Настоящее

Тимур готовился к этой ночи с того момента, как они с Евгением Васильевичем сошлись. Он прочитал о климаксе все, что только можно было найти в интернете, и даже пообщался на форуме с врачом, который заверил его, что климакс вещь неприятная, но не опасная. Евгений Васильевич давно свыкся со своим статусом, не переживал особо, хоть некоторые симптомы до сих пор его беспокоили. Сухость больше всего. Тимур купил очень много лубрикантов. Разных марок, видов, вкусов и запахов. На водной основе, силиконовых, масляных. Банановых, клубничных и со вкусом шоколада. Косметичка с этими тюбиками у Тимура была не меньше, чем у Евгения Васильевича с его средствами для ухода. Но альфа хотел предоставить любимому выбор и сделать их секс приятным и безопасным. Он снова отправился в душ первым и справился за рекордное время. Евгений Васильевич быстро шмыгнул мимо него, прижимая к груди свою косметичку и что-то бордового цвета. Тимур не успел его перехватить и оправился ждать в спальню. Он волновался так, будто впервые готовился лечь в постель с омегой. Ведь Евгений Васильевич был очень опытным в этих делах. Чего только стоили его рассказы про бурную молодость! Тимур боялся ударить в грязь лицом, опозориться, кончить раньше времени. Но главный страх был в том, что Евгению Васильевичу могло не понравиться. Поэтому Тимур сейчас лежал на кровати, ждал и трясся, прислушиваясь к звукам из ванной. Он успел основательно себя накрутить, но, когда Евгений Васильевич появился в комнате, подскочил на кровати с широко раскрытыми глазами. Все мысли в этот момент вылетели из его головы. Евгений Васильевич был прекрасен. То бордовое, с чем он заходил в ванную, оказалось полупрозрачным кружевным неглиже с кружевными же трусиками. Еще омега уложил волосы, подкрасил глаза и стоял сейчас перед Тимуром порочным ангелом. — Ну как? — спросил он. — Отпад! — Тимур подорвался с постели, в два счета оказался рядом с мужем и замер в нерешительности, гулко сглотнув. Евгений Васильевич легко рассмеялся: — Именно этого эффекта я и добивался, — он погладил своего альфу по щеке. — Я еще ого-го, как оказалось. Целуй же меня! И первым потянулся к альфе. Тимур вдруг растерялся. Они никогда не были столь раздеты наедине друг с другом. Он был только в белье, Евгений Васильевич в этом бордовом кружевном великолепии. Тимур не знал, куда девать руки, но омега ему помог и просто уложил его ладони себе на поясницу, прижимаясь к его груди. Он легко толкнулся бедрами вперед, и у Тимура по спине словно электрический разряд пробежал. Евгений Васильевич был слегка возбужден. Это придало альфе сил и уверенности, он наконец-то обнял омегу так, как требовали обстоятельства: крепко, сильно, страстно. Тимур провел руками по спине мужа, ощутил текстуру материала неглиже и залез ладонями под подол, впервые, наверное, дотрагиваясь до кожи Евгения Васильевича. Тот охнул в поцелуй и снова потерся бедрами об ответное возбуждение Тимура, призывая его к более решительным действиям. Тимур осмелился и переложил ладони на ягодицы омеги, сжал, прижимая его ещё ближе к себе, испытывая нереальное наслаждение от ощущений. У обоих голова кружилась, и дыхание перехватывало. — О-ох! — Евгений Васильевич выдохнул. — Это невероятно! И господи, как я по этому соскучился! — Ты ни с кем?.. — Последние двенадцать лет, — Евгений Васильевич взглянул Тимуру в глаза. — Тебе придется нелегко. — Я все для тебя сделаю, — пообещал Тимур и легко подхватил мужа на руки. — Разрешишь? — С удовольствием. Тимур аккуратно уложил Евгения Васильевича на кровать, пристроился рядом. — Мне очень нравится этот комплект, — он провел по кружеву на груди омеги. — И цвет этот тебе идет. — Спасибо. Мне всегда нравилось красивое белье. Но потом в почёте стало удобное. Думаю, стоит вернуть несколько таких комплектов. По крайней мере, в спальню, — Евгений Васильевич многозначительно поднял брови, а Тимур просто задохнулся от желания. Он навис сверху, встретил томный взгляд своего омеги и опустился на него, прихватывая за