После пепла

Несмотря на бушующее пламя, Нил двигался поразительно быстро. Дыхание обрывалось, каждый вдох давался с неимоверным трудом, но он знал: пока не найдет Миньярда, он отсюда не выйдет. Дверь. Металлическая ручка раскалилась – к ней невозможно было даже прикоснуться. Кожу уже жгло от жара, саднящие ссадины напоминали о падающих конструкциях, но пути назад не было. Придется выбивать. А если не выйдет… мысль о прикосновении к этой проклятой, раскаленной ручке заставила его содрогнуться, но это могло остаться единственным вариантом. К счастью, сама дверь была деревянной и, по какой-то невероятной случайности, еще не охвачена огнем. Первый удар плечом. Второй, сильнее. Джостен вкладывал в каждый рывок всю силу. Становилось невыносимо. Кислорода катастрофически не хватало, тело ломило от напряжения, а полученные травмы не давали о себе забыть. На шестом или десятом ударе – он уже сбился со счета – дверь наконец поддалась, с оглушительным треском проломившись внутрь и повиснув на одной петле. Отбросив остатки преграды, Нил ворвался в комнату. Пламя уже здесь – часть потолка в спальной зоне обрушилась, открыв дорогу огню. Он лихорадочно обвел взглядом помещение и застыл, ужас сковал его. Аарон лежал на полу в полу обморочном состоянии «Нельзя медлить!» – пронеслось в голове. Джостен метнулся к Миньярду, упал рядом, дрожащими руками осматривая его состояние. — Аарон! — Он встряхнул его, пытаясь вернуть к реальности. Глаза Аарона распахнулись, мутные, как будто на грани нового обморока. — Слышишь? Нужно выбраться! Ты сможешь подняться?" Кивок был единственным ответом. Сзади раздался хлопок. —Нужно уходить. Немедленно. И только теперь, когда непосредственная угроза жизни Аарона, казалось, на мгновение отступила, Нила накрыла новая волна страха. Прорваться сквозь огонь в одиночку – это одно. Вытащить на себе другого человека, ЖИВОГО, но почти беспомощного, – совершенно иное, в сотни раз сложнее и опаснее. Одна ошибка, одно неверное движение – и они оба останутся здесь навсегда. Допустить этого он не мог. Собрав последние силы, Нил подхватил Аарона под мышки и, сдавленно хрипя от напряжения, поднялся на ноги, устремляясь к выходу. Аарон оказался тяжелым, несмотря на рост – по комплекции они с Нилом были, пожалуй, схожи. Миньярд не реагировал ни на что, лишь слегка двигал ногами , пытаясь передвигаться, его тело обмякло, но мысль о том , что он жив была тем спасительным маяком, который вел Нила сквозь этот кошмар. Он должен был вытащить их обоих, по возможности, невредимыми. По крайней мере, он не должен был причинить Аарону еще большего вреда. Коридор их этажа, хоть и объятый пламенем, он преодолел, волоча на себе тело Миньярда. Но лестница и первый этаж – вот где их поджидала настоящая ловушка. Огонь бушевал там с удвоенной силой, отрезая путь. «Надо выйти! Любой ценой!» Нил понятия не имел, как долго Аарон дышал этим ядовитым дымом, и каждая секунда промедления уменьшала его шансы, как минимум, оставаться в сознании. Да и сам Нил уже задыхался, легкие требовали чистого воздуха. Он покрепче перехватил Аарона и, зажмурившись от жара, шагнул вниз, прямо в ревущее пламя. Это было почти самоубийством, но другого выхода не было. Стиснув зубы до боли, Нил сделал шаг, потом еще один, преодолевая последние, самые страшные ступени, отделявшие их от первого этажа и надежды на спасение. Огонь оставлял багровые следы на теле, но Нил гнал от себя эти ощущения, хотя каждая новая волна обжигающей боли заставляла стискивать зубы. Аарона он прижимал к себе так плотно, как только мог, инстинктивно готовясь среагировать на любую новую угрозу, на любое движение рушащегося здания. До спасительного выхода оставались считанные, мучительно долгие метры. И вдруг – резкая, пронзительная боль в лодыжке. Нога Нила, наткнувшись на невидимый в дыму обломок, неестественно провернулась. Сдавленный выдох вырвался из его груди, он зашипел, едва не рухнув. Каким-то чудом ему удалось удержать равновесие. Подвернул или сломал? Сейчас не было времени даже на эту мысль. Задача усложнилась многократно. Пелена перед глазами густела с каждым мгновением. Ноги, отяжелевшие и непослушные, едва двигались, а Аарон на плече превращался в неподъемную ношу. Вот они, последние метры, отделяющие их от жизни.