Яндере профили Honkai: Star Rail

1. Общий образ: каков он? Как он ведет себя рядом с тобой? Есть ли какие-то тревожные звоночки? Мидей, Мидеймос, сын Горго, наследный принц Кремноса – или же высокий, красивый наследник Хризоса, который всегда говорит грубо и тратит непомерно много усилий на то, чтобы превзойти Фаенона из Элизии Эйдес в каждом новом состязании, что они придумывают на день. Ты его почти не знаешь. Впрочем, мало кто его знает. У него красивое лицо, крепкое тело и роскошная копна волос, дающая ему сходство с крупным хищным зверем. Сложно найти кого-либо, кто с чистым сердцем сказал бы, что он непривлекателен. Ты тоже не из таких, ведь несколько раз ловила себя на том, что украдкой разглядываешь его издали. До тебя доходили слухи, мол, на самом деле он добряк, а некоторые даже утверждают, что принц в свободное время играет с детьми. Но от него исходит лишь суровая, резкая аура. Мужчина совсем не выглядит как человек, которому понравится, если к нему подойдут просто так, поболтать. К тому же у тебя сложилось впечатление, что твое общество ему вовсе не по душе. Судя по взглядам, которые он на тебя вскользь бросает, ему куда приятнее побеседовать с каменным львом на городской стене. А еще у Мидея есть скверная привычка слишком явно выражать свои чувства. Проходя мимо в купальне, он может раздраженно цокнуть языком или скрестить руки на груди, закатив глаза. Сама того не замечая, ты неосознанно начинаешь выбирать обходные пути, только бы не столкнуться с ним. Но в голове Мидея все обстоит прямо противоположным образом. Он не может отвести от тебя взгляда. Может, ты просто случайная жительница Охемы, недавно поселившаяся в городе, а может, прибыла вместе со Звездным Экспрессом, впервые ступив на эту планету. Как бы то ни было, стоило ему лишь однажды задержать на тебе взгляд — и все покатилось под откос. Сначала он пытается отрицать это. Будто то, что зарождается внутри, вовсе не увлечение, а всего лишь раздражение. Ты — просто пустая трата времени, невероятно раздражающая, надоедливая, красивая, завораживающая, милая, очаровательная, и… именно в этот момент обычно и звучит раздраженное цоканье языком. Есть даже некоторая ирония в том, что он сам становится для тебя предупреждением. Ты думаешь, что Мидей терпеть тебя не может, и естественным образом отстраняешься от него. Это полностью противоречит его истинным желаниям, но он не в силах справиться с собой. События начали набирать стремительный оборот, как колесо, катящееся с горы, причем склон настолько крутой, что колесо скорее падает, чем катится. Остановить происходящее тебе почти не под силу. Мидей в этом плане весьма своеобразен: он даже не пытается ухаживать за тобой привычными способами. Никаких любезностей, комплиментов, цветов, даже простого приветствия — ничего. Его мысль проходит путь от «о, она такая красивая» до «она должна быть моей, немедленно» за каких-то десять минут. Это не требует особых усилий, хотя мужчина из кожи вон лезет, чтобы перевернуть все с ног на голову в своей голове. Мидей не из тех, кто легко влюбляется, возможно, за все свои годы он никого и не любил по-настоящему. Так что это чувство для него новое. Но контроль остается: он не станет принимать поспешных решений сразу. Проблема в том, что решения, к которым он в итоге приходит, мягко говоря… сомнительны. Мидей — воин в душе, привыкший получать то, что хочет и тогда, когда хочет. А хочет он только тебя. Ничего меньше и ничего больше. Он в самом деле чувствует себя в праве на это. Посмотри, сколько всего он совершил и чего добился, посмотри насколько он силен и невероятен! Он тебя заслуживает. Ты — никто по сравнению с ним, у тебя нет права голоса. И в то же время его пугает сама человеческая природа этих чувств. Мидей приравнивает их к слабости, и поэтому он тщетно пытается превратить свои чувства в настоящую ненависть к тебе, хотя это разъедает его изнутри. Ты — препятствие, и в то же время — необходимость. Так что Мидей начинает следить за тобой. Нет, «следить» — слишком грубо звучит… Он просто наблюдает за тем, как проходит твой день: идет по городу, будто случайно, чтобы увидеть, чем ты занята; иногда незаметно следует за тобой по дороге домой. Впрочем, это именно преследование. Ты все чаще натыкаешься на него в случайных местах, например на рынке или на площади. Его взгляд всегда находит твой, прежде чем он тут же кривит губы в кислой гримасе. Ты невольно начинаешь думать, действительно ли наследный принц такой засранец? Неужели Наследник Хризоса тратит свое драгоценное время только на то, чтобы лично выразить тебе свое презрение? Глупо, думаешь ты, и все же решаешь менять привычные маршруты, чтобы избегать этих неприятных встреч. Не то чтобы это помогало: вскоре ты все равно с ним сталкиваешься. Мидей понимает, что ведет себя странно, по крайней мере в твоих глазах. Но он оправдывает это весьма нелепо. Да, его поступки могут показаться странными, но ведь он — могущественный человек, Наследник Хризоса, воин Охемы. Значит, все, что он делает, не является странным. Потому что он намного выше всех остальных. Очевидно, он имеет на это право. Фаенон и Трибби — единственные, кто позволяют себе комментировать поведение Мидея. Трибби старается направить его в верное русло, чтобы он, ну, хотя бы попробовал тебе понравиться. Она очень осторожно намекает, что его трюк с обратной психологией может не дать хороших результатов, но в итоге сталкивается с практически нулевыми результатами. Фаенон же подходит к делу с юмором: подшучивает над Мидеем, иногда даже заговаривает с тобой о нем, если настроение особенно игривое. Разумеется, ты не веришь ни слову, решая, что Фаенон просто хочет подбодрить тебя или уберечь твою самооценку от постоянных косых взглядов наследного принца Кремноса. Ты бы и сама сказала это мужчине прямо, да вот только стерпеть публичное унижение тебе не по силам. Но в конечном счете именно Фаенон становится катализатором катастрофы и невзначай подбрасывает идею Мидею, что в итоге и решает твою судьбу. В разгар их очередного спора он небрежно бросает: «Может, тебе просто забрать ее себе, если она для тебя настолько важна?». Мидей уже готов огрызнуться в ответ, но когда смысл сказанного доходит до него, он замирает. «Погоди, а что если…?» Разве это было бы неправильно? Он — наследный принц Кремноса, наследник Хризоса, сам Мидеймос. Разве аморально хотеть подобного? Разве он не заслужил этого, разве не сделал достаточно для города и его людей? Разве не натерпелся сполна? И вот последний гвоздь в крышку твоего гроба вбит. 2. Обеспечение безопасности: как он тебя похитит? Когда, где и как? Это быстро. Внезапно. Почти необдуманно. Грубо. Причина, по которой его план не выглядит тщательно выверенным, проста: он сам не видит в этом нужды. Сработает — и этого достаточно. Тут нет даже настоящей импульсивности: Мидей просто выбирает день и час, и совершает задуманное. Мужчина похищает тебя из твоего собственного жилища, вероятно, в городе. Архитектура Охемы удобна тем, что окна открыты настежь, и он использует это себе на пользу. Ночь глубокая, Мидей стоит у твоего дома, глядя наверх — туда, где, как он знает, твое окно. Высоко, но прыжок на несколько метров для его натренированного, бессмертного тела — пустяк. Ты лежишь в постели. Ночь жаркая, и на тебе лишь легкая ночная пижама. Одеяло сброшено в сторону, обнажая тебя перед глазами Мидея. Ты крепко спишь. Смешно даже, насколько легко ему просто протянуть руку и схватить тебя. Тебе требуется мгновение, чтобы очнуться ото сна и хоть как-то осознать происходящее, но в тот момент, когда ты открываешь глаза, ладонь в перчатке уже плотно закрывает тебе рот, а крепкая рука обхватывает верхнюю часть твоего тела. Ты узнаешь нападавшего. Мидей видит, как расширяются твои глаза, как реальность проникает в сознание. Ужас почти осязаем. Ты думаешь, он собирается тебя убить. Что Мидеймос, наследник Хризоса, пришел убить тебя прямо в твоем доме. Его рука мешает тебе закричать, а хватка без труда блокирует любое движение. Паника накатывает с такой силой, что перед глазами проносится вся жизнь. Ты уже представляешь друзей, находящих твое окровавленное тело возле кровати. Близких, что будут стоять у свежей могилы, оплакивая твою судьбу, не имея шанса узнать, что с тобой произошло. Но Мидей просто велит заткнуться и подхватывает твое тело, словно оно ничего не весит. Для него так и есть. Одной рукой он все еще зажимает тебе рот, другой прижимает тебя к себе, и, выскочив через окно, несется в сторону руин Каструм Кремноса. Дорога в замок небыстрая. Даже с его скоростью требуется время, ведь он бежит с тобой на руках. Для него это не было бы проблемой, если бы не твои отчаянные попытки брыкаться, бить по спине, вырываться и шуметь как можно громче. Порой мужчине даже хочется оглушить тебя легким ударом, лишь бы ты замолчала. Но он этого не делает. И вскоре вы добираетесь до его родного города. Неопределенность плана Мидея заключается и в том, что он сам не до конца знает, что собирается делать с тобой дальше. Нужно место, где ты будешь в безопасности от титанов, откуда не сможешь сбежать и где сможешь с комфортом проводить свои дни. На первое время таким убежищем становится темная крошечная комната в одной из высоких башен замка. Здесь нет мебели, лишь обломки да пыль, а в стене — узкое отверстие, через которое пробивается свет. Вид из него настолько уныл, что даже для его глаз он кажется мрачным. Когда за спиной щелкает серповидный замок, Мидей наконец ставит тебя на пол и убирает руки. Но едва твои ноги касаются земли, ты отползаешь прочь, пока спиной не упираешься в противоположную стену, стараясь быть как можно дальше от него. Указываешь на него пальцем, глаза расширены, по лицу катятся слезы, и ты начинаешь кричать. Ругательства, вопросы, угрозы