Дай мне шанс простить тебя

- Ивана долго нет…- Задумчиво протянул Китай сидевшему рядом Николаю, - Я пойду поищу его. - Хорошо. – Беларусь машинально кивнул, рассматривая незнакомого парня за три столика от них, - Если что – зови. Улыбнувшись, Реншу ушел. Украина продолжал непринужденно болтать с Францией, который уже был слегка пьян от вина. Олег и Николай выпили лишь по одному бокалу, зная, что больше нельзя, иначе отец будет ругаться. Он вообще был против алкоголя и сам пил крайне редко, лишь в исключительных случаях, как, например, сейчас. Беларусь перевел взгляд на отца, непринужденно болтающего с Англией. Усмехнувшись, Николай отметил, каким влюбленным взглядом смотрел Уильям на родителя. Со стороны это выглядело весьма милым…Россия рассказывал, что Англия ухаживал за их отцом в его молодости и это, пожалуй, казалось чем-то странным. Сколько парень себя помнил, папа был увлечен лишь Рихардом и представить рядом с ним кого-то другого было почти невозможно. Вздохнув, Коля вернул свое внимание на симпатичного парня, заливисто смеявшегося над шуткой Польши. Его серо-голубые глаза красиво сверкали, а чуть отросшие каштановые волнистые волосы небрежно растрепались, придавая ему юношеский и задорный вид. - Кто это? – Спросил Николай у Луи, кивнув на парня. - А? – Разомлевший Франция повернулся, - Ох…Это Венгрия, Виктор Есенский. Вы еще незнакомы? Украина тоже с интересом глянул за его столик, хотя Беларусь мог поклясться, что его брат был больше заинтересован Лукашом. - Странно, что вы его не знаете, - Луи усмехнулся, - Ваш папочка крепко держит этих двоих за яй… Под удивленными взглядами парней Франция осекся и захохотал. - Простите! – Мужчина элегантно поднялся из-за стола, - Я имел ввиду, что они находятся в зоне влияния вашего отца, я думал, вы уже встречались. Сейчас я приглашу их к нам за стол! Олег и Николай с улыбками переглянулись. Луи им понравился, с ним было легко и приятно общаться, а еще он многое знал о прошлом отца, что было весьма занятно послушать. Через минуту Франция вернулся к ним в компании Польши и Венгрии. Лукаш, пользуясь моментом, сел между братьями, а Венгрия, лучезарно улыбнувшись, чуть склонил голову. - Приветствую. – Приятным низким голосом произнес он, - Виктор Есенский. А вы?.. - Олег Романов, Украина, - Парень привстал, здороваясь с ним, - А это мой младший брат – Николай, Беларусь. Коля с улыбкой кивнул, мысленно восхищаясь красотой Виктора и его приятными манерами. По Венгрии было видно, что он хорошо воспитан и скорее всего очень добр. У злого человека не могло быть таких сияющих ангельских глаз. - Ох…- Виктор усмехнулся, садясь за стол, - Вы ведь сыновья Александра Михайловича…Что ж, добро пожаловать в большую политику, уверен, вам понравится. Благодаря Франции быстро завязалась непринужденная беседа, темы в которой плавно перетекали из одной в другую. - Так чем ты увлекаешься, Коля? – Виктор с едва уловимой нежностью глянул на зардевшегося беларуса. - Пианино. – Николай смущенно улыбнулся, - Даже сам сочиняю музыку…С детства это обожаю. - И как я сам не догадался…- Венгрия чуть прищурился, тоже улыбаясь, - Такие изящные руки просто созданы для игры на пианино. Беларусь на мгновение опустил взгляд, а сидевший рядом Польша раздраженно фыркнул, наблюдая за их общением. - Ты-то что понимаешь в музыке? – Лукаш усмехнулся, - У тебя ни слуха нет, ни голоса. Виктор лишь покачал головой, ничего не отвечая на слегка истеричный выпад, а Украина опустил взгляд, нахмурившись, что не укрылось от острого взгляда Луи. Француз в недоумении вздернул бровь, но быстро взял себя в руки. Было удивительно наблюдать, как среди этих четверых быстро возник хитросплетенный клубок странных эмоций. От этого внутри Франции зажглось любопытство – чем же кончится подобное?.. - Ты тоже музыкант? – Лукаш с улыбкой глянул на хмурого украинца. - Я обучен игре на пианино, но больше люблю сочинять стихи. – Олег взял себя в руки, - Немного рисую. - Удивительно…- Польша засмеялся, продвинувшись к нему ближе, - Похоже, Союз вложил в вас много сил. А мы то думали, что он там издевается над вами. - Лукаш! – Луи недовольно нахмурился, - Не смущай мальчиков подобными разговорами! Не так сразу же, милый, дай им освоиться! Венгрия тоже нахмурился, не понимая, зачем себя так вести. Польша всегда нарывался на неприятности, провоцируя Александра, который имел над ними власть, нравилось им это или нет. Было глупо вести себя нагло и вызывающе, чтобы потом снова быть наказанным. - …прошу