Стены, которые возводят люди

Миранда хотела броситься следом за Микасой, но ее остановила мягкая хватка Армина. Он покачал головой, виновато взглянув на боевую подругу. — Лучше не сейчас.  Довбор поджала губы, но понимающе кивнула и отошла к сестре. Взяла ее за руку и крепко сжала в своей ладони — Баби выдержит. Перед Мими сейчас стояла тяжелая задача — не поддаться истерике. Рано, нельзя, не здесь и не сейчас ни в коем случае. Конца сегодняшнему дню пока не видно, им нужно еще добраться до более-менее безопасных стен, где можно будет хотя бы временно расслабиться и перевести дух. А пока нужно держаться. — Я рада, что он жив, — шепчет Барбара на ухо сестре, сжимая ладонь той в ответ. Это искренне. И правда воспринимается как какое-то чудо. Даже пока не вызывает вопросов. Баби правда просто рада и благодарит стены за то, что сомнительный любовный интерес ее сестры жив, пусть сейчас и в отключке. И она ему, разумеется, признательна.  Сейчас они живы благодаря этому странному стечению обстоятельств, благодаря тому, что Эрен оказался титаном — одним из тех, кого по десять раз в день клянется истребить всех до единого. Есть в этом даже какая-то ирония, на которую Баби хочет выдавить из себя смешок, но воздерживается.  Младшая быстро кивает, но ничего не говорит. Они возвратились на стены, где со всех свидетелей взяли клятву о неразглашении и отправили отдыхать. Легендарную троицу увели солдаты гарнизона, ничего об их дальнейшей судьбе и планах на них бывшим кадетам не рассказав. Солдаты отдыхали в наскоро возведённых лагерях, пили воду и набирались сил. Хотя всех жителей вывели из города Трост, это вовсе не означало, что стена Роза в безопасности: все еще оставался шанс, что появится бронированный титан, который может пробить стену, и тогда человечество в очередной раз окажется под угрозой вымирания. — Мими, тебе надо поесть, — Барбара пришла к сестре с сухим пайком, который выдавали солдатам. У Миранды же кусок в горло не лез: столько событий, столько эмоций. Она стала пить воду из фляги. — То есть я правильно понимаю, что все, кого тут нет… — начала их сокурсница Криста, но за неё договорила Имир. — Ага, все они мертвы, — довольно сухо констатировала она. Миранда вздрогнула и заплакала. Наконец-то дала себе волю это сделать. На её глазах сожрали немало товарищей, пока они выполняли свой долг. Как это забыть? Баби приобняла её за плечи. — Ну поплачь, поплачь. Мы ещё отобьём Трост, — сказала она. И откуда в ней было столько уверенности в будущем? — Видишь, на нашей стороне есть сила, о которой мы раньше ничего не знали. Всё не так плохо. Миранда утерла слёзы и стала молча жевать паёк. Баби права — не так уж всё и печально. По прошествии ещё некоторого времени на стене выступил командующий Дот Пиксис, который объявил о наличии секретного оружия и новой миссии по отвоеванию Троста. Эрен стоял рядом с ним в стойке “отдаю сердце за человечество”. У Миранды снова отлегло: если уж Эрен в безопасности, то, может быть, всё действительно будет хорошо? Однако так считали далеко не все солдаты. Вокруг начались волнения, и люди, которые были преисполнены страха после первого столкновения с титанами, хотели скорее вернуться домой, к семье, опасаясь прорыва стены. Барбара с трудом сдерживала себя, чтобы не наорать на каждого из них: они подрывали боевой дух и дисциплину. Благо, командующий Пиксис был опытным военным и талантливым оратором, и ему была не чужда человечность. Он сумел достучаться до каждого, пусть и говорил со всеми. Солдаты двинулись на стену. И правда, если план сработает, потери могут быть минимальными. От военных требовалось только отвлекать внимание титанов с Эрена, которого они, удивительно, тоже не против съесть, даже в его титаньей форме, не вступая в бой, находясь на безопасном расстоянии.  