рассказать другим наследникам. Впрочем, это не очень-то убедительно: Мидей прекрасно видит, как дрожат твои руки, как подкашиваются колени и как в панике ты оглядываешь комнату. Его спокойствие едва не сводит тебя с ума. Преследуя тебя неделями, он решил, что просто «заберет тебя себе»? В твоих глазах смешались ярость и ужас, но его гордость это ничуть не задевает. Мидей просто скрещивает руки на груди и отвечает сухо, без всякого сочувствия, констатируя факты, даже не пытаясь тебя успокоить. Впрочем, он понимает твое возмущение. Вряд ли похищение можно назвать приятным опытом. А когда ты начинаешь орать на него уже из-за более тривиальных вещей — «и где, черт возьми, я тут спать должна?!» или «что, по-твоему, я буду есть?!» — он вынужден признать, что твои доводы справедливы. Эти вопросы застигли его врасплох: он действительно еще не подумал об этом. И твои слова небезосновательны. Сам он тоже не любит спать на холодном камне. Надо бы найти тебе матрас, думает Мидей, хотя сомневается, что в руинах завалялся хоть один. Потом ты начинаешь жаловаться, что в комнате холодно, что ты в одной ночной рубашке, что все просто ужасно. Мужчина раздраженно цокает языком, повышает голос и заявляет, что сегодня ты спишь с ним, а завтра он достанет тебе кровать. От его наглости у тебя отвисает челюсть, но возразить ты толком не успеваешь: в пару широких шагов Мидей оказывается рядом, подхватывает тебя, словно мешок, садится у стены и усаживает тебя себе на колени. Разумеется, ты не сдаешься сразу. Пытаешься бить его кулаками, лягаться, вырываться из его железной хватки. Но мужчине это кажется скорее забавным. Он даже смеется тебе прямо в лицо. Мол, можешь хоть до утра драться, все равно ничего не изменишь. И лишь спустя час-другой сопротивления ты, наконец, обессиленно засыпаешь в его руках. 3. Жизнь: каково жить с ним? Как он к тебе относится? Сначала все далеко не идеально. Учти, что у тебя нет удобств прежнего дома – ни кровати, ни привычного уюта, так что первые дни особенно тяжелые. Ты проводишь большую часть дня одна, запертая в маленькой комнате, где почти нечего делать. Единственный источник света — крошечное окошко, и даже с ним ты большую часть времени окутана полумраком. Дверь плотно заперта, окно настолько мало, что ты не уверена, пролезли бы через него твои плечи и бедра, даже если очень сильно попытаться. Ты думаешь, стоит ли проверить это, но пока откладываешь, ведь есть дела поважнее, например, выжить, не умерев от жажды, пока нет Мидея. К счастью, символ луны на замке начинает крутиться как раз в тот момент, когда ты начинаешь переживать, и дверь открывается. Мидей входит в комнату и велит встать. Когда ты не подчиняешься сразу, он подходит, хватает за руку и начинает волочить куда-то. Яростно протестуешь, утверждая, что можешь передвигаться самостоятельно, но лишь когда ты добровольно делаешь нормальные шаги, не волоча ноги, Мидей позволяет тебе идти самостоятельно, без применения силы. Он ведет тебя в другую часть замка. Здесь намного чище, меньше обломков и пыли. Мужчина проходит с тобой по коридорам и останавливается у большой двери. За ней ты обнаруживаешь просторную, обставленную комнату. Большая мягкая кровать, полка, стол, стул и дверь, за которой, как ты предполагаешь, находится ванная. Он ведет тебя внутрь, твердо толкая тебя в спину. На восточной стене большое окно, через которое ты могла бы легко выбраться. Отмечаешь это про себя. В комнате есть все необходимое. На столе даже стоит миска с гранатами. На твоем лице мелькает недоумение, мозг постепенно складывает все кусочки пазла. Мидей с каменным лицом наблюдает за тобой острым взглядом: как ты хмуришь брови и озадаченно оглядываешься. И ты снова начинаешь ругаться, утверждая, что «ни за что не будешь жить в этих руинах, полных чудовищ, без общения и развлечений». Развлечения? Ах да, конечно. Нужно чем-то себя занять, пока он занят своими делами. С пренебрежением он обещает заняться этим завтра, а ночью вы вдвоем спите в новой кровати. Точнее, он держит тебя, пока ты извиваешься и царапаешь его. На следующий день, как и обещал, Мидей приносит тебе что-то, с чем можно скоротать время. Для этого он сходил на рынок и в Рощу, чтобы достать одну-две книги. Прошелся по городу и купил случайную закуску. Он бы соврал, сказав, что точно знает, что тебе нравится, но идея уже есть. А если эти вещи придутся тебе не по вкусу, он просто принесет другие. Проходит несколько дней, прежде чем ты свыкаешься с мыслью принимать его дары. После долгих часов сидения без дела, лишь глядя в потолок или проваливаясь в сон, ты наконец берешь книгу, которую он принес. Она не особенно увлекательная — просто истории о Титанах и прочее, но это определенно лучше, чем еще хоть минута скуки. Мидей также регулярно выводит тебя на улицу. В некоторые дни он не может проводить с тобой много времени, но он понимает, как важен солнечный свет и свежий воздух. Так что вы гуляете по руинам, сначала по разным частям замка. Если ты не оказываешь сильного сопротивления, мужчина может даже начать водить тебя в Охему, но на строго ограниченных условиях: только в скрытых местах, куда допускаются лишь Наследники. Разговаривать с кем-либо строго запрещено, и если ты нарушишь это правило, он грозит, что ты больше никогда не увидишь город. В основном тебе разрешается лишь немного побродить, конечно же, под его бдительным взглядом. Порой ты можешь поговорить с Фаеноном, ведь Мидей доверяет ему достаточно, чтобы оставить тебя рядом. Кроме того, Мидей старается, чтобы ты могла купаться в бане раз в день, или хотя бы раз в два дня. Эти моменты становятся едва ли не лучшей частью твоих вечеров. Он редко требует от тебя чего-либо, так что ты можешь немного отдохнуть. Напротив, самые неприятные моменты – когда он заставляет тебя проводить время вместе с ним. Если у него нет более важных дел – а ты находишься высоко в списке приоритетов, Мидей может просто сидеть в комнате и сверлить тебя взглядом, пока ты не уделишь ему внимание. Внимание обозначает разговор с ним, и даже тогда он будет делать вид, что ему это не особенно интересно, просто чтобы сохранить лицо. Ты не понимаешь, делает ли он это нарочно или действительно такой тупой, но единственный способ заставить его оставить тебя в покое, как ни странно — развлечь. Вот придурок. Мидей бы с удовольствием обнимал тебя, если бы ты позволила. И он все равно делает это, даже если ты упорно сопротивляешься. Твоя жизнь входит в определенный ритм. Ты просыпаешься с Мидеем, обычно в его объятиях, он приносит тебе еду, уходит по делам на несколько часов, ты остаешься в своей комнате, он возвращается, вы проводите вместе время, он может вывести тебя на прогулку, наступает ночь, вы посещаете купальни, возвращаетесь домой и ты засыпаешь — снова в его объятиях. Если повезет, через несколько месяцев твоего пленения Мидей может вернуть тебя в Охему. Но только если до этого ты вела себя идеально. Любая попытка побега вернет тебя к исходной точке. 4. Правила: какие правила он устанавливает? Насколько он строг? Как он держит тебя под контролем? На самом деле у Мидея нет продуманного набора правил для тебя. Он ожидает, что ты обладаешь здравым смыслом и понимаешь негласные ожидания. В основном это сводится к простому: «не убегай», «не ломай вещи», «делай то, что я говорю». Мужчина никогда не озвучивает это вслух, но для тебя эти правила предельно ясны. Если ты делаешь что-то, что ему не нравится, он дает понять это невербально, например, грубо схватив тебя за руку. Помимо базового, Мидею не особенно важно, чем ты занимаешься в своей комнате, ведь там почти ничего не может причинить вреда ни тебе, ни ему. Мидеймос как никто другой понимает, что важно не слишком ограничивать человека, если хочешь, чтобы он оставался счастливым, поэтому мужчина не вмешивается в твое личное время слишком сильно. Правда, без него ты не можешь гулять – в одиночестве выход за пределы комнаты невозможен. Ты остаешься взаперти. Если проявляешь ненадежность: попытки побега, попытки навредить ему или нечто подобное, он может приковать тебя к кровати за одну из лодыжек тяжелыми кандалами. Если ты активно причиняешь себе вред, Мидей может приковать твои руки наручниками к изголовью. И не отпустит тебя из оков, пока не увидит, что ты ведешь себя послушно длительное время. Помимо физических ограничений, одного присутствия Мидея достаточно, чтобы ты вела себя хорошо большую часть времени. Ты слишком напугана, чтобы предпринимать что-либо под его пристальным взглядом, и мужчина прекрасно это понимает. Чаще всего он использует этот эффект, чтобы держать тебя в узде. В то же время, иногда Мидею хочется, чтобы ты оставалась покорной по собственной воле. Запугивание тебя противоречит здравому смыслу, особенно учитывая, что он хочет заставить тебя его полюбить. 