Чёртовы вампиры

Хаос поглотил подземный комплекс. Криокинез Хисына стал неистовым, лед и иней покрывали стены, пол и потолок. Вода в затопленных секциях превращалась в смертельно скользкие ловушки. Воздух звенел от осколков льда и криков вампиров, пойманных в ледяные оковы. Это была не охота, а бойня, где Хисын был лишь марионеткой в чьих-то невидимых руках. Нишимура Рики и Ким Сону, запертые в туннеле, столкнулись с волной разъяренных новоутробных и несколькими вампирами из Редлайн, которые оказались в ловушке. Обычно они были бы врагами, но сейчас у них была общая угроза. – Разберись с ними, – прорычал Рики, его глаза горели. Его Кинетическая абсорбция и перенаправление уже работала на полную, готовясь к столкновению. – С удовольствием, – улыбнулся Сону, его алые глаза светились безумием. Он выпустил мощную волну Эмоционального разложения, усилив панику и ярость новоутробных, заставляя их бросаться друг на друга. Вампиры из Редлайн, попавшие под его воздействие, тоже начали вести себя непредсказуемо, атакуя все, что движется. Пока Сону сеял хаос, Рики двигался как вихрь. Он был самой скоростью. Он уворачивался от атак, абсорбировал их энергию и возвращал ее с утроенной силой, отбрасывая врагов. Его движения были эффективными, смертоносными и невероятно быстрыми. В этом узком пространстве, где не было места для маневра, его сила была бесценна. Они работали в поразительной синергии, дополняя друг друга – Сону ослаблял врагов ментально, Рики уничтожал их физически. Тем временем, в других частях комплекса, Ян Чонвон продвигался в самые глубокие секции. Его Теневое плетение было его спасением. Он скользил между тенями, избегая столкновений с обезумевшим Хисыном и сражающимися вампирами. Его Ментальная фортификация защищала его от хаотических волн Эмоционального разложения Сону и безумия Хисына. Чонвон сосредоточился на поиске источника тех древних ментальных волн, что направляли Хисына. Он чувствовал, что истинный враг находится глубже. Он наткнулся на Пак Джея, который тоже пробирался через хаос. Джей был растрепан, но его глаза горели решимостью. Он использовал свою Ауру убеждения, чтобы рассеивать мелких противников, заставляя их отступать или обращаться против своих. – Чонвон, – произнес Джей, его голос был напряженным. – Это не Хисын. Кто-то им управляет. – Я знаю, – кивнул Чонвон. – Я чувствую древний ментальный отпечаток. Он ведет на нижние уровни. – Значит, мы идем вместе, – сказал Джей, и в его голосе не было и намека на обычную насмешку. Это была необходимость. Их пути, обычно пересекавшиеся лишь в схватках и интригах, теперь сошлись в общем деле. Джей был быстр, его манипуляции умом были идеальным дополнением к теневому плетению Чонвона. Они вместе начали спускаться глубже, минуя зоны хаоса, направляясь к источнику. Сонхун, глава Тенебрис, и Джейк, из Оникс, также действовали на арене. Сонхун использовал свою Ментальную фортификацию и телепатическую защиту, чтобы оберегать своих вампиров от ментального хаоса, который сеял Сону, и от ментального давления, исходящего от источника. Он также пытался найти Хисына, чтобы обезвредить его. Джейк, со своей Тактильной психометрией, чувствовал аномалии, указывающие на скрытые ловушки и на приближение Хисына. Он также чувствовал вибрации, исходящие от Сону и Рики, которые, несмотря на весь хаос, каким-то образом работали вместе. Хисын, управляемый невидимыми нитями, внезапно повернулся и бросился в сторону, где, как он чувствовал, был самый сильный источник сопротивления – это было место, где Рики и Сону заканчивали с последними врагами. Его Криокинез создал массивные ледяные шипы, которые пронзили пол, пытаясь достать их. – Он идет за нами, – прорычал Рики, уклоняясь от ледяных атак. – Тогда дадим ему достойный прием, – усмехнулся Сону. Сону выпустил мощный импульс своего Эмоционального разложения, направленный на Хисына, пытаясь сломить его ментальный контроль. Хисын на мгновение заколебался, его глаза прояснились на долю секунды, но тут же снова затуманились, его движения стали еще более яростными. Ментальный отпечаток был слишком силен. В этот момент, Джей и Чонвон достигли самой глубокой части комплекса. Там, в древней, давно забытой камере, они увидели его. Не живое существо, а старинную, полуразрушенную руническую плиту, пульсирующую темной, зловещей энергией. Эта плита была источником Ментального отпечатка, что контролировал Хисына. Она была частью древнего, давно забытого артефакта, созданного для управления разумом. – Вот оно, – прошептал Чонвон, его лицо стало мрачным. – Это не просто кто-то. Это древнее зло. Плита была покрыта слизью и паутиной, но ее руны светились тусклым, злобным светом. Она была наполнена древней, почти затухшей, но по-прежнему мощной вампирской магией, которая питалась хаосом. Над ними, в верхних уровнях, раздался грохот. Рики и Сону столкнулись с Хисыном напрямую. Рики использовал свою скорость, чтобы уклоняться от его атак, а Сону пытался пробиться сквозь ментальный щит, что окутывал Хисына. Их совместные действия были невероятно эффективны, но Хисын был слишком силен, слишком одержим. – Мы должны уничтожить это, – сказал Джей, глядя на плиту. – Это питает его. Но когда Джей попытался коснуться плиты, она отбросила его мощным ментальным импульсом. Это была защита. – Нужна сила. И ум, – Чонвон сфокусировался. Он использовал свое Теневое плетение, чтобы создать вокруг плиты плотную, непроглядную тень, пытаясь заглушить её энергию. Джей, в свою очередь, начал использовать свою Ауру убеждения на самой плите, пытаясь заставить ее "поверить", что она должна отключиться, хотя это было почти невозможно. Схватка наверху достигла своего пика. Рики использовал свою Кинетическую абсорбцию, чтобы поглотить мощный ледяной удар Хисына, а затем перенаправил эту энергию обратно, отбросив Хисына к стене. Сону бросился вперед, его алые глаза светились, он вонзил клыки в шею Хисына, но не для того, чтобы пить кровь, а для того, чтобы попытаться использовать свою силу Эмоционального разложения на прямую связь, проникая в его сознание, пытаясь разорвать нити контроля. Битва была яростной и безжалостной. Кровь проливалась, лед трещал, тени танцевали. Великая Охота превратилась в войну за выживание.