавало им очень много сил, они будто чувствовали, что способны пробежать ещё хоть несколько миль! Песня настолько сильно воодушевила братьев, что сухость в горле внезапно улетучилась, а изнеоткуда повеял прохладный ветерок, который вмиг взбодрил беглецов. Винчестеры бежали изо всех сил, тумстоунская тюрьма осталась далеко позади, но братья-бандиты даже не думали сбавлять темп… Пусть воздух больше не казался сухим, от столь долгого и непрерывного бега ноги едва самостоятельно не сворачивались в узел. Кольт пару раз неуклюже пошатнулся, едва не упав на горячий песок. Дайер (что бежал позади всех) умудрился пару раз споткнуться, чем лишь веселил своих старших братьев. Но если бы Дайер был более внимательным и хотя бы периодически глядел под ноги, он бы заметил камень, об который споткнулся в очередной раз. С громкими криками Винчестер-младший рухнул на Гарольда! Гарольд, не удержав равновесие, тоже рухнул на Кольта. А Кольт в свою очередь рухнул на Блэкджека. Двое средних братьев громко охали и ахали, потирая свои ушибленные бока. Им было скорее неприятно, чем больно, ведь ушибленные места неприятно ныли, кололись, а иногда даже отекали. Блэкджек же недовольно бранился на своих младших братьев, обвиняя их в неуклюжести. Но как можно было обвинить человека в том, в чём он не виноват?.. — Дайер! Дурья твоя башка! — прорычал Блэкджек, будто озлобленный тюремный пёс, который к тому же был сильно голодный! — Почему ты не смотришь под ноги, шакал?! Идиот. — Прости, Блэкджек, это всё кандалы мешают. — «Прости, Блэкджек, это всё кандалы мешают!» — вдруг передразнил того старший брат, злясь на самого младшего. — Вот что мне с тобой делать?! Вроде взрослый мужик, а ума как у ребёнка восьмилетнего! Койот… Дайер стыдливо покраснел, не зная, что ему сказать в своё оправдание, в то время как Кольт и Гарольд лишь негромко посмеялись над самым младшим недотёпой. Ноги мужчин уже уставали — так долго бежать, да ещё и в железных кандалах, обвешанных этими дурацкими шарами, было тяжело физически, как бы легко на душе им ни было. Дайер ещё несколько раз упал, но не только он один — болящие ноги подводили и Кольта с Гарольдом, то и дело они поскальзывались словно на ровном месте и, держась иногда друг за друга в качестве опоры, падали. Блэкджек не стеснялся поливать братьев грязью и оскорблениями на любой вкус и цвет, за их неуклюжесть, даже несмотря на то, что сам один раз все же не удержался на ногах и упал. — Ох, как у меня колит в боку… — вдруг заныл Кольт, хватаясь за бок, неприязненно кривясь, — слушайте, может, перейдем уж на обычную ходьбу? Мы по-любому далеко от тюрьмы убежали… — Пожалуй, Кольти, ты прав… — задумчиво ответил средний из Винчестеров, соглашаясь с его словами. — Продолжим путь спокойными шагами, даже если нас спохватились, мы всё равно уже довольно далеко убежали! На наши поиски уйдёт не мало времени, каньон просторный, искать нас будут явно не один день… Винчестеры шли абсолютно не спеша, тяжесть в ногах лишь усиливалась. Братья начинали слабеть, шаркая своими ботинками по раскалённому песку, Винчестеры буквально молили про себя Бога, дабы поскорее прибыть в Тумстоун. Время словно замерло, солнце снова раскаляло песок, однако братья продолжали неторопливо шагать к своей цели. — Я… Я… Я так больше н-не могу… — жалобно простонал Дайер, держась обеими руками за урчащий живот. — Я н-настолько голоден, что даже ногти свои бы съел… — А мне сегодня снилось, что я ел свиные шкварки… — блаженно промолвил Кольт, кидая довольный взгляд в небо. — Как по мне, то лучше гусинные! Они тают на языке… — вдруг вмешался Гарольд, довольно облизываясь. — Да прекратите вы про еду говорить! — вдруг закричал Блэкджек, яростно размахивая кулаками. — Койоты! Шакалы! Недоумки! Заткнитесь! Заткнитесь, пустоголовые койоты!.. Все тотчас заткнулись, как по команде — в том числе и Дайер, который сказал всего лишь про свои ногти, но никак не про еду. Блэкджек окинул их очередным суровым взглядом, молча намекая, чтобы помалкивали. Он тоже был голодным и хотел пить, а такие разговоры мучали его лишь больше… Радует, что хотя бы перейти на спокойную ходьбу они догадались. Теперь их силы, по крайней мере, тратятся не так быстро. — Идите быстрее, обормоты! — прикрикнул опять мужчина, злобно на них зыркая, — пока нас не поймала власть, или один из этих неугомонных ковбоев! Братья лишь закатили дружно глаза, неприязненно вздыхая, вместо того, чтобы в очередной раз послушать своего старшего. Кажется, такая просьба их возмутила. — Я, конечно, все понимаю, Блэкджек, но! — весьма раздражённо, почти зло рявкнул умный бандит, в отчаянии сжимая руки в кулаках, — не так-то и легко таскать всюду с собой эти кандалы с шарами, ты сам должен это понимать! — Должен?! — вспылил Блэкджек, буквально краснея от злости. — Как мы, по-твоему, освободимся от кандалов, если у нас даже нет от них ключа?! Койот ты безмозглый! — рявкнул старший Винчестер в очередной раз, размахивая кулаками. Гарольд же не обижался на оскорбления старшего брата, ведь прекрасно понимал, что он сейчас на эмоциях. Умный бандит скорчил весьма каменную физиономию, игнорируя кричащего главаря банды. Он словно его не слышал… — Как?! Как?! Как мы избавимся от кандалов?! Скажи мне! — не унимался Блэкджек, прыгая на одном месте. — Вот ты говоришь, что я безмозглый койот… Но при этом, я самый умный в банде. Как-то это странно получается, не находишь, братик? — колко вопросил Гарольд, остудив пыл Блэкджека. — Вместо того, чтобы внимательно меня выслушать, или как минимум спокойно обсудить план дальнейших действий, ты в своей привычной манере начинаешь психовать! — Я не психую! — рявкнул старший, но тут же умолк. — Может мне стать лидером банды?.. Я более уравновешенный, мозговитый, и с нервами у меня всё в порядке! — с издёвкой произнёс свои мысли вслух Гарольд, специально отводя взгляд в противоположную сторону от Блэкджека. Мужчина лишь пару секунд тормозил, будто пытался осмыслить сказанное, прежде чем вспылил лишь по новой. — Это… Это на кого ты сейчас намекаешь?! А?! — почти взвизгнул он, яростно тряся сжатыми в кулаки руками, которыми, к сожалению, не мог дотянуться до одного из средних братьев. Но при том свободно смог бы запрыгнуть ему на шею, как часто запрыгивал на Дайера в моменты гнева. — Началось… — закатив глаза, протянул флегматично Кольт, без интереса пялясь вдаль. — Ребят, может… Попробуем вот этим камнем кандалы сломать? — неожиданно для всех предложил Дайер, робко и неуверенно, очевидно, как и Кольт, не испытывая особого желания вступать в спор. Он указал рукой на лежащий в двух шагах от беглецов здоровый булыжник. Гарольд выглядел не злым и даже не раздраженным, а усталым, недовольно скривив губы и все так же отвернувшись. Блэкджек же, услышав голос Дайера, кажется, рассердился лишь больше — хотя братьям казалось, что дальше было некуда. — Не влезай, шакал тупоголовый! — прикрикнул он так яростно, что чуть не сбил мужчину с ног, агрессивно тыча в него указательным пальцем. Но резко умолк, очевидно, вновь над чем-то задумавшись, — а ведь хорошая идея, Дайер… Не думал, что скажу это, но молодец! — Наконец-то! — с облегчением выдал Кольт, едва не танцуя от радости, — освободимся от кандалов — и идти будет легче! Положив цепи на лежащий неподалёку сейд, Дайер вознёс булыжник над своей головой. Рука преступника заметно дрожала, но спустя секунду послышался глухой стук… Часть булыжника отлетела в сторону, обрушая маленькие камушки на большой сейд. Дайер с испугом смотрел на крепкую цепь, которая даже не погнулась! Видать для Винчестеров решили подогнать особо прочную цепочку… — Цепь не поддалась… — разачарованно промолвил Дайер, находясь в ступоре. — Так попробуй ещё раз! — рявкнул Блэкджек, аж подпрыгивая от злости. — И лучше не медли, возможно в тюрьме нас уже спохватились! Бей, да посильней!!! Снова взмах и удар булыжника о толстые цепи, но более усиленный удар оставил лишь небольшие вмятины на них. Цепям было словно наплевать на удары булыжника, сколько бы Дайер ни старался. — Блэкджек, у меня не получается их разбить! — закричал самый младший из Винчестеров, начиная истерить, словно малое дитя в магазине игрушек. — Агр… Дай-ка сюда, бесполезный ты кусок человека! — гаркнул главарь банды, грубо выхватывая булыжник из рук Дайера. — Смотри как надо, слабак! — закричал Блэкджек, начиная бить тяжёлым булыжником по цепям, что есть мощи. Братья в изумлении пораскрывали рты, поражаясь силе Блэкджека. Ведь когда он находился в гневе, сил у него прибавлялось в разы, и Дайер на его фоне был отпетым слабаком! Удар за ударом, слышался приглушённый треск цепей. Спустя минуту цепи раскололись на мелкие части, металлические звенья, согнутые и потресканные, просто рухнули на раскалённый песок. — Ура! Наконец-то мы свободны! — закричал радостный Кольт, разминая свои отёкшие от неудобных кандалов кисти. — Ох Джим, ну попадись теперь нам… — хищно прошипел Блэкджек, потирая свои широкие ладони. — Мы тебе такую взбучку устроим, ковбой! Пожалеешь, что вообще связался с нами!.. — Ну Тумстоун! Держись! Винчестеры возвращаются домой! — на радостях закричал Дайер, прыгая на месте, опять же словно малое дитя. — Как же я счастлив! — воскликнул обычно спокойный Гарольд, не сдерживая в этот раз своих эмоций — переполняющей его радости, — а-а-а-а, наш побег стоил того! *** Несмотря на упадок сил — дальше братьям было бежать, точнее, уже идти спокойным шагом, только легче. Наконец на них не было никаких кандалов и железных шаров, что так и тянули их вниз, к земле! Теперь, единственным напоминанием о тюрьме (помимо болячек, ушибов и мозолей) на братьях было одно — их форма, точнее говоря здешняя тюремная роба, жёлтая в чёрную клетку. Бандиты пребывали в отличном настроении, что даже почти и не ругались больше. Только могли посмеяться над Дайером, когда он, уже от усталости, а не неуклюжести, мог в очередной раз нечаянно споткнуться, ну и Гарольд и Блэкджек могли изредка обменяться подколами, после недавней перепалки. Даже вспыльчивый, самый старший братец, был очень весел, не испытывая желания злиться из-за пустяков, как обычно. Вскоре, беспроглядная пустошь исчезла, и перед глазами всех четверых возник долгожданный Тумстоун! — Ура! Наш любимый Тумстоун, как мы по тебе скучали!!! — восторженно воскликнул Дайер, вновь закидывая руки кверху. — Да… Почти четыре месяца в заточении, я так соскучился по ограблениям банков и дележансов! — лояльно промолвил Гарольд, сложив руки в молебный жест. — Боже! Как я соскучился по кражам, разбоям и убийствам! Давно моя рука не сжимала холодный, стальной револьвер… — последнее мозговитый бандит произнёс с небольшой прескорбью, ведь действительно скучал по своим злодеяниям с братьями. — Я бы вечно любовался Тумстоуном… — заворожённо молвил Кольт, от чего братья даже маленечко прифигели. Ведь крайне редко его можно было увидеть таким спокойным и, в какой-то степени, сосредоточенным. — Этот город поистине своей уникальный! Другого такого на всём Диком западе не сыщешь… — Всё бы ничего, но вот только счастливчик Джим вечно рушит наши коварные планы! — прошипел Блэкджек, окидывая город ненавистным взглядом. — Бравый ковбой! Защитник закона, чтит все порядки в городе… Тьфу! И какой-то худощавый малец уже не раз одолевал нас… Винчестеров! Ну я ему задам перцу, когда увижу… Блэкджек шипел, словно гремучая змея в пустыне. Он всеми фибрами своей души ненавидил счастливчика Джима Уилсона, который всегда приходил на помощь слабым и беспомощным. Добрые поступки этого молодого юноши заставляли вскипать Блэкджека, как старый жестяной чайник, что был наполнен кипятком! Пусть Джим был моложе Винчестеров, но в жилах этого юноши действительно кипела кровь храброго ковбоя. Джимми пусть и не являлся шерифом, но никогда не претендовал на это место. Он всегда был свободолюбивым ястребом, парящим в небе над любимым городишкой — Тумстоуном. Джим выступал неким добровольцем, который боролся с преступностью по собственному желанию. Храбрость этого юноши действительно не знала предела, ведь для него на первом месте всегда был порядок и равноправие! Кажется, ему было всё ни по чем: какие бы козни бандиты ни строили против него, как бы ни пытались устроить ему засаду или ещё что-то — всегда ему удавалось выйти живым из передряг, а очень часто даже и не раненым. Недаром все на Диком западе звали его счастливчиком! Ведь мало, кто ещё когда-то рассердил бандитов, оставался живым после встречи с ними… Какое же, однако, счастье, что этот самый счастливчик Джим сейчас даже и не подозревает о том, что бандиты сбежали наконец из тюрьмы, и теперь жаждут мести! Пока он не узнал об этом — у них полно времени обдумать, как же им ему отомстить, а кроме того — отдохнуть от осточертевшей им тюремной бытовухи. — Ну что ж, вперёд и в город! — бодро выкрикнул Блэкджек, указывая пальцем вдаль, с таким эпичным видом, словно был суперзлодеем, собравшимся напасть на Тумстоун, — будем добираться тихо, а по пути как раз сможем придумать про месть! — Блэкджек, предлагаю передвигаться очень осторожно, не попадаясь на глаза горожанам. Иначе они поднимут тревогу, и тогда счастливчик Джим отыщет нас быстрее, чем мы его!.. — с некой опаской предупредил Гарольд старшего брата, вновь бросая уместный совет по осторожности. — А я в тюрьму возвращаться обратно не сильно-то и желаю! — Учту… — сухо пробубнил главарь банды Винчестеров, кидая на среднего брата раздражённый взгляд. — Ох уж этот счастливчик Джим! Это ведь из-за него мы так часто попадаем в тюрьму… Он то и дело рушит наши коварные планы, сдавая нас в руки правосудия! Что б его… — ненавистно рычал