5. Последствия: какие наказания тебя ожидают? Как и за что он наказывает? О, как же это ужасно. Как уже говорилось, Мидей, в глазах общественности не славится мягкостью, и это напрямую отражается на том, как он обращается с непослушной возлюбленной. Он сам по себе раздражителен, так что даже малейший проступок может вызвать у него чрезмерно жесткую реакцию. У мужчины острый язык. Он не болтлив, но в то же время не постесняется использовать весь свой бранный лексикон, если это нужно. Тем не менее, чаще всего за небольшие провинности следует лишь несколько резких слов. Даже простая случайность: уронить тарелку, состроить выражение лица, которое не угодило ему в данный момент — может вызвать едкий комментарий, приправленный и агрессией, и равнодушием одновременно. Он может назвать тебя «наглой», «слабой дурой» или «ничтожной женщиной», после чего начнет отчитывать за то, что ты сделала не так. Стоит отметить, что словесный упрек — это самая мягкая из возможных мер наказания, и даже она сильно зависит от его настроения. Если у него особенно тяжелый день, даже что-то вроде того, что ты споткнулась, может стать поводом схватить тебя за плечо и швырнуть обратно в комнату. Но за более тяжелыми проступками следуют более серьезные меры. Наказание за преднамеренное непослушание почти всегда физическое. Мидей невероятно силен, поэтому, даже если он не хочет причинить боль, его обращение с тобой обычно достаточно травматично, чтобы донести его мысль. Дерзкий ответ, сопротивление прикосновениям, отказ от еды из упрямства — за все это можно заработать боль в той или иной форме. Если Мидей в настроении проявить милосердие, он может просто дернуть тебя за руку, при этом металл наруча болезненно впивается в кожу, пока мужчина словесно унижает тебя. Если его настроение хуже, он может схватить тебя за волосы, опрокинуть на землю и слегка, по его ощущениям, надавить каблуком в бок, пока ты не поймешь урок. К этому моменту обычно вся твоя строптивость улетучивается. Мидей не склонен к психологической жестокости. Самое серьезное психологическое мучение — это несколько часов в запертой комнате. И, если быть честным, это скорее для него самого: вдали от тебя он успокаивается и обдумывает подходящее наказание, чтобы не поддаваться первому импульсу — нанести физическую боль. Твои привилегии могут быть отозваны за непослушание. Если ты постоянно дерзишь или сопротивляешься, Мидей может лишить тебя развлечений. Отворачиваешься, когда он пытается обнять? Книга, которую он принес тебе пару дней назад, на день отправляется в шкаф. Кричишь на него после того, как он назвал тебя слабой и неспособной? Прогулки сегодня не будет – придется оставаться с ним в комнате. Почувствуй, каково это. Когда речь идет о самых серьезных проступках, проявляются худшие стороны Мидея. Его реакция моментальная, грубая и неконтролируемая. В такие моменты ему трудно держать собственную силу в узде. Скорее всего, в первые недели плена ты испытаешь на себе, каков Мидей в гневе. Ты собираешься сделать первую попытку побега, попытавшись вырваться из руин, где он тебя держит. У тебя есть импровизированный кинжал — на случай, если придется защищаться от монстров, и ты почти уверена, что сможешь перепрыгнуть с балкона на соседнее здание. Это один из тех дней, когда он отправляется в Охему по делам, связанным с его положением Наследника Хризоса, или что-то в этом духе, ты точно не знаешь – расспрашивать было бесполезно. Мидей наивно верит, что у тебя хватит здравого смысла не пытаться прыгнуть в открытое окно, и самое время этим воспользоваться. Ты прыгаешь, едва успев зацепиться за подоконник, и выбираешься в безопасное место. Эта комната не заперта и ты спускаешься по лестнице, выбегая наружу. Руины труднопроходимы и сложны для ориентирования: кругом обломки, странные механизмы, монстры. Страх сковывает тело, но ты мчишься через рушащиеся мосты и извилистые коридоры. Сосредоточившись на цели, собираешься с силами и бежишь дальше, спасая свою жизнь. Скоро становится очевидно, что далеко ты не уйдешь. Через пятнадцать минут до тебя доносятся рев и визги чудовищ, грохот ударов их массивных тел о стены. В этот момент ты понимаешь, что все кончено, но все равно продолжаешь бежать последние двадцать секунд, пока сильная рука не хватает твое плечо. Тебя резко дергают назад так, что ты падаешь на землю. В одно мгновение пальцы Мидея впиваются в твои волосы, рывком поднимая твою голову с пола. Он не произносит ни слова, и ты совершаешь ошибку, вытягивая шею, чтобы взглянуть мужчине в лицо. Ноздри раздуваются, глаза широко раскрыты, дыхание учащенное, словно он цепляется за последние остатки самообладания. Молча смотрит в глаза несколько секунд, а затем прижимает твое лицо к полу. Можешь кричать, умолять, но это его не остановит. Мидей держит твою щеку прижатой к мрамору до появления синяка. В этот момент он начнет изрыгать ругательства и оскорбления в твой адрес, сначала шипя и рыча, затем переходя на полноценный крик, вымещая на тебе ярость. Частично за то, что ты подвергла себя смертельной опасности, но по большей части — просто чтобы выпустить пар и проявить власть. Громко и грубо. Спустя некоторое время Мидей закидывает твое обессиленное тело на плечо. Если ты все еще сопротивляешься, он может швырнуть тебя на землю, а затем наступить сверху и надавить. В такой момент разумнее просто принять судьбу. Самое страшное начинается, когда вы возвращаетесь в твою комнату. Дверь за ним закрывается, и он бросает тебя на землю с такой силой, что у тебя нет шанса встать на ноги. Ты падаешь на пол, но прежде чем успеваешь подняться, его пальцы обхватывают твое запястье. Глаза Мидея по-прежнему безумны, а металлические когти на его перчатке пронзают кожу. Можешь кричать, извиваться, его хватка не ослабнет. Он дергает тебя вверх, другой рукой хватает за голову. Продолжая поток проклятий, пока ты подвешена в воздухе, Мидей сильнее сжимает тебя за руку, пальцы впиваются глубже. Твои крики становятся все громче, боль невыносима, кажется, что вот-вот что-то сломается… И тут вы слышите тошнотворный, отчетливый треск ломающейся кости. Звук тут же сопровождается таким громким животным воплем, что Мидей не может поверить, что это исходит из твоих уст. Он отпускает тебя, и ты падаешь на колени. Воешь от боли, глаза становятся круглыми от ужаса, и в панике ты сжимаешь запястье дрожащей рукой. Его взгляд прикован к багровому пятну, которое теперь формируется под твоей кожей. Твои крики боли не прекращаются, хотя дыхание становится настолько сбивчивым, что ты едва можешь издать хоть один связный звук. Взгляд мечется от запястья к Мидею, к двери, к его лицу, снова к запястью, снова к нему, и все это время ты раскачиваешься всем телом, содрогаясь в бреду. По щекам текут крупные слезы, а по верхней губе струится струйка соплей, и вскоре ты начинаешь хрипеть и издавать неразборчивые звуки. Хватаешь ртом воздух, словно тонешь, истерически вопишь и рычишь, краска отливает от лица. Боль просто невыносимая. Не понятно, какая точно кость сломана – предплечье или кисть, но ощущение будто вся рука охвачена огнем. Ты не думала, что он способен на такое, не верила, что дойдет до этого. И он сам, если честно, тоже. Мидей понятия не имеет, что делать. Он смутно понимает, что перешел черту, осознает случившееся, но ярость все еще затуманивает рассудок и слепит взгляд. Его взгляд мечется от твоей дрожащей руки к твоему искаженному ужасом выражению лица, к своей собственной, все еще частично вытянутой руке, и снова возвращается к тебе. Он делает шаг, желая приблизиться. Ты издаешь крик, который наверняка услышали бы титаны снаружи, если бы Мидей только что не уничтожил добрую половину из них. Он приближается, и ты начинаешь бешено дрыгать ногами, совершенно не скоординировано, пытаясь либо увеличить дистанцию между вами, либо жалко защищаться. Все, на что способен его разум, затуманенный гневом — это пригнуться к тебе, схватить голову и зажать рот и нос. Естественно, ты кричишь сильнее, пытаешься вырваться, но он держит крепко. Ты задыхаешься. Мидей кричит, приказывая успокоиться, но тон его голоса никак не способствует успокоению. Лишь когда ты почти теряешь сознание, он отпускает твою голову. Ты снова начинаешь хрипло кричать, и он резко возвращает ладонь на место. Это громко, жестоко, ужасающе. Цикл повторяется, пока ты не остаешься безвольно лежать в его объятиях. Глаза пусты, ноги дергаются, слюна течет по лицу. После этого ты почти ничего не помнишь. Последствия столь же тяжелые. Лишь через несколько часов ты успокаиваешься достаточно, чтобы оценить свое положение. Мидей оставил тебя в комнате, с одной ногой прикованной к кровати, чтобы «остыть», но по шуму снаружи ясно, что это далеко не так. Ты слишком измотана, чтобы думать о побеге, замечая лишь распухший синяк на запястье. Впоследствии вы это не обсуждаете. Мидею как будто все равно, извинений нет. Их почти никогда нет. Он пытается обработать руку, забинтовать, наложить шину. Если все очень плохо, он может даже отвести тебя к Гиацине, наблюдая за ней холодным, пристальным взглядом, пока она лечит. После этого все возвращается к «норме», но иногда, кажется, Мидей вздрагивает, когда у тебя хрустит плечо или колено. 6. Эмоции I: как он выражает любовь? Как пытается добиться любви от тебя? Мидей — человек… сложный в этом отношении. Его единственное явное проявление чувств почти всегда сводится к раздражению. Это вздохи, цоканье языком, угрожающе напряженная поза и резкие слова. Ты и не вспомнишь, видела ли его улыбающимся. И все же, несмотря на резкий язык и жесткую оболочку, в глубине души Мидей отчаянно жаждет, чтобы ты полюбила его в ответ. Поэтому он старается выражать любовь поступками, а не словами. В первые дни твоего заточения Мидей почти не прикасается к тебе, разве что чтобы поднять или перенести. Но со временем его руки все чаще находят повод скользнуть по твоей коже. Сначала это легкие прикосновения к плечу или предплечью – скорее, чтобы просто привлечь внимание. Потом — твои волосы, руки, изгиб поясницы, бока. Он никогда не предупреждает перед тем, как сократить дистанцию, никогда ничего не говорит, когда его ладони медленно скользят вниз по твоим рукам, аккуратно обхватывая твои пальцы. Ни звука не срывается с его губ, когда его руки обхватывают тебя за плечи, тянутся к волосам, пропуская пряди между пальцев. Эти моменты для него — почти невыносимая уязвимость, и если ты решишь это прокомментировать, готовься к колкой, раздраженной реакции. Каждое прикосновение напоминает ему, насколько ты хрупкая. Мидей осознает, как легко ему было бы сломать твою бедренную кость одной рукой, насколько малы твои ладони рядом с его, сколько силы нужно приложить, чтобы расколоть твой череп. Эти мысли пугают