Минус на минус

      Смурное, затянутое грязновато-серыми тучами небо предвещало буран. Беннет посмотрел на нависшие над головой облака, - протяни руку и дотронешься до них. Он вдохнул колючий холодный воздух, такой плотный, что его можно было разглядеть. Беннет был опытным путешественником, но ни один путешественник, сколько бы сапог он не истоптал за жизнь, все равно не отправится на Драконий Хребет во время бурана, даже если имя ему – Беннет.       А он и не отправлялся. Когда Беннет решил пойти в горы, небо было синим и спокойным, как ласковая озерная вода, а облака высоко над горными пиками парили невесомые и белые. То, что они решили извергнуть из себя тонны снега именно сейчас, когда Беннет забрался так далеко, что дорога назад делалась невозможной, было настоящим предательством, но не неожиданностью. Беннет весело оскалился и погрозил заволоченному тучами небу кулаком. Вот я тебе!       Небо не испугалось. Ветер подул Беннету в лицо, и он натянул капюшон, подбитый мехом полярной лисы, по брови. Беннет неспешно шел дальше и дальше, насвистывая себе под нос, складывая в трубочку посиневшие от холода губы.       Путешествовать по Драконьему Хребту – удовольствие пониже среднего, но Беннет никогда не отказывался от вылазки в горы, если в Гильдии появлялся запрос. Он нежно любил эти дикие бесприютные места. Что может сравниться с трепетом, с которым смотришь на мир с вершины крутой горы? Ни монстры, ни бандиты его не пугали. Неудача была постоянной спутницей Беннета, но смерть избегала его, словно презирала, хотя умереть во время приключений казалось не просто заманчивой идеей, это была благородная миссия. Такая смерть принесет его маленькому отряду славу. Конечно, его отряд состоял всего из одного человека, самого Беннета, но, быть может, он пополнится продолжателями его дела, пусть Беннет об этом и не узнает.       Какие глупости лезут в голову! Кого это из искателей приключений привлечет чужая смерть, будь она хоть сотню раз героическая? Беннет замечтался и провалился ногой в расселину, скрытую рыхлым снегом, слава Архонтам, неглубокую. Он немного попыхтел и выбрался, ничего не сломал, еще и согрелся. Если все будет складываться так же хорошо, он сможет найти укрытие, когда разойдется снегопад. Пусть укрытием послужит не пещера, Беннету хватит какого-нибудь навеса над головой, чтобы переждать непогоду, а пока он брел вперед, стараясь держаться подальше от пропасти и ступать по надежному твердому насту. Спасибо Пиро Глазу Бога. Огонь, едва не погубивший Беннета в младенчестве, в последующем выручал его раз за разом. Беннет поддерживал крошечный огонек на ладони, освещая себе путь и согреваясь. Нет ничего лучше Пиро на Драконьем Хребте.       «Не ходить на Драконий Хребет»,-прозвучали в голове голоса умудренных жизнью искателей приключений, но как иначе утолить жажду исследований? Беннет уже взялся за поиски сгинувшего здесь пару дней назад отчаянного авантюриста. Он принял задание раньше других и отступить не смел. Чувство долго в Беннете было так же сильно, как и его тяга к приключениям. Он-то нигде не пропадет в отличие от незадачливого любителя моры, который соблазнился сказками о богатствах Драконьего Хребта. Горы правда кишели морой, а еще ловушками, смертельными загадками, монстрами, Фатуи и похитителями сокровищ. На Драконьем Хребте выходцы Бездны и Фатуи чувствовали себя свободно и уверенно, как снежные барсы.       Осторожно, шажочек за шажочком. В ловкости с Беннетом могли соревноваться только горные козлы. Обувь на толстой шипастой подошве крепко вгрызалась в камень и позволяла ступать по скользкому насту. Беннет был готов, всегда и ко всему, даже к тому, что его застанут врасплох.       Темнота сгущалась, а ветер усиливался, крошечный огонек не справлялся, маленький человек, даже наделенный частичкой божественной силы, был слишком слабым, чтобы совладать с гневной стихией. Снег заметал Беннета, в горах раздавалось злое эхо, отражая голос порывистого ветра. Сейчас не то что людей искать, самому бы не сгинуть.       