Блэкджек, пиная мелкие камушки, лежащие на песочной тропе. — Да, последний раз мы грабили поезд. Если бы не Джимми Уилсон, нас бы не упекли за решётку в пятидесятый раз! — гневно подметил Гарольд, размахивая кулаками. — Ну попадись он мне, я с ним такое сделаю… — Полегче, Гарольд, не горячись… — лояльно промолвил Дайер, хлопая среднего брата по плечу. — Если надо, то мы все вместе его перестреляем. И… — Ага! И будет наш ковбойчик, как решето! Аха-ха-ха! — подорвался от безумного приступа смеха Кольт Винчестер, хватаясь обеими руками за живот, и падая прямиком на горячий песок. — Аха-ха-ха-ха! Поняли, да? РЕ-ШЕ-ТО! Аха-ха-ха-ха! Как дуршла-а-аг будет! Второй по старшенству брат, внезапно для всех остальных, упал на спину и принялся кататься по песку. Он не мог сдержать непредвиденный приступ своих эмоций, а потому хохотал очень громко и даже весьма пугающе. — Да тихо ты! Койот! — сердито, но не громко, рявкнул Блэкджек, топнув ногой. — Потом решим, как с ним разделаемся. Месть должна быть сладкой, как… — Как мёд цветочный! — Дайер, заткнись! Месть должна быть сладка, однако помните, мои дорогие братья, что месть — это прежде всего блюдо, которое подают холодным! — горделиво произнёс главарь бандитов, поднимая указательный палец кверху. — Так ещё нам отец говорил… — И что это означает? — спросил Дайер, принимая очень задумчивый вид, очевидно, чтобы казаться умнее, и повернулся к Гарольду. — Сам не знаю, — признался тот на редкость растерянно, почесывая свой затылок, глуповато посматривая вдаль. — Ну и тупые же вы! — озлобился на них Блэкджек, в очередной раз тряся перед собой кулаками, поражаясь их невежеству, — за что мне такие братья?! Это значит, что… Но тут же замолк, так и оставшись с открытым ртом и важно поднятым кверху пальцем — ответ на этот вопрос что-то не приходил в голову и ему. — Что месть — это мороженое! — вдруг решил Дайер, аж хлопая в ладоши, с таким видом, будто только что открыл Америку, чем моментально обратил на себя внимание своих братьев, — холодное и сладкое одновременно! Разве нет?! Кольт опять заржал как конь на весь город, и даже Гарольд, прикрыв рукой рот, коротко и весело посмеялся. — М-МОРОЖЕННОЕ-Е-Е! ХА-А-А-АХА-ХА-ХА-ХА! — согнувшись пополам, хлопнул себя по ляжкам подрывник, будто ничего смешнее в жизни не слышал. — Полудурки тупые! Все трое! — отчаянно бранился старший брат, прыгая от злости на одном месте. Дайер смотрел на средних братьев с изумлением, и даже разочарованием. Его глуповатая улыбка вдруг резко сменилась на опечаленную. Младший Винчестер побоялся открывать свой рот, заметив озлобленную реакцию Блэкджека. С большими усилиями, но вскоре средние братья прекратили смехотворно голосить. Блэкджек же прекратил браниться, но был очень зол на всех троих. Скрестив руки на груди, он лишь окинул своих непутёвых братьев озлобленным взглядом, а затем развернулся и направился к Тумстоуну. Троица умолкла, словно по команде. Вопросительно созерцая друг на друга, братья лишь молча почёсывали свои затылки. Не понимая, что только что произошло, Винчестеры послушно зашагали за своим старшим братом. Да, пусть Блэкджек и был низкорослым, его пылкости и харизме можно было только позавидовать. Невысокий бандинт всегда отличался своей вспыльчивостью, неконтролируемой агрессией и частым перепадом настроения. Проще говоря, Блэкджек являлся холериком в чистом виде. Одно неправильно слово в его адрес, или, не дай Боже какой-нибудь глупый поступок со стороны его младших братьев приводили Блэкджека в неописуемую ярость. От которой потом, даже самого мирного гражданина могли ожидать самые непредсказуемые, а порой даже и страшные последствия… Ведь глава бандитов был мал, да удал! И шутить он не любил… Вслед за ним всегда шёл Кольт. Он был на полторы головы выше своего старшего брата. Всегда отличался своей безумной любовью к оружию, особенно это проявлялось к револьверам, кольтам и динамитам. По характеру он был странный, и можно даже сказать… Нездоровый. Всегда разговаривал на странные, а порой даже пугающие темы. И хоть его братья тоже являлись свирепыми бандитами, головорезами и душигубами, но даже им порой становилось не по себе от слов или поступков Кольта… Кольт болтливым не был, однако и замкнутым его нельзя было назвать. Возможно, он просто жил в своём конкретном мире, где ему всегда было комфортно… Однако братья, да и все остальные, считали его сумасшедшим!.. Третий по старшенству брат являлся Гарольд. Мозговитый бандит, который обладал просто буддийским спокойствием, был на две головы выше своих старших братьев. В банде Винчестеров Гарольд считался мозгом команды. Всегда вёл себя спокойно, даже в самых тревожных ситуациях, Гарольд старался не паниковать. Ну или по крайней мере, не подавал виду. Свои действия он всегда старался прощитывать на десять шагов вперёд! Мозговитый бандит всегда старался продумать тактику для планов ограблений и никогда не рубил с плеча! Считая это дурным предзнамением. Средний брат умел целиком и полностью проанализировать любую ситуацию, предвидя сотни, если не тысячи всевозможных вариантов событий той или инной ситуации. Так же Гарольд был мастером маскировок, разведок и не только. Он был прекрасным сборщиком информации, и мог запросто выпытать нужную информацию у любого, даже самого молчаливого человека. Гарольд прекрасно знал язык жестов и спокойно умел подать сигналы опасности своим братьям, не создавая лишнего шума и не привлекая к себе лишнего внимания. Самым младшим из четвёрки Винчестеров был Дайер. Пожалуй самый высокий из всех своих братьев! Пусть он и был на три головы выше всех остальных, умом особо Дайер не блестал. С малых лет Дайер был легкомысленным и наивным, таким он остался и во взрослом возрасте. Винчестер-младший всегда любил побаловаться, и сначала говорил или делал, а уже потом и думал, пожиная плоды неприятных последствий в виде кулаков Блэкджека. По своему развитию Дайер напоминал восьмилетнего мальчика, но никак не тридцатилетнего мужчину! Его постоянные кривляния, баловство и необдуманные поступки, нередко становились причиной конфликта между ним и Блэкджеком. Кретинизм и слабоумие меньшего брата всегда раздражали старшего Блэкджека. Впрочем, несмотря на свою идиотию, Дайер считался в команде самым сильным из всех Винчестеров! Такими вот были сбежавшие братья. Несмотря на разный рост и характеры, в целом их внешность не отличалась друг от друга, они были четверняшки: большой подбородок продолговатой формы, короткие чёрные волосы с небольшой чёлкой и чубчиком, крупный нос и длинные тонкие усы. Многие в тюрьме путали братьев, несмотря на различия в росте, но только лишь до того, как познакомились с ними лично: разница в характерах была налицо. Мужчины шли и шли по городу, пока не зная куда — но ноги сами несли их по пути к их логову, расположенному