Стены, которые возводят люди

Начало взрослой жизни оказалось омрачено возвращением Колоссального Титана. Это случилось, словно назло, именно в тот день, когда самый мощный разведывательный отряд, главная элита во главе с Эрвином Смитом, отправились за стены на миссию, и ожидать их можно было только к вечеру — в лучшем случае. Колоссальный титан появился словно из ниоткуда, пока часть кадетов была на стене. Одно неловкое (или очень даже ловкое) движение — и ворота, защищающие горожан от титанов, оказались сломлены, все пушки снесены, а в просвет уже совсем скоро заглядывали уродливые и голодные титаны, словно они стояли и ждали такой возможности. С момента появления Колоссального титана прошло уже пара часов. За это время солдаты успели получить приказ принять боевую готовность, зарядить газовые баллоны и взять идеально заточенные клинки. За это время пушки в авангарде успели отстрелять свое, пока титаны все-таки не пробрались в город. Защищать город было приказано новобранцам и гарнизону — это все равно, что сделать их пушечным мясом. К сожалению, это понимали многие, но приказ есть приказ. Солдаты надели УПМ и ринулись в бой, разбившись на группы. Когда сестры Довбор увидели титанов вживую в первый раз в своей жизни, Барбару чуть не стошнило от волнения и страха — так сильно ей скрутило живот, а Миранда спешно делала дыхательные упражнения, чтобы успокоиться. Да, они готовились к этому в кадетском корпусе, казалось, были готовы к встрече с титанами, но никто не оказался готов морально столкнуться с ними в городе. Особенно в первый день службы. — Баби, ты в порядке? — спросила Мими у сестры, хлопая её по плечу. Та отдышалась и поднялась с колен. — Я в норме. Пообещай мне, что ты не умрешь, — старшая протянула младшей мизинец: маленький детский символ обещания, которое нельзя нарушить, и Миранда это обещание дала. — Ты тоже, Баби. Иначе я отправлюсь за тобой на тот свет, воскрешу тебя и потом убью сама. Девушка криво улыбнулась, а потом поднялась: пора было выдвигаться в бой.  — В одиночку не нападаем, — крикнула Довбор-старшая своим товарищам, — действуем, как нас учили. Окружаем все вместе одного титана и расправляемся с ним. Далеко и бездумно не летайте, никогда не знаешь, из-за какой башни на тебя прыгнет голодная тварь. Ее послушались, и команда стала выполнять указание. Первый встреченный ими титан был страшен, как смерть: у него были впалые скулы и волосы до плеч, а сам он передвигался чрезвычайно медленно. Кто-то из товарищей повредил ему ноги в полете, перерезав мышцы голени, поэтому Миранда попыталась прикончить титана чётким ударом в шею, но промахнулась. — Мими, осторожно! — взвизгнула Барбара, подлетая к сестре и буквально чудом успевая вытащить её из цепкой руки титана. Его прикончил Томас, что был с ними в одной команде. — Ты цела? Миранда испуганно покачала головой. Теперь придется быть ещё осторожнее, ведь не может же она всю жизнь рассчитывать на свою сестру. Таким образом они уничтожили еще полдюжины титанов, но их и без того было чрезмерно много. А потом Томаса сожрал титан-девиант, который, как лягушка, прыгнул на крышу и заглотил солдата, мощно сжав челюсти. Это была первая смерть, которую сёстры наблюдали на поле битвы. Хаос, крики, боль, смерть — вот что кроется за красивой картинкой сильных военных, элиты государства, со всем этим им приходится сталкиваться каждую миссию.  Чуть придя в себя, после того как она смогла унести товарищей подальше, но не смогла убить положивших на них глаз титанов, Мими осознает, что силы ее удара или остроты ее клинков все еще не хватает, чтобы довести дело до конца: она ранит титанов, но не убивает их — а это большая проблема. Однако решить ее сейчас просто нет возможности: отвлекать старших по званию на такие глупости она не хочет, тем более, что просто на то, чтобы хоть кого-нибудь найти сейчас у нее уйдет немало времени, которое она сможет потратить гораздо более полезным образом.  