С элитным отрядом отправилась Микаса. Армин остался с остальными, на стенах. Одному богу известно, что произошло там, у валуна, когда практически сразу за зеленым сигналом, сообщавшем о начале операции, был выпущен красный — означающий столкновение с серьезными сложностями. — Эрен… — выдыхает Армин и срывается с места в сторону валуна. Мими думала мало. Точнее, в этот момент, вообще не думала — потому что она бежит следом за Арлертом. — Мими! — зовет ее Баби, но Райнер останавливает ее, кладя широкую ладонь на плечо. Девушка оборачивается на него, смотрит испуганно. — Отпускать Армина туда одного — опасно. Нужно, чтобы был кто-то, кто сможет за ним следить. Миранда справится, и они все вернутся. Старшая Довбор всхлипывает, но согласно кивает и не порывается снова бежать за сестрой. В конце концов, это дело её сердца — там Эрен Йегер, и Мими явно не может оставаться в стороне, когда дело касается этого пацана. Тем временем Миранда уже догоняет Армина. Тот слегка удивляется, увидев ее, но, в целом, понимает, что ожидаемо ее было увидеть здесь. — Я с тобой, — серьезно сообщает она, не принимая возражений. Армин возражать и не собирался. Наоборот — улыбается. На Миранду можно положиться, она не раз это показывала. И Эрен для нее важен. Армин понимает — она бы не смогла остаться в стороне. — Я рад, — отвечает Армин. — Бежим скорее. Годы тренировок все же сделали свое дело — бег на длинные дистанции стал даваться гораздо легче. И адреналину, который неустанно бегающему по крови, стоит тоже отдать должное. — О, стены… — выдыхает Миранда, когда они находят титана Эрена сидящим у валуна.  И он явно не в состоянии двигаться. Дом напротив полуразрушен. Что здесь произошло? — Микаса!  — Армин! Миранда! Уходите! — Что здесь произошло? — Что с Эреном? Аккерман вводит товарищей в курс дела. И оба понимают, что они ой, как плохи. А еще все видят, что вновь и вновь прибывающие титаны так и норовят пойти в сторону обездвиженного Эрена.  — Армин, — зовет его Мими, — у нас нет времени ждать, пока Эрен очнется или выберется сам. Ему нужно помочь. — И как ты собираешься это сделать!? — вспыхивает Микаса. — Ты что, участвовала в этом “эксперименте” и знаешь, как работает его сила? — Микаса, — удивительно спокойным голосом охлаждает подругу Арлерт, — Миранда права. Вы все защищаете сейчас Эрена, в ожидании, пока появится возможность его забрать. Но это та роскошь, которую мы не можем себе сейчас позволить. Эрена нужно вытаскивать самостоятельно. — И как ты это сделаешь? — продолжает плеваться ядом девушка.  Армин и Миранда тем временем уже на плечах Эрена, пытаются дозваться его.  — Если Эрен тогда появился из слабого места титана, — рассуждает блондин, — значит, доставать его нужно оттуда. Если ударить чуть дальше от центра, это его убить не должно. Ему только станет немного… больно!  Бывший кадет вонзает клинок в выпирающую нижнюю часть шеи, где, наверное, как раз и сидит Йегер. Реагирует тот мгновенно, утробным рыком. Новые титаны появляются в непосредственной близости от Эрена и валуна, поэтому Мими приходится оставить Армина, чтобы помочь отвлечь от них этих чудовищ: элитный отряд потерпел огромные убытки, так что живых людей становится возможно пересчитать по пальцам. Скольких же они уже потеряли? Наконец, происходит чудо, и Эрен в обличье Атакующего титана взваливает на себя огромный валун и несёт его к дыре в стене. Что такого сделал Армин, остаётся загадкой для всех, но главное, это работает. Миранда чуть отвлекается на это радостное событие и едва не оказывается раздавлена здоровенной лапой. Во все стороны летит красная черепица. Благо, кое-кто не теряет бдительности и спасает своего боевого товарища. На плаще виднеются крылья свободы. Её спас Леви Аккерман. Разведчики