за Тумстоуном. Как бы то ни было — им очень хотелось направиться именно в то место, где они будут в безопасности, точнее говоря, в укрытии, в котором их никто не найдёт. Именно там они смогут отдохнуть и собраться с мыслями… Их ноги, пусть они ещё не отдохнули толком, а все же не так сильно ныли, как до этого. — И как нам отомстить ковбою? — спросил устало и как-то лениво, немного аккуратно Дайер, очевидно, побаиваясь новой вспышки гнева. — Не знаю пока… — мрачно отозвался Блэкджек, сурово хмурясь, смотря куда-то вдаль, пока шёл, не сильно размахивая сжатыми в кулаки руками, — но точно знаю, что моя… То есть, наша месть будет страшна! — Взорвать! — воскликнул вдруг Кольт, заставив всех троих крупно вздрогнуть, повернув к нему свои головы, — взорвать его! Гарольд с осуждением поцокал языком, очевидно, ожидая таких слов от брата. — Не умеешь ты наслаждаться убийством, Кольти… — произнёс он задумчиво, тоже посматривая вдаль, при этом почесывая свой подбородок указательным пальцем, — в чём кайф просто быстро взорвать нашего врага, если можно заставить его как следует помучаться? — Верно… — согласился старший, все так же мрачно и с лёгким раздражением, едва заметно кивнув головой, — взорвать — это слишком скучно! Не лезь со своим динамитом, недотёпа! — прикрикнул он на мужчину, который, хоть и привык к ругани, а все же был оскорблён тем, что его план отвергли. Дальше братья снова шли немного в тишине, как ни в чем не бывало. Кольт злобно дулся, немного раздражённый, но вместе с тем, ровным счётом как и все остальные трое, продолжал думать над планом мести. — А помните, у него была девушка? — вдруг начал примолкнувший Дайер, смотря на своих братьев по очереди, и все внимание переключилось на него, — Настя или как там ее, дочка шерифа. — Да причем здесь какая-то девчонка?! — зашипел, как гадюка, Блэкджек, аж дрожа от злости, и младший из братьев пожалел в очередной раз о том, что не вовремя подал голос, — можете пошевелить мозгами хоть немного, тупоголовые вы койоты, и придумать нормальный способ мести?! — обратился он уже ко всем, не менее яростно. Все младшие братья замерли как парализованные, встали как вкопанные, понимая прекрасно, что надо хорошенько подумать перед тем, как предлагать свой план. А то их вспыльчивый брательник в таком состоянии, что, кажется, готов хоть дымиться начать! — Послушайте, это ведь идея! — вдруг выдал Гарольд, будто держал это в себе очень долго, очень радостно, — да это же… Просто гениально! — Какая идея? — спросили в один голос Кольт, Блэкджек и Дайер. Гарольд имел такой вид, будто был в неописуемом восторге с собственного ума. — Мы можем похитить Настю, потребовав у шерифа выкуп, желательно побольше! — сообщил он, обращаясь словно не к братьям, а к самому себе, — подзаработаем на этом, а если не получим свои деньги — просто убьём ее. Вот и будет месть Джиму! — закончил умник, смотря наконец им в глаза, в ожидании их реакции. Блэкджек, Кольт и Дайер смотрели на своего брата с небольшим удивлением, но вскоре их лица сменились из ошарашенных на восторженные! Винчестеры больше всего на свете любили не только наводить суету в любимом городишке, но и, как любой преступник, они просто обожали деньги, драгоценности и прочие дорогие вещи, представляющие важную ценность для общества! — Идея, что надо! — восторженно воскликнул Дайер, поднимая обе руки вверх. — Уху-у-у-у! Похитим девчонку! Боже, как же я скучал по злодеяниям… — Не ты один… — хихикнул Кольт, прикрывая свой рот широкой ладонью. — Подождите. А какую сумму мы запросим за Анастасию?! — как-то настороженно, даже пугливо поинтересовался самый старший из Винчестеров, бояхно озираясь по сторонам. — Мы ведь никогда никого не похищали! Грабить? Грабили! Брать в заложники? Брали! Но похищать и требовать выкуп?.. Впервые в нашей бандитской карьере… — Ой, Блэкджек смутился… Как же это мило-о-о! — на радостях протянул Дайер, умиляясь забавной физиономии своего старшего брата. — Да не смущайся, братик, Гарольд же у нас умный, вмиг придумает, какую сумму нам сколотить! Главное, чтобы нулей побольше было. — ДАЙЕР, ЗАТКНИСЬ! — вмиг прикрикнул Блэкджек на младшего, вновь приходя в ярость. — Действительно, Гарольд, прежде чем кого-то похищать, нужно составить сумму для выкупа! — внезапно подал умную мысль Кольт, смотря на высокого брата с небольшим негодованием. — Какую сумму надо запросить? — Да какая разница?! Главное, чтобы нулей побольше было! — вновь мечтательно произнёс Дайер, складывая руки в такой же мечтательный жест. — ДАЙЕР, ЗАТКНИСЬ!!! — гаркнули на него все трое братьев, после чего младший Винчестер умолк как по команде. — Если уж речь зашла о сумме, предлагаю просить по максимуму! — уверенно, без какого-либо страха произнёс Гарольд, хмуря свои большие, чёрные брови. — Как насчёт суммы в пятьсот тысяч долларов?! Что скажете? — как-то уже более зловеще вопросил средний из Винчестеров, гордясь своим просветлённым умом. — Вот это да! Вот это сумма! — восторженно выдал старший, аж хлопнув в ладоши, услышав такое, — то, что нам надо, ребята! Дерзаем! — Вперёд за девчонкой! — воскликнул Дайер, воинственно сжимая обе огромные руки в кулаки. — Так или иначе — удача на нашей стороне… — на редкость сосредоточенно молвил Кольт, потирая руки, — мы либо получим деньги, либо отомстим Джиму! — Верно мыслишь, братец, — подтвердил Гарольд, приобнимая его за плечо, — ну что ж, вперёд и с песней! А по пути надо придумать, как именно ее похитить… Братья двинулись в путь, направляясь прямиком к дому шерифа. Они сменили свою цель — вместо того, чтобы добраться без препятствий до логова, теперь им нужно было похитить девушку Джима. Все четверо были в восторге с такой идеи, наполнились энтузиазмом и бодростью, чтобы поскорее осуществить свой план. — Есть у кого идеи, как ее выманить? — робко спросил Дайер, заламывая руки. — Ну конечно! — с улыбкой отозвался довольный собой умник, важно прикрывая глаза на пару секунд, — я уже все придумал, — убедившись, что братья его внимательно слушают, он уверенно продолжил: — кто-то из нас должен притвориться нищим или калекой, начать звать ее, ну там милостыни просить. А когда Настя выйдет, надо как-то отвести ее подальше от дома, где будут сидеть в засаде все остальные! — Отлично! — обрадовался подрывник, мечтательно смотря по сторонам, едва не подпрыгивая на месте, — думаю, это будет легко — она же женщина, а они глупые и слабые! Я попробую, хорошо??? — спросил он с надеждой. — Давай, если будешь оставаться спокойным, и не говорить ей про свой динамит, — шутливо подколол его Гарольд, прикрывая рот рукой, очевидно, чтобы сдержать смех. — Ой… Кто бы говорил, умник! — уже с заметной обидой в голосе промолвил Кольт, поджимая свои тонкие губы. — Уверен, я лучше смогу вжиться в роль, чем ты! Гарольд. И докажу тебе, что я