Часть 11
28 августа 2025 г., 16:20
Иван не думал. Нет, он действительно не думал, что Альфред завёл его сюда для такой просьбы. Ещё раз? Серьёзно?
Значит, ему не хватило той порции поцелуев? Таких мокрых и настойчивых, из-за чего кожа до сих пор побаливала. Он действительно сошёл с ума.
Осмеливаясь встретиться с такими притягательными голубыми глазами, Брагинский неуверенно отозвался:
- То есть ты для этого меня искал?
Был ли смысл в озвученном? А в ответе? Одному Богу ясно, честное слово. Никто из них уже не верил в разумность предпринимаемых ими действий.
Джонс смущённо хлопнул своими светлыми ресницами, будто не ожидая такой реакции, в который раз облизывая свои припухшие губы. Господи, неужели это Иван такую ранку оставил на них...?
- Ну не только для этого, - увильнул от ответа блондин, застенчиво хихикая. Чёлка упала на его глаза, прилипая ко лбу. Такой завораживающий вид.
Судорожно пытаясь устаканить свои разбушевавшиеся чувства и успокоить пыл, Иван прочистил горло, но это не помогло избавиться от характерной хрипотцы в голосе:
- Ты считаешь, что лучшие друзья так делают? - уже напрямую задал вопрос парень, сведя брови к центру лба.
Это, казалось, поставило Альфреда в особенно уязвимое положение, заставляя того на секунду засомневаться в своей просьбе. Правда, он никогда подобным образом себя не вёл. Как же это непривычно наблюдать.
Он с нервной резкостью взъерошил свои волосы, стараясь как будто не терять уверенности не только в тоне, но и в себе тоже:
- Я не уверен, - замолчав на мгновение, Джонс перевёл взор на шершавую стену позади русского, как бы избегая зрительного контакта, - наверное, нет.
И такой ответ перевернул что-то глубоко внутри Ивана. Вероятно, совсем не готовому к такому утверждению. Потому что это была правда.
Уже в нетерпении и волнении от затянувшегося молчания, Альфред робко повторил вопрос:
- Ну так что? Пожалуйста, можно?
Настолько нуждающийся голос ни разу не наблюдался от блондина, что изумило Брагинского. Происходит что-то немыслимое.
Если логически мыслить, смог бы отказаться русский впринципе? Ситуация повторяется и он даже не рассматривает такой вариант. Он на полном серьёзе позволяет этому случаться. Уже второй, чёрт возьми, раз.
Опустив голову, когда на него перевели вдруг пристальный взгляд, Брагинский лишь...кивнул. Снова. Ни в какую не получалось выдавить две простые буквы. Наверное, в силу всё ещё внутреннего отрицания своего согласия.
Тут же после последовала незамедлительная реакция. Так в стиле Альфреда, на самом деле.
Иван увидел, как загорелая рука упёрлась в его грудь, толкая внезапно назад. Всё также не поднимая головы, он просто послушно ступил, упираясь спиной в стену. Беспрекословно, даже не задавая лишних вопросов на этот "запрос".
Холод сразу же просочился сквозь кофту, но горячие руки, уже обхватившие его щёки, переключили фокус внимания, как бы побуждая взглянуть в глаза.
Джонс выглядел чрезвычайно привлекательно, особенно когда был охвачен волнением и взбудоражен. Словно перед Иваном был всё тот же пятнадцатилетний заводной подросток, своей искренней живостью и вместе с тем невинностью очаровывая окружающих.
К слову, этот навык далеко не утерян, переживать не стоит.
И в следующую секунду Брагинский зажмурил глаза, позволяя блондину накрыть его тёплые губы. Парень тут же вцепился обеими руками в край его футболки, а глаза зажмурились. Прямо как много лет назад, когда Альфред подрался, а Иван обрабатывал его раны.
В начале поцелуй был осторожный, будто Джонс пробовал на вкус. Мягко сминая губы, он провёл большим пальцем по скуле русского, пуская мурашки по телу.
Однако на этот раз, достаточно быстро темп с медленного сменился на чуть грубоватый. Как прошлым вечером, блондин надавил на челюсть парня, требуя впустить свой язык и мгновенно заполонил собой всё пространство.
