Диегезис

      Все актеры, члены съемочной группы и помощники, которых Шэнь Цяо когда-либо видел, собрались вокруг Юйвэнь Юна и Юйвэнь Цина на срочное совещание. Некоторые из старших актеров и членов съемочной группы переговаривались между собой, недоумевая, что же такого важного могло произойти. Юйвэнь Юн окинул взглядом собравшихся и обратился к Юйвэнь Цину, который что-то записывал в свой планшет.       — Ты расскажешь нам, зачем мы здесь, или мы будем ждать до обеда? — скрестив руки, спросил Янь Уши.       — Кто слил информацию в Orange Daily? — без предисловий спросил Юйвэнь Юн.       По толпе пронесся шепот, некоторые актеры устремили друг на друга обвиняющие взгляды.       — Все вы подписали соглашения о неразглашении. Это было частью ваших контрактов. Студия контролирует запросы СМИ, поэтому никто из вас не имеет права общаться с прессой.       — Чэнь Гун, ты какой-то бледный. Не хочешь в чем-нибудь признаться? — улыбнулась Бай Жун.       — Что?! Нет! Зачем мне разговаривать с прессой?       — Не знаю, — недоверчиво сказала Бай Жун. — Я ведь не сказала, что ты общался с прессой, так откуда ты узнал…       — Режиссер Юйвэнь буквально только что сказал…!       — Мужун Цинь постоянно разговаривает по телефону, — сказал из толпы Ли Цинъюй.       — Эй! — рявкнул Мужун Цинь.       — Наверняка это был Янь Уши, — мрачно сказал Чэнь Гун.       — Неправда, — насмешливо хмыкнул Янь Уши.       — Может быть, нам стоит попросить виновного признаться с глазу на глаз… — тихо предложил Шэнь Цяо.       — Это не весело, — надулась Бай Жун.       — Это точно был Янь Уши! — не унимался Чэнь Гун. — С самого начала съемок он доставлял нам немало хлопот. И переодевания, и сердечные приступы, и…! И…! Он поцеловал Шэнь Цяо!       — И я сделаю это снова.       — Пожалуйста, не надо, — попросил Шэнь Цяо, и Янь Уши лишь рассмеялся.       — Я достаточно долго работаю с Янь Уши, чтобы понять: если бы это был он, утечка была бы гораздо серьезнее, — сказал Юйвэнь Юн. — К тому же везде бы тогда фигурировало его имя.       — Если я вне подозрений, то зачем ты меня разбудил?       — Мы оба знаем, что ты не спал, — возразил Юйвэнь Юн.       — Я возвращаюсь в свой трейлер, — вздохнул Янь Уши, выходя из толпы. Не оборачиваясь, он махнул рукой. — Дайте мне знать, когда мы найдем кого-нибудь, чтобы казнить.       — Какая токсичная рабочая атмосфера, — пробормотал Мужун Цинь.       — Может, это была Ин-Ин! — воскликнула Бай Жун.       — Что?! — удивилась Чжао Чиин. — Нет!       — Чиин — опытный человек, к тому же ее не было на съемочной площадке во время упомянутых в статье инцидентов. — Юйвэнь Юн сузил глаза. — Больше всего я подозреваю новичков.       — Ой, — сказала Бай Жун. — Ну, это была не я. Ты ведь ручаешься за меня, Шэнь-лан?       Шэнь Цяо потер лоб, чтобы ничего не отвечать.       — Статисты! — крикнул Юйвэнь Юн. Он казался очень раздраженным.       Все статисты выпрямились.       — Знайте, если я узнаю, что кто-то из вас допустил утечку информации, вы будете немедленно уволены и не получите свою зарплату. Студия тоже внесет вас в черный список. Вы меня поняли?       — Да, режиссер Юйвэнь, — хором ответили они.       — Если кто-то захочет признаться или если кто-то что-то знает, вы знаете, где меня найти. А теперь, если сегодня ваш рабочий день, приступайте к подготовке. Если нет, то вы свободны.       Большая часть толпы разошлась, но Шэнь Цяо и Бай Жун остались.       — Боже мой, — внезапно сказала она. — Шэнь Цяо, ты не…?       — Что «не»?       — Ты же не сливал информацию? Это всегда делают молчуны… Я расскажу об этом режиссеру Юйвэнь!       — Эй, Бай Жун!       Но она уже убежала, хихикая.       