вернулись в город. Осколок черепицы всё равно приложил девушку по голове. Из рассечённого лба тут же хлынула кровь, заливая глаза, и Миранда больше не может передвигаться самостоятельно, поэтому капрал поднимает её на стену к другим раненым. Их укладывают в ряд, постепенно перекладывая на носилки. В этот момент Барбара видит со стены жёлтый сигнал, и Дот Пиксис объявляет об успешном окончании операции. Трост отвоёван. Брешь в стене заделана. Эрен Йегер, надежда человечества, справился. Но жива ли её сестра? Старшая Довбор не находит себе места, кусает заусенцы и ходит туда-сюда. Всё ли там в порядке? Не пострадала ли? Рядом стоит Райнер и не знает, как утешить свою подругу. Ясно же, что никакие слова тут не помогут, пока она не увидит Мими, целую и невредимую. Остаётся только положить свои мужицкие лапищи ей на плечи и сжимать их, стараясь унять судорожную дрожь девушки. Солдаты получают команду — вольно, титанов теперь перебьёт элита разведывательного отряда, а пушки гарнизона не будут смолкать ещё целых двое суток. Баби же стремится туда, на противоположную часть стены, окружающую Трост, чтобы найти свою младшую. Навстречу им с Райнером, который решил не оставлять Довбор в одиночестве, двигается отряд выживших. Он настолько малочисленный, что у Барбары перехватывает дыхание от страха. Впереди следуют старшие, капрал Леви, а заключают шеренгу Армин и Микаса. — Мими! — что есть силы кричит Барбара, бросаясь к товарищам. — Где моя сестра?! — Она жива, Баби, — как можно утешающе говорит Армин, — просто ранена. Её скоро привезут на носилках. Не о чем волно… Остаток фразы Довбор-старшая уже не услышала, и ноги понесли её как можно скорее в сторону главных ворот Троста. Лёгкие очень скоро начали гореть от бега, несмотря на хорошую физическую подготовку, так быстро тело бегать не привыкло. Запыхавшись, она останавливается только возле небольшого лагеря из раненых, пот заливает глаза, и она не в состоянии ничего рассмотреть. — Миранда! — зовёт она сестру. — Миранда!! — Вон там лежит девушка, — сообщает ей один из солдат гарнизона, и Барбара несётся к носилкам, что уложены за деревянными коробами.  А там она, маленькая и залитая кровью сестрёнка Довбор. От такого зрелища она чуть сама сознание не теряет. Девушка опускается перед ней на колени, утирая слёзы, и прижимается ухом к груди: сердцебиение есть, она жива. Просто без чувств. — Мими, моя маленькая сестричка, — плачет на её груди Баби, поправляя волосы раненой Миранды и стараясь утереть её лицо от крови. — Слава богу, жива! И далее Барбара не отходила от своей любимой сестры ни когда её перемещали со стены, ни далее в лазарете. …Мими очнулась значительно позднее в больнице, где было полно других раненых. Голова ныла, чувствовалось, что она чем-то обмотана. Вокруг стояла тишина, только несколько стонов боли послышалось в противоположном углу комнаты. Миранда повернула голову и обнаружила сестру, уснувшую на неудобном стуле рядом с ее кроватью. Баби выглядела целой и невредимой, что вызывает на лице раненой улыбку.  Младшая Довбор не знает наверняка, как завершилась операция — она отключилась незадолго до ее окончания, но в воздухе витает что-то похожее на торжество. Неужели, все-таки получилось..? Мими лежит, устремив глаза в белый потолок еще где-то с полчаса, когда в лазарете наконец появляется медсестра с плановым обходом. Она проверяет состояние каждого присутствующего, что-то записывает в блокнот.  Когда очередь доходит до койки Довбор, она умиротворенно улыбается. — Очнулась. Слава Стенам. Сестра очень волновалась за тебя, — тихо рассказывает она. — Да, — отвечает на улыбку Мими, — она у меня такая, беспокойная.  