его, и лишь сильнее подпитывают инстинкт держать тебя взаперти, подальше от всего мира. Иногда он оказывается позади тебя, заставляя прервать любое занятие. Ты вздрагиваешь, чувствуя, как холодный металл перчаток Мидея скользит вниз по спине, повторяя изгиб позвоночника под тканью одежды, впитывая твое тепло. Это его единственный способ прогнать навязчивые мысли. Мидей обожает и самые обыденные вещи, вроде готовки. Удивительно, но он гордится своими кулинарными навыками, поэтому приготовление пищи для тебя становится одним из самых интимных проявлений его чувств. Если ты реагируешь положительно на его попытку угодить — например, улыбаешься, когда он приносит блюдо, напоминающее то, что ты когда-то упомянула как свое любимое, мужчина будет в необычайно хорошем настроении до конца дня. Но стоит отвергнуть жест, и он может надолго перестать повторять подобное. Иногда Мидей приносит тебе мелочи из своих поездок в Охему: цветы, украшения или вещи, которые помогут тебе занять себя — книги и материалы для рисования. Если спросить его прямо о такой привычке, он только фыркнет и скажет что-то вроде: «Заберу обратно, если не нужно». Но стоит тебе поспешно покачать головой и признаться, что тебе это нравится — и плечи Мидея заметно расслабятся. Если осмелишься, можешь попросить о чем-то конкретном, и в хорошем расположении духа он, возможно, выполнит твою просьбу… разумеется, если ты вела себя «хорошо». Однако больше всего мужчина любит вместе с тобой купаться. Это почти ежедневный ритуал, и именно он наполняет сердце Мидея странным тяжелым и тихим удовлетворением. Только поздно вечером, когда все остальные покидают купальни, он уводит тебя в дальний угол, где никто не помешает, и усаживает в теплую воду. Сам молча сбрасывает одежду, оставляя лишь полотенце на бедрах, и садится рядом, скрестив руки и широко расставив ноги. В эти минуты в его обществе неожиданно спокойно: Мидей сидит неподвижно, откинув голову назад, с закрытыми глазами. Ты не можешь сказать, что полностью расслаблена — купальник, который ты выпросила у него, сидит слишком свободно в паре мест — но горячий пар все же немного унимает тревогу. Потом Мидей открывает глаза, недовольно фыркает и поворачивается к тебе. Его обнаженные пальцы обхватывают твое плечо, и он роняет короткое «иди сюда», притягивая тебя к себе на колени. Ты не успеваешь возразить, как грубые подушечки пальцев стягивают лямки купальника с твоих плеч, обнажая верх тела. Если начинаешь протестовать, Мидей может гаркнуть, мол, «я все равно вижу только твою спину», и приказать не двигаться. Ты и не двигаешься. Он берет флакон с каким-то маслом или мылом, открывает крышку и начинает намыливать твои плечи и спину. Движения мужчины не назвать мягкими, но для него это редкая осторожность. Его руки скользят по коже, иногда надавливая сильнее, убаюкивая до состояния полузабвенного покоя. Потом он смывает пену и берет новый флакон, повторяя процедуру. Лучше молчать, иначе рискуешь оказаться лицом в воде. А если ты решишь сыграть на его слабостях и проявишь инициативу, предложив сделать то же самое для него — Мидей растает. Первые пару раз он может даже отказаться, не веря, что ты действительно этого хочешь, но если продолжишь настаивать, мужчина поддастся. И, хотя он никогда не признается, для него это одно из самых блаженных переживаний за всю его долгую жизнь. 7. Эмоции II: как он справляется с твоими эмоциями? Как реагирует на срывы? Как пытается утешить? Так же, как и в проявлении своей любви, в обращении с твоими эмоциями он делает ставку скорее на поступки, чем на слова. Мидей уже понял, что слова нередко только усугубляют ситуацию. Ты вздрагиваешь от звука его голоса — независимо от того, что именно он говорит. Особенно это заметно, когда ты злишься или находишься в глубокой тоске: утешить тебя словами в такие моменты невозможно. Если ты срываешься на него, первое решение — запереть тебя в комнате, пока не «остынешь». Там нечего ломать, максимум — бросить одеяло, колотить по двери или кричать. Да и усталость рано или поздно берет верх: он уже заметил, что после таких вспышек у тебя выработалась привычка засыпать. Если же ты становишься опасной для себя или для него — хотя причинить ему настоящий вред ты не в силах, Мидей может прижать тебя к полу или к своему телу, удерживая, пока ты не успокоишься. Это не наказание, а вынужденная мера, хотя после его хватки у тебя обычно остаются болезненные ощущения — слишком уж крепко он держит. Все, что ты услышишь в такие минуты — его хрипловатое: «Хватит. Успокойся.» Совсем другое дело — когда ты плачешь. В такие моменты Мидей выбирает иной, более мягкий подход. В такое время ты не представляешь угрозы, так что ограничивать тебя нет смысла. Сама ты редко ищешь его общества, будучи уверенной, что присутствие Мидея только усугубит тоску. Но он приходит. Мужчина говорит себе, что это всего лишь защитный инстинкт: ведь именно в такие минуты ты кажешься особенно хрупкой. Не потому, что он… беспокоится о тебе. Конечно, нет. На деле Мидею трудно принять правду: он никогда не признается, что внутри он мягче, чем готов себе позволить. Поэтому видеть твою боль — физическую или, еще хуже, душевную — для него мучительно. И все же, если он застает тебя в комнате, свернувшуюся калачиком, уткнувшуюся лицом в колени, и тихо плачущую — его первый порыв не связан с утешением. Сначала мужчина стоит в стороне, молча, с непроницаемым лицом, наблюдает. Но когда понимает, что ты не собираешься нападать, подходит ближе. Поднимает на руки и усаживается с тобой на коленях прямо на кровать. Ты уже не в состоянии сопротивляться — только прижимаешься щекой к его широкой груди и плачешь. Если Мидей чувствует, что ты особенно податлива, то может позволить себе погладить твою голову или спину. Он прекращает только тогда, когда ты засыпаешь у него на руках. Это единственный способ заставить Мидея отстать. Хочешь, чтобы он ушел? Притворись спящей. Тогда мужчина с редкой для себя бережностью уложит тебя на матрас, укроет и выйдет из комнаты. Но если позже спросить его об этом, он отмахнется, раздраженно, явно смущенный. Однако, когда ситуация повторится — повторит то же самое. Иногда из твоего многодневного уныния может родиться неожиданное последствие: однажды Мидей возвращается домой с особым подарком. — Заберу обратно, если ухаживать не будешь, — после этих слов он ставит тебе на колени увесистую коробку, обтянутую тканью. Ты смотришь на него усталыми глазами, потом на коробку… Пока вдруг не замечаешь движение. Мидей не торопится уйти, лишь стоит рядом, глядя на тебя все с тем же каменным лицом. Решаешь открыть коробку. Крышка сползает — и перед тобой оказывается небольшая клетка. Ты застываешь с открытым ртом: внутри сидит крошечная рыжая химера. Животное поднимает на тебя огромные круглые глаза, наклоняет непропорционально большую голову набок и виляет хвостиком. Мидей клянется: впервые за, кажется, целую вечность он видит в твоем тусклом взгляде проблеск любопытства. С дрожью в пальцах ты открываешь замок клетки. Химера тут же выскакивает наружу, спрыгивает с твоих коленей и начинает носиться кругами по комнате, радостно пыхтя. Мидей следит, как твои глаза скользят за зверьком, а на лице проступает благоговение — неподдельное, детское. Этот взгляд он хочет выжечь в памяти и сохранить навсегда. Даже если это — лишь мгновение. 8. Чем можно воспользоваться: каковы лучшие шансы выбраться? Что можно обратить в свою пользу? Как облегчить себе жизнь? Твой лучший шанс на побег — Трибби. Не Фаенон, не Кастория, не Аглая. Только Трибби. В одиночку ты не уйдешь дальше пары сотен метров от своей комнаты, прежде чем Мидей настигнет тебя и потащит обратно, вырывающуюся и кричащую. Руины слишком трудны для передвижения, он же знает их как свои пять пальцев. И почти никогда не исчезает достаточно надолго, чтобы у тебя был шанс на реальный побег. Значит, единственный выход — искать помощи со стороны. Кастория сделает вид, что не замечает твоих страданий. Она знает, что Мидей держит кого-то в руинах, и, может быть, в глубине души хотела бы вмешаться. Но каждый раз решает: ради мира и спокойствия лучше закрыть глаза. Аглая и вовсе не обратит внимания. Более того, в ее глазах, наверное, даже есть польза в том, что у кремносского воина появилось что-то, на что можно срывать ярость. Ты могла бы подумать, что Фаенон — тот, кто с большей вероятностью поможет. Иногда ты даже пересекаешься с ним, когда он наведывается в Каструм Кремнос. Но увы, он — худший из всех. Вполне возможно, у него в Охеме уже есть своя возлюбленная. Однажды тебе выпадает шанс поговорить с Фаеноном наедине, пока Мидей отлучился. Времени в обрез, и ты мгновенно падаешь на колени, умоляя его помочь тебе сбежать. Но в ответ получаешь лишь сочувственную улыбку. На мгновение кажется, что он готов помочь… но затем он кладет ладонь тебе на макушку и взъерошивает волосы. — Он может быть грубым, я знаю, — тихо смеется Фаенон. Твое сердце камнем падает вниз. Надежда разбивается вдребезги. А вот Трибби, пожалуй, действительно пожалеет тебя настолько, что задумается о помощи. Проблема лишь в том, что вы, скорее всего, вообще не пересечетесь. У жрицы почти нет дел в руинах, да и о твоем положении она, вероятно, даже не догадывается. Но если тебе удастся привлечь ее внимание и рассказать о своей судьбе, есть шанс, что она поможет. Может, просто откроет тебе путь наружу, а может использует Врата Веков, чтобы переправить тебя куда подальше. Но дальше ты будешь предоставлена сама себе. И не стоит забывать, что наследный принц будет преследовать тебя до конца света, если потребуется. И он не потерпит неудачу. Значит, чтобы по-настоящему вернуть себе свободу, тебе придется покинуть Амфореус. Лучший шанс здесь — Звездный экспресс. Найти их, пасть к ногам и слезно молить о помощи. И, возможно, они протянут тебе руку. Если же экспресса рядом не окажется… ну что ж, удачи. Но даже если побег невозможен, есть способ облегчить себе жизнь. Все просто: будь ласковой и милой с Мидеем. Он любит думать о себе как о проницательном человеке, утверждать, будто видит все твои хитрости насквозь. Но стоит тебе проявить хоть малейшую искреннюю нежность — и он тает. Дотронься до его обнаженной руки, скажи что-то доброе, сама поищи его общества — и суровая броня мужчины превратится в мягкую глину. Правда, нужно постоянство: первые разы он может лишь отмахнуться, решив, что ты манипулируешь, что, собственно, правда. Но если продолжать, Мидей сдастся. Тогда появятся и привилегии: прогулки, развлечения, возможно — встречи с другими Наследниками на более регулярной основе, если ты была достаточно послушной. А вот чего точно нельзя делать — так это говорить о его родителях. Стоит лишь задеть эту тему, и его передергивает, а последствия такого вопроса никогда не будут приятными. Ты быстро поймешь: его прошлое — опасная территория. Есть не так уж много вещей, способных уязвить его гордость, но в твоем случае почти любое слово может ударить по самолюбию. Это лотерея: или приблизишься к своей цели, или вновь окажешься с цепью на ноге, прикованной к кровати. 