До конца октября они сосредоточились на сцене с мостом, которую Шэнь Цяо одновременно ждал и боялся с самого начала съемок. Ему приходилось просыпаться в четыре часа, чтобы к пяти успеть нанести грим и надеть костюмы, а затем целый час работать со страховкой под присмотром И Бичэнь и Ли Цинъюя.       Шэнь Цяо должен был подойти к мосту, а затем, когда мост начнет смещаться, прыгать с уступа на уступ, пока мост не рухнет. Ему оставалось лишь с трудом перебраться на другую сторону и взобраться на платформу на противоположной стороне подземелья.       Последний час он провел в снаряжении, выполняя боевую хореографию на твердой земле, а Ли Цинъюй критиковал его технику при каждом удобном случае.       — Дай ему передохнуть, — в конце концов сказала И Бичэнь. — Сложно представить, что пол уходит у тебя из-под ног, пока это не происходит на самом деле. Во всех остальных сценах он выглядел великолепно.       Ли Цинъюй надулся.       — Я все равно благодарен тебе за помощь, — кивнул Шэнь Цяо.       — Если И-лаоши говорит, что все хорошо, значит, так оно и есть, — ответил Ли Цинъюй.       — Ты готов отправиться на съемочную площадку? — К ним подошел Юйвэнь Юн. — Помощники уже почти готовы.       — Думаю, я готов.       Они все отправились на площадку, чтобы переправить его через мост. Ну, это было нечто похожее на мост.       Помощники, главный плотник и отдел графики совместными усилиями построили эту декорацию с нуля. Пол был покрыт ярко-зеленой тканью, чтобы художники по спецэффектам могли легко заменить его бездонной ямой, а «мост» на самом деле представлял собой кучу подвижных платформ в метре или около того от пола. Возле каждой подвижной части моста стояли одетые в зеленые комбинезоны помощники, готовые толкать или тянуть свой блок прямо из зоны досягаемости Шэнь Цяо.       — Не торопитесь, — сказал Юйвэнь Юн. — Помощники не знают хореографии, поэтому вам с И Бичэнь нужно будет объяснять им, куда и когда двигаться. Мы будем снимать, но у нас есть пара дней на эту сцену, так что пока не заботьтесь о том, чтобы все сразу выглядело хорошо.       Шэнь Цяо кивнул.       Юйвэнь Юн крикнул «Мотор!», Мужун Цинь поднял карточку с названием сцены, затем Юйвэнь Юн указал на Шэнь Цяо, давая ему понять, что он может начинать. Шэнь Цяо ступил на первую платформу и прошел примерно половину пути по мосту.       — Первая и последняя секции должны сдвинуться с места, — сказала И Бичэнь.       Шэнь Цяо бросил взгляд назад, чтобы увидеть, как помощник в начале моста откатывает свою платформу в сторону.       — Разве мост не должен сначала задрожать? — напомнил ей Шэнь Цяо.       — Ах, да, тогда начнем сначала.       Помощники встали на исходные позиции, и Шэнь Цяо вернулся к началу моста, чтобы они могли попробовать еще раз.       Они попытались снова, и на этот раз Шэнь Цяо удалось запрыгнуть на движущуюся платформу. Но потом Юйвэнь Юн сказал, что помощникам нужно приседать ниже и не сдвигаться так далеко влево. Так что им пришлось делать все еще раз. Снова, снова, снова…       Они приступили к съемкам только к двум часам, и к тому времени все уже выдохлись от усилий, затраченных на толкание и перекатывание платформ. Поэтому Юйвэнь Юн велел всем пойти на обед.       По его словам, им все равно нужно было напустить тумана на декорации, но не стоит расслабляться.       Шэнь Цяо взял себе тарелку вегетарианских пельменей со стола, где подавали еду. Он пожалел, что не взял с собой книгу, так как в этот день никто больше не работал. Тишина была приятной, но с книгой было бы еще приятнее. Он вздохнул, но отправил пельмень в рот.       Не прошло и пяти минут, как он услышал голос Янь Уши, раздававшийся рядом с креслом режиссера.       — Что вы все бездельничаете? Разве мы не снимаем фильм?       — Юйвэнь Юн позволил нам отдохнуть, — сказал один из помощников.       — Что за проект он тут организует? — насмешливо усмехнулся Янь Уши. — Шэнь Цяо, что ты делаешь? Разве ты не должен быть весь обвязан страховочными тросами?       Шэнь Цяо оттянул воротник верхнего халата в сторону, чтобы показать свою экипировку.       — Пожалуйста, не говори Чиин, что я ем в своем костюме.       — О, непременно расскажу, — сказал Янь Уши, приблизившись. — Никогда бы не подумал, что у тебя хватит смелости раздеться передо мной.       Он с интересом рассматривал расстегнутую одежду Шэнь Цяо. Шэнь Цяо закатил глаза и поправил одежду.       — Что ты здесь делаешь в свой выходной?       — Ты скучал по мне?       На лице Янь Уши снова появилась раздражающая снисходительная улыбка. Она могла бы быть очаровательной, если бы не сопровождала такие бесстыдные слова. Когда Шэнь Цяо ничего не ответил, Янь Уши цокнул языком и спросил:       — Сан Цзинсин сказал, что приедет на этой неделе. Ты не видел его?       — Нет, не видел. Зачем ему приходить на съемки?       — Просто чтобы посмотреть, как идут дела, проверить ежедневные задачи, насколько мы отклонились от сценария. Возможно, он донесет на нас большим шишкам в корпорации.       — Мы не настолько отклонились от сценария, — сказал Шэнь Цяо.       Янь Уши приподнял бровь. Шэнь Цяо вспомнил, насколько не по сценарию действовал Янь Уши во время их последней совместной сцены, и ему пришлось сдерживать выражение своего лица.       — Я имею в виду, по большей части. Несколько сцен — да, но в основном… — Он почувствовал, как его лицо начало пылать.       — Уверен, он найдет, к чему придраться. А ты знаешь, каково это. Корпорация никогда не бывает довольна, даже если говорит, что все хорошо.       Шэнь Цяо не знал, как все было на самом деле. Он просто делал то, что просил режиссер.       — Почему ты так смотришь на меня? Ты ведь скучал по мне, правда?       — Я был слишком занят, стараясь не упасть замертво, чтобы скучать по кому-то, — покачал головой Шэнь Цяо.       Янь Уши бросил взгляд на площадку и задумался.       — Ты не умрешь на такой высоте. Все равно на тебе снаряжение.       — У меня болят подмышки, — неловко сказал Шэнь Цяо. Ремни впивались в сухожилия каждый раз, когда его поднимали вверх.       — А что насчет паха?       Шэнь Цяо хотел уйти! Он хотел уйти прямо из павильона! Ведь Янь Уши был прав! Насколько неудобными были ремни для груди и рук, настолько же неудобными они были для бедер. В прошлый раз он неделю мучился от боли, и ожидал, что в этот раз будет то же самое.       — Все в порядке, — коротко ответил он и запихнул в рот еще один пельмень.       Янь Уши будто только что осознал, что Шэнь Цяо держал в руках тарелку с едой, и посмотрел на нее так, словно она подкралась к нему незаметно.       — Хочешь? — Шэнь Цяо протянул ему тарелку, но Янь Уши вдруг нахмурился.       — Нет.       — Ах, да. У тебя наверняка тоже есть диета, которой нужно придерживаться.       Шэнь Цяо откусил половину пельменя, намереваясь доесть его за два захода, но Янь Уши схватил его за запястье и съел остатки из его руки. У Шэнь Цяо отвисла челюсть.       — Не очень вкусно. А пельменей со свининой нет?       Шэнь Цяо попытался отдернуть руку, его уши горели, но Янь Уши не отпускал его.       — Зачем ты это сделал! Я бы дал тебе целую!       — В чем же тогда веселье? — рассмеялся Янь Уши.       — Какое веселье? — пробурчал Шэнь Цяо.       Янь Уши взглянул поверх плеча Шэнь Цяо и отбросил его руку.       — Сан Цзинсин здесь. — Он оставил Шэнь Цяо, не сказав больше ни слова.       Шэнь Цяо покачал головой и поднял руку, чтобы потереть виски, но тут же вспомнил, что именно из этой руки ел Янь Уши. Он вытер жир и слюну о бедро и выругался, когда понял, что оставил след на костюме Чиин.       