Миранда летает на своем УПМ в режиме энергосбережения, высматривая знакомую форму в улицах города, ища тех, кому она может быть полезна. Стараясь не улетать далеко от сестры, маячит на периферии зрения и Барбара. Из их группы в живых остались только они вдвоем, а времени на то, чтобы проститься с товарищами, толком и нет. Очень скоро титаны стали прорываться через центральный район Троста к арьергарду, где о них должны были позаботиться старшие и более опытные товарищи. И все же поток титанов не прекращался. Вокруг их было полно. Словно мухи, они летели сюда, чувствуя возможность набить животы человечинкой. Прошёл целый час боя, и чтобы как-то скрасить время, девушки стали считать убитых титанов. Их было, к сожалению, немного. А вот съеденных заживо товарищей было значительно больше. Миранда иногда пролетала над окровавленными трупами, среди которых узнавала своих сокурсников. Сердце болело, но было не до того. Нужно было сражаться. — Мими, — окликнула её сестра, приземляясь на крышу. — У меня затупились все лезвия. Есть идеи? Здесь-то и помогли погибшие товарищи. — Я видела тело Ханны неподалеку… — горько сказала младшая Довбор, — думаю, что её клинки в порядке. Давай ты на позиции, а я их тебе принесу. Барбара осталась на крыше, внимательным взглядом сканируя город вокруг, пока Миранда опустилась на мостовую, где лежали трупы. Клинки действительно были целы, поэтому она подхватила ножны, как вдруг услышала крик сестры: «Мими, слева!». К ней приближался мелкий трех-четырех метровый титан. Маленький, но быстрый. Миранда понимала, что не успеет взлететь, поэтому сделала самое логичное, что пришло ей в голову: скрылась в доме. Здание сотряслось от удара по нему титана. Он явно нацелился сожрать девушку и теперь не отступится, пока не добьется своего. У Баби не было клинков, чтобы она могла его убить, а Мими не могла использовать УПМ в доме, так как в нём не было выхода на крышу. “Пообещай мне, что ты не умрешь”, — пронеслось у Миранды в голове, пока она пыталась найти в деревянном полу дома что-то похожее на дверь, ведущую в подвал. Решение сомнительное, но оно тоже имеет место быть: как минимум, ее будет не так просто достать титану. А если повезет, то она может и найти какой-нибудь подземный ход в соседний дом, откуда будет уже чуть больше шансов выбраться, чем из того, в котором она находится сейчас. Однако действовать нужно быстро — мало ли, у этого титанчика найдутся друзья покрупнее, которые уж точно без проблем справятся со сносом дома за пару секунд.  Ни в кухне, ни в гостиной, ни в коридоре ничего не обнаружилось — гладкие полы, если так можно охарактеризовать старые деревянные доски, поскрипываюшие от каждого шага по ним. Осталась только спальня. На втором этаже делать нечего — только если Мими вдруг не решит закончить со всем этим, но до такой степени отчаяния пока далеко.  Снаружи стало будто тише, а может, младшая Довбор просто была опьянена своей удачей — в последней комнате на этаже оказался коврик перед кроватью, под ковром явно была какая-то выпуклость, а когда она быстрым движением его откинула, то ее глазам предстал, не больше не меньше, люк, ведущий вниз, под землю! Миранда чуть не взвизгнула от такой находки. Но почему-то открылся люк слишком громко. Со звуком снесенной крыши и второго этажа в щепки. Девушка медленно поднимает глаза к небу. И впервые встречается взглядами с титаном. Кажется, оба осознают, что будет дальше.  Миранда застывает на месте. Нет, почему-то такой исход она не предполагала. Точнее, конечно, предполагала, но отбрасывала все самые негативные мысли о том, что может просто прийти титан побольше, который с легкостью разрушит дом и достанет оттуда маленькую Мими, которая даже толком сопротивляться не сможет. На то, чтобы решить, будет ли она цепляться за жизнь, или станет кормом титанам, у нее не больше пяти секунд. Довбор просто срывается с места, выбирая самую рискованную траекторию для побега, которую только можно придумать — цепляясь за титана.  В сравнении, конечно же, тот, который ее загнал в этот угол, кажется менее страшным, даже несмотря на его скорость — Мими и сама не плетется как черепаха, так что она цепляется за его плечо, вызывая тем самым недовольный крик существа, и  — на выбросе адреналине, не иначе — пролетает мимо его затылка, разрезая то самое слабое место на шее, рана на котором может убить титана. Зная свои трудности с этим, девушка надеется хотя бы на то, что этим ударом у нее получится выиграть немного времени, пока титан будет восстанавливаться. Но нет. Он падает замертво, испуская горячий пар от своего еще пару секунд назад живого и опасного тела. У нее нет времени на то, чтобы насладиться картиной трупа первого титана, убитого ей. Миранда цепляется за руку второго, того, который побольше и посильнее, так же режет его в тех местах, до которых может дотянуться, и с той силой, с какой получается. Даже пытается также задеть шею, но не успевает. Гигант ловит ее за натянувшийся трос и медленно подносит к своему лицу. Вот теперь у Довбор действительно вся жизнь проносится перед глазами. Она думает о том, чтобы отрезать этот трос и бежать, может, получится отлететь подальше, может, на своих двоих, но нет — шансов практически нет.  