прощения. – Польша натянуто улыбнулся, - Я слишком много выпил. Николай нахмурился, недовольный такими словами о любимом отце, а вот Олег о чем-то задумался, отведя взгляд в сторону. Возникшую тишину разрезала приятная музыка вальса, которую заиграли приглашенные музыканты. Старшие страны, предаваясь воспоминаниям юности, тут же стали приглашать друг друга на танец. - Николай? – Венгрия вдруг поднялся и протянул ладонь, чуть поклонившись, - Окажи мне честь. Польша едва заметно дернулся, хлестнув взглядом Виктора, но тот никак на это не отреагировал. Беларусь смущенно улыбнулся и протянул руку в ответ, вставая из-за стола. - Олег? – Лукаш ухмыльнулся, тоже вставая, - Я обучен танцу лучше, чем этот идиот…Прошу? - Я плохо танцую. – Буркнул Олег. - Я научу. – Томно шепнул ему на ушко Польша, - Давай…Несколько минут твоего внимания – это все, о чем я молю тебя. Украина едва заметно задрожал от переполнивших его эмоций и протянул руку, позволяя увлечь себя в танце. Франция усмехнулся, наблюдая за танцующими. - Дураки. - Тихо бормотнул Луи, вновь наполняя свой бокал, - Вы забыли, кто вы такие и чьи это дети?.. Тем временем шокированный Александр наблюдал за сыновьями, увлеченно танцующими в компании Венгрии и Польши. Остальные с интересом поглядывали в их сторону, мельком переводя взгляд на Александра, оценивая его реакцию на подобную вольность. Ведь все знали, как Саша оберегает своих детей и ограничивает их общение с чужаками. -…не понял. – Просипел Союз, нахмурившись, - Это….Это что? - Саша, позволь детям развлечься. – Англия засмеялся, чуть расплескав виски из своего бокала, - Тем более они ведь с твоими подчиненными, а не врагами. - Только поэтому я еще не разогнал их. – Саша насупился и отвернулся, - Но они еще малы для подобного. - Ну, перестань…- Уильям нежно коснулся его плеча. - Нет. – Строго ответил Саша, - Я не доглядел за Россией и… Союз вздрогнул. Нервно оглядевшись, он вскочил с барного стула. Англия слегка напрягся, не понимая, что произошло. - Где Иван? – Голос Александра дрогнул, - И Стивена нет… Англия почувствовал, как горло сжимает страх. Америка ушел довольно давно, вслед за Россией…Неужели еще разговаривают? Уильям надеялся на это, но каким-то шестым чувством ощутил опасность. Союза немного успокоило то, что и Китая не было. Возможно, они ушли вдвоем, а отсутствие Америки – просто совпадение? Саша не мог надеяться на счастливый случай, необходимо было убедиться, что все в порядке. - Прости, Уильям, я должен найти Ивана. – Быстро пробормотал Александр и пошел к выходу. Англия, залпом допив виски, поспешил к другой лестнице, чтобы найти Америку.

***

Россия с трудом приоткрыл опухшие глаза и огляделся, замечая незнакомую обстановку чужого номера. Голову моментально прошибло вспышкой тупой боли, настолько сильной, что он едва слышно застонал. Ваня не помнил, что произошло и как он здесь оказался. «Где я? – Пронеслось в затуманенном разуме, - Что…» Иван хотел встать, но вдруг понял, что его руки связаны за спиной. Сердце бешено заколотилось, а дышать стало больно – Россия вспомнил, что с ним случилось. Холодный страх заполонил тело, от чего по позвоночнику пронеслась мелкая дрожь, ударив в затылок. Ужасно болел правый висок, а кожа под ним, видимо, была в подсохшей крови – ее неприятно стягивало. Почувствовав тошноту, Ваня задергался, надеясь освободиться, но рана головы ослабила его – он едва мог шевелиться от боли. «Нет…- Россия в отчаянии дернулся последний раз и обмяк, уткнувшись лицом в подушку, - Что Стивен сделает со мной? Мне нужно срочно выбираться, иначе этот козел меня точно изнасилует и увезет к себе…Идиот! Отец ведь за это войну ему объявит!» Шум воды в ванной отвлек от размышлений. Задрожав, Россия дергал руками, отчаянно пытаясь освободиться, но сил не хватало. Через минуту шум затих и из ванной вышел Америка, держа в руках мокрые тряпки. Иван, широко распахнув глаза, отполз к спинке кровати, словно это могло его спасти. «Нужно что-то придумать!..