Замешательство

***

      — Мама, а почему ты стала врачом? — задала вопрос девчонка с двумя косичками.       — Ёнхи, это сложный вопрос, — женщина сидела рядом с ребенком на лавочке. Рядом с ними стояло два пакета с продуктами, — Понимаешь, чтобы кем-то стать, нужно это всем сердцем полюбить. И сколько бы я ни объясняла, почему выбрала медицину, вряд ли кто-то поймет до конца. Просто… мне это нравится. Нравится дарить надежду тем, кто сам уже не может за неё ухватиться.       — Я тоже хочу быть врачом! — воскликнула девчонка, мигом спрыгнув с лавки и озорно сверкнув глазами. Мать тихо рассмеялась, нежно потрепав её по голове.        — Вырастешь, сама все поймешь.

***

       В прихожей лязгнул поворот ключа в замке. Мама еще на работе, а Ёнхи вернулась из школы совсем недавно. Она уже знала, кто это. Не спеша, девушка вышла в коридор, прислонилась плечом к стене и одарила вошедшего ленивой, но счастливой улыбкой.        — Пап, привет, — мужчина обернулся, его лицо расплылось в ответной улыбке.       — Привет, ласточка, — коснувшись щеки дочери легким поцелуем, отец подхватил чемоданы и поволок их в родительскую спальню.        — Ты на сколько приехал? — спросила Ёнхи, преследуя его по пятам.        — На месяц, как минимум, — отец оставил чемоданы в гардеробной и вместе с дочерью прошел на кухню. — Мама скоро придет, давай-ка что-нибудь приготовим?        — Без проблем, — девушка энергично принялась доставать из холодильника продукты. — Мамино любимое?       — Именно.        Кухню наполнили восхитительные ароматы готовящихся блюд. Стол был накрыт, и аппетитная еда ждала своего часа. Оставалось дождаться маму. Отец с дочерью устроились на диване в гостиной.       — Пап, починишь потом стиралку? — пробормотала Ёнхи, запрокинув голову на спинку дивана.        — Опять сломалась?        — Ага.       — Со следующей зарплаты купим новую. У меня как раз премия будет, — отец вдруг оживился и, вскочив с дивана, направился в коридор. — Сейчас кое-что покажу.        Ёнхи проводила его недоуменным взглядом и снова откинулась на спинку дивана. Вскоре отец вернулся, неся в руках большой пакет, внутри которого находилась коробка.        — Открывай, — протянул он дочери подарок. Девушка мгновенно схватила его. Разорвав упаковку, Ёнхи широко заулыбалась.       — Ты всё-таки купил её! — не веря своим глазам, она принялась рассматривать ветровку Palace Run It тёмно-красного цвета. Дорогую вещь, которую не каждый мог себе позволить. Ёнхи мечтала о ней с пятнадцати лет, отец обещал купить, но когда ей исполнилось шестнадцать, она почти забыла о своём давнем желании.        — Рад, что тебе понравилось, — мужчина обнял дочь. В этот момент хлопнула входная дверь. — Жена моя пришла.        — Дохён, ты приехал! — женщина вошла в гостиную и заключила мужа в крепкие объятия. — А это что? — выпутавшись из объятий, она с улыбкой посмотрела на ветровку в руках дочери. — Выпросила всё-таки.       — А мы ужин приготовили, — отец семейства, встрял в разговор, приглашая всех на кухню.        Вечер прошел в теплой семейной обстановке, за разговорами и смехом. Ближе к одиннадцати семья разошлась по комнатам. Ёнхи, сидя на кровати, всё ещё не могла налюбоваться своей новой ветровкой. Она представляла, как отец старался найти её, зная о её заоблачной стоимости. С теплом в сердце девушка легла спать.