У подножия горы развели огонь и разбили лагерь. С такого расстояния палатки казались маленькими темными пятнами, а огонь от костров мелькал, как мелькают далекие звезды. Беннет прикрыл глаза и почувствовал, что находится в тепле. Вряд ли внизу разместились искатели приключений, скорее всего прямо под ним были Фатуи. Его неудача может затронуть и их. Например, лавина сойдет или на лагерь нападет огромный метачурл.       А у них ведь и правда теплее…Беннет даже запах еды почувствовал.       Он быстро пересек перешеек, соединяющий две вершины, обе плоские, словно срезанные огромным мечом. Дорога шла немного вниз и сворачивала, продолжаясь в виде узкого уступа, ведущего вдоль горы. Беннет практически полностью повторял маршрут человека, которого он искал.       Когда камни сыпались из-под ног, сердце замирало от гибельного восторга. Выступ был достаточно широким, чтобы идти по нему с удобством, особенно если спиной вжиматься в скалу. Поверхность ее была слишком гладкой и скользкой, ни выбоины, ни кустика, чтобы ухватиться. Пройти шагов двести – и впереди ждет твердая земля, где можно спокойно оскальзываться и падать, рискуя разбить колени, а не свалиться в пропасть.       Друзья пропавшего помогли Беннету в составлении карты. Изначально они хотели пойти в горы целой группой, но смельчаком оказался только один. Беннет невольно проникся уважением к этому человеку. Отыскать бы его и попытаться уговорить вступить в отряд Бенни. Уж он-то должен согласиться, чем Бездна не шутит!       Выступ сужался. Беннет осторожно подволакивал ноги, с каждым шагом чувствуя, как приближается к падению. Он старался не думать об этом. Правой ногой скользнуть вперед, левую подтащить. Правой скользнуть, левую подтащить. Вот-вот выступ перейдет в пологий склон.       Беннет не понял, как умудрился налететь ногой на пустоту. Он кубарем покатился вниз, да так стремительно, что даже испугаться не успел, только все мучительно сжалось в груди.       В полете он кое-как сгруппировался. Перед глазами плясали тени, он ударялся, но боли не чувствовал. Это пока. Мелькнули чьи-то высокие сапоги, смазанные лица, затем над головой сомкнулась ледяная вода. Сначала было обжигающе горячо, потом – до невозможности холодно, и Беннет очутился в невесомости. Он не любил воду, вокруг были только темнота и выстужающий до костей холод, ни дышать, ни видеть он не мог. Беннет попытался выплыть, но не нашел, от чего оттолкнуться. Тяжелая меховая шуба предательски тянула вниз. Беннет бился в черной ледяной пучине и все глубже уходил на дно.       Одежда и походный рюкзак с кошками, картами и инструментами висели на Беннете мертвым грузом. От холода сводило мышцы. Он не погиб в огне, но вода завершит начатое.       Вода вспенилась, Беннета отнесло немного в сторону, как от толчка. Кто-то обхватил его вокруг пояса, Беннет ощутил стремительное движение вверх. Его спаситель оказался гибким и сильным, как выдра, он не плескался беспомощно в ледяной воде, он сразу задал направление.       Колючий ветер больно ударил в лицо. Волосы у Беннета быстро покрылись сосульками, заиндевевшая одежда сковала тело, как доспех. Беннету было больно дышать, но каким-то чудом он остался жив. Из носа и рта текла вода. Беннет скосил глаза. Его спаситель стоял на четвереньках, как выбравшаяся из воды собака и отплевывал воду. Он отряхнулся и легко поднялся на ноги, проигнорировав протянутую руку одного из солдат.       - Одиннадцатый, вам не стоило нырять самому.       - Лишнее, - отмахнулся он. –Самому быстрее.       Движения его были немного заторможены, скованны – не оправился после купания в зимней реке.       На плечи ему накинули черно-белую шубу, жарче развели огонь, справлялись о его самочувствии. Он вел себя подчеркнуто бодро, отшутился от каждого, поправил шубу движением крутых плеч и посмотрел на бездвижного Беннета.       Оглушенный, продрогший до костей Беннет сжался в мокрый холодный комок. Теплее не становилось, к тому же он угодил в лагерь Фатуи, а возглавлял солдат не кто-нибудь, а Одиннадцатый Предвестник, едва не погубивший Ли Юэ. Вот и все, никакая героическая смерть Беннета не ждет, а вот долгая и мучительная – вполне себе. Самое обидное, что он так и не нашел пропавшего человека. Может, он уже погиб.       