В порыве желания, Альфред не оставил между ними зазора, вплотную прижимаясь к его торсу. От физической близости Брагинский стал теряться в моменте, повторяя то же самое, что и его друг.
С ума сошли. Они оба просто потеряли голову с этой учёбой и своей передружбой.
Оба одновременно выпустили вздох, когда их языки неожиданно сплелись. Влажный звук смутил Ивана и он отпустил футболку блондина, кладя ладони на его плечи.
Внезапно горячие руки подцепили края его кофты, пробираясь под, огладив его талию. Брагинский задрожал, сжимая его плечи, чувствуя, какой тот оказывается расслабленный.
Вместе с этим Альфред пробормотал в его губы:
- Можно, да? - и после этого отстранился, утягивая за собой тонкую струйку слюны, образовавшуюся между ними.
Поверить только, что всё это по-настоящему, а не воспалённое воображение.
Красный, запыхавшийся, разгоряченный - ровно как и его друг, Иван попытался отдышаться. Частый пульс теперь бился в висках, а тяга продолжить наседала с всё большей силой.
Он облизнул свои влажные губы, согласно промычав. Альфред неожиданно нежно пальцем убрал упавший на его глаза русый локон, заправляя за ухо. Нервы итак были на пределе, а здесь такой ласковый жест, выбивающий почву из-под ног и заставляющий плавиться на месте.
- Мне просто важно чувствовать человека, ну ты понимаешь, - смущённо посмеялся Джонс.
После чего - ещё один довольно красноречивый и жадный поцелуй. Альфред сразу же шумно выдохнул, скользнув ладонями вверх, к рёбрам парня.
Из Брагинского вырвался еле слышный скулёж и он зарылся рукой в мягкие волосы друга, оттягивая пряди. И сразу же поймал новый мокрый звук своим ртом. Другая кисть обхватила шею, под пальцами ощущалась тёплая влага. Судя по всему - пот.
Лёгкая щекотка заставила его извиваться в чужих руках, а скользкий язык облизнул нижнюю губу, проталкиваясь вовнутрь. Чистого рода наслаждение.
Русский не мог похвастаться своим обширным опытом в отношениях. Кажется, в старшей школе у него было что-то наподобие симпатии к одной девочке. И они даже стали "встречаться", если это можно было так назвать.
Вроде один раз у них состоялся поцелуй, который даже таковым не назовёшь. Банальное прижатие ртов: подвигать, облизнуть - на этом всё. В то время как у блондина, судя по всему, опыта в таких делах было намного больше.
До сих пор Иван помнил, как не любил выслушивать речи друга о том, как он сходил на свидание с очередной популярной девчонкой. Или как за углом школы его поцеловала красивая старшеклассница, ну или как он прижал к парте свою одноклассницу.
Задевали ли его тогда эти рассказы? Определённо. И он всегда старался абстрагироваться и приструнить себя.
Ну а что на сегодняшний день? Они вылизывают рты друг друга в каком-то закрытом уголке университета, под лестничным пролётом. И Альфред его трогает.
Интересно, а те девушки чувствовали то же самое, что и он сейчас? Срывало ли у них крышу, как у него сейчас?
Альфред, с особым нажатием на нижнюю линию подбородка парня, придавил его затылок к стене. Он вновь приобрел прежнюю доминантность и уверенность в своих действиях. Это заставляло коленки задрожать.
С громким причмокиванием Джонс вновь отстранился, просто глядя Ивану в глаза. То ли пытаясь мысленно совладать с эмоциями, то ли просто хоть немного успокоить свои чувства.
- Это хорошо, так ведь? - вдруг спросил он, склонив голову набок, изучая лицо парня. Его губы блестели от некоторого количества слюны, а в холодных глазах виднелся лихорадочный блеск.
Какой-то возбуждённый огонёк плескался во взгляде, но они не шли дальше "простых" касаний. Им, кажется, нужна была передышка. Или только Ивану.
Брагинский согласно угукнул, когда разгоряченная рука ласково зачесала пятёрней его волосы назад. Такой жест прямо раскумарил итак поплывшее и не особо устойчивое состояние парня.
- Очень хорошо, мне так нравится, - с застенчивой улыбкой пробормотал Альфред, ведя кистями с макушки друга вниз, поглаживая снова его талию, - мы же продолжим?