Нет, нет, нет, нет… только не на первой же миссии, только не сейчас, ее же ждет Баби, у нее нет клинков, она еще более беззащитна, чем Мими. Все не подходит, все не то. Ситуация кажется абсолютно безвыходной.  Миранда кричит, из глаз брызнули слезы. Ну как, как же так? Она еще даже не начал жить, еще ничего не видела, так много еще не попробовала… Если уж ей суждено погибнуть, то пусть ее убийца тоже помучается. Довбор раскачивается на зажатом в огромной ладони тросе и врезается клинками в живот чудовища. Потом еще. И еще. Прочерчивает линии ран, старается превратить внутренности, если в теле что-то есть, в фарш. Титан утробно кричит от боли.  И выпускает трос из рук. Мими летит на землю, но незадолго до столкновения успевает зацепиться за соседнее здание, подальше от раненого и пока восстанавливающегося врага, и летит прочь. Погеройствовала, и хватит. Сейчас есть задача поважнее — добраться живой до сестры и товарищей. Миранда летит так быстро, как, кажется, еще никогда не летала. Кажется, только чудом она прилетает к сестре и скидывает ей не потерянные во время сражения с титанами ножны Ханны, которые добывала для Барбары. Старшая сестра крепко её обнимает, и они садятся на крышу, обе стараясь отдышаться. Мими едва не простилась с жизнью, а Баби едва не умерла от страха за сестру.  — Прости, ты из-за меня так сильно рисковала жизнью, — почти плачет она в объятиях младшей, а та трясётся и, плача, мотает головой. — Ты тут не причём. Мы отдали свои сердца за спасение человечества. Трогательный момент прерывает появление нового врага, но теперь уже они обе вооружены, обеим не так страшно, и они довольно ловко расправляются с титаном: одна режет голеностопы, чтобы он потерял равновесие, вторая — шею.  — У меня осталось не так много газа, — вдруг сообщает Миранда, проверяя свои запасы. Барбара кивает — она не так экономна, как сестра, которая практически гений в управлении УПМ, так что у неё запасы газа почти на нуле. Это значит, что сражение продолжить не получится, нужно где-то раздобыть ещё. Сёстры смотрят на башню военного склада, где они заряжались перед началом боя, но… Тот полностью окружён титанами, которые словно почуяли, что это важное стратегическое место в бою. Сёстры переглядываются, молча принимая решения. Другого выбора у них нет. Остаётся только каким-то образом идти туда. Звучит сигнал к отступлению, но до стен им не добраться с таким количеством газа. А ведь конец этим ужасам был так близко… По дороге к складу они объединяются с группой Жана Кирштайна; оказалось, что у большинства солдат, кто ещё не пошёл на корм титанам, та же проблема — газ подходит к концу, а значит, нужно приложить какие-то невероятные усилия для того, чтобы отбить склад и пополнить запасы. Новобранцы обдумывают пережитое долго, на красных крышах еще совсем недавно жилых домов. Говорить о количестве потерь — страшно. Ряды уже значительно поредели, но впереди еще точно не одна битва, в которой поляжет ещё немало солдат. Как же не вовремя разведкорпус решил отправиться на вылазку! — Сдаваться нельзя, — повторяет про себя Миранда, — тогда не будет абсолютно никаких шансов, и мы точно все погибнем.  Барбара ушла в себя. Может быть, она думает о том же, может, о чем-то другом, а может и вовсе ни о чем не думает. Как было бы славно сейчас действительно ни о чем не думать, а может и вообще стереть из памяти последние несколько часов, которые больше походят на бесконечный кошмар, чем на воспоминания из молодости, которые можно пронести с собой сквозь года.  Краем глаза младшая Довбор замечает сжавшегося в комок Армина. К нему подходит только что прибывшая Микаса. Она спокойна, как удав. Армин же на грани истерики. Нет… Разумеется, Микаса должна была бы первым делом спросить про Эрена. Арлерт не может ничего внятно ей ответить. Все ясно, как белый день. Вся группа блондина, кроме него самого, уже не придет. У Миранды подступает ком к горлу, ее тошнит, кажется, вот-вот вырвет на брусчатку далеко внизу. Она не хочет, но ярко представляет себе гибель Эрена. Она уже такого насмотрелась немало за сегодняшний день. Эрен не мог умереть! Эрен не должен был умереть! Он же такой старательный, усердный, его железная воля и все же таланты в бою, которые были оценены — как иначе он бы стал одним из десятки лучших выпускников? Как он мог погибнуть на первой же миссии, если все остальные из десятки здесь — целые и невредимые? От жутких мыслей отвлекает опустившаяся на плечо ладонь сестры. Мими оглядывается на нее. Баби смотрит на нее сочувственно: — Мне очень жаль. Мими лишь отмахивается. — Мне страшно представить, что сейчас чувствуют Армин и Микаса. Они были близки, как никто. Почти семья. — Мы все будем тяжело переживать эту потерю. Эрен хоть и был занозой, но в целом слыл хорошим парнем и действительно им был.  