Connection

*** Тишина внутри пещеры будто превратилась в живое существо — она шевелилась в темноте, поскрипывала камнями и отдавалась эхом в ушах. Вэй Ин присел на корточки рядом с Вэнь Цин, которую ранее уложил на свою циновку. Юань, не просыпаясь, прижался к её боку, словно чувствуя, что так тётушке будет теплее. Внезапно веки девушки дрогнули. Один вдох, другой… Она распахнула глаза — и первым, что увидела, было лицо брата, лежащего в полумраке напротив. Он дышал. Живо, ровно, по‑человечески. –А‑Нин?.. — шёпот сорвался с её губ, и дева подалась вперёд, будто взглядом хотела проверить состояние брата. –Он уже приходил в себя, — мягко проговорил Вэй Ин. — Но сил было мало, поэтому сейчас твой брат спит.  Ком напряжения в груди почти полностью рассеялся: и облегчение, и страх, и недоверие перемешались в один миг. Она выдохнула — и только тогда заметила, что в пещеру вернулся Цинъяо: он молча опустился у стены напротив, будто совсем недавно выходил лишь на пару минут подышать «свежим» воздухом.  –Ты был здесь всё это время?  –Почти, – ответил юноша. –Убедился, что все дышат и в относительном порядке, поэтому ненадолго вышел.  В глазах Вэнь Цин мелькнуло что-то, похожее на понимание. Возможно, она увидела, что Цинъяо не просто «выходил», а вспомнил ещё кое-что и пытался обдумать это в одиночестве. Она снова посмотрела на брата: –Он… Я не понимаю, – дева Вэнь покачала головой, пытаясь собрать мысли воедино. – Его энергия не такая, как была при жизни, она чужая – тёплая и холодная одновременно. Вы слышали хоть что-то о подобном? Почему получилось именно так? Как вообще такое вышло? Вэнь Цин не могла понять, как и объяснить то, что она видит. Это было впервые на её практике. Страх потерять брата во второй раз из-за незнания – давил на грудь.  Цинъяо на секунду опустил глаза, думая, как рассказать о том, что этот Вэнь Нин лучше, чем тот, который был в оригинальной истории.  –Твой брат теперь живой и это лучшее что могло с ним произойти из всего остального.  –О чём ты говоришь? – Вэй Ин, который молча наблюдал со стороны, весь подобрался. Ему не впервые казалось, что его двойник знает намного больше, чем говорит вслух.  –В одном из вариантов развития событий, Вэнь Нин всё же пробудился, но остался мертвецом с сознанием, не так как сейчас. Об этом случайно узнал мир, за пределами этой горы. Твой разумный мертвец и печать, – Цинъяо посмотрел на своего брата, – были слишком ласковым кусочком для одной изворотливой золотой змеи. Его план был почти совершенен – вывести тебя из эмоционального равновесия и перехватить контроль над Вэнь Нином. Им это удалось.  –Им? Кому это «им»? – голос тёмного заклинателя дрожал от понимания всего, что могло бы случиться.  –Угнетённому жизнью ребёнку, уличной бродяге и завистнику. Я могу сказать их имена сейчас, но думаю, кое-кто тоже захочет это услышать.  –Да кому, гуль тебя дери?! – Вэнь Цин первая не выдержала, тихо негодуя. Ситуация в целом была одновременно радостной и необъяснимо-тяжёлой перед неизвестным будущим. Им всем нужно было знать врага в лицо.  Цинъяо посмотрел на неё. Конечно он понимал, что девушка переживает. Не только за своего брата, но и за своих людей. Если им угрожает опасность, то она должна быть к ней готова. Вот только сам юноша не хочет сильно кого-то вмешивать и в тот же момент – хочет изменит судьбу тех, кто это заслуживает. Выбор без особого выбора. Замечательно, ничего не скажешь.  –Нам нужен Не Хуайсан, – Вэй Цинъяо сказал всего несколько слов, вызывая непонимающую реакцию у девы Вэнь и понимающую у Вэй Ина.  –Зачем нам второй молодой господин Не? Разве он может чем-то помочь в этой ситуации? – Вэнь Цин уже совершенно ничего не понимала. – Что может сделать паренёк, вечно прячущийся за своим старшим братом? –Ох, сестрица Цин, – ученик бессмертной мягко улыбнулся ей, – юноша, который хочет спасти своего брата, готов действовать «в тени» играя там, где ему нужно и необходимо, не показывая всему миру настоящей картины.  