Nerd for gopnik

      Минхо сидит за партой, хмурясь и не очень понимая учителя. Чанбина сегодня не было, ибо он заболел и остался дома. Хо, конечно, не хотелось идти в школу одному, ведь тут были личности, из-за которых он чувствовал себя не очень комфортно. Ли поднимает руку и просит ещё раз повторить задание, ведь это было немного странно. Бину повезло, что он заболел и не должен вписываться во всю эту заварушку.       — Мы хотим объединить два класса и посмотреть, как вы справитесь с чужими ребятами в парах. К тому же, наш директор объявил, что хочет больше взаимодействия между классами, ведь это способствует социализации и более успешной учёбе, — отвечает учитель, вздыхая. — Сейчас придут другие ребята с учителем, поэтому подождите. Хочу сразу предупредить, пары уже сформированы, поэтому менять ничего не будут.       Ли прослушал эту информацию и надеялся лишь на то, что их совместят не с классом Чана, в котором как раз училась та самая парочка, что не давала им с Бином проходу. Минхо прикрыл глаза и с сидел в надежде на то, что он не придёт, но судьба распорядилась иначе.       — Ли Минхо, ёпт, я знаю, что ты здесь, в натуре! — кричит знакомый хриплый голос, от чего Ли раскрывает глаза, шугаясь и чуть ли не падая со стула под парту.       «Чёрт, нет, нет, нет, нет, нет», — скулит Минхо про себя и поднимает круглые блестящие от слёз глаза наверх. Нет, он не плакал, пока ещё… Но успел расстроиться, ведь знает, насколько несправедлива к нему судьба. Он слышит, как два преподавателя заходят, смеясь, а после объявляют пары. Чанбину повезло: он оказался с Чаном, а вот Хо… С тем самым Хван Хёнджином.       — Вау, как здорово. Очень приятно. Невероятно, спасибо, — говорит Минхо, смотря на сидящего рядом парня, который казался очень довольным.       — Э, ты бля… Тебе чё, приятно в натуре? — Хван тут же хмурится, кивая в сторону Ли, пока сам испытывает приятные чувства, которые никак не мог понять. И вообще не мог, в натуре, разобраться к чему это. Будто ему, бля, приятно, что Минхо будет с ним, но он тут же обрубает всё это на корню, но ёпт… глаза у этого петушары крашеного, бля, как в душу смотрят.       — Да, конечно, мне очень приятно, что я с человеком, который угрожал мне и чуть ли не выбросил все вещи в унитаз, — саркастично выдает Минхо, отсаживаясь, пока Джин двигается обратно. — Не приближайся ко мне.       — Тебя, бля, забыл спросить. Ты это, тут давай не шурши языком, а то как вмажу, отлетишь нах к окну, — Хван усаживается рядом и держит стул ногой так, чтобы Минхо не сдвинулся с места.       Ли лишь огорчённо остаётся сидеть рядом. Темы им тоже дали готовые, поэтому оставалось только выбрать конкретную и выступить. Минхо думал, что надо, наверное, сказать Чанбину про проект, но видя, как Чан уже утыкается в телефон, понимает, что это сделают за него. А потом переводит свой взгляд на Хёнджина и грустно вздыхает, закрывая лицо руками. Его ждут увлекательные две недели с этим чудаковатым блатным чучелом. Ли, конечно, не исключал, что Хван отстанет и скинет всю работу на него одного, что было бы просто отличной новостью, но тот оказался не намерен даже зарекаться об этом.       — Ну чё, петушара, будем делать этот, ну бля, как его, доклад? — Хёнджин ухмыляется, ударяя Ли по плечу.       — Хочешь делать со мной работу, научись для начала разговаривать, — серьёзно говорит Хо, дёргаясь от чужой руки и скидывая её с себя. Он хмуро смотрит на Хёнджина и начинает писать что-то в тетрадке. Хван же хмыкает, убирает руки в передние карманы адидасовской спортивки: этот парень вообще любил носить адидасовские палёные костюмы.       — Бля, ты сам-то за базаром следи, в натуре. А то реально ботаник бля, я таких на дух не переношу, — фыркает Хёнджин, а потом почему-то замолкает, ведь понимает, что в его голове чиста произошла несостыковка, ведь он держит Минхо рядом, а сам ерунду эту, ёпт, несёт. Чё за хуйня…? — Ой, ты это, ну ёпта, отвали нахер. Сам разберусь, понял, не? И вообще, как это, бля, мне нужно говорить? У меня ж, в натуре, чёткая пацанская речь.       — Хотя бы без мата, а то я не могу уже, у меня уши гнутся, — Хо смотрит на Хвана хмурым котом, поджимая губы. Его глаза выражают просьбу, а Хёнджина эти фары в натуре манят.       — Ну забились, в натуре… Постараюсь фильтровать базар, — Хван хмурится и тяжело вздыхает. Как на него это вообще, бля, сработало? Выебала всё-таки жаба гадюку, ёпта. — А чо делать-то? Я ж, бля, в этом, бля… Ой, ну это, э-э-э-э… Не, ну ёпт, я ж не знаю.       — Спасибо, что стараешься. Ты же умеешь пользоваться телефоном и интернетом? — Минхо смиренно вздыхает, смотря на парня, пока тот много раз кивает. — Дурачок. Тогда мы справимся, если ты будешь мне помогать.       — Да, ёпт… Э-э-э, конечно буду, я ж не чмошник, чтоб хернёй страдать, я не Алёша, — Хёнджин говорил это слишком гордо, от чего даже не заметил, что его обозвали. Эти ебучие фары, что смотрят на него с такой надеждой, бля, заставляли Хвана глупо улыбаться.       Ли впервые заметил, что этот парень бывает не только грубым, но ещё и дурачком. Смотреть на его улыбку было приятно, ведь Хёнджин превращался в приятного парня, который просто своеобразно разговаривает. С какой-то стороны это было даже мило, но Минхо всё ещё относился к нему настороженно, ведь мало ли, что может учудить этот парень, а Чанбина рядом не было.       — Когда встретимся, чтобы начать работать? — интересуется Минхо, размышляя, что может дать Хёнджину за работу. — И где?       — Ну ты чё это, бля, у меня спрашиваешь? Я чё, ебу что ли? Ой сорянчик, ну короче, я не знаю. Чё ты думаешь по этому поводу? — Хван честно, в натуре, напрягается выдавливать из себя меньше матов, но не может, ведь мат с ним шёл ещё с рождения, ёпт.       — Тогда мы можем собраться у меня на выходных и всё сделать, а после я бы тебя уже не трогал, как и ты меня. Как тебе идея? — Минхо напрягается очень сильно. Это, конечно, было смело, пригласить Хёнджина к себе домой. Ведь дома у него был только Чанбин, а тут это чучело. — Или в…       — Не-не-не-не, забились, у тебя в натуре будет заебца. Я, это, нормально себя вести буду, отвечаю, я ж чёткий пацан. Бля, буду, говорю тебе.       — Я тебе верю, Хёнджин, — говорит Минхо, вздыхая. Ну, вот и кто тебя, Минхо, за язык тянул, а? Вот теперь сиди и жди выкрутасов от этого парня. Чёткий он парень, ага, клоун местный, да и только.       Хван же был чиста другого мнения, кардинально. Для него, как для чёткого пацанчика, было важно выполнять обещания, поэтому он всегда, бля, их выполнял, а не валял Васю. Хоть он и нихрена не понимал, что от него будет нужно Минхо, но раз этому смазливому пидорку нужна помощь, он поможет, в натуре. Для него это было не сложно, ведь главное объяснить же, что от него будут требовать и тогда будет заебца.       