9. Дополнительно: что отличает его от других яндере? Какие у него уникальные черты? В языке кремноссцев нет слова «бежать», нет слова «страх», нет слова «предательство», и так далее, и так далее. Иногда начинаешь задумываться, есть ли вообще какие-то слова в этом чертовом языке. На самом деле, слова, которые есть, все про бой, оскорбления и вызовы. Мидей — воин в душе, разумеется, это просачивается и в твою жизнь с ним. Особенно если ты — девушка с характером. Будь готова буквально сражаться за свои привилегии. Может начаться с чего-то простого, например, ты просишь помочь достать книгу с высокой полки. Мужчина соглашается, берет ее, но держит над твоей головой, вне досягаемости. Он манит тебя ею, и ты видишь, как уголки его губ приподнимаются в легкой насмешке. Ты прыгаешь, чтобы схватить книгу, а Мидей поднимает ее выше. Снова прыгаешь, а он уклоняется. Если есть что-то, в чем он мастер, так это в том, чтобы доводить тебя до бешенства. Мидей не отдаст тебе книгу, пока ты фактически не взберешься на него, обхватив ногами его торс, чтобы ухватить этот чертов томик. А пока пытаешься это сделать, он будет едко комментировать происходящее: «Думаешь, ты такая сильная? Докажи» или «Даже не дотягиваешься. Жалкая», и это выводит тебя из себя настолько, что на его коже остаются красные следы от твоих ногтей. Невыносимый ублюдок. Он даже обрушивает на тебя свою «HKS-бомбу» — особо язвительную фразу, которую он произносит только ради того, чтобы максимально унизить тебя, нанеся непоправимый урон твоей гордости. С другой стороны, в более мягких ситуациях выясняется, что Мидей абсолютно не умеет просить физической близости словами. Нет ни «эй», ни «иди сюда», ни «дай мне», ни «можно?» Если ему хочется твоего прикосновения, Мидей просто берет и делает то, что ему нужно. Ты можешь быть занята чем угодно: читать, растягиваться, есть, а он тихо подходит сзади, берет за талию и поднимает в воздух. Несет к кровати, дивану или даже просто усаживается на пол и располагается с тобой в руках в удобной позе. Зарывается носом в твои волосы и закрывает глаза. Учти: ты останешься в этом положении надолго, так что устраивайся поудобнее. Мидей гладит твои руки, играет с волосами, обводит линии на ладонях, массирует стопы – все это молча. Если посмотреть на его лицо, может показаться, что мужчине это не нравится, хотя на деле все совсем иначе. Это еще один случай, когда нужно просто молча принять то, что он дает, если тебе дорого собственное спокойствие. Мужчина считает, что просить прикосновений словами слишком унизительно и уязвимо. Он не может показать, что его ясность ума зависит от этих моментов, хотя так болезненно очевидно, что ты от этого лишь хочешь вцепиться в его красивые светлые волосы. Однако, с другой стороны, ты должна знать, что после этих сеансов Мидей будет в хорошем настроении, поэтому, если ты планируешь что-то у него попросить, обнять его — хорошее начало. Из всех его странностей, возможно, самая интригующая — как он вообще смотрит на тебя, на твое существование. С одной стороны, Мидей видит тебя хрупкой, беззащитной и полностью зависимой от других. С другой — он видит твою силу характера и упорность, что побуждает проверять пределы твоего тела и ума. Ему доставляет огромное удовольствие обладать такой властью над тобой. Это проявляется в ссорах, оскорблениях и даже физических испытаниях, через которые тебе приходится проходить, чтобы получить желаемое. Мидей может даже вывести тебя на улицу, показать огромный валун и сказать: «Если сможешь взобраться на него, завтра поедем в Охему». Ты ведешься на провокацию — из упорства и отчаяния — и, конечно же, не поднимаешься выше одного-двух метров. Он смеется над твоими неудачными попытками, дает столько времени, сколько захочешь, и, как правило, ты быстро выдыхаешься. А когда валишься на землю, вся в поту и с учащенным дыханием, мужчина просто поднимает тебя с насмешливой ухмылкой и возвращает домой. И все это время говорит о твоей слабости. Черт его возьми. Неожиданно, эти «испытания» развивают твою физическую форму. Ты устаешь медленнее, становишься сильнее, можешь дольше бежать. Но ты все равно еще не в состоянии справиться ни с одним из его испытаний, и, вероятно, не справишься — трудность постоянно возрастает. В противоположность этому, моменты, когда Мидей обращается с тобой так, будто ты можешь рассыпаться в пыль, наступают, когда ты действительно испытываешь боль — физическую или психологическую. Чаще всего и ту, и другую — причем, это его же рук дело, и Мидей не знает, что с этим делать. Конечно, ему хотелось бы утверждать обратное, но, похоже, он действительно не контролирует свою силу или слова, когда теряет самообладание, и это особенно заметно, если ты «капризничаешь». После того, как он перешел черту, мужчина обычно замолкает, обнимая тебя, дрожащую от страха, и переносит в более удобное место. В эти моменты он выражает сожаление — не словами, естественно: гладит волосы, прижимает твое ухо к своей груди, давая услышать учащенное сердцебиение. В такие моменты ты чувствуешь себя почти домашним животным. В каком-то смысле, это немного бесчеловечно, то, как быстро Мидей может переходить от злости и грубости к заботливости и спокойствию. И в последующие пару дней он, как правило, становится с тобой немного мягче. И еще кое-что: Мидей с огромным удовольствием заплетет тебе косы. У него в голове уже нарисована вся сцена: ты сидишь между его ног, спиной к нему, он нежно держит пряди в пальцах, аккуратно переплетая их в несколько кос, чтобы ты выглядела как дворянка кремносской знати. Пока что он не решился предложить это. И да, он, вероятно, прямо там взмыл бы на небеса от счастья, если бы ты сделала ту же прическу, что и у него — одну косу, спадающую на плечо. Вы могли бы ходить с одинаковыми прическами, но сама мысль об этом настолько интимна для него, что Мидей вынужден качать головой, чтобы избавиться от этого образа, пока румянец не выдаст его мысли. 10. Общая сексуальность: как проявляется его сексуальность? Что для него значит секс? Насколько он похотлив? Вся суть Мидея — агрессия, мышцы, тестостерон, некоторая холодность — за исключением, пожалуй, его спрятанной в глубине души мягкости. Неудивительно, что это проявляется и в сексуальном плане. Наследный принц никогда не признается в этом вслух, но, если подобрать более подходящее слово, он — крайне похотливый человек. Он постоянно «наготове», в движении, и в некоторые дни его пыл просто зашкаливает. В первые недели, когда ты находишься рядом с ним, Мидей даже не рассматривает идею касаться тебя больше, чем это строго необходимо чтобы держать тебя под контролем и не свести себя с ума. Однако со временем его взгляд начинает блуждать по твоему телу все чаще и дольше. Он всегда это замечал, но черт возьми, у тебя очень привлекательная фигура. Жаль, что ты предпочитаешь носить свободные, струящиеся ткани. Линия твоей талии, изгиб груди и бедер… Мидей ловит себя на мысли, насколько легко было бы просто поднять тебя на руки, бросить на кровать и овладеть тобой. Ты же в это время видишь, как он стоит всего в нескольких метрах, со скрещенными руками, прямой спиной… и штанами, натянутыми в паху от возбуждения. Ты не знаешь как реагировать: смеяться ли, морщить лицо от неприязни или быть в полном ужасе от этого. В этот период Мидей часто прибегает к помощи своей руки. Он никак не может выкинуть твой образ из головы, и да пребудут с ним Эоны, когда мужчина видит твою голую спину в бане. Мидей мастурбирует, вспоминая, как ощущалась твоя кожа под его пальцами, какая она теплая, и какими теплыми были бы другие части твоего тела. В его фантазиях он видит тебя под ним, как твое лицо искажается удовольствием, как ты… Он кончает в руку. Твое присутствие лишь удваивает его возбуждение. Мидей, конечно, не станет об этом говорить, но ты замечаешь, как мужчина время от времени слегка поправляет штаны. В обычных обстоятельствах у него нет ментальных ограничений по поводу секса; иногда он даже участвует в откровенных разговорах с такими людьми, как Фаенон, но контролировать свои порывы становится гораздо труднее, когда причина их возникновения находится всего лишь на расстоянии вытянутой руки. 11. Временное ограничение: сколько времени ему нужно, чтобы получить тебя? Каким будет первый раз? Важно ли для него твое согласие? У тебя есть щедрый льготный период примерно в три недели. За это время Мидей не будет прикасаться к тебе сексуально и не станет ни к