Охота на лиса

      Эндрю закатывает глаза и тихо чертыхается себе под нос. Как же его это уже достало. Никакого спокойствия на этом белом свете! То...лисы пятихвостые еду отбирают, то кто-то решает в кустах пошариться. Одним словом—пиздец.       Нож привычной уже тяжестью давил на здоровую руку и Миньярд от скуки бросил его вверх. Если он не ошибается, незнакомцу необходимо было пройти еще четыре шага до него, так что упустить шанс поразвлечься он не мог. Нож делает два оборота в полную ось, секунда и кожаная рукоять ножа оказывается в руке, а мужчина медленно встает с колен, даже не отряхиваясь. Его это особо не волновало. —Энд…       Лезвие оказывается у чужих ребер, а наёмник лишь ругается, в который раз. Кевин, чуть ли не трясся, пытался сказать ему что-то вразумительное, но получалось из рук вон плохо.       «Боже, за что мне все эти мучения...Я же тогда помог бездомной девочке и купил ей мешок риса» — думал Эндрю, пытаясь и в правду не прирезать Кевина. Вероятно, виновато саке, запах которого разлился на пару метров около них после появления Дэя, поэтому речь его была не столь понятна, сколь обычно. —Что нужно и почему необходимо было тревожить мой завтрак? —сталь ножа лишь ещё больше надавила на чужое тело, хотя Миньярд и в правду думал, что Кевин не должен пугаться таким вещам уже давно. Все-таки вредить своему заказчику—дурной тон. —Рико…Он… —Рико? Что уже могло случится с утра? Он пришел и сломал тебе вторую руку, чтобы было симметрично? Кевин, давай быстрее —Приглашение на аудиенцию в главные покои Мориямы. Как мне объяснили для укрепления духа в семье и что-то в таком духе. —О, да ладно…—Эндрю убрал клинок обратно и усмехнулся. Сплошное чудачество кругом. —Пригласили тебя для скрепления уз в семье, хоть ты и из побочной ветви родословной? Забавно, очень забавно—воин сцепил руки в замок за голову и зевнул уже в который раз.       Миньярд поднял с земли ткань, в которую был завернут завтрак и одним заходом съел нетронутый рис. Почему-то лис не стал его есть. Видимо, не слишком уж его любил или просто не хотел несварения. Кто ж этого зверя знает? Или не зверя…Миньярд запутался. И сделал себе мысленную пометку посмотреть в библиотеке записи о данном виде ёкаев. —Идем—пробормотал он с набитым ртом и пошел в сторону выхода к башне. Спустя несколько минут он кинул взгляд назад и был готов поклясться, что из куста он заметил черную мордочку лисицы.

***

      Нил при первой же возможности спрятался обратно в листву. Надоело ему уже тут сидеть. Да и вероятно его уже обыскалась наставница, ведь обычно в это время «Морико» уже репетировала танец в зале, а не прохлаждалась.       Как только звуки разговора затихли, Джостен высовывает нос, чтобы удостовериться в своих чувствах. И был прав. Миньярд с Кевином Дэем, братом Рико Мориямы, шли в сторону покоев. Да, об этом мужчине он слышал и несколько раз даже болтал на приемах. Некоторые гейши хотели станцевать перед ним, но высказывали недовольство об его «ручном монстре», Эндрю, который был не особо любил такие мероприятия. А тут уже работало правило—куда идет Миньярд, туда и Дэй, другого не дано.       И Нил точно не улыбнулся после того, как случайно встретился взглядом с Эндрю. Он же лиса, верно? Как он вообще может улыбаться при такой анатомии?       Снова все тот же ритуал. Обращение в танцовщицу, быстрое переодевание, безмятежная улыбка и быстрые шаги в сторону комнаты. Вежливые приветствия легким поклоном, неловкий смех после долгой паузы—Джостен устал. Казалось, что это все происходит бесконечно, но всего лишь четыреста пятьдесят девять лет, два месяца и три дня. Ему приносит удовольствие вести счет. И почему девушки не могут изучать точные науки? Это же так расслабляет…В арифметике ничего от тебя не зависело. Правильный ответ получится у всех одинаковый и ошибку легко исправить. В жизни же…совсем по-другому. —Морико, у нас сегодня незапланированная встреча с господином Мориямой, прошу одеваться быстрее—Нана, наставница, громко стучала в покои девушки, пока сам Джостен пытался завязать оби сзади. Руки из-за спешки никак не слушались, так еще ему предстояло втыкнуть в свои волосы штук пятнадцать кандзаси, которые неприятно кололи нежную кожу головы. —Нана-сан, минуту…Лучше, две! —Ну все, Морико, я захожу…Боже, ты же вообще не готова!       Женщина, Нил думает, что ей было в районе сорока или сорока пяти лет, не по-серьёзному серчала и лишь усадила его перед зеркалом, начиная помогать с прической, пока он натягивал на стопы таби.       Наставница собирает волосы в хвост и формируют основу прически, которая имеет форму плоского, сжатого овала. —Красивые у тебя волосы, Морико. Выдать тебя замуж за кого побогаче. Тебя с руками и ногами оторвут—она формирует челку и ложащиеся на плечи небольшие пряди. —А кто ж танцевать тогда будет? —Нил запрокидывает голову назад и тут же получает шлепок по лопаткам —Не дергайся…Да найдем тебе замену, милая. Тебе надо собственное счастье строить. Я поговорю с господином, он не откажет—женщина взяла баночку с пчелиным воском и зафиксировала выбивающиеся пряди волос, потом воткнула несколько кандзаси с бутонами белых хризантем на конце. —Спасибо, Нана-сан.       Джостен улыбнулся и встал с насиженного места, обувая гэта и крутясь несколько раз вокруг собой. Очень ярко, даже слишком…Сливочного цвета кимоно с росписью в виде хризантем и вшитого золота, а огромный журавль на спине словно насмехался над ним, что даже в таком положении лис его не поймает. Пока наставница не видела, девушка хлопнула челюстями, словно откусывая от журавля в зеркало, чтобы тоже особо не расслаблялся там и двинулась на выход.