В выходные Хёнджин уже стоял перед домом Минхо с какими-то, бля, чёткими мазёвыми цветами, что сорвал с клумбы в каком-то парке, а также с конфетами, которые сам, кстати, выбирал, в натуре. Он, конечно, не уверен, что они будут вкусными, но ёпта, не виноват он, если чё. Он мнется на пороге дома и звонит в звонок, ожидая, когда ему откроет Минхо, но ёпт, перед ним возникает его мать, что мягко улыбается. Парень смотрит на неё и в натуре бледнеет, ведь такой красоты, бля, никогда ещё не видел.       — Ты Хёнджин? Проходи, Минхо говорил, что ты придёшь, — мягко говорит женщина, пропуская парня внутрь. — Любишь спортивные костюмы?       — Э-э-э-э… Ну они чёткие такие… Э, крутые прям, — отвечает Хван, натягивая улыбку и поправляя свой костюм. — А, ну это вот, это, короче, вам… Цветы там мазёвые вроде, ну, сам нашёл… Чтоб вас, там, ну это, как его, там, чиста порадовать… И, ёпт, вот конфеты.       — Ты смешной, Хёнджин, спасибо за цветы с городской клумбы, мне приятно. Давай проходи, не стесняйся, — женщина отправляет Хёнджина в сторону комнаты Минхо, пока сам Джин находился в ахуенезе с того, что вокруг него такой огромный светлый и просторный дом.       — Нихрена се у тя хата, конечно, мазёвая. Такая чёткая, ёбнешься, — говорит Хёнджин, как только заходит в комнату. В него тут же летит какая-то хрень, которую он ловит и кидает обратно парню. — Ты чё бросаешься, а? Берега совсем попутал что ли?       — Не выражайся, у меня родители дома, — хмурится Минхо, пока сам Джин резко вскидывает брови и сжимает зубы.       — Бля, ёптать, я забыл. Во придурок, в натуре. Лан, чё там делать-то надо? — Хёнджин садится на кровать Минхо, доставая из кармана свой телефон.        Доклад был не сложным, ведь тема оказалась Минхо знакома, поэтому дело продвигалось достаточно быстро. Сложность была в самом Хёнджине, что постоянно отвлекался, что-то спрашивал и вёл себя так заинтересованно, что Минхо это пугало ещё сильнее, чем внимание до этого. Минхо пытался сосредоточиться на своей задаче, но вот же ж, Хван не давал этого сделать.       С горем пополам они сделали этот доклад вместе и Минхо выпроводил этого дурачка домой, беря с него обещание, что тот напишет, как дойдёт хотя бы к дому. Ли же устало выдыхает и смотрит на маму, что хихикала от того, что Минхо краснел каждый раз, когда слышал мат.       — Мам, вот не надо смеяться. Я уже не знал, куда себя девать. Он такой дурак, — устало стонет Минхо, садясь за стол.       — А ещё, он принёс мне цветы с клумбы и какие-то конфеты, — улыбается женщина и хвастается подарками.       — Господи… Какой же он дурак, блин, — ещё больше стонет Минхо, падая лбом в стол, пока сам улыбается, ведь это чучело приготовило для его мамы подарок и даже старалось делать вместе доклад. — Мам, он такой дурачок, как мне с ним вообще общаться?       — А зачем тебе с ним общаться? — поинтересовалась женщина, убирая подарки на свои места.       — Он от меня не отстаёт, постоянно рядом ошивается и несёт какую-то чушь. Мам, что мне делать?       — Хм, так ты же ему нравишься, разве не видишь?       — Упаси господь, если я начну с ним встречаться! Никогда, мам! Даже не думай! — вскрикивает Хо, краснея, и сбегает в свою комнату.        «НЕТ! ДА ТАКОГО ПРОСТО НЕ МОЖЕТ И БЫТЬ!», — мысленно кричит Минхо, падая на кровать и пиная её.