***

      — Ладно, так и быть, — учительница, поправив очки на переносице, словно взвешивала каждое слово. — Но в таком случае отправишься на выходных волонтёрствовать.       — Хорошо, — Ёнхи склонила голову в лёгком поклоне, едва сдерживая вздох облегчения. Внутри она мысленно отпраздновала победу: вместо душного музея — свобода! Волонтёрство? Да без проблем. Пару часов в приюте для животных — и весь остаток дня в полном распоряжении. Она едва не хмыкнула вслух от этой мысли, но сдержалась, сохраняя на лице безразличное выражение.       Сегодня пятница. Завтра можно будет спокойно прогуляться по торговому центру после формального «исполнения долга». Ёнхи считала такие компромиссы идеальным решением: соблюсти правила, не жертвуя своими планами. Она слегка улыбнулась уголком рта, но тут же спрятала улыбку, выходя в коридор.       — Ну что? — Джихён, прислонившись к стене возле двери, прожигала взглядом выходящую Ёнхи.       — Отпустила, — Ёнхи небрежно коснулась плеча подруги и двинулась дальше по коридору, насвистывая под нос незатейливый мотив. Джихён лишь недовольно цокнула языком, но поспешила следом.       — Кстати, — девушка нагнала уходящую Хван. — Я сегодня встретила Пак Чевон. Она так злобно на меня посмотрела, будто я у неё последний пирожок украла. И ещё что‑то шепнула подругам — те сразу захихикали.       Ёнхи лишь равнодушно пожала плечами, засунув руки в карманы синей кофты.       — Да какая разница? — она лениво махнула рукой. — Чевон вечно строит из себя королеву школы. Её проблемы, что она на всех злится. Пойдём лучше решим, куда завтра заглянем в торговом центре. Я слышала, в «Зелёном уголке» новые суккуленты привезли — хочу посмотреть.       Лёгкая вибрация телефона в кармане заставила её остановиться. Она вытащила смартфон, бросила беглый взгляд на экран — пара уведомлений от соцсетей и напоминание о завтрашнем волонтёрстве. Ёнхи без интереса смахнула их, даже не открывая.       — Ты идёшь? — крикнула Джихён, высунув голову из кабинета и нетерпеливо постукивая ногой.       — Да‑да, — Ёнхи на мгновение замерла, разглядывая узор на кафельном полу с видом человека, которому откровенно всё равно. Затем лениво оттолкнулась от стены и направилась к подруге. — Что у нас сейчас? — она шутливо ткнула Джихён в бок. — Надеюсь, не контрольная по математике?       — Увы, — Джихён скорчила гримасу. — Именно она. И я совершенно не готова.       — Расслабься, — Ёнхи небрежно махнула рукой. — Выкрутимся как‑нибудь. В конце концов, жизнь слишком коротка, чтобы переживать из‑за контрольных.       Они одновременно вздохнули — Джихён тревожно, а Ёнхи нарочито беззаботно — и шагнули в класс, где уже звенел звонок, а учитель раскладывал листы с заданиями на своём столе.

***

      — Ты не поверишь, что сегодня произошло! — прозвучал в трубке ликующий голос Юнги, отчего у Ёнхи лишь дрогнула усмешка на губах. — Занята? Можем встретиться?       — Могу, — коротко ответила она, застёгивая молнию куртки.       — Понял. Жду в клубе.       Уже через полчаса Ёнхи стояла на крыльце игрового клуба. Это место, пропитанное дымом, запахом чипсов и ностальгией, было их с Юнги вторым домом — кажется, последние лет пять они проводили здесь каждую свободную минуту. Обшарпанные стены помнили всё: триумфальные победы в файтингах, пролитую в спешке лапшу, ворчливые жалобы соседей на оглушительный шум и их собственные хохоты до слёз.       — Привет, — поздоровалась Хван, устраиваясь на своём привычном месте у окна. — Ну, выкладывай.              — Помнишь, я рассказывал про Ким Ыйгёма? — Юнги плюхнулся напротив, глаза горели от возбуждения. Ёнхи молча кивнула. — Так вот, он сегодня с Хонилем сцепился!       — Ого, — брови девушки взлетели вверх. Она хорошо знала всех школьных хулиганов из рассказов Юнги — тот всегда докладывал о каждом происшествии в мельчайших деталях. Чхве Хонъиль ничем не отличался от прочих задир: высокий, плечистый, с вечной ухмылкой на лице. Ёнхи даже пару раз видела его, когда ждала Юнги возле стадиона.       — Так Ыйгём сначала стушевался, — Юнги самозабвенно жестикулировал, в глазах искрился озорной блеск, — но потом как врезал ему! За наушники… как же они там называются? — он задумчиво почесал висок. — А, неважно! В общем, понеслась драка.       — И кто кого? — Ёнхи слегка наклонилась вперёд, заинтересованно прищурившись.       — Ыйгём уделал Хонъиля! — Юнги хлопнул ладонью по столу, едва не опрокинув стакан с ванильным молоком.       Ёнхи откинулась на спинку кресла, задумчиво постукивая пальцами по подлокотнику. Юнги повторил её жест, устраиваясь поудобнее.       — От него же теперь не отстанут, — почти шёпотом проговорила Хван, глядя в окно.       — Ну, слушай, — Юнги сделал большой глоток молока, — по правде говоря, у Ыйгёма талант.       — В драках? — девушка повернулась к другу всем корпусом, устремив на него усталый взгляд, в котором, однако, мелькнуло любопытство.       — Да. Я его потом спросил, занимается ли он чем‑то. И знаешь, что он ответил? Нет. Просто интуиция, реакция — и всё.       Наступила короткая пауза. Ёнхи покрутила в руках брелок от ключей, потом подняла глаза на друга:       — Как там Джисон? — спросила она после минутной паузы.       — Без изменений, — Юнги помрачнел, опустив взгляд. — Всё так же в больнице. Врачи говорят, нужно ещё пару недель наблюдения.       — Давай в воскресенье его навестим? — выпрямившись в кресле, твёрдо произнесла девушка.       — Ты снова волонтеришь, что ли? — Юнги приподнял бровь.       — Да. Завтра до вечера, а послезавтра до обеда. Зато в понедельник не придётся тащиться с классом на эту экскурсию в музей, — она криво усмехнулась.       — Опять отлыниваешь от поездок с классом, — Юнги по‑доброму улыбнулся и потрепал подругу по голове. — Хитро придумано.       — Знаешь… — Ёнхи вдруг сгорбилась на стуле, взгляд стал отстранённым. — Порой я хочу просто вернуться в то время, когда мы с тобой целыми днями тут зависали. Без всех этих проблем, без больниц, без необходимости что‑то планировать… Иногда мне кажется, что только это и держит меня на плаву.       Юнги помолчал, потом встал, обошёл стол и положил руку ей на плечо:       — Да… я тоже так хочу, — тихо сказал он. — Но сейчас нужно думать о будущем. О том, как помочь Джисону, как разобраться с этими разборками в школе… И о том, чтобы не потерять то, что у нас есть.       Он вернулся на своё место и подмигнул:       — Зато после больницы мы устроим такой марафон игр, что этот клуб запомнит нас навсегда!       Ёнхи наконец улыбнулась по‑настоящему — широко, искренне, как в старые добрые времена.       — Договорились, — кивнула она. — Тогда до воскресенья?       — До воскресенья, — подтвердил Юнги, поднимая стакан в импровизированном тосте.