Как он может говорить настолько смущающие вещи таким нежным и нуждающимся тоном?
И снова кивок, за которым последовал более мягкий и трепетный поцелуй, оставивший приятное послевкусие после себя. Так они ещё стояли некоторое время, полностью оторвавшись от мира и забывшись в всплесках возникающего удовольствия.
Вскоре, оторвавшись друг от друга, поплелись каждый по своим делам. Никто из них не решился прояснить всю ситуацию. Иван итак изводил себя постоянными мыслями о друге и сейчас просто не было ни малейшего желания разбираться в этом всём. Потом.
***
Привычная горечь дыма заполняла лёгкие, оставляя терпкое послевкусие. В последнее время Иван только и мог думать об Альфреде. И после недавних событий в углу университета, он решил просто отвлечься. Потому что если продолжать изводить себя этими мыслями, то можно так и с ума сойти. Собственно, никто не удивится, если это уже происходит. Радовал лишь звон электрогитары, наполняющий небольшую студию, а также шутки двух друзей. - Вань, стоять, - пропыхтел Гилберт, пережёвывая дотлевший окурок сигареты, - аккорд не тот. У Пруссии было меньше опыта, чем у Ивана. Тем более, что он играл на басу. Соответственно, сложности с игрой возникали нередко. Но не то чтобы кого-то из них это удручало. Сидели они на прохладном полу. Наконец-то получилось выучить мелодию, которую они давно хотели. На подоконнике сидел Китай, вслушиваясь в игру мелодий своих друзей. В руке у него была приторная шоколадка, которую он с удовольствием уплетал за обе щеки. Брагинский отвлёкся от перебирается струн, поглядывая на друга: - Главное держи стабильность ритма, - он сплюнул сигарету в грязный угол помещения, - структура не распадётся. - Ага, - пробормотал сосредоточенно Гилберт, задавая основу. Однако долго это не продлилось, так как внезапный голос Ван Яо заставил остановиться обоих. - Джонс на поле сейчас, у них тренировка, - он взглянул в свой телефон, будто читая чьё-то сообщение, - там собрались группы студентов. Погнали взглянём? Оба парня, сидящих у стены студии, подняли свои головы. На лице Гилберта отразилось недоверие и какое-то нежелание куда-то переться. Возможно, его вообще не интересовала эта затея. В то время, как в Иване эти слова пробудили глубокий интерес. Только сейчас он подумал: когда в последний раз он наблюдал за игрой Альфреда? Кажется, на втором курсе? Похоже, из-за общей нагрузки от учёбы, он совсем об этом забыл. - Ну можно, - коротко хмыкнул Брагинский, когда Китай нетерпеливо дёргал ногой в ожидании ответа. По его виду можно было сказать, что ему хочется пойти туда. Может, чтобы развеяться? Гилберт затушил пожёванную сигарету, отставляя бас-гитару в сторону: - Да ну, серьёзно? - он скривил лицо, словно ему было дико лень, - смотреть на то, как Альф красуется перед студентками? Вроде, сейчас нужно было посмеяться с такой шутки? Потому что Яо именно это и сделал, и Иван решил последовать его примеру. Хоть и что-то внутри заныло от этого осознания. Да, Альфред действительно любил внимание девушек. - И студентами, - с тихим смешком добавил Китай, хихикая в свой телефон. Будто он кому-то что-то печатал. И парней. - Ага, - пробормотал себе под нос Брагинский под громкий смех Пруссии, который уже поднялся с пола, отряхивая от пыли свои штаны. Намечается что-то интересное. Вполне себе высокие трибуны встретили троицу небольшими компаниями студентов. Кто-то просто заскочил взглянуть на игру, кто-то болел за своих парней. Как, например, взвизгивающая группа девушек, вскакивающих со своих мест, чтобы похлопать в ладоши. Иногда такое поведение раздражало. На просторном поле простирался зелёный газон, давно затоптанный игроками. Свист тренера и крики участников разносились по всему полю. Друзья сели почти ближе к краю трибун, поодаль от других зрителей. На самом деле, людей было не так уж много. Среди пучины своих мыслей, Иван уже мысленно