Вот теперь смысл сказанных слов начал потихоньку доходить в голову известного лекаря. Как бы там ни было. Но тот, кто может держать за нити многих одновременно, как кукловод руководит марионетками, подходит им намного больше, чем кто-либо другой.  –Откуда ты знаешь всё это? Разумный мертвец, теневая помощь, имена наёмников…– Вэй Ина очень интересовал ответ на этот вопрос.  –Ты же знаешь чей я ученик, – Цинъяо позволил себе прямой взгляд, глаза в глаза, чтобы показать честность, пусть это и была совсем она. – Наставница научила меня многому, а я лишь использую свои знания во благо. Я вижу события, которые могли случиться и пытаюсь вмешаться если их исход мне не нравится. Не всегда, да. Но чаще, чем, наверное, того бы желало само Мироздание.  –Ты поэтому хочешь найти союзника, оказывая ему взаимовыгодную помощь? – снова вмешалась Вэнь Цин.  –Именно так. Ну и возможно, скоро он сам начнёт искать встреч со мной.  –Это ещё почему? – Усянь будто играл партию в Вэйци, не понимая куда ему поставить камень, делая свой ход.  Цинъяо почесал кончик своего носа, неловко отводя глаза в сторону: –Ну… Не так давно, я кажется спас его брата от искажения Ци и думаю, что Хуайсан захочет найти решение проблемы его клана раз и навсегда. –У меня иногда появляется такое ощущение, будто ты мой родной брат, – Усянь посчитал это сравнение достаточно смешным, –так попадать в неприятные ситуации могут только такие, как я.  Он совсем и не заметил, что лица Цинъяо и Вэнь Цин на секунду были недалеки от паники, а потом тоже тихо посмеялись, чтобы не выдать того, чему ещё не пришло время быть произнесённым. Но напряжение между двумя людьми, знающими правду, осталось.  Совсем скоро, я расскажу тебе всё… Но только когда ты и все люди здесь будут в безопасности.  *** Пробуждение Вэнь Нина случилось тогда, когда оба юноши наконец позволили себе немного сна. Вэй Ин лежал на боку, обняв Юаня, а тот уютно устроился у него под боком, поджав под себя ноги и сонно сопя. Цинъяо же не отходил далеко — всё так же сидел у стены, в полусне, с руками, скрещёнными на груди. Казалось, он просто прикрыл глаза на мгновение… но даже этого было достаточно, чтобы сны начали шептать ему переменчивое будущее. А пока они спали, где-то между затихающими отблесками светлой и тёмной энергии, Вэнь Нин проснулся. Не с рывком, не со стоном, не в хаосе. Просто… открыл глаза. Спокойно. Словно был обычный день, в котором не было сломанных костей от падения, боли и запаха смерти.  Только биение сердца и желание жить.  Он сел, медленно осмотрел пещеру, задержал взгляд на спящих — и не спросил ни слова. Не испугался. Не растерялся. Он просто встал, точно зная, куда идти. –А‑Нин?.. – услышался сдавленный голос сестры, которая, заметив движение, метнулась к нему, будто не веря глазам. – Ты… ты как?.. Он посмотрел на неё… и впервые за долгое, бесконечно долгое время улыбнулся. Настояще. Без боли. Без напряжения. –Я помню всё, сестрица. Но… мне не больно, – ответ был мягким, голос — чуть хриплым, но до странного живым. – Я жив. Я чувствую себя так... как будто снова вернулся домой. Вэнь Цин всхлипнула — тихо, как в детстве, когда старалась быть сильной, но не могла. Она крепко обняла его, уткнувшись лбом в его плечо. Он ответил на объятие. Без замедления. Без страха. Ладони брата легли на её спину — уверенно и тепло. Когда проснулся Юань, первое, что он увидел — это дядя Нин, стоящий на ногах, как прежде. –Дядя Нин! – взвизгнул он, подбежал и вцепился в руку парня, – Ты ходишь и улыбаешься, я так рад! Теперь мы будем играть вместе? –Теперь точно будем, – с лёгкой усмешкой кивнул тот, а потом посмотрел на сестру: – Цзецзе, я бы хотел увидеть бабушку и дядюшек, они в порядке? –Пойдём, они ждали твоего возвращения.  Так они и сделали.  