Женщина машет рукой. — Еще бы ей такой не быть, когда младшая сестра бросается в самое пекло! — шепотом возмущается медсестра. — Благо, есть мужчина, который заботится о ней самой. Ну, конечно, иначе быть не может, чтобы Райнер не подставил свое широкое плечо Баби. Мими на самом деле рада, что Браун появился в их жизни — вот за кого, так это за старшую сестру точно можно не переживать, ведь ее телохранитель всегда где-то поблизости, оберегает старшую, а заодно и младшую. И не сошла с ума Барбара сегодня, наверное, только благодаря его мягкой силе, которая всегда готова прийти на помощь. — Вы знаете, что случилось? Как прошла операция? — наконец задает самый важный вопрос Мими. — Успешно. Пролом закрыт. Разведчики зачищают Трост.  Да, Мими что-то припоминает такое. Кажется, она даже видела развивающиеся Крылья Свободы… — Ладно, отдыхай, героиня. — Да какая я героиня… — протестует скромница Мими, но медсестра уже отошла к следующей койке.  Рядом завозилась и проснулась сестра: открыла глаза, устало потянулась, чтобы размять шею после неудобного сна на стуле. Увидела уже сидящую на постели Миранду и радостно улыбнулась. — Ох и заставила же ты меня волноваться! — тут же переходит она в режим старшей сестры. — Повезло, что тебя спас капрал Леви. Вот зачем ты туда полезла?  Младшая удивилась, но не сильно: все-таки крылья свободы ей не привидились, разведчики действительно прибыли в город под конец сражения. Ей определенно повезло. Мими прижала к себе сестру крепко-крепко, насколько позволяли силы.  — Я так люблю тебя, Баби. Прости, что заставила волноваться.  — Я тоже тебя люблю, Мими, — Довбор отстранилась от сестры и поправила прядь ее красивых длинных волос. — У тебя было небольшое сотрясение, а шов на лбу залатали. Возможно, конечно, останется шрам… Миранда деловито пожала плечами. — Шрамы солдат только украшают. Лучше расскажи мне, что вообще случилось и как обстоят наши дела… *** Вечером после больницы Барби вернулась в казармы, где были и немногочисленные выжившие из 104-го кадетского корпуса. Некоторые даже не успели подать заявление на вступление в армию, только решали свое будущее. Большинство коек уже пустовало, и немногочисленные пожитки погибших собрали и выслали родственникам. А вечером на ужине было практически пустынно… Кадетов было действительно немного, а те, кто выжили, сидели с серыми лицами. В течение всего дня они разбирали трупы, после такого не то, что есть — жить не хочется! Сегодня Барбаре удалось избежать похода в Трост, она отпросилась, чтобы поухаживать за сестрой в больнице, но завтра ей тоже придется отправиться в город работать, и не факт, что она не будет выглядеть так же. Один только Райнер Браун каким-то чудом выглядел живым. Нельзя было сказать, конечно, что он выглядел веселым или счастливым, нет, но было ощущение, что он не так сильно подавлен смертями товарищей, как все остальные, словно… привык к такому. — Как там Мими? — спросил он у Баби, подсаживаясь к Довбор. — Уже пришла в себя? — Уже все хорошо, через пару дней её собираются выписать из лазарета. Спасибо, Райнер. За помощь и… просто спасибо. Что Трост? — Город, конечно, разрушен, но люди скоро смогут вернуться в свои дома. Но наши товарищи… — он сжал в руках деревянную кружку там, что побелели костяшки. — Будь прокляты эти титаны. Барбара не нашлась, что сказать, только положила сочувствующе ладонь ему на руку. Да и что тут ещё скажешь? Всё ясно и без слов. Горе и тихая ярость от невозможности что-то исправить. Парень ничего не сказал в ответ на этот жест, только благодарно кивнул, после чего с усталым вздохом поднялся со своего места, чтобы пойти отдыхать. — Завтра ещё один тяжелый день. Пойду. Барбара кивнула и уставилась в свою тарелку. От всех этих событий кусок в горло не лез, но она заставила себя дохлебать суп, после чего тоже отправилась спать. Завтра действительно ожидался непростой день.