бок. Евгений Васильевич выбросил руки вверх, притянул Тимура к себе и закинул ногу ему на бедро. Оба простонали от тесного контакта и давления на стратегически важные места. Тимур зарылся носом в плечо Евгения Васильевича, вдохнул аромат цветочного луга, который стал как будто бы сильнее. — Ты так вкусно пахнешь, — пробубнил он, касаясь теплой кожи языком и наглаживая ногу омеги. — Мне тоже нравится твой аромат, альфа мой, — Евгений Васильевич сжал волосы на затылке Тимура в кулак. От этих слов в груди у Тимура сладко сжалось. Как же ему было приятно слышать, что Евгений Васильевич принял его как альфу! Тимур спустился ниже, лизнул омегу в ключицу, едва касаясь, погладил соски и поднял взгляд, проверяя реакцию мужа. Евгений Васильевич наблюдал за ним из-под опущенных ресниц, легко почесывая за ушком, как кота. Тимур от этого готов был мурчать. Он прихватил губами сосок через кружевную ткань, услышал томное «Ах» и с коварной улыбкой двинулся дальше, целуя и поглаживая. Остановился в районе паха, еще раз проверил, как Евгений Васильевич себя чувствовал (превосходно, судя по румянцу на щеках и высоко вздымающейся груди). Тимур потянул подол неглиже вверх и закусил губу удлинившимися зубами. Кружевное белье так красиво смотрелось на омеге. Так деликатно скрывало его возбуждённый член, и в то же время выглядело развратно как в самых горячих порнофильмах. У Тимура просто руки чесались в желании потрогать. Он опустил ладони Евгению Васильевичу на колени и медленно повёл наверх. Кожа у омеги была немного сухой, но Тимуру все равно нравилось ее трогать. Он дошел до кромки белья, погладил кружево кончиками пальцев и, намеренно игнорируя член, двинулся дальше. Прижался губами к животу, почувствовал, как Евгений Васильевич напрягся. — Ты коварный, маленький засранец! — выдохнул омега, облизывая губы. Тимур хрипло рассмеялся: — Согласись, я умело маскировался. И он подвинулся вперед, вклинился Евгению Васильевичу между ног, отчего тот прогнулся в спине и тут же запротестовал: — Нет-нет-нет-нет! Поясница! — Понял, — Тимур вернул его на кровать. — Так нормально? — Да, — поерзал омега, устраиваясь удобнее. — Но ты все равно засранец. — Как скажешь, — коварно улыбнувшись, Тимур скользнул рукой ему между ног и повел вверх прямо по члену. — О-ох! — встряхнулся Евгений Васильевич, а Тимур уже не мог остановиться. Он гладил и гладил мужа через белье, позволяя себе слегка сжимать пальцы, наслаждался его стонами и следил за выражением лица. Евгений Васильевич был сейчас слишком открыт и уязвим. И прекрасен. Тимур конечно же видел тонкие морщинки, расходящиеся по его лицу, видел, что кожа у омеги на шее не такая упругая, как у молодых мальчиков, видел, что глаза Евгения Васильевича стали чуть прозрачнее. Видел, но это не имело для альфы никакого значения. Все равно Евгений Васильевич был для него самым красивым и желанным. Тимур остановился вдруг, и вместе с ним замер и Евгений Васильевич. Распахнул удивленно глаза и уставился на альфу. — Я сейчас сниму с тебя белье, — предупредил он. — Давно пора! — воскликнул омега и приподнял бедра, помогая себя раздеть. От их телодвижений неглиже колыхнулось, и подол накрыл пах Евгения Васильевича. Тимур снова завис — настолько красиво и эстетично сейчас выглядел его муж. Который ухватил край подола и взмахнул им, открывая член. А потом закрыл, пряча. Тимур отозвался глухим рычанием, наклонился и присосался к возбуждению мужа прямо через полупрозрачную ткань. Как только его губы сомкнулись на члене Евгения Васильевича, он ощутил жесткую хватку в своих волосах. Омега удержал его на месте, просто прижал к своему паху и не позволил отстраниться. Тимур кое-как отмахнулся от мешающего теперь подола и заполучил наконец-то весь член себе в рот. Вдохнул слишком много воздуха, подавился, но рука Евгения Васильевича давила ему на затылок. Пришлось подстраиваться на ходу. Вкус и запах Тимуру понравились. Подсознательно он все же ожидал чего-то не такого, не такого, как у молодых омег, но все у Евгения Васильевича было