лучший мастер маскировки!.. — Да хватит вам уже ссориться! — жизнерадостно воскликнул Дайер, вновь вознося обе руки к небу. — Давайте-ка лучше поищем для Кольта какую-нибудь одежду, чтобы замаскировать его! Ведь в таком виде его запросто узнает даже дочка шерифа! Все трое братьев внезапно умолкли. Ошарашенно таращась на младшего брата, старшие из Винчестеров буквально забыли, как говорить! Кто бы мог представить, но вечно глупый, легкомысленный и наивный брат решил вновь подать умную мысль. — О! А мне начинает нравиться поумневший Дайер! — в заметном восторге произнёс Блэкджек, чем сильно смутил младшего брата. — Был бы ты таким мозговитым, как наш Гарольд, цены бы тебе тогда не было! — Да, согласен… — сосредоточенно подтвердил Гарольд, задумчиво почёсывая свой подбородок. — Вот только, помимо вещей для маскировки, нам надо добыть ещё где-то бумагу с чернилами и какую-нибудь повозку… А возможно даже, и дележанс! — А бумагу с чернилами зачем? — вдруг робко поинтересовался Дайер, но, увидев разгневанные лица своих братьев, моментально замолчал! — Ух… Рано порадовался! — раздосадованно проворчал самый старший Винчестер, пытаясь сдерживать себя хотя бы сейчас. — Так, ну а вы чего встали?! Пошевеливайтесь, пустоголовые койоты! — вдруг обратился он к Кольту и Гарольду, тряся кулаками от злости. — Ты, Гарольд, иди раздобудь где-нибудь чернила и бумагу! Но только сделай это так, чтобы тебя никто не заметил… — Будет сделанно! — на одном духу выдал умный бандит, направляясь в сторону соседней улицы. — А ты, Дайер, поможешь мне сейчас нарядить этого полудурошного койота! — сквозь зубы промямлил Блэкджек, тыча большим пальцем в сторону среднего брата. Дайер лишь покорно закивал головой, направляясь в узкий переулочек. Блэкджек и Кольт последовали за ним, дабы не попасться на глаза местным жителям, или, не приведи Господь — самому ковбою Джиму!.. Переулочек был совсем узенький и вёл на задний двор двух жилых домов. Жильцы всегда оставляли там сушиться свою одежду, занимались стиркой или кололи дрова для камина. Вот как удача! Именно в этом дворе расположилось неимоверное количество бельевых верёвок, на которых висела сухая (ну или почти сухая) одежда. — Братья, кажись сегодня у нас удачный день! — с хищной улыбкой на лице произнёс самый старший из братьев, сменяя улыбку на жуткий оскал. — Ну что, Кольт, сейчас будем выбирать тебе одежду, достойную твоей маскировки… Подойдя к бельевым верёвкам, братья Винчестеры оглянулись по сторонам, дабы убедиться, что за ними никто не следит. Большинство окон были зашторенны, что могло обозначать только одно — тумстоунцы сейчас либо на работе, либо в салуне или магазине. Однако, чтобы братьев не поймали раньше времени, они предпочли вести себя тихо. — Ну что, Кольт, как тебе вот эта старая рубашка?! — с издёвкой произнёс Блэкджек, демонстрируя своему брату старую рубашку коричневого цвета с чёрными пуговицами, и потёртостями в некоторых местах. — Фу… Она страшная! — с отвращением ответил Кольт, рассматривая поношенную кем-то рубашку. — Так! Ты тоже не Аппалон! — с предъявой ответил старший брат, кидая рубашку брату. — Надевай! — в приказном тоне молвил главарь бандитов, но пока всё ещё себя сдерживал. — Не буду я её надевать! — закричал Кольт, едва не голося на всю улицу. — Да тихо ты, шакал безмозглый! — рявкнул Блэкджек, делая жест с просьбой о тишине. — Хочешь, чтобы сейчас сюда половина Тумстоуна сбежалась?! А если часть жильцов дома?! Ну я тебе… — и только Блэкджек схватил своего брата за воротник тюремной робы, младший Винчестер аккуратно положил свою широкую ладонь ему на плечо, а затем спокойно произнёс: — Блэкджек, успокойся, держи себя в руках… — Дайер, вот ты не перестаёшь меня удивлять! — всё ещё сердито, но сквозь зубы прошипел старший брат, хмуря свои угольно-чёрные брови. — Ладно, Кольти… Ладно! А как тебе вот этот фиолетовый плащ? — уже более спокойно поинтересовался низкорослый мужчина, давая своему брату длинную фиолетовую накидку, которая напоминала ту самую, что носил в далёкой древности Гай Юлий Цезарь. Только фиолетовую. — О, вот этот неплохой, — так же уже спокойнее отозвался Кольт, с видом гламурного модника рассматривая накидку, уже натягивая ее на себя. — Да подожди ты! — остановил его Блэкджек, грубо хватая за плечо, — сначала найдём все нужное — а потом и будешь прихорашиваться! — Ну ладно… — расстроенно ответил тот, опуская взгляд, — ищите одежду, а я пока постою на шухере! Не дождавшись ответа от братьев, что были погружены в выбор одежды, он отошёл за угол, чтобы всегда была возможность предупредить их о возможном случайном прохожем. — Как тебе это? — Платье? Серьёзно? — хмурясь, спросил с раздражением старший, осуждающе смотря на короткое белое платье, блестящее и почти сухое, — сам его носи! — Ну я в шутку… — неловко объяснил Дайер, глупо улыбаясь. — Мы не шутим, Дайер ты мудайер! — рявкнул в ответ Блэкджек, выбивая платье из рук мужчины, гневно смотря в его растерянные глаза, — выбирай что-нибудь постарее и потёртое, чтобы он на нищего был похож. Желательно надо ему чем-нибудь лицо закрыть, какой-нибудь повязкой… — Повязкой?.. — малость заторможенно переспросил Дайер, абсолютно не понимая, а зачем же брату повязка? — Тогда он будет похож уже не на нищего, а на пирата! Ха-ха… — неуверенно произнёс Дайер, потирая свой затылок и издав неловкий смешок. — Я сейчас кому-то глаз выбью, и он будет до конца своей жизни с повязкой ходить! — яростно закричал Блэкджек, едва не нападая на младшего брата с кулаками. — Будешь вылитый пират! — Но… — Никаких но! Достал уже! — рявкнул старший из Винчестеров, снимая с верёвки небольшую тканевую ленточку чёрного цвета. — Держи, Кольт, примеряй. Он протянул ленточку своему брату, Кольт послушно принял её из рук Блэкджека, абсолютно молча взирая на кусок тканевой ленточки. Повязав ленту на левый глаз, мужчина, сделав серьёзное выражение лица, произнёс: — Ну что? Как я вам?.. Нормально на мне повязка сидит? — Пхпхпхпх… Да, капитан! — шутливо произнёс Дайер, тихо хихикая себе под нос. — А-а-а-ай! Блэкджек, за что?! — Заткнись! Заткнись, Дайер-мудайер! Заткнись! — сквозь зубы прошипел бандит, еле сдерживая себя, чтобы не вломить Дайеру. — Тупой, безмозглый шакал… — Перестаньте, лучше помогите мне доработать маскировку! — холодно обратился к обоим братьям Кольт, хмуря свои густые брови. — Жители Тумстоуна не дураки, даже с повязкой на глазу меня могут узнать… — Но почему же? С повязкой на глазу ты более чем не узнаваем. Лично я бы тебя не узнал! Ай! Да за что?! — обиженно воскликнул Дайер, потирая свой затылок от сильного братского подзатыльника. — Идиот ты, Дайер. — коротко, но на эмоциях произнёс средний брат, поражаясь критинизму младшего. — Меня могут узнать по тюремной робе, только заключённые носят робу, ну никак не нищие… — Да, поэтому