О чем Янь Уши должен был поговорить с Сан Цзинсином, можно было только догадываться. Но в течение следующих нескольких часов Сан Цзинсин и Янь Уши то появлялись, то исчезали из съемочного павильона, часто вдвоем, и ни один из них не выглядел особо счастливым.       В перерывах между дублями Сан Цзинсин подзывал Шэнь Цяо, чтобы спросить его мнение об изменениях или о том, как, по его мнению, Вэнь Цзе может реагировать в определенных ситуациях.       — Мы добавляем в фильм новые сцены?       — Руководство обеспокоено тем, что в сюжете не хватает боевых сцен.       — Разве весь фильм — это не серия боевых сцен?       — Это точно, — усмехнулся Сан Цзинсин. — Они хотят добавить пару боевых сцен для Сяо Хуа и намекают на возможность совместного боя с вами обоими.       — Разве не логичнее было бы Цао Фэну сразиться вместе с Вэнь Цзе?       — Да, неплохо бы. Я передам им эту идею. Я также беспокоюсь о постановке боев, так как Янь Уши начинает нервничать в страховке.       — Правда?       — Только не говори ему, что я тебе рассказал об этом.       — Конечно, — усмехнулся Шэнь Цяо.       — Спасибо за помощь. — Сан Цзинсин легонько ткнул кулаком в плечо Шэнь Цяо, чем вызвал у того удивление, но затем улыбку.       Раньше он не знал, что думать о Сан Цзинсине. Судя по тому, что говорил о нем Янь Уши, он был безжалостным писателем, которого заботил только статус и стремление пробить себе дорогу к славе. Но, судя по общению с Шэнь Цяо, он выглядел совсем иначе: человек со своим видением, который хотел создать что-то великое, даже если ему приходилось идти на уступки, чтобы угодить тем, у кого были деньги. Он был дружелюбным человеком, и Шэнь Цяо посчитал это весьма приятным.       На следующий день Сан Цзинсин спросил его, не согласится ли он снять сцену в замкнутом пространстве, которое медленно заполняется песком.       — Это довольно банально, но у Фэндянь есть декорации, оставшиеся от «Даосского Мастера», так что можно сразу же приступить к съемкам. — Он помахал своими записями, как будто отгоняя эту мысль. — Если у тебя клаустрофобия, то мы можем попробовать придумать что-нибудь другое.       — Нет, я не особо боюсь замкнутых пространств.       — Ты умеешь плавать?       — Да.       — Хм. Может быть, мы сможем рассмотреть возможность съемок в бассейнах. Спасибо, я скоро вернусь. — Он погладил Шэнь Цяо по голове, что снова привело Шэнь Цяо в замешательство.       В следующий раз, когда они разговаривали, Сан Цзинсин обнял Шэнь Цяо за плечи и рассказал о пересмотре основных боевых сцен. Когда Шэнь Цяо напомнил ему, что они уже отсняли большую часть сцен, тот лишь отмахнулся.       — Если изменения согласуют, им придется согласиться предоставить тебе дополнительное съемочное время. Не волнуйся, ладно?       В следующий раз Сан Цзинсин вывел Шэнь Цяо со съемочной площадки, обняв его за талию, чтобы поговорить наедине. Шэнь Цяо было немного не по себе, но Сан Цзинсин казался тактильным человеком, и он не хотел ставить его в неловкое положение, особенно когда тот так усердно работал над фильмом.       Юйвэнь Юн обратил внимание на это и между дублями обратился к Шэнь Цяо.       — Что происходит с Сан Цзинсином? — спросил он, сразу переходя к делу.       — Что вы имеете в виду?       — О чем вы все время говорите?       — Об изменениях в сценарии.       — Об изменениях в сценарии?       — Да, разве он вам ничего не сказал?       — Выше уже были какие-то разговоры, но сейчас уже поздновато.       — Именно это я ему и говорю.       — Какие бы вы изменения ни обсуждали, не следует воспринимать их всерьез, — прищурился Юйвэнь Юн.       — Конечно.       Внезапно Юйвэнь Юн принял очень озабоченный, почти расстроенный вид.       — Просто не позволяй ему отвлекать тебя во время дублей, ладно? — вздохнул он. — Сконцентрируйся.       Шэнь Цяо не понял, что он имел в виду, но прежде чем он успел попросить уточнить, Юйвэнь Юн призвал всех вернуться на съемочную площадку.       