чему принуждать, кроме объятий, но потом его терпение начнет иссякать. Почему ты должна быть такой соблазнительной, почему ты так раскачиваешь бедрами при ходьбе, почему открываешь шею, когда поправляешь волосы, почему ты вообще существуешь? Одно лишь твое присутствие сводит его с ума. Рано или поздно Мидей понимает, что ему нужно нечто большее, чем просто поверхностные прикосновения. Признаться, было бы проще, если бы ты согласилась на это добровольно. Он пытается получить доступ к тебе привычными способами: просто укладывает тебя на кровать, может быть, залезает сверху и склоняет лицо к твоему. Мидей искренне надеется, что ты не будешь отвергать его попытки. Тем не менее, твоя позиция становится очевидной, когда обе твои руки оказываются на его лбу и отталкивают. Ты явно недовольна ситуацией, в которую он тебя поставил, и это его расстраивает. Мидей хочет думать, что выше того, чтобы взять тебя против воли, что у него есть другие пути, и он сможет достаточно быстро влюбить тебя в себя, чтобы не прибегать к насилию. Но с каждым днем мужчина все яснее ощущает: ты сопротивляешься куда упорнее, чем он когда-то предполагал. В конце концов, наступает момент, когда Мидей достигает предела. Он с легкостью закидывает твое тело себе на плечо и направляется к кровати, после чего опускает на матрас. К этому моменту ты уже предчувствуешь, что должно случиться что-то ужасное, и стараешься выскользнуть, размахивая руками и ногами, пока одна из его рук не хватает сразу оба твоих запястья крепким захватом. Мужчина легко сковывает твои движения, удерживая тело с такой силой, что ты почти сразу отказываешься от физического сопротивления. Вместо этого ты начинаешь кричать, мотать головой, осыпать его проклятиями, пока он смотрит на тебя сверху вниз с расширенными зрачками и учащенно дышит. Это точка невозврата, думает Мидей, и в этот раз он может простить себе это. Так будет лучше для тебя. Это лишь первый раз, поэтому ты так напугана. После этого ты будешь более восприимчивой, или, по крайней мере, он на это надеется, потому что сейчас ты не слишком сговорчива. Когда его свободная рука срывает верх твоего платья, ты наконец полностью осознаешь весь ужас своего положения. К его огорчению, ты начинаешь плакать. К этому моменту ругательства превращаются в мольбы остановиться, но твой истерический голос мало влияет на его желание. Твое состояние вызывает у Мидея некоторое сочувствие, но не в том виде, которого ты бы хотела. Мужчина лишь на мгновение останавливается, поднося руку к твоей щеке и убирая волосы с лица. Затем он говорит тебе успокоиться и просто оставаться неподвижной. И снова продолжает. Ткань, закрывающая твою грудь, падает в сторону, и Мидей наконец может увидеть то, что ему приходилось представлять последние несколько недель. Твои соски возбужденно стоят от холода, грудь быстро поднимается и опускается в такт твоему паническому дыханию. Ты неотразима, думает он. Длинные пальцы скользят между двумя холмиками, спускаются вниз по животу, достигая низа, где его рука на мгновение замирает. Мидей сдергивает с тебя нижнюю часть одежды вместе с нижним бельем. Ты оказываешься полностью обнаженной под его жадным взглядом. Еще несколько раз умоляешь Мидея остановиться, но голос хрипит и стихает до шепота. Ты в полном ужасе, но он не замедляется. Вместо этого мужчина снимает свои рукавицы, бросает их на пол, и его пальцы проникают тебе между ног. Ты не понимаешь, что сделала не так. Когда Мидей подошел и унес тебя на кровать, ты думала, что это будут просто еще одни длительные объятия, но теперь предельно ясно, насколько сильно отличаются его намерения. Изо всех сил пытаешься понять, что могло так вывести из себя Мидея. Как ни стараешься, не можешь найти ни одной причины. А с его руками, вторгшимися в самые чувствительные части твоего тела, способность к рациональному мышлению стремительно ускользает. Мидей некоторое время изучает твое тело руками. Затем грубые кончики пальцев находят клитор, несколько раз проводят по нему, и скользят вниз, к твоему входу. Он торопливо раздвигает твои половые губы, а потом, о Эоны, его рука тянется к штанам. Ты можешь только смотреть, оцепенев от ужаса, как он вытаскивает член, примерно равный твоему предплечью. Его член огромен. Огромен. В любом другом контексте это могло бы прозвучать немного забавно, но ты даже не находишь эту мысль хоть сколько-нибудь смешной, понимая, что Мидей собирается попытаться ввести это в тебя практически без подготовки. Ты вообще не возбуждена, тело не выделило ни капли смазки, и невозможно даже представить, как его член войдет внутрь тебя. От ужаса у тебя перехватывает дыхание, в то время как Мидей еще несколько раз проводит пальцами по клитору. Он обвивает пальцы вокруг своего агрегата и прижимает головку к твоей узкой дырочке. Ты рыдаешь, отчаянно извиняясь, умоляя его остановиться, дать хотя бы немного времени подготовиться, обещаешь, что он может сделать с тобой все, что хочет, лишь бы он только на мгновение притормозил. Ты чувствуешь, как он начинает медленно в тебя проникать. В этот момент реальность настигает тебя, и ты начинаешь яростно извиваться, делая все возможное, стараясь упереться коленями ему в грудь, вцепиться ногтями в тыльную сторону его руки и сжать бедра. Из горла вырываются истошные вопли. Ты и не подозревала, что человек способен издавать такие звуки. Слова сливаются в нечто неразборчивое, и от мольбы остается лишь череда полных ужаса стонов. Там, внизу, жжет, горит, очень больно. Дыхание Мидея прерывистое. Он держит член одной рукой, пытаясь ввести его глубже, чем на те несколько сантиметров, на которые ему удалось это сделать, но, как бы он ни старался, стенки твоего влагалища сжаты слишком сильно. И когда Мидей поднимает взгляд, то видит твое лицо, искаженное неподдельной болью. Капли пота покрывают твой лоб, глаза — как у дикого зверя. Он не может разобрать ни слова, вырывающегося из твоего рта. Ты выглядишь так, будто вот-вот потеряешь сознание. Мидей вытаскивает член. Ты слишком ошеломлена, чтобы это заметить: ноги все еще дергаются, взгляд блуждает по комнате, слезы катятся по лицу не переставая. Твоя обнаженная грудь поднимается и опускается в дерганом ритме, руки мокрые от холодного пота. Маленькие капли крови проступили на коже Мидея там, где ты впивалась в него ногтями. Он даже не почувствовал этого. Образ тебя, лежащей под ним, с раскрасневшимся от удовольствия лицом, и вашими переплетенными пальцами разбивается вдребезги. Он не спешит одевать тебя. Вместо этого Мидей медленно отпускает твои горящие запястья и тянется к брошенному одеялу на краю кровати, накрывая твое дрожащее тело. Ты настолько дезориентирована, что даже не замечаешь этого: руки остаются запрокинутыми над головой, словно тебя все еще держат. Время для Мидея словно замедляется. Он понимает, что его член уже не внутри тебя. Ты больше не осознаешь, что происходит вокруг. На мгновение ему кажется, что он сломал тебя, что он перешагнул предел твоих возможностей, и твой бедный разум сдался. В мгновение ока Мидей переходит от необузданного, безудержного плотского порыва к тому, чтобы тихо, нежно лечь рядом, аккуратно прижимая тебя к своей широкой груди. Его кожа все еще обжигающе горячая, и только в этот момент ты осознаешь, что намерения Мидея изменились. Ты с трудом понимаешь, что происходит, горло все еще сжимается, все тело судорожно дрожит. Истерика полностью проходит лишь спустя несколько часов, к тому времени он уже спит. Можно сказать, что твой первый опыт с ним делится на две части. Технически, «поезд не влезает в туннель» — это ваш первый контакт, но настоящий опыт придет позже. Мидей приходит к мысли, что, возможно, лучше постепенно подготовить твое тело к проникновению. План состоит в том, чтобы начать регулярно ласкать тебя пальцами, чтобы растянуть. Тебе не придется принимать его член, а он сможет удовлетворить хотя бы часть своих желаний — неплохая сделка. Он приступает к выполнению медленно, укладывая тебя на спину, держа твои руки в своих. На этот раз, в отличие от прошлого раза, мужчина не рвет твою одежду, а просто скользит пальцами вниз и сдвигает трусики в сторону. Ты все так же дрожишь, как и в прошлый раз, ожидая, что он сейчас действительно разорвет тебя, и Мидей замечает это. После некоторого времени ты начинаешь немного успокаиваться, благодаря тому, как мягко и нежно он ласкает тебя там. Мидей изо всех сил старается возбудить тебя, сработает ли это, решать тебе. Если бы кто-то спросил его, он бы никогда не признался, что был с тобой так нежен, ведь это означало бы признание того, сколько власти ты над ним имеешь. Тем не менее, видно, как мужчина восхищен легким румянцем, разливающимся по твоим щекам. Итак, с этого момента подобные случаи становятся регулярными, можно сказать, почти ежедневными. Мидей не достает член, пока твое тело не сможет принять сразу три пальца. И вполне может использовать красные кристаллы как секс-игрушки, чтобы растянуть тебя еще лучше. Вполне возможно, что ты и сейчас не в восторге от его выходок, но Мидею удается сделать тебя немного сговорчивее, обещая больше свободы. Целый день в бане, естественно, только в приватной зоне, как тебе идея? Как насчет визита в Сад Жизни? Тебе нравятся химеры, правда? Каков бы ни был твой ответ, он выполнит то, что пообещал, после того как заставит тебя кончить от его пальцев. И никаких жалоб, сколько бы времени это ни заняло. Ты довольно быстро получаешь оргазм, ведь Мидей очень хорошо прислушивается к твоему телу. В конце концов это приведет к тому, что он введет в тебя член. Все начнется, как и в предыдущие разы, не считая первого инцидента, но после того, как ты кончишь на его пальцы, Мидей обнажит свой орган. Ты снова будешь извиваться, как обычно, когда испугана, никаких сюрпризов. Ему