отыскал Альфреда на большой площадке. И по его мнению тот выглядел просто потрясно, хотя и просто. Даже обычно. Спортивные шорты подчёркивали его стройные мышечные ноги, а гетры добавляли образу юношеский образ. Тонкая хлопковая кофта идеально сидела по его фигуре. Свободная, но при беге ткань облегала, очерчивая острые плечи. Она защищала от солнца. Волосы развевались на ветру. Просто загляденье. В подобной ситуации любой другой человек выглядел бы, скорее всего, плохо: пот, стекающий по лбу, хмурое выражение лица и одышка. Но не Альфред, конечно же. - Наш блондинчик выпендривается, как всегда, - с насмешкой протянул Пруссия, кивая в сторону бегущего трусцой друга. Иван только сейчас понял, что следит только за движениями Альфреда. - Я прямо вижу, как он сдерживается, чтобы не сорвать с себя кофту, - прохрюкал от смеха Яо, поглядывая на рядом сидящих друзей. Гилберт низко усмехнулся его вбросу. Нельзя было осуждать друзей за такие шутки. Потому что Джонс в действительности вёл себя, в целом, как ему присуще: зачёсывание волос назад, сверкающая улыбка при каждом удачном тачдауне и вечные похлопывания по спинам своих сокомандников. В какой-то момент он даже похлопал по заднице какого-то знакомого ему игрока. Похоже, у них дружеские отношения. Если быть честным с собой, Ивану было неприятно наблюдать за этим. Особенно когда Альфред и ещё кто-то из его команды хорошо отыграли, заработав очки, та самая группа девушек вновь вскочила со своих мест, выкрикивая похвалу. В беспорядочности возгласов удалось разобрать что-то, по типу: «Вот это мой парень!» и «Он просто идеален!» Вся троица поморщилась от громких криков, а внутри Ивана вспыхнуло раздражение от столь сладких, вырвиглазных слов. - Заткните им уже рот. Наш блондинчик очаровал здесь всех студенток, - буркнул Гилберт, потягивая Бог знает какую сигарету за день. И русский был искренне рад услышать первую половину его реплики. - Согласен, - под недовольное цоканье Яо бросил Иван, вновь сосредотачивая своё внимание на предмете его всех сомнений. В том числе и в своей ориентации. Но он, конечно, в этом не признается. Однако чувство, похожее на ревность, дало о себе знать. Кулаки на ручке сиденья сжались, когда Брагинский заметил, как Альфред подмигнул этой группе девушек, посылая им воздушный поцелуй. Протяжные хныканья тут же ударили по перепонкам и Иван раздраженно закатил глаза. Никакого удовольствия от просмотра. - Чёрт возьми, они не собираются успокоиться? - недовольно отозвался Китай, зло глядя на виновниц всего шума. - Боже, меня сейчас стошнит от этого зрелища, - простонал Гилберт, наблюдая за действиями их общего друга. Внезапный громкий свист прорезал свежий воздух. Кажется, перерыв, так как все игроки тут же повалились: кто на газон, кто в раздевалку. Из поля зрения пропал Альфред и никто не догадывался, куда он подевался. Пока громкое дыхание и быстрые шаги не привлекли внимание троих друзей. - Неужели вы действительно соизволили взглянуть на меня? - вытирая футболкой со лба пот, рассмеялся вдруг появившийся рядом с ними блондин. Его подтянутый торс оголился, когда футболка была приподнята, привлекая внимание рядом сидящих. Кажется, ему такое внимание только нравилось. - Скорее на твоих фанаток, - проворчал Гилберт, разглядывая их общего друга. Да, он был слишком горяч и это признавали абсолютно все. - Почему бы и нет? - пожал плечами Яо, всё время ёрзая на месте и поворачиваясь назад. Будто что-то выискивая. Брагинский встретился с голубыми глазами, на что получил лёгкую задористую улыбку. Он всеми силами пытался не воображать у себя в голове ту самую сцену со вторым поцелуем. Нет, только не сейчас. - Здесь какие-то девчонки текут от тебя, - после короткой паузы наконец произнёс Иван, указывая взглядом на ту самую группу девушек. С лукавым блеском в глазах Альфред взглянул на буквально дребезжащих перед ним девушек. В