***

      Ближе к семи вечера друзья разошлись. Ёнхи неторопливо шагала в сторону любимого круглосуточного магазина — там продавались её любимые батончики, без которых вечер казался неполным.       Войдя внутрь, она услышала усталый, словно эхом доносящийся голос продавца. Он уже давно знал её и её неизменный выбор.       — Как всегда? — мужчина слегка улыбнулся, едва взглянув на девушку.       — Да, пожалуйста, — Ёнхи улыбнулась в ответ и положила на прилавок два батончика: один — с тропическим ароматом кокоса, другой — с солнечным вкусом манго.       Расплатившись, она вышла из магазина и тут же сорвала обёртку с кокосового батончика. Первый кусочек таял во рту, даря знакомое ощущение уюта. Вечерний воздух становился всё прохладнее, но Ёнхи не обращала внимания — сегодня она решила обойтись без новой ветровки, приберегая её для какого‑то особенного случая. Слишком уж она боялась случайно испачкать или порвать эту вещь.       По пути домой находилась круглосуточная аптека — туда Ёнхи и направлялась. Ей нужна была обезболивающая мазь для старой травмы и пара бинтов на всякий случай.       Торопливо войдя внутрь, Хван случайно задела плечом незнакомца в тёмной куртке. Она даже не взглянула на него, лишь коротко пробормотала «извините» и поспешила к кассе.       — Мне обезболивающую мазь и два рулона бинтов, пожалуйста, — продиктовала она список фармацевту, стараясь унять лёгкое раздражение от спешки. Ей не терпелось поскорее оказаться дома, завернуться в плед и досмотреть сериал, который она отложила утром.       Расплатившись, Ёнхи вышла из аптеки. Рядом со входом стояла старая деревянная лавочка, на которой, ссутулившись, сидел тот самый незнакомец. Он курил, надвинув капюшон чёрной ветровки на голову. Лицо оставалось в тени, но Ёнхи успела заметить ссадины на руке, державшей сигарету, и разбитые костяшки пальцев. Она уже хотела пройти мимо, как вдруг:       — Холодно сегодня, — прозвучал знакомый голос у неё за спиной. Парень прокашлялся и снова затянулся сигаретой.       «Только не он», — промелькнуло в её голове. Внутри всё сжалось. Она слишком хорошо знала этот голос. Этот чёртов Гису.       Ёнхи медленно повернулась. Ладони непроизвольно сжались в кулаки, ногти впились в ладони. Взгляд стал пронзительным, полным нескрываемой ненависти. А парень продолжал сидеть в той же позе, будто не замечая её — или намеренно делая вид, что не замечает. Это было странно и оттого ещё более тревожно.       Несколько мгновений они сверлили друг друга взглядами. Ёнхи отчётливо видела его лицо в свете фонаря: острые скулы, насмешливый изгиб губ, тёмные глаза, в которых плясали дьявольские искорки.       Хван ничего не ответила. Воспоминания нахлынули волной: тот вечер, когда, возвращаясь из школы, она впервые столкнулась с шайкой хулиганов, и Гису, который тогда неожиданно встал на её сторону — но не из благородства, а ради собственной забавы.       Вспомнив о времени, Ёнхи резко отвернулась и пошла дальше. Она чувствовала спиной его пристальный взгляд, будто он изучал каждый её шаг. Шаг давался с трудом. Внутри всё клокотало от противоречивых чувств. С одной стороны, хотелось развернуться, подойти и высказать всё, что она думает об этом психопате, может, даже толкнуть его — просто чтобы стереть эту вечную ухмылку с его лица. С другой — необъяснимое любопытство, смешанное со страхом, заставляло замедлить шаг, прислушаться к каждому звуку за спиной, гадать, последует ли он за ней. Она ускорила шаг, сжимая в руке пакет с покупками. В голове крутилась одна мысль: «Только бы дойти до дома».