придется использовать свой вес, чтобы ты меньше сопротивлялась, но в этот раз все пройдет гораздо легче, практически безболезненно, так что, может быть, стоит сбавить обороты? О, твое искаженное лицо, когда он полностью проникает в тебя; о, очертания его члена внизу твоего живота... Он готов кончить от всего этого прямо сейчас. Вероятно, тебе все еще немного неприятно, предполагает он. Мидей никогда не был мастером утешать словами, поэтому вновь прибегает к действиям. Поглаживая большим пальцем твой клитор, он исправляет последние неудобства, которые мог бы тебе доставить. По крайней мере, он надеется, что это так. 12. Предпочтения: каким будет секс с ним? Что ему нравится? Какие у него есть фетиши? Мидей грубый, горячий, агрессивный, по крайней мере, в девяноста пяти процентах случаев. В целом, на этом описание можно было бы закончить. Лишь изредка, если ты выглядишь особенно уставшей или хрупкой, он может позволить себе чуточку мягкости. Однако в обычных обстоятельствах лучше быть готовой к тому, что на следующее утро все будет болеть. Секс во время менструации Сын Горго будет коронован кровью. Мидей — воин до мозга костей. В нем есть тяга к мрачному, почти гротескному, и это неудивительно. Конечно, наследный принц Кремноса прекрасно знает, что у женщин бывают месячные — он не глуп и не невежественен. Но когда у тебя начинаются месячные, его вдруг посещает мысль: «А что, если в этом есть еще одна сторона?» Да, очень плохо, если ты страдаешь от боли, раздражительности, тошноты и прочего, но он все равно чувствует к тебе почти первобытное влечение. Просто потому, что знает — там, внизу, течет кровь. В нем просыпается какой-то темный, почти звериный инстинкт. Для него кровь всегда была связана с битвой и войной, и это напрямую отражается на его поведении. Мидей будто срывается с цепи, почти как в брачный гон. Ты начинаешь иначе понимать слово «кровожадность». Он усаживает тебя к себе на колени, удерживая бедра разведенными, не позволяя сомкнуть их. Ты сопротивляешься: «Ты что, с ума сошел? Я не буду заниматься с тобой сексом, пока у меня месячные!» — Но это его не остановит. Мидей лишь может хрипло шепнуть тебе что-то на ухо, чтобы ты успокоилась. Он и сам знает про спазмы, про боль, но разве один-два оргазма не помогут мышцам расслабиться? Ты ведь опять сопротивляешься просто назло. Заткнись уже, ладно? Его пальцы скользят внутрь. На этот раз ему даже не нужно заботиться о смазке — кровь делает твое нутро влажным и скользким. Двигаться легко, скользить внутрь и наружу, размазывать алый след по твоим складкам. Ты смущена до безумия, и Мидею приходится обхватить тебя одной рукой, чтобы ты не пыталась содрать кожу с его кисти, стараясь отдернуть его руку. Ты снова пытаешься сопротивляться, но когда он усиливает давление на то самое место, приходится менять приоритеты. Мидей получает дикое удовольствие, наблюдая, как ты кончаешь всего за несколько минут. Твоя плоть судорожно сжимает его пальцы, и мужчина спокойно дает тебе пережить оргазм, пока вместе с ним из тебя течет кровь. А когда он наконец вынимает из тебя пальцы, то подносит их к лицу и завороженно наблюдает за тем, как алые ниточки стекают по коже до самой ладони. Ты ощущаешь, как его член дергается, прижимаясь к твоей пояснице. Да, он безусловно будет заниматься с тобой сексом и в таком состоянии. Для него кровь становится естественной смазкой, и он нисколько не брезгует — напротив, наслаждается этим. Для тебя это может быть больнее обычного, но Мидей умеет компенсировать: ласкает грудь, дразнит соски, проводит ладонью по твоим бокам, надавливает на самые чувствительные места. И, к твоему ужасу, это действительно притупляет менструальные боли. Куни тоже входит в его планы. Мысль о том, чтобы вкусить тебя в такие дни, кажется ему особенно возбуждающей, и пару раз он даже предпринимает попытки. Но ты проявляешь особенно яркое отвращение, и потому Мидей пока отказывается от этой идеи. Но рано или поздно, он перестанет сдерживаться, и ты это прекрасно понимаешь. Хищник и добыча Знаешь, что по-настоящему заводит Мидея? Физическое напряжение. Бег, схватка, азарт погони, вкус битвы. Все это разгоняет его кровь до предела, и он наслаждается этим сильнее, чем готов признать. Естественно, его жажда подобных ощущений тесно переплетается и с сексуальным влечением. Так что проходит совсем немного времени с начала твоего заточения, прежде чем он выводит тебя наружу. Ты думаешь, что это будет очередное его «испытание», и он заставит тебя снова карабкаться куда-то или заниматься паркуром, ведь Мидей ведет тебя в центр крепости — на арену Кремнос. Но там он заявляет, что у тебя есть ровно десять минут, чтобы убежать и найти себе укрытие. Сначала ты в полном недоумении, но все становится ясно, когда твой взгляд скользит чуть ниже. Да, это оно, предательское возбуждение, натягивающее его штаны. Теперь понятно, почему за стенами сегодня было так шумно. Монстров в округе почти нет, и ты быстро понимаешь: Мидей готовил это все целый день. Ты собираешься высказать свое мнение насчет такой затеи, но, встретившись с его взглядом, видишь в нем неподдельный восторг. Мужчина смотрит на тебя так, как хищник смотрит на добычу. И ты бежишь. Со всей скоростью, на которую способны твои ноги, несешься в единственном направлении — к мосту, ведущему прочь от арены, в развалины города. Ты не знаешь дороги, ведь никогда не была здесь. Никакому здравомыслящему человеку в голову бы не пришло добровольно ступить на эти полуразрушенные земли. Ты напугана до смерти, но хотя бы есть одно утешение: в отличие от обычных дней, вокруг нет ни одного титана. Мидей уничтожил их всех, и все ради этого. От этой мысли по коже пробегает холод: скоро за тобой погонится не тень Никадора, а нечто куда более ужасное. Десять минут — это либо очень мало, либо очень много, в зависимости от обстоятельств. В этот момент ты понимаешь, что и то, и другое. Времени едва хватает, чтобы забиться в подходящую щель среди камней. Тесно, но сгодится. Каждый миг тянется мучительно медленно. Ты слышишь в ушах собственное учащенное сердцебиение, руки дрожат от адреналина, и как бы глубоко ты ни дышала, все равно чувствуешь, что твоим горящим легким не хватает кислорода. И тут до слуха доносится грохот. Он что-то швыряет. Судя по звукам — глыбы во много раз тяжелее тебя. С каждым мгновением шум становится ближе. Ты начинаешь всерьез задумываться, может, легче будет просто выйти и сдаться, и тогда Мидей смилостивится над твоим несчастным телом? Но обдумать это толком не успеваешь. Обломок, что еще секунду назад скрывал тебя, с такой силой швыряет в противоположную стену, что ты уверена: все здание вот-вот рухнет. Ты визжишь, закрываешь уши, стараешься сжаться в комок, пока вокруг падает все больше обломков. Тебе дается лишь полминуты морально подготовиться, прежде чем Мидей в ярости разворошит твое укрытие до основания. А затем, когда пыль немного оседает, он вытаскивает тебя из-под обломков. Можешь умолять и плакать сколько угодно — его охотничий азарт уже не погасить. Мидей хватает тебя за лодыжку и тащит к себе, не заботясь о том, что твоя голова едва не ударяется о каменный пол, а ладони и колени расцарапываются о камни, и отпускает лишь для того, чтобы оказаться сверху. Его глаза расширены, как у безумца, ноздри раздуваются, а на лице играет хищная, искаженная улыбка. Его можно описать одним словом: дикий. Дальше — только хуже. Мидей обнаруживает, что ты еще не достаточно мокрая, но даже это не сдерживает его. Мужчина едва успевает избавиться от острых наручей, прежде чем вонзить в тебя пальцы. При его темпе ты уверена: в конце концов ты будешь в крови, а он лишь раззадорится еще сильнее. От этой мысли холодеет внутри. Но в конечном счете, его цель — довести тебя до оргазма, даже в таком исступлении. Мидей не полагается лишь на пальцы — его рука проскальзывает между мраморным полом и твоим животом, чтобы терзать твой клитор, пока он насилует тебя сзади. Колени и локти ноют от трения о грубую землю, боль жгучая, но мысли долго на этом не удерживаются, ведь трудно думать о чем-либо кроме того, как его член стимулирует каждую точку внутри, даже те, о которых ты раньше и не подозревала. Мидей наваливается сверху, прижимается грудью к твоей спине, дышит прерывисто, сипит, почти рычит, словно зверь. Ах да. Есть легкий способ вырваться из этой игры. Все, что нужно, когда он говорит тебе бежать, просто рухнуть на землю и выглядеть максимально жалкой. Бонус — если разрыдаешься. Тогда просыпается его заботливая сторона: ведь нет смысла устраивать погоню, если добыча и так уже разбита и сломлена. Иногда это заставляет его задуматься, а в лучшем случае — и вовсе отказаться от игры. Мужчина лишь раздраженно фыркает, возможно, разочарованно, подхватывает тебя на руки и уносит обратно в замок. Проще простого. Фетиш на силу и размеры Мидей — человек размером с валун, и он это прекрасно знает. Он может поднять тебя одной рукой, закинуть на плечо, носить так, будто ты весишь не больше перышка. Если бы захотел, то мог бы швырнуть тебя прямо в стену, оставив на камне лишь красное пятно. И мысль эта ему... нравится. Но не в смысле действительно раскрасить стены твоей кровью, а в том, что он способен это сделать. Ему нравится, насколько крошечной и хрупкой ты кажешься рядом с ним. Конечно же, это проявляется и в сексе. Мидей берет тебя так, как хочет: прижимает к стене, поднимает в воздух, наваливается сверху, прижимая все твои конечности к полу, чтобы ты едва могла пошевелиться. Вариантов бесконечно много. И как бы ты ни сопротивлялась, в этом аспекте ты никогда не сможешь его превзойти. Именно это мужчину и заводит. Он безумно скалится, когда ты изо всех сил пытаешься разжать его пальцы на своих запястьях — и все без толку. Даже двумя руками