В тишине предутренней прохлады, пока солнце только начинало свой восход, трое вышли наружу, ощущая, как жизнь проникает  вглубь их сердец.  А потом направились туда, где жили немногие оставшиеся Вэнь — бабушка, дядюшки и тётушки и троюродные сестры, с которыми они вместе когда-то учились стрелять из лука.  И когда они увидели его — живого, стоящего, с осмысленным взглядом — многие зажали себе рты руками, чтобы не закричать. У бабушки — слёзы хлынули прежде, чем она успела сделать хоть шаг. Она подошла, дрожа, и, когда Вэнь Нин молча опустился перед ней на колени, обняла его как в детстве: обеими руками, прижимая к своему животу, как будто боялась, что если отпустит — он снова исчезнет. –Ты вернулся, – всхлипнула она. – Ты правда... А‑Нин... Дядюшки отводили взгляды, пытаясь скрыть мокрые глаза. Даже самые сдержанные из них не могли остаться равнодушными. Они все думали, что потеряли его навсегда. Слишком долго горевали, слишком много раз заставляли себя отпустить. Теперь — он здесь. Живой. И родной. … Тем временем два брата всё ещё спали в стороне. Цинъяо дышал неглубоко, головой склонясь к плечу. Его руки вздрогнули — будто он что-то удерживал во сне. Видел не образы, а линии судьбы, что шевелились от одного лишь его взгляда. Он видел, как крошечное вмешательство меняет целые жизни. Он видел дорогу, где Вэнь Нин — лишь средство давления, а Усянь медленно сходит с ума. Он видел... и медленно, шаг за шагом, шёл в другое будущее. В то время как Вэй Ин во сне ощущал мягкую тяжесть чьей-то руки в своей. Маленькой. Рядом — чей-то смех. Брат? Младший брат? Или… воспоминание? Он не знал. Сны были туманными, но почему‑то слишком тёплыми, почти больно. Он шевельнулся, зарываясь носом в одеяло, и чуть слышно выдохнул: –Держи крепче, не отпускай… … Возвращаясь обратно в пещеру, Вэнь Цин не отводила взгляда от брата. Она всё ещё не могла до конца поверить, что это не мираж, не сон, не жестокая шутка судьбы. Он шёл рядом, держался уверенно, не волоча ноги, не оступаясь, как прежде. Не мертвец. Но и не тот человек, каким был до смерти. Что-то в его походке, в дыхании, в энергетике было… иначе. Уверенней. Мягкая пульсация энергии вокруг него казалась одновременно чужой и до боли знакомой. Порог пещеры они пересекли в тишине. Цинъяо открыл глаза первым. Не подорвался на ноги — просто посмотрел на вошедших, особенно на Вэнь Нина. Долго, внимательно, почти оценивающе. Затем медленно поднялся с пола и шагнул ближе. –Как ты себя чувствуешь? — тихо, почти обыденно спросил он. –Словно сердце снова на своём месте, — ответил Вэнь Нин немного задумчиво. — Но... я всё ощущаю по-другому. На звук голосов проснулся и Вэй Ин. Он сел, потёр глаза, зевнул — и только тогда заметил, кто стоит рядом с сестрицей Цин. –Подожди… А‑Нин? Ты уже встал?! –Да уже целый сяоши назад, — ответила Вэнь Цин, в голосе её смешались гордость и тревога. –Он не просто проснулся, – Цинъяо снова сел у стены, – он, как бы это сказать… чувствует.  –Что ты имеешь ввиду, – насторожился Вэй Ин. –Мир. Ци. Себя. Нас всех, — ответил Цинъяо. Вэнь Нин кивнул. –Это сложно объяснить, — он говорил с той уже без прежней хрипотцы, но голос стал глубже. И без заиканий, которые были до смерти. — Всё будто стало объёмнее. Я слышу, как течёт энергия. Слышу вас… по-другому. У каждого свой звук, цвет и своя… температура. Не телесная. Внутренняя. Вэй Ин переглянулся с Цинъяо: –Ты уверен, что он не смотрит сквозь нас? –Не сквозь, — спокойно сказал Цинъяо. — Он просто чувствует нас двоих лучше, поэтому пока путается.  –Это же не делает меня чудовищем? – совсем тихо спросил Вэнь Нин, с заметной болью в голосе. –Нет, — Вэнь Цин внезапно заговорила жёстко. — Это делает тебя слишком ценным, чтобы тебя увидел кто-то извне. Мы не знаем, как быстро ты восстановишься. Не знаем, как работает эта энергия. Но знаем, кто захочет это использовать. А он захочет — обязательно. –Хочешь его спрятать? — Вэй Ин слегка приподнял бровь. –Нет. Я хочу понять, как его защитить. Повисла тишина. Затем девушка резко повернулась к Усяню: –У тебя есть флейта. Ты играл, для того, чтобы он вернулся. Сыграй снова. Посмотрим, как его Ци на это отреагирует. –И я сыграю, — спокойно добавил Цинъяо. — Всё же наши мелодии сплелись, думаю сейчас это тоже поможет лучше понимать ситуацию.  