как надо. Поэтому Тимур заработал потом активнее. — Только ты учти, — с паузой после каждого слова пропыхтел омега. — Что если я сейчас кончу, то второй раз вряд ли у меня поднимется. — Угу, — с полным ртом отозвался Тимур, но не прекратил. Наоборот, усилил натиск. И через несколько мгновений Евгений Васильевич кончил, не позволив альфе отстраниться. Правда, Тимур и сам не стал этого делать. Он ткнулся носом мужу прямо в лобок, постарался расслабить горло и проглотил всю сперму. После этого финала Евгений Васильевич обмяк, пальцы его в тимуровых волосах разжались, и альфа выпрямился, самодовольно глядя на распростертого на кровати омегу. Он дышал так, будто бежал марафон. По щекам и груди Евгения Васильевича плясали пятна румянца. Подол неглиже был совершенно испорчен. Но омега выглядел удовлетворенным. Тимур кивнул себе, поправил колом стоящий член и улегся рядом, давая мужу возможность прийти в себя. Евгений Васильевич завозился и слепо зашарил вокруг себя. Тимур поднырнул ему под руку, притерся вплотную, качнул вперед бедрами. Омега вполне уверенно ухватился за его возбуждение и удивленно протянул: — Ого! — он даже глаза раскрыл. — На ощупь кажется еще больше, чем визуально. Тимур рассмеялся: — Спасибо за комплимент. Приятно такое слышать. Он протянул руку, помог Евгению Васильевичу перекатиться на бок. Омега устроился рядом с ним на подушке, а его ладонь осталась у Тимура в паху. Ловкие пальцы мяли член, ныряли за резинку белья, отчего у альфы дыхание перехватывало. И Евгений Васильевич между тем болтал, будто ничего и не происходило. — Признаюсь честно, давно я не кончал. Как-то все не до того было. Да и не хотелось особо. Но благодаря тебе словно открылось второе дыхание. Не знаю, возможно я и на второй заход скоро буду готов. Ты же этого ждешь? — с этими словами он довольно сильно сжал член Тимура, повел по стволу вниз и вверх, подхватил каплю предсемени с головки и растер. Тимур, доведенный до предела, вытянулся в струнку, у него даже внутри что-то зазвенело, и кончил Евгению Васильевичу в кулак. Сразу стало так легко! Из тела ушло напряжение, голова очистилась, руки-ноги обмякли. Тимур развалился на кровати с блаженной улыбкой на губах. Теперь уже Евгений Васильевич подлез к нему сбоку, коротко поцеловал: — Я хочу немного освежиться. Он ушел, плавно покачивая бедрами, а Тимур, до которого не сразу дошел завуалированный намек, подскочил и бросился за мужем в ванную. Евгений Васильевич даже раздеться не успел, как Тимур его настиг. Прижался сзади, обхватил руками и уткнулся носом в волосы на затылке. — До сих пор не верится, что я могу сделать так, — он легко куснул мужа в загривок, а его руки проникли под неглиже и приласкали низ живота омеги. — Почему же? — Евгений Васильевич, откинув голову назад, Тимуру на плечо, качнул бедрами. — Я об этом мог помыслить только в самых смелых снах, — Тимур покрыл поцелуями шею и плечо, любезно предоставленные Евгением Васильевичем. — Надо быть смелее в своих желаниях, — наставительно заметил Евгений Васильевич. — Давай, я хочу сполоснуться и поужинать, а то шампанское с сыром такая себе закуска. А потом мы продолжим. К тому моменту я отойду окончательно, и ты будешь тыкать членом не в бревно бесчувственное. — Я не буду тыкать в тебя членом! — воскликнул Тимур. — Хм? — повернулся в его руках Евгений Васильевич, вопросительно поднял брови. — Черт! — простонал Тимур, поняв, какую глупость, сморозил. — Я не в том смысле. В смысле не буду тыкать, а буду э-эм… — Расслабься, — Евгений Васильевич похлопал его по груди. — Я прекрасно тебя понял. Просто в такие моменты у тебя на лице невероятный ужас написан. Это забавно. — Ах, забавно! — Тимур шутливо зарычал и двинулся на омегу, тесня его в душевую кабинку. — Тимур! — хохотал Евгений Васильевич, отступая. — Упаду! — Я поймаю, — Тимур и правда подхватил его под спину, придержал на месте, слегка наклонив назад, а потом поцеловал, как в фильмах. — Вот видишь. — Вижу, — Евгений Васильевич держался ему за плечи и смотрел в лицо