***

—Господин Морияма, приветствую и желаю полного здравия. Господин Дэй, спасибо, что почтили нас сегодня своим присутствием—Морико глубоко поклонилась вместе с инструментом в руках и медленно двинулась в сторону темного уголка, чтобы незаметно играть, но ее оборвали. —Морико-сан, присаживайся рядом—Рико ухмыляется и просит жестом руки пополнить две пиалы саке, —Кевин, эта девушка лучше всех играет в «Конпира Фунэ Фунэ». Морико, давай, расскажешь что-то интересное?       Мужская рука легла на его бедро и Нил побледнел, хоть это было и плохо видно сквозь слой толстый оширои. Руки сжали край пояса, а он сам тихо начал что-то рассказывать. Кажется, это была одна из детских сказок или легенд, он сам не понял. Все мысли были заняты только этой рукой. —Уберите руку, господин Морияма. Даму позволено слушать, а не трогать. У нас не квартал красных фонарей—Эндрю осмотрел Морико и сам сжал зубы.       Воспоминания против своей воли заполонили обзор. Мучительное детство, невоспринимаемые отказы сводного брата в приемной семье—тело наливалось свинцом и он сам уже чуть ли не рычал. Он сам по себе знает, что такое жуткие касания против своей воли, от которых хотелось избавиться. —Кевин, успокой своего «пса». Морико-сан нравится, иначе малышка бы сказала, верно?       Нил шумно проглотил слюну и оглянулся на Эндрю. От него веело защитой. И теплом. У Рико были до безумия ледяные руки и хотелось их скинуть. Не успел он что-либо сказать, как мужская рука пошла выше и прижала девушку за талию к другому торсу.       «Морико» не выдержала. Теперь вместо потенциального страха за свою шкуру, гнев заполнил тело. Он—ебанный дьявол, проживший более пятисот лет и дрожит перед обычным человеком? Кицунэ, которая способна забирать чужие души и проникать в людские сны?       Они с Миньярдом вскочили одновременно. У одного—блеск металла в руках, а другая—лишь с гордо поднятой головой. —Короче, я понял,—сказал Нил.—Из тебя растили наследника клана, и тебе, наверное, пришлось очень, очень тяжко. В тебе видели только ресурс, но не человека, нечто совершенно бесполезное за пределами политики. Да, звучит жестко. Мы с господином Дэем постоянно обсуждаем твои многочисленные комплексы, которыми одарил тебя папаша. —Морико-сан!—с тихой яростью и дрожью в голосе процедил Кевин.       Не обращая на него внимания, Нил продолжал:  —Понимаю, в твоей психической неуравновешенности и беспредельной мании величия виноват не только ты. Кроме того, ясно, что ты чисто физически не способен разговаривать с окружающими как все нормальные люди. Тем не менее это не означает, что мы обязаны терпеть все то дерьмо, которое из тебя льется. Жалость—это, конечно, повод во многом тебя оправдать, но свой лимит на жалость ты исчерпал примерно шесть секунд назад. Так что, пожалуйста—пожалуйста,—заткни уже пасть.       Девушка поправила и расправила складки кимоно и с невероятной быстротой покинула комнату. Нилу нужна была передышка. Ему все-равно. Он сбежит в лес, в родные края, примерно через две недели. Ему не было дело до охоты на кицунэ в той провинции, он хотел лишь избавиться от этого назойливого чувства безысходности и отсутствия свободы. —Морико, остановись. —Да тебе что еще нужно? —Нил резко развернулся и чуть ли не плюнул в лицо Эндрю. Чужие карие глаза медленно блуждали по нему и он ощущал это. —У тебя видны хвосты и уши.