- Ваня глядел на хмурого американца, глаза которого блестели нездоровым блеском и были похожи на глаза мертвой рыбы, такие же иссохшие и пустые, - Он псих! Свихнулся на мне!» - Очнулся? – Америка присел рядом на кровать, - Как себя чувствуешь? - Мне больно. – Шепнул Россия, замерев и не зная, чего ожидать. Нахмурившись, Стивен принялся стирать кровь с лица Ивана. Парень испуганно вздрогнул, но быстро взял себя в руки, всем своим видом показывая, как он презирает американца, но не боится его. Америка и не ждал от России страха. Ему нравилась смелость Ивана, даже некоторая безрассудность, присущая юной республике. Он понимал, что слегка погорячился, ударив Россию и притащив сюда, но отступать было поздно. Да и не хотел Стив что-либо менять, он хотел Ивана и все остальное меркло на этом фоне. Особенно сейчас, когда Россия, каким-то непостижимым образом, стал пахнуть как Империя. Этот волнующий запах сирени…Америку гложили чувства и воспоминания из прошлого, которые переплелись в его голове нездоровым клубком с настоящими чувствами и эмоциями, что одолевали его рядом с Ваней. Почему он должен отдавать Россию - того, кого он так страстно любит - какому-то китайцу? Почему он должен делить внимание Ивана с его отцом, который с чего-то решил, что Ваня – его собственность? Стивен более не намерен был терпеть все это. Он любил Россию, он хотел Россию и он получит Россию любым возможным способом. И плевать хотел Америка на весь мир и на любые последствия от своих действий. - Я… - Заговорил Стивен. - Разве ты обходился так с Михаилом? – Перебил его Ваня, зло сверкнув глазами, в которых полопались все капилляры от удара головой, - Бил его? Насиловал? Вел себя грубо? Стив молча смотрел на трясущегося от ярости Ивана. Нет, с Империей он вел себя иначе, да и не позволил бы Михаил так себя вести, он был старше, опытнее…Очень гордый и независимый. С таким невозможно было вести себя неправильно или неуважительно. Но самое главное - американец и не хотел вести себя подобным образом с ним, слишком сильно любил. - Нет. - Америка едва заметно дернулся, - Но ведь ты не Михаил. От подобных слов Россия ощутил лишь боль и унижение. Это звучало так ужасно…Пусть Ваня больше не любил Стивена, но слышать подобное было мерзко. Ему в очередной раз подтвердили, что он – кукла, замена, дешевая подделка с которой нет надобности хорошо обращаться. - Сука…- Прошипел Россия, - Да, я не Михаил, вот и оставь меня в покое, дерьма ты кусок. - Я имел ввиду, - Америка сжал его скулы, едва не раздавив кости лица, - Михаил от меня не бегал, не мечтал под другого лечь, как ты! Он любил меня! - Я тоже тебя любил! – Закричал Россия и попытался его пнуть, - Я, блять, с ума по тебе сходил! А ты что?! Обманывал меня с самого начала, делал больно, оскорблял мою семью, отца!..Принуждал меня!..Это ты все испортил! - Я все исправлю! – Америка забрался на него, прижимая к постели, - Я… - Да мне это уже не нужно! – Россия отчаянно дергался, пытаясь скинуть с себя американца, - Я теперь знаю, что все может быть иначе! Отпусти меня! Стивен вновь почувствовал ярость и гнев, которые лишали его рассудка. - Как я уже сказал…- Прошипел Стивен ему на ухо, - Выбора у тебя нет, Ваня. Думаешь, я позволю тебе быть с этой мразью? И будет ли он тебя любить, если я сейчас трахну тебя? - Блять!..- Россия практически зарычал, а по щекам его заструились злые слезы, - Давай!..Давай, сука! Это ничего не изменит! Даже если Реншу после этого не взглянет на меня, считаешь, я выберу тебя?! Ты можешь меня изнасиловать, можешь похитить и снова изнасиловать, но это ничего не изменит! Я тебя не полюблю, только сильнее возненавижу! - Полюбишь. – процедил сквозь зубы Стив, сжав его шею, - Куда ты денешься, малыш?.. Сильнее сжав шею Ивана трясущимися руками, Америка ощутил странное и болезненное удовлетворение. - Пошел ты. – Просипел Иван синеющими от недостатка воздуха губами, - Можешь изворачиваться сколько угодно – это не вернет тебе тех чувств и тех эмоций, что ты испытывал, когда был жив Михаил. Ты обречен страдать даже рядом со мной, ведь я – не он. Правдивые слова били в самое сердце. Испуганно дернувшись, Стив замер на несколько мгновений, сам едва не начав задыхаться от подобной злой правды. - Ах ты, мелкая сука…- Доведенный до предела своей ярости американец, замахнулся, - Как ты смеешь?! Первый удар был самый болезненный. Россия всхлипнул, услышав, как хрустнула скуловая кость от сильного удара, затем ощутил, как был сломан нос, от следующего удара лопнула губа и кровь хлынула в рот, вызывая тошноту. Удары в грудь, живот, снова по лицу, которое уже превратилось в кровавую кашу…Иван считал удары, только бы не отключиться, только бы не перестать контролировать свое тело, с которым обезумевший американец мог бы тогда делать все, что пожелает. - Сука!..