ты не способна сдвинуть его хватку. Если нужно, Мидей знает как запугать тебя своими размерами. Стоит тебе взбунтоваться: нагрубить или выругаться, как он делает всего нескольких шагов вперед, и ты тут же смолкаешь, остро ощущая его силу и массивность, пока он смотрит на тебя сверху вниз. По выражению лица легко читается беззвучное: «Что ты там сказала?» — и ты сдаешься. Это так жалко и так просто, что мужчину это почти забавляет. После этого он легко бросает тебя на кровать и дает куда более вескую причину кричать. И, наконец, его член. Настоящее оружие разрушения. Это не шутка. Он знает, что он велик, и даже испытывает умеренную гордость, но, похоже, не до конца понимает, насколько он большой. Каждый раз, когда он входит внутрь, это становится испытанием. В лучшие дни — лишь тягостное растяжение, в худшие — почти невыносимая боль. Со временем Мидей усваивает: подготовка очень важна, если он не собирается «проучить» тебя. Даже тогда он никогда не входит полностью. Всегда остается часть снаружи — твое тело просто не способно вместить его до конца. Тебе кажется, что ты ощущаешь его даже в животе, и, судя по тому, как Мидей с хищным выражением на лице прижимает ладонь к твоему низу живота, думаешь, что может быть, так оно и есть. Секс в купальне Наверное, из всех его предпочтений это самое предсказуемое. Он любит горячие ванны. Он любит тебя. Почему бы не совместить? Правда, чаще выходит секс возле воды, а не в ней. Мидей попробовал однажды прямо в воде усадить тебя на себя. Но любая естественная смазка тут же смывалась, и войти становилось почти невозможно. Поэтому остается его привычный вариант — трахать тебя пальцами. И тебе, по-видимому, это даже нравится. Тем не менее, когда у него есть возможность, Мидей усаживает тебя на край бассейна и трахает со всей возможной страстью. Ты пыталась объяснить, что это рискованно, ведь вас могут увидеть, но ему все равно: в здравом уме никто не станет вмешиваться, увидев, что сам Мидеймос предается любви в общественной купальне. Однажды среди мазей и баночек для купания ты замечаешь новый флакон. Но долго гадать не приходится — Мидей выливает прозрачное содержимое себе на ладонь и сразу запускает руку между твоих ног. Ты вскрикиваешь, твой голос отражается от кафельных стен, но мужчина лишь крепче удерживает тебя, а пальцы уже скользят внутрь. Следующее, что ты чувствуешь – как его член толкается в твое лоно. Но есть и мягкая сторона «купания». Мидей тщательно моет тебе волосы, покрывает кожу приятно пахнущими средствами, иногда даже массирует спину, если вы никуда не спешите. Правда, почти всегда за этим следует пара-тройка оргазмов — такая вот цена его заботы. 13. Наказание: как выглядят его сексуальные наказания? Какие методы он предпочитает? Мидей не использует секс как средство наказания в буквальном смысле. Но, черт возьми, иногда именно так оно и ощущается. В этом нет ни системы, ни расчета, ни последовательной причинно-следственной связи. Все происходит в моменте, стихийно, и именно это делает ситуацию такой ужасной. Если ты будешь давить на него достаточно долго, выводя его из себя — особенно нарочно, если вздумаешь совершить какую-нибудь глупость — Мидей затрахаeт тебя до беспамятства. По его лицу сразу видно, что тебя ждет многочасовой секс-марафон. Стоит поймать этот взгляд — и из твоих уст уже льются извинения, ты медленно отступаешь назад, но выхода нет. И вскоре ты снова оказываешься в обжигающе жарких объятьях Мидея. Если тебе дорога физическая и эмоциональная целостность, лучше избегать таких ситуаций. Они обычно оставляют синяки, иногда даже небольшие кровоподтеки; Мидей не готовит тебя заранее в порыве раздражения и гнева, максимум несколько небрежных ласк, перед тем как ввести член внутрь тебя. В отличие от обычного секса, здесь его цель не доставить тебе удовольствие. Главная задача — послать сигнал, и метод оказывается весьма эффективным. Мидей будет кусать тебя, впиваться ногтями в кожу, порой даже шлепать. Он сожмет твою челюсть с такой силой, что ты будешь бояться, не треснет ли она, если мужчина надавит еще сильнее. Он будет грубо целовать тебя так, что кажется, будто ты вскоре потеряешь сознание, а когда отстранится, в ухо обязательно полетят резкие и грубые слова. Если ты в итоге не заплачешь, Мидей сочтет, что урок усвоен не до конца. После этого ты оказываешься удивительно покорной. Лежишь неподвижно в его объятиях, быстро засыпаешь. На запястьях, бедрах и руках уже образуются синяки. На шее, плечах и спине — укусы и засосы, некоторые слегка кровоточат, другие поверхностны. Высохшие следы слез украшают твои раскрасневшиеся щеки. «Должно быть, это было слишком интенсивно для тебя», — думает Мидей, но в целом, результат оправдывает средства. Иногда он может заставить тебя давиться его членом вместо традиционного секса. Это менее энергозатратно, и Мидей позволяет себе это только если твое поведение едва ли заслуживает настоящего наказания. Этот процесс напоминает разминирование бомбы. Он садится на край кровати, дивана или даже трона, а ты опускаешься на колени и начинаешь сосать. Мидей не вводит член слишком глубоко в рот — частично из-за того, что это вызовет рвотный рефлекс, частично потому, что иначе это не было бы настоящим проявлением твоего раскаяния, понимаешь? Ты работаешь ради его прощения, а он гладит твои волосы, смотря сверху вниз на твое лицо с членом во рту. Это ужасно унизительно, щеки пылают, глаза выражают лишь усталость и раздражение, но единственный способ прекратить это — заставить его кончить. А Мидей щедро наделен выносливостью. Он также использует секс как эмоциональную разрядку, не только для себя, но и для тебя. Если ты злишься, ругаешь его, пытаешься напасть — его «решение» всегда одно: прижать тебя к матрасу и вытрахать. Для него это освобождение, и для тебя, как ни странно, тоже. Вся накопившаяся злость и раздражение тают после нескольких оргазмов, и ты оказываешься слишком уставшей, чтобы сопротивляться. Честно говоря, тебе не нравится, насколько это эффективно. 14. Последствия: как выглядит его забота после секса? Есть ли она вообще? Это проявление его мягкой стороны: Мидей очень щепетильно относится к уходу за тобой после всего. Он знает, что обычно доводит тебя до предела, иногда даже за него, поэтому, обеспечив тебе должный уход после секса, мужчина не только покажет тебе свою любовь, но и гарантирует, что через несколько часов ты будешь готова к следующему раунду. Обычно его ритуал выглядит так: сначала он немного приходит в себя, лежа неподвижно минуту или две, давая сердцебиению успокоиться. После этого он начинает заботиться о тебе. Мидей обнимает тебя, прижимая к своему потному телу на мгновение, если ты позволяешь, чувствуя, как ты тяжело дышишь у него на груди, отходя от оргазма. Если начинаешь его отталкивать, он удерживает тебя до того момента, пока не уснешь. Потом Мидей садится и осматривает тебя на предмет возможных повреждений. В зависимости от твоего психического состояния он либо пытается утешить тебя привычными методами, либо приносит влажную тряпку. Мидей может искренне обидеться, если ты откажешься от его заботы или проявишь недовольство во время нее, особенно в первые разы. «Что еще тебе нужно?» — кажется, говорит он своим взглядом. «Я сделал так, что ты кончила несколько раз, в этот раз я был не так груб, а теперь еще и пытаюсь тебя обнять. Что тут может не понравиться?» Несмотря ни на что, он все равно обнимает тебя. Заворачивает в одеяло, и прижимает к своей груди, положив подбородок тебе на макушку. 15. Дополнительно: есть ли что-то, отличающее его от других яндере в сексе? Есть ли у него какие-то уникальные особенности? Мидей реально потеряет самообладание, если поймает тебя за мастурбацией. — Что, черт возьми, ты делаешь? У тебя же есть я, а ты решила использовать свои руки? — именно так это выглядит для него. Это своего рода удар по его самолюбию. Ты пытаешься сказать ему, что он тебя не удовлетворяет? В этом дело? Удачи, если Мидей когда-нибудь застукает тебя с пальцами между ног. По его лицу видно, что он не особенно доволен ситуацией, в которой тебя застал. Ты открываешь рот, чтобы что-то сказать, но он уже наваливается сверху. Хмурится и цокает языком в выражении чего-то вроде недовольства. Без предупреждения хватает тебя за бедра и складывает тебя пополам. Сдавленный звук вырывается из горла, когда колени ударяются о плечи, но ты ничего не можешь сделать, когда он делает глубокий вдох и зарывается лицом в твою киску. Можешь сколько угодно дергать Мидея за волосы, даже вырвать целые пряди — ему все равно. Его рот не оторвется от твоей киски, пока ты не превратишься в дрожащую, раскрасневшуюся массу. И только он решает, когда наступит этот момент. Готовься к сильной гиперстимуляции. Еще одна особенность его прихотей — он целует тебя только в самые нежные или самые жестокие моменты. В первых он невероятно бережен, осторожен и внимателен к твоим ощущениям. В других едва ли можно вдохнуть: он скрипит зубами, прикусывает нижнюю губу, засовывает язык глубоко в горло, словно пытается проглотить тебя целиком. И еще кое-что. Мидей очень хотел бы попробовать анальный секс. Но не может. Единственное, что мешает — его размер. Не пойми неправильно, ему нравится причинять боль, но попытка проникнуть туда может действительно причинить тебе серьезный вред. Мидей не хочет потом объяснять Гиацине случившееся. Он обдумывал эту идею, планируя растянуть тебя до размеров своего члена, как сделал это с твоей вагиной, и тогда, возможно, это сработает. Но пока что он не пробовал. Пока что. Иногда во время секса Мидей вводит туда палец. Это заставляет тебя громко стонать, и очевидно, что тебе это совсем не по вкусу. Но он замечает, что таким образом ты кончаешь немного быстрее. Это заставляет его задуматься.