ответ на его внимание толпучка начала прыгать на месте и кидать фразочки из разряда: «Ты такой классный!» А уж когда блондин стал отвечать на это, то Иван и вовсе быстро взял в руки телефон, чтобы лишний раз не слушать. Ничего. Сейчас это было таким отталкивающим. Он не хотел за этим наблюдать. Внезапно на его запястье легла тёплая бледная ладонь, чуть сжимая, как бы привлекая внимание. Гилберт. Пальцы рук были холодными на контрасте, не как у Джонса. Брагинский взглянул на настороженный, будто что-то заподозривший вид друга, после переведя взор на длинные пальцы, обхватывающие его кисть. - Я схожу за газировкой для Джонса, - он поморщился от громких криков, затем наклонился к его уху, добавляя, - мне нужен повод поскорее свалить отсюда, пока уши не завяли. Это вызвало слабую улыбку на лице Ивана. Пруссия в своём репертуаре, но нередко это поднимает настроение в напряжённых ситуациях. Яо, похоже, услышал сквозь этот шум слова его друга, резко поворачиваясь к ним двоим, пока Альфред нарочито сладким голосом флиртовал с девушками. Было немного забавно наблюдать, как он тоже чувствует себя не в своей тарелке. - Гил, мне в туалет нужно, я с тобой. С немым вопросом в глазах Иван повернулся к нему, чтобы считать его реакцию. Возможно, сейчас он слишком сильно нервничает и ему нужна поддержка? Но благо тот лишь заламывал пальцы и ёрзал на сиденье, поглядывая на двух друзей. С неуклюжестью он поднялся с места, кивая Гилберту в сторону выхода трибун. Это, судя по всему, привлекло внимание блондина. - Кто у нас сегодня самый громкий фанат? - игриво протянул Альфред, хватая за предплечье проходящего мимо него Яо. В ответ раздались радостные и громкие возгласы. Русский не слышал их разговор, но, похоже, Джонс спросил у него, куда тот собрался. После ответа отпустил и Яо поманил рукой Гилберта. Все будто были в невысказанном напряжении. Чужая ладонь отпустила его запястье и Пруссия с тихой поддержкой похлопал Ивана по плечу, направляясь за другом, который уже скрылся из виду. Пребывать здесь было сверх неуюта. Вся эта наигранная фальш и флирт лился из всех щелей. - Приберегите этот крик для меня в следующий раз, - рассмеялся обаятельно блондин, поправляя мокрую чёлку на своём лбу. И под громкие визги плюхнулся рядом с Иваном, который пялился на уже давно погасший экран телефона. Он даже не знал, что ему включить или посмотреть, чтобы отвлечься. Наконец, толпа девушек вернулась к своим местам. До слуха донеслись ещё возбуждённые обсуждения и смех, после "разговора". По сути, можно было уже расслабиться? Не считая неловкости, сидящей на подкорке сознания. - Чувак, я здесь, обрати на меня внимание, - внезапно обиженно отозвался Альфред, кладя свою ладонь на его бедро, - не рад меня видеть? Брагинский вздрогнул, бросив взор сначала на загорелую руку, сжимавшую его ногу, после чего поднял взгляд на чуть покрасневшего блондина. Ну красивый, ничего не скажешь. - Ты же понимаешь, что со стороны это выглядело кринжово? - протянул он, кивая головой на уже ушедшую группу девчонок. Ну, сейчас он не врал, по крайней мере. На этот риторический вопрос Альфред сначала удивлённо вскинул брови, похоже, не совсем поняв о чём тот. А затем громко рассмеялся, растекаясь довольно на сиденье, широко разводя ноги. Тем самым рука всё ещё покоилась на бедре Ивана, а колено его друга теперь ещё и упёрлась в его ногу. - Зато какой восторг. Смешно смотреть на то, как они лебезят передо мной, - усмехнулся он, бросив взгляд через плечо на их компанию, - ничего такие. Иван поморщился от его слов. Обстановка была слишком некомфортной. Ему нравилось находиться с Альфредом наедине, без учёта своего стеснения. Словно блондин всегда умел расположить к себе. Словно умел сделать тебя центром своего внимания, дать ощущение, будто ты - особенный. Такие эмоции и чувства можно было испытывать только с ним. И русскому не нравилась