Чёртовы вампиры

Финальный этап Великой Охоты традиционно был самым зрелищным и самым опасным. Это была схватка всех на всех, где выживал сильнейший. Цель – найти и нейтрализовать несколько "хранителей", мощных, но безвольных новоутробных вампиров, которых кланы выставляли в качестве мишеней. Тот, кто обезвредит больше хранителей и останется на ногах, объявлялся победителем. Ареной для этого этапа стал старый, заброшенный подземный комплекс, лабиринт из туннелей, камер и затопленных шахт, где свет проникал лишь через редкие пробоины в потолке, создавая жуткие, мерцающие тени. Это было идеальное место для засады, для тактических маневров и для того, чтобы выйти за пределы правил. Все три победителя предыдущих этапов – Нишимура Рики, Ким Сону и Ян Чонвон – стояли на стартовой линии. Атмосфера была накалена до предела. После их запретной ночи, Сону и Рики избегали зрительного контакта, но каждый чувствовал присутствие другого, как пульсирующую рану. Рики был собран, как никогда. Прошлой ночью произошло нечто, что он все еще пытался осмыслить. Часть его хотела забыть, а часть – повторить. Он чувствовал, как энергия Сону переплелась с его собственной, создавая странную, невыносимую связь. Сону был более чем доволен. Он знал, что Рики теперь его. Его улыбка была широкой, но в ней скрывалась хищная уверенность. Он чувствовал контроль, и это ему нравилось. Чонвон был насторожен. Он чувствовал, что что-то не так. Воздух в комплексе был тяжелым, не только от предвкушения боя, но и от чего-то иного. Отчаяния. Страха. Чьего-то чужого, глубокого страха. Сонхун, его глава, предупреждал его. – Чувствуешь, Чонвон? – тихо сказал Сонхун. – Это не только страх наших мишеней. Это что-то чужое. Будь осторожен. Когда прозвучал сигнал, вампиры бросились в лабиринт. Рики двигался мгновенно, его скорость позволяла ему опережать всех. Он нашел первого хранителя в одной из камер, его движения были точными и смертоносными. Он использовал свою Кинетическую абсорбцию и перенаправление, чтобы быстро обезвредить вампира, не оставляя ему шансов. Сону не отставал. Он наслаждался процессом. Его Эмоциональное разложение начало работать на полную катушку. Он наслаивал на хранителей не только страх, но и растерянность, что делало их легкой добычей. Он чувствовал, как другие вампиры тоже подвергаются его влиянию, их мысли путались, они начинали паниковать. Чонвон двигался в тенях, словно призрак. Его Теневое плетение позволяло ему проходить сквозь, казалось бы, непроходимые стены, появляться в самых неожиданных местах. Он не просто искал хранителей, он искал аномалии. Он чувствовал, как ментальные барьеры, созданные кланом Тенебрис для защиты хранителей, начали давать сбой. Это было ненормально. Кто-то вмешивался. Вдруг, в одной из дальних камер, раздался крик. Это был не крик хранителя, а крик чистокровного вампира из Редлайн, участника Охоты. Его тело, когда Рики и Сону достигли его, было облеплено льдом. Он был заморожен изнутри, его глаза были расширены от ужаса. – Хисын, – прорычал Рики. Он узнал почерк Криокинеза. Хисын был здесь, и он явно вышел из-под контроля. Его аура была яростной, безумной, но в ней была и какая-то отстраненность, будто он был одержим. – О, это становится интереснее, – промурлыкал Сону, его глаза загорелись еще ярче. – Наш безумец решил устроить свою собственную Охоту. Но это было не просто безумие Хисына. Кай, который тайно проник в комплекс вместе с Лейлой, чтобы наблюдать, почувствовал это. – Это не просто он, – прошептал Кай, прячась в одной из темных ниш. – Кто-то усиливает его. Питается его гневом. Я чувствую это. Старая магия. Хисын появился из темноты, его глаза светились неистовой силой, его кожа была покрыта инеем. Он был воплощением разрушения. Он не выбирал жертв, он атаковал всех подряд – вампиров из всех кланов, хранителей, даже пытался добраться до Вагантов. Его криокинез был на пике, создавая ледяные шипы, заставляя воздух замерзать, обрушивая сосульки с потолка. Комплекс превратился в хаос. Охота, которая должна была быть соревнованием, превратилась в битву на выживание. Вампиры, вместо того чтобы искать хранителей, были вынуждены защищаться от неистового Хисына. Сону, несмотря на хаос, был в своей стихии. Он наслаждался этим. Он использовал свою Эмоциональное разложение, чтобы усилить панику среди рядовых вампиров, натравливая их друг на друга, в то время как Хисын продолжал свое кровавое веселье. Рики, однако, был сосредоточен. Он видел, что Хисын не действует сам по себе. Он был слишком силен, слишком целенаправлен в своем разрушении. Рики начал двигаться с невероятной скоростью, не только уклоняясь от атак Хисына, но и пытаясь найти источник его безумия. Чонвон, перемещаясь в тенях, также заметил странные аномалии. Он почувствовал слабые, но постоянные ментальные волны, которые не принадлежали Хисыну, но направляли его. Эти волны были очень старыми, почти стертыми, но очень мощными. Это был Ментальный отпечаток, древний и зловещий. Он вел в самые глубокие, самые древние части комплекса. Вдруг, часть потолка обрушилась, отделяя Рики и Сону от остальных. Они оказались в узком, частично затопленном туннеле. За ними гнались несколько разъяренных новоутробных, которых Хисын намеренно загнал в их сторону, и несколько вампиров из клана Редлайн, которые оказались слишком близко к зоне обрушения. – Кажется, нам предстоит поработать вместе, Нишимура, – усмехнулся Сону, его глаза блеснули. – Или мы утонем в этом кровавом месиве. Рики кивнул. Он знал, что другого выбора нет. Их тайная связь, которая была такой запретной, теперь стала их единственным способом выжить. Хисын продолжал неистовствовать. Его криокинез стал еще сильнее, и весь комплекс начал промерзать. Вода в затопленных участках начала покрываться льдом. Холод проникал в кости, замедляя даже вампиров. Джей, наблюдавший за всем со стороны, понял, что ситуация вышла из-под контроля. Это было не просто соревнование. Это была настоящая угроза. Его взгляд встретился со взглядом Сонхуна, который тоже был в панике. Впервые они оба выглядели по-настоящему обеспокоенными. – Нам нужно остановить его, – прорычал Джей. – И найти того, кто за этим стоит. Битва превратилась в хаос. Кланы были вынуждены сражаться не только друг с другом, но и с неистовым Хисыном, и с таинственной силой, которая им управляла. Великая Охота, символ их могущества, обернулась кровавой бойней.