- Захрипел Америка, наконец, успокоившись, - Вот, что ты со мной делаешь! Чертов эгоист! Вот до чего ты довел меня!! Едва находящийся в сознании Россия хотел рассмеяться, но изо рта вырвались лишь булькающие и хриплые звуки – сломанное от удара ребро проткнуло легкое. В голове Ивана было пусто – он словно со стороны наблюдал за происходящим, будто это происходило не с ним. Несколько секунд передышки и Россия немного пришел в себя, надеясь, что на сегодня его кошмар закончился. От пережитого, от боли и ужаса ему хотелось лишь одного – покоя и тишины. Но… Когда чужие руки, грубые и холодные, начали стягивать с него одежду, Иван затрясся. Неужели Стивен после такого еще и?.. - Не…Нет…- Едва смог произнести Россия, с трудом пошевелив отбитой челюстью, - Не…Надо…Пожалуйста… - Молчи. – Приказал Америка и резким движением перевернул его на живот, - Ты не достанешься китайцу. От грубого разворота яркими вспышками боли заныли сломанные кости и отбитые мышцы. Россия даже шевелиться не мог, не то что сопротивляться и пытаться остановить Стивена. Америка стянул с него брюки, а затем Ваня услышал звук расстегивающейся ширинки. Промычав от ужаса, Россия выплюнул изо рта кровь, пытаясь дышать, но поврежденное легкое вызывало практически невыносимую боль. Горячие слезы щипали разбитую кожу на лице. Ваня понимал, что на этот раз ничего нельзя будет сделать и никто не успеет помочь, поэтому кое-как прикусил подушку, только бы не доставить американцу удовольствие своими криками – знал, что будет адски больно и знал, что не выдержит и закричит. Америка, дрожа от навалившихся эмоций, лег сверху на Россию, тихо скулившего от ужаса, и прижался членом к его ягодицам. Иван зажмурился, приготовившись к боли и омерзению, что уже комом стояло в горле, как вдруг рана на груди начала гореть огнем, а его самого одолела страшная сонливость. Жар и слабость моментально сморили его, а боль и страх почему-то отступили, словно их кто-то забрал. На мгновение России показалось, что он снова умирает, такая легкость его одолела. Что-то внутри пыталось отобрать контроль над телом, но Ване было страшно отпускать себя и свой разум. Сонливость усилилась, а тепло разлилось по всему телу и Россия практически сдался этому, поняв, что ничего страшнее с ним уже не произойдет. Уткнувшись лицом в изгиб плеча Ивана, Стивен вдохнул воздух и… Внезапно словно очнулся. Замерев, он вдыхал родной запах сирени, ощутив, как сдавило в груди. Этот запах сопровождал самые счастливые моменты его жизни, которые неизменно были связаны с Михаилом. И никогда эти моменты не были полны подобной грязи, что он творил сейчас. Низменным коротким удовольствием Стивен заменил душевный покой и светлое счастье, рухнув в пучину похоти и всего мерзкого, что могло быть в отношениях двух людей. «Да что же я творю?..Я ведь люблю его. - Америка вздрогнул от того, с какой силой потекли слезы из глаз, - Я…О, Боже…Ванечка…Я не делал больно Михаилу, так и правда…А чем Ваня провинился передо мной? После всего, что я сделал, разве удивительно, что он сбежал к другому?..Я…Я должен был вернуть его иначе!..Я ведь хотел просто поговорить…» Резкое осознание собственных поступков лишало сил. В голове всплыли воспоминания о том, как Империя просил его не становиться жестоким, не поддаваться злобе и ярости. Сладкий аромат сирени лишь усилил отвращение к себе. «Что он сказал бы мне на это?! Ведь Миша мог точно так же поступить со мной в наш первый раз, но не стал…Ни с кем он не поступал так, как я сейчас поступаю с Ваней. – Почти в истерике подумал Америка, - Какой ужас!..Нет…Нет, нет, нет! Он бы возненавидел меня за это!» Стивен резко отпрянул от дрожащего Ивана, простонав от стыда, страха и ненависти к самому себе. - Ваня…- Америка нервным движением застегнул ширинку, - О, Боги…Ванечка, я не…Я не… Трясущимися руками он с трудом смог одеть Ивана, который будто замкнулся глубоко внутри себя и никак не реагировал на происходящее вокруг. Стивен развязал его руки и прижал к себе, нежно обнимая, чтобы хоть как-то сгладить то, что он едва не совершил. - Прости!..