нынешняя ситуация, потому что Джонс то и дело во время разговора поглядывал на девушек. Казалось, кто-то да привлёк его. Внезапно Альфред снова обернулся к ним и Иван последовал его примеру. Он увидел, как одна из девчонок мило улыбалась ему и кокетливо поправляла свои волосы, на что тот бросал ей красноречивые взгляды. Было неясно, сколько это будет продолжаться, но Брагинский чувствовал странную неприятную тяжесть, сдавливающую его грудную клетку. Как вдруг Альфред, всё ещё повёрнутый к привлекательной особе, с широкой улыбкой незаметно и тихо произнёс: - Обними меня. С непониманием Иван взглянул на него, не получив даже взгляд в свою сторону. - Нахер? Альфред облизнул свои губы, безмолвно флиртуя с девушкой: - Она не в моём вкусе. Давай же, просто обними. Быстрее. Его тон был чересчур требовательным, словно так и подталкивая подчиниться. С недовольным цоком языка Иван решил немного проучить его за такие выходки и сильным рывком подтянул за плечи к себе. Блондин от неожиданности ойкнул, прижимаясь к шее своего друга. Сам он навалился на грудь Ивана, всё ещё держа руку на его бедре. Они сидели слишком близко друг к другу. - Молодец, - усмехнулся Джонс, устраиваясь на его плече удобнее. Он что, для этого попросил его обнять? На теле чувствовалась чужая тяжесть, словно Альфред полностью расслабился, изредка потирая большим пальцем его ногу. Это пускало приятные мурашки по коже. - Мне не нравятся брюнетки, - закрыв глаза, пробормотал блондин, прижимаясь к своему другу. На самом деле, такая поза была очень удобной. Это удивляло. Иван фыркнул, с недоверием косясь на его светлую макушку: - Типаж? Боже, это глупо, Альф. Как тебе могут нравиться, например, только блондины? А как же внутренний мир человека? Как подросток, ей Богу. Кожей Иван почувствовал, как тот сглотнул и в следующую секунду голос Джонса понизился: - Я люблю светленьких. Это не глупо, - он своими пронзительными глазами взглянул наверх, чтобы встретиться со взглядом своего друга, - ничего не могу с собой поделать, ты же знаешь. И его лицо озарила невинная улыбка, от которой сердце Ивана ёкнуло. - Не понимаю тебя..., - тихо отозвался Брагинский, впериваясь взором в пол. Было тяжело смотреть в такие голубые глаза. Его словно изучали. - Я уверен, что тебе тоже может нравиться определенная категория людей, - Альфред чуть приподнялся, чтобы лечь всем весом на его плечо, скользнув ладонью к верху его бедра, - давай, приятель. Тебе нравятся тёмненькие? Он не отрывал от Ивана своего взгляда, словно считывая на его лице каждую микрореакцию. Горячее дыхание опаляло его ключицы и Брагинский задумчиво приоткрыл рот, облизывая заднюю часть своих верхних зубов. - Не думаю, - после некоторого молчания хмыкнул он, - наверное, я предпочитаю блондинок... Казалось, словно глаза Альфреда вспыхнули от интереса: - Ну вот видишь, это же не глупо, - он похлопал парня по бедру, усмехаясь, - мне тоже светловолосые нравятся. Кивнув, Брагинский чувствовал на себе прожигающий его профиль взгляд. Это было невыносимо, потому что они оба молчали. От неловкости он повернул голову в сторону, как бы разглядывая соседние сиденья и людей. Наконец, Джонс перестал его разглядывать и потёрся своим виском о его плечо, посапывая. Его горячность была привычной, но такой контрастной с общей температурой Ивана. Слава богу, что на них никто не обращал внимания, даже та самая группа девушек. Они молчали некоторое время, лишь изредка Альфред жаловался на то, как он устал и как хочет домой, чтобы завалиться в кровать. К этому моменту подтянулись оба их друга. В руках Гилберта была обещанная сладкая газировка, а Яо бросал сердитые взгляды на сидящих неподалёку девушек. Кажется, они оба решили не обращать внимания на такую близость своих друзей, зазывая прогуляться. Вроде, скоро тренировка блондина уже заканчивается, так что они пойдут домой. К кому - неизвестно.