К среде они почти закончили работу над сценой с мостом, и это было прекрасно. Шэнь Цяо был рад, что работа идет так быстро, даже если они и выбились из графика. Они потеряли полдня, когда две платформы столкнулись друг с другом, повредив ножки. Плотника чуть не хватил удар, когда режиссер Юйвэнь позвал его проверить.       Но как только платформы были отремонтированы, Шэнь Цяо и остальные члены съемочной группы сосредоточились на том, чтобы сделать все в точности так, как им было приказано. Сан Цзинсин все еще крутился рядом, приставая к Юйвэнь Юну то с тем, то с другим, напоминая ему о том, как должен быть освещен каждый персонаж, как должна быть связана история.       Они только что закончили съемки, все были измотаны. Но, как обычно, Янь Уши зашел приставать к Шэнь Цяо, как он делал каждый день на этой неделе. Он пожаловался, что у Шэнь Цяо его банный халат, чем вызвал множество странных взглядов со стороны съемочной группы.       — Пожалуйста, хватит вламываться в мой трейлер, — негромко сказал Шэнь Цяо, надеясь, что все перестанут на них пялиться.       Краем глаза он заметил, как Юйвэнь Юн сжал переносицу. По правде говоря, за последние три дня Шэнь Цяо очень сильно уставал, поэтому каждую ночь просто падал в постель. Если Янь Уши и оставил свой халат в трейлере Шэнь Цяо, то он его не видел.       — Ну так отдай его, тогда мне не придется вламываться в твой трейлер.       — Я вечером занесу его обратно. Где ты его оставил?       — Разве ты не помнишь?       — Если ты не хочешь забирать его, так и скажи.       — Я зайду за ним вечером. Дождешься меня?       Шэнь Цяо тяжело вздохнул. Он уже собирался уйти, когда к ним присоединился Сан Цзинсин.       — Отлично, я поймал вас обоих.       — Тебе что-то нужно? — бесстрастно спросил Янь Уши.       — Да, мы уже говорили об этом раньше, помнишь? — закатил глаза Сан Цзинсин.       Янь Уши только хмыкнул в ответ.       — Следующий проект, — напомнил Сан Цзинсин.       — Я помню.       — Ты ведь не передумал?       — Уже трижды или даже четырежды.       — Новый проект? — спросил Шэнь Цяо, решив, что Сан Цзинсин ничего не добьется от Янь Уши.       — Студия хочет еще больше его бредней, — ответил Янь Уши. — Я согласился взглянуть на это, когда все будет готово, но не думаю, что подпишу контракт.       — О, как интересно, — сказал Шэнь Цяо, чтобы смягчить недовольство Янь Уши. — Поздравляю.       — Спасибо. Видишь, дядюшка Янь? Вот как следует реагировать, когда тебе сообщают хорошие новости.       — Хорошие новости?       — Я хочу, чтобы ты сыграл отца, — сказал Сан Цзинсин.       — Второстепенного персонажа?       — Да.       — Нет. Я уже занят до следующего года. — Янь Уши взглянул на Шэнь Цяо. — Может, тебе стоит спросить А-Цяо о его планах на будущее?       — Я как раз собирался.       Янь Уши улыбнулся и заложил руки за спину.       — Ну что ж, тогда я оставлю вас наедине.       Губы Сан Цзинсина скривились. Когда Янь Уши ушел, Сан Цзинсин обнял Шэнь Цяо за плечи и направился прочь от площадки в более спокойное место.       — Ты ведь свободен в следующем году, не так ли? Фэндянь хочет еще один фильм в жанре уся, но в этот раз что-то менее насыщенное экшеном, более психологическое.       — О, это отличается от того, что ты обычно пишешь, — отметил Шэнь Цяо.       По мере того как они направлялись к выходу из павильона, свет становился все тусклее, звуки смеющихся людей и движущихся декораций стихали. Шэнь Цяо было интересно, разойдутся ли они с Сан Цзинсином, когда дойдут до двери, или будут обсуждать происходящее до самого трейлера Шэнь Цяо.       — Да. Изначально я собирался написать роль для Бай Жун, как и в этот раз, но она решила отдохнуть от съемок. К тому же, ты меня очень удивил.       — А? Надеюсь, в хорошем смысле, — склонил голову Шэнь Цяо.       — Да. Сначала я сомневался. Большинство людей, подобных тебе, полагаются на свою внешность, чтобы добиться успеха в этой индустрии.       Шэнь Цяо неловко рассмеялся.       — Я с удовольствием напишу роль для тебя. И я бы обсудил это со студией. Я дам им знать, что ты не хочешь устраивать весь этот цирк для прессы. Не обещаю, но могу замолвить словечко. По крайней мере, устрою тебе прослушивание.       Шэнь Цяо моргнул, и его улыбка стала искренней.       — Правда?       — Да, конечно. В этот раз тебя обманули. Это не совсем честно. — Он потрепал Шэнь Цяо по плечу.       — Я был бы признателен. Правда.       — Конечно. — Он выглядел немного расслабленным. — Но мне нужно кое-что взамен, — сказал Сан Цзинсин чуть тише.       — Хорошо, — ответил Шэнь Цяо.       Сан Цзинсин слегка усилил хватку и повел Шэнь Цяо к выходу.       — Давай пойдем ко мне?       — Ох. — Шэнь Цяо споткнулся о свои ноги. — Зачем?       — Чтобы ты мог оказать мне ответную услугу. — Его рука опустилась на зад Шэнь Цяо и сжалась. — Даже несколько.       — Ты…! — Шэнь Цяо оттолкнул Сан Цзинсина.       — Что? — рассмеялся тот. — Ты не хочешь, чтобы я написал для тебя роль?       — Дело не в этом!       Смех Сан Цзинсина утратил свой задор.       — Нельзя получить что-то за просто так. Пойдем.       — Я не пойду с тобой, — сказал Шэнь Цяо. — Ты…       Прежде чем Шэнь Цяо успел остановить его, Сан Цзинсин прижал его к стене.       — Люди подобные тебе — худшие, — сказал он. — Вы вечно выставляете это напоказ и думаете, что весь мир вам должен.       — Отстань от меня, пожалуйста.       — Ха! Пожалуйста! — Сан Цзинсин провел рукой по щеке Шэнь Цяо и запустил пальцы в волосы, когда Шэнь Цяо попытался отстраниться. — Это в тебе самое раздражающее. Ты ведешь себя мило и вежливо, но я знаю, что в глубине души ты такой же, как и все остальные. Тебе нужна другая роль. Я предоставлю ее тебе.       — Мне она не нужна. Я самостоятельно найду себе другую роль. — Шэнь Цяо ударил Сан Цзинсина по руке.       — Ах, ты собираешься сопротивляться? Это весело.       — Отпусти меня, — потребовал Шэнь Цяо, ударив Сан Цзинсина локтем.       На долю секунды Сан Цзинсин отстранился, и Шэнь Цяо оценил свои шансы на победу в этой драке.       Сан Цзинсин, конечно, был выше — макушка Шэнь Цяо едва доходила до уровня его глаз, — но он не был таким широкоплечим и сильным, как Янь Уши. Если бы у Шэнь Цяо было пространство для маневра, он бы уже давно вырвался! Но у этой стены…       — Это уже не мило. Веди себя хорошо, иначе я рассержусь, — прошипел Сан Цзинсин, сузив глаза.       Его улыбка была едкой, настолько фальшивой, что Шэнь Цяо было невыносимо смотреть на нее. Он ударил Сан Цзинсина в плечо и оттолкнул его, а другой рукой ударил его в локоть. К несчастью, этот удар стоил ему терпения Сан Цзинсина.       — Чертов провокатор. — Он схватил Шэнь Цяо за рубашку и снова толкнул его обратно. — Разве ты не должен быть благодарен? Разве ты не хочешь получить роль? Всего лишь небольшое развлечение для двух коллег.       Он встряхнул Шэнь Цяо. Шэнь Цяо скривился в отвращении. Когда Сан Цзинсин опустил руку, чтобы схватить Шэнь Цяо за одежду, тот, воспользовавшись самоуверенностью Сан Цзинсина, развернувшись, чтобы       Сан Цзинсин оказался спиной к стене. Шэнь Цяо собирался отступить, но Сан Цзинсин потянулся к нему со словами:       — Дрянь, делай, что тебе говорят!       Тогда Шэнь Цяо ударил его по лицу, а затем, задрожав, произнес:       — Пожалуйста, оставь меня в покое.       Сан Цзинсин был слишком занят, зажимая кровоточащий нос, чтобы встать на пути Шэнь Цяо, поэтому тот стремительно зашагал обратно к своему трейлеру. На протяжении всего пути его мысли бешено крутились в голове.       