блестящими глазами. — Все хорошо? — уточнил альфа. — Угу, — неловко выбрался из его рук омега, сам зашел в кабинку, выкрутил кран с горячей водой. Тимур снова догнал его, обнял сзади, положил подбородок на плечо: — Почему ты плачешь? — От счастья, — запрокинул Евгений Васильевич голову, сморгнув слезы. Они смешались с водой, что бежала сверху. — Я ведь тоже не могу поверить, что это все по-настоящему. Что я снова замужем, снова с кем-то близок. Мне ведь тогда казалось, что моя жизнь кончилась. Когда я получил на руки свидетельство о разводе. — Это все осталось в прошлом, — Тимур потерся носом о висок Евгения Васильевича. — Теперь у нас есть наше настоящее. Евгений Васильевич резко провернулся в его руках и впился в губы крепким поцелуем. Они начали страстно, даже яростно, но через несколько мгновений успокоились, замедлились и закончили, просто уткнувшись друг в друга лбами. — Давай я помогу тебе, — хрипло предложил Тимур. — Давай, — Евгений Васильевич снова повернулся спиной и взял с полки флакон с гелем для душа. Тимур вдохнул приятный аромат цветущего луга, заулыбался и, вылив немного геля мужу на плечи, принялся его намыливать и разминать мышцы. Он смыл пену с лопаток, прошелся по пояснице и опустился на колени перед ягодицами. Дотронулся, и Евгений Васильевич дернулся, но расставил ноги шире, будто приглашая Тимура. И альфа воспользовался приглашением. Снала аккуратно погладил и оставил на каждой половинке по легкому поцелую, а потом просто прижался лицом в порыве чувств. Евгений Васильевич опять дернулся, видимо, желая спросить, что же Тимур там делает, но захлебнулся словами, когда альфа раздвинул половинки в стороны и лизнул дырочку. Тимур наслаждался. Ему нравилось ласкать мужа, и впервые он ощутил, что доставлять кому-то удовольствие настолько приятно. Одноразовые любовники таких эмоций у него не вызывали. С ними и затягивать-то не хотелось. Быстро вставил, подолбился, кончил, пошел дальше. Теперь же Тимур намеренно растягивал удовольствие, целуя, гладя и облизывая своего омегу. Евгений Васильевич, вопреки своим словам, все же возбудился. Сложно не возбудиться, когда тебя с таким усердием подводят к финишу. И это Тимур только язык использовал, да и внутрь особо не лез — кружил по ягодицам и облизывал дырочку. Омега снова кончил и еле устоял на ослабевших ногах. Голова у него закружилась, он бы непременно упал, если бы Тимур не прижал его сзади, притиснув к стене. Он терся о бедра Евгения Васильевича и тоже вскоре кончил, испачкав мужу поясницу. — О, господи! — выдохнул Евгений Васильевич, тяжело дыша. — Я по тебе с ума схожу, — Тимур поцеловал его в шею с обеих сторон. — Надышаться не могу. И насытиться. — Я тоже, — Евгений Васильевич развернулся, погладил мужа по лицу. — Давай выбираться, а то я после наших водных процедур что-то совсем на ногах не стою. Они домылись, и Тимур отнес Евгения Васильевича в комнату. Омега развалился на кровати в форме звезды, ничем не прикрывшись. Тимур заулыбался и улегся головой ему на живот: — Хорошо! — Ага. Только все равно хочется есть. — Куда-нибудь пойдем или закажем в номер? — Закажем, — безапелляционно заявил Евгений Васильевич. — В ближайшие пару дней я шагу лишнего не сделаю. — Окей. Они съели по шницелю с зеленым горошком, на десерт — штрудель и улеглись отдыхать. Тимуру безумно нравилось, что Евгений Васильевич после утренней церемонии совершенно отбросил любой стыд и позабыл про свои пижамы. Ели они прямо в кровати, не одеваясь, и отдыхать улеглись тоже обнаженными. Евгений Васильевич устроился щекой у Тимура на груди, перебросил через него руку, зевнул куда-то в сосок. — После сытного обеда… — сонно пробормотал он. — А? — не расслышал альфа. — Ничего-ничего, — омега поерзал, снова зевнул. — Говорю, если надумаешь продолжить, то меня разбуди. Не хочу пропустить нашу брачную ночь. — Обязательно, — хмыкнул Тимур. — Спокойной ночи. — Ага, — Евгений Васильевич уже почти заснул. — Тебе тоже. Люблю тебя. — И я тебя люблю, — Тимур поцеловал мужа в макушку и закрыл глаза.