Ванюша, я не хотел! – Срывающимся голосом шептал американец, прижимая к себе обессиленного Россию, - Малыш…Извини меня! Клянусь, я так не хотел!.. Иван ничего не мог сказать или сделать – он впал в ступор и единственное, на что был способен – слезы и тихие стоны от боли. С разбитого лица капала кровь, перемешанная со слезами, голова кружилась от недостатка кислорода, а где-то в трахее при каждом вдохе мерзко булькала кровь. - Ванечка…-Всхлипнул Стивен, зажмурившись от слез, - Прости меня, прошу… Россия по прежнему никак не реагировал на Стивена. Американца это напугало до такой степени, что у него потемнело в глазах. Осторожно отстранившись, он едва ощутимо обхватил избитое лицо Ивана ладонями и заглянул в пустые изумрудные глаза, ничего не выражающие, словно мертвые. - Ванюш? – Тихо прошептал он, - Малыш?.. Вдохнув, Ваня закашлял и изо рта у него потекла темная кровь. Америка всхлипнул, простонав от ужаса, и помог ему прилечь. Вся кровать была в крови, на стене над кроватью тоже были брызги крови – настолько яростные были удары. Стивен оглядел свои окровавленные руки и бросился в ванную. С трудом отмыв ладони, Америка вернулся в комнату, взяв с собой стакан ледяной воды, и плеснул на дрожащего и смотревшего в одну точку Ивана. Россия вскрикнул от вынужденного возвращения в реальность, немного приходя в себя – теперь его взгляд обрел толику осмысленности. - Ваня? – Америка присел рядом, - Ты… Россия часто задышал, пытаясь взять себя в руки. К его удивлению страх, разодравший его душу, довольно быстро отступил, а случившееся несколько минут назад воспринималось так, словно происходило не с ним. Ваня будто видел себя со стороны и только сейчас вернулся в свое тело. - Что ты сделал со мной…- Прохрипел Иван, - Америка, сколько можно? Сколько это будет продолжаться? - Я…- Стив замолчал, не зная, что сказать, - Прости. Иван вцепился руками в простыни, едва удерживая себя от истерики. Он наивно полагал, что любое действие со стороны Стивена он переживет, но…Россия и предположить не мог, как на самом деле окажется слаб перед ним и незащищен. Он впервые пожалел, что очнулся после своей смерти – поступок Америки перемолол его только-только зажившую душу. - Ты ведь не прекратишь это? – С вымученной улыбкой бормотнул Иван, едва дыша, - Не знаю, что заставило тебя остановиться сегодня, но… Америка знал, что проблеск здравого смысла сейчас никак не гарантирует России безопасность в будущем. Стивен ничего не мог поделать со своей одержимостью и, несмотря на приступы агрессии, не хотел причинять Ивану боль, только вот…Не знал, как вести себя иначе. Все его чувства были такие сильные, такие невыносимые… «Заставлю быть со мной – окончательно сломаю. – Лихорадочно пронеслось в голове американца, - Отпущу – сойду с ума от ревности и все равно причиню боль. Тогда…» - Расстанься с ним. – Едва слышно произнес Стив и добавил громче, - Расстанься с Китаем и я не подойду к тебе, не заговорю, пока ты сам мне это не позволишь. Пока ты будешь один – я готов терпеть нашу разлуку. Россия с трудом повернул голову на решительного Стивена, застывшего понурой статуей на краю постели. «Что?..- Ваня почувствовал, как дрогнуло сердце, - Нет…Как же так?» Прозвучавшие слова казались абсурдными и принесли боль на грани шока. И это было так ужасно только потому, что Россия знал – это единственный выход. Сейчас, несмотря ни на что, Ваня поверил Стивену. Понимал, что американцу проще жить надеждой на то, что у них что-то наладится, чем отпустить его и позволить жить спокойно. - Прекрати с ним отношения и все станет как прежде. – Америка до боли сжал его ладонь, вынуждая скривиться от неприятных ощущений, - Иначе… Что кроется за этим словом, произнесенным холодным и зловещим тоном, Россия хорошо понимал. Война. Прикрыв глаза, Ваня вспоминал последнюю войну, потерянного отца, переживающего за людей и собственных детей, голод, муки их граждан, напуганных маленьких братьев и сестер, заходившихся в истерике, когда отец отсылал их в Сибирь, подальше от бойни…Это причиняло слишком сильную боль, ведь рана войны еще кровоточила в его сердце. Повторения Ваня не хотел, тем более, повторения по его вине. Но и оттолкнуть того, кто стал родным?.. Россия выдохнул. Отец учил его расставлять приоритеты, поэтому выбор был очевиден. Он не человек и в первую очередь должен думать о благополучии государства, а не о себе. - Почему я должен тебе верить? – Срывающимся голосом спросил Ваня, подавив слезы. - Потому что я сегодня остановился. – Америка дернулся, словно от удара током, - Все это из-за моей ревности…Из-за Китая. - Тогда ты меня отпустишь? – Россия пронзительно глянул на него. - Да. – Стив едва нашел в себе силы произнести это, - Но как только я увижу, что… - Я согласен. – Твердо произнес Ваня, не желая больше его слушать, - Но чтоб и шагу ко мне делать не смел, ты понял? - Клянусь. – Шепнул Америка, - Уверен, однажды ты сам захочешь ко мне вернуться. Иван посмотрел на него как на полного идиота и прикрыл глаза, не понимая, как ему дальше жить и как сказать Реншу, что между ними ничего не будет. Китай не заслуживал подобной