Младшей Довбор от этих слов стало только хуже. Вот только что же у них был выпускной, почти все время которого она потратила на тяжелые думы о том, стоит ли признаться Йегеру в своих чувствах. Отложила на потом, думала, что еще успеется. А оно вот как — не успеется.  Мими хочется рвать на себе волосы. Почему, ну вот почему она такая идиотка? Такая трусиха? Неужели армия никак благоприятно на нее не повлияла, и она так и осталась на том же уровне, что и тринадцатилетняя девочка, с трудом покидающая отчий дом? Она совсем пропустила момент перекрикиваний между бывшими кадетами и принятия какого-то решения. Вдруг, Барбара поднялась на ноги, потянула сестру за собой. — Пойдем, Мими. Мы с тобой еще поборемся. На автопилоте Миранда двинулась за сестрой. За кем еще, если не за ней? Сёстры в компании других кадетов двинулись в сторону склада снабжения. Добрались, увы, не все, кем-то пришлось пожертвовать, чтобы титаны отвлеклись от других, но что было делать? На войне как на войне.  И всё же основная группа добралась без особых потерь. В здании склада сидели потерянные люди, которые уже не ожидали подкрепления и просто тихо прощались с жизнью. Жан высказал им все, что об этом думал, но это были просто эмоции. В данной ситуации действительно ничего нельзя было поделать. Хорошо, что с ними была светлая голова Армина. Он придумал стратегию, как попасть на нижние этажи здания. Было решено отправить самых сильных убивать титанов, в то время как все остальные солдаты должны были воспользоваться лифтом и отвлечь уродливых существ на себя.  — Ты точно справишься? — спросила Миранда свою сестру, которую как раз собирались отправить убивать титанов. Младшая же должна была выступить в роли отвлекающего маневра, поэтому держала в руках ружьё. — Я не могу не справиться, — сказала Барбара, погладив сестру по голове. — Мы отобьём склад, после чего вернемся на стены. Все будет хорошо. Мими хотела бы обладать такой же уверенностью, как у Баби, но ей нужно было немного времени, немного сил, чтобы осознать, а главное принять все произошедшее. Горе замерло где-то глубоко внутри, заставляя девушку цепенеть. В темноте среди огромных титанов было страшно, особенно с учетом того, что из оружия у них были только ружья, мало приспособленные для их уничтожения. Мими точно сошла бы с ума, но к счастью, с ними был Марко, который, хоть и сам боялся, но взял на себя командование. Без его терпения ничего бы не получилось. Барбара кивнула Райнеру, притаившемуся на балке под потолком справа от неё, а потом кивнула Конни, который был слева. Наконец, раздались выстрелы, и титаны взвыли от боли, ослеплённые их товарищами. Вот тут-то и сработали сильнейшие, спустившись из-под потолка и вырезав им шеи. Кампания по убийству титанов увенчалась успехом, и приободренные солдаты сидели и пополняли запасы газа. У Мими тряслись руки от волнения, поэтому к ней подошел Жан, чтобы помочь. — Всё в порядке? — спросил он сочувственно, хотя смысла в этом вопросе особенного не было. — Мы сейчас вернемся на стены, и все наладится. — Как ты это делаешь? — спросила Миранда у него, заглядывая в глаза парню. — Тебе ведь тоже страшно, но ты умудряешься брать на себя ответственность за командование. Это очень смело. Кирштайн покраснел, а тем временем мимо прошел Марко, похлопал товарища по плечу, и добавил: — А я говорил тебе, Жан, что ты отличный командир. Видишь, даже Миранда это подтвердила. Довбор-младшая на самом деле лишь хотела бы у одолжить у него немного отваги, но разуверять в этом товарищей она уже не стала.  Солдаты вышли на крышу, где наблюдали странную картину, как титан-девиант, уничтожающий титанов, уже обессиленный, стоит посреди улицы, пока его пожирают другие. — Нам нужно ему помочь, — пытается убедить всех Микаса. Миранда с ней согласна, возможно, просто из чувства солидарности: они обе потеряли любимого человека, поэтому обеим хочется кого-то ещё спасти. Однако помогать никому не понадобилось. Девиант из последних сил сам расшвырял оставшихся титанов, после чего грохнулся всем своим недюжинным весом на землю, выпуская пар из своего тела. А затем они все увидели чью-то фигуру, выглядывающую из шеи титана. Это был Эрен Йегер.