Одиннадцатый смотрел на него с интересом.       - Его нужно раздеть и согреть. Подготовьте в моей палатке побольше одеял, заварите чай с травами.       Беннет устало закрыл глаза. Убежать не получится, но вдруг он сможет хотя бы оттаять?       Убить его не убили, даже связывать не стали, хотя выбраться по доброй воле из наваленных на него шкур он не смог бы ни при каких обстоятельствах. Одеяла пахли шерстью и дубленой кожей, под ними настелили что-то мягкое и пушистое. Вылезать отсюда, честно говоря, хотелось не слишком сильно. После смертного холода Беннет наконец-то оказался в тепле, лишиться которого добровольно было выше его сил. Только вот миссия его еще не окончена…       Вход в палатку занавесили. Рядом сидел Предвестник, завернутый в одеяло. Он пил исходивший паром чай из жестяной кружки, обняв ее руками. Его волосы почти высохли. Они были рыжими, как пламя пиро. Беннет украдкой разглядывал печально известного Предвестника и никак не мог взять в толк, что этот мальчишка почти разрушил целую страну.       Одиннадцатый обернулся к Беннету. Тот зажмурил глаза и засопел для верности, выдав себя с головой.       - Не проведешь! У меня так братья делают, когда их днем спать загоняют. Живой, что ли?       На удивление Беннет был живым и, что невозможно, если являешься другим человеком, практически невредимым. О простуде и думать не стоит, в детстве он переболел всем, чем только можно и обзавелся непробиваемым иммунитетом.       Притворяться не было смысла. Беннет зашевелился и с трудом сел, понадежнее укутавшись в шкуры. Пока лежал под ними, он не ощущал, что остался полностью нагим. Правильно, не класть же его в мокрой одежде в палатку, но сбежать голым от Фатуи на Драконьем Хребте не выйдет. Предвестник вел себя дружелюбно, но разве говорил его приветливый оскал о добрых намерениях? От Фатуи жди беды, даже такой непредвзятый человек, как Беннет, это знал.       - Ты когда с горы летел, я думал, разобьешься, но нет! В рубахе родился!       - В рубахе? – не понял Беннет.       Предвестник улыбнулся.       - Ну, так у нас говорят. Везучий, то бишь.       Беннет молча покачал головой. Не знает этот Предвестник, с кем говорит, не знает, иначе самому бы стало смешно.       - Согрелся чуть-чуть? Да не бойся, я тебя из воды вытащил, толку теперь убивать? Об этом думаешь? Ну-ка, проверь, руки-ноги двигаются?       Предвестник демонстративно размял плечо. Беннет послушно повторил.       - Ну вот! – обрадовался Предвестник! – Двигается.       В этом человеке была странность. Глаза улыбчивого смешливого Предвестника оставались абсолютно пустыми, ни добрыми, ни злыми, их покрыл вековой лед. Такие глаза встречаются у хищных животных.       - Спасибо, что помог. Сам бы я не выплыл, - робко поблагодарил Беннет.       Давно бы следовало отблагодарить Предвестника, но он все болтал и болтал без умолку.       Фатуи косо улыбнулся одной половиной рта.       - Мне нетрудно. Я люблю подледную рыбалку, а на ней всякое случается. Жалко, мы с тобой всю рыбу распугали, порыбачили бы. Любишь рыбачить?       Беннет немного смутился. Искренне ли интересовался Предвестник или просто заговаривал ему зубы?       - Люблю, - тихо ответил он. – Но мне больше нравится рыбачить в теплых реках Мондштата.       - Слишком просто!       Кто-то приподнял полог и заглянул в палатку. Предвестник обернулся, Беннет напрягся. Солдат заговорил на незнакомом грубоватом, но певучем языке. Предвестник ответил на нем же с видимым раздражением, почти с угрозой. Из их слов Беннет смог разобрать, что речь ведется о Драконьем Хребте, больше ничего.       Солдат вежливо попрощался и покинул палатку Предвестника. Предвестник был хмур.       - Что-то случилось? – осторожно спросил Беннет. Он вполне справедливо полагал, что его судьба зависит от настроения этого опасного человека.       - Ничего страшного. Просто мне напомнили о делах, о которых я не забывал. Кстати, я Чайльд Тарталья. Для семьи – Аякс.       Он протянул руку, выпростав ее из-под одеял. Узкая ладонь с длинными пальцами была покрыта шрамами и грубыми мозолями.       - Беннет, - крякнул он, неловко подавая руку.       