жестокости и Россия больше всего на свете хотел бы отказать Америке в его наглой и унизительной просьбе, но осознавал, что это, вероятно, единственный путь к спокойной жизни без постоянной угрозы быть изнасилованным, похищенным или все вместе взятое. «Отец меня не защитит…- Уныло подумал Иван, - Китай меня не защитит. Этот монстр ни перед чем не остановится, весь мир погубит, только бы свое получить…Я не могу этого допустить». - Я хочу уйти. – Ваня с трудом сел, - Мне нужно…Отдохнуть. - Я отведу тебя в номер. – Стивен сразу же подскочил, помогая ему встать. - Нет. – Россия дернулся, - Не смей ко мне прикасаться. - Но ты сам не дойдешь. – Америка нерешительно шагнул в его сторону, - Позволь… Никто из них не услышал как открылась входная дверь. Англия с трудом смог убедить девушку на ресепшене дать ему ключи от номера сына, чувствуя, что что-то не так. И теперь, замерев и глядя на избитого Ивана и дрожащего Стивена, Уильям ощутил, как подогнулись колени. Россия и Америка тоже замерли, глядя на него. Иван тихонько выдохнул и привалился к стене, ощущая слабость, понимая по шокированному лицу англичанина, что сейчас здесь будет грандиозный скандал. - Ты что наделал?! – Истерично воскликнул Англия, не в силах сдержать эмоции, - Стивен! Америка вздрогнул, впервые за много лет ощутив себя маленьким ребенком. Уильям редко ругал его и уж тем более никогда так не кричал, как сейчас. - Папа…- Прошептал Америка, бросив напуганный взгляд на едва стоящего Ивана, - Пап, я… - Ты что наделал, идиот?! – Заорал англичанин, - О, Боги, ты хоть понимаешь, что ты сотворил?! Матерясь, Англия подскочил к нему и принялся колотить что есть силы. Америка упал на колени, пытаясь закрыться от ударов и лишь сильнее ощутил ужас от собственных поступков. Если даже отец так зол, значит, он действительно зашел слишком далеко?.. - Откуда в тебе такая жестокость?! – Вопил Уильям, колотя Стивена, - Идиот! Ты понимаешь, что Союз нас всех перебьет?! Ты чем думал?! Зачем ты избил мальчишку?! - Папа…- Америка тщетно пытался закрыться от ударов, - Папа, я не хотел!..Он…Я…Я просто… - Какой же ты кретин, Стивен! – По лицу англичанина побежали слезы и он схватил сына за отвороты пиджака, - Я не смогу тебя защитить!..И ты себя не защитишь от гнева Союза! О, Боже, за что мне все это?! Россия, замерев, наблюдал за происходящим. Несмотря на свое состояние, он был очень удивлен тем, как повел себя Англия. Всегда такой сдержанный и спокойный, невозмутимый…А теперь рыдает и орет так, что звенящая от ударов голова Ивана была готова лопнуть. Оставив Стивена, Уильям резко повернулся к Ване, осевшему на пол. Ощутив панику, Англия осторожно подошел к нему и присел рядом. - Россия?.. - Оставьте меня в покое. – Слабо шепнул Иван. Америка, дрожа, наблюдал за отцом, не понимая, чего он хочет от России. - Ваня, прошу, не говори отцу! – Напуганный англичанин резко сжал плечи Ивана, - Соври, умоляю! Он убьет Стивена! - Дайте мне уйти. – Россия пытался освободиться от мертвой хватки, - Отпустите! Меньше всего ему хотелось выслушивать эти жалкие мольбы, к тому же бессмысленные. Что он должен был сказать папе?..Он ведь не идиот, быстро все поймет. - Не говори! – Уильям перешел на умоляющий шепот, - Твой отец этого так не оставит!..Нельзя допустить, чтобы Саша и Стивен сцепились друг с другом, слышишь?! - Хорошо…Хорошо! – Россия дернулся, - Только позвольте мне уйти! Я ничего не скажу! Выдохнув, Англия отпустил его и обессиленно опустил голову, стирая слезы. Позади него едва слышно всхлипывал Америка, сбитый с толку поведением отца. Россия, собрав всю оставшуюся силу, поднялся с пола и с трудом пошел к двери, пошатываясь и держась за стену. Он хотел быстрее оказаться в своем номере, а еще лучше рядом с отцом. Но главное - подальше от Стивена. Открыв дверь, Иван тихонько выдохнул, испуганно дернувшись, впрочем, где-то на задворках сознания испытав облегчение. - Папа…- Россия рухнул в объятия шокированного Александра. - Ванечка! - Союз в полнейшем шоке рассматривал Ивана и его страшные раны, - Сынок… Все. Это был предел его терпения. Аккуратно усадив Ивана возле двери, Саша вошел в номер и закрыл дверь на замок. Россия почувствовал, как бешено колотится сердце, практически выскакивая из груди. Можно было только догадываться, что сейчас будет происходить в номере. Несколько секунд была тишина, а затем послышались шаги, открылась дверь и из номера вылетел Англия, врезавшись в противоположную стену, а затем дверь снова захлопнулась. Уильям сел