надо бы надеть на тебя какую-нибудь рубаху… — сосредоточено сказал Блэкджек, внимательно рассматривая висящую одежду, — вот эта зелёная немного великовата тебе, но, вроде как, не сильно. Примерь… Сняв тюремную робу, Кольт нацепил блекло-зелёную рубашку, очень старую и помятую на вид, к счастью, почти не сырую. Она пришлась ему в пору, и он с гордостью поставил руки на пояс. — А усы, надеюсь, сбривать не придётся для образа? — вдруг спросил он уже встревоженно, неуверенно показывая на свои усы, которыми все братья очень дорожили. Блэкджек ехидно улыбнулся, а спустя секунду его улыбка сменилась на злодейский оскал! Кольт нервно сглотнул, глаза подрывника забегали из стороны в сторону, сердце бешено заколотилось в его тридцатилетней груди, а поперёк горла встал неприятный ком… — Учти, Блэкджек… — неуверенно начал средний, пытаясь казаться хоть немножечко уверенней. — Усы я сбривать не буду! Ни за какие деньги мира! Слышишь?! Наш отец носил усы, наш дядя носил усы, наш дед и наш прадед носили усы! И я буду их носить, ибо это уже стало традицией среди мужской части рода Винчестеров!!! — А я разве говорил, что их нужно сбривать? — саркастично произнёс Блэкджек, как ни в чём не бывало. — Сейчас накинем на тебя плащ, а для лучшего образа нищего просто растрепаем твои волосы! И всё, проблема решена! — восторженно добавил старший из Винчестеров, радуясь такому гениальному плану. Накинув на Кольта старый плащ, братья стали со всей силы трепать его по волосам. Стараясь изобразить брата неряшливым и беспомощным, Дайер настолько сильно увлёкся этим занятием, что даже нечаянно поцарапал затылок брата своими ногтями. — Ай! Тс… Дайер! Придурок ты великовозрастный! Мне же больно… — зашипел Кольт, потирая ладонью небольшую царапину на затылке. — Я не просил так сильно! Хоть мне и придётся отыгрывать роль нищего калеки, но можно было трепать мои волосы не так сильно?! Оба брата молчали… Они смотрели на Кольта с неким презрением, абсолютно не пророня ни слова. Винчестеры старались не зря, образ нищего получился на славу! Взъерошенные волосы, поношенная старая одежда и повязка на глазу сделали Кольта практически неузнаваемым. — То, что нужно! — восторженно воскликнул Блэкджек, вновь радуясь созданному образу. — Да! Теперь тебя даже мама родная не узнает!.. — воскликнул Дайер, вновь закидывая руки к небу. — Теперь можно действовать! — Да погоди ты… — шикнул Кольт, бросая сосредоточенный взгляд в противоположную сторону от братьев. — По-моему чего-то не хватает… Но чего? Не пойму. Вдруг Дайер сделал очень сосредоточенное лицо, нахмурил брови и принялся почёсывать свой широкий подбородок. Не долго рассматривая Кольта, самый младший из Винчестеров наконец-то выдал: — Точно! Трости! Тебе не хватает трости! — щёлкнув пальцами, загорланил самый младший, аж подпрыгивая на одном месте. — Да тихо ты! Койот безмозглый! — в своей привычной, грозной манере рявкнул Блэкджек. — Я же сказал тебе не орать на всю улицу! Не хочу раньше времени встретиться со счастливчиком Джимом… — ненавистно прошипел последние слова бандит, неприязеннно озираясь по сторонам, потирая при этом ладони. — Какую ещё трость? — немного непонятливо спросил Кольт, почесывая свой затылок, который немного чесался из-за оставленных там царапин. — Ну ты же, типа, калека! — объяснил недовольно старший, неприятно удивляясь такому вопросу, — чем беднее и больнее ты будешь выглядеть — тем лучше! — добавил он и злорадно посмеялся. — Ну, здорово вообще… — раздражился один из средних братьев, скрещивая руки на груди. — Сам вызвался играть эту роль! — напомнил как бы между делом Дайер, тоже заливаясь тихим смехом. Кольт неприязненно вздохнул, не понимая, что смешного здесь нашли его братцы. Пока Блэкджек молча злорадствовал и лыбился глядя на него и его раздражённое лицо, Дайер как раз обнаружил у крыльца одного из домов какую-то палку — наверняка трость или костыль. Подойдя к крыльцу, младший брат хотел было схватить лежащий поблизости предмет, но… — Ну что тут у вас? — спросил знакомый любопытный голос, и из-за угла показался Гарольд, держащий в руках чернила, перо и бумагу. Дайер ахнул от испуга и чуть было не поскользнулся на ровном месте, а Кольт и Блэкджек, услышав внезапный голос, дружно выругались и подскочили. — А?! Гарольд! Какого чёрта ты так пугаешь?! — в своей привычной манере ругнулся Блэкджек, тряся своими кулаками. — Я уж подумал, кто-то из горожан нас заметил… — Где ты столько времени пропадал? — сердито поинтересовался Кольт, скрестив руки на груди. — Меня уже целиком и полностью преобразить успели, пока ты шастался по Тумстоуну!.. — Ну извините, братья, не так-то уж и просто раздобыть бумагу, перо и чернильницу! При этом остаться незамеченным! — сердито подметил самый мозговитый из братьев, делая упор на скрытности и плане мести счастливчику Джиму. — Вы хоть понимаете, что я рисковал своей шкурой ради несчастного клочка бумаги?! Мне далось это очень тяжело!.. — Ну где же ты сумел добыть все эти вещи?! — абсолютно спокойно поинтересовался Дайер, поражаясь мастерству скрытности своего среднего братишки. — Долгая история… — неохотно ответил Гарольд, тоже скрестив обе руки на груди. — Но если вкратце, то я обнаружил все эти вещи на крыльце дома одной пожилой старушки. Дождался, пока она уйдёт к себе домой, и украл все эти вещи. — Гарольд, ты гений! — восторженно воскликнул Дайер, аплодируя своему брату. — Теперь осталось только написать записку и раздобыть какой-нибудь транспорт! — уверенно произнёс Гарольд Винчестер, щёлкая пальцами и хищно улыбаясь. — Ну, думаю, ни то ни это нас особо не затруднит… — самоуверенно ухмыльнулся Блэкджек, размышляя, — хотя, с транспортом, как и со всем остальным, стоит быть аккуратнее и тише! Внимательно осмотрев Кольта, убедившись, что он отлично замаскирован, братья отправились на поиски средства передвижения. — Так, пока ищем все что нам осталось… Надо написать записку! — решительно произнес Блэкджек, важно поднимая кверху указательный палец, — Гарольд, дай-ка мне чернила, перо и бумагу! — Ага, держи, — умник подал брату все необходимое, — насчёт способа передвижения — предлагаю найти повозку или просто лошадей. Даже если они будут громко себя вести, передвигаться на них очень удобно и быстро! — Ну не на козе же дранной мы к логову поедем! — злобно выдал Блэкджек, ставя чернильницу и лист бумаги на бочку, что стояла в узеньком переулочке. — Ну а вы чего встали?! — яростно обратился к братьям главарь бандитов, сверля Гарольда и Дайера осуждающим взглядом. — Живо на поиски транспорта! А я пожалуй пока напишу записочку нашему «уважаемому» шерифу! Хи-хи-хи… Гарольд и Дайер осторожно выглянули из переулка и, убедившись, что по улице никто не идёт, решительно направились на поиски транспортного средства. В нескольких шагах от дома шерифа