Вэнь Нин слегка повернулся к юноше, сидящему у стены. Его лицо... казалось знакомым. Нет, не из воспоминаний. Скорее, из ощущений. Словно внутри что-то узнаёт этого человека, но ум не может найти слова. Он нахмурился, слегка наклонив голову к плечу: –Господин... Цинъяо? — неуверенно произнёс он, будто пробуя имя на вкус. Цинъяо кивнул: –Рад, что ты помнишь. –Я… не совсем. Помню, как вы назвали своё имя, когда я впервые… очнулся. А потом всё снова потемнело. Но… — он переводил взгляд с одного юноши на другого. — Простите, но почему вы с господином Вэем… –А-Нин! — Вэнь Цин не дала своему брату договорить только начинающуюся фразу.  Она подошла ближе и хлопнула брата по спине чуть сильнее, чем нужно: –Не задавай странных вопросов сразу после пробуждения. Люди могут подумать, что ты снова не в себе. Вэнь Нин виновато улыбнулся, но взгляд его метался между двумя юношами. В нём было что-то искренне детское, растерянное: –Просто… кажется, я знаю вас обоих. Больше, чем должен. –Это может быть из-за энергии, — поспешил сказать Вэй Ин, избегая взгляда. — Мы оба… участвовали в твоём возвращении. Возможно, твоя Ци откликается на нашу. — Возможно… — Вэнь Нин кивнул, но всё ещё выглядел озадаченным. –Со временем привыкнешь, — сказала Вэнь Цин, намекая при этом мягко сжав его плечо. — Главное сейчас — восстановиться. Остальное подождёт. –Приступим Цинъяо молча наблюдал за ними, не вмешиваясь. Он видел — вопросы уже начали рождаться в глазах Вэнь Нина. И рано или поздно, тот их задаст. … В пещере вновь повисла тишина. Только дыхание и лёгкий шелест ткани от движения. –Начинай, — кивнула Вэнь Цин. Вэй Ин поднял Чэньцин. Несколько пробных нот — чисто, немного глухо, в замкнутом пространстве звук расплывался мягкой волной. Он начал медленно, словно зовя. Звук шёл плавно, цепляясь за воздух.  Немного погодя вступил Цинъяо. Его музыка был тише, но удивительно точно создавала гармонию. Вэнь Нин сначала не двигался. Но через несколько мгновений его дыхание изменилось — стало глубже. Плечи приподнялись, глаза расширились. Он словно слышал не музыку, а отклик в собственных костях. –Ещё, — прошептала Вэнь Цин. Они продолжили. И в какой-то момент пространство внутри пещеры словно потяжелело — воздух уплотнился. Невидимая вибрация охватила каждого. Вэнь Нин сжал пальцы, грудь его вспыхнула синим, как будто где-то внутри проклюнулась сияющая нить. Он не вскрикнул, не упал. Просто выпрямился и медленно поднял ладони перед собой — наблюдая, как между пальцами собирается мерцание. Музыка стихла. –Всё в пределах нормы, — тихо сказала Вэнь Цин, вглядываясь в брата, — но не до конца. Его Ци не разрушена, не мертва, но она течёт иначе. Плавно, но не естественно. Это намного сложнее того, с чем я привыкла работать. Как будто... внутри него две реки, сливаясь, образовали третью. –То есть? — уточнил Усянь. –А-Нин чувствует окружение сильнее и управляет им, но пределы неизвестны. И он теперь может ощущать чужую Ци — почти как свою собственную.  Цинъяо внимательно смотрел на Вэнь Нина: –Что если, мы обучим его? – на юношу одновременно уставилось три взгляда. – Будем учить контролю, начиная с самых азов. Ему так будет проще понять самого себя, а нам – шанс узнать границы его возможностей.  –Так и сделаем, – кивнула Вэнь Цин. – Вы оба вложили в него равное количество энергии, поэтому основная забота будет на вас. Понятно, Вэй Усянь?  Вэй Ин понятливо кивнул. Даже не желая огрызнуться. Почти.  … Когда Вэнь Нин лёг, наконец, отдохнуть, в пещере вновь собралось молчание. Цинъяо первым нарушил его: –Нам нужно готовиться. –К чему именно? — переспросил Вэй Ин. –К вмешательству. –Опять твои туманные фразы, — поморщилась Вэнь Цин. — Я хочу отправить письмо. Анонимное. В Орден Не. Не Хуайсану. Предупреждение. Что его брату готовят смерть. Что за этим стоит... не внешний враг. А тот, кому он доверяет. Вэнь Цин приподняла бровь: — Ты уверен, что он поверит? Молодой господин Не может испугаться. И сделать что-то глупое.  –Хуайсан не дурак. Я вас уверяю, вы будете шокированы его настоящей личностью. Даже ты, Вэй Ин, – Цинъяо произнёс это без сарказма и усмешек. – Просто… он слишком  доверяет человеку, который хочет воткнуть ему меч со спины, да поглубже. Я должен предупредить его, но не за просто так, а за услугу.  –Ты хочешь втянуть его в это. — Вэй Ин говорил ровно, но с без недоверия. –Не втянуть. Предложить выбор. Хочет ли он быть частью того, что грядёт и получить шанс на спасение или оставить всё как есть.  –Значит, ты и это увидел? – Вэнь Цин медленно выдохнула, полностью ложась на циновку. – То как его брата убивает дорогой ему человек?  –Да. И я не хочу допустить этого. Потому что имеет в союзниках двух братьев Не – намного лучше, чем быть им врагами.  Она молчала, потом тихо добавила: — Я не понимаю многого, но Цинъяо... ты ведь знаешь, кто за этим стоит? Он взглянул на неё. В её глазах не было наивности — только гнев. А ведь то, что юноша рассказал – лишь малая часть. Лучше бы ей пока не знать всего.  –Знаю. Но у меня нет доказательств. Только моя память, но это совсем ничего не стоит. Не для Хуайсана.  –Ты хочешь рассказать ему всё… – о чём говорила Вэнь Цин понимало только двое – она и Цинъяо. – Дать ему свою верность в честности этим.  –Да, только так он сможет поверить мне. – юноша пожал плечами, будто это его мало заботило. Но это было совсем не так.  –А если нет? Если он так и не поверит?  –Что ж, тогда я буду действовать без него.  Вэнь Нин и Вэй Ин, которые тихо наблюдали за разговором двух людей, не могли толком уловить суть темы. Общая картинка есть, но детали им не были понятны.  – Кто отнесёт письмо? – не выдержал и вмешался тёмный заклинатель. –Никто, — спокойно ответил Цинъяо. — Я создам вестника, который принесёт это самое письмо прямо в руки Не Хуайсана.  Он встал, стряхнул с одежды пыль. — Завтра. Утром. До рассвета. Он должен узнать до того, как станет слишком поздно. И уже нельзя будет хоть как-то исправить его ситуацию.  Вэнь Цин смотрела ему вслед и тихо сказала: — Ты меня пугаешь. — Я сам себя временами пугаю, — признался он, не оборачиваясь. — Но если мы не сделаем этого, пострадает намного больше невинных людей.  Порыв ветра снаружи встретил его почти по-дружески — как в старые времена, когда путь был прямее, а решения проще. Цинъяо шагнул в темноту. Без фонаря, без защиты. Он знал, куда идти. И знал, что сказать. … «Второй молодой господин Не, обращаюсь к вам с просьбой о взаимовыгодной помощи.  Я хочу поговорить с вами лично, потому что у меня есть чем с вами поделиться.  Но сейчас, запомните самое главное: Музыка звучит всё громче — но тот, кому её играют не слышит, что она губит его.  Проследите за этим человеком и увидите правду, которую не хотели видеть.  Улыбающийся лис, вышел на охоту, не видя, как по его следам идёт волк. Через 3 дня в Илин прибудут новые краски, с органичных продуктов, представляете? Вот думаю, стоит ли сходить и посмотреть, а то давненько я не рисовал сорок на холсте.» Острый взгляд золотистых глаз дважды пробежался по написанному. Веер взмыл в воздух привычным движение.  –Ну раз так, то думаю стоит немного подкорректировать планы. Ох, Мэн Яо, не ту игру ты затеял и не с тем. — Не Хуайсан неожиданно оказался воодушевлен, видимо его неизвестный союзник знает больше. Что ж… – Мне интересно, о чём ещё ты знаешь?.. Взмахами веера, письмо, лежащее на столе, подлетело и направилось к стоящей рядом свечи. Ничего подозрительного оставаться не должно.  ***