на пол напротив Ивана и, стремительно бледнея, вытащил из кармана сигареты. Он понимал, что бесполезно просить Союза остановится или звать сюда кого-то, чтобы попытаться остановить драку. Никто не рискнет влезть в это…Никогда никто не решался разнимать дерущихся Стивена и Александра. И никто не станет теперь, когда Союз ослеплен яростью. Из номера доносились крики, ругань, звуки ударов, звон разбитого стекла и треск поломанной мебели. Россия и Англия на секунду переглянулись, вновь опуская взгляды. Все, что им оставалось – ждать. Через десять минут дверь открылась. Англия подскочил с пола, с растерянностью и ужасом оглядев потрепанного Союза, вытирающего кровь из разбитого носа. Кроме этого травм на нем не было. И это было самое страшное. Значит, досталось больше Стивену. - Если этот ублюдок очнется, - Саша глянул на едва дышащего от переживаний Уильяма, - вбей в его тупую голову, чтобы и близко к Ивану не приближался, иначе я весь мир уничтожу, но его я убью, сотру с лица земли, ты понял? Едва заметно кивнув, Англия бросился к Стивену. Саша помог Ване подняться, аккуратно придерживая, и повел в номер. - Он только избил тебя или?..- Союз задрожал, - Скажи как есть, сынок, не нужно ничего скрывать. - …только избил. – Россия повис на отце, окончательно растеряв последние силы, - Что ты с ним сделал? - То же, что и он сделал с тобой. – Голос Александра стал ледяным, - Преподал ему урок за все. Россия испытал облегчение, наверное, впервые за несколько лет. Словно с плеч сбросили тяжелый валун, ломавший спину. Ваня искренне верил, что Стивен заслужил то, что с ним сделал отец. Через несколько минут они были в номере. Саша уложил Ваню на постель и принялся обрабатывать и зашивать раны на лице, бинтовать грудь, чтобы зафиксировать сломанное ребро. К счастью Ивана легкое уже заживало, регенерация работала будто бы с бешеной скоростью, заживляя, в первую очередь, внутренние органы. «Останутся шрамы. – Грустно подумал Ваня, пока его лицо горело болью, - Наверняка будет выглядеть уродливо…» - Ты как? - Спросил Александр, погладив его по щеке. - Все нормально. - Коротко ответил Ваня, на секунду прикрыв глаза, - Не переживай, пап. Не сдержав слез, Союз аккуратно обнял его, не справляясь с душевной болью и чувством вины. Саша винил себя в произошедшем, корил за то, что позволил себе расслабиться, прекрасно зная, с каким ублюдком они имеют дело. Эту ненависть к себе, за подобное, ничем нельзя было заглушить, особенно, когда твой ребенок был так избит, перенес такие муки…Александр себя просто ненавидел. - Где черти носят Реншу? – С недовольством спросил Союз, отстранившись, - Он обещал оберегать тебя и что в итоге?.. - Папа, никто не сможет меня защитить. – Россия лег, - Ни Китай, ни ты…Можно лишь попытаться подстроиться под это, другого выхода у меня нет. - Ты чего это удумал? – Саша погладил его по волосам, запачканным кровью, - Сынок, мы справимся, я клянусь тебе. Ваня хотел ответить, но дверь номера приоткрылась и зашел Китай. Он был красный и взъерошенный, нервный. «Наверное, тоже очень очень нервничал. - Мельком подумал Россия, - Никогда его таким не видел». Реншу едва не упал, как только его взгляд наткнулся на лежащего на постели избитого Ивана. Россия видел, как дернулась его верхняя губа от гнева, как потемнело лицо, а глаза наполнились яростью. - Это сделал Стивен? – Прохрипел он, глянув на хмурого Александра. - Да. – Саша кивнул, - Если хочешь отправится к нему – не утруждай себя, он свое получил. Китай задрожал, но внешне постарался остаться спокойным. А Россия четко уловил в голосе отца недовольство и злость. Проницательный Реншу тоже это почувствовал. - Где ты был, мать твою? – Александр поднялся с постели, - Мы ведь обсуждали это! Я просил ни на шаг от него не отходить! Китай опустил голову – ему было нечего сказать, он и сам чувствовал разъедающую сердце вину. Когда Китай отправился искать Ивана, наткнулся на своего министра, у которого возникла необходимость обсудить с ним важный вопрос. Реншу и так максимально быстро постарался отделаться от него, но все равно опоздал. - Прости, Союз. – Китай нашел в себе силы посмотреть ему в глаза, - Я виноват. - Прекратите. – Фыркнул Россия, - Вы ведь не будете вечно со мной нянчиться и везде сопровождать? Я не ребенок! Никто в этом не виноват, кроме этого сраного американца. Саша вздохнул, усмиряя злость. Иван был прав, если кто и был виноват, то только Стивен. Он мельком глянул на свои руки со сбитыми костяшками. «Нужно было сердце