Почему это произошло? Он назвал Шэнь Цяо провокатором. Неужели Шэнь Цяо сделал что-то такое, что заставило Сан Цзинсина подумать, что он готов к подобным отношениям? Говорил ли Сан Цзинсин правду? Неужели это был его единственный шанс получить новую роль?       Шэнь Цяо покачал головой, расхаживая по трейлеру. Нет, будут и другие фильмы, и другие роли. Даже если Шэнь Цяо придется играть небольшие роли в бюджетных постановках. Он всегда может вернуться в университет!       Шэнь Цяо выдохнул, но тут же почувствовал, как в груди закипает гнев. Он распахнул дверь своего трейлера и вышел.       В дверь Янь Уши настойчиво постучали. Он взглянул на часы. Он не ожидал, что все пройдет так быстро. Неужели они решили заключить сделку прямо на съемочной площадке? Янь Уши невесело усмехнулся. А это его еще называли бесстыдным. Он налил себе стакан виски и закатил глаза, когда стук повторился.       — Янь Уши, открывай! — громко крикнул Шэнь Цяо. — Я знаю, что ты там!       — От… — Шэнь Цяо ворвался в дверь, — …крыто…       Янь Уши бросил на него укоризненный взгляд. Шэнь Цяо выглядел не таким растрепанным, как ожидал Янь Уши. Если не считать красного лица и хмурого взгляда, он выглядел вполне пристойно.       — Ты знал!       — Я много чего знаю, но тебе лучше уточнить. — Янь Уши сделал глоток своего напитка.       — Ты оставил меня с ним, и ты знал! Ты знал, что он попытается…       Янь Уши ничего не ответил.       — Янь Уши, почему ты…       — Я лишь хочу помочь тебе понять, как работает эта индустрия.       Шэнь Цяо был обескуражен.       — Я уже знаю, как устроена эта индустрия. Если ты не знаешь, я работаю уже почти десять лет…       — В ничтожных проектах, не стоящих своего бюджета, в ролях настолько маленьких, что приходится прищуриваться, чтобы увидеть твое имя в титрах.       Рот Шэнь Цяо приоткрылся в попытке сказать слова, которые он не мог заставить себя произнести.       — Сан Цзинсин имеет большой авторитет в индустрии, — продолжил Янь Уши. — Если он поручится за тебя, ты гарантированно пройдешь прослушивание.       — Это неправильно! Он и с другими актерами так поступает?       — Конечно! — Янь Уши грохнул стаканом по столу. Он ткнул пальцем в Шэнь Цяо. — Как, по-твоему, твоя подружка получила свою роль? Думаешь, студия согласилась бы подписать с ней контракт, если бы у нее не было личных связей с Сан Цзинсином? Вот как работает индустрия! Ты должен поблагодарить меня!       — Хватит кричать! — прокричал Шэнь Цяо. — Почему ты так говоришь? Я должен благодарить тебя?! Ты знаешь, как это мерзко и ужасно! Это унизительно!       — Ты должен поблагодарить меня!       — За что?       — Потому что, по крайней мере, Сан Цзинсин идет напролом!       Когда он понял, что сказал, вся кровь отхлынула от его лица.       — Какая разница? — зашипел Шэнь Цяо, видимо, почувствовав внезапную перемену настроения Янь Уши. — Это неправильно. Я не хочу играть роль, потому что переспал с кем-то.       — Тогда ты идиот. Для таких маленьких актеров, как ты, это единственный способ добиться успеха. Что, Сан Цзинсин не в твоем вкусе?       — Вкус не имеет значения, если я не хочу, — поморщился Шэнь Цяо.       — Ты ждешь от меня извинений?       — Похоже, что нет, — огрызнулся Шэнь Цяо.       — Тогда что ты здесь делаешь?       — Я сообщаю тебе, как я зол на тебя.       — Сообщение получено, — холодно сказал Янь Уши.       — Отлично.       — А теперь убирайся.       Шэнь Цяо моргнул, а затем протяжно выдохнул, словно выпустил все напряжение и гнев. Перед тем как выйти из трейлера, он оглянулся через плечо и сказал:       — Приятного вечера, Янь Уши.       Янь Уши долго смотрел ему вслед. Что он за человек такой, что так прямо говорит, что зол, а потом желает спокойной ночи? Янь Уши усмехнулся, поднял свой стакан и допил остатки виски.