располагался салун, в котором и выступала Анастасия. Молодая девушка завораживала мужчин своим прекрасным пением, а также грациозными танцами. Настя была одной из самых красивых девушек не только в родном Тумстоуне, но и на всём Диком западе! Девушки и женщины старались походить на Настю, а мужчины мечтали пойти с ней под венец. Однако сердце Анастасии было занято тем самым отважным ковбоем — Джимом Уилсоном! Девушка любила его, и только его! Игнорируя ухаживания всех других мужчин и парней. Ведь Джеймс был не только храбрым и справедливым, но к тому же ещё и очень красивым. Пока Блэкджек писал записку с выкупом для шерифа, двое братьев Винчестеров благополучно оставались незамеченными. Они старались прятаться за бочками, сливаясь с атмосферой любимого городишки. Неподалёку от салуна стояла огромная повозка, её ещё называли «шхуной прерий», из-за ее необычной формы. Повозка была запряжена четырьмя красивыми, молодыми и явно породистыми жеребцами. Сразу было видно, что повозка пренадлежала какому-нибудь богатому и статному человеку. — О! То что нам нужно! — негромко, но явно восторженно выдал Гарольд, слегка выглядывая из-за бочки. — Надеюсь, что хозяин данной повозки ещё не скоро выйдет из салуна!.. — Может, обыщим повозку? — предложил тому Дайер, улыбаясь глупой улыбкой. — Хорошая идея! — одобрительно подметил Гарольд, щёлкая пальцами. Осторожно выйдя из-за бочек, мужчины чуть ли не на цыпочках прокрались к задней части повозки. Заглянув туда, братья Винчестеры обнаружили пару ящиков текилы, ящик с копчённостями и дорогим сыром, а также небольшую корзину с фруктами и вином. — Вау! Как здесь много еды!.. — проскулил Дайер, еле сдерживая себя, чтобы восторженно не закричать на всю улицу. — Ух ты, Гарольд, смотри! Здесь даже верёвка есть, какая удача… — И не говори. — ухмыльнулся средний брат, с более спокойным выражением лица рассматривая содержимое повозки. — С такой крупной добычей, да ещё и с похищенной девчонкой, мы заживём как настоящие бандиты! Братья дали друг другу пять, радуясь тому, как же им сегодня везёт! — Все готово! — негромко, но радостно оповестил их появившийся Блэкджек, бодро размахивая листом бумаги, с начертанными на нём чёрными закорючками, — а у вас как успехи? — Вот отличная повозка, — отчитался Дайер, показывая на запряжённых лошадей, а потом и на содержимое повозки, — тут и кони, и еда, и… И… И теки-и-ила!!! — Запасов хватит на долго, — улыбнулся Гарольд, тоже осматривая с довольным видом их добычу, — осталось только разобраться, где сейчас девчонка, и приманить ее сюда. Скажи Кольту, что пора приступать! Хоть старший и был недоволен тем, что им вдруг начали командовать, но все же поспешил обратно в тот переулок, чтобы уведомить Кольта о том, что его час настал! — Кольт! Хорош прохлаждаться, пора действовать! — сказал он, обращаясь к бандиту, что с интересом рассматривал выданные ему вещи, — и только попробуй нас подвести… Я из тебя всю дурь выбью! — пригрозил вдруг он, замахиваясь на мужчину кулаком, чтобы подтвердить серьёзность своих слов. — Да с чего бы мне вдруг вас подводить? — гордо, даже заносчиво как-то спросил Кольт, направляясь вместе с Блэкджеком к братьям, — я же не Дайер! — Не Дайер… Но ты порой очень неспокойный! — объяснил тот, очевидно, начиная нервничать, сердито хмуря свои чёрные брови, — только попробуй в разговоре с девчонкой упомянуть что-то про свой дурацкий динамит — я тебя…! — Да не буду я, не буду! К счастью, быстро закончив ругаться, видимо в силу того что им надо было сосредоточиться, старший и средний Винчестеры покинули переулок. — Так, иди к ее дому, — уже чуть спокойнее инструктировал главарь банды, кладя руку на плечо мужчины, жестом направляя его к дому шерифа и его дочери, — стучись или… Но тут же замер, увидев, как из салуна выходит человек. И не просто человек — блондинка в розовом платье и шляпе, шагающая прямиком к дому. Очевидно, это была сама Настя. Блэкджек кинул быстрый взгляд на повозку — Гарольда и Дайера не было. Значит, они уже заметили ее и спрятались в повозке… Понимая, что медлить нельзя, он сам подбежал к повозке и поскорее под ней спрятался — в силу его роста его было тяжело заметить с первого раза. По абсолютно безлюдной улице шагала юная девушка семнадцати лет. Она была высокой, стройной блондинкой, но с очень пышными формами. В ней спокойно сочиталась грация, энергичность, дерзость и храбрость. Светлые, почти золотые волосы постриженные под каре, ярко сверкали на палящем солнышке. Красивые, выразительные глаза, словно два бриллианта, ослепительно сияли ярко-голубым оттенком! Её взгляд казался одновременно женственным и высокомерным, словно она была госпожа. С виду хрупкая девушка, но такая бойкая и хваткая! Они с Джимом идеально подходили друг другу, как два сарога пара!.. Анастасия всегда предпочитала розовый и чёрный цвет в своей одежде и всегда одевалась довольно открыто. Она часто носила корсеты, короткие юбки и высокую обувь на длинном каблуке. Чаще всего это были именно ботинки на высокой платформе. Даже если подол её платья был длинный, это не мешало танцевать ей на сцене, но чаще всего, подол был лишь сзади юбки. На сцене девчушка выплясывала только так! Толпа её просто обожала, а Джим гордился своей будущей невестой. Ведь она была храброй, полна жизни и энергии, верна и преданная, как собака своему хозяину! А самое главное, что Анастасия никогда не лукавила, и всегда говорила всё в лоб! Проходя мимо повозки, девушка издали заметила низкорослого мужчину. Он сидел на крыльце, рядом с её домом, опечаленно опустив голову вниз. Незнакомец был облачён в старые лохмотья, а в руках держал костыль. Настя нахмурила свои брови, поджала губы и, недовольно хмыкнув, направилась к нему. — Эх… Я несчастен… — бормотал себе под нос Кольт, изображая некую скорбь и потерю на своём лице. Винчестер боковым зрением успел заприметить идущую к нему девушку и, чтобы усилить своё трагичное состояние до предела, наигранно зарыдал. — Ох! Никто мне не поможет! Один я в этом мире… Анастасия подошла к нему, что он понял по звуку ее шагов, но не поднял головы, продолжая рыдать. Делая вид, что так погружен в своё горе, что даже не замечает ее. — О-о-ой, горе какое, го-о-оре… — продолжал причетать он, очень сильно надеясь, что не переигрывает. — Добрый день, сэр, Вы кто? — спросила она, смотря на него сверху вниз, с отчётливым интересом. Кольт медлил лишь секунду, прежде чем все так же наигранно подскочил, изображая, будто не ожидал услышать нового голоса. — Ой! — воскликнул он, аж схватившись свободной рукой за сердце, пока братья аккуратно наблюдали за ним из-за повозки, — не заметил Вас, юная леди… Он попытался встать, якобы из уважения к женщине перед ним, но тут же начал падать — ведь калека, которого он изображал, не умел стоять на ногах без костыля! «Хорошо