ему вырезать и на куски изодрать, чтобы сдох. – Александр почувствовал, как накатывают слезы, - Мерзкая тварь…» - Пап, оставишь нас одних? – Иван попытался улыбнуться, - Нужно поговорить. Союз задумался на мгновение. Оставлять Ваню не хотелось, но нужно было найти Олега и Николая, чтобы сегодня не переживать хотя бы за них. - У дверей будут мои люди. – Он кивнул и глянул на Реншу, - Последний шанс, Китай. Больше я тебе сына не доверю. Реншу, почувствовав стыд, вновь опустил голову. У России сердце заходилось от его виноватого и потерянного вида. Сам Ваня его ни в чем не винил, ведь понимал, что вечность его защищать никто не сможет, как и быть постоянно рядом. - Я больше тебя не подведу. – Китай нахмурился, - Даю слово. Саша недоверчиво фыркнул, но оставил их. - Ваня…- Срывающимся голосом шепнул Реншу и тут же кинулся к нему, осторожно обнимая, - Мне так жаль…Это моя вина. Я должен был тебя защитить. Россия обнял его в ответ, крепко прижимаясь. В груди кольнуло от нахлынувших чувств и Ваня вдруг осознал, что очень привязался к этой нежности и заботе, к любви, которая была почти осязаемой. «Я не хочу его бросать. – Ваня прильнул к плечу Китая, не обращая внимания на боль, - Не хочу быть один…Но и жить в постоянном страхе за него, за себя тоже невыносимо». Реншу мягко отстранил его и невесомо провел кончиками пальцев около ран. Швы Союза, хоть и безупречно ровные, оставят шрамы на прекрасном лице, как напоминание о пережитом ужасе. Особой надобности швах нет, как и в целом в медицине для стран, раны заживут в любом случае, но так это происходит гораздо быстрее и аккуратнее. - Мне хочется пойти и убить его. – По щекам Китая побежали слезы, удивив Россию, - Как он посмел?..А я? Я ведь не защитил тебя. Твой отец прав. - Не плачь. – Осевшим голосом шепнул Ваня, стерев его слезы, - Правда…Ты не виноват. Рано или поздно он бы до меня добрался. - Прости. – С горьким отчаянием произнес Реншу, - Все же я должен был предвидеть, понимать, с кем мы имеем дело. Они замолчали, нежась в объятиях другу и пытаясь собрать по кусочкам разбитые души. Россия наслаждался, вероятно, последними минутами в компании человека, который его искренне любит, а Китай пытался успокоить бурю внутри себя и подарить бедному Ивану хоть какое-то ощущение безопасности и нежности, в которой он сейчас так нуждался. - Реншу? – Ваня заглянул в его глаза. - Да? - Прозвучит странно…- Россия внезапно смутился, а затем побледнел, - Ты…То есть я…Я хочу, чтобы мы переспали. Воцарившаяся после этих слов тишина была практически образцовой. Россия мог поклясться, что слышит стук собственного сердца, ускорившего ритм от волнения. А Китай, недоверчиво скривившись, искренне удивленный просьбой, не сводил хмурого взгляда с Ивана. - Он снова пытался меня изнасиловать. – Прохрипел Россия, подавив приступ тошноты, - Однажды он это сделает…И тогда я не смогу узнать, как это бывает, когда тебя любят, когда не нужно бояться боли и когда нет отвращения…Америка много боли мне причинил, многое у меня украл. Я не хочу, чтобы ему досталось еще и это. Китай замер, с трудом переваривая слова Ивана. К своему ужасу Реншу осознал, что в словах России есть смысл, пусть болезненный, но он есть. Только вот по всем законам и нормам это было неправильно. И дело даже не в обещании Союзу, а в том, что такая вынужденная близость может привести лишь к еще большей душевной травме и боли. - Ваня… - Подумай. – Россия нежно приложил ладонь к его губам, - К завтрашнему вечеру мне станет легче, раны заживут…Тогда и дашь ответ.

***

Саша привалился к стене в коридоре, прикрыв лицо ладонями. Только Богу, в которого он не верил, было известно, как сильно он устал, как был измучен происходящим. Саша был так зол, что ему хотелось крушить все вокруг. Только он решил, что жизнь немного наладилась, как судьба нанесла очередной удар, но только не по нему, а по его сыну. От этого было лишь хуже. Союз понимал, что нужно взять себя в руки и пойти за Николаем и Олегом, а потом отправиться отдыхать, но… Сил на это не было. - Саша? Тихий голос Рихарда вернул Александра в отвратительную ему реальность. Глянув на немца, Союз почувствовал искорку тепла внутри. «Хоть с ним все наладилось…- Саша ощутил немного облегчения, - Если бы не он…» - Что с тобой? – Рейх удивленно посмотрел на его руки, - Ты с кем дрался? -…неважно. – Союз болезненно усмехнулся, притянув его к себе, - Я думал ты с Людвигом. - Он спит. – Рихард вдруг крепко обнял его в ответ, - Мы можем поговорить?..