Тарталья крепко, до боли сжал его ладонь и энергично потряс. Тарталья по-кошачьи потянулся и разлегся в шкурах, наполовину раскутавшись. Гибкое тело Предвестника покрывали раны, старые, уже зажившие и новые, едва затянувшиеся розовой блестящей кожей.       - Давненько я никого из воды не вытаскивал. Как тебя угораздило-то? Сокровища, что ли, искал в буран?       Тарталья перевернулся на бок и подпер голову рукой. Рыжий, растрепанный, с веснушками, слишком молодой, чтобы быть Предвестником. Но он был. Его невинная внешность и широкая улыбка могли обмануть, но шрамы и ледяные глаза – нет.       Рассказать ему про миссию или не следует? Что вообще Предвестник забыл на Драконьем Хребте? Если Беннет спросит, он разозлится?       Тарталья ждал со спокойным интересом.       - Здесь и правда много сокровищ, но я пришел не за ними. Я искал человека, пропавшего в горах. Непогода застала меня в дороге.       Не говорить же, что он сам – причина непогоды. Кто ему поверит? Он бы и сам не поверил.       - Один? – удивился Тарталья. – На Драконий Хребет разве не снаряжают экспедиции?       - Да, по негласным правилам. Но я выдвигался один, больше никто не согласился.       Первый раз за время их разговора в глазах Тартальи мелькнула какая-то живая эмоция, словно по льду пошла трещина.       - А ты, значит, так легко согласился? Ты ведь знаешь, как тут опасно?       Беннет кивнул.       - Я не боюсь. Искатели приключений всегда рискуют.       Тарталья одобрительно кивнул.       - Да. Если не рискуешь чем-нибудь, это и приключением назвать нельзя.       Беннет догадался, что сыскал одобрение Предвестника.       - Почему ты мне помог?       - Ты тонул, - просто ответил Тарталья.       - Разве тебе это не на руку? Мы же с тобой…не друзья.       У Беннета язык не повернулся назвать его врагом.       - Мы исправим, - заявил Тарталья. – Я посчитал, что человек, который упал с горы и выжил должен оставаться живым подольше. Не ошибся. А еще я представил, как тонет мой собственный брат. В общем, так сложилось. Повезло, что ты именно мне свалился на голову. Чего ты смеешься? Я не шучу! Твой Глаз Бога, если что, рядом с тобой, где-то в шкурах. Видишь? У меня нет злых намерений.       Беннет нащупал Глаз Бога в складках шкур. Тарталья его не забрал. От сердца немного отлегло.       - Гм…я не отнимаю твое время?       Тарталья широко зевнул.       - Время? Нет, мы тут просто изучаем Драконий Хребет. Скука. Если хочешь, я могу вместе с тобой поискать твоего пропавшего. У меня неплохая команда.       Предвестнику правда было настолько скучно, что он предложил Беннету сопровождение или он руками Беннета пытался добиться своих неясных целей на Драконьем Хребте?       - Это не помешает вашему исследованию?       - Нет. Только поможет. Не волнуйся, у Снежной есть официальное разрешение на исследование этой территории. Можно сказать, я возглавляю научно-исследовательскую группу. Здешний климат напоминает наш в северной части. Здесь столько монстров! Дерись – не хочу!       Глаза Предвестника странно блеснули.       - Тебе нравится драться? – Беннет еще раз взглянул на шрамы Тартальи. Драк он явно не избегал.       - Я – авангард Фатуи! – горделиво заявил Тарталья. – Без сражений моя жизнь бессмысленна.       Снаружи послышался смех, в палатку проник соблазнительный запах еды. Все складывалось хорошо, даже слишком. Рядовые солдаты не были настроены враждебно, Предвестник же вполне открыто предлагал Беннету дружбу. Беннет достал Глаз Бога и внимательно вгляделся в него, словно он мог дать ответы на незаданные вопросы.       - Ты его первый раз в жизни видишь, что ли? – спросил Тарталья.       - Я думал, вы его конфискуете, - смущенно ответил Беннет.       - Зачем? Ты не заложник, захочешь воспользоваться, пожалуйста, я только за.       - Честно говоря, пока я хочу только согреться. И немного поспать.       - Еда скоро будет готова. Чувствуешь, как пахнет? Она простая, но вкусная и, что самое главное, теплая, - Тарталья придвинулся ближе к Беннету. – Расскажи мне пока о себе и о Мондштате.       Беннет устроился удобнее. Глаз Бога приятно согревал руку.       - Что ж, все началось с огненной пещеры…