играет! — подумал с улыбкой Блэкджек, будучи даже приятно удивлен вниманием Кольта к таким деталям, вроде костыля, — правда, вопрос в том, как он заставит ее подойти к повозке…» Настя была хоть и дерзкая, но не злая. Прежде чем «больной» человек упал, она поскорее помогла ему подняться на ноги, а потом и подала его костыль. — Ой, спасибо… Да я… — начал притворно растерянно Кольт, изображая из себя ничего не понимающего инвалида, а может ещё и пожилого, — калека я, недавно с войны вернулся… Простите, что сижу тут, просто ноги не держат… Винчестер взглянул на девушку «уцелевшим» и «единственным» глазом, пуская настоящую слезу. Его взгляд был полон благодарности, похоже, что Кольт сейчас старался переплюнуть Гарольда в навыке маскировки, ведь, несмотря на свой непредсказуемый характер и тяготы к насилию, играл средний Винчестер довольно убедительно. — Должно быть, вы не местный? — с интересом вопросила Настя, чьё лицо и голос вмиг приобрели любознательные нотки. — Я вас раньше здесь не видела, откуда вы, сэр?.. Кольт нервно сглотнул, ведь не знал, что ответить. Гарольд бы на его месте сразу бы выкрутился, не став медлить. Отведя взгляд в сторону, Кольт неуверенно промямлил: — Я… Я… Я местный… Просто… — Странно, но я вас раньше здесь не видала. — звонко и малость с недоверием перебила девушка, вновь приобретая хмурый вид. — Я здесь почти каждого жителя знаю, но вас никогда ранее не встречала… Сэр, как ваше имя? — последнее она произнесла с нотками доброты и интереса, но по-прежнему сохраняла серьёзный вид. — Моё имя Аверелл Смит! — уже более уверенно произнёс Кольт, перестав теряться и прятать взгляд от девушки. — Неудивительно, что вы меня раньше здесь не видели, юная леди. Город ведь большой, да и население в нём не маленькое… Держать в голове имена всех жителей практически невозможно. Однако город действительно большой, здесь все друг друга знают… Но не забывайте, моя дорогая, невозможно знать абсолютно всё в этом мире! Так же нельзя помнить всё, голова не резиновая, сами понимаете. — Вы философ? — спокойно поинтересовалась она, вновь приобретая спокойный вид. — До того, как отправиться на фронт, я работал в библиотеке. — продолжал убедительно врать Кольт, решая как следует заболтать девицу! Дабы та не соскочила с его крючка, как золотая рыбка. — Там я часто читал книги великих древнеримских философов, да и не только дневнеримских… Китайских тоже, особенно мудрецов и пророков. — Скажите, сэр, я могу вам чем-нибудь помочь? — с трепетом и волнением в голосе вопросила Анастасия, слегка наклонившись к несчастному калеке. — Вы голодны? Может, вы хотите пить? Есть ли у вас крыша над головой?.. Вопросы сыпались один за другим, но Кольт держался стойко! Он подождал, пока девушка умолкнет, после чего ответил: — Дома у меня больше нет, я потерял свой дом… Меня выселили с него за неуплату налогов. Я старый, несчастный солдат! — отчаянно воскликнул Кольт Винчестер, упав на колени перед девушкой и вновь наигранно зарыдав. — Я воевал за нашу страну, а что получил в благодарность?! Никому я такой не нужен! Старый… Одинокий… Слабый калека… Без гроша в кармане, крыши над головой и лишённый надежды на светлое будущее… Кольт говорил эти слова так убедительно, что даже братья едва не поверили в его трагичную судьбу. А Дайер даже всплакнул от грусти, настолько сильно и старательно Кольт Винчестер отыгрывал несчастного калеку. — Если хотите, я могу вас сейчас отвести в салун. — совершенно спокойно ответила Анастасия, поднимая «несчастного» мужчину с колен. — Там вас накормят, напоят, не переживайте, сэр, я всё оплачу! А потом я отведу вас в приют, ведь негоже вам на улице ночевать. Если хотите, я постараюсь решить вашу проблему с вашим жилищем? Мой парень Джеймс Уилсон поможет вам, он всегда помогает слабым! — уже с огромной уверенностью в себе добавила она, вселяя надежду в сердце бездомного мужчины. — Ох, вы очень добры… — промямлил тот, опуская взгляд вниз, якобы в неловкости, — клянусь, не забуду вашей помощи, юная леди! Настя мягко улыбнулась, помогая ему идти, направляя его прямиком к салуну, а трое братьев, прячущиеся в повозке, тем временем поняли: это их шанс! Когда Кольт и невеста Джима пройдут мимо их укрытия, они должны выскочить на них и наконец схватить девчонку! Взглядом Блэкджек дал понять Гарольду и Дайеру: готовьтесь. Гарольд кивнул, показывая, что готов, а Дайер по глупости хотел что-то спросить, но братья вовремя заткнули ему рот руками. Направляясь прямиком к салуну, Кольт и Анастасия почти прошли длинную повозку, но не успели они дойти, как вдруг оттуда на них выбежало трое мужчин! Все они были разного роста. Один высокий, другой средний, а третий совсем низкорослый. — Держи её! Держи девчонку! — с громкими воплями приказал Блэкджек, тыча пальцем в Анастасию. От неожиданности девушка моментально повернула голову к источнику звука, и тут же оторопела! Перед ней стояли братья Винчестеры, о которых она не только была наслышана, но и прекрасно знала, насколько же они опасные ребята! Не успела девушка даже пискнуть, как Дайер поднял её на руки и потащил внутрь повозки. — Вёревка! Верёвка где?! Давай её сюда! — на радостях закричал самый младший из Винчестеров, связывая девушке руки. — Попалась, красоточка! Теперь за тебя твой папашка нам столько денег отвалит… — мечтательно добавил он, уже представляя, как они будут купаться в деньгах, словно в прозрачном море. — Отличная работа, Кольт! — обратился к «калеке» Гарольд, помогая невысокому брату забраться в повозку. — Ученик превзошёл учителя… — Мне уже надоело разыгрывать этот спектакль! — ругнулся Кольт, швыряя повязку на землю. — Дайте мне мою робу, не могу больше в этих тряпках оставаться… Фу! Мерзость… — Ну, Винчестеры, вам это так с рук не сойдёт! — шипела девушка, ёрзая под Дайером. — Джим найдёт вас, где бы вы ни были, и вам… — Достаточно, милочка! — перебил её Гарольд, спокойно рассматривая «добычу», пока Блэкджек перелез на место кучера. — Ты станешь нашим билетом в богатую жизнь! — Погодите, братцы! Совсем забыл оставить нашему дорогому шерифу записку, одну минуту… — торопливо воскликнул Блэкджек, спрыгивая с повозки. Подбежав к дому шерифа, мужчина приложил записку к входной двери и, вытащив из рукава острый нож, что так же был обнаружен в повозке, одним лишь махом прибил ее. — Всё! Можем ехать! — крикнул Блэкджек, молниеностно подбегая к повозке. Забравшись на место кучера, Блэкджек схватил рядом лежащий стэк и со всей силы ударил по спине одного из жеребцов. Кони громко заржали на всю улицу, а один жеребец даже встал на дыбы! Повозка тронулась так быстро, что оставила после себя высокие столбы дорожной пыли. Топот лошадиных копыт утихал… утихал… Пока его совсем